Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Летописи Мистера Гранта (Всё иначе) » Все дороги ведут в Храм


Все дороги ведут в Храм

Сообщений 31 страница 59 из 59

31

- А может, не путеводитель, а некролог? Или послание в бутылке?
Ленси огрызнулась с неожиданно прорвавшимся раздражением. Но пояснять свои странные фразы не стала. Пнула какой-то камушек, помолчала. "Вам ведь, частный детектив, знакомо такое чувство... когда очень хочется жить. Ну вот как-то просто очень. Но... Есть такой сигнал у моряков. Красно-желтый такой флажок, косыми полосами: "Нас дрейфует на якоре". Означает это, что якорь не держит судно во время шторма, и его сносит. Чаще всего разбивая о камни в итоге... И бороться с этим сами моряки не могут. Поможет лишь помощь извне... Впрочем, и попавший на необитаемый остров, и кидающий с размаху бутылку в море, тоже надеется на помощь извне..."
- Я повторяю это так часто, потому что решительно никто не хочет этого слышать. Даже папа... хотя обычно он мне верит. Знаешь, частный детектив, сделаю я тебе подарок. Только подожди пять минут. И, кстати... смотри. Вон ограда, видишь? Там уже не кладбище... там парк "Приюта" начинается...
Бестия сунула в руки мужчины фонарик, и перелезла через ограду. Привычно так... явно не в первый раз. И где-то там, по ту сторону, зашуршала трава. Не было Ленси минуты три, а потом она вновь по-кошачьи ловко перелезла через ограду. Вернулась к мужчине, что-то крепко держа в пальцах. Подставила находку под луч фонарика. Это был крупный, уже при давленый сверчок. Странно... холодновато уж для это живности, вроде. Девочка повертела насекомое, дав его рассмотреть. А потом взяла, да и оторвала ему заднюю лапу. Со странным усилием, и слишком громким хрустом...
В свете фонарика недвусмысленно заблестели металлические части сустава... сверчок был механической, тонко сделанной игрушкой. Девочка протянула его на ладони, молчаливо полагая, что понятно: раз она нашла это чудо так быстро, значит, таких тут много. Но она ни слова не сказала о насекомом, подозревая, что тот снабжен передатчиком.
- Ты иди, свят... эээ... частный детектив. Ну а мне в "Приют"... так что я парком. Надеюсь, вы с Эпин не заблудитесь. Лина, Хеймо привет.
И Ленси, оставив им фонарик, вновь исчезла за оградой.

+2

32

- Какие-то мрачные у тебя ассоциации и настроение, – скептически посмотрел на девушку Криг. – С таким настроем нечего хорошего не выйдет. Я снова приведу пример в виде себя. Мы должны помогать друг другу, иначе не выживем. Вот когда я служил…
    Но Александр не успел вспомнить очередную байку или быль из своей жизни. Валенсия что-то сказала про подарок и, вручив фонарик, исчезла из виду. Озадаченный мужчина посмотрел на Рыжую и пожал плечами.
    - Знаешь, сверять показания свидетелей, услышанные лично, и те, что на бумаге - может дать разный результат. Я-то знаю. Да и вообще, это моё праздное любопытство…
    Вернулась Валенсия и продемонстрировала насекомое. Капеллан в душе брезгливо скривился - ну не любил он насекомых. А далее девочка проделала фокус, который очень удивил «детектива». И перед тем как девчушка попрощалась и, оставив подарок в виде фонарика, скрылась, он успел прихватить себе этот чудной сувенир. Пусть и поломанный, но всё же этот механический таракан вызывал смешанный чувства. Остатки этой твари он сунул себе в карман и, подойдя к Лине, отдал ей фонарик Чёрной Валенсии. Или Валенсии Чёрной... а что, хорошо звучит.
    - Идём обратно, уже поздно… - Алекс включил свой прожектор и не спеша направился обратно по тропе. – Не отставай, у меня какое-то дурное предчувствие…
    «Охотник на ведьм» ещё раз обернулся и посмотрел туда, где, по словам Валенсии, находился «Приют». Уже одно это слово заставляло Крига впадать в тяжкие раздумья. Уж он-то повидал за свою жизнь приютов, и не все они были благочестивыми и милыми. Ох, не все…

+2

33

Александр и Мадемуазель препарировали насекомое, бодро и экспрессивно откручивая ему ногу. Нога открутилась. Эпин отвернулась, чтобы не видеть. Было неприятно. Ходить по Кладбищу - это одно, а участвовать в эксперименте, причем совершенно непонятно каком - это совсем иное.

Все эти разговоры о выживании, внезапно прорвавшаяся плотина откровений от Мадемуазель, воспоминания о службе Александра...
Выжить. Да. Этого хочется всем. И ради этого некоторые рыжие способны мимикрировать, сбежать от родни, отказаться от блестящей карьеры. Только бы не оказаться снова ТАМ. Только не повторение одного единственного, но такого страшного опыта. Именно поэтому нит никаких НЛО, зеленых человечков, Приюта и прочего-прочего. Лина зажмурилась.

- Quand à vous deux gêner le sport, rappelez-vous que, ici aussi, et de la population...* - очень тихо, стуча зубами от накатившего холода и озноба. Это совершенно разные вещи.

_______________________________________

*Когда вам надоест резвиться, вспомните, что тут есть и мирное население...

+2

34

Валенсия тихонько насвистывала, выбираясь на знакомые дорожки парка. До первых фонарей идти было еще далеко, на девчонка отлично знала, что на самом-то деле, если место знакомо, то и фонарик не нужен. Частный детектив, хех... интересно, к _кому_ из его рук попадет информация о странных делах, творящихся в мирной и маленькой горной деревушке? А ведь к кому-то попадет... неизвестно почему, но Бестию эта мысль радовала. Она была уверена в том, что слухи об этом странном месте распространять просто необходимо. Но как-то все приезжие, вне зависимости от изначальных планов, оседали тут надолго... ну, все, о ком она смогла узнать. А потому пересказывать слухи было решительно некому. Ну... вот представился случай. Хотя хз, не осядет ли тут и частный детектив, он же паломник Александр... ой, хз... ну да "будем посмотреть".

+1

35

«Охотник на ведьм» молча шагал перед Рыжей, стараясь как можно лучше показывать дорогу с помощью фонаря, во избежание травматизма. А за вывихнутую ногу или порванную одежду компенсации от нанимателя не жди. И поэтому мужчина старательно смотрел под ноги и не менее старательно поглядывал на спутницу. Отчасти-то она ведь по его вине оказалась здесь сейчас.
    - Ты что-то сказала? – останавливаясь, Криг повернулся к девушке.
    Она явно что-то сказала... или всё же послышалось? На да ладно, фургон уже не за горами. Собственно говоря, как и ночь. Александр прибавил ходу к своему авто, на ходу щёлкая сигнализацией и быстренько открывая боковую дверь. Пока Лина догонит его, мужчина кинет механическое устройство в пакетик для барбитрупов, вернее, улик. А заодно оставит в кузове «камеру» и бэтмановызыватель-фонарик. Дверь тут же поспешно закрылась обратно.
    - Я снова осмеюсь предложить вам свои услуги водителя и подвести вас, куда скажете, – Криг достал из плаща КПК и включил его.
    Там его уже ждала карта местности, с нужными обозначениями и маршрутами. Спасибо Валенсии.

+2

36

Мадемуазель испарилась, а Эпин осталась наедине с Александром Детективом. Просто отлично. И что теперь делать?
- Сказала... - рыжая кивнула, держа перед собой фонарик как защиту от всего и вся, двумя руками. - Сказала, что не всякая истина хочет, чтоб до нее докопались.
Губу прикусила, сосредоточенно глядя в освещенное фонариком пространство. Вот же ж... Ох, и холодно же. Губы дрожали уже нескрываемо. Хотелось в тепло. Не заболеть бы.

Приглашение мужчины доехать на авто, а не трусцой пробежаться до дому, было весьма соблазнительным. Но вот... Хотя, Мадемуазель видела их вместе, в случае чего наверное сможет рассказать, при каких обстоятельствах она оставила библиотекаря Монте-Верди посреди кладбища. Лина внутренне хохотнула. Ничего себе плюс к репутации. Милая, тихая, безобидная, гуляет по кладбищам с незнакомцами. Мадам бы устроила ей головомойку, это без вариантов.

- Предлагайте, я соглашусь... - девушка ощутила, что устала. Теперь хотелось сесть в автомобиль и почувствовать тепло печки этого агрегата. Домой желалось уже во вторую очередь. Распределила, так сказать, достижимые цели по времени и сложности достижения.

+3

37

- Приглашаю, юная мисс, – и Криг внаглую забрался на место водителя.
    А кто говорил. что он отличается джентельменскими повадками? Ну, благо он умудрился открыть дверь для девушки. Да ещё и хлам с соседнего сидения успел скинуть назад в кабину. Карты там, блокноты, ещё что-то.
    - Истина где-то там? – Ирландец улыбнулся и завёл авто, – хотя я всё же думаю, что она в вине…
    Капелану самому не нравилось ездить в сыром фургоне, и поэтому он быстренько включил печку. В кабине становилось очень даже тепло, и главное, быстро. Такое ощущение, что где-то под сидением находилась печка, и Алекс втихаря подкидывал в неё дровишки и уголь. Если Рыжая ожидала унюхать тут некое подобие свалки и холостяцкой жизни, то её ждало разочарование. Неизвестно как в самом фургоне, но в его кабинке явно был ароматизатор какой-то, и пахло уж очень похоже на ладан. Приятно и успокаивающе. Хотя лёгкий аромат табака и явно разлитого алкоголя под сидением присутствовал. Но почти незаметный. Мужчина включил магнитолу и снова уставился на свой КПК.

  Столетия битв средь пылающих звезд под стягом аквиллы святой,
Ковали Империум словно колосс, омытый кровавой войной,
Но только не выучен горький урок, что людям не раз преподан,
И Власть как ловушка для алчных душ, захлопнет смертельный капкан.

Ревнители веры попрали свой долг, порок их сердца поразил,
Забыты святые и голос умолк, что им благодать возносил,
Кровавый тиран взошел на престол и ложью опутал умы,
Средь смуты, раздора и гари костров последние смолкли мольбы.

Веры огонь пылает в груди,
Ведь Император с тобой,
Ересь и ложь в прах сокрушит,
Слово молитвы святой,
И превратит в яростный клич
Верных праведный хор.
Имя надежды и света во тьме -
Себастьян Тор.

Железной рукой свой трон на костях воздвигнул безумный Вандир,
И вороны кружат над шпилем Дворца слетевшись на траурный пир,
Чистейшие души Его Дочерей обмануты гнусным лжецом,
Обеты хранить отступника жизнь даны пред небесным Отцом,

Но вера крепка и истины глас пробудет от спячки миры,
Сыны Омнисии пойдут вслед за ним, ведя в бой машины войны,
Святые Астартес, что долгу верны, вновь встанут под праведный стяг,
И Терру омоет кровавый прилив, смывая всю скверну и мрак.

Веры огонь пылает в груди,
Ведь Император с тобой,
Ересь и ложь в прах сокрушит,
Слово молитвы святой,
И превратит в яростный клич
Верных праведный хор.
Имя надежды и света во тьме -
Себастьян Тор.

Свергнута тьма и за окном брезжит новый рассвет,
Мертвый тиран на приговор дал свой последний ответ,
Но горький смог черных костров виден еще в вышине,
Лишь передышка и нету конца в бесконечной войне.

  - Ой, прости… - смутившись, он тут же поубавил громкость, но не выключил – ну, куда мы едем? Показывай дорогу, а то мой чудо-прибор явно уже в состоянии сна и мало чем нам поможет.

+1

38

Пассажирское сидение спустя короткое время после приглашения стало несвободно. На обстановку и запахи было все равно, жить в этой кибитке никто не собирался, а следовательно, все обстоятельства, с нею связанные, временны, то есть, несущественны.
Лина блаженно прикрыла глаза, ощущая, как от зябкой осени не остается и следа, обогревательный прибор в авто работал что надо. Девушка намеренно не разваливалась на сиденьи, а напротив, села на краешек, максимально вперед. Лед из ее коленок уходил стремительно, а вместе с этим возвращалась неприятная саднящая боль в правом колене. Это надо же было так умудриться?

Запела магнитола и девушка удивленно воззрилась на Детектива. Не врал, значит. Ну надо же. Верный Пес Церкви здесь, в Монте-Верди. А ситуация-то забавная, почти инквизитор с почти ведьмой в одной машине. На костер повезет, или не сегодня? Захотелось смеяться, но в голос это было делать попросту некрасиво. Эпин сделала вид, что закашлялась, пряча снова порозовевшее лицо за волосами и кулачком у губ. Смешинка попала в рот основательно, а посему рыжая Недоведьма смогла только рукой махнуть на вопрос Недоинквиза " Куда мы едем?", прямо, мол, не минуем.

