Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Будущее » Вспомни о прошлом, подумай о будущем... (part 2)


Вспомни о прошлом, подумай о будущем... (part 2)

Сообщений 1 страница 30 из 56

1

Время действия: 10 октября 2010 года, около восьми часов вечера.
Место действия: Монте-Верди, отель "Верный спутник"
Действующие лица: Генриетта Эстер, Гэбриэль Верье

0

2

Собственно, оставалась самая малость… казалось бы. Точнее – малостью это было для Генри, привести себя в порядок, в котором было бы не стыдно показаться на людях, а вот Хана… чёртова девчонка не могла себе позволить прийти в кафе в джинсах и свитере, уверенно выступая по плиточному полу тяжёлыми ботинками. Ей подавай «приличный» внешний вид…
А значит – два часа было достаточно просто впритык.
Увы, из чего-то, наиболее свойственного журналистке, в багаже Генри было только однотонное платье из тонкой чёрной шерсти, почти целомудренно на ладонь выше колен. Впрочем, учитывая, что нынешняя мода диктовала дамам носить юбки на ладони ниже бёдер – наряд выглядел действительно скромно. Собственно, это был не самый худший из возможных образов, к которому имелись подходящие аксессуары.
«- Как чувствовала, чёрт побери…» - проворчала про себя, разглаживая невидимую складочку на подоле, и рассматривая своё отражение. Диссонанс между лицом и общим видом был слишком велик, так что пришлось приложить некоторое усилие, и придать ему более мягкое выражение, в котором, однако, чувствовались колючие грани.  Ну как же – журналистка, на руках у которой было достаточно много скандальных статей, в том числе и политического характера! Нож в шёлковом футляре.
Генриетта криво усмехнулась, протянув руку и настроив свет, и принялась наводить недостающие штрихи – макияж. Украшений было немного, и, увы, от клипс пришлось отказаться – не стоило рисковать внимательностью будущего собеседника, ведь тот наверняка отметил отсутствие проколов в ушах… и, собственно, общий ансамбль серебра с янтарём не предполагал наличия серег, так что заострять на этом внимание не стоило.
Да и, если подумать, к чему? Ведь в случае справедливости подозрений, Гэбриэль её и так узнал. А если нет – то какая разница?
Наверное, где-то глубоко в душе жило и этакое предвкушение – реакция мужчины на подобную картинку. Эстер могла поручиться за то, что ни один из Хелсингов не видел её в таком виде – не та была ситуация, - а Ханна умела быть эффектной. Эффектной, яркой, привлекательной, при этом используя минимум посторонних ухищрений – это была её суть.
Надев туфли, придирчиво в последний раз оглядела себя, и, довольно хмыкнув, взяла со стола небольшую сумочку, в которой – о боги! – находились те самые «женские штучки», включая помаду и пудру. Конечно, там же был и смартфон, портмоне, ключи, и все-все житейски необходимые – и с виду совершенно невинные приспособления типа скрепок, миниатюрного ножа, пилочки для ногтей и прочего. Со стула же был прихвачен жакет-болеро, выполненный в традиционном для этой модели стиле - только лишь закрывающий грудь, но с длинными рукавами и аккуратным воротом стойкой, он прекрасно дополнял скромный V-образный вырез платья.
Собственно, мисс Норел была готова покорять чужое сердце, предложенное ею в качестве развлечения для скучающей журналистки на отдыхе в престижном и дорогом санатории. Легенда складывалась сама собой, порождённая сознанием Эстер.
Какое-то время Генри колебалась – стоит ли для упрочения выдумки занести в базу данных саму Ханну, и решила, что это было бы забавным, хотя и достаточно рискованным штрихом. Но этим, определённо, стоило заняться, и в ближайшее время. А именно – сегодня, после этого самого ужина, если, конечно же, Гэбриэль не выдаст себя – или же не опровергнет её подозрения окончательно. Последний вариант, конечно, был слишком маловероятен, но, всё же, стоило учитывать и его.
Около половины восьмого, Генри заперла дверь квартиры, предварительно проверив воду у Шерлока, и добавив тому немножко корма – крыс был удивительно прожорлив, и иногда начинал требовать еду в очень неподходящие моменты, но нельзя было позволять ему наедаться до отвала. Ожирение, и всё такое… Ленси бы расстроилась.
С этими мыслями, отвлёкшись на миг от её загадочного будущего «кавалера» по определению брата, девушка села в машину, и вновь направилась по уже по-ночному освещённой трассе в сторону Монте-Верди.

+2

3

Приняв душ, Гэбриэль принял и ещё одно решение. У него оставалось немного свободного времени, примерно двадцать семь минут, до назначенного срока. Гэбриэль одел спортивный костюм, надвинул до самых ушей вязаную шапочку. Конечно, так себе маскировка.  Ювелирный магазин был совсем рядом, но наличности уже не хватало, потому Гэбриэль взял кредитку. Средства он обналичил в два приема: снял в банкомате холла, а потом ещё и в универмаге, чтобы не привлекать внимание одноразового съема крупной суммы в одном банкомате. 
В ювелирном отделе супермаркета он выбрал наспех три достаточно броских перстня, придирчиво примерив каждый. Расплатившись кредиткой, он приложил немало усилий, чтобы в будущем  ювелир не узнал его при любом раскладе. А камеры, с их разрешением, при его одежде и искусственно подстроенной сутулости, - из них не вытащить ничего.  Осененный ещё одной мыслью он заглянул в бутик, проведя там буквально полторы минуты и выйдя с маленьким свёрточком.
Теперь у него оставалось уже двенадцать минут. Пристально окинув взглядом коридор этажа, Гэбриэль буквально проскользнул в свой номер.
Теперь нужно было приложить немного творчества. Сначала одежда – чёрная рубашка из китайского шёлка и черные брюки, отутюженные горничной ещё после его приезда. Но это было бы слишком в стиле Ван Де Хелсинга. Потому, подняв воротник рубашки, он размотал упаковочный свёрток и извлек оттуда белоснежный шейный платок тоже из очень качественного шёлка. Ну вот теперь он выглядел достаточно щёгольски. Черные туфли из матовой кожи уместно дополнили туалет.
Надев два перстня на правую руку на указательный палец и мизинец и один на средний палец левой,  Гэбриэль подошёл к зеркалу. Ну что же, он бы так никогда не оделся, хотя шейный платок, возможно, в будущем и можно будет взять на заметку.
Взяв с тумбочки телефон, просмотрел сообщения: один пропущенный неизвестный номер – он внес его, как номер Ханны Норел, второе – сообщение из банка, что с его карточки снята крупная сумма денег, и желательно подтверждение, он ли их снял. Усмехнувшись, Гэбриэль удалил сообщение и положил телефон в карман брюк.
Оставалось четыре минуты. Он одел свою главную маскировку, вновь изменившую его лицо.
Открыв дверь номера, Гэбриэль тут же отшагнул назад. Ничего не произошло… Выйдя, вновь внимательно осмотрелся по сторонам и, закрыв дверь, направился к лестнице, вертя в пальцах ключ-карту.
В холл он спустился без двух минут восемь.

Отредактировано Гэбриэль (21-08-2012 15:39:21)

