Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Планеты и пространства » ФИО. Драккар «Аноис». Камбуз


ФИО. Драккар «Аноис». Камбуз

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

http://sg.uploads.ru/VfitX.jpg

0

2

Камбуз Шангхар нашел без малейшего труда. Как бы ни шагнул вперед прогресс за время его заключения, логику еще никто не отменял. В том числе и логику создания космических кораблей. Да, многое казалось незнакомым, но основа осталась на месте. Так что камбуз двое заблудших путников нашли без труда, подобно рыцарю и менестрелю, блукающим в поисках пристанища.
Они пили на ходу, закусывая через раз, и говорили о чем-то общем, о чем-то смешном. Вспоминали анекдоты про брак, жен, любовников и любовниц, и Тигр откровенно стебался над новоявленным женихом, которому только и оставалось, что прихлебывать из бутылки да шипеть в ответ на наглые поддевки полосатого кошары.
Романтика, ёпта. Особенно, если учесть, что по дороге оба странника изрядно подбадривали себя щедрыми глотками из разнокалиберных бутылок и согласно сетхианским обычаям не только горланили песни, но еще и пускались в пляс.
А какого кривого Предка, а?! Между прочим, был, был на Сетхе такой обычай – мужчины на сватовстве танцевали, демонстрируя себя, призывая женщин обратить внимание только на него одного, отжигали от всей своей души, стремясь привлечь внимание прекрасных леди, а уж если сватались к самой лэри, так и вовсе срывали с себя покровы, демонстрируя себя во всей красе. Конечно, у каждого клана были свои танцы, но вот сейчас, пока они оба топали к камбузу, хлебая чисто по-дикарски, по-сетхиански, дорогущее пойло из горла бутылок, Тигр выдал свой тигриный вариант танца. Тот, которым издавна мужчины привлекали внимание своих женщин-тигриц, яростных хищниц. И даже музыки не надо было, чтобы уловить жаркую страсть этого танца. Впрочем, в мыслях Шангхара эта музыка звучала, и единственный ментальный канал его был открыт только для Ольгрейна, так что Сова слышал в голове целый оркестр. И если память Шангхара и не могла воспроизвести музыку во всей ее точности, то алкогольный градус в голове сглаживал недостатки качества.
Дотанцевав, Тигр задорно расхохотался, раскинув руки:
Ну, вот как-то так, Крылатый! У нас в клане друзья жениха танцуют на сватовстве. А уж потом сам жених являет себя своей леди, танцуя в одиночестве только для нее!
Дверь камбуза распахнулась, пропуская их в чрево корабля. Именно чрево, ибо именно тут рождалось питание всего экипажа. Сейчас здесь не было никого, зато было много свободного места, а при желании в холодильниках нашлось бы еще чего поживиться.
Дхаран забрал из рук Ольгрейна тарелки, расставил их на... полу.
Приземляйся, Крылатый, – Тигр похлопал по полу ладонью. – Судя по гулу движков, мы скоро стартуем, так что лучше пониже присесть. И давай еще хлебнем. Как бы там ни было, но мы с тобой отпразднуем твое сватовство. Ща я распотрошу их запасы... И Вишакхна* меня задуши, но они пожалеют, что забыли про нас с тобой!