+1

39

Ленси, меж тем, уже успела пожалеть, что так быстро кинула своих случайных попутчиков. Черт знает, на что еще интересное можно было б наткнуться. Но... тащиться до Монте-Верди, а затем на велике до "Приюта"... долгоооо. Очень долго. А хотелось успеть провети тихий, спокойный вечер. Почитать, глянуть любимое аниме. И потом, чем черт не шутит? Может, Рауль будет свободен и настроен благодушно. И тогда удастся посидеть у камина, на пушистом ковре. И просто поболтать, ощущая иногда легкие прикосновения его руки к макушке. Но, даже если он и не будет настрое болтать, у нее не мало накопилось того, что нужно рассказать чисто по делу. Тоже не плохо... вечер обещал быть весьма и весьма хорошим.
А вот и фонари... началась "культурная" часть парка. Можно расслабиться, и топать по мощеной плитками дорожке не торопясь. От чего-то Ленси казалось, что именно тут не будет ни призраков, ни хулиганов, никакой иной опасности. Как-то она успела уже уверовать в то, что "Приют Странника" охраняется весьма и весьма неплохо. Хотя "отлично" его охране лично она бы и не поставила...

+1

40

- Вперёд, так вперёд, – улыбнулся Александр.
    А что? Вполне ясное и логичное направление. Дома и работы у многих находятся там, впереди. Криг улыбнулся снова своим мыслям. Вот если бы Лина сказала назад, влево или вправо, то вот это бы удивило его. По бокам изгороди, а позади церковь. Хотя, наверно, неказистый вездеход Капеллана прошёл бы эти преграды. Но проверять этого не стоит, ночью, по крайней мере.
    Александр включил фары, чуть поубавил количество дров в печи, так как в кабине уже становилось душновато, и не спеша поехал. Вернее, «Охотник на ведьм» уже давно поехал, ставши на свой путь частного детектива. Сейчас ехал именно его фургон. Собственно, как и взгляд - то на дорогу, то в экран. Мужчина держался одной рукой за руль, другой клацал на КПК. Благо скорость не большая, а то попасть в аварию на скорости 5 км/ч очень обидно, да? Сколько смеху- то у полицейских будет... Поумирают от него, хотя кладбище рядом…

------->>> Дом Лины Эпин

+1

41

Если вчера от Тиата понадобились все навыки бойца, то сегодня он вовсю эксплуатировал собственные дипломатические умения. Что, кстати, выжимало силы не хуже физической схватки: герр Уэст оказался крепким орешком. Тлан снова закрывал дверь отведенной безумному ученому комнаты, (а по правде говоря – камеры, пусть и благоустроенной), когда сзади раздались торопливые шаги – дробный стук женских каблучков. Обернувшийся Хранитель увидел, кто это – Тайя Нуми-Торум, его помощница, заместительница – и услышал мыслеречь девушки.
Белоснежные, будто у земного Санта-Клауса, брови Хранителя чуть сдвинулись, обозначились две вертикальные морщинки на гладком лбу – вести не радовали, Га-рин Тиат был очень озабочен: похоже, он расслабился чересчур, обленился благодушно, и несколько упустил конnроль над соблюдением конспирации Приюта. Запись второго самоуничтожившегося механического соглядатая-кузнечика была уж слишком тревожащей.
Частный детектив на территории Приюта? Да еще с религиозными гимнами в машине? Однако… − Складка на лбу жреца углубилась: слишком ясно стало, что ночлег в собственной постели герру Манну совершенно не гарантирован. Тлан молча кивнул Тайе, улыбнувшись, галантно взял ее под локоток, и тоном, каким обычно приглашают девушек на свидание, проворковал вслух:
− Я займусь этим сам, дорогая.
Сириусобота в машину мистера детектива. Ещё одного в дом мадемуазель Эпин, − интонация мыслеречи, напротив, была суха и деловита. − Я сам наведаюсь к ним.
И, доведя девушку до холла в одном из коридоров Скального, с очаровательной улыбкой по-джентльменски усадив ее на салатового цвета диван, Тлан через один из тайных ходов из бункера упорхнул – другого слова не подберешь – в ночной парк, опутанный светящимися бусами фонарей.
Хранитель шагал быстро… как обычно быстро, не ощущая до поры, до времени ничьего присутствия поблизости, но потом словно вошел в облако – раньше, чем невысокая, хрупкая фигурка, то ли детская, то ли женская оказалась в поле зрения. Ее аура была… странной, отрывочной …и графичной.
Вот как… − сворачивая в другую аллею, Тлан на секунду снова свел брови, прикидывая, что ему это напоминает. – Те тоненькие обычно книги маленького формата, где минимум текста и максимум иллюстраций, где иллюстрации, собственно, и есть главное средство повествования. Комикс… Нет, иной, очень характерный стиль… манга, да, манга.
Вот как, − снова мысленно хмыкнул Ти, − мне везет.
Он уже нагнал идущую впереди фроляйн, и даже обогнал ее, уже узнав знакомые по видеозаписи темные кудряшки, потом, словно задумавшийся было о своем прохожий, оглянулся, будто бы нечаянно заступив дорогу:
− Мисс, Вас проводить? Здесь страшновато.

Отредактировано Тлан Тиат (24-03-2013 13:50:50)

+4

42

Надо сказать честно, что Ленси напряли сперва шаги за спиной, потом обогнавшая фигура... и тоооолько она собиралась выдохнуть с облегчением (ну не любила Бестия, когда в темном парке кто-то оказывался у нее за спиной, а кто ж такое любит?), как вдруг незнакомец развернулся, и заговорил:
Мисс, Вас проводить? Здесь страшновато.
Девочка тихо чертыхнулась про себя, и едва успела притормозить, чтобы не подойти к стоящему поперек тропинки слишком уж близко. Ее рука нырнула в карман, чтобы, в случае чего, успеть дать сигнал Раулю. Пальцы легли на кнопки мобильного. Вторая рука тоже уютно устроилась в кармане - там был нож... пытаться достать трубочку-плевалку сейчас смысла не было никакого.
Все выглядело так, словно девчонка сунула руки в карманы, чтобы смотреться более нагло и вызывающе. Серые глаза недобро прищурились, взгляд прошелся по незнакомцу:
- Ну, в общем-то, пока не появились Вы, тут было вполне... спокойно.
Отшаг назад. Неторопливый и демонстративный. И - неожиданная совершенно детская улыбка. Мягкими, округлыми стали щеки, появилась пара очаровательных ямочек:
- Вы не волнуйтесь, до корпусов ведь уже не далеко... да и меня папа встретит...
Она не спешила уходить. Стояла... вбитая привычка - не поворачиваться спиной. Да и... дорогу к санаторию он ей перекрыл, а бежать назад, в глухую часть парка, ваще ни разу не разумно. Так что... оставалось стоять, улыбаться и ждать. Мелко подрагивали напряженные мышцы. Не столько от испуга, хотя ситуация и была неприятной, сколько от необходимости быть в постоянной готовности к любому действию.
- Ну... я пойду?
Звучала эта вежливо-раздраженная фраза как: "Ну ты меня пропустишь, или нет?"

Отредактировано Валенсия Санчес (24-03-2013 14:08:55)

+4

43

Мудрость Вселенной еще безграничнее ее размеров, которые все-таки конечны, в отличие от числа вариативных сочетаний вечно поступающих от каждого из ее элементов данных, мгновенно обработанных и безошибочно направленных в нужные русла, − в этом Тлан вновь убедился, всмотревшись в лицо девушки, когда ей невозможно стало свернуть или обогнать его. Люди иногда говорили "куда ноги принесли", так вот журавлины долги ноги, вопреки утверждению одной сказочной (и сказочно-ехидной) принцессы из сборника немецких братьев-фольклористов, нашли-таки не просто пути-дороги, а именно одну, единственно-нужную в этот единственно-неповторимый момент времени – девушка была той самой, которая поймала, и тем самым обрекла на самоуничтожение двух сириусоботов-кузнечиков подряд.
Непорядок. Если на первый случай еще можно было как-то закрыть глаза, хотя Тлан этого делать не собирался, то второе подряд нарушение конспирации одной и той же слишком шустрой и любопытной личностью с привлечением уже третьего постороннего и взрослого человека – это уже стаановилось недопустимым и требовало срочных мер. По отношении ко всем им… но первым объектом определенного рода воздействия, безусловно, должна была стать именно эта курчавая темноглазая фроляйн. Которой, кстати, Тиат был в некоторой степени благодарен – за то, что сей казус выявил явный недостаток в системе наблюдения за территорий: кузнечики осенью выглядели подозрительно, следовало создать модель следящего устройства для демисезона.                     
–  Спокойнее? – очень светлая бровь Ти приподнялась в сдержанном удивлении. − А что, если Вы ошибаетесь? − за ДАЛийской невозмутимостью надежно пряталось проснувшееся, а точнее – никогда и не засыпавшшее по-настоящему искреннее веселье, Га-рин Тиат откровенно забавлялся, таинственно и важно изрекая многозначительно загадочную фразу, которая своей абсурдностью очень ему нравилась: – На самом деле все не так, как в действительности. 
Девочка явственно и упорно не поворачивалась к Хранителю спиной, непростая девочка, сознание которой читалось весьма и весьма тяжело, ибо было оно очень уж... нелинейным. Вспышки образов, которые имели очертания неопределённые – то ли белые на черном, как рваные зигзаги молний во тьме туч, то ли черные на белом, будто кляксы, проступающие на белой бумаге, или восточные рисунки тушью – вроде вего лишь росчерки и пятна, а присмотришься – заросли камыша и "цапля бредёт на коротких ножках, по колено в воде". Удивительно, но… юная особа, видимо, от природы обладала свойством, которому ДАЛийских телепатов, как приему защиты, обучали целенаправленно – показывать частное, мгновенное, поверхностное, неважное, чтобы сбить с цепочки мыслей и не открыть сути.
– Почему же тогда Вы так торопитесь уйти, фроляйн? – вкрадчиво и даже ласково осведомился ДАЛиец, щуря и без того узкие глаза и убирая руки в карманы белого плаща.

Отредактировано Тлан Тиат (26-03-2013 17:54:29)

+5

44

- А в действительности всё не так, как на самом деле?
Ленси сделал круглые невинные глаза, и захлопала ресницами, как заводная кукла. Естественно, не переставая улыбаться, как полная дурочка. На взрослых такое поведение часто действовало расслабляющие... они умилялись, теряли бдительность... и, зачастую, это вот умиление оставалось последней эмоцией в их жизни.
Играя в фразу-перевертыш, что так, что сяк не имеющую ровно никакого значения, Ленси на миг опустила ресницы. Образ хлопающей глазами куклы померк в ее сознании, уступая место звукам. да-да, она прислушивалась. Словно паук, что касается то одной, то другой нити паутины, она мысленно пробежалась по всем звукам ночи, что окружали их сейчас (кроме образа паука мелькнул образ чьих-то рук с тонкими длинными пальцами, быстро касающихся клавиш пианино. Сперва это были реальные руки, потом нарисованные маслом. А потом - лишь линии графического наброска. Но каждое касание к нарисованным клавишам ставило акцент на одном реальном звуке).
- Нет... - сделала она грустный вывод. - Не ошибаюсь. Кроме Вас и меня тут никого нету.
Она подняла глаза на странного незнакомца. И мгновенно напряглась в ответ на его последнюю фразу. О, очень, очень "говорящую" фразу. Он тут не случайно, и не собирается отпустить ее. Маньяк? Педофил? Хулиган? Пальцы правой руки коснулись телефона, отсылая Раулю сигнал опасности (в сознании мелькнули цифры на листочках бумаги, над кроватью. Именно так она заучивала условные коды. И еще один образ - тактильный. Упругости клавиш под пальцами). Сердце участило свой обычно неторопливый ритм. Пальцы левой руки прошлись по ножу... и оставили его в покое. Сгребая в горсть металлические шарики, что были в кармане.
- А что... Вы хотите предложить мне побыть с Вами? Педофилия в Швейцарии как, карается по закону, не? Если я сейчас буду истошно визжать: "Помогите, спасите, насилуют!!!" ... Вы станете столь же настаивать, чтобы я не спешила?
Насмешливые нотки голоса, педалируемое любопытство... Шаг назад... локоть, чуть отведенный за спину. Привычное пение адреналина в крови. Кураж, что кружит голову, помогая телу быть легким, послушным. Милое детское выражение сошло с лица, словно маску сняли. Сейчас она выглядела тем, кем и была - мелким хищником, готовым к прыжку. Мелким не в смысле размера... верней, не только в этом смысле. Детенышем хищника... а у них порой агрессия мирно соседствует с любопытством, и настороженность - с любопытством же. А все вместе - с искренней самоуверенностью. Именно потому, вероятно, она не кинулась бежать - петляя между деревьев, минуя дорожки. Туда, туда... к корпусам.

Отредактировано Валенсия Санчес (26-03-2013 18:47:19)

+5

45

Ах, как она наивно хлопала глазками! – Тлан прямо залюбовался, вот поверить, правда, в эту наивность не смог ни на секунду, и потому насторожился: вдруг показалось, что несложная, рутинная даже операция… м-м… замещения воспоминаний, которую любой телепат-ДАЛ уровня Хранителя мог бы сделать влегкую, и которую сам Ти чистенько, играючи производил всего несколько дней – тоже в парке, но с бородатым дедушкой-уфологом, сегодня – с этой юной особой так гладко не пройдет.
Следите за руками, да? Кажется, так говорят фокусники? – вот руки Тлан и увидел, с длинными пальцами, нарисованные в старинной манере – маслом, потом карандашной штриховкой. Профессор Мориарти – почему-то вспомнилось из недавно прочитанного. – Паук… паутина… опасно.
Интуиция редко подводила Га-рина Тиата, он со времен одного памятного случая, чуть не стоившего ему жизни, привык к ней прислушиваться, и сейчас прищурив и без того узкие глаза, расправил плечи, встал поупористее, сказал без тени улыбки, но и без тени угрозы, абсолютно серьёзно и даже печально:
− Видимость обманчива. И в этом ты действительно не ошибаешься.
Пустой, в общем-то, разговор, нужный Тиату только для того, чтобы настроиться на собеседницу, поймать ниточку образов, характерных именно для этой девушки, чтобы заговорить с ее памятью на понятном ей языке, чтобы поставить на прореху в воспоминаниях заплатку из того же, «родного» материала.
И снова обрывки, мешанина, отдельные черно-белые кадры на одном уже для двоих, общем экране внутреннего зрения: приколотые на стене листочки с одиночными цифрами, гладкое-круглое под пальцами…
Девочка изменилась, уже не наивная дурочка, какой она никогда и не была, но и не уверенная в себе маленькая женщина, насмешливая и храбрая, какой она, наверное, себе казалась, стояла перед ДАЛийцем, а нечто среднее – подросток, колючий и опасный, как загнанный в угол мелкий зверек.
Затруднения уже начинались: если с почтенным уфологом все было более-менее ясно – стоило показать переливающееся по бортам голубоватыми огнями летучее (хоть в реальности оно летать в атмосфере не смогло бы) воплощение его мечты, как дедушка заскакал резвым козликом и на великих радостях охотно забыл обо всем на свете, и в частности – о странной встрече с подозрительным личностями в предутреннем парке, то с мисс-кудряшкой совершенно неясно было пока – что бы такое-эдакое приятное ей явить. Хотя…     
Чуть наклонив голову к левому плечу, Ти терпеливо, доброжелательно и со всем вниманием дослушал все, что девушка сочла нужным ему сообщить. Покивал даже немного, мол, слышу-уяснил, считаю верным избранный Вами, фроляйн, алгоритм действий. И сказал негромко, с той же меланхоличной печалью:
− Да, будь я педофилом, ты не ошиблась бы, поступая так. − Сама мысль об этом немало смешила Хранителя, но разве скажешь это по его безмятежному, будто у мраморного будды, лицу? – Все хорошие девочки......идут в рай... и каков же он для тебя, милая?..которые хотят благополучно вернуться домой, к папе и ковру перед уютно горящим камином, должны сделать именно так… Ленси.

Отредактировано Тлан Тиат (28-03-2013 13:36:07)

+6

46

Секундное замешательство. Вскинутые глаза, быстрая оценка имени-ковра-камина. Ай-яй, а Рауль-то был прав... рисовать надо меньше. Точно вот... Мелькание картинок-кадров. Например, "папы" у того самого камина... Ах, какой славный он там, на рисунке! В жизни никто не скажет, что этот человек с добрыми глазами, в общем-то, на самом деле, крупный и матерый хищник. И Ленси мысленно порадовалась этому. Не словами, нет... чистая эмоция-ощущени. А потом, некстати, мелькнул рисунок с этим самым кузнечиком. Почти анимешная сценка под фонарем. И то, как аккуратно взял насекомое "отец"... И запело в сознании девочки странное, звонкое слово: "килкер". На образе этого самого "килкера", кузнечика-сверчка, строились все ее ассоциации о первой прогулке по парку, о знакомстве с Генри... о "Приюте", в конце концов! Единственное доказательство того, что тут творится что-то странное. Ценное доказательство...
Если бы Бестия знала о планах странного беловолосого человека, она б увлеченно начала выяснять, как он собирается убирать воспоминание, с которым связано столько ассоциаций? И о котором могут напомнить отец, рисунок, Генри или вот... просто само слово: "килкер". Память - она такая память... а ассоциации вообще вещь логике не подвластная. Для Ленси теперь это слово обозначало не любого сверчка, а вот того... с изломом металлического сустава.
Но она, разумеется, ничего не знала. Молчание и мелькание образов длилось не долго - несколько секунд. Псолсе чего девочка очень серьезно кивнула стоящему напротив мужчине, откашлялась, чуть присела, пружиня ноги в коленях, приподняла подбородок... и... завизжала. Это был оглушительный, отчаянный визг, от которого закладывает уши. Пронзительный и вибрирующий... естественно, во время, так сказать, процесса Ленси не думала вообще ни о чем. Не возможно так визжать и думать... неееет... искусству визга следует отдаваться целиком и полностью...
Впрочем, кончился этот самый визг так же резко и внезапно, как и начался. Бести потерла горло правой рукой, глянула на Тлана насмешливо: "Ну извини... ты сам сказал, что так надо" - это вот была мысль-слова. Прямое обращение к нему, хотя она и не думала, что он "услышит" Рассчитывала, что "прочтет" по взгляду всего лишь. И тут же новая мысль - уже на грани образов и звучания. Нигде в россыпи картинок не было имени... "Ленси". Он мог видеть ее рисунки, ковер, камин, отца. Но не мог узнать ее имя. В списке постояльцев она значилась, как Валенсия. Так-так-так... не просто осмотр личных вещей, который может, не напрягаясь, сделать любая горничная... но прослушка номера? А вот это уже серьезно. Ценная, очень ценная информация... И опять же - все эти мысли заняли несколько секунд. Вспышки образов, цепочки выводов - все теми же образами.. словно она кино снимала мысленно сама для себя.
- Я не хорошая девочка ("И попаду туда, куда хочу сама" - мысленно... и словно ответом ему!) А ты не педофил... ты из охраны "Приюта".
Выдав это утверждение, девочка небрежно повела плечом, и не шелохнулась. Только вновь напряглись нижние веки, делая взгляд напряженным. "Произнеси слово "Бестия" - и я решу, что ты послан за нами... а не из охранки. Произнеси "Зоррито" - и я уверую, что ты читаешь мои мысли, что ты тот самый инопл" - и опять - столь редкая для ее мыслей прямая речь. Посыл - ему. Без ожидания ответа, не догадываясь, насколько права. С одной лишь привычкой подстраивать реальность под себя - вот такими "мыслями на прямую". Много, очень много энергии невзначай вложено в эти мысленные слова. Сама не осознавая, она устанавливала энергетическую связь с ним - всего-то для того, чтобы вовремя угадать его движения. Так раньше делали ведьмы... подстраиваясь под жертву, сливаясь.. чтобы потом подтолкнуть к неверному шагу, заставить упасть.
- Так что надо охраннику от дочери богатого постояльца?
Тон был полон высокомерной скуки. Мол, не утруждай уже меня своим присутствием, прислуга... не нарывайся на неприятности... Бестия легко и непринужденно меняла свой стиль разговора с незнакомцем. Словно перевоплощалась в совершенно разных людей.

Отредактировано Валенсия Санчес (28-03-2013 14:15:24)

+4

47

Сама того не зная, Валенсия (вот, значит, как ее зовут полноценно), помогала Тлану так, что лучше и не надо – ему достаточно было лишь, чуть приопустив веки, всматриваться и вслушиваться в лихорадочный винегрет образов-картинок, которые старательно и густо намешивали тревога, воспоминания и… что-то еще?.. Ах да... привязанность, сильная привязанность, или даже?.. О, ну конечно, привязанность такой интенсивности, какую Ти почувствовал при возникновении визуального образа, называется любовью, именно это ДАЛиец ощущал, видя глазами девушки крупного по людским меркам темноволосого мужчину с добрыми глазами…
Ну да. Как в одном из русских анекдотов, которых Тлан наслушался на Алтае: а глаза добрые-добрые…
О, как же жаль, что некому было прочитать мысли самого Хранителя… ибо они на данный момент обрели вид старинной телеграфной ленты, с подскакивающими иногда над строкой буквами машинописного текста: «Старый большевик делится воспоминаниями о Ленине: − Дело было на втором съезде партии. Захожу я в туалет, а наш великий вождь стоит эдак скромно в сторонке и справляет малую нужду. А глаза у него такие добрые-добрые! Таким он мне и запомнился».
Что там дальше? – даже вспомнив смешное, Тиат не улыбнулся, продолжая всматриваться в мельтешение визуальных образов. − Снова стилистика аниме и черно-белое изображение? Ночь, улица, фонарь… кузнечик? Характерный кузнечик, да. И слово, подражающее стрекоту, для его обозначения. Незнакомый язык. И лапка насекомого тускловато блестит металлом на сломе.
Спокойнешенько, расслабленно даже стоящему напротив Хранителю в необъятную ДАЛийскую память воображаемый телеграф снова отбил  новую порцию когда-то прочитанных слов: «У Ленина привычка была: где бы ни находился, вскочит на пенек или бугорок, кепку в карман, руку вытянет и стоит. Полдня стоять мог».
У Га-рина Тиата кепки не было, не завел как-то, пенек-бугорок ему тоже не был нужен – он и так, слава небу, возвышался изрядно, а руку вытягивать незачем и неудобно – ей в кармане было тепло и спокойно.
Но, оказалось, что не всем на этой аллейке хотелось просто стоять вдумчивыми столбиками – пронзительный, мастерски, надо сказать, изданный визг разрезал темную тишину парка, прямо-таки располосовал ее в куски, как те самые белые молнии – черноту грозовой тучи. Тлан остался каменно спокоен, лишь прищурился сильнее, досадливо – вернее всего. И снова терпеливо переждал – на сей раз резкий неприятный звук, использовав это время для того, чтобы поглубже, и уже без помех, заглянуть в расслабившееся на время визжания сознание сеньориты Санчес. 
− Великолепно! – с той же серьезной миной сообщил он умолкнувшей наконец, выдохшейся Валенсии, чуть поклонившись, и тем показывая, что и его заслуга есть в этом «великолепно», – Чудесно! Дивно! – с искреним восхищением было сказано, видит Вселенная! – Тебе позавидовала бы сама Дива Плавалагуна. Могу тебя от души поздравить с тем, что все окрестные белки скончались от инфаркта. Дальше что? 
Ну извини, ты сам сказал, что так надо, − это было прямым мысленным обращением. 
Да пожалуйста, пожалуйста, верещите на здоровье, − в ответ на усмешку Валенсии ДАЛ улыбнулся только глазами. − Если Вас, милая фроляйн, услышали не только белки, им же хуже – не-только-белкам, или я не ДАЛ.
− Нет, я не педофил, − мягко подтвердил Ти долгожданную догадку девушки. – Но паранойя, знаешь ли, залог здоровья… Правда, к охране я имею очень опосредованное отношение, нехорошая девочка. Хотя и имею, но не к охране Приюта, и в этом ты тоже не ошиблась, но к охране мирового порядка. − Смешнее всего, что он сказал чистейшую правду. − И я не помешаю тебе идти, куда ты захочешь. Потом… когда открою тебе глаза.
Снова круговерть, но уже не картинок, а слов, слабо связанных по смыслу, однако и не беспорядочных: Бестия, Зоррито… Причем тут лисенок и прочие звероформы? – Тлан решил это выяснить позже, ибо умело обузданные, а сейчас по делу взнузданные чувства телепата снова захлестнуло тревогой, ощущением опасности и… комизмом – его решили поставить на место. Право, это было очень забавно! И это не мешало дальнейшему сканированию… э-э… внутреннего мира собеседницы, которого, в общем-то, и достаточно уже было – Тлан же искал отправную точку, чтобы начать создавать парочку правдоподобнейших ложных воспоминаний, а для этого был бы неплохо, чтобы… эээ... клиент, скажем так, не ёрзал душевно.   
− О. − Светлая бровь Хранителя слегка приподнялась: − Оказывается, фроляйн подвержена сословным предрассудкам? Фи, как это несовременно – эдакое мелкобуржуазное мещанство. − Это тоже было сказано без улыбки, с серьезным таким удивлением – мол, ай-ай, не ожидал. Тлан взглянул на девушку еще внимательнее и наисерьезнейшим тоном сообщил: − А вот Ленин очень, знаете ли, не любил мещан и всячески с ними боролся. Идет он, бывало, по улице, видит − на окне горшок с геранью стоит. Ленин его – хвать, и как шмякнет об стену... А землю не выкидывал, нет, землю крестьянам отдавал.
Удивление – всегда остановка, в том числе и мысленная. Пусть удивится… мужик городит странное? Ну так психов же кругом полно… встретить одного из них, вещающих околесицу − обычное дело... это он же потом нарассказывал хрени про механических насекомых, которые кишат в окрестностях Приюта. Это все проклятые империалисты, хотят наблюдать за всеми, хотят контролировать всех и вся… конкуренция… происки… это их худые черти мутят воду во пруду, это все придумал Черчилль в восемнадцатом году…
Бред, пожалеть надо человека...
Не дай нам бог сойти с ума, уж лучше посох и сума, верно?

Отредактировано Тлан Тиат (29-03-2013 14:25:38)

+4

48

Условный сигнал об опасности был получен, координаты расшифрованы, маршрут проложен. И в данный момент 5 минут, отведенных на его преодоление, истекли. Из наушников, подсоединенных к портативной рации Санчеса, звучал откровенно бредовый разговор Бестии с незнакомцем. Правда слова, прозвучавшие после "Нет, я не педофил..." слишком смахивали на телепатическую установку. Впрочем, сейчас Раулю до них не было никакого дела - он упер выставленные руки с зажатым пистолетом о ветку дерева в 20-ти метрах от места встречи. Сознание, как обычно, было взведено на выстрел и подобно губке впитывало все мелочи в окружающей обстановке. Для телепатов типа рослого мужчины, стоящего около Ленси, такое состояние воспринималось бы как гул от трансформаторной будки. Да и читать его было бы неинтересно - слабые ассоциативные связи возникали между разрозненными зрительными рядами, походя на невнятное бормотание:
"Дерево... 20 метров... Защита... Дерево... Повесить... Движение... Выстрел... Любое... Тишина... Силуэт... Целик... Мушка... Совмещение!"
Сигналом для возведенных в ранг безусловных рефлексов Хирурга сейчас послужило бы любое движение незнакомца: наклон головы, взгляд в направлении укрытия Санчеса, шевеление губ...
Серые глаза, бинокулярно прицеливаясь в человека, представлявшего опасность для "подхвата", выглядели добрыми-добрыми...

