Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Регистрация » Намир Ниэнн Сурниа, «U», Намо; клан Сов


Намир Ниэнн Сурниа, «U», Намо; клан Сов

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

1.  Имя\Псевдоним: Намир Ниэнн Сурниа, «U», Намо.

2.  Пол: мужской.

3.  Возраст: 1700+

4.  Раса: дуэндэ, орионец-оборотень, клан Сов.

5.  Внешность:
Не сломится под тяжким грузом сталь,
А если и согнется, то чуть-чуть.

В настоящий момент серебристо-сер как полуночная тень: серые, с проседью, волосы, светлая кожа, безжизненные губы, – только глаза остаются тёмными в память о Чёрной Сове.
«Птичий» облик – не про него, хотя в этих 175 сантиметрах дуэнде всего шесть десятков килограмм. Шесть десятков кило мышц и сухожилий, намотанных на кости и прикрытых кожей, сверху – тканью, тканью, тканью, тканью... Обычно из разнообразной многослойной одежды выглядывает только бескровное лицо и кисти рук с коротко обрезанными ногтями. Как «та сова из поговорок», Намир обычно взгляд имеет чуточку расфокусированный, словно смотрит он не в здесь, а иногда, если смотрит искоса – откровенно хищный.
Совиный облик принимает фактически никогда, а вот померещиться пёстрым оперением в жестах, движениях, тенях, складках одежд или позах – может.
В целом, использует внешность, привычки и жесты для выражения или управления внутренним я, а значит, довольно переменчив в этой области в зависимости от настроения, желания, цели.

6.  Характер, темперамент, тип мышления: скрытный, внешне замкнутый, умеренно самокритичный, со склонностью к экспериментам и элементами агрессии; сангвиник; этический дуализм.

7.  Место жительства: Сетх, Сопорис или Виндхельм (поместье лорда Сурниа)

8.  Особенности персонажа:

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

В «Чёрные» времена был способен к эмпатии на нижнем, сугубо физиологическом уровне – считывать состояние физического тела, при некоторых условиях – читать раздражители, поступающие на чужие органы чувств: видеть и слышать чужими глазами, как своими, используя несовершеннолетних или низших дуэнде с их ведома/согласия/при наличии в их щитах соответствующей дырки (и представителей менее развитых рас неограниченно). Открыто практиковал заимствование сил и энергий, вплоть до крайних проявлений. Чтение чужих мыслей оставлял другим – сам достоверно хорош в щитах. В прошлом неплохой тактик, стратег, мечник и пилот, последнее время – скорее инженер.

В «Белые» времена стал значительно более способен к эмпатии за счёт способностей ДАЛа-подселенца.

Во все времена иллюзионист высокого уровня с долгой практикой, визуализатор с фантазией, склонный к многофигурным и многослойным творениям – особенно силён на расстоянии, отягощён хорошим знанием анатомии, медицины, фармакологии, биохимии и генетики, но особенно любит работать с зеркалами; не безнадёжный эмпат, хотя с чтением эмоций предпочитает опираться на визуально-аналитические способности; отлично владеет собственным голосом – тот ещё манипулятор, непротивленец злу насилием (непротивление, правда, может толковать весьма извращённо);
В использовании клановых способностей проводит большую часть времени... и вообще послевоенные годы чуточку не-здесь.
«Гнётся, но не ломается» – это про него, хотя визуально скорее хрупок, чем крепок. Относительно устойчив к ядам и болезням с интоксикацией, но если уж болеет, то со всей выкладкой.
После смены масти уязвим к яркому свету и контролирует его уровень вокруг себя.

(Никогда не принадлежал к Сотне, поскольку сам является генетическим конструктом, и ГОРН его знает, что там в будущих поколениях вылезет)

Состоит в состоянии вялой личной вражды с родом Вультур. Что не мешает Сове брать оттуда учеников.

9.  Профессия, род деятельности и пр: Протектор Сопориса, генохранитель, аналитик.

10. Биография:

акция

Белый, белый, белее белого. Ты будто впитал в себя белизну места, которое хранишь, места, которое хранит. Твой старший брат-близнец – лучший генохранитель Сетха, он делал и делает всё возможное, чтобы дуэнде были выносливы и жизнеспособны, а ты печешься о тех, кто уже выбит из жизни за грань, кто потерялся в ночи разума, но для кого есть еще надежда в твоих светлых Чертогах, надежда вернуться, пусть даже через годы, десятилетия и века беспамятства или печали. Они ожидают, словно нерожденные дети, в околоплодных водах священного озера, ты бережешь их. Это тоже генохранение – в крайнем своём выражении.
Белый, белее белого, светлый. Такими светлыми не бывают дуэнде. Никто, кроме тебя. Ты сам светишься, «мрачный лорд», рожденный бастардом, как и брат. Близнецы из разных кланов – может ли такое быть на Сетхе? Нет, но именно так решили предки больше полутора тысяч лет назад. Они вообще выбрали вас своей любимой игрушкой, мальчиков-полукровок, похожих, как две капли воды в пробирках ГОРНов, которые вас и создали. Единственный – один на двоих – случай, когда «пробирочные дети» оказались связаны с клановыми Морями душ, обретя все дары первопредков в полной мере. Ты – Сова из Сов в плаще цвета полуночи, в лоохи цвета полуденной лазури, мудрый безумец, настоящее Дитя Лунной Ночи. Ты умеешь видеть во тьме, слышать в тиши, умеешь звать ушедших за алмазные мосты и говорить с ними, а потому изрекаешь порой пронзительно мудрые вещи, хоть временами в твоём поведении проскальзывает юродство.
Белый, белее белого, договорившийся с самой смертью, поймавший на её приманку новую жизнь для себя… и того, кто тоже – ты. Быть наставником у дуэнде – смертельный риск, но умирающему ведь уже нечего терять, верно? Старый фокус Сов обычно убивает противника, но ты закинул в Омут памяти себя, как наживку, с целью посмотреть – сможет ли на почти бездыханное тело привиться сильная духом сущность. У тебя получилось… зверски убитый полу-ДАЛ из прототипов, бракованный в смысле коварства образец, слишком светлый для будущего производства дуэнде, тоже хотел жить и познавать.
Теперь ты заведуешь Сопорисом, святилищем для всех, хосписом-храмом. Ирония, но причиной тому вечная подковёрная грызня за этот пост – без малого восемьсот лет назад никто не желал уступать, а ты был так слаб, что выбрали именно тебя по принципу «давайте пока этого, он всё равно не жилец». А ты и забыл умереть, некогда стало.
Белый, белее белого, ты – истинный хранитель для тех, кто сражён оружием, муками и скорбью. Твой мягкий негромкий голос и убаюкивает, и зовет их из небытия.
 
Дополнительно: как в глубине бездонного омута, спите, дети сгоревшего города, спите, не знавшие звёздного имени, в свете забвения от боли хранимые. Травы разлуки и травы забвения: белые маки, покой исцеления.

На крови траве высоко расти,
Высока трава – не найти пути,
На крови растут травы сорные –
Тучей вьются над ними вороны...

NB: до 1320 года персонаж принадлежит к Чёрным Совам!!
Намир, тогда ещё не Сурниа родился ровно тогда же, когда Раниэль, ещё не Атеро, и произошло это не позднее 300 года (1700+ лет назад), причём без участия лэри (или вообще женщины любой расы). Точная дата этого знаменательного события неизвестна, поскольку с представителями своей расы близнецы познакомились уже вполне взрослыми, а ГОРН им подарков на день вылупления не дарили. В любом случае «пропавший день рождения» был наименьшей из проблем близнецов, тогда еще просто U-брата и А-брата. Далее судьба братьев не сильно отличалась от судьбы любого другого недоросля из оборотней, за исключением того, что кроме школы под руководством Наставников, за плечами у близнецов был детский сад милостью и контролем ГОРН и дополнительные «вечерние» занятия, на фоне которых фантазии дуэндийских Наставников как-то меркли и в памяти, в целом, не сохранились. По крайней мере, нанести детскую травму им не удалось. Возможно, потому, что совсем уж босоногого детства с U-братом и А-братом не случилось.

неочевидные подробности

Дуэндийские имена, как и клановая принадлежность, появились у них сильно позже (не раньше 450 года), когда Предки признали творение ГОРН за дуэнде, распихав странные создания по двум различным кланам. Чёрный U-брат остался с Совами, тогда как Белый А-брат достался Паукам. Статус братьев определили ГОРН, обеспечив два новых рода, Сурниа и Атеро, минимальными земельными владениями. Эксперимент продолжался, пока рептоидам не надоело, а надоело им довольно быстро, поскольку темп, с которым близнецы прогрессировали неизбежно замедлился. Потолок «подопытных» был, в целом, примерно понятен, интрига пропала. По крайней мере, на долгие годы.
Обида и недовольство собою – сохранились.

Не знает сталь ни смеха и ни слез,
Ей безразличны нежность или боль,
Ей нипочем жара или мороз.
У стали есть предназначенье – бой.

К этому моменту (~650  год) Намир, в отличии от Раниэля, скорее не имеет успешно прошедших испытание учеников. Возможно, потому, что Чёрная Сова значительно агрессивнее Белого Паука, а может, и оттого, что продолжает требовать от процесса обучения примерно так же, как требовали от него самого. Несмотря на вполне приличный для оборотней возраст, лорд Сурниа слишком молод для того, чтобы в нём родилось умение видеть в учениках не только огрехи, но и потенциал – он на полном серьёзе добивается того, чтобы ученики превосходили учителя. Лучших оставляет в живых. Спустя сто лет у него всё ещё нет ни одного своего ученика, успешно прошедшего испытания, зато есть изрядное количество помощников, слуг, подмастерий. И руки в крови не по локоть, а по плечи, поскольку избавлять общество от живых недостатков тоже вполне себе генохранительская функция.
Это касается только и исключительно своих учеников, которые должны доказать в финале свою самостоятельность, а не всех желающих поучиться чему-либо.

Кроме процесса непрерывного обучения чужих детей был явственно замешан в некотором количестве выходок «почти-за-гранью», в результате чего получил вялую личную вражду с Грифами и Зимородками, пачку недоброжелателей, и заслужил активно-деятельное неодобрение собственного Клана. Не помер чудом, но на несколько десятков лет из общественной жизни выпал.

Звенит мой меч, и топчет травы конь,
Затянута багровым дымом даль.
Пусть ветер битвы жарок, как огонь –
В нем лишь закалку обретает сталь.

К 760 году, это важно, у Раниэля уже были дети, мифический статус ГОРНом сделанных несколько приземлился. Хотя было понятно и до этого, что если сотворённое ГОРНами приняли Предки, то результат был в достаточной степени дуэнде, чтоб и скрещиваться тоже.
К 775 году Намир додумывается до новой точки зрения на ученичество в целом, и на свой «потолок» в частности, и крадёт из резиденции Пауков себе ученицу – Сэйру Алмэ Джелани, дочь своего брата. Охлаждение связей с Пауками и активные занятия с Алмэ не мешают ему, как и прежде, брать учеников, причем иногда парами, при этом процент смертности среди них значительно падает. Тем не менее, до 1285 года отношения между братьями напоминают хрупкий лёд – ткни, и посыплется.

Мы не станем звездами полночи,
Не воскреснем словом в легендах мы;
Только имя – полынной горечью...

Около 1210 года (800+ лет назад) Намир впервые берёт трёх учеников-погодков одновременно, терпеливо подобрав комбинацию из трёх кланов. Лахеса Калани, Деланей Вультур, Камхи Токэла – то трио, которому Чёрный старательно готовит небезнадёжное будущее. Эксперимент по созданию тройного звена, о котором лорд Сов позабыл кого-то уведомить. Наставник аккуратно и терпеливо гранит эти самородки, заставляя их исподволь занимать своё место в мозаике. Эта находка и уход ГОРН около 1260 года (а значит явная недостижимость того-что-за-потолком, неправильный привкус обреченности на губах, остановившаяся игра, замершая музыка, прерванный полёт) заставляет Намира искать встречи с близнецом, с Раниэлем, теперь уже почти Атеро. В 1285 году они добывают Раниэлю второе имя – Намир только страхует, не вмешиваясь в чужой выбор, Пауки, они на то и Пауки, чтобы не нырять в происходящее с громким всплеском – очередная активация их близнецового звена нужна только в самом конце, чтобы дать брату вынырнуть с добычей из тьмы Вод. С этого момента Чёрная Сова разрывается на три части – сердце Совы и его тревоги прочно тянут к Паукам, а Алмэ требует его основного внимания, поскольку должна вот-вот выпорхнуть из «совиного дупла» Виндхельма, господа Калани, Вультур и Токэла требуют пригляда, и пригляда особого, поскольку из возраста малолеток, чьё место у Наставника под крылом, уже выросли – им самое время начинать творить те безумства и свершения, которые должны потихоньку привести к независимости. Впрочем, им-то отсутствия Наставника и его неравномерное внимание только на пользу – быстрее встанут на собственные свои ноги (лапы, крылья). В выполнении последнего немалую услугу Намиру оказывает клан Акул, так вовремя попытавшийся подмять территории Фламинго.

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

22.06.1300 Кусок истории налёта клана Акул на клан Фламинго будет открыт, как только будет доигран. Подробности налёта.

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Кусок истории будет открыт, как только будет доигран.
Не позднее 1310 (700+ лет назад) Намир Ниэнн Сурниа в результате дуэли с Лахесой Калани (возможно также при участии Деланея Вультура и Камхи Токэла) переходит в состояние «не сильно отличается от мёртвого», в каковом проводит несколько десятков лет. С физической точки зрения. И ещё до 1450 года является пациентом Сопориса.
NB: к 1320 году персонаж меняет ветвь клана на Белую!!

Нет смерти... Но и жизни тоже нет,
И тишина страшней, чем гром войны.
Сумеет ли в душе зажечься свет,
И сердце – стать живым, а не стальным?

С метафизической точки зрения именно в период 1310-1450 годов лорд Намир Ниэнн Сурниа ведёт наиболее активную жизнь, вдали от пристальных взглядов непричастных, и весьма агрессивно обороняясь по обе стороны Моря Душ от желающих поучаствовать, понаблюдать и полакомиться попкорном. У лорда Сов невероятное количество дел: прежде всего нужно оторвать от себя телесное, выдрать с корнем недогоревшие остатки, чтобы забросить собственное умирающее «Я» в воды Омута памяти, но не раствориться в нём и не забыть себя. Того себя, которого с трудом выстроил заранее, сделав наживкой и крючком. Возможностью для какого-то неизвестного иного «Я» – существовать.
Лорда Сурниа интересовал первопредок, так что он рассчитывал на борьбу, на месть, на коварство, на ...битву, приручение одичавшего за тысячи тысяч лет сознания. На то, что приманивать придётся на живую кровь, на боль, на смерть и агонию... а наткнулся на сострадание, сочувствие, доброжелательное любопытство, и это… это было куда более убийственно, чем просто неудача.
Он никогда не расскажет никому, даже брату, о том, как и почему он, воспитанник и креатура ГОРН, вытащил первопредка-ДАЛа. На всякого иного он просто весьма выразительно посмотрит: что за вопрос о невозможном?
Быть может, их объединила нелёгкая, жестокая смерть, их, пролитая другими, кровь, а может быть – невероятное любопытство к жизни и общее желание – ЖИТЬ.
В любом случае они вернулись не скоро – не через десяток лет, и даже не через пять десятков. Вечность ушла на то, чтобы приоткрыть глаза. Ещё целая череда вечностей на то, чтобы вернуться к самым простейшим занятиям: ходить (пусть медленно), читать (ну хорошо, слушать читаемое вслух), есть, видеть, го-во-рить. Вернуться оттуда и большую часть времени всё-таки проводить здесь. Стать Протектором Сопориса, поскольку сейчас претенденты на этот пост договориться не могут, а завтра он всё равно... ну, или послезавтра.
Он не умер ни завтра, ни послезавтра, ни через год. Всё больше с каждым днём возвращаясь из туманов Памяти, он становился настоящим, пока не стал всамделишным и больше не чувствовал потребности наскакивать, устрашающе распахивая крылья. Наверное, он вернул и свои способности тоже – наверняка. Но там, за пробитым «потолком» возможностей, оказалось бесконечное, полное звёзд небо и смысла в демонстрации умений больше не было.
Интереса к политике – тоже. Лорда Сов куда более волновали те, кто ждал в Сопорисе – неудачно инициированные, травмированные, ожидающие помощи, или, напротив, не желающие перерождения, чем те, кто был снаружи.

Я сердцу прикажу: «Железным стань!»,
Я сердцу прикажу: «Про все забудь!»,
Не сломится под тяжким грузом сталь,
А если и согнется, то чуть-чуть.

К 1760 году, во времена войны с Орионом, Сопорис стал пополняться, когда везло. Впрочем, можно сказать, что дуэнде повезло так и так – война на собственной территории обещала, как правило, смерть на Сетхе, перерождение и Память. Плен на Орионе не обещал и этого. Почти все годы войны Протектора Сопориса не было видно. И слышно. Лорд Сурниа пределов Сопориса не покидал, вежливо игнорируя все и всяческие попытки себя выманить хоть на шаг дальше внутренних границ, лорд Сурниа потерял половину живого веса и стал похож скорее на живой труп, клановые обязанности весь период войны выполнял также не он – Протектор спокойно и молча сидел у себя в кабинете, открытом только для лорда Джелани, и спал тоже там, однако на территории Сопориса за всё время войны не произошло ничего, напоминающего военные действия: ни одной бомбардировки, ни одного воюющего орионца, ни одной сколько-нибудь успешной попытки штурма.
Если бы дуэнде вели «Книгу рекордов Гиннесса», там появилась бы запись: «Впервые в истории дуэнде два звена оборотней вошли в звено из четырёх личностей и, используя силы Предков, удерживали состояние стабилизированного кракена в течение более чем двадцати пяти лет».

Не возжечь огня, не затеплить свеч...
Что от нас осталось? – полынь да боль,
Да осоки листья – остры, как меч,
Да – под ветром клонится осокорь...

В 1785 году, году окончания войны, двери Сопориса впервые открылись перед всеми. Это не означало, что всякий имел доступ к любым территориям, но, по крайней мере, каждый мог постучаться, поскольку к этому времени в залах и комнатах были совсем не только дуэнде. Это могло быть праздником, но на землях Протектората больше было похоже на траур – во всей истории оборотней такого количества жертв не случалось никогда. Начиналась эра новых врачей, новый искусств... нового отношения к генохранителям и новые отношения между генохранителями. Теми, кто хотел. И если Раниэль-Атеро всё ещё оставался легендой Сетха, у которого поколениями учились генохранительницы и генные инженеры всех кланов, то надобность в другой стороне медали в кои-то веки пропала. Слишком мало осталось дуэнде, чтобы жизнь каждого всё ещё стоила так мало. Слишком мало осталось кланов, чтобы разбрасываться возможностями.
Да он и не смог бы, наверное, теперь, принеся Чёрную Сову в жертву ДАЛийскому любопытству.

Черной нитью в парче золотых легенд,     
Лунной руной на свитке прошедших лет
Мы – остались. Осталось у рухнувших стен
Черных маков поле…

В мирной жизни, которая началась после завершения войны, а тем более, в той её части, что знаменуется интересами Орионской Империи к тайнам Сетха, ориентируется плохо. Можно сказать, совсем не ориентируется. За власть в Сопорисе не борется, так что, вероятно, может какие-то интриги вокруг себя просто не замечать. Устремлений, кроме чисто научных, по сути, не имеет, и вообще с некоторым удивлением реагирует на то, что за стенами Сопориса есть какая-то разумная жизнь. Возможности и умения свои старается не демонстрировать, в чисто медицинских областях прогрессирует достаточно медленно, но по-прежнему необыкновенно любопытен ко всему живущему и к тем, кто у него в Сопорисе ждёт своего часа.
Пару лет назад впервые после начала войны покинул клановые территории, с тех пор иногда может появиться в самых неожиданных местах.
То есть даже для члена клан Сов немножечко не здесь.

На крови траве высоко расти,
Высока трава – не найти пути,
На крови растут травы сорные –
Тучей вьются над ними вороны...

11. Сексуальные предпочтения персонажа: предпочитает предпочитать.

12. Связь: у АМС.

13. Планируемая интенсивность посещения форума: в зависимости от интенсивности игры.

Отредактировано Намир Ниэнн Сурниа (29-06-2018 21:39:48)

+4

2

Милости просим, Намир Ниэнн Сурниа. Успешного сотрудничества, мы Вам рады.

0


Вы здесь » Приют странника » Регистрация » Намир Ниэнн Сурниа, «U», Намо; клан Сов