Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Глава 1. Дом с привидениями » Сезон 1. Интерлюдия 11. Чтоб горца вновь домой вернуть!


Сезон 1. Интерлюдия 11. Чтоб горца вновь домой вернуть!

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Время действия: 2011 г, 14 мая, 19:00-23:00.
Место действия: Шотландия, г. Нэрн, Sea View Cottage.
Действующие лица: Эрел Доусон, Александр Романов.

http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/688634.jpg

И внутри

http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/397135.jpg
http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/725422.jpg
http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/537471.jpg
http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/842856.jpg
http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/357374.jpghttp://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/56570.jpg
http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/354575.jpg
http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/188635.jpg
http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/414357.jpg

0

2

[AVA]http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/595/619833.jpg[/AVA]
Что видят люди в городке,
Закутанном в закатный свет?..

Самое забавное, что и на этот раз, как в прошлом году, в случае с пансионом, рекламный проспект Доусона не обманул – с террасы этого нэрнского коттеджа действительно открывался роскошный вид на море, на диво синее сегодня, и по фигу, что Северное. А летнюю, совершенно южную жарищу – до раскаленной духоты самой настоящей сиесты и липнущих к потным спинам футболок – они словно с собой привезли. Вот тебе и туманный, прохладный, северный край! – жмурясь на высокое еще солнце, Эрел снова усмехнулся, качнул русой лохматой головой, протянул руку, будто желая удостовериться, что это все наяву, снова провел пальцами по ободу покрытого темно-красной глазурью глиняного горшка, похожего на огромную, сильно приплюснутую редиску, установленного на подиум, и, взявшись за подлокотники коляски, подтянулся еще вперед, чтобы прислониться лопатками к спинке своего колесного кресла. Жадная, лишь чуть желтая к вечеру звезда немедленно погладила его по лбу горячей, шершавой даже, кажется, ладонью – то ли похвалила за выносливость, то ли поблагодарила за… за что?..
В общем, от нашего стола вашему столу, как говорили иногда русские знакомые. Жарище у залива Мори Ферт нынешним маем позавидовал бы и субтропический Адлер, так-то! Еще немножко – и мистер Доусон всерьез поверил бы в свои способности менять климат местности, в которой ему так неожиданно, но, несомненно, на радость довелось оказаться опять. Кто бы мог подумать каких-то месяца полтора назад, что написанный еще до травмы рассказ попадется в руки ушлым телепродюсерам и приведет его не просто в Шотландию, вроде как навсегда покинутую, а еще и в тот самый Нэрн, о котором с прошлой осени у них с Сашей остались самые теплые воспоминания? Да никто! А уж сам-то Эрел Энгус Доусон – меньше всех, потому что как раз около полутора месяцев назад он умудрился подхватить тяжелый грипп и чуть не отдал богу душу, ибо просто гриппом дело не ограничилось, конечно, а пневмония у спинальников лечится трудно. Кашель до сих пор иногда нападал внезапно и доводил до изнурения.
Но не сейчас, не сейчас. Сейчас дышалось спокойно, тихо, всласть, под шелест листвы явно старого дерева в правом углу двора. Но посмотрел Эрел не туда и даже не на море, где выкрашенный в красное сейнер как раз дал басовитый, солидный такой гудок, а налево, потому что стукнула дверь, ведущая в дом. Кажется, поздний обед наконец у Саши поспел.
Слушай, с ума сойти, – шотландец нескрываемо счастливо улыбнулся легко сбегающему с крыльца мужу. – Мне все время хочется себя ущипнуть, никак не верится, что это все правда. О, а давай ты меня ущипнешь? – Эрел улыбнулся еще шире.

http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/807079.jpg

Отредактировано Эрел Доусон (18-09-2020 03:03:48)

+3

3

Для Романова прошедший год выдался достаточно тяжелым. Сначала его до предела вымотали переезды – он перевез Эрела в квартиру в Адлере, а сам снова был вынужден уехать на несколько дней на Голубицкую, чтобы принять готовый к сдаче дом и согласовать проект с ландшафтным дизайнером. Потом возникли проблемы на работе – один из местных авторитетов начал прессовать агентство, и через два дня после возвращения к Эрелу Саша был вынужден снова уехать. Разборки затянулись аж на две недели и закончились самым банальным «стенка на стенку». Так что домой Романов вернулся хоть и не побежденным, но здорово побитым, и о какой-либо активности на месяц пришлось забыть. Например, о прогулках – Александру и его сломанным ребрам был прописан постельный режим. Зато потом удалось наконец-то отдохнуть – врач из Санкт-Петербурга оказался неплохим специалистом и при соблюдении его рекомендаций особых проблем у Доусона не было. Три месяца Саша был абсолютно счастлив, а потом…
А потом Саша понял, что ему отчаянно скучно. Агентство, отстояв свое право на жизнь, в последнее время справлялось и без него. Не нужно было решать проблемы и просматривать многочисленные счета. А раз в месяц заглядывать в банк и проверять счета… Саше не хватало движения. Эрел, несмотря на коляску, был вполне самостоятельным, и помощь Романова была нужна ему не так уж часто, как могло показаться со стороны. К тому же он много времени проводил за работой – иногда целые дни, отвлекаясь только на сон, еду и необходимые гигиенические процедуры и комплексы упражнений для спины. Вопрос о том, чем забивать все это время, становился все более острым. Сначала Саша пробовал отвлечься спортзалом, но тренировки отнимали от силы три часа в день. Всякие извращения по типу гольфа Саша не понимал, теннис ему не зашел. Футбол тоже оказался не его видом спорта. Так что в итоге к тренажерному залу добавились тир и конный спорт. Но все равно чего-то не хватало. Досуг досугом, но Романову хотелось именно работать. Конечно, у него был диплом экономиста, но вот опыта – ноль. Да и забыл он многое за столько-то времени. Всегда оставалась частная охрана, но Эрел был категорически против. Слишком опасно.
Промучившись еще около месяца, Саша плюнул на все и устроился в ближайшую автомастерскую. В машинах он разбирался неплохо, грязи не боялся, выносливости и силы ему тоже хватало. Так что последующие полгода Романов был действительно счастлив. Работа для души, отдых для души. Жизнь окончательно наладилась.
Через год им снова пришлось уехать в Нэрн, но на этот раз уже из-за работы Эрела. Романов был не против – отпуск он уже себе мог позволить. Единственное, о чем беспокоился, так это о здоровье Эрела. Грипп сильно подорвал его здоровье, а климат Шотландии оставлял желать лучшего. Так что перед тем, как уехать, Саша протащил Эрела по всем возможным врачам. Те дали добро. Да и Шотландия оказалась на редкость гостеприимной и приложила их такой жарой, что в пору было влезать в шорты. Что Саша в общем то и сделал, умудрившись за первые три дня загореть сильнее, чем в Адлере за все лето. И даже частично обгореть.
… Саша окинул критическим взглядом стол и удовлетворенно кивнул. В свободное от всех дел время он активно уделял кулинарии. Конечно, они могли себе позволить и прислугу, и частного повара, но Романов ревностно охранял свою пещеру и свои сокровища. В том числе и неприкосновенность личной жизни. Сегодня баловать желудки Романов собирался легким шашлыком из семги, свежим фруктовым салатом и прохладным лимонадом.
Я не буду тебя щипать, – Саша вышел в патио, вытирая мокрые руки о фартук. – Пойдем, обед готов.
Плечи и поясница у Романова не просто загорелые, а ярко-алые. Футболку он опять проигнорировал – кожу от прикосновения ткани жгло.
Намажешь потом меня сметаной? А то чешется, – все эти модные крема Саша игнорировал, искренне считая, что ничего лучше сметаны против солнечных ожогов не существует. – И как там эти телевизионщики? Определились уже с тем, когда тебе надо к ним приехать?

Отредактировано Александр Романов (02-03-2021 15:58:04)

+3

4

К Эрелу здесь, вот в этом самом патио, едва за коляской закрылась калитка в каменном, глухом, но невысоком заборе, действительно вернулось то ощущение, в котором он жил первые месяцы после Дома, когда Саша его оттуда вытащил самым чудесным обазом (и то, что преследовало его в Доме, кстати, все время там пребывания, но с противоположным знаком): «Этого не может быть, это не может происходить со мной, это сон, ущипните меня!». Правда, сейчас, как и в начале их жизни, совместной и семейной, реальность казалась нереальной не как кошмар, слава богу, а как счастливая греза.
Он выкарабкался, хотя совсем недавно валялся в жару, в бреду, а потом недели три еще от слабости еле доползал до постели ввечеру – спасибо сперва гриппозной интоксикации, а потом тотальной чистке организма антибиотиками от всего живого. Он, несмотря на все эти напасти, официально признан здоровым, максимальным для себя образом, в пределах личных возможностей, так сказать – все врачи единодушно в этом заверили – главное-то, что Сашу, сам-то Эрел не сомневался. Он опять в Шотландии, которую, вроде бы, в прошлом году покинул навсегда, вот она, Шотландия, пригорком из-за ограды зеленеет и голубеет морем, если взглянуть левее. Да не один еще на родину попал, считай, внезапно, а с самым любимым человеком, да не второпях, проездом-пролетом, ничего вокруг себя, по сути, и не замечая, в деловой суете согласований, споров, изучения документов (личные агент и адвокат – это хорошо, но и самому зевать не приходится), а в почти что отпускной свободе, когда можно увидеть что-то не только из салона такси или гостиничного окна.   
То есть все так хорошо, как не бывает. И тогда зачем его щипать, действительно? Нелогично же? Раз так все классно, пусть так и останется, пусть даже и сон золотой длится себе и длится, верно? – сейнер снова гуднул, будто выполняя-таки роль будильника, раз кое-кому все же неймется, а Доусон веселее улыбнулся своему русскому:
Да намажу, конечно, о чем речь, – подтягиваясь на сиденье повыше и отлепляя влажные лопатки от колясочной спинки, пообещал малость разомлевший на солнышке шотландец. – Будет у нас на обед еще и медведь в сметане. На десерт.
Про крем с пантенолом он еще в Испании заикаться перестал. Во-первых, в каких-то мелочах русские до того консервативны, что фору дадут британцам со всей их приверженности традициям, а во-вторых… крем же не слижешь, если придет такая фантазия, а сметану – очень даже, и не отравишься, нормально. Им вот эта фантазия приходила, не далее, как вчера, Саше, потому что сам Эрел – что?.. Ну, правильно, обгорел малость, вот в этом самом дворике. Светлокожим немного надо, а световой день тут дольше намного.
Вот после обеда и пойдем, ну и как тебя намажем, – слегка ерзая, машинально поглаживая не просто горячую, а раскаленную солнцем искусственную кожу колясочных подлокотников подушечками пальцев, с ленцой пообещал Доусон. – Честно говоря, телевизионщикам хоть бы я и вовсе не появлялся, ни на съемочной площадке, ни вообще здесь, в cтране. Им бы только спокойнее было, я чувствую, – теперь Эрел потер подбородок – в некотором смущении, – но я сам-то не могу такое пропустить, понимаешь? В конце концов, меня впервые экранизируют. Сценарист у них, конечно, лауреат и все такое, – шотландец фыркнул, сплел пальцы на колене и, чуть подтянув и приподняв, подвинул ногу на подножке, – ну, так меня заверили, но… интересно же самому посмотреть, что и как.
Он взглянул Саше в глаза – понимает ли тот, не сердится за всю эту тщеславную телеэпопею, из-за которой и Романову пришлось бросить, пусть и ненадолго, дом и работу. И, спохватившись, спросил слегка виновато:
А чем будем обедать? Пахнет потрясающе, я даже проголодался.
[AVA]http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/595/619833.jpg[/AVA]

Отредактировано Эрел Доусон (18-09-2020 03:04:45)

+3

5

Медведь в сметане? Ты извращенец. Хотя... Вернемся в Россию, свожу тебя в особый ресторан. Там подают медвежатину. Только не со сметаной, слишком тяжко будет.
Признаться, медвежатину Саша ел и в ресторанах, и на дальнем севере в виде армейских консервов. В Сибири вообще солдаты были готовы сожрать все, что хоть чем-то напоминало еду. И не потому, что плохо кормили – кормили как раз щедро, хоть и просто. Но холода и стылые казармы, обогреваемые колченогими буржуйками, заставляли тело выделять гораздо больше тепла, чем обычно. А затраченную энергию нужно было восполнять. Хоть говядиной, хоть свининой, хоть медведями, лосями, оленями и любой прочей живностью.
На десерт я планировал фрукты, кстати. Но если хочешь, могу по-быстрому сделать бисквит со сметанным кремом. Традиционно русские блюда я тебе вообще больше предлагать не буду.
Все, абсолютно все иностранцы в первые дни тяжко переносили русскую кухню из-за наличия в ней (иногда в огромном количестве) четырех вещей: лука, сметаны, укропа, чеснока. Как в свое время говорил, немного нервно смеясь, ди Паура, русская кухня – это изобретение СССР, призванное обеспечить населению отсутствие секса, потому что этого самого секса в СССР не должно было быть. И в чем-то Саша был готов с ним согласиться. После оливье, борща, бутербродов с чесноком и колбасой, соленых огурцов и блинов со сгущенкой хотелось лечь, не шевелиться и, замаскировавшись под проглотившего слона удава, переваривать. А если и не хотелось, то чесночный дух был способен отпугнуть не только вампиров, но и всех желающих подойти ближе, чем на пару метров.
Ну вообще ты имеешь полное право присутствовать на съемочной площадке. Сценарий и актеров вы, конечно, согласовали. Но немало зависит от обстановки и игры. Не хочется, чтобы из твоей книги сделали очередной низкосортный фуфел.
Саша подошел к коляске, привычным жестом положил ладони на ручки и покатил Эрела в сторону террасы. Есть в доме, когда в твоем распоряжении целых пятнадцать метров деревянного настила, обрамленного зеленью и цветами и укрытого от прямого солнца молочно-белой парусиной, Саша считал святотатством. Когда еще случай будет, спрашивается. В Адлере в их распоряжении был только балкон, а терраса дома на Голубицкой  вела прямо к пляжу, поэтому ее часто засыпало песком. В будущем этому должен был препятствовать плющ, но пока что он еще не разросся до нужной степени.
Обедаем шашлыком из семги со свежими овощами. Потом догоняемся фруктовым салатом с итальянской меренгой и свежим лимонадом. Все как доктор прописал. С поправкой на мою кулинарную криворукость.
Семга у Романова получалась всегда великолепно. Вообще, все, что когда-то бегало, летало, плавало или ползало у Саши выходило и вкусным, и приятным на вид. А вот с растительном миром дела складывались хуже. Получалось съедобно и даже вкусно, но на вид иногда весьма пугающе.
А вечером предлагаю снова испытать бассейн на прочность. А то ты халтуришь. Тебе полезно плавать, да и я не прочь освежиться. Или можем гостей пригласить, если хочешь. Ты же уже успел с кем-то сдружиться на площадке этой вашей.

Отредактировано Александр Романов (02-03-2021 15:59:50)

+4

6

Темные, красиво прорисованные брови спокойно сидевшего Доусона невольно взлетели, в то время, как вихрастый русый затылок прислонился к сашиному животу поверх короткой колясочной спинки.
Как-как? Фуфел? – слово было новым, литератор с удовольствием попробовал его на вкус, словно оно было изысканным и экзотичным аперитивом.
Русские слова вообще частенько проскальзывали в их разговорах даже здесь, и не только у Саши. Привычка, говорят, укореняется за три недели, что уж говорить про полгода – а все эти месяцы Эрел привыкал говорить по-русски. Его энтузиазм в том, чтобы освоить чужую речь, к его собственному удивлению, ничуть не остыл, несмотря на некоторое разочарование в новой родине. Неизбежное и закономерное, пожалуй, ведь мечты и представления от реалий-то далеки, даже если почти готов к тому, что радуг по обе стороны нового пути ждать не стóит. Но намерение свободно говорить с Сашей на его родном языке никуда не девалось, крепло только, да и вообще, Доусону жить в этой стране, черт возьми. А поскольку старание складывается именно из желания и упорства, (которого во всяком шотландце залежи, хотя бы в виде упрямства), успехи фантаста были слышны невооруженным слухом – при полном погружении в среду-то. С соседями, во всяком случае, хоть в адлерском дворе, хоть в Голубицкой он уже болтал довольно бойко.
Ну нет, фуфел нам не нужно, – согласился он раздумчиво, прикидывая, склонять ли это существительное, и если склонять, то как. – Вроде там на заурядное мыло задумка не похожа, да и выпускающие кинокомпании серьезные, откровенного дерьма, как будто, не делают.
Эрел опустил подбородок, хотел повернуться, чтобы взглянуть мужу в лицо, однако, передумал. Довертишься опять, ну на фиг. Вот доедут до столика, усядется его богатырь русский – тогда и в глаза ему можно будет посмотреть. Тут катить-то… несколько шагов по двору. И, да, синьор Романов неисправим – он опять элекроколяску катил – вручную. По этому поводу можно было только фыркнуть насмешливо и тепло – ну нравилось человеку так, что поделаешь.
Хе-хе-хе, – на оглашение меню грядущего и грозящего им пира Эрел отозвался сперва довольным кряхтеньем, – «Лукулл обедает у Лукулла», да?
Бровь снова приподнялась иронично, и шотландец уютно поерзал на сиденье – на самом деле, ему просто до ознобной, странной в этой жаре дрожи захотелось вдруг, чтобы Саша отпустил колясочные ручки, чуток наклонился и обнял его спины, целуя в макушку. Прямо сейчас, под тихое хлопанье тента, запарусившего под невесть откуда налетевшим порывом ветра. И пусть весь мир подождет, как говорится, включая даже шашлык. Доусон прищурился, внутренне заключая пари с самим собой – догадается его русский, или нет. Если догадается… – Саша не видел сейчас его лицо, хитро-лукавое, как у ребенка, который задумал попроказничать. Эрел приподнял плечи, упираясь полуспрятанными под бедра ладонями в кожу сиденья, и непременно якобы-скромно-озорно поболтал бы ногами, если б мог.
Вот кому что доктор прописывает, а мне семгу, меренги и лимонад, – промурлыкал он еще довольнее. – Поди теперь не скажи, что русские врачи лучшие в мире. И я тебя умоляю, криворукий автомеханик – это все равно что кривоногая балерина, нонсенс. – Ветер пропал так же внезапно, тент утих, слегка обвисая. – Вместе с тобой я халтурить не смогу, это точно, – сообщил он якобы озадаченно, если не огорченно, – но сломать бассейн вдвоем – предложение оригинальное! Как, ну вот как я могу на него не согласиться?! – сейнер опять рявкнул, кажется, над самым ухом, и Эрел, не удержавшись, звонко расхохотался – просто от счастья, такого простого и полного. – Не-а-а. Саш, ты преувеличиваешь коммуникативные навыки местных, да и киношников тоже. – Он сам сдвинул совсем легкий, оказавшийся на пути к столу стул, вертанув его за бледно-зеленую, будто кружевную спинку. – Меня в тот, ну ты помнишь, единственный раз на съемочной площадке всего лишь церемонно представили кое-кому. – Фантаст снова оживился: – Слушай, а позвать кого-то в гости – отличная мысль. Видишь, я совсем обрусел, даже отвык встречаться с людьми в пабах, надо же! – поделился он приятным открытием, снова рассмеявшись.
[AVA]http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/595/619833.jpg[/AVA]

Отредактировано Эрел Доусон (18-09-2020 03:02:48)

+3

7

Ну да... Фуфел.
Очередное слово, аналогов которому нет ни в одном другом языке. Саша даже не знал, как его объяснить. Как фуфло, но немного другое? А какое именно другое? Будь Романов писателем, как Эрел, он бы точно нашел подходящие слова и эпитеты. А так ему только и оставалось, что разводить руками, пытаясь передать, что такое «фуфел» жестами. Но, кажется, Эрел все же его не очень понимал.
Плохое слово, в общем. В приличном обществе не говорят. Забудь, в общем. Я тебя другим словам научу, нормальным.
Как всегда, из русской речи иностранцы почему-то первым делом усваивали мат и такие вот слэнговые словечки. Эрел не был исключением, поэтому Саша старался как-то «фильтровать базар». В конце концов, он и сам не так часто использовал нецензурную лексику. Так, проскальзывало иногда.
Кстати, ты все еще не хочешь нанять нормального учителя? Русский – сложный язык, я тебе большую часть толком и объяснить не могу.
С правилами и словами проблем не было. Правила Саша помнил, а Эрел обладал великолепной памятью. А вот с конструкциями… Язык надо было «чувствовать», особенно если речь шла о великом и могучем. С чувством речи у Доусона тем более не было проблем, но учиться по книгам… Этого было мало. Поэтому Саша и хотел, чтобы Эрел не только пожил в России, но и как можно более активно общался с русскими людьми. Не с улицы, конечно, слишком там разнокалиберные кадры бегали. Но театры, литературные вечера – почему бы и нет? Но пока что возможности постоянно жить на родине Романова не было, поэтому Саша действительно считал, что учитель нужен. И был готов платить за это большие деньги, главное, чтобы Эрел был доволен. Но Эрел почему-то сопротивлялся.
Ну да ладно. Потом обсудим. Сейчас у нас дела поважнее… Надо тебя покормить… – Романов прищурился, заметил, как Эрел приподнялся на руках, фыркнул тихо, наклонился и приобнял его за плечи. – Ты опять так делаешь. А тебе так нельзя еще, ты спину прогибаешь слишком сильно. Эрел, не вертись. В бассейне навертишься. С разрешения русских врачей, которые, кстати, действительно лучшие в мире. Потому что умеют думать! А не выписывать рецепты. А если и выписывают, то хорошие… Ешь уже, остывает же.
Наблюдать за тем, как Эрел ест, было для Александра особым видом удовольствия. Он так не умел. Так аккуратно и красиво. Даже будучи пьяным, Доусон умудрялся есть и пить очаровательно. Хотя дело было, возможно, в его руках. У Эрела были изящные узкие ладони, не то, что лопаты самого Романова. И эти самые лопаты были причиной ненависти Александра к вилочкам для моллюсков и десертным ложечкам.
Вкусно? – Саша улыбнулся и сам взялся за приборы. – Вот, набирайся сил. Устроим на площадке разнос. А то что это они, автора ни во что не ставят? Это они зря. Разберемся с ними, позовем твоих знакомых в гости. Я пельменей налеплю. Как думаешь, они переживут русские пельмени? Или это слишком? Вообще, расскажи мне о своих друзьях. Я же вообще не знаю, с кем ты тут время проводил. С кем познакомился? Как они вообще?
С друзьями Эрела у Романова обычно были напряженные отношения. За исключением вышеупомянутого ар-Рахима. Ну еще Эммануэля. Остальные априори вызывали у Саши опасения и различного рода подозрения. Даже собственные механики.

Отредактировано Александр Романов (02-03-2021 16:01:52)

+2

8

Саша обо всем догадался, или сам захотел того же до ужаса синхронно – неважно, главное, что обнял, совсем так, как мечталось, только лучше, потому что наяву. От этого в сердце, кажется, горячий гейзер проснулся, заливая душу не радостью даже – восторгом. Честное слово, слегка ёжась от удовольствия и поглаживая руки своего большого грозного мужика, шотландец отлично понял, почему так упоённо горланил по утрам петух, которого невозможно было не услышать через распахнутое окно их нового дома в Голубицкой. Да Эрелу самому впору было сейчас так завопить – от счастья момента. А то, что Cаша еще и бухтел, насчет чего-то ласково выговаривая, будто балованному ребенку, делало минуту еще восхитительнее и слаще, не говоря уж об этом его как бы вскользь упомянутом, но та-а-аком многообещающем «ночью еще навертишься». Вот это-то как раз мистер Доусон прекрасно услышал, и в ответ столь же многообещающе ухмыляется в бережных и берегущих объятиях.
Да ладно тебе, что со мной будет! Я же так умру скорее, чем дождусь, пока кончится это «нельзя еще». А когда можно будет? – суховатые теплые пальцы Эрела игриво теребят широкие мужские запястья. – Ем-ем, по крайней мере, умру я не от голода, родной муж не даст, – неширокая ладонь шотландца погладила тыльную сторону сашиной кисти. – Ты тоже садись, это же семейный ужин! – он успел еще потереться о руку щекой, прежде чем русский явно нехотя выпустил его из объятий.
Мистеру Доусону и самому этого не хотелось. Показалось даже, что стало зябко – в эдакой-то жарище! Хотя, может, виной тому всего лишь очередной порыв морского ветра? Солнечный свет золотил подстриженную коротко изумрудную весеннюю травку перед каменным забором, сахарную белизну стен коттеджа и русые волосы двух оттенков – пепельных у Эрела, темных у Саши. Природное освещение патио становилось по-вечернему мягким, уже не резало глаз, но Доусон щурился, скорее всего, от удовольствия, бездумно, на автомате расстилая салфетку на коленях. Рыба пахла нежно, а аромат домашнего лимонада в сравнение ни в какое не шел с искусственными отдушками, якобы цитрусовыми. К морепродуктам родившийся, по сути, в рыбацком городишке Эрел привык с детства, поэтому есть их для него было столь же естественно, как для Саши – грибы. Правда, всякие там опята и лисички можно прямо вилкой поддеть, а то и ложкой, и из раковин не надо выковыривать или высасывать, но, как говорится, у каждого свои недостатки. Сашино же неумение обращаться с приборами для такой и впрямь мудреной трапезы никакой насмешки у него не вызывало – мало ли, к чему человека жизнь не готовила. В конце концов, это даже трогательно – хоть чего-то этот русский на-все-руки-мастер не умеет.
Конечно, вкусно, – совершенно серьезно кивнул шотландец, отковырнув и отпробовав первый кусочек лосося, – а разве могло быть иначе? – чуть приподняв оранжево-розовый ломтик прожаренной рыбы на вилке, он полюбовался им – именно этот золотистый свет и свежая струйка здешнего ветра показались еще одним идеальным соусом для сегодняшнего главного блюда. – Этот лосось еще вчера плавал где-то неподалеку, а ты отлично довел его до самого праздничного состояния. И меня тоже. – Слегка улыбнувшись, он откусил еще немного – рыба, кажется, сама таяла во рту, поэтому с искренне удивленным взглядом Эрел притормозил: – А с чего бы им пельмени и не пережить? Уж наверное, они не вреднее пседокитайской дряни из картонных коробочек. Натуральное свежее мясо, свежее тесто из яиц и муки – простая здоровая пища. Налепим, я тебе помогу.
Он почти просиял: лично ему точно предстояло удовольствие – смотреть, как отнюдь не «музыкальные» пальцы этого могучего русского размеренно с ювелирной точностью защипывают края тонюсеньких кружочков теста и молниеносно сворачивают получившийся крохотулишный пирожок… нет, не в бараний рог, а в нечто очень похожее на Сатурн. Волшебство, да я только. Третья вещь, после горящего огня и бегущей воды, на которую можно смотреть вечно.
Протянутая рука взяла восхитительно прохладный прозрачный стакан, качнула его – Эрел на секунду задумался, и отпивая лимонад, тоже думал, слегка щурясь. 
Ну, за месяц, ты же понимаешь, можно стать только более-менее хорошим знакомыми, приятелями, а друзей вообще много не бывает, – литератор опустил глаза, смущенно улыбнувшись и отставляя питье. – Но ты знаешь, оказывается, за полгода меня не забыли в пансионе. Я сам удивился, – признался он, поерзав для удобства и снова берясь за вилку. – С хозяином пансиона мы были в очень неплохих отношениях, коллеги все же, еще кое с кем… там же много моих ровесников оказалось, а общий диагноз, знаешь ли, здорово сближает, – Доусон усмехнулся с мягким лукавством. – Но о том, что ты у меня есть, некоторые знали.
[AVA]http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/595/619833.jpg[/AVA]

Отредактировано Эрел Доусон (18-09-2020 02:59:48)

+2

9

Что будет, что будет… да много чего будет. Точнее, может быть. Так что давай мне это тут… Не вибрируй.
Строго погрозив пальцем, Саша все же сел за стол, но есть все равно не стал, пока Эрел не приступил к еде. Чисто из принципа, показывая всю серьезность своих намерений относительно врачебных предписаний. Ну хотя бы изредка мог он себе такое позволить – все равно днями он дома не бывал. И догадывался, что Эрел халтурит. Конечно, по мелочам, не дурак же, но все же! Но все же! – Романов засопел сердито, вооружился вилкой и напал на ни в чем не повинную семгу. Правда, сердиться показательно Саша долго не умел, поэтому уже через несколько минут оттаял и разулыбался.
Ну как с чего… Россия, медведи, балалайки. Варвары. И пельмени тоже варварские. Немцев убивают наповал, остальных непоправимо калечат и вызывают желание тяпнуть водки.
Саша даже почти не шутил. Почему-то о русских в цивилизованной Европе и Великобритании ходили совершенно жуткие и неправдоподобные по большей части слухи. Шотландцы, правда, к русским относились спокойнее прочих. Наверное потому, что не боялись ни снегов, ни водки – сами привыкли и мерзнуть, и пить. Чем, собственно, Романову и нравились. Всегда можно было найти компанию в ближайшем баре.
Поможешь? Ну, раз поможешь, то без вариантов придется лепить. Но завтра уже. Сегодня бассейн. А с утреца я сбегаю в магазин за продуктами, потом поедем на площадку. Ближе к вечеру налепим, и вот часам к восьми гостей пригласим. Как тебе план? Если согласен, то сегодня надо будет всем позвонить. Заодно вот пусть и узнают, что я существую. А то это значит – некоторые, а? Некоторые… тоже мне.
Романов снова нахмурился, фыркнул куда-то в лимонад. Вот чему он так и не научился, так это сдерживать эмоции. Эрел каждый раз смеялся и заявлял, мол, кому он такой нужен. Но это был вот вообще не аргумент.
За разговорами о завтрашних планах ужин неспешно подошел к концу. Саша сгрузил всю посуду в посудомойку, после чего предложил прогуляться по берегу. Все же сразу после ужина плавать было нельзя, так что пара часов в запасе оставалась. Тщательно укутав ноги Эрела легким пледом, Саша взялся за ручки коляски. Сам Эрел по побережью ездить не мог – колеса буксовали на песке. А у Романова хватало дури для того, чтобы не испытывать особых неудобств, толкая увязающую коляску. Далеко они обычно не ездили – до небольшого старенького пирса. Там Эрел ставил коляску на стопоры, а Саша усаживался на край и опускал ноги в воду. Приваливался плечом к колесу, закрывал глаза... Эрел же каждый рассказывал что-то интересное. А Романов просто слушал. Голос Эрела в сочетании с плеском волн действовал на него поистине гипнотически.
...вернулись они уже затемно, но купанию в бассейне это нисколько не мешало. К тому же вода в нем подогревалась. Так что Саша помог Эрелу переодеться, потом взял на руки и зашел с ним в бассейн.
Давай. Не помню, куда я твою доску дел. Так что ноги твои подержу. А ты делай свои упражнения.

Отредактировано Александр Романов (02-03-2021 16:04:23)

+2

10

От шутки про «здесь вам не тут!», подхваченной у кого-то из сашиных знакомых, Эрел удержался, хотя мужа не послушался – завибрировал, то есть захмыкал смешливо, однако сказанное дальше про варварство и пельмени задело за …святое. Как было смолчать?
Да-да, медведи с балалайками под развесистой клюквой, – Доусон щурился – уже не только от солнца, заливающего двор, стол и их обоих – но и иронично: – баня, водка, гармонь и лосось, – с очередным ломтиком этого самого лосося на вилке глубокомысленная сентенция о неотъемлемых составляющих русской жизни звучала особенно абсурдно, а потому забавно. – Тогда я у тебя тоже – непоправимо покалеченный… – это нечаянно сказанное настолько беспощадно соответствовало действительности, что литератор то ли поперхнулся недожеванной рыбой, то ли снова фыркнул смехом и упрямо договорил: – …покалеченный пельменями шотландец. Мутант, практически – даже желание выпить сместилось с виски на водку. Вот как так жить, а? До чего ты меня довел, варвар-русский? Как тебе не совестно, земляк ты Достоевского?!
Показное возмущение Эрелу удалось, как никогда, он дожевал и наконец звонко расхохотался, не боясь уже ни подавиться умело и в буквальном смысле с любовью приготовленной едой, ни, от души ухохатываясь, разбрызгать вкуснейший лимонад, попивать который в такой жаркий денек – сущее блаженство.
План хорош, – отсмеявшись и отпив изрядный глоток совершенно натуральной, но на диво душистой и вкусной холодной воды с лимоном, одобрил шотландец. – Значит, до завтрашнего вечера еще есть время подумать, кого из «некоторых» пригласить. А пока будем главное блюдо лепить, как раз и обсудим это дело – которых «некоторых», хорошо?.. 
Отставив пустеющий стакан, Эрел протянул руку и зарылся пальцами в русые волосы мужа – о чём тот думает, великим секретом не было. Пожалуй, тот самый редкий случай, когда ревность умиляет и уж точно повышает самооценку, хотя умом понимаешь, что это забавно – и сама ревность, и такое отношение к ней. Но любовь все делает лучше – вот в чем штука. Это же движение, выражающее сдержанную нежность, он повторил на морском берегу, когда доели десерт и собрались на прогулку. Хотя что там собираться-то? Плед накинуть на колени, и то не потому что ногам холодно, а просто чтоб Саше спокойней было, на всякий случай, вдруг после заката ветер посвежеет. Ну да, вот только уроженцу Ская сквозняков и бояться – но этот довод на Романова не действовал… да и от правды, если честно, был далек – спинальникам простудиться легче и опаснее. Ну… значит, берем народное шотландское одеяние. Они тут каждый день так гуляли, с тех пор, как сняли коттедж с шикарным видом на побережье – съезжали с узкой асфальтовой дорожки в траве на неширокий песчаный пляж и болтали, глядя на море. Иногда видели дельфинов, чаще корабли… тот сейнер, что призывно гудел перед обедом, успел разгрузиться и шел обратно, тоже басовито погукивая уже в сумерках, как раз когда Эрел, искренне веселясь, рассказывал о статье, наиподробнейшим образом расписывающей, как правильно заниматься сексом с дельфинами. Показал ее Доусону актер, играющий харизматичного вора в серии по его сценарию, слегка смущаясь и с оговоркой: «Не спрашивай, как я это нашел и зачем я это читал». Фантаст и не спрашивал, но практическое руководство прочел с интересом, теперь вот мужу пересказывал с комментариями. 
Когда закат закрасил облака уже не в пунцовый с фиолетовым, а в сиренево-синий с тёмно-розовыми прожилками и ветер все же стал прохладным, они снова съехали с пляжа на дорожку – только дальше за пирсом, а уж с нее выкатиться на улицу Эрел смог и сам – не все же романовскую тягловую силу использовать, у коляски, в конце концов, зачем-то мотор есть. Вот пусть и работает, везет на запад километр, или сколько там… потом чуть-чуть на юг – к Golf View Hotel. Потому что отдых отдыхом, а работу над собой никто не отменял, плавать надо, в расписании бассейн, а он или в пансионе, или как раз в отеле. Гольф, хоть он, типа, и национальный спорт почти, абсолютно не волновал Доусона, даже когда он бвл на ногах, а уж сейчас – тем более, но ушлые нэрнцы просекли фишку и совместили приятное с приятным – спорт и спа. Бассейны с подогревом тут даже на открытом воздухе были, чтоб, значит, сибаритски возлежать в таком с бокалом виски и любоваться заливом Мори Ферт. Но… они-то им только что налюбовались досыта, так что обоснованно выбрали закрытый – там и потеплее, и посветлее, и вообще...
Эх-хе-хе! – не слишком мужественно вздохнул Доусон, сплывая с рук родного мужа. – Да, склеротики мы с тобой оба, единственный спортивный снаряд – и то забыли. Но хоть не сломали и потеряли, – он погреб руками, удобнее устраиваясь для тех самых упражнений, и покосился на рыжего и ражего мужика в ярких трусах, которые в России смешно называли «семейниками». Кажется, он… разбегался?..               
[AVA]http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/595/619833.jpg[/AVA]

Отредактировано Эрел Доусон (18-09-2020 03:29:56)

+1

11

Последний фестиваль, на который Куи все-таки добрался (каким образом – это был уже другой вопрос), закончился довольно неплохо – по крайней мере, на одиночном выступлении его даже не послали нахер с вопросом, какого черта вместо довольно-таки хорошо зарекомендовавшего себя Ойгена приперся кто-то, явно не носящий фамилию «Мальсибер», и на замену получилось выйти абсолютно спокойно. Оттанцевал произвольную, красиво рухнул со сцены на попытку выставить его идиотом (что, к счастью, случалось куда реже, чем могло бы быть), получил, как это обозвали организаторы, приз зрительских симпатий и отчалил в сторону ближайшего городка, где можно было найти кровать, чего-нибудь пожрать и более-менее приличный бар.
Нормально дохромать до автобуса удалось не сразу, нога, словно желая отомстить за свое идеальное поведение на сцене, снова напомнила о необходимости не просто таскать с собой трость, но и весьма заметно опираться на нее при ходьбе, чтобы попросту не рухнуть при очередной попытке сделать шаг; доктор Бернхард, конечно, предупреждал, что полного восстановления лучше не ждать, но в глубине души Ирландец все же надеялся, что однажды можно будет попросту сделать вид, что никакого перелома не было, а хромота – это так, небольшой недостаток, красящий мужчину. И ведь на подиуме все было идеально, танцевал – не задумываясь о том, что может подломиться колено или болью чуть ли не до ребер разлиться, и дробь шла, как по маслу… тьфу.
Как всегда в такие моменты, сначала глотнул таблетки, затем – пару глотков алкоголя, а потом, скалясь все шире с каждым моментом, забился в угол, где благополучно и отсиживался всю дорогу до автобусной станции. Оттуда до паба было уже терпимо, можно было даже не шипеть сквозь зубы, а уж внутри, где привычно (как и в любом нормальном баре!) висел табачный дым, пахло виски да переговаривались не особо ранние посетители, и вовсе отпустило – ну или во всем были виновата та треть бутылки, которую он вылакал, как воду, стараясь не думать о том, что приемы подобных «лекарств», конечно, стали реже, но вот зато дозы… алкоголь с каждым разом действовал все слабее, и так можно было скатиться до полного непотребства.
– Эй, а тут где можно рухнуть? – один из собеседников (если быть точнее, собутыльников), обернувшийся на этот вопрос, икнул, задумчиво покосился на Куи, видимо, оценивая у того платежеспособность, но через пару минут даже соизволил влить в себя окончательно пинтовую кружку какого-то весьма неплохого эля и ответить.
– Деньга карман жгёт? – с непередаваемым акцентом уточнил он. – Отелёв – как блох в собачий жопа!
После выпивки это звучало так, словно кто-то засунул его головой во что-то слишком прочное, а потом еще и постучал сверху для удобства, и Куи не сдержался – перешел на так и не забытый после школы ирландский, который, насколько он помнил, должен был восприниматься в Шотландии (особенно пьяной ее части!) куда более спокойно, чем английский.
– Tá a lán airgid agam, a chara. Má tá barra maith ag an óstán is féidir leat an t-óstán a ainmniú.
 An e Albannach a th ’annad? Dè an clann dham buin thu?
Нет, рыжих шотладцев, конечно, прилично в мире, и Ирландец это отлично знал, но, несмотря на общую с Хайлендом нелюбовь к англичанам, не мог сдержаться. В конце концов, уроженцы Эйрэ никогда особо не враждовали со скоттами, и, пожалуй, даже он сам был для них куда более желательной персоной, чем какой-нибудь залетный лондонский мажор.
 Is Éireannach mé, a fheara, ach ní maith liom na Breataine ach an oiread. An bhfuil beár san óstán sin? Nó nach mian leat a cumarsáid a dhéanamh liom níos mó? – буквально три фразы, сказанные с характерным таким говором, прилипшим еще в школе, заставили уже порядком нетрезвых собутыльников призадуматься. Да, ирландский и шотландский варианты гэльского были близки, но, к сожалению, не совпадали полностью, впрочем, его, кажется, отлично поняли.
– Hey, carson a tha thu a ’cur dragh air? – еще один мужчина, приземистый и весьма широкий в плечах, шагнул к его собеседнику, опуская тяжелую даже на вид ладонь ему на плечо. – Buddy, tha deochan math aig Taigh-òsta Golf View cuideachd.
А вот это было уже куда полезнее, чем все, что Куи успел вычитать перед тем, как рухнуть на автобус. По крайней мере, личное мнение местного, который должен был знать побольше, чем путеводители, точно было довольно ценным источником информации.
– Go raibh maith agat. Tá an chéad mug eile ar mo chostas, – и вложенные местному бармену в руку деньги явно должны были оставить после себя более-менее теплую память. В конце концов, подобные «знакомства» иногда тоже могут пригодиться, вот и Ирландец, после этой фразы оказавшийся для местных пусть и не полностью «своим», но уже не британцем-чужаком, а почти что соседом и вообще не самым плохим человеком, постепенно выхромал на улицу, оберегая ногу от очередной попытки взбунтоваться.
Два километра по почти ровной местности – это, в конце концов, не по родным холмам вверх-вниз скакать, прибрежный городок отличался в этом плане довольно-таки заметным дружелюбием к рыжим и немножко поломатым, и до отеля, путь к которому он переспросил у попавшегося по пути констебля, получилось дойти весьма бодро, как и оплатить номер на двое суток, и с удивлением узнать, что тут, оказывается, есть бассейн, в котором можно пить вот прямо в самом бассейне. И мало того, что эти самые плескальни там с подогревом, так еще и джакузи оборудованы, вообще кайф… м-да, Мальсиберу он крупно задолжал, надо будет потом придумать, как отдариться. Хотя Джи сам ехать не хотел… в общем, стоило подумать над этим.
Сбросить вещи (хотя тех вещей – только сумка со сценической обувью и костюмом), оплатить еще и завтрак в номер, и в бассейн. Там было хорошо, там было мокро и там можно было догнаться до той кондиции, когда на весь мир смотрелось исключительно с добром, обожанием и легкой дымкой двоения перед глазами. Впрочем, после этого оставалось только дойти до номера, рухнуть как-нибудь на кровать и отрубиться, после чего утром пожрать и снова отключиться на сутки. После подобных выступлений всегда так было, и танцевать на публику… не самому себе, и пусть смотрит хоть весь мир, а именно целенаправленно на публику, было довольно энергозатратно.
А вот в бассейне можно было разбежаться, надеясь на то, что ногу не сведет в самый неподходящий момент, и, в последний момент заметив, что в нем вообще-то еще кто-то бултыхается, чуть сменить траекторию – не притопить, а так, обрызгать максимум…
– Éireann! Saoirse! – и рухнуть с замечательным веером брызг всей своей рыжей, даже не сильно мосластой, а скорее подтянтутой тушкой в ярко-зеленых труселях со смайликами, в довольно теплую воду. Не обманули, и правда – с подогревом…
________________
– У меня много денег, приятель. Если в отеле есть хороший бар, можешь назвать отель. (ирл.)
– Ты что, шотландец? Из какого ты клана? (гэльс.)
– Я ирландец, придурок, но англичан тоже недолюбливаю. В том отеле есть бар? Или ты не желаешь больше со мной общаться? (ирл.)
– Эй, чего вы к нему пристали? Приятель, в отеле Golf View тоже есть неплохая выпивка. (гэльс.)
– Спасибо. Следующая кружка за мой счет. (ирл.)
*
– Ирландия! Независимость! (ирл.)
[AVA]http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/398625.jpg[/AVA]
[SGN]Анкета актера

Внешний вид

Одет: рыжая футболка с зайчиками, поверх - теплая клетчатая рубашка. Джинсы, кроссовки, наглая рожа прилагаются.
С собой: сумка с вещами, черная трость с рыжей рукоятью в виде лисицы (внутри специальной емкости в трости - около полулитра виски), мобильник в заднем кармане джинсов, три кольца на пальцах, алая нить на запястье.
В сумке: концертная обувь и одежда, еще одна заначка виски, «почетная грамота» с фестиваля.
Внешность: о рыжую щетину можно почесаться, а прическа скорее похожа на веник.
Состояние: кратковременный эмоциональный подъем, который скоро закончится; натанцевался на пару дней вперед.

[/SGN]

+1

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » Приют странника » Глава 1. Дом с привидениями » Сезон 1. Интерлюдия 11. Чтоб горца вновь домой вернуть!