+2

4

«Гольф» притормозил у подъезда к отелю без пяти минут восемь. Этого хватало и для того, чтобы Генри, откинув солнцезащитный козырёк, оценила состояние макияжа, глянув в небольшое встроенное зеркальце, и коротко – привычно – усмехнулась себе. После чего, без лишней спешки вышла из машины, включив сигнализацию, и направилась ко входу отеля.
И здесь были швейцары… точнее – один уж всяко, что открыл перед ней стеклянную дверь, и которому девушка быстро, но дежурно улыбнулась. Здесь не стоило перекладывать сахара и душевности в улыбку, здесь никто не питал иллюзий об особом расположении… и эту игру знали все.
А вот давешний знакомец уже ждал её, что заставило разойтись губы в чуть более коварной, но однозначно – более живой улыбке. Она-то знала, что прибыла вовремя, так что оставалось лишь догадываться, сколько он ждал её здесь?
Эстер  не спешила, приближаясь к мужчине, успев охватить его взглядом от носков вычищенных туфель – до влажно блестящего ёжика волос.
«- Стильно… изящно, и как-то… франтовато. Несколько вычурно – в особенности платок. Забавно – такая крошечная деталь… ах, да. Кольца. Вот что смутило… колец не было днём, но и на мне – тоже. Павлиньи замашки? Но ведь и я не таскаю побрякушки… кхм. Я – нет, Ханна – часто, но не до похода в магазин. А этот?» - плавная лавина мыслей, сошедшая от одного крошечного камушка – брюнета в холле – скользила в сознании Генри, но когда она подошла настолько близко, насколько позволяли приличия – была отстранена в сторону.
- Вижу, Гэбриэль, вы серьёзно отнеслись к моему заявлению о том, что я – ценю время, - и самый что ни на есть классический жест – раздвинутые легко в улыбке губы, и склонённая к плечу голова, с едва заметным кокетливым прищуром. Ханна в своём репертуаре…
Мысленно Генри слегка закатила глаза. Ей нравилась более неформальная обстановка, а после долгого перерыва каблуки создавали лёгкий дискомфорт, не говоря уже о платье, которое – пусть и выгодно подчёркивало фигуру, но заставляло ощутить себя практически беззащитной. Зато висящая на тонкой цепочке сумочка оставляла свободными руки, а жакет их закрывал, и это немного успокаивало. В конце-концов, "светить" татуировкой было пока ещё рановато.
Генриетта всё ещё балансировала на почти неощутимой для себя грани мандража и ледяного покоя, и активно боролась с первым, стараясь откреститься от любой возможной нервозности, что обострилась с новой силой после того, как она пересекла порог холла. Было неприятно это осознавать, но сознание в очередной раз выкинуло «успокоительную» шутку, разделив «здесь» с «тогда», и позволив на миг девушке усомниться в реальности происходящего. Своеобразная игра, забавляясь которой можно было с абсолютно ясной и чистой головой совершать подготовку в достаточно рискованным и серьёзным операциям, абстрагироваться от происходящего. Но сейчас присутствие Гэбриэля словно выдернуло Эстер из этого блаженного состояния «над ситуацией», позволяя сполна насладиться внутренним своим замешательством.
Что, однако, не мешало Ханне разыгрывать свой спектакль как по нотам.

+2

5

Гэбриэль увидел, как швейцар открыл дверь перед Генриеттой. Блуждающие по стёклам блики не позволили сразу оценить всю мощь, сосредоточенную в её образе. А вот когда она вошла в ярко освещённый холл, Гэбриэль был ошеломлен, в обеих своих ипостасях. Он моргнул, следом поспешно улыбнувшись и стараясь не терять маску маскировки.
По мере того, как девушка подходила, он спустился навстречу со второго яруса холла по четырем мраморным ступенькам во всю ширину зала.
- Как и вы, мадемуазель Ханна, продемонстрировали серьезность своего заявления.
Он с откровенным интересом рассматривал девушку, словно увидел её впервые. Хотя, в некотором роде, это так и было.
- Позвольте вам сказать, что вы – ошеломительны. 
А затем, Гэбриэль позволил себе ещё один маневр, который мог быть засчитан, как грань фола, а с другой стороны, быть определенным посланием.  Неспешно он прошел по правую руку Генриетты, обойдя вокруг за её спиной, не скрывая восхищенного взгляда, и, выйдя из-за её левого плеча, приблизился, согнув в локте правую руку классическим приглашением.
- Вы оказали мне большую честь, согласившись разделить со мной ужин. Я буду считать себя вашим должником…
Да, она действительно оказалась неожиданной, эта Генриетта Эстер.  Гэбриэль и так считал её не просто привлекательной, но очень красивой женщиной, то же, что он увидел сейчас, раздвинуло горизонты его представления о ней настолько, что это ещё предстояло собой почти потрясение.
И тем не менее он не забывал смотреть по сторонам, отмечая малейшую реакцию тех, кто бросал бы на них взгляды, пытаясь вычленить что-то неестественное.
«Ты ведь будешь не ты, если не продумаешь до мелочей свои ходы. И наверняка попытаешься продумать и мои, остаётся лишь надеяться, что в этом ты преуспеешь не более моего. И всё-таки ты совсем не изменилась, видимо, просто я знаю далеко не всю тебя».

+2

6

Если бы Генри была чуть менее импульсивной, и чуть более спокойной – сейчас она бы ощущала себя шахматистом перед доской с расставленными фигурами. Напротив она бы видела своего соперника – окрашенного в непрозрачно-чёрный цвет, со знаком вопроса вместо черт лица, и пальцы её уже уверенно сдвигали бы королевскую пешку…
Но подобная визуализация имела место быть только в её голове, и только на короткий миг – в остальном же она позволила себе ненадолго… упиваться, скажем так, этим мимолётным мужским восхищением. Нельзя сказать, что она не ловила на себе такие взгляды обычно – просто, как правило, они вызывали лёгкое раздражение, с глубоким чувством удовлетворения. Но сейчас, когда она именно готовилась произвести впечатление – приятно было видеть подтверждение, что старания были не напрасными.
Хотя, пожалуй, восторг её «кавалера» был даже чуточку излишним. Нет, с самооценкой у Генриетты Эстер всё всегда было в порядке, и страшилищем она себя отнюдь не считала… хотя, стоило признать, эффекта «разинутого рта и выпавшего глаза» она добиться тоже не ожидала. И если бы брюнет был немцем – она поняла бы подобную яркую вспышку эмоций, ведь, вопреки расхожему мнению, хмурым и сдержанным арийцам была свойственна совершенно «американская» широта улыбок, громкость смеха и распахнутые объятия… которые, правда, обозначались еле ощутимым прикосновениями.
Но – нет, Гэбриэль, судя по всему, либо переигрывал, либо таки Генри слегка переборщила с очарованием. Приятнее, конечно же, было думать о втором, но пессимизм настраивал, всё же, на первое. Хотя спешить и делать какие-либо выводы не стоило, к тому же, высказанный достаточно искренним тоном комплимент требовал ответа…
Позволившего очень невинно и уместно повернуть голову, но не следом за двинувшимся кругом мужчиной, а через то плечо, из-за которого ему полагалось выйти.
- Благодарю вас, Гэбриэль… вы очень любезны, и, думаю, я могу позволить себе сказать, что у вас – хороший вкус, - взгляд из-под ресниц и искоса, быстрый, с оттенком лукавства. Почти любая её фраза также балансировала на грани приличия и даже самовлюблённости, и уж точно не была однозначной, но для Ханны подобное поведение было вполне даже естественным, а в таком виде – это был даже смягчённый вариант.
Продев ладонь через предложенную ей согнутую крендельком руку, Генри оказалась вновь – достаточно близко к нему, и только сейчас, уловив тонкий запах не то парфюма, не то банального геля для душа, едва ли не зажмурилась от досады.
Ханна любила духи. Яркие, броские запахи, идеально подходящие к её внешности, костюму и целям, и уж всяко – она не преминула бы воспользоваться на подобную встречу чем-то из линии «Пани Валевской», но данный аспект как-то напрочь стёрся из памяти Генри, и отсутствие пряного, щекочущего обонятельные рецепторы аромата сейчас было сродни забытому кольцу или браслету. Неудобно.
Но эти раздражённые мысли скользнули фоном, и исчезли, пока девушка мягко ступала рядом с ним, не так беззвучно, как могла бы на каблуках, но так, как полагалось бы любой другой молодой особе рядом со своим спутником.
- Что касается привилегии видеть вас своим должником, Гэбриэль, не думаю, что я могла бы… или захотела вам это запретить, - безмятежно проговорила, с любопытством скользя взглядом по сторонам, что для него вполне могло стать знаком, что здесь она ещё не была. Собственно, этого она скрывать и не намеревалась. – Но учтите, я недостаточно благородна, чтобы… прощать чужие долги. Даже добровольные.
И сейчас – короткое «па» танца – быстрый взгляд на него, вновь не прямой, но смягчённый улыбкой.

+2

7

Увлекая Генриетту в сторону выхода в банкетный зал ресторана, Гэбриэль немного склонился к её уху, благо, на каблуках она была немногим ниже него, и проговорил негромко:
- Надеюсь, говоря о моем вкусе, вы не имели ввиду его предметную составляющую.
В этот момент он мог уловить её запах. Чистый, без примеси парфюма. Всё-таки, есть вещи неизменные.
Подчеркнув намек тонкой улыбкой,  он ввёл Генри в зал. Комментировать её пассаж о долгах он счёл ненужным, этим они уже и так дали друг другу понять, что не против небольшого флирта.
Окинув взглядом столики, и присутствующих в нем в этот, ещё не поздний час,   Гэбриэль вновь обратился к своей спутнице:
- Что вы предпочтёте, Ханна: столик здесь, ложу, или заказ в номер? – Все три варианта на выбор были произнесены тоном вежливого интереса, без тени намёка на необычность предложения.
Он рассматривал лицо спутницы  с лёгкой улыбкой, ожидая её выбора и реакции.
Но кроме выбора Генриетты, его заботил и другой вопрос, а именно – где она разместила свое прикрытие? Вот это, действительно, было очень интересно. Какая у неё поддержка, какими, вообще, ресурсами она может тут оперировать? Чью сторону занимает? Очень и очень много вопросов. И раздражающим фактором в их решении является сама Генриетта, одним лишь присутствием  мешающая процессу сосредоточенного анализа.
Кроме того, дальнейшая импровизация тоже требовала немалой находчивости. Ну вот, контакт установлен, и… что дальше? Всё шло к тому, что водоворот событий только начинал раскручиваться.