______________________________
*Вишакхна – имя тигрицы-родоначальницы.

+4

3

Чтоб два бойца, пусть и бывших, пусть и два с лишним века отсидевших – и камбуз не нашли? Да не бывать такому! Чужой корабль – не чужой, новый – не новый, чутье, в конце концов, никто не отменял, звериное почти, или они не дуэнде? По неизбежным запахам съестного бы отыскали.
На самом деле, рохля (ну или изрядный философ – как посмотреть) Сова и не думал обижаться на вполне себе ощутимые подколки Тигра, но старательно шипел, пучил глаза, раздувал гневно ноздри и язвил в ответ, так, для виду, и чтоб полузабытое реноме сволочного сумрачного лорда поддержать, потренироваться, так сказать. А кроме того, чего бы не покомфортить, как говорят орионцы, не только друга, но и будущего союзника? Ну как не постебаться над будущим женихом, тем более, если он впервые идет в консорты. Да будь на его месте Шангхар, лорд-пока-еще-Эйо вел бы себя точно так же – заклевывал бы насмешками. Если честно, в кайф-то это было обоим, и напряжение снимало отлично.
Пожалуй, лорда Олла по совести-то, если бы таковая у сетхианских «оборотней» вообще с какого-то перепугу завелась, следовало бы даже поблагодарить за… за вот это «остальным – вольно». Кроме шуток – настолько оперившимся птенцом, выпущенным из-под взрослого крыла, мальчишкой, отпущенным на каникулы… в самостоятельную жизнь по окончанию обучения Ольгрейн себя не ощушал, даже когда таким и был в действительности. Да когда убил наставника, он и то не хмелел настолько от свободы… именно от нее, а не от того, чего и сколько они сейчас с Шангхаром выдули из прихваченного с собой алкогольного запаса папаши Харлока. И песни они горланили от избытка чувств, часть которых сейчас можно было не прятать. Нужно было не прятать. Во всяком случае, Лейт-то уж точно пел поэтому, а ром… да рома он пролил больше, чем выпил… наверное. Все равно это счастье с головокружением и внезапно пробивающим смехом – до первого волевого импульса, запускающего в кровь лишнюю порцию энзимов. Ноги же не заплетались, они даже фигуры пляски тигриной, повторяя их за лордом Джеро, выделывали вполне пристойно… и добровольно, что особенно приятно, при том, что сам танец уж больно досадно напоминал тот бой с тенью, к которому его большое тело принудил будущий тесть – Тигры все же прирожденные бойцы. Они и в танце бойцы – агрессивные и сексуальные.
Не, ну ничо так, – серьезно-насмешливо покивал Лейт под задорный хохот Дхарана, когда руки того перестали прихотливо играть мускулами и извиваться как кобры, просто застыв раскинутыми. Самое время сунуть в них тарелки, которые до того Оли усердно пер, умудрившись не уронить с них ничего, даже приплясывая. – Ты, конечно, не моя леди, но, так уж и быть…
Танец Совы был поначалу почти тягучим, плавным, завораживающим …и беззвучным, только сипели где-то вдалеке дудочки-камышинки, словно в них нечаянно задувал ветер. Когда эта недо-мелодия взорвалась глухим рокотом бубна – кажется, не мог бы предсказать и сам совиный лорд, скользивший низко над полом, паривший с медленно взмахивающими руками-крыльями, но удары в туго натянутую на обод выдубленную кожу нарастали, куда делась неспешность совы? Замирая на мгновения в самых, кажется, стремительных позах, Оли так же внезапно ускорялся до максимума, метнувшись в непредсказуемом направлении. А движение назад на полной скорости, не оглядываясь – это вообще зрелище не для слабонервных.
В общем, к лучшему, что коридоры, по которым Тигр и Сова добирались до корабельного домашнего очага и пункта питания, оказались пустынны за недосугом боевой тревоги – потому что творилось в них такое, что сами предки двух молодых придурков пританцовывали в своих сетхианских эмпиреях. Уж точно, ни сам драккар, ни бравый пиратский экипаж такого «карнавала в Рио» не видели – потому что то, чего Оли не дотанцевал, в очередной раз внезапно остановившись у одной из дверей и деловито забирая бутерброды и нарезку у Джеро, непроизвольно (да так ли? – кто знает этих Сов) проецировалось иллюзиями, и танцевало теперь в коридоре множество народа в сумасшедших нарядах.
У них такие перья, уху-ху-ху-ху, у них рога такие, копыта очень стройные, но злобная душа! – дверь камбуза лязгнула, отсекая этот этнически-фансмагоричный балет, и Оли с совершенно спокойным сердцем оставив его бесноваться в коридоре, позволил снова отобрать у себя тарелки и охотно приземлился на пол, тут же усаживаясь в самой свободной, рыхловатой позе. Предстартовая вибрация отлично ощущалась и ладонями тоже.
Конечно, отпразднуем, и, естественно, хлебнем! – неулыбчиво мигнул он золотыми глазами с огромным зрачком, забирая у друга одну из целых пока бутылок. – Раз пошла такая пьянка, они уж там как знают, а мы – как хотим.

Отредактировано Ольгрейн Лейт Эйо (23-01-2019 04:14:10)

+4

4

Нагадала нам судьба придорожный кабак,
Кто здесь друг, кто здесь враг, теперь пойди разбери.
Кто бы думать посмел, что все закончится так,
Да вот за дверью метель и не уйдешь  до зари.

Наливай да пей, да за наших детей,
За глухих и слепых под защитой толпы,
За тупое тепло, за прирученное зло,
И за то, чтоб в бою нам умереть повезло.

Тэм Гринхилл (С)

О-о-о, Дхарана впечатлило устроенное Совой представление. Особенно когда вокруг него откуда ни возьмись, заплясали совиные танцоры. Таких тонких, изысканно-полных, графически точных и в то же время обманчиво-влекущих иллюзий тиграм не создать никогда. Они были сильны в ином. А вот такие вот варианты, когда весь коридор вокруг заполнился вдруг танцующими фигурами, волшебно гибкими, фантастически реальными, это не про их тигриное племя, это затейники Совы могли выдавать такое.
Мощь и красота созданных иллюзий восхитила и впечатлила Тигра, вырвав из глотки искренне восхищенное: «Ух, ты!», и заставила невольно скользнуть вслед за плывущим танцем призрачных фигур, в грубоватой попытке повторить танец, неподвластный тиграм не потому что неумехи, а потому что крыльев нет... Летать не умеют огромные кошки. Но мастерство танца зажгло взгляд Тигра радостным изумлением, а тело желанием хоть немного, да приобщиться к трепетной ускользающей изысканности танца. А уж когда сам Олли начал танцевать, ментально рождая в голове Тигра музыку своего клана, так у Джеро и вовсе чуть челюсть не отвисла. Одно дело знать, что твой друг – изящная большая птица, другое дело – видеть воочию воплощение клана. И вот ладно бы – тигр он и есть тигр, сильный мускулистый мужик, тут тебе и танцы и все такое, все понятно. И мощь, и энергия, и сила. А тут...
Шангхар только диву давался, глядя, как легко, словно и впрямь летя, двигается Ольгрейн. Не доводилось ни разу ему видеть Совиных танцев, и вот вдруг увидел. Увидел и обалдел. Враз забыл, что друган совиный не только не уступает ему габаритами, но даже вроде крупнее. Какое там! Словно и правда огромная птица с бесшумными крылами.
Ох, и красив же черт! – восхