Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Былое » Сербская настойка


Сербская настойка

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Дата и место: 6-7 июля 2009 г, Сербия, Белград-Косово.
Участники: Анхель Оттоман, Элиот Грэй.
Краткое содержание: Славный сербский край, измученный безобразной войной, громким прошлым, колоритными обычаями. Сюда не тянет никого, кроме двоих: охотника за правдой (ну, или за сенсацией, кто что понимает по этим словом) и бессменную искательницу всего старого, сломанного, ценного не столько материально, сколько культурно. И найти этим двоим общую тему помогут испорченный атмосферный фронт, пятница, да крепкий алкоголь!

Отредактировано Анхель Оттоман (15-11-2014 00:23:17)

0

2

Анхель, чертыхаясь, забежала под козырек какого-то заведения, отдирая мокрую насквозь майку от груди, и кляня на чем свет непривычную погоду: если дождь или гроза собиралась в Англии, то все об этом знали с утра, а здесь, в Южной Европе – налетела не пойми откуда, в три секунды вымочила так, будто в корыте тебя искупали и затянулась до утра! Археолога беспокоило только то, что теперь мокрая клетчатая ткань могла обтянуть кобуру с пистолетами, а это лишнее внимание. Но в такую погоду не то что такси не поймаешь – бродячую собаку не увидишь.
Поразмыслив с секунду, Хель решила, что нет особой разницы где засветиться с оружием: в своем отеле или в случайном баре. Разрешение было, а люди везде одинаковые и истерить тоже будут одинаково.
Толкнув дверь, девушка вошла в полутемное, шумное помещение, по телевизору транслировался какой-то футбольный матч, так что было не протолкнуться, на нее обратили внимание, но не больше, чем на пару секунд. Что неимоверно радовало: на туристку она была мало похожа, но за свою один хрен не сошла бы, ни рыба, ни мясо.
Дай-ка мне пива, колбаски, тарелку жареной рыбы и сыр, – прокричала на ухо бармену шотландка, кладя на стойку деньги, и принялась высматривать хоть какое-то место, ну хоть маленький пятачок. Увы, все было битком, но спасение пришло, откуда не ждали: бармен вынес ей здоровенную бочку и поставил стул от барной стойки, что ее вполне себе устроило: эдакий полевой эксклюзив, не поленился даже оплывшую свечку поставить, потому что посадить ее смогли разве что в темный угол возле кухни, а там было не до света.
Анхель со стоном опустилась на стул, наслаждаясь эдаким уединением посреди возмущенного гиканья расстроенных или наоборот, ликующих болельщиков. Проверила сумку, смартфон, карту – вроде все выжило, повезло еще, что автобус остановился рядом,  ткань рюкзака не успела напитаться и дать течь.
Нос пощекотали запахи горячей, еще шипящей в масле рыбы и пива, девушка вгрызлась в ужин с остервенением, не ела она больше суток, сухпаек не в счет.

+1

3

Привыкший к высоченным нью-йоркским небоскребам, молодой, но многообещающий журналист находился в состоянии некой прострации. Яркий архитектурный и климатический, во всех планах, контраст давал о себе знать. Более бедное и не такое многолюдное окружение. Да и спокойствием не отличается здешняя обстановочка. Кстати, из-за нее-то он и здесь. Десять лет со дня конфликта, унесшего очень много жизней. Большая трагедия для местных и не только.
С одной стороны – поездочка интересная и обещающая не золотые горы, конечно, но их подножья, что не может не радовать. С другой стороны, ничего особо впечатляющего и интересного не было. Грэй вообще ожидал, что в здешних краях остались некоторые любители вздрочнуть местных. Но прогадал. Что же, фантазия – вещь невыгодная, особенно, если богатая. Может, не в этом случае. Придется, конечно, долго и муторно канифолить себе мозг, но материал он подаст на все 100 и даже выше. Правда, кажется, с датой чествования он пролетел, как фанера над парижем, но горе людей вместе с прошедшей датой все еще с ними. А потому почва для работы – плодородная.
Зато номер в гостинице неплохой... Не 5 звезд и даже не 4... 2,5, может. Но уютно и по-домашнему. Потому после прилета Элиот просопел в обе ноздри весь вечер и ночь, а на следущий день отправился осмотреться, кадров наделать, да с местными пообщаться, понаводить справки. Статьи писать на "отъебись" он не умел, да и не хотел, и потому трудился и материал искал тщательно, старательно работал над полученной информацией.
Но черт его сегодня дернул выйти из отеля. Гребаный дождь... Даже нет. Не так. Гребаный, смывающий все живое на своем пути ливень, по милости которого Грэй вымок до трусов. Хорошо, что кофр для фотоаппарата, а заодно и для мобильника, кошельков и прочих мелочей, был непромокаем. Еще бы. Почти штука баксов. В Элиоте в день преобретения данной вещицы в страшных муках умирал внутренний еврей. Причем он умирает в нем по сей день. Зато деньги не на ветер, и этот кофр он может хоть топить, хоть с пятого этажа ронять – внутренностям ничего не будет. А вот сам журналист, кажется, мог в такой погоде подхватить нехилую простуду, плавно перетекающую во что-нибудь более по-спартански суровое, потому как футболка его насквозь вымокла и грубая ткань джинсов неприятно прилипла к ногам, сковывая движения. В кроссовках так вообще – по общественному бассейну. Волосы, собраные в низкий хвост на затылке, кажется, тоже от такой погодки сошли с ума, потому как облепили всю спину своего обладателя, частично забравшись за шиворот и обильно обтекая холодной водой.
Жесть какая-то... – Грэй оставил попытки добраться до отеля, потому как дорогу он запомнил плохо, а телефон сейчас доставать чревато. Как нельзя кстати над головой образовался косой навес. Спустя пару мгновений оказалось – это некий местный спорт-бар. А если в названии заведения есть слово "бар", значит, алкоголь там водится, а значит – ливень можно переждать с большим удовольствием и вполне вероятно – в компании.
Внутри было душно и шумно, но тепло. Элиот без интереса посмотрел на экран, где транслировался матч и, не найдя там эмблем любимых команд, положил на это дело с прибором и просто сделал заказ. С утра он довольно плотно позавтракал, потому интерес у него был отнюдь не гастрономичесий. Скорее, родной – алкогольный.
Ага... – пиво свое он взял, а вот поиск места, где с комфортом его можно было распить, был отдельным квестом. Раза три он обошел толкающееся и эмоционально вопящее ощество, осмотрел все столы и было огорчился, что придется без смака влить в себя здоровую кружку темного и податься на поиски нового убежища от стихии, как внезапно для себя узрел в дальнем и самом неприметном углу, что ближе к кухне, девушку. Причем очень и очень привлекательную. И даже без компании. Судя по тому, что одежда ее слегка просвечивала – она сама недавно забрела под пропитанный сыростью потолок данного заведения. Пришлось проявить немалую ловкость,чтобы не пролив пива, протиснуться через мельтешащую толпу. Но, он это смог и вскоре, обворожительно улыбаясь во все свое небритое лицо, образовался у импровизированного стола для промокшей посетительницы.
Добрый день... Если его таким можно назвать... – Элиот поправил на голове невидимую шляпу, как будто бы снял ее в приветствии и вновь вогрузил на голову. – Вы не будете возражать, если я составлю вам компанию здесь? – Пока девушка размышляла над тем, против она его патлатой персоны за своим столом или нет, Элиот беспардонно скоммуниздил барный стул, опрометчиво освобожденный одним из в дрова пьяных болельщиков, что отлучился в края не столь отдаленные.

Отредактировано Элиот Грэй (15-11-2014 20:26:25)

+2

4

Анхель перестала жевать и подняла взгляд, который в первый момент гласил "умри, смертный!", во второй – "ты кто вообще такой, блин?" и в третий – "ну и хрен с тобой!". Девушка проглатывая свою судорожную трапезу ногой отодвинула рюкзак к себе поближе, кивая на освободившееся место.
Ну падай, фотограф. Только если ты болеть – иди лучше к той честной кампании, мне шума и без воплей на ухо хватает.
Кофр она приметила сразу, раньше даже, чем оценила размах плеч и суровую небритость морды, в которой особенно выделялся подбородок.
Таким бы дрова колоть, – усмехнулась Анхель.
Вещь была дорогая, надежная, но по размерам для мыльницы или ванильной зеркалки не годилась. Профи был паренек, а может, просто любил дорогущую технику: такие вещи даже на Рождество просто так не дарят, не шибко доступная фирма, чтобы любителю ее дарить.
Тут принесли остаток заказа, и настроение совсем вверх поползло, желудок радостно заворчал, предчувствуя долгожданную награду, глаз отдыхал на соседской физиономии. Пиво холодной горечью разливалось по языку, хотя хмель тут же превращал ее в тепло по венам, так что особенно это не спасло: через пару минут после спасения с улицы стало жарко.
Одежда стала высыхать, и от этого было еще противнее, чем если бы Хель все еще стояла под дождем: запах мокрых тряпок, стягивающие движения резко сузившиеся рукава, да натирающие ремни кобуры. Мерзость.
Ей-Богу, тогда, с бутылки пива, ей это показалось смешной идеей. Расскажи об это кто-нибудь на более серьезную (не трезвую, Оттоман пьянела гораааздо дольше, чем после одной бутылки несчастного пива) голову, она бы треснула сама себя, да еще и пинка под зад отвесила. Сама себе, угу.
Анхель развязала узел клетчатой рубашки и отодрала ее от себя с противным шуршанием, чувствуя, как кожа на плечах тотчас покрылась мурашками, и на пару секунд стало еще холоднее, настолько, что все тело скукожилось в один клубочек, экстренно требуя порцию еще чего-нибудь погорячее. Залу было плевать на темный угол, бармену не с фиг видно, что там за прибамбасы почти за спиной у девки, что заказала порцию на троих. Зато патлатый фотограф имел удовольствие лицезреть оба ее кольта. С кривой ухмылкой археолог одним точным движением скинула кобуру, один пистолет пряча за пояс на спине, а второй мельком кидая в рюкзак. Предохранитель – великая вещь.
За знакомство и умение хранить чужие секреты, – Хель звонко чокнулась горлышком своей бутылки о тару соседа, весьма красноречиво заламывая бровь и улыбаясь, как умела только она: ирония на фоне хамства и запредельного обаяния. Из разряда "и тащить тяжело, и пристрелить жалко".

+2

5

Ммм? Нет. Сегодня не те команды, за которые стоит переживать... – с легкой ухмылкой ответил девушке Элиот, удобнее усаживаясь за "столом". Кофр со своей драгоценной техникой он разместил у стенки, под стулом, дабы ничьи загребущие ручонки не смогли дотянуться до него и стащить. Всем, конечно, с вершины эйфелевой плевать на него и его кофр, но кто его знает. Береженого, как говорится, берегут.
Грэй потер голые, все еще мокрые руки. Плохая была идея – идти в одной футболке. Он окинул взглядом собеседницу, с большим смаком снимавшую с себя рубашку и ой, как ей позавидовал. Ибо в общественных заведениях, даже таких, сидеть топлесс нельзя. А потому Элиоту придется терпеть то, как мерзко будет сохнуть на нем тот самый предмет одежды, раздражая кожу. Внимание привлекли два кольта новоиспеченной собеседницы. Да так привлекли, что журналист на пару минут забыл о своем пиве и в удивлении изогнул брови да застыл с полуприкрытым ртом – хотел же что-то сказать.
Звук стукнувшегося стекла бутылочного о его толстую кружку, вернул в реальность.
Может, тогда за знакомство и посвящение в тайны? – обезоруживающе улыбнулся, салютуя девушке, да делая пару душевных таких глотков хмельного напитка. Замечательно... – прокомментировал он свое приобретение, и оставил сосуд с ним на столе. – Прошу меня простить, сейчас я сделаю кое-что непотребное. – С этими словами он чуть согнулся, нависая над полом, собрал в руки расползшийся по спине мокрый хвост и с большой такой радостью выжал из потяжелевшей гривы воду. – Теперь жить можно. Прошу меня еще раз простить. – Вновь кивнул и снова приложился к пиву. – Итак. Вернемся к нашим знакомствам и тайнам. – Хмыкнул, протягивая девушке руку для пожатия. – Я Элиот, журналист. Очень приятно. – Он взглядом очертил тонкую, но статную фигуру собеседницы. – А как зовут вас? И зачем такой хрупкой и красивой девушке столь опасное оружие?

+2

6

Ну, размечтался! Тайны еще заслужить надо, – хмыкнула Хель, отпивая из своей бутылки и закусывая принесенным сыром. Жизнь на полный желудок казалась охренительно хороша, даже в мокрой, липнущей к телу и холодящей все, что не попадя, майке. Она представила, как сейчас выглядит для собеседника, но даже не шелохнулась: если у кого-то с тестостероном будут проблемы – она доступно объяснит, в каком гробу она видала их.
Анхель позабавилась над зрелищем выжимаемой шевелюры, отмечая, что хвост дал парню пару очков в ее глазах: была у нее слабость на патлатых, до сих пор играла буйная рок-н-рольная молодость.
А непотребное когда будет? – наигранно насупилась археолог, и рассмеялась, качая головой, – Я так ждала, так надеялась, а непотребства не случилось. Везде обман!
Ага, журналист, значит? Хитрое племя дятлов клавиатуры и акул пера.
Она приняла протянутую ей руку, отмечая крепкое и уверенное рукопожатие, но тут же скривилась, словно спрашивая парня, мол, ты серьезно? Ничего лучше сказать не мог?
Ну, так то хрупкой и красивой, какие тут водятся разве что в салонах красоты, крася ногти десятым слоем лака. Я Анхель, археолог. И Сербия все еще не тихое место, после темноты я без оружия не выхожу, а так как зачастую я возвращаясь в глубокую темень, приходится всегда быть готовой и носить все свое с собой. Вот и все тайны, Элиот. От какого издания ты сослан в этот гадюшник?
Нет, ну а что? После Косово Сербия так и не удосужилась оправиться, до сих пор манипулируя статусом "бедного родственника" и все пребывая в беспросветной рухляди, по ее, Анхель, глубокому мнению. Только и осталось, что красивые виды, да руины церквей с замками.

+1

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » Приют странника » Былое » Сербская настойка