Отредактировано Гэбриэль (22-08-2012 16:37:46)

+1

8

А вот здесь мсье Гэбриэль уже слегка перегибал палку. Обоими своими заявлениями. И, наверное, даже действием.
Эстер, и так балансирующая на той самой границе взвинченности, внутренне содрогнулась, когда мужчина, чертовски похожий на Гэбриэля Хелсинга почти коснулся лицом её волос. Это мгновенно вызвало и внутреннее раздражение – нельзя было думать о чём-либо из прошлого, когда перед лицом стояла конкретная задача: «вскрыть» человека. Он уже стал её заданием, а это не предполагало вмешательства личных чувств. Более того, они могли бы серьёзно помешать, ведь Ханна никогда и не знала ни об одном из близнецов-бельгийцев. Так откуда бы взяться какой-то приязни? Нет… даже не то слово. А «то» - Генри запретила себе употреблять даже мысленно.
Поэтический эпитет: «глаза потемнели от гнева» - что в нём от реальности? Суженные веки, тень от ресниц, брошенная на само глазное яблоко, слегка расширившиеся зрачки – что есть признак не только возбуждения, но и гнева… вот, по сути, основные, не поэтические компоненты подобного взгляда. И примерно подобное мог на мгновение наблюдать сам брюнет, когда Генри искоса взглянула на него в ответ на предложение перенести ужин в его номер.
Да, безусловно, фигурировало также и два других варианта, и потому взгляд её смягчился, когда она с ленцой окинула взглядом зал ресторана.
- Для ужина в вашем номере мы ещё недостаточно хорошо друг друга знаем, Гэбриэль, вы не находите? Потому, пожалуй, я предпочту остановиться… на ложе. Неплохое начало, правда? – и поощрительно улыбнулась, уже сама потянув его в сторону нешироко лестницы, ведущей на второй ярус, где находились небольшие «кабинки», по большей части пустующие. Собственно, назвать общий зал переполненным также не представлялось возможным, что было, в общем-то, неудивительно. Хотя перед Генри как раз и не стояла загадка – как в этом Богом забытом местечке подобный отель ещё не погорел.

+2

9

- Вполне неплохое, Ханна. – Гэбриэль кивнул, вышагивая рядом с девушкой.
«Ты проявляешь недовольство, Генри.  Что же не так? Или, всё-таки, ты не терпишь чтобы с тобой играли фальшивой картой? Значит, ты меня ещё не раскусила… Значит ты по-прежнему… Так, хватит. Работаю. Согласилась на ложу, значит, скорее всего, твоё прикрытие не здесь, не в зале. Но в таком месте, откуда ему одинаково добираться, что до зала, что до ложи.  А что, коридор у моей двери вполне подходит…»
Гэбриэль провел Генриетту мимо первых трех лож, хотя зашторена была лишь одна – вторая. Две остальные были открыты и свободны, но он остановил свой выбор на четвертой.  Выпустив руку Генриетты, он приподнял левой приоткрытую штору, сделав правой приглашающий жест. Официант уже шёл навстречу парочке, с дежурной радушно выглядящей улыбкой.
Когда девушка вошла в уютную, отделенную тяжелой тканью ложу, Гэбриэль  обогнув её со спины, оказался позади стула с высокой резной спинкой и отодвинул его от стола:
- Прошу вас, мадемуазель.
Да, это было самое странное первое свидание, какое он мог себе представить, и печально было то, что, в какой-то мере, оно, действительно, было первым. Будь у Гэбриэля возможность выбрать, оно, безусловно, было бы другим. Но так уж оказалось, что они оба были на работе и он был вынужден, в меру своих умений, водить Генриетту вокруг пальца.
Мужчина поднял взгляд на девушку, поспешно улыбнувшись.

Отредактировано Гэбриэль (22-08-2012 19:41:25)

+1

10

Стоило признать, он воспринял её заявление весьма… достойно. Что ж, это следовало взять на заметку, и, возможно, как-то поощрить.
Оглянувшись, когда он отодвинул её стул, мягко улыбнулась, кивком поблагодарив, и присела, отстранённо оценивая удивительный комфорт стульев с очень высокими, наводящими на мысли о каком-то почти троне, спинками. Подлокотники также были обиты мягкой тканью, и Генри скорее машинально сжала пальцами резные оголовья, прежде чем с окончательным комфортом устроиться за столом, и поставить сумочку в небольшую нишу, встроенную в стену как раз рядом с местом. Очень выгодное и интересное дизайнерское решение, как отметила про себя девушка.
Однако, она не забыла вытащить из сумки смартфон, и абсолютно естественным движением уложила его рядом со своей правой рукой – не слишком близко, так, чтобы он не мешался, но и недалеко, так, чтобы можно было легко дотянуться.
- Заранее прошу меня извинить, Гэбриэль... я буду вынуждена изредка просматривать входящую почту – мне кое-что должны были прислать ещё утром… - поджала слегка губы, но в этом жесте была, скорее, странная смесь досады и вины, и эта же гримаска почти тут же превратилась в извиняющуюся улыбку. – Так бывает, что работа не отпускает даже не отдыхе. Однако, - откинулась назад, чувствуя, как под гладкой тканью жакета скользнула атласная обивка. – Выходит, что я уже начала говорить о себе, а это не входило в мои планы… так скоро.
И вновь – всё та же игра… лёгкая, почти невесомая – игра лукавого взгляда, почти неуловимой, но всегда чётко ощутимой улыбки, движения рук, когда она невзначай, поправляя тонкий браслет из серебряных звеньев, в оправе которых таился янтарь, коснулась запястья…
Женская игра очарования.
Генри, глубоко – и естественно мысленно – вздохнув, «отстранилась», позволяя Ханне творить совершенно всё, что та сочтёт нужным сделать или продемонстрировать. Девушку ничуть не заботило то, что, при должном внимании подобное разграничение своего сознания здорово смахивало на шизофрению, ведь пока она чётко контролирует происходящее – бессмысленно беспокоиться хоть о чём-то.
Ханна вновь улыбнулась, складывая кисти рук на подоле платья, и снова обаятельно улыбнулась, склонив голову к плечу.
- Ведь прежде мне бы хотелось узнать получше вас… не стану скрывать своих планов, Гэбриэль, я хочу заручиться вашими словами – и вашим рассказом о себе, как маленьким обещанием того, что вы не сбежите сразу, как только я начну отвечать на ваши вопросы, - и всё тот же почти беспечный, но в то же время знакомо-внимательный взгляд, при котором оппонент отчётливо мог «ощутить», как его… препарируют. Буквально.

+2

11

Гэбриэль аккуратно придвинул стул, когда девушка начала опускаться на него. Выходя у неё из-за спины и огибая стол, он с улыбкой смотрел в её сторону, слушая её признание в  том, что она, какая досада, уже проговорилась о чём-то, что стоило бы оставить на потом.
Опустившись на стул, напротив неё, он покосился на смартфон, затем, уперев локти в стол, укрытый багрово-алой скатертью, уложил подбородок на ладони.  От его взгляда не ускользнуло скольжение кончиков пальцев девушки по её запястью. Всё та же самая Генриетта Эстер открывалась совершенно новыми гранями. В конце концов, у неё попросту не было ни времени, ни возможности открыть себя и с этой стороны там, в чёртовой пустыне.
- А что, вы способны испугать человека одним рассказом о себе, Ханна?
В это время на пороге открытой ложи, где сидели Гэбриэль и Генриетта показался официант.
- Сеньора. Сеньор. – Официант вежливо кивнул обоим гостям. - Позвольте?
Гэбриэль, с лёгкой гримасой раздражения, умолк, повернувшись к официанту.
- Пожалуйста.
Официант, войдя в кабинку, извлек из ниши в столе два меню, элегантно выложив толстые кожаные папки перед гостями.
- Надеюсь, вам понравится у нас. Желаете свечи?
- Да, пожалуйста. – Гэбриэль подмигнул своей спутнице с озорным видом.
Официант извлек из кармана фартука золоченую зажигалку с гербом отеля и одним движением откинул крышку и высек голубоватый огонек. Склонившись над столом, он зажёг все четыре свечи на литом канделябре.
- Приятного вечера.
Выходя, официант дернул неприметный шнурок у входа и торшер ложи погас, а следом задернулись шторы, отсекая мужчину и женщину от окружающего мира.
- Так вот, возвращаясь к моему вопросу, что, всё настолько страшно? – Лицо Гэбриэля выражало вежливый интерес. «Что же, я с удовольствием послушаю историю Ханны, Генриетта». – Но затем, он откинулся на спинку стула, выставив вперед ладони, словно отгораживаясь от своих же слов.
- Сначала ваши вопросы, ведь я ваш должник, и с удовольствием окажу вам эту маленькую услугу. Спрашивайте, Ханна…

+2

12

- О, Гэбриэль, я способна на многое, - рассмеялась тихо и коротко, сознательно – да и в принципе не слишком любила это – не повышая голоса.  Нет, всё именно так – на полутонах, полусловах, в полумраке.
На официанта, правда, глянула куда более любезно, и с оттенком того же озорного любопытства, почти как ребёнок: а что дядя вкусненького принесёт?
При этом – искоса наблюдала за своим спутником, ловя его реакцию на её, собственно, взгляд и доброжелательность относительного служащего заведения. Однако, когда мужчина всецело взял на себя ведущую роль, Генри вновь подалась к нему, так же сложив руки перед собой. На КПК она даже не поглядывала, словно забыла про него, и с выжидательной  и понимающей улыбкой следила за диалогом Гэбриэля.
Запах воска, чуть потрескивающий фитиль, пропитанный еле ощутимым запахом ни то ванили, ни то кокоса, заставил её внутренне усмехнуться – это настраивало на своеобразный романтический лад даже настолько… не романтичную натуру, как она.
Нет, стоило признать, заведение отличалось элегантностью и даже некоторым изяществом, и бесспорным наличием вкуса. Возможно, стоило хоть отчасти расслабиться и самой получить удовольствие?
«- Нет.»
Генри вновь подобралась внутренне, хотя внешне это мление – и переход к привычной хищной готовности, не отразились никак на её лице.
«- Это не Гэбриэль. Пока ещё – нет. Я не могу быть уверенной, а значит – я не могу быть спокойной. Чёрт побери, прав был Бранд! Чего я больше хочу? Чтобы я оказалась права – или ошиблась?»
Меж бровей пролегла почти незаметная морщинка, и так совпало, что это выражение лица словно встретило  вторичный вопрос-уточнение брюнета, и Генри негромко кашлянула, опустив лицо на мгновение, и тут же его поднимая вновь, глядя на собеседника с лёгкой и игривой укоризной.
- Вы увлекающийся человек, Гэбриэль, - проговорила плавно, и как-то словно напевно. После чего, точно скопировала его жест, подалась вперёд, обняв правой ладонью левую, и опираясь запястьями на край стола.
Доверительная поза. Тоже классика «бессознательного».
- Я бы предположила в вас также человека, который знает, как обращаться с оружием, или же – неплохого бизнесмена. Вы обходительны и деликатны, но хватка у вас… - прищурилась, движением головы словно подчеркнув свои слова, иллюстрируя, что хватка за малым – не бульдожья. – Was ist mit diesem Rätselwort gemeint?
Процитировала, глядя ему неотрывно в глаза с еле заметным улыбчивым прищуром, и, наверное, с некоторым вызовом. Не каждый мужчина будет признавать, что он «не понял вопроса». И дело даже не в технической стороне, а просто в том, что не каждый мужчина в целом готов признать, что он чего-либо не знает или не может.

+2

13

«Ну вот, теперь ты, как бульдог, вцепилась в «непредвиденные потери».  Что же, давай играть дальше, коль ты решила так прямолинейно реагировать на мои выпады».
Гэбриэль изобразил изумленное лицо ещё до того, как Генриетта спросила его по-немецки. Ван Де Хелсинг прекрасно понял вопрос, вот только Верье по-немецки не говорил.
- Как вы догадались, Ханна? – Для верности он ещё раз изумлённо моргнул, отодвигая в сторону меню.
- Да, я действительно занимаю должность, связанную с коммерцией в одной инновационной компании. И да, я прекрасно знаком с оружием. Я – охотник.  Но как вы об этом узнали? «Да, расскажи мне, как ты выстрелила наугад по «непредвиденным потерям»»
- И, простите, я не понял вашу фразу.  Я не знаю швейцарского. – Добавил он извиняющимся тоном. «Да, положим, я даже не различаю швейцарский и немецкий».
Танец  взаимного прощупывания начался, и Гэбриэля совершенно не смущало, что в этой партии он носит маску. Пусть Генриетта побродит между взаимоисключающими догадками и ещё более абсурдными  выводами. «Интересно, почему ты не упомянула о моем сходстве с твоим давним знакомым?».
Выражение мальчишеского изумления на лице мужчины постепенно сменялось тщательно выверенным выражением требовательного ожидания. В конце концов, Верье имеет право знать, откуда так информирована его новая знакомая.
А где-то на заднем плане, шумом, скользили мысли совершенно иного содержания. Он всё ещё поражался и восхищался тому, как Генриетта выглядит в платье и это пиджаке, который дамы называют болеро. Кроме того, для… некоторых ситуаций, это платье было намного практичнее – от этой мысли кровь прилила к голове и за ушами стало горячо.  Ещё он с живым интересом ожидал, какой заказ сделает Ханна и насколько он будет отличаться от тех пристрастий Генриетты, которые он помнил.

Отредактировано Гэбриэль (24-08-2012 20:06:37)

+2

14

Но самым смешным, и, должно быть, запутывающим самого Гэбриэля могло бы стать то, что в данном случае Эстер вовсе даже не подразумевала ту брошенную вскользь фразу. Воистину, взгляд женский и мужской на мир разнится.
Генри тихо рассмеялась в ответ на такую откровенную требовательность во взгляде мужчины, и… пожалуй – да, в ответ на новый оттенок взгляда. Противоборство характеров, вот как это зовётся.
- Я позволю себе немножко побыть непоследовательной, и прежде уточню – Гёте, Фауст, и вопрос, адресованный Мефистофелю: «Что за загадка кроется в тебе?» - перевела, всё тем же почти мурлычущим тоном, прекрасно подходящим, правда, больше для того, чтобы шептать на ухо всякие нежные глупости… однако и немецкую классику, выходит, тоже. С очаровательным грассированием.
- И далее, ведь, вижу, вы не оставите мой выстрел в небо так, как есть. У вас ладони человека, кто часто пользуется огнестрельным оружием, часто пренебрегая защитными перчатками. Я знаю, что это такое – у меня отец охотник, - снова обаятельно улыбнулась, разведя руками еле заметно. – К тому же, у вас с ним схожая походка. Даже на слух воспринимается одинаково…
Генриетта говорила, продолжая смотреть ему в глаза, особо не жестикулируя – движения рук выходили скуповатыми, но, всё же, достаточно резкими и импульсивными. Характерными для Ханны.
- А что касается бизнеса… собственно – вы стремитесь узнавать информацию, но не делиться ею, или уж всяко – не первым. Это рефлекс, который, однако, не распространяется на первое рукопожатие. Здесь вы решили представиться первым, - вновь едва заметно пожала плечами, и, прикрыв глаза, откинулась на спинку стула.
- Но заметьте… при перечисленных фактах вы всё ещё остаётесь для меня… загадкой. Желаете продолжить знакомство? – мягко изогнутая левая бровь, и очередная – чертовски обаятельная улыбка.
"- Давай, Верье... почувствуй себя не в своей тарелке. Выдай мне нужную реакцию... удивись, разозлись...!" - Генри и сама бы толком не могла сказать, почему она сейчас испытывает такое дикое бешенство на грани ненависти относительно этого, в сущности, безобидного мужчины. Хотя всё больше она склонялась к мысли о том, что раздражало это самое сходство... голос, и даже, чёрт побери, запах! Это выводило из себя.

+3

15

- Похоже, для вас, Ханна, загадок во мне, вообще нет. – Гэбриэль хмыкнул с лёгкой досадой, но то, как его взгляд скользнул по её губам, давало понять, что насыщенный женственностью голос принёс свои плоды.
Дальнейшие рассуждения Ханны Гэбриэль слушал с открытым ртом в буквальном смысле, старательно изображая недоверие, сменяющееся изумлением и наоборот.  А в голове же проносились мысли совершенно иного толка: «Да, Генри, ну и горазда же ты плести сети. Не удивительно, что ты одна из лучших в своем деле. Так мягко выстилать высосанными из пальца фактами да ещё и ссылаясь на несуществующие примеры. Да ты просто гений авантюры». Когда девушка объяснила второй факт, Гэбриэль аж крякнул и , хлопнув ладонью по столу, расхохотался.
- Это же всё и вправду очевидно! Вы просто гений наблюдательности! «Ага, Шерлок Холмс. Но я, так и быть, изображу перед тобой недалёкого Лейстреда. Спектакль обещает быть просто захватывающим!».
- Вы меня безумно заинтриговали, Ханна! Теперь я уже более, чем просто желаю продолжить знакомство с вами. - «Стесняюсь озвучить, что ещё».Где вы научились так потрясающе делать выводы и быть такой наблюдательной?  Я, если честно, всё никак не могу отойти, даже заподозрил вас в том, что вы где-то накопали информацию обо мне. Но это, действительно, впечатлило.
- Но вы сегодня ещё  обещали сказать, чем я так сильно отличаюсь от окружающих. И, кстати, вы сказали, что тоже не местная, и поделитесь секретом, где же появляются на свет столь обаятельные и проницательные особы.
«Да, давай немного поговорим о твоей чертовке-Ханне, Генриетта, мне это тоже очень интересно. И всё-таки, как чертовски привлекательно ты сегодня выглядишь. Это даже сбивает. Усложняющий фактор, от которого не хочется отказываться…». 

Отредактировано Гэбриэль (24-08-2012 21:56:18)

+1

16

Однако же, мужчина повёл себя иначе…
«- Держишь хорошую мину при плохой игре… впрочем, пока что нашу не назвать такой уж и плохой пока, не правда ли? Мою, во всяком случае… что же играешь ты, Гэбриэль? Чёртово имя… ну почему так много совпадений?»
Генри абсолютно естественным жестом опустила ресницы, улыбнувшись, однако, нисколько не застенчиво – скорее весьма сдержанно, в ответ на столь громкую похвалу. С её точки зрения – он перебарщивал… или переигрывал, демонстрируя восхищение её проницательностью. А может быть и нет.
- Вы сказали – более, чем просто желаете? Интересный оборот речи… жаждете? Нуждаетесь в этом? – подалась вперёд, как и прежде – вновь складывая руки перед собой. С одной стороны – стол между ними слегка мешал ей сейчас… а с другой – ей категорически не хотелось сближаться с Верье.
- И вы… - коротко улыбнулась, склонив голову к плечу и еле заметно прищурившись. – Вновь спешите. И ведёте себя не честно. Я ответила на ваши вопросы – но вы мне так ничего и не рассказали о себе. А я, знаете, настойчивая…
Голос и интонации вновь самую малость понизились, хотя в следующий миг Генри ослепительно улыбнулась, коснувшись пальцами толстой папки меню.
- Но  я бы не отказалась выпить чего-нибудь.
Не самый деликатный ход, хотя более чем уместный в данной ситуации. Осадить чрезмерно любопытствующего брюнета было очень сладко, особенно – таким образом, и Генри, послав ему очередную улыбку, опустила глаза на страницы с изящно отпечатанным меню.
«- Что-то мне не очень нравится происходящее… или же… нет? Дело в обстановке? Ты так хочешь узнать про меня… нет – про Ханну, естественно. Что ж… можно понять это желание, и всё же – ты не менее настойчиво ускользаешь от рассказов о себе. И это я могла бы понять, но это совершенно не стыкуется с образом денежного воротилы и заядлого охотника. Последние вообще падки до рассказов и небылиц о своей удали! Чёрт бы тебя побрал, Верье…»
- Так чем же вы занимаетесь, Гэбриэль? – повела мягко плечом, поднимая глаза от винной карты, которую – что он мог заметить – просматривала с лёгкой скукой и, вероятно, даже разочарованием.
Генри адово хотелось пива. Банального, тёмного бельгийского пива. А ещё ей становилось жарко, и это было очень неприятно – жакет начинал мешать, а значит – скоро его придётся снять. Не потеть же, чёрт возьми, в замкнутой кабинке! Но тогда придётся – о да, ещё как придётся – рассказывать про татуировку. Девушка незаметно и беззвучно вздохнула.

+1

17

- Пусть будет "жажду", почему нет, мне нравится такое определение, Ханна.
"Значит это так называется? Молодец, великолепная игра. Ведь на самом деле ты ничего не сказала, пожалуй, стоит тебе на это указать. Для моей легенды нельзя быть уж абсолютным лопухом".
Ответив Генриетте почти обиженным взглядом, Гэбриэль проговорил:
- Ну, на самом-то деле вы мне ничего не сказали. Вернее сказали, но только обо мне же самом. А ведь я это знал и так, верно? - теперь его улыбка приобрела игривый оттенок.
- Но, если вы настаиваете, я отвечу на ваш вопрос, при условии, если эта игра в вопросы и ответы будет происходить по очереди. Итак, пока вы выбираете аперитив, я начну.
- Я работаю в компании "Nous Electronics Canada". Конечно, моя стезя не электроника, а финансы, но всё равно, я могу гордиться, что наши разработки востребованы такими известными фирмами, как "Boeng", "Airbus" и, даже агентством "NASA".
Собственно, такая фирма действительно существовала и Гэбриэль Верье, действительно, числился там одним из топ-менеджеров в сфере маркетингового анализа перспективного развития рынка. И если бы его фотография, ну, фотография настоящего Ван Де Хелсинга была показана любому работнику административного звена, его бы непременно узнали. Нельзя сказать, что компания принадлежала "Аресу", скорее, это было одно из его подразделений, где даже не все участники, были в курсе, чем же они занимаются на самом деле. 
- Вот, собственно это и есть сфера моей деятельности.
Гэбриэль мимолетно улыбнулся, вскинув взгляд, и добавил.
- Давайте, действительно, что-нибудь закажем, чтобы уже не возвращаться к этому вопросу и не прерывать нашу замечательную беседу.

+1

18

Генриетта же мило улыбнулась в ответ на первый лишь упрёк – после она слушала с прекрасным и внимательным видом умной женщины, которая знает, когда следует кивнуть, а когда – коротко усмехнуться, или приподнять брови в легком уважительном удивлении.
«- Надо будет пробить этого Верье по озвученным каналам… но всё так гладко рассказывается, что, чувствую, я найду только описанное. Он прекрасно выучил своё «домашнее задание»…» - мягкий кивок в ответ на его предложение заказать что-либо сразу. «- Или же… он прекрасно отдыхает здесь сейчас, и не прочь потрепаться о своей работе. Круто.»
- Очень интересно, Гэбриэль…  к сожалению, не могу похвастать тем, что наслышана об этой компании, но могу предположить, что вы производите… - пощёлкала пальцем, словно ловя нужное слово. – Авионику, да? К своему стыду должна признать, что я не особо в этом сильна.
Забавно сморщила нос, улыбнувшись, и снова перевернув пару страниц.
- Что касается вашего предложения отвечать по очереди… учитывая, сколько я добавилась от вас правды – где же вы работаете, думаю, у меня маловато шансов продолжить разговор в том же одностороннем духе, - лукаво улыбнулась ему, бросив мимолётный взгляд исподлобья. – Впрочем, не буду настаивать на конкретизации, и просто соглашусь ответить на один ваш вопрос. Думаю, это будет честно.
И уверенно кивнула, протянув руку и отгибая тяжёлую штору. В проёме тут же нарисовался уже знакомый официант, выжидающе улыбнувшийся обоим посетителям, и Генри перевела любопытный взгляд на него.
- Добрый вечер… будьте добры, «Цезарь», с тигровыми креветкам, запеченную форель и ризотто.
На лице официанта никак не отразилось удивление по поводу того, что гостья решила обойти вниманием предложенную часть национальной кухни, а именно – сырную составляющую.
- Разумеется, сеньора. Что-нибудь из напитков?
Девушка кивнула с лёгкой улыбкой.
- Да. Для начала – ананасово-сельдереевый фреш, - не сказать, что бы Генри содрогнулась от отвращения про себя, но внешне Ханна просто излучала любовь и приязнь к подобного рода извращениям.

+1

19

Гэбриэль усмехнулся, качнув головой, словно желая выразить жестом что-то вроде "Да, Ханна, ну вы и даете!".
- Разве вы добивались от меня правды, Ханна? Мне кажется, что её одну я здесь только и говорю, разве нет?
Когда же вновь вошел официант, Гэбриэль вновь принял позу любопытствующего ожидания, сложив локти на стол, а подбородок на ладони. Когда девушка закончила заказ, который не произвел впечатления на Верье, но заставил вытаращиться мысленно Ван Де Хелсинга, то сам он, взглянул на официанта ТЕМ САМЫМ взглядом, ну, которым топ-менеджеры смотрят на всех остальных и, не глядя в меню, заговорил:
- Бутылку Prios, только хорошо охлажденного. Сырный суп-пюре. Гренки с оливками и сыром. Думаю, для начала этого будет достаточно.
Проговорив "для начала" он вновь смотрел на Ханну, словно играя вслед её словам.
Официант откланялся и покинул ложу, вновь задёрнув шторы.
Гэбриэль снова перевел всё свое внимание на девушку, продолжая рассматривать её лицо, как еврейский ювелир рассматривал бы бриллиант из французской королевской коллекции.
- Нет, Ханна, мы не производим авионику. Авионика это... - мужчина нахмурился, моргнул, и уставился на собеседницу уже с чувством, далеким от восхищения или вожделения. - Вы даже знаете, что такое авионика? Помилуйте, Ханна, вот сейчас, если бы там, в магазине, ну этом, как его... - Гэбриэль раздраженно взмахнул кистью, - да чёрт с ним, в том магазине сладостей, если бы не я налетел на вас, а вы на меня, то учитывая всё вышесказанное, я бы однозначно счёл вас промышленной шпионкой. Ну вот хотите верьте, хотите нет. Я ни сколько не умаляю женского ума, но вот хоть спросите у официанта, когда он принесет заказ, что такое авионика. А вы не производите впечатления человека, работающего в сфере авиационной инженерии...

+1

20

Сыр, сыр, вино… вполне нормальный заказ здесь, но, чёрт побери, как бы Генри сейчас хотелось приличного куска дичи с овощной поджаркой и большим бокалом пива. Даже смешно стало на миг от того, что приходится отказывать себе в такой малой малости… однако, подобный ужин, как бы дико это не звучало, абсолютно не подходил к её нынешнему наряду, а это следовало учитывать.
А вот дальнейший поток слов заставил Ханну раздвинуть губы в мягкой, но снисходительной усмешке. Вновь – на короткое мгновение опустить ресницы, затем – бросить острый взгляд в глаза мужчины.
- Вы уже не первый раз упоминаете это самое шпионство. Приходилось сталкиваться? – промурлыкала, подавшись вперёд и укладывая подбородок на сложенные «полочкой» ладони. – К тому же, для того, чтобы знать этот термин – не нужно обладать широкими познаниями в озвученной вами сфере. К сожалению, я едва ли смогла бы поддержать на должном уровне беседу с вами на заданную тематику, так что меня нельзя назвать хотя бы даже любителем в данной области…
Мигнул экран телефона справа, заставив Генри моргнуть и быстро скосить взгляд в сторону аппарата, и лениво протянуть руку, коснувшись пальцем клавиши разблокировки. Она знала, что со стороны Верье всё равно нельзя будет толком увидеть – что выводится на дисплей, так что в ответ на первое сообщение брата – банально отправила «1», подтверждая приём, и то, что пока всё в порядке.
- Прошу прощения, Гэбриэль… - проговорила, несмотря на то, что большую часть движений она делала даже не глядя на коммуникатор, а продолжая изучать его лицо в ответ.
- Итак, я полагаю… теперь ваш черёд задавать вопрос, не так ли? – ей бы дико хотелось откинуться на спинку стула, поигрывая чем-то  в пальцах. Но, опять же, обстановка предполагала расслабленность и такие… на грани доверительных – отношения. И ей категорически нельзя было показывать свою нервозность.
А вот спина уже слегка взмокла, и это было плохо.

+1

21

- Да, приходилось. Посчитаем это вашим внеочередным вопросом, Ханна.
А вот Гэбриэль вполне мог позволить себе откинуться на спинку стула, что он с удовольствием и сделал.
"А теперь, дорогая Генриетта, выступление, можно сказать - бенефис, - специально для тебя и только для тебя. Следи за руками, как говориться". И, поерзав на стуле, Верье сделал попытку было скрестить руки на груди, но, мы же менеджеры, нас же учат коммуникабельности и потому, неловкий рывок и движение плеч, так и остались незаконченным движением и Гэбриэль положил пальцы на край стола, так, что руки и даже ладони были в воздухе.
- А значит, я могу задать два вопроса, чтобы между нами всё было честно. И они точно соответствуют тем, которые я озвучивал при нашей первой встрече. Откуда вы, Ханна? И как вы сразу поняли, что я - не здешний?
- О-о, вы точно торговец, - Генри рассмеялась, и, всё-таки не решившись мокнуть дальше, чуть подалась назад, пробормотав негромко «с вашего позволения», и сняла жакет, обнажая плечи и руки. После чего, как ни в чём не бывало, сложила руки так же, как и до того, и удобно устроила на них подбородок.
Отчасти, конечно, позабавил вот этот самый порыв Верье – скрестить руки на груди перед своим вопросом, что на мгновение заставило её сощуриться, но тут же вновь улыбнулась.
- Я родом из Бирмингема, хотя корни по отцовской линии французские, - говорила не скучающим тоном, но явно без каких-либо восторженных «сказочных» повестей. Просто излагала  сухие факты, при этом внимательно следила за мужчиной. – Большую часть жизни провела там, никуда особо не выезжая, пока не закончила университет.
Помада на губах не позволяла ощущать сухость, но в горле уже слегка першило. Чёрт, а ведь могли бы и просто кувшин с водой поставить! Интересно, это нервозная жажда, или тут действительно душновато?
- Что касается второго вопроса… вы верно отметили – ваш акцент, да и поведение… я здесь недолго, но, честно говоря, вы выглядите здесь, - куснула очень мягко нижнюю губу, улыбнувшись. – Неуместно. Не дома. Большего я, увы, сказать не могу, но, думаю, это можно списать на женскую интуицию, вы не находите?
Гэбриэль скользнул взглядом по татуировке, это можно было заметить, но нельзя было обвинить его в том, что он излишне таращится. Отчасти, это было легко хотя бы потому, что Ван Де Хелсинг-то её уже видел и неоднократно. Именно для этого и был тот самый первый взгляд - этакая реакция на неожиданность. Почему-то сразу вспомнились прочтенные ещё в основной школе "Три мушкетёра" Александра Дюма. Точнее вспомнилась Миледи. Забавно, почему-то первое впечатление, там в Ливане, совершенно не имело подобной ассоциации, а тут - надо же. Что ж, это говорило только о том, что роль Ханны играется на высочайшем уровне.
- Ваша интуиция и наблюдательность, поистине феноменальны. Я встречал множество уникальных людей, но ни один из их талантов не производил такое... завораживающее впечатление. 
- Думая об этом, не могу не отметить тот факт, что уживаться с таким талантом в повседневной жизни будет чрезвычайно... необычно. Даже - трудно.
Гэбриэль опустил руки, уложив их на подлокотники, так, как в самом начале сидела сама Ханна. Всё же сейчас эта девушка Генриетта-Ханна производила очень яркое впечатление. Редкий случай, когда один и тот же объект пробуждает одновременно и либидо, и мортидо. "Генриетта в упаковке от Ханны" так мысленно прозвал этот "коктейль" Гэбриэль.
- Итак, ваша очередь, мадемуазель.

+1

22

Почему-то тот факт, что он не заострил внимание – вслух – на татуировке заставил девушку внутренне облегчённо вздохнуть. Это было не то, что бы очень приятно – нет, по-своему Генри справедливо считала рисунок украшением своего тела, благо что делал его очень хороший мастер… в не самый, правда, лучший период жизни Генри, но это значения не имело. Шипы, лоза… всё вместе это несло в себе не столько абстрактную символику, но, скорее, являлось в большей мере отражением её собственного внутреннего мира. Но излагать это всё успешному менеджеру? Увольте…
В ответ на его слова тихо и со смехом фыркнула.
- А кто же заставляет вас с этим уживаться? Хотя… не думаю, что у меня возникло бы желание как-либо облегчать вам жизнь, - ласково улыбнулась, глядя в тёмно-карие глаза собеседника с почти откровенной нежностью… и вряд ли можно было разглядеть под этим взглядом вновь плеснувшую ненависть.
- И знаете, ещё одна игра ваших слов… множество уникальных людей – разве не делает их априори не-уникальными? – хитро улыбнулась, склонив голову к плечу, но тут же добавила. – Это риторический вопрос. Он не в счёт, и не нуждается в ответе, как следует из определения. Но спасибо за комплимент, тем более, что вы умеете их делать, не скатываясь в пошлую банальность физического – отмечая сильные стороны моего ума.
Вновь колыхнулись шторы, и официант появился на пороге их небольшого «будуара», вкатывая тележку с первыми блюдами и напитками. Это позволило девушке взять небольшую паузу, пока парень расставлял приборы и раскладывал блюда перед каждым.
- Вы – охотник, Гэбриэль. По чью душу прибыли сюда? – да, вопрос был, безусловно с подвохом, и Генриетта нарочито-спокойно, с достаточной толикой вежливого интереса уставилась вновь ему в глаза. Внутри же на миг всё сжалось, как после прыжка в холодную воду – потому что подобная формулировка была и достаточно неоднозначной.
Выждав, пока официант закончит сервировать стол, Гэбриэль обратился к нему:
- Хорошо, а теперь пусть нас не беспокоят около получаса. Затем мы сделаем ещё заказ.
Не желая даже отмечать на лице официанта следы того, что он мог подумать о подобном заявлении, Гэбриэль махнул рукой, отпуская того. Затем, когда штора опала, он придвинул к себе тарелку, но смотрел всё это время на Генриетту.
- Сначала я отвечу на риторический вопрос. Вы - одна из этих многих уникальных людей. Это делает вас менее уникальной? Можете не отвечать. - Губы Гэриэля искривила сардоническая усмешка. - Это был риторический вопрос. Что до вашего,  - он метнул короткий взгляд, зачерпнув белую тягучую массу супа ложкой, - "настоящего" вопроса - я приехал сюда, скажем, чтобы в моей коллекции трофеев появилось что-то, привезённое из Швейцарии. В данном случае - не имеет значения, что. Я коллекционирую трофеи разных стран, и мне вовсе не обязательно, чтобы это был, обязательно, зубр. Сойдет и кулик. Хотя, безусловно, зубр гораздо предпочтительнее. Но, как вам должно быть известно, католицизм отрицает наличие души у животных. И если рассматривать моё столкновение с вами в магазине, как... эм... бросок из засады, то вы первая, в чьей адрес можно было бы сказать: "я приехал по вашу душу".
Коротко улыбнувшись, Гэбриэль сунул ложку в рот.
"Шах, милая Генриетта. Заметишь ли, что ферзь без защиты?".
Генри слегка приподняла брови в ответ на «требование» мужчины, и даже проводила коротким взглядом безропотно удалившегося официанта. Вот чего она никогда не признавала – и не принимала, в общем-то, так это утрированного отношения к людям из «обслуги». Не то, что бы она сама была чрезмерно любезной с ними, но и в целом – старалась быть… доброжелательней, что ли? Верье же, очевидно, находил это излишним. Почему бы и нет?
А вот её ремарка ему, судя по всему, по вкусу не пришлась, что заставило саму Эстер тихо и довольно фыркнуть в мыслях. Почему-то каждый «укус», направленный по нему, доставлял ей истинное удовольствие, словно она отводила этим душу.
А ещё хотелось пить, и, прежде чем ответить ему, Генри протянула руку, взяв высокий бокал с бледно-зеленоватым соком, и поднесла к губам соломинку, сделав небольшой глоток. Было не так уж и страшно, как могло показаться со стороны, и по-своему даже освежающе. Но от подобной экзотики «тащилась» Ханна, а Генри просто терпела.
- Значит, зубр… согласно тому, что я знаю о местных законах охоты – вы можете претендовать разве что на горного козла, что, конечно, всё равно лучше, чем птичка, - улыбнулась ему с оттенком лёгкой и дружелюбной насмешки. Хотя, в общем-то, был им же затронут достаточно неприятный момент. Хана была католиком. Но, чёрт, нательный крестик был оставлен «дома», а это… м-да. В общем-то – досадная неприятность, так что следовало просто обойти «неудобную» тему стороной.
- Вы католик? Никогда бы не подумала, - приподняла брови с мягким удивлением. – И, простите, конечно, но я себя не привыкла причислять к жертвам… ничьей охоты. Мой вопрос касался исключительно зверья, - девушка мягко пожала плечами, и левая рука невольно потянулась к правой, чтобы почесать татуировку на запястье, но нервозный жест был превращён в движение к тканной салфетке, которую Генри расправила на коленях. Никуда не спешить, и не торопиться…
- Ваш вопрос, Гэбриэль?

+1

23

- Нет, я не католик. - Гэбриэль продолжал неспеша есть суп. – И эту особенность католичества узнал в детстве, посмотрев фильм "Робинзон Крузо и Пятница". Знаете, такой... - Гэбриэль опустил ложку в суп, и сделал опять же, уже знакомый рассеяно-неприязненный жест кистью. - Не имеющий ничего общего с книгой. Фильм пропагандировал борьбу с рабством, правда непонятно зачем, рабства давно и так нет. Так вот там у Робинзона была собака. Во время нападения пиратов-рабовладельцев, да, да - там и такое было, - собака, кажется бассет, погибла. А Пятница как раз стоял на пути обращения в католичиство, Робинзон оттачивал на нём свои миссионерские навыки, знаете ли... Так вот, Пятница хотел помолиться за душу пса, а чуть не плачущий Робинзон, сказал, что это излишне - Бог не примет пса, потому, что у него нет души. Дословно, конечно, ответ Пятницы я уже не вспомню, но суть такова: "Что же за немощный и несправедливый у вас бог. Я лучше помолюсь Великому Крокодилу, и он примет твоего пса". Как-то - запало. Вот и запомнил этот момент, подростки, они такие впечатлительные.
Комментировать своё отношение к правилам охоты в Швейцарии Гэбриэль не стал, зато отметил другое.
- Поразительно, Ханна. Поразительно то, что вы даже знакомы с охотничьим законодательством Швейцарии. Подобная широта взглядов становится неправдоподобной.
- Кто вы, мадемуазель, Ханна?
И вновь взявшись за ложку, Гэбриэль вернулся к супу, ни на миг не отрывая от лица собеседницы напряжённого взгляда исподлобья.

Отредактировано Гэбриэль (27-08-2012 20:06:54)

+1

24

Внимательно выслушала рассказ о фильме, мысленно слегка удивлённо хмыкнув – она такое как-то пропустила, что, в общем-то, было неудивительным. Художественную литературу читала в небольшом количестве, хотя и достаточно широкий круг мировых писателей успела захватить, но это было сделано, в основном, именно ради прикрытия и расширения кругозора. Часто приходилось «втираться» в доверие, играть людьми, их интересами, слабостями… и многим было приятно поболтать с милой и образованной девушкой. Не всегда, конечно, но как «начало» знакомства, как правило, это было неплохо.
А вот «нападка» и прямой взгляд заставили её мысленно усмехнуться.
- Двуногое, прямоходящее, лишённое перьев и с плоскими ногтями? Или вас интересует иной аспект меня? – и уже знакомое озорство во взгляде. – Гэбриэль, не напрягайтесь так всякий раз… вы забыли, что мой отец охотник? Так или иначе – я в курсе некоторых особенностей «декоративной» охоты, не промышленных масштабов. В последнем, впрочем, тоже немного разбираюсь, но не так.
Пожала плечами, знакомым уже жестом облизнув верхнюю губу, и сделав ещё небольшой глоток сока, отодвинула бокал в сторону, взяв вилку и рассеянно насадив на зубцы кусочек капусты. Скепсис во взгляд не был допущен, но в душе она испытывала исключительно его, при виде этого клочка витаминов с минимумом необходимых организму калорий.
- По роду занятий же я принадлежу к одной из древнейших профессий на земле, - и она ответила ему слегка издевательским взглядом, с лёгким прищуром и изогнутыми насмешливо губами. – Журналистика – так, на всякий случай.

+1

25

- Журналистка, о, это многое объясняет. Но не всё, конечно.
Гэбриэль вновь улыбнулся, взяв двумя пальцами гренку с подноса, и аккуратно надкусывая её.
- Попробуйте, они очень нежные и ароматные, вам должно понравиться, Ханна. Тем более. что вам стоит обдумать свой следующий вопрос.
Вновь оставив ложку, Гэбриэль взял салфетку и промокнул ей губы.
- Здесь очень хорошая кухня. И отель, впрочем, тоже достаточно хорош, даже на придирчивый взгляд. Но вас я тут не видел. Жаль.
И вновь взяв ложку, он с улыбкой спросил:
- Ну что, продолжаем?
"Прекрасно держишься Генриетта. Настолько хорошо, что эта пляска всё меньше похожа на забаву и всё больше на перекатывания камней по полю. Но интереснее... гораздо интереснее".
Ещё достаточно интересным моментом, о котором сейчас размышлял Гэбриэль, - был потенциальный конец свидания. Стоит ли предложить ей заглянуть к нему на чашечку кофе с бурбоном? Или нет? Что из этих вещей будет менее вежливым, что его ночёвка с Генриеттой не устраивала в данном контексте. Ночью держать "маску" возможности не будет. Он и сейчас начинал ощущать первые отголоски усталости мимических мышц и лёгкую ноющую боль в затылке. Ведь он не только "кривлялся", но и постоянно "отводил глаза" собеседнице, заставляя её сосредотачиваться на тех деталях своего лица, которые были "подделаны" и препятствуя воспринимать картинку в целом. Нет... ночь он не выстоит.

+1

26

Генри рассмеялась в ответ, отрицательно покачав голов на предложение попробовать гренку.
- Нет, спасибо… предпочитаю лёгкий ужин, хотя и не являюсь вегетарианкой.
Выловила в ворохе листьев сухарик, пропитанный тем самым соусом, задающим «тон» всему салату, и с удовольствием им похрустела, разглядывая его всё с той же мягкой насмешкой.
- К тому же, с чего вы взяли, что мне нужно время для того, чтобы задать вам следующий вопрос? – склонила голову к плечу, рассеянно скользнув запястьем по скуле, ни то почёсывая, ни то убирая щекочущие волосы.
- Вы надолго сюда приехали? И – да, в этом отеле вы меня и не увидите, - без лишнего сожаления улыбнулась, уже знакомо щуря глаза, изучая уже его выражение. – Я живу в санатории, дальше Монте-Верди.
Почему бы и не поступиться правилами? Тем более, что подобный «вброс» мог быть куда более информативным, чем другие вопросы – стоило всего лишь внимательнее следить за его лицом. Что же ему могло быть нужно? Верье? Или Хелсингу? От последнего, впрочем, не оставалось ничего… ну – почти. И с каждым глотком сока, с каждый минутой, проведённой рядом с брюнетом, становилось легче.
Вновь мигнул экран, но Генри уже не глядя сыграла комбинацию на сенсорной клавиатуре, отправляя сообщение Бранду с уже знакомым символом.

+2

27

- Достаточно надолго. Просто я ещё не решил, на сколько именно. Понимаете, вот как вы - проницательны здесь сейчас со мной, вот так и у меня, временами, удается на работе. Скажем, мне удалось привлечь инвестиции в долгосрочный контракт с семизначной цифрой, и я получил, в качестве дополнительного вознаграждения, по собственному желанию, полугодовой отпуск. Конечно, это не отпуск, в полном смысле слова, я так же работаю, только дистанционно, но... с точки зрения дисциплины - это, всё-таки,  - отпуск.
Гэбриэль улыбнулся, отодвигая пустую тарелку и принимаясь за следующую гренку.
- А насчёт санатория, да, я слышал, что тут есть огромный санаторий "Приют странника". Как-то тут всё, однообразно. Согласитесь, прослеживается некоторая параллель - "Приют странника", "Верный спутник".
"Интересно, зачем тебе знать, на сколько я тут? Всё же тебе некомфортно, очень некомфортно. Значит стоит ждать от тебя какого-нибудь фортеля, в котором ты, если не сможешь расставить точки над i, то уж точно перерубишь все узлы... вместе с теми, кто их завязывал. А пока, давай я задам тебе закономерный вопрос самца-охотника во время гона".
- Что же, теперь моя очередь. У вас есть семья, Ханна? Я имею ввиду - ваша.
И Гэбриэль, как ни в чём не бывало, откинулся на спинку стула, пристально глядя на собеседницу, вновь надкусив гренку.

+1

28

Девушка негромко рассмеялась, кивнув радостно.
- Да, в самом деле – я бы сказала, это можно назвать даже преемственностью! – снова небольшая пауза, в которую Генри негромко похрустела листиками капусты, и сделала ещё пару глоткой сока. Есть хотелось всё так же, но в то же время еда как-то… мешала. Двойственное чувство. С одной стороны – неловкость в целом от необходимости поглощать пищу с кем-то посторонним, что априори стесняло её, сковывало рамками приличий и так далее… а с другой – это был прекрасный повод, во-первых, получше узнать собеседника, а во-вторых – занять свои руки чем-то вполне «законным». Главное было – не начать вертеть в руках нож тем же макаром, каким она играла с брелоком. Впрочем, за это Эстер почти не переживала – Ханна строго следила за всем, что попадалось в её руки, и, тем более, фокусническая ловкость рук была доступна только Генри, но не скандальной журналистке.
Следующий вопрос заставил девушку с любопытством уставиться на мужчину – пытливо, и в то же время с лёгким прищуром.
- Нет, если вы имеете в виду мужа и детей. Да, если имелись в виду иные кровные родственники, - подчёркивая свои слова – очень мягко жестикулировала вилкой, выписывая зубцами в воздухе замысловатые и невидимые вензеля. А затем, внезапно прищурившись, склонила голову к плечу, глядя ему в глаза. – Я вам не сказала… но, знаете, вы были правы. Там, у машины – я почти увидела призрака. Вы чертовски похожи на одного моего… - тихий и короткий кашель, но взгляд безотрывно «держит» глаза собеседника. – Старого знакомого. У вас даже имена одинаковые, что поразительно… всё-таки не каждая мать назовёт своего сына именем одного из Архангелов.
Очевидно, игра в «вопрос-ответ» наскучила Генри, и она решила «прощупать» чуть грубее своего собеседника.

+2

29

Когда Генриетта, то есть, Ханна, с Генриеттой и так было почти всё понятно, заявила о том, что она не связана никакими узами, на лице Гэбриэля проступило мимолётное воодушевление.
Но следом девушка сказала то, что придавало беседе совершенно новый оборот.
«Вот оно! Наконец-то прибыла кавалерия!»
Гэбриэль, не без усилия изобразил на лице сменяющие друг друга последовательно интерес, удивление, подозрение и, наконец, разочарование.
- Ну, если быть честным, это выдумка не моих родителей, а моей прабабки. Вот она назвала деда, именно опираясь на библейские мотивы, а меня уже назвали просто в его честь.  Что до схожести, о которой вы говорите, хм…  вы, поэтому пришли на это свидание?
Он бросил взгляд исподлобья,  и, хотя, казалось бы ничего не изменилось,  но Гэбриэль приложил ещё немного усилий, чтобы весь его облик излучал атмосферу досады и неудобства.
- Говорят, имена влияют на внешность людей. – Он усмехнулся, проведя пальцем по краю тарелки, глядя на рисунок на ней, словно это было нечто, крайне интересное. – Может в этом всё дело… Хотя,  - он поднял взгляд,  - лично я считаю это полной чушью. Простите, за грубое высказывание.
Оставалось только ждать реакцию Генриетты на его достаточно замысловатую игру. Он, конечно,  старательно расставил красные флажки там, где хотел  сделать акценты для неё. Но, тонкий и искушенный  женский ум непредсказуем, а потому выводы могли быть несколько неожиданными. Тем не менее, переигрывать тоже не стоило.  Его слова и мимика были и так в меру красноречивы. И выглядели гораздо более правдоподобно, нежели «искренний» интерес и навязчивые расспросы об этом самом «двойнике».

Отредактировано Гэбриэль (27-08-2012 22:38:13)

+2

30

Генри заигралась. Настолько, что ход мыслей и дальнейшие слова мужчины вызывали в ней откровенную оторопь, а следом – дичайшую досаду на саму себя. Она проморгала простейшую, очевиднейшую реакцию, делая ставку на совсем иное впечатление от её слов, и теперь судорожно соображала, как стоит выпутываться из созданной неловкости.
Замешательство, отразившееся на лице девушки, равно как и недоумение, подтолкнули её саму в нужном направлении, и Эстер мягко пожала плечами, вновь откидываясь на спинку стула и разглядывая лицо мужчины, словно она впервые его увидела.
- Нет, Гэбриэль, я не потому предложила вам тогда выпить чаю, и не потому согласилась прийти сюда, - голос звучал теперь по новому, с выражено звучащими металлическими нотками.
Конечно же – это большая ошибка, пытаться ловить такую птаху, как Ханна. И ещё большая ошибка – пытаться загнать в угол такую крысу, как Генри.
- Возможно, то, о чём вы сказали – не такая уж и чушь, - еле-еле смягчился голос, хотя взгляд был всё таким же прямым и цепким. Для Верье подобная метаморфоза могла стать неприятной неожиданностью, но вот Хелсинг увидел бы нечто очень и очень знакомое. Проступившую под маской нежной мисс Норел – собранную и жёсткую Эстер. Обозлённую, в данный момент.
- Но оно едва ли имеет отношение к нашему сегодняшнему ужину. Вероятно, мне не стоило упоминать прошлое, так что прошу меня простить за подобную бестактность, - слова могли показаться гвоздями, вбиваемые в крышку чьего-то гроба, во всяком случае проговаривала их она очень отчётливо, хоть и не цедила. И, что могло показаться странным, никакого «холода» или отчужденности. Скорее – очень даже наоборот, яркий и пылающий жар, по ощущениям.

+2


Вы здесь » Приют странника » Будущее » Вспомни о прошлом, подумай о будущем... (part 2)