+2

49

- А теперь расскажи еще о том, что настоящие революционеры курят сигары, чтобы отгонять комаров, и я открою тебе объятия, о мой большой... - Ленси демонстартивно провела взглядом от макушки Тлана до носок его туфель, -...эээ... белый брат....
Провозглашено это было с помпезностью индейского вождя. И только то, что девчонка кусала губу, удерживая смех, говорило том, что она хоть и удивлена анекдоту, но прекрасно его поняла и вообще хорошо знает, что "мы говорим партия - подразумеваем Ленин!" да и образы у нее в голове были самые правильные - типичная "лампочка Ильича" на голом шнуре, да самокрутки на голых досках стола. "Козьи ножки", так сказать... Совершенно не типичные для современного ребенка ассоциации, скажем прямо, но что делать! Анекдоты о лидере Великой Российской революции и афоризмы Че Гевары девочка узнавала именно вот в такой "допотопной" обстановке.
Кстати, был и еще один образ... очень "ленинский", опять же - тяжелые часы-луковица. и часы эти мерно отсчитывали минуты разговора - фоном... Сейчас шла пятая минута. И, когда Тлан сказал про белок, девочка, как ни странно, опять подумала "слитно" его мыслям. Ее внутренний взор метнулся к часам, потом прошелся по мысленной карте санатория, стремительно пронеслись какие-то цыфры... и она полностью уверилась в том, что визг - да - слышали только белки. Только было не понятно, радует ее это или как раз не очень.
- Не к охране "Приюта"... - она вернулась к его предыдущей фразе. Задумчиво прищурилась. И еще раз оценила белую, почти светящуюся кожу... волосы... рост... медленно. Не торопясь... Перед ее глазами возник быстрый такой набросок летающей тарелки и фигура беловолосого гиганта рядом.. И Бестия вновь сменила линию поведения. Теперь перед Тланом была маленькая перепуганная попрошайка, пойманная злым полицейским... даже ровненькая осанка девчонки в миг изменилась, поникли плечи, опустилась голова.. она смотрела на него из-под упавших на лицо волос с жалобным ужасом и канючила:
- Дядечка-инопл, не надо открывать мне глаза! Вот те крест истинный, ничего я не знаю, не видела... и что в деревне болтают - и того не слышала... не знаю ничего, не ведаю, зуб даю... эээ.. то есть... вот те крест истинный... ой, дядечка, пожалей, отпусти... без мамки расту, грех сирооотууууу забииижааааать, дядечкааааа... Не делала ничего, ничего не ведааааюююю....
И все это на одной ноте, чуть раскачиваясь, и ноя, словно больной зуб... В общем, опять же не одному Тлану пришла мысль не то удивить собеседника, не то прикинуться блаженным...
Правда, все это не мешало Бестии все так же держать локоть той руки, что был в кармане, чуть на отлете. Вообще по части удерживания мышц в статическом напряжении она напоминала кошку. И ни один из сменявших друг друга спектаклей не отменял основного - готовности напасть или защищаться, как только странный человек двинется с места... Или как только буден получен сигнал.

Отредактировано Валенсия Санчес (29-03-2013 14:56:30)

+1

50

Нарастающая тревога приближалась… захлестывала и обретала более-менее ясные формы. Ровный фон, рваные образы… ну хоть что-то… вот они, не-только-белки… как это любезно с их стороны – не помирать от разрыва пламенного мотора-сердца, а все же что-то думать, и даже иногда почти словами, а не только мельканием размытых любительских кинокадров. Но даже их ДАЛу бы хватило, потому что мушка – она и на Ицамне мушка, понятие «выстрел», даже при самом спокойном представлении, все же отличается от понятия «дерево», а совместить понятия «совмещение» и «мушка» в мгновенье ока может и не ДАЛ. Равно как и сделать единственно правильный вывод: шевельнёшься – труп.
А если не шевельнешься? Не вернее ли получится труп в этом случае?
Убийство в мирном парке? Пóлно. Никому не нужно. Противники такие же психи, как я сам.
Я стою, никого не трогаю, пургу несу… белую. Примус починяю. Стрелять повода нет, я просто выступаю показательно. Ленин вот очень много выступал. Даже на заводских митингах. С революционным приветом. И не он один был с таким приветом. Много приветливых людей было. И есть… 

− Слышишь чеканный шаг? – в ответ на упоминание сигар внятно спросил Валенсию не шелохнувшийся Ти, и сообщил вкрадчиво, как великую тайну: − Это идут барбудос.   
Ну… не идут они, допустим – источник беспокойства больше не двигался, а значит, стоял. Где-то рядом, как истина. Ну стой пока, товарищ, стой, не до тебя. Время терпит, часики... часики тикают, спешить некуда. У нас тут с сеньоритой беседа захватывающая… во всех смыслах этого слова.
− Да! Ты снова права, − цвета светлой стали глаза Хранителя на мгновение обессмыслились вроде бы испуганно, − Мне необходимо переодеться. Абсолютно белое, как и абсолютно черное, кажется каким-то дефектом зрения.
Однако с места он не сдвинулся, вопреки озвученному намерению, видимо, захваченный потоком сумбурных мыслей – так и видно было, как мозговые шестеренки несчастного психа вращаются, аж искрят.   
− Да! Большой брат следит за тобой! Ленин и Мао слушают нас! – стоя беломраморным изваянием в честь всех вождей разом, в едином, так сказать, чистом, светлом, аж сияющем во тьме… социальных заблуждений узкоглазом облике, и загибаясь от внутреннего хохота, важно провозгласил жрец со всем жреческим дурным пафосом, над которым так любили поиздеваться сами ДАЛийские жрецы. − Небо над ними – как огненный стяг… Слышишь чеканный шаг?
Их же ты ждешь, девочка? Барбудос? Ну вот, дождалась… кнопочки-циферки… А его чем брать будем? Посмотрим… и будем брать, решая задачи по мере поступления, зачем же Ленину бежать впереди броневика… – азарт уж никак не отражался на неподвижной физиономии бледнолицего, с искренним интересом смотревшего очередную серию «внутреннего аниме» в мышлении курчавой фроляйн.
То тарелками пугают, дескать подлые, летают…
Не веришь, что я безобидный псих? Считаешь, что я многое могу, что читаю тебя, и тоже решила устроить дурдом на выезде? Правильно считаешь… а вот канючить бесполезно, дяденька, как ты выражаешься, инопл, добрый, не обидит гаврошика-нахаленка женского полу, но и прежней не отпустит. 
− Крепнет единство народов и рас, − негромко провозгласил он, не выпуская из расцепа мысли Валенсии, но как бы говоря о другом. − Я не из охраны Приюта, я охраняю мир и социализм, хотя в это никто не верит, считают меня сумасшедшим, − лёгкая жалоба в тоне сменилась сдержанным воодушевлением: − Но если ты в меньшинстве – и даже в единственном числе, – это не значит, что ты безумен. Есть правдa и есть неправда, и, если ты держишься правды, пусть наперекор всему свету, ты не безумен. Плечи расправил простой человек…
Угу, и прицелился…
− С песней шагает простой человек, − пафос зашкалил.
Пой, птичка… пой, все равно, что. А я подхвачу твою песенку дудочкой крысолова.   

Отредактировано Тлан Тиат (29-03-2013 16:40:51)

+4

51

Ленси перестала ныть. С интересом и даже некоторым восторгом выслушала все, что нес странный человек. И подтвердила, для разнообразия - строками классика, пусть и русской, но Поэзии (да-да, с большой буквы). Правда, позволив себе побыть "соавтором":
- Товарищ, верь, взойдет она, звезда пленительного счастья! И мир весь вспрянет ото сна, И на обломках самовластья напишут наши имена!.. Кстати, ты вот мое имя знаешь, а я твое нет... непорядок, а?
Нет, она ни на секунду не подумала, что перед ней сумасшедший. На пол-секунды, разве что. То, что нес он, не понял бы почти никто (или вообще никто) из детишек Монте-Верди или маленьких пациентов "Приюта". А она понимала... Совпадение? Сумасшедший - и ровнехонько под ее "интересы" заточенный? Как говориться, "расскажите это моей бабушке, когда она в 12 часов ночи пробирается по коридору к кухне".
Мягкий шаг вбок... с дорожки, на траву и хрустнувшие веточки. И снова застыла.
- Ну, ладно... я больше не стану дурака валять. Ты все равно лучше валяешь. Что тебе надо-то, повелитель волшебных кузнечиков, не пожелавший представиться?
Бестия была эмпатом. По меркам людей - сильным до зашкаливания... По меркам ДАЛов... наверное, практически никаким. Но ощутить внутренний настрой стоящего напротив она могла. И его выжидание непонятного для нее стечения обстоятельств, и его сосредоточенность на ней лично.  И то, что не отпустит. Ну да дело кота - ловить. А мыши - убегать. Мелкая ничуть не была в обиде на столь привычный расклад.
Об отце, что придет на помощь, она, кстати, не думала даже краем мыслей, ни единым образом. Фишка была в том, что она просчиталась со временем, и искренне полагала, что до его появления еще минуты две. Услышать же Рауля юная фроляйн не могла никак - она-таки не инопл, слух обычный. Так что где-то внутри ее ассоциаций продолжали тикать часы, отсчитывая время, да вертелись кадры из мультика "Том и Джерри". Еще один мелкий шажок. На пробу. Проверкой его реакции. Вон, дерево... рукой подать. А уж после него и побежать можно. Разговор затягивался, а Бестия понимала, что для нее, правил этой игры не знающей, промедление - путь к проигрышу. Из игры было нужно выйти... любым путем. Хотя ей и дико интересен был этот человек. Нет, не считала она его по правде иноплом (поверить в такое - это что-то сломать внутри). То есть, ее душа не верила в это... а разум вот полагал, что да - возможно. Поскольку инфу-то считывали явно с кузнечиков... ну, кроме прослушки в комнате.
Как ни крути, а человек этот выходил опасным... кстати, именно то, что он оперировал правильной информацией, которую знать вот так запросто был не должен, подтверждало - не-а, не сумасшедший. Спектакль ломает. Зачем вот только? Зачем-зачем-зачем... Зачееем... Вот зачем? Стоп! А зачем валяли "старшие товарищи" на допро... эээ... беседах? Заставить визави сбить внимание, потерять ощущение реальности, открыться... Упс... приехали...
На сей раз Ленси уже непритворно крупно моргнула, находясь в некоторой растерянности от своих же выводов. Ему что-то не на шутку надо... и это что-то - не физическое действие в отношении нее. Иначе методы "работы" были б иными. Информация? Нести-нести чепуху, заморочить, а потом задать неожиданный вопрос? Или что? Ладно... сменим тактику.. и пока поступим согласно заветам Команданте (тут, естественно, сознание девочки показало Тлану еще одни ласковые и добрые глаза - глаза команданте Че Гевары).

Отредактировано Валенсия Санчес (29-03-2013 21:37:27)

+3

52

Вряд ли длинновязый подозревал о том, что для Санчеса полем битвы являлась вся Земля. В любом ее месте он должен был выживать, сражаясь за жизнь. И поэтому слово "мирный" к накрытому вечерними сумерками парку с точки зрения Хирурга никакого отношения не имело.
Однако, пора было вернуться к текущим делам. Останется лежать на дорожке парка бездыханное тело или не останется - такой вопрос перед Санчесом не стоял вовсе. Все что его сейчас интересовало - забрать Бестию и посмотреть очередную серию анимэ. Совместно с пролистыванием логов с виртуального сервера, собирающего информацию о Приюте.
Тем не менее незнакомец проявлял воистину нездоровый интерес к Ленси. Правда немного смущал тот факт, что он перестал шевелиться - неужели прочел мысленный посыл Санчеса? Но тогда почему не перестал говорить? Ведь шевеление губ явно указывает на разговор.
Левая рука, отпустив ложе пистолета, скользнула в карман куртки за телефоном. И там Рауль на ощупь нажал "5" на клавиатуре, не спуская глаз с силуэта на прицеле...

+3

53

А-ах, как все неудачно... − эмоциональная и интеллектуальная деятельность по-прежнему столбеющего на дорожке Хранителя четко разделилась на отдельные чистые потоки – теперь одним он старательно плел и воспроизводил вербально словесную паутину из цитат и ассоциаций на тему рррреволюционной романтики, другим – выискивал и решал, чем подцеплять сознание не-белки-барбудоса в чаще лесной, парковой то есть, чтобы выплести нужное кружево связей из индивидуальных воспоминаний и аллюзий, прикрывающее то, что прежде было на месте прорехи в памяти товарища с мушкой-которая-везде мушка, при окончательном совмещении жалящая насмерть, одновременно видя сделанные им самим, Тланом, ошибки. Хотя, справедливости ради стоит заметить, это стало ошибками, только когда появился тот самый… aita.
Ошибка первая заключалась в том, что Га-рин Тиат назвал Ленси по имени, по имени сокращенному, домашнему, личному. Понятно, что ему надо было сосредоточить ее внимание на себе, привлечь его... но он этим раскрылся, показал, что знает слишком много для обычного сумасшедшего. Огрех оказался бы затерт, без сомнения, вместе с прочими ненужными фактами, не подгоняй Ти обстоятельства в лице… не бородатом, кстати, лице лишнего совершенно свидетеля. Вторая ошибка… в общем, тоже ошибкой изначально не была – эмоциональная и телепатическая подстройка пошла, и пошла хорошо… слишком хорошо, нужные ниточки были нащупаны и вытянуты, осталось лишь связать их, но…   
О, да. Поездка на Алтай, несомненно, оказала колоссальное влияние на Хранителя в отношении культурной конвергенции, поработал тогда ДАЛиец прямо-таки насосом, вбирающим в себя... да все подряд. Вот сейчас, например, на шажке курчавой фроляйн с простой испанской фамилией в памяти Ти брямкнул агрессивный гитарный аккорд и пронеслась фразочка из коротенького фильма для детей, где смешно дрыгали копытцами кукольные козлята – Баста, карапузики, кончилися танцы.
Посмеялись, и будет. Цирк сгорел, и клоунам пора разбегаться, − понял окончательно ДАЛиец, на втором шажке девушки любуясь сразу двумя парами красивых глаз – округлившихся и моргнувших женско-детских прямо напротив и – ну куда же без иконы стиля «Команданте»! – добрых-добрых, в лучиках морщинок глаз человека с большой буквы Че на мысленном экране.
Крышка антикварного золотого брегета многозначительно щелкнула; времени на ювелирную работу с сознанием каждого больше не было.
− Каких кузнечиков? Повелитель? Умывальников начальник и мочалок командир? Шутите, товарищ девочка? – глаза самого Тиата якобы обиженно сузились, − Смеетесь надо мной? Вот Владимир Ильич Ленин тоже мужчина смешливый был. И смеялся заразительно. Как зальется, бывало! Глядишь, Троцкий хихикать начнет, у Дзержинского губы растягиваются, Сталин улыбку в усы прячет. А Ильич еще пуще взыграет.
Если бы кто-то из ДАЛов кроме самого Ти (и уровня Ти) находился сейчас поблизости, он увидел бы, как из макушки Тлана выстрелил в темное небо серебристо-белый фонтан.
− А на пороге светлая жизнь в стране рабочих и крестьян, счастье, и лучи расходятся…
Тиату приходилось действовать грубо – просто «накрыть» определённую площадь своим ментальным контролем. Потому что он мог это сделать. Потому что должен выстроить их сейчас перед собой, внушить, что надо, и распустить по домам. Потому что в мгновенном озарении узнал: Санчесам это жизнь сто раз спасет.
− …лучи расходятся… − будто запнувшись, забыв, что хотел сказать, повторил беловолосый псих.   
Да, лучи расходились – никому невидимые, собственно, и неощутимые даже почти – так, на уровне осеннего тенета, мимоходом пронесенного ветром мимо лица: задело липковато – и нет. Его лучи-струи расходились, лучи-спицы, разворачивающие зонтик-сеть, в стремительном падении сверху накрывающий эту часть парка. С ДАЛа такое упражнение не потребует много сил, это гению пришлось бы дорого платить.
− Только Свердлов хмурился, потому что в девятнадцатом году помер, − любуясь фонарями, которые светились, будто росинки на серебристой паутине, как ни в чем не бывало, невозмутимо, как полагалось хорошему рассказчику анекдотов, договорил Тео Манн, скромный сотрудник Приюта, обслуживающий системы видеонаблюдения.
− Сеньор Санчес, − не оборачиваясь, позвал он тихо, доброжелательно и просто, − не могли бы Вы положить оружие и выйти?
Вопросом эта фраза была только по форме, но никак не по существу.

Отредактировано Тлан Тиат (31-03-2013 19:50:09)

+2

54

Интересно, сталкивался ли месье Тлан когда-нибудь с таким понятием, как... "привязка"? Если нет - сегодня ему предстоял интересный урок практической психологии. Есть такая новомодная игра - "Эволюция". Карточная. Создавать животных, обращивать свойствами, делать так, чтобы они выживали. И есть в ней такая очень невнятная карта: свойство "симбиоз". Устанавливается она на пару животных. Более слабое животное не может быть съедено, пока жив его сильный симбиот. Но и не может быть накорлено, пока не поел симбиот. Полная зависимость. Абсолютная связка.
То чувство, которое Тлан определил как "любовь", было "ино-любовью". Привязкой. Страшнейшей, почти наркотической зависимостью одного человека от другого. Для Бестии не существовало в мире истины, не подтвержденной Санчесом-старшим. И не существовало ничего более важного, чем его приказы. В данном случае приказом была цифра "пять" на экранчике мобильника. С того самого момента, как девочка ощутила щекотание вибро-вызова, часы, что отсчитывали время в ее воображении, взорвались. Рассыпались яркими искрами. И она в миг ощутила именно то, что искал Тлан: полное и абсолютное счастье. Волну тепла. Прилив сил. Уверенности. Ликующая музыка где-то на краю сознания. И - прилив удачливости.
Рука девочки скользнула в карман, глаза были мельком скошены на экранчик телефона. И - все. Все слова незнакомого мужчины просто потеряли смысл, перестали существовать и восприниматься. Был приказ. И только приказ.
Ленси сделала шаг... и еще шаг... и еще. Неторопливо, спокойно и целенаправленно она начала обходить Тлана по часовой стрелке. При этом, впрочем, ее готовность к нападению или защите не уменьшилась. Но пока он не мешал ей - а это было все, что нужно. Она молчала. Собственно, она решила молчать еще дло приказа. Потому что, как говорил человек с большой буквы Че - "молчание лишь иной способ ведения спора".

Отредактировано Валенсия Санчес (31-03-2013 20:09:45)

+1

55

"Лучи расходятся..." - коснулось слуха Санчеса словосочетание. "Ага... Лучи добра он значит посылает! А я что? Я не могу послать лучи бабла, любитель интернет-мемов?!" В сознании Хирурга услужливо высветилась картинка
http://blender3d.org.ua/forum/other/iwe/upload/1794%2Dluchi2.jpg
И тут...
И тут Санчеса понесло...
"И, кстати... Почему это Санчесу позволено положить оружие и выйти, а мне - нет? Ты только, товарищ Санчес, не вздумай кидать любовно пристрелянный Glock-17 со всеми прибамбасами на сырую траву! Я тебе не только пальцы поломаю! Ну-ка отдай мне его... Во-от так, аккуратно..." Пистолет скользнул из правой в левую руку "Оно, это наше сознание с подсознанием такое! Как говорили в древнем фильме "Men in Black" оно ваще заразное для иноплов! То есть - вирус! А ежели вирус самообразуется, то он и самого носителя может пожрать - ну как примерно в другом фильме - "Чужой"... Так что следи за собой - будь осторожен!" Целик с мушкой упорно не хотел покидать пределов силуэта "лучезарного" товарища.
"Мы, террористы, народец плечистый! Нас не заманишь счастьем лучистым! Кто сказал? Сказал Поэт! Я - Поэт! Зовут - Незнайка, от меня вам - balalaika!"
И тут же Санчес мягко мурлыкнул:
- Валенсия, девочка моя!
И мысленно продолжил в течении мгновения - "Дефа-дефа-дефачка моя! Если бы ты знала как я люблю тебя, то наверное бы сразу прибежала бы ко мне!"
- Позвони нашему знакомому доктору... - едва удержавшись от добавления слова "Айболиту", равно как и "Айприходу", Санчес продолжал: - У них тут утечка мозгов! Или, что вернее сказать - мозги разбредаются!
В сознании тотчас же нарисовался образ целеустремленно бегущих по дорожкам парка Приюта мозгов наподобии серых ежиков. И Самый Главный Мозх вдруг остановился и зычным голосом сказал: - Стой! Пастись! - И добавил - Ну чем мы не табун?!
Хирург, в отличие от остолбеневшего Санчеса все же решил посодействовать делу Приюта, ведомый осознанием того, что право на жизнь имеет только гибкое мышление, произвел сдвоенный выстрел в сторону фигуры. "Врешь! Не уйдешь! Да будет счастье всем! Всем и сразу! И пусть никто не уйдет обиженным!"

+3

56

Каково быть под колпаком у ДАЛа? О, поначалу вполне комфортно, ДАЛ – это же вам не рептоид какой-нибудь, да и не лирианец. К счастью для объектов околпачивания, представитель Старшей расы, будучи куда как гуманнее Древних своих прародителей, не придерживался принципа «валить и трахать в мозг», он обычно делал все то же самое, но намного деликатнее и бережнее. Сеть висела… вначале неощутимая, невесомая и незаметная, будто паутина, и попавшим под нее мушкам-бабочкам-девочкам-припевочкам-и-не-бородатым-не-белкам даже позволено было немножко под ней попорхать, порезвиться, (ну раз им так хотелось), думая, что они по-прежнему свободны, и творят, что желает душа, гуляют, где вздумается и бродят сами по себе.
Все, в общем, так и было… с маааленькой поправочкой: под чутким контролем Хранителя, который получил внеочередной, но очень ценный подарок – эмоции девушки и образы мужчины. 
Ах, как это было кстати… ах, как это было весело…
Над девушкой, шагавшей в сторонку, в сторонку, обходя «Повелителя Кузнечиков», тоже висела сеть контроля над сознанием – а измененное оно или нет, не имело значения. Если бы ДАЛийцы не могли справиться с земными фанатиками и сумасшедшими – грош им цена, верно? Иное дело, если бы те самые Древние над тем самым сознанием пары Санчесов-не-Санчесов поработали, но… нет, перед Ти были люди, просто люди. Не совсем обычные, он признавал и уважал это, но люди.
Будьте вы хоть какими сновидцами-эмпатами-террористами-влюбленными-зависимыми, против лома нет приема, то есть против ДАЛа, − с некоторым сожалением наблюдая за обходным маневром Валенсии, понимал Тлан. − Ну... Один раз я ещё уступлю, и использую всю ее пламенность, весь запал против нее же... вернее для нее же. По принципу занятного земного единборства, айкидо, которое наверняка принес на эту планету один из ДАЛийцев – перенаправлю силу.
Сознание Тлана четко расслоилось снова, на два больших рукава – по потоку на личность. Один жадно прямо-таки пил эмоции, подстраивая мир, окружающий девушку, под них, под эти эмоции – уверенность и сила, счастье и осознание своей удачливости. Счастье-радость-aita-рядом-и-я-все-могу? Отлично. Так и будет. Подстройка к привязанной? – о да, это и нужно было Хранителю, девушка сама выдала нужную эмоциональную палитру. Бойтесь своих желаний, они могут исполниться… Полная зависимость от? Превосходно. Полная зависимость. И не от Тлана, конечно же, от того же мужчины с глазами добрыми-добрыми, который сейчас пытался заразить вирусом безумия того, кто носил в себе бездну безумия.       
Ликующая музыка, неслышимая другим? Сколько угодно и так ликующе, что Первая симфония Чайковского и бетхвеновская Ода к радости показались бы унылым скрипом незапертой калитки, ведущей в чудесный, теплый, желанный мир, полный счастья.
Маленький домик, русская печка, пол деревянный, лавка и свечка…
Нет, лавки не было, был уютнейший диван в небольшой гостиной, плазменная панель телевизора и дурацкий фильм о нападении инопланетян, который мешал смотреть, подлезая лбом то под ладонь Хирурга, то под мышку Валенсии, большуший, откормленный, слегка полосато-пятнистый кот редкого окраса – серого с подпушью цвета какао, сваренного на натуральном молоке. На экране почти застыли кадры – темный парк с редкими, но яркими фонарями, аллейка, и стоявший посреди нее белоголовый дыдда в белом плаще. Вид у которого был ошаашенный и идиотский, потому что у девочки… девушки, пятившейся от него, на голове красовалась остроконечная шапочка, скрученная из пищевой фольги, похожая на масленку Железного Дровосека. А в чаще кустарников метались серые, гибкие, тонкотелые тени с зеркально-зелеными отблесками огромных миндалевидных глаз.
На крупном плане, выхватившем изумленное лицо беловолосого, кадр и вовсе завис, до ноздрей Валенсии вдруг добрался непрятный запах горящего пластика и разогретого металла, дисковод DVD-проигрывателя видимо дымился уже, выплевывая слоисто-серые извивы, а потом – быстро, очень быстро, и клубы. Кот с громким мявом сиганул под диван, а потом – просидев там не дольше пары секунд, со всех лап, с несвойственным обычно котам топотом ломанулся в двери. Дышать стало трудно, в горле першило всё сильнее, голова разламывалась от боли, и отключаясь на руках у Сигора, девушка уже слышала еле-еле его мягкое, мурлыкающее:
- Валенсия, девочка моя!..
Не стойте и не прыгайте, не пойте, не пляшите, там, где идет строительство или подвешен груз. Запутать мастера иллюзий продуцированием бреда и иллюзий – мысль, конечно, очень умная. Сеть, сеть, сеть… она висела, не колеблясь от ветра, и над тем, кто, ёрничая, перекладывал оружие из одной руки в другую… Человек, и это заслуживало мысленных оваций, пытался повторить то, о чем знал далеко не каждый ДАЛ, (но Хранитель при Сером Совете и был не далеко не каждым), народный лирианский фокус – расщепить сознание. Пусть как пародию, но сама идея засчитывалась в плюс. Жаль, воплощение идеи было безуспешной… пока неощутимо для исполнителя. Видит Вселенная, Ти испытал бурный восторг при виде картинки с мультяшными мишками, исторгающими из грудок направленный поток призрачных сердечек, и возвышающегося среди них игрушечного робота, фонящего очередью из столь же иллюзорных долларовых значков. Плечистых террористов несло… ох и несло… правда, попытка бмануть и запутать Га-рина Тиата выглядела трогательно, как старание лукаво улыбающегося трехлетнего малыша обмануть и провести доктора пед.наук.             
Их ошибки становились царскими подарками, Тлан оценил их и принял… с благодарностью. Говорят, хочешь насмешить бога – расскажи ему о своих планах, а если хочешь обеспечить победой ДАЛийца – насмеши его, и он с радостью исполнит все твои желания… не забывая о свом долге.     
Образ целеустремленно бегущих по дорожкам парка мозгов, обрастающих на бегу иголками, тоже был истинным наслаждением для Ти, топоток бегущих невидимых ножек наполнил сырой вечерний воздух, мозги-ежики выстраивались в две шеренги вдоль бордючика, а механические кузнечики играли в чехаду, перепрыгивая через них и уносясь потоками по дорожкам… партия за партией, все более крупных – в ладонь, с кошку, с собаку…эти уже не прыгали вольно, они тянули постромки, волоча Самый Главный Мозх, тот самый, из «Звездного десанта», огромный, округлый и киселисто-дрожащий от резкой остановки. Ибо да, кошмарный экипаж вдруг остановился, и Мозг, тяжело заваливаясь на развороте и на секунду заслоняя психа в белом плаще, зычным голосом гаркнул:
- Стой! Пастись! - И добавил, - Ну чем мы не табун?!
Чем плохи сумасшедшие? Отсутствием гибкого мышления! – поэтому изломанно упавшая после пары выстрелов фигура рослого человека в белом плаще, который явно не имел прав на жизнь, не вызывала ничего, кроме брезгливого презрения.
Ветер ночной принесет тебе вздох от меня…
Он же шевелил легкие, как паутина, светлые волосы лежащего ничком…       
Тихо было… тихо… пару секунд.   
− Отлично, мой дорогой, − бесконечно спокойный и слегка усталый голос теперь раздавался прямо в голове у того, кто носил слишком много имен. − Вы убили меня, что дальше? Теперь вы не сможете увидеть меня, а я смотрю на вас, и значит, и Вы, − в слове явственно слышалась заглавная буква, − и Бестия будете мертвы, как только я этого захочу. Гораздо раньше, чем Вы обернетесь, ваши клетки разучатся быть живыми, быстрее, чем через миг… − пауза почти скорбная, − …со скоростью передачи лично вашего нервного импульса. Поверьте, этот метод уничтожения действует с существами гораздо более дикими и гораздо более ловкими, чем вы оба, я много раз проверял… к сожалению. – Время остановилось… точнее, остановился мир, невидимый собеседник не торопился, торопиться не имело смысла никому. − Вы хотите забрать Ленси и не хотите конфликта. Я не хочу вас убивать. Вы стараетесь не проиграть рядом с Ленси, пусть и подсознательно. Я проиграть тоже не могу. Болванчик слюнку пускающий, мне не нужен, но вашу память в определенных местах я потру. Это спасет вам жизнь и изменит судьбу.
Пауза, без малейшего движения застывшего, как стекло воздуха.
− К лучшему… − замирающим отзвуком.

Отредактировано Тлан Тиат (08-04-2013 22:37:29)

+1

57

Ленси смотрела фильм. Вечер был в самом начале, и он был бесконечно длинным, теплым и ленивым. Рядом, вот совсем рядом, был большой, теплый, надежный aita - самый лучший и самый нужный человек на Планете. Да-да, на просто Планете. Какая там Земля? Земля - это почва вот под ногами. Другие планеты называются "Альфа", "Бета", "Гамма"... а эта - просто Планета. Она ж самая важная для нас, для людей...
- Барсик, кыш... не мешай...
Бестия лениво отмахнулась от кота... Бести... кто? Девочка Ленси лениво отмахнулась от кота. Лисичка. Избалованная отцом Зоррито... Отцом? Отцом... Разве отцом? Ах, да, он же приемный. Неродной. Конечно. Она любит его, очень-очень любит. И сейчас с ним - ну разве не счастье? Прижимается в испуге к сильному плечу, закрывает глаза, чтобы не видеть того, страшного на экране... и вдыхает любимый запах...
- Валенсия, девочка моя...
Толчком крутанулся мир. Резко, неудобно... больно. Запаха-то и не было. Не было иного запаха, кроме запаха осени... Она ж не визуал, несмотря на любовь к манге... картинки недостаточно... она кинестетик... Вот он - любимый па. Или не па? не важно. Вот он... а запаха нет. То есть, если закрыть глаза, то и не па это вовсе... а это ожил фильм ужасов или сон. Да-да, потому что реальные люди пахнут.
Стоп, а вот и запах - с запозданием, да. Но как по заказу... Не было запаха дома, не было запаха человека, но есть едкий и резкий запах дыма... от него все плывет перед глазами, мир вертится и очень болит голова. Ленси стискивает зубы, рвется из круговорота боли. Нет тела, нет ничего, только боль. Да-да, так было во снах. Не раз... надо тянуться, надо физически вытягивать себя. Это сон, это просто сон... ну, не просто... это сон-враг. Такие бывают. Ужасное, тошнотворное ощущение. Девочка тянулась, тянулась через него и пыталась вспомнить. Кто она? Что было до этого вечера? Где они были? Вам смешно? А ей, сменившей десяток разных легенд за свою жизнь, не очень...
"Кто я... кто я... кто я.... почему так больно? Чем пахнет? что случилось? Пожар? Меня в больницу сейчас? Но кто я? Они спросят... и? Кто я?!" Ужас... куда там фильму ужасов... дикий страх не вспомнить, не назвать правильное имя... не угадать. В подсознание уже давно вбитый ужас... Так было уже, было... когда она валялась с ранением. Но тогда, прорываясь наружу, своему сознанию и своей памяти сквозь наркоз, она вспомнила верно...
"Валенсия... Санчес..." Это было ее имя. Ее собственное, настоящее. Раулем лишь принятое - по легенде. "Бестия". Это было неразрывно связано с именем "Валенсия". Бестия... Зверь. Быстрое мелькание кровавых картинок, доказывающих - зверь она именно, а не домашняя девочка. Можно, можно показать кусочек счастья... можно в это счастье на секунду поверить. Но куда, куда девать вбитые за много лет привычки? Бродячая собака во сне может и увидит себя домашней. Только все равно спать при этом будет "вполуха, вполглаза". Сон - одно. Вбитая привычка, спасающая жизнь - иное.
И сквозь боль, тошноту и это мельтешение, тошноту еще усиливающее, она скорей угадала, чем услышала...
- Позвони нашему знакомому доктору...
Бестия уже стояла на коленях, опираясь рукой о ствол. Прижимаясь к нему, как к мужскому плечу. Гудящей, от боли раскалывающейся головой. Но был приказ... именно вот в этом, гипно-состоянии, она никак не могла не выполнить приказ. Не зря Санчес применил в свое время и во снах и на яву, к ней те же методы, что применял сейчас Тлан. Да, человек слабее инопла... Но сознание Ленси привыкло воспринимать вмешательство лишь одного... и повиноваться ему.
И мобильника коснулись пальцы. Медленно... на ощупь.. быстрый набор номера Штенвальда, забитый на цифру "1" - чтобы всегда было легко найти.
- Утечка мозгов... утечка... мозгов... утечка... боооольноооооо....
Нет, она не поднесла телефон к уху. Сил на такое уже не было. Она просто кричала это... кричала, стараясь услышать себя - сквозь боль. И, падая, сворачиваясь в позу эмбриона, она продолжала кричать тому, кто взял или не взял трубку. Повторяя и повторяя нелепые слова вперемешку со всхлипами. Пока не осталось лишь мысленное, едва намеченное шевелением губ, не слышное ни трубке в руке Бестии, ни мужчинам рядом:
- Больно... больно.... больно...
Она б и рада была отключиться... угу. Да приказа такого не поступало. А сейчас она случайно (нет, Тлан не хотел... и Рауль не хотел... наверное) по стечению обстоятельств, вошла в тот режим, когда приказ - это все. Режим боя. И потому продолжала вытягивать свое сознание сквозь боль, подобно барону Мюнзаузену.
Но получалось не слишком.. и с каждой минутой Ленси все больше уверялась в том, что это сон... страшный сон. Может, опять наркоз? Может, она попала в аварию или еще какую беду? Сознание металось, пытаясь осознать, понять.

Отредактировано Валенсия Санчес (09-04-2013 01:22:45)

+1

58

− Вы убили меня, что дальше? - "Дальше небытие, хотя если Вы так активно шаритесь в чужих сознания, мертвы ли Вы?"
- Теперь вы не сможете увидеть меня, а я смотрю на вас, и значит, и Вы, и Бестия будете мертвы, как только я этого захочу. - "Вполне резонно, если учесть тот факт, что мертвецы не разговаривают".
- Гораздо раньше, чем Вы обернетесь, ваши клетки разучатся быть живыми, быстрее, чем через миг со скоростью передачи лично вашего нервного импульса. - "Все хорошо, но кто Вам сказал, что я собираюсь обернуться? Обернуться и отступить?"
− Вы хотите забрать Ленси и не хотите конфликта. - "Кто Вам это сказал, мой проницательный враг?"
- Я не хочу вас убивать. - "Вполне сомнительно в свете Ваших предыдущих мыслей".
- Вы стараетесь не проиграть рядом с Ленси, пусть и подсознательно. - "Если Вы это вытянули из ее сознания, то это - ложь. Поскольку из моего сознания и подсознания такое вытянуть тоже невозможно. Не ищите черную кошку в темной комнате, особенно если ее там нет."
- Я проиграть тоже не могу.  - "Это Ваше заслуженное право".
- Болванчик слюнку пускающий, мне не нужен. - "Он не нужен и мне".
- Но вашу память в определенных местах я потру. - "Зря. Память - это не книга, из которой безнаказанно можно выдернуть страницы. Определенные места подталкивают к тому выводу, что в моем мозгу Вы все же усиленно копаетесь".
- Это спасет вам жизнь и изменит судьбу. - "Несомненно изменит, опустив первое. Ибо в свете предыдущего, многое из знаний, находящихся в моей памяти, огласке не подлежат..."
Ну что ж, если противник так слаб, что не может положить на шахматную доску короля, поверженного им же, нужно ему помочь. Левая рука крепче сжала рукоять Glock-17, снимая все предохранители. Холодный в начале, но отдающий прохладой после непродолжительного времени упертый в висок ствол не дрожал. Указательный палец стал плавно выбирать ход спускового крючка. Как всегда при стрельбе.
- Бестия, прости меня, но... Вариант Зеро! Вариант Зеро, поняла?! - хрипло произнес человек со множеством имен. Отдать право другим распоряжаться его знаниями о многих людях он не мог.

+4

59

Девочка... (у Тлана по-прежнему не получалось считать взрослой эту представительницу человеческой расы, хоть он и знал теперь о Валенсии едва ли не больше, чем она сама о себе знала – ведь не только все мангоподобные кровавые картинки, мелькавшие в её разуме, видел Хранитель, но и то, чем они были обусловлены, вызваны, как ни жестоко будет применить это слово по отношению к подобным ужасным событиям – вдохновлены, даже то, что психика милосердно увела в затемнение, спрятав от памяти), так вот девочка, позвонив-таки «знакомому доктору», ии сообщив мозговыносительную новость об утечке мозгов, каталась по земле возле дерева, скуля от боли… Тиат этого не хотел.     
Человек со множеством имён и с глазами добрыми-добрыми, видимо, тоже считал молчание другим способом ведения диалога, и он лишь смутно представлял, насколько это выражение было точным сейчас, когда Ти читал его, как раскрытую книгу. Не диалога, спора, борьбы? Ну уж не-е-ет, никакой борьбы. Тратить силы на то, чтобы действовать против вложения силы? ДАЛиец мог, в принципе, сейчас внушить семейству Санчес что угодно, хоть вотпрямщас собрать манатки, и не заходя в номер – и вообще никуда – свалить в аэропорт, и купить билеты... в Гватемалу, допустим, но зачем, когда можно использовать его, такое  страстное, такое мощное? Зачем переть против ветра? Столь грубые ходы не во вкусе ДАЛа, если можно решить задачу гораздо изящнее.
Тлан, будучи именно ДАЛом, по определению был сильнее человека – любого человека, в реальности человек – опять же любой – не может ему противостоять, просто по определению, но сейчас в этом парке происходило, кажется, невозможное: над людьми ментальная сеть висит, они, по идее, вообще должны были стать марионетками, а они прыгают, как ни в чем не бывало!
«Все хорошо, но кто Вам сказал, что я собираюсь обернуться? Обернуться и отступить?» − эта мысль от души позабавила Ти, но отвечать он не стал, не желая разубеждать реципиента. Не хочет оборачиваться – отлично, не хочет отступать – еще лучше. Хранителя, реализующего собственные цели, в этот устраивали любые любые решения Санчеса, Га-рин собирался исполнить любые его желания. «Память – это не книга, из которой безнаказанно можно выдернуть страницы», − с удовольствием услышал-увидел-прочёл Га-рин-Тиат, улыбаясь внутренне.
Не книга. Скорее манга.
«Определенные места» подталкивают к тому выводу, что в моем мозгу Вы все же усиленно копаетесь», − вывод правильный, но запоздалый несколько. − «Многое из знаний, находящихся в моей памяти, огласке не подлежат...» − Нет, ну право… самонадеянность сеньора была презабавна. Уж настолько страшны тайны, что самому Раулю только застрелиться и останется. Как будто они Тлану нужны, тайны эти. Как будто Рауль вообще узнает, что в его память кто-то залезал.   
Человеческий разум полагал, что белобрысый насмешник находится в ситуации патовой, в положении умной-красивой мартышки, которой хоть разорваться: дескать, если он среагирует на нажимающую кнопки Ленси предотвращая то, что Хирург, (Стилет, Аль-Нефар и еще много кто) будто бы загадочно называл «Вариантом Зеро» – не успеет среагировать на героически стреляющегся Санчеса, среагирует на Санчеса – не среагирует на Ленси. Ан нет, ошибочка выходила… считать противника слабым – большая ошибка, и большая удача для «нерешительного игрока», если эту ошибку не желают исправлять.
Здесь, на Земле, есть детская игра, которая, как Ти знал, пришла в остальной «цивилизованный» мир из страны, называемой иногда Поднебесная, однако ДАЛиец сильно подозревал, что в Китай-то ее занесли в своё время именно его соплеменники, уж больно точно забава эта отражала Далийское понимание мира, ненавязчиво обучая диалектике. «Камень, ножницы, бумага», − пронеслось в мыслях Тиата свое, параллельно с потоками чужих раздумий, логичных, верных, но… совершенно бесполезных.
Это было очень просто – обернуть их камень бумажкой: попросту реализовать сценарий Санчеса.
− Тогда прощайте, Мудрый Волк, − серьезно и скорбно сказал Хранитель, не препятствуя движению пальца на курке, наоборот – тихо положил сверху свой палец… и принажал, дождавшись прогрохотавшего в ночной тишине выстрела.
− Ты слышишь, девочка? Вариант Зеро.
Возникшая возле Валенсии высокая белая фигура присела на корточки, как в тисках сдавила немеющее запястье, властно забирая у девушки телефон. Тлан знал, какие кнопки нажимать – ровно настолько же хорошо, как сама Бестия. Грохот взрыва тоже не замедлил, но серебристая сеть над парком не шелохнулась…
Ти не зря обожал одно маленькое словечко, куда более чудесное и волшебное, чем слова, признанные волшебными официально; оно, маленькое, негромко брошенное в конце умело рассказанной с жаром, страстью, убеждением истории, превращало всё... Да. Превращало все в яркий, запоминающийся анекдот, не имеющий никакого отношения к реально происходившему. Коротенькое и неброское словцо «якобы».
Спасибо за заботливо опрокинутого короля, − принимаясь за следующую операцию, Хранитель улыбнулся уголками губ. ДАЛ оставался ДАЛом, а люди оставалсь людьми, которые видят-слышат-помнят, только то, что хочет ДАЛ, все их мысли проходили через фильтр его восприятия, а их решения… у некоторых файерволов есть функция с забавным названием «песочница»: подозрительные программы запускаются в специально выделенном виртуальном резервуаре. Да, Санчесы отыгрывали собственный сценарий, но уже в отдельной внутренней реальности, которая к реальности отношения не имела. Они, тренированные сталкеры-сновидцы, сами помогли Ти – их «осознанное сновидение наяву» получалось настолько ярким, что не усомниться. Рауль предложил отличный вариант, Тлан же лишь восполььзовался им, не мешая ему якобы застрелиться – и тем выключить его и вылущить, как гороховый стручок. Довести их сценарий до финала, и начать свой. На затемненных титрах.
Объем работ по удалению и замене кластеров памяти был невелик – всего один эпизод одной из прошлых ночей, он светился ярко, найти его было легко. 

стало так

…Она дунула между ладошками, заставляя настырное насекомое отступить – а то ведь оно почти выкарабкалось! Сдавливать же его сильно девочка боялась. И оглянулась в сторону фонаря и хорошо освещенной им фигурки. А ведь прокол... она так увлеклась ловлей сверчка, что ни черта не видела и не слышала. Хорошо хоть и ее не видели и не слышали – стояла-то в темной глубине парка, поодаль от освещенной дорожки. Ну что ж... может, познакомиться? Случай-то... ну, просто нарочно не придумаешь! И она мягко шагнула к фонарю... Наверно, виновато рисование манги и любовь к анимэ. Они ведь в чем-то подчиняется законам театра. Ну вот любила девочка эффекты. И сценка, что должна была разыграться сейчас, началась совершенно типично для анимешки.
- Это - kilkir! А у тебя? Тоже? - и Ленси с любопытством подняла глаза на свою невольную собеседницу.
- Не... хотя чёрт его знает!.. у меня кузнечик. Подозреваю, что был… - сглотнув и облизнув пересохшие губы, другая невысокая девушка с жестковатым лицом снова протянула руки поближе, вглубь столба света от фонаря, и разжимая их – самую малость.

Тлан улыбнулся – такие вещи иногда позволяли ему ощутить себя художником, вернее – мастером штопки.

стало так

- Осторожнее, мелочь… чёрт его знает, что это за фигня, - проговорила негромко девушка, взяв двумя пальцами кузнечика у задней части тельца, прижимаясь крылья к мягкой плоти, но избегая подносить к лицу. Потянув за одну из надломанных задних лапок, незнакомка брезгливо стряхнула ладонь и насекомое шлепнулось в траву, беспомощно поджимая полуоторванную конечность.
- Нет, сверчок обычный. - Сожаление в голосе Ленси, сожаление и легкая укоризна. - Только зря задавила... сверчки, говорят, счастье приносят, - сеньорита Санчес поежилась, и сунула руки в карманы зябко. - Меня Валенсией звать, а тебя?
Переступила с ноги на ногу. Потом вспомнила, видимо, что руки в карманах держать неприлично, вытащила. А может, просто смущалась, не знала, куда руки девать вообще. Глянула на экранчик зажатого в правой ладони мобильника:
- Ого... поздно как. Как бы папа искать меня не пошел... я, кажется, тут заблудилась. Гуляла, сворачивала. И не вспомню уж, как шла-то. Мы только сегодня приехали. А ты? Давно тут? Проводишь? - и палец коснулся усиков пойманного самой Ленси насекомого, чтобы сразу же отдернуться. Ладонь нехотя разжалась, пусть и эта мелочь скачет на свободе и поет. 
- Зови меня Генри, - привычно отозвалась теперь уже знакомая, правда, с лёгкой задержкой, поднимаясь на ноги и оглядываясь по сторонам задумчиво. Затем лениво остановилась взглядом на вытащенном мобильнике, и пожала плечами. - Детское время. Но зря ты, конечно, одна пошла сюда… Приют заботится о постояльцах, так что я не думаю, что здесь тебе бы что-то грозило… хотя чёрт знает – сама здесь, - прикусила язык, потому что первый день-то она была на работе, а вот в лице отдыхающего уже успела побыть. – Ну, в общем, недолго. Но провожу – до корпуса отдыхающих.
Пристально глянула в глаза девочки, на её лицо… поправила лямку на плече, машинальным жестом прочёсывая волосы, убирая их с лица назад, за спину. Странное в ней что-то было. Диковатое. Хотя поведение, конечно, было выше всяческих похвал – вежливая девочка, папина дочка, но при этом любопытная, живая…
Девушка передёрнула едва заметно плечами, отгоняя непрошенное чувство – желание защитить, обогреть, укрыть. Это не её стезя, и её касаться не должно было. Она её просто проводит, вернув на ту точку, откуда она вполне сможет самостоятельно вернуться в номер.
- Ладно, мелкая. Пойдём? – руку не протянула, скорее – совершенно таким же жестом, как и чернявая, спрятав их в карманы куртки, явно не стремясь к лишним и ненужным контактам. Да и девочка – не совсем малышка, небось прекрасно сама на тропке удержится.

Вот и все… ключевой эпизод, источник проблемы найден и устранён, осталось проследить и затереть его следы. Не так уж трудно, если умеешь, а Тлан умел, делая это даже не в двадцать первый, а в сто первый, должно быть, раз.
И никто не сможет различить следы. 

стало так

Дверь негромко скрипнула, и Ленси вошла почти на цыпочках. Трижды щелкнул замок. Ключ остался торчать в двери – девочка всегда так делала. Это полностью исключало, что дверь бесшумно откроют отмычкой. Она быстро скинула кроссовки и свитер, и молча прошла в комнату.
Гостинная была освещена неярким пламенем камина, и это было еще более сказочным, чем пронизанный лучами фонарей парк. Огонь - он живой. И вся комната ожила, колебались тени, повинуясь пляске пламени.
Девочка в одних носках ступила на ковер, и успела ощутить кроткое удовольствие - после целого дня даже в самых удобных кроссовках задние лапы устают изрядно. И походит босиком по мягкому - это здорово. Она молчала, подходя к креслу, где ждал ее Хирург. Только дыхание было слишком частым, да лихорадочно светились чуть расширенные глаза - так всегда бывало, если Ленси захлестывали эмоции. Только вот... настоящие сильные эмоции бывали у нее ой как редко. Сейчас вот она просто  камину обрадовалась, так именно, как думала, когда мечтала о нем в прохладном парке.
Она присела у кресла. На колено Раулю легла ладонь, дстаточно, чтобы сразу привлечь к себе внимание.
Вскинув глаза, она смотрела на подбородок Рауля, и ждала его слов. Ей было что рассказать... и немало. Но сперва ей хотелось сверить свои мысли с его. А, кроме того, она понимала, что за выходку с Генри ее или отругают... или похвалят. По сути, она почти раскрылась, ставя их на грань провала. Права ли была... скоро узнает. Позади азарта в серых глазах темным облачком клубилась тревога.

Довольная улыбка – Хранитель отлично понимал, что занимается своим прямым делом – сокращает количество тревог и грядущих несчастий, в данный момент – в этих конкретных судьбах, а тем самым – и в судьбах всех НЕ пострадавших от вероятного взрыва, даря взамен то, в чем эти двое нуждались давно и неизбывно – часы покоя и тепла, не только каминного. Га-рин не мог, да и не хотел, стереть все их беспокойство – и потому, что это было бы неестественным для них состоянием, и потому, что легкое щекочущуе беспокойство, будто умело подобранная приправа, оттенит уют этого вечера.
Не сходя с места (он вообще не сходил с него с того самого момента, как почувствовал присутствие в парке кого-то, кроме Валенсии), Ти со скоростью мысли – которая у ДАЛов выше по причине большей сорости нервного импульса – переключился на корректировку личных воспоминаний Санчеса-старшего. Он не мог увидеть насекомого, потому что Ленси не показывала ему ничего, ее теплая ладошка была пуста и лежала на отцовском колене. Тлан тщательно и безвозвратно затер логическую цепочку «сущего бреда» об искусственных насекомых - системах скрытного наблюдения - нанотехнологиях - высокачастотных системах обеспечения и управления, вытащив взамен слабое чувство вины и чуть усилив его. Именно оно вкупе с стветственностью... ну и мыслью о том, что в темноте сидеть как-то... можно бы и свет включить, а не что-нибудь иное заставило Хирурга задать неподходящий вроде к ситуации вопрос:

стало так

- Как давно дочка открывала школьный учебник по физике? Особенно раздел "электричество"?
- Пап, я его вообще не открывала, - вздохнула Ленси тихонько, - Надо бы исправить, да? - грустно и полувопросительно... зубрить физику не хотелось. - Па, я тут познакомилась, кстати... И она завтра с нами едет кофе выпить, вот... - буркнула. Тайны тут никакой, а рассказать не терпелось.
- Зря не открывала, - проворчал недовольно Рауль. Лэнси действительно нужно было учиться. Единственным выходом в сложившейся ситуации, когда они каждые три месяца меняли города и страны, было дистанционное обучение по сети. Но тогда весомым доводом "против" выступало применение анонимайзеров для выхода в сеть и общения. "Придется учить ее премудростям самому", - мысленно смирился с неизбежным Хирург. Но Лэнси, покачав головой, ответил:
- Знания - сила! Люби книгу - источник знаний... Потому что неученье - это тьма, а ученье... Ученье - чуть свет и на работу!
- Не хочу учитсяяяя... Хочуууу... - протянула Ленси тихонько. И фыркнула, глотая окончание этой расхожей фразы, - ...спааать до обеда, - посмеялась ласково, и пояснила: - Я поспать люблю.
Угу, как будто он и сам не знал. Не будить - так продрыхнет до обеда. Впрочем, "будить" было понятием условным в ситуации с Ленси. Достаточно сказать перед сном: "Завтра проснуться надо не позже шести..." - и она откроет глаза ровно за пять минут до того, как наступит это время. Даже если легла поздно - в три или четыре утра. А раньше часа они вообще никогда не ложились.
Девочка внимательно слушала Хирурга, хотя и была уверена - учиться ей не нужно. Все, что надо для жизни и выживания, она узнает и так. Вот сейчас узнает, например. Если то, что он расскажет, (ну вдруг расскажет, не молча же сидеть вечер весь) окажется полезным с ее точки зрения - и расспросит, и в инет заглянет, ища статьи на эту тему. Разве не учеба? А пустые знания... вот кому они нужны? Голову только забивать...

Дальше… Тлан снова улыбнулся, встретив наконец одну из «страшных тайн сеньор Санчеса», и… оставив ее в неприкосновенности… пока. Пусть человек поиграет, это его займёт, нет ничего хуже празности – гласит ДАЛийский этический постулат. Пусть носитсясо своми погремушками… которые теперь тоже весьма просто обезвредить, заменив дробь… да хоть сушеным горохом.

стало так

Рауль включил свой коммуникатор и улыбнулся - на экране быстро ползли строчки слитой с сервера санатория базы данных вперемешку с сопоставленными им шестнадцатиричными значениями перехваченных пакетов от сниффера*. Который физически был установлен на удаленном шелле* в Бразилии. Ситуация складывалась явно в пользу Хирурга - предпринятая им виртуальная атака заставит двигаться местных сисадминов, латая уже выявленные бреши и устанавливая новую защиту. А о том, как будет продвигаться их тяжелая работа, будет сообщать новый сниффер, установленный на другом шелле. Осталось только с помощью одного-единственного грамотно составленного UDP-пакета* сделать небольшую инъекцию серверу. Дальше будет дело техники. Все равно что щелкнуть тумблером - и загорится свет во всей квартире, высвечивая скрытые от взора потаенные до времени уголки комнат. Инъекция небольшого - в пару байт - кода в пересылаемые системой санатория пакеты низкоуровневых протоколов (таких, например, как ICMP - протокола контроля связи), позволит высветить с помощью анализа работы сниффера всю инфраструктуру сети. Но этими забавами Хирург займется на рассвете.     
- Кстати, дочка... - "Мудрый волк" поднял взгляд на Лэнси. - Ты упоминала о встрече с неизвестной мне девушкой, которая завтра едет с нами пить кофе? Расскажи-ка мне поподробнее.
И Рауль наклонил голову к плечу, выражая готовность и заинтересованность в предстоящем рассказе "дочери".
Девочка потянулась за листом бумаги - тихонько зашуршал грифель. Ее штрихи были быстрыми, частыми - пальцы уверенно переносили в рисунок то, что жило перед глазами.

М-да… рисунок. Рисунок – это улика, точнее – это маленький крючок вопросительного знака, совершенно ненужный. Однако времени на то, чтобы найти его и выкрасть прямо сейчас не было, значит…
Мнемокоррекция – штука кропотливая и спешки не терпит, состыковывать обрывки памяти – работа кропотливая, но интересная, даже в какой-то мере – творческая. Отфильтрованные воспоминания были удалены из памяти Санчесов, но хранились в куда более объёмистой памяти Тиата; вот и пригодилось, − улыбнулся про себя жрец, извлекая и чуть поправляя маленький фрагмент разговоров и дум:

стало так

- Ой-ёёёё... - все неприличные слова, что вертелись у Ленси в голове, скрылись за этим выдохом. Выпустила из пальцев карандаш, быстро, на попе, "отъехала" от кресла, толкнувшись ногами. Подняла на Мудрого волка перепуганные глаза. Такие крупные цикады, кузнечики почти в октябре - что тут за место такое? А вдруг, а вдруг!.. - фантазия заработала. - Kilkir! Можно же сделать следящие устройства, да, вот такие сложные. А вдруг там внутри... там что-то ненашенское. Совсем. Вдруг они из будущего... вообще не отсюда. Вдруг тут в Приюте гениев держат под замком, и колют им стимуляторы, чтобы те науку вперед двигали. Но тогда это все равно - будущее. Техника, что будет когда-то потом, через столетия...
В груди разлился сладкий холодок, но представившееся Ленси озвучивать не стала. Потому что было незачем. "Бежим отсюда, папа! Давай уедем!" - рвалось в ней. Только они ж все равно не уедут, не пугаться же придуманного. Тогда зачем говорить?
- Девушка... - протянула она тихонько, успокаиваясь, снова берясь за карандаш и лихорадочно дорисовывая. - Ее зовут Генри, па. Красиво, да? - девочка откинула со лба волосы, переворачивая рисунок "лицом" вниз и теперь смотрела Хирургу куда-то в переносицу. Очень часто люди, впервые столкнувшись с такой ее привычкой, не вольно терли пальцами место, которого касался взгляд - особенно, когда девочка была сосредоточенна. А сейчас она была - и очень.
- Генриетта... если я верно понимаю. Но... на мужской манер. Более откровенно мужским было бы Анри... почему-то мне кажется - назвать ее так это то же самое, что погладить кошку.

Затирая дальнейший рассказ Валенсии о кузнечиках и цикадах, Тлан отложил это имя и связанную с ним эмоцию в собственной памяти. Почему-то показалось важным. А пока он был доволен – сказанное стало не сказанным, истина-где-то-рядом превратилась в фантазию подростка, вспитанного на мифах массовой культуры. 

стало так

Ленси пошелестела листом, что лежал на коленях:
- Она авантюрист... и явно очень уверенный в себе человек. Она привыкла обходить, если не нарушать закон - но вряд ли это прямой криминал... скорей как ты в том, что касается "хака" - кивок на терминал в руках Хирурга. - Она сотрудник "Приюта", но должность получила не давно. Сегодня была очень уставшей и сознательно расслаблялась - значит, день был сложным выше обычного. Или осваивала то, что оставил предшественник, или что-то случилось... хотя - скорей осваивала. Тревоги не было. 
Ленси вздохнула... подумала...
- Она знает то, что могут знать лишь те, кто тут работает, и, вероятно, чуть больше, чем ей положено. Вряд ли это повысит степень ее доверия начальству... так же не думаю, что эта работа уже дорога ей... Все это, вместе с жилкой авантюриста и самоуверенностью, делают ее нам интересной.. я думаю?
На миг она взглянула отцу в глаза... и тут же опустила их - кладя на ее колени листок. Там была та самая сценка - анимешная. Две девочки у фонаря. На ладонях обоих - кузнечики, нарочито разные. Свое лицо Ленси оставила в тени... лицо Генри прорисовала очень точно, хотя и быстрыми штрихами. Вышло нечто странное. По выражению лица, схваченному мгновенно, так мгновенно, что успевает только глаз - и уже даже фотоаппарат будет бессилен, получалось, что в девушке с мужским именем Генри сочетается колючесть, готовность уколоть, скептицизм и холодный расчет... и любознательность почти детская.
- Да... я забыла сказать. Она хорошо тренирована, но явно ее самоуверенность вызвана не только этим. Она больше... скорее - она привыкла, что кто-то прикрывает спину...

Рауль, не обращая внимания на пристальный взгляд Ленси, закивал головой. Выслушивая ее коротенький рассказ и помечая для себя моменты, требующие либо объяснения либо доразведки фактов.
"Генри... Генриетта... Интересное имя... Палм в руках - вполне продвинутая девушка в плане компьютерной грамотности... Сама в санатории недавно, но знает расположение корпусов... А так же возможную опасность, заключенную за тем высоким забором...
Если это хоть в какой-то степени ее слова про печальный итог знакомства Лэнси с обитателями за забором верны, то... То можно использовать разрушение периметра загона с такими "зверьками" в качестве отвлекающего маневра при уходе от задержания. Надеюсь, при возникшей в таком случае панике и суматохе, нам посчастливится ускользнуть с наименьшими проблемами...
Далее - снова Генри... Знает специфику работы CIAC. При этом назвала фирму сама - без подсказки со стороны дочери. Можно сделать вывод о принадлежности девушки к IT-сообществу... Любит спорт и ночные прогулки... Что говорит о довольно высоком - относительно обычных людей - уровне физической подготовки. А так же о немалой доле скрытности характера. Вполне вероятно, что склонна к кропотливому анализу выполненной работы или запомненной информации... Пока отмечу, что в данном русле так можно охарактеризовать хакера. Что, в совокупности фактов наблюдения, дает предположение о ее работе здесь, в санатории, в качестве специалиста-компьютерщика. Приходим к выводу, что она занималась восстановлением системы после атаки. Она - системный администратор. Но - не факт!
Ленси говорит, что Генриетта привыкла к тому, что кто-то прикрывает ей спину... Пока поставим на роль прикрывающего ее брата, который любит музыку... С такими навыками девушки брат, в качестве второго номера, должен обладать еще более впечатляющими способностями. Если не компьютерными, что вполне понятно, то - рукопашным боем и стрельбой. Что позволяет самой Генри заниматься своими авантюрами почти безнаказанно. Но специальная подготовка ее брата пока - не факт...
Теперь встреча в кафе... Все становится на свои места - системный администратор, находящийся на службе в подразделении безопасности санатория, решила "прокачать" папочку-хакера и разузнать дальнейшие планы... Отлично!"

Протянув руку, Хирург взял рисунок, заботливо положенный Лэнси на его колени. Всмотрелся. Душевный настрой встречи в парке она передала превосходно. Но... фантазерка.
- Отличный рисунок, Лэнси, - похвалил он "дочурку", - Но иногда такие вот наброски при обыске могут сыграть плохую службу и вызвать подозрения. Так что будь аккуратнее с ними. На будущее я бы предложил тебе приобрести планшет и рисовать на нем, выгружая рисунки на защищенный сервер. Пока опасности нет, но - помни о моих словах.
Рауль встал и с удовольствием потянулся, разминая затекшие за время сидения в машине и в кресле мышцы. За недолгое время, прошедшее со времени их приезда в санаторий (или психиатрическую лечебницу) они сумели добыть огромное количество информации для анализа. А сам Хирург не был чужд крылатого латинского выражения "Praemonitus praemunitus"*.
Удовлетворенно кивнул Лэнси:
- В целом твои действия заслуживают оценки отлично. Завтра нужно попытаться вытащить на встречу брата Генри. Подозреваю, что они попытаются нас "прокачать" на предмет степени опасности для здешнего "Приюта".
Рауль негромко и басовито рассмеялся.
- А теперь - спать. И не думать о предстоящем деле! Спокойной ночи, дочка! - с этими словами Хирург удалился в свою спальню. Нужно было еще принять душ.

Ленси вздохнула. Ей казалось, что оценка "отлично" требует подкрепления. Мог бы хоть руку на плечо, положить, чтоли... и вообще, детей перед сном целуют. Она чуть надулась. Тщательно, методично, она выдрала из блокнота все рисунки, где был кто-то кроме них с Хирургом… и по одному скормила пламени камина. Посмотрела, как они корчатся, извиваясь, как огонь пожирает лица. Глаза оставались спокойными и отрешенными... по стенам комнаты метались уродливые тени.
Потом встала, и ушла на кухню. Она очень хотела есть, если честно. Одного яблока все же мало. Но все закрутилось так, что Мудрый волк забыл о еде. Ничего, это не смертельно. Часто, жадно поглотала воды из-под крана, из сложенных лодочкой ладошек. Ставить чай было лень - она все же устала. Больше от впечатлений, чем от дороги. От постоянного напряжения внимания. В рюкзачке нашлась пачка печенья и шоколадка. Сжевала вперемешку, думая о чем-то своем, выстраивая в голове несколько вариантов завтрашнего утра. Какой из них сработает - она еще не знала. Генри-Генри-Генри... Ленси вовсе не была уверена, что прикрытие этой девушки брат-меломан. Но аита сказал - нужен брат. Что ж... Интересно, что вообще есть в этом здании? Спортзал... например? Есть? А если да - ходит ли в него так чем-то понравившаяся Ленси девушка? Впрочем, если и нет - самой Ленси все равно туда надо. А там... посмотрим. Пора знакомится с людьми "Приюта". И проще всего это сделать... Ленси усмехнулась, когда поняла - что именно она сделает утром. Может быть, кстати, удастся и тутошних врачей увидеть. Может, это тоже даст какую-то информацию. А сейчас - спать.

Тиат досадливо шевельнул губами – перестраховался с рисунком, все равно сгоревшем в камине… ну ничего… чем ближе к правде, тем незаметнее подлог.
Болванчик слюнку пускающий, мне не нужен, – сказал он упрямцу Санчесу, на что тот неоспоримо ответил "Он не нужен и мне", однако временно – очень кратковременно – роль сию сыграл на "ура". Еще чуть-чуть, буквально несколько секунд, которые потребовались Тлану на создание почти правдивой версии встречи Валенсии с черновлосым черноглазым сумасшедшим в злодейском, но элегантном черном плаще, который долго пугал девушку бредовыми речами, а потом ударил по голове, стремглав бросившись прочь, внедрение ее в память девушки во всех подробностях и эмоцональных красках, а мужчине – обрывками и отголосками услышанного издалека - и вот уже по-настоящему присевший на корточки Тлан скомандовал "Отомри!" стоящему столбом-руки-по-швам в кустах Раулю, бережно приподнимая девушку за плечи, тихо и заботливо спрашивая:
− Фроляйн, что с Вами? Вы ушиблись? Вам надо к доктору, позвольте я Вас провожу? Господи, да что же нет-то никого, как назло?..   

Отредактировано Тлан Тиат (06-06-2013 21:32:11)

+3

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » Приют странника » Летописи Мистера Гранта (Всё иначе) » Все дороги ведут в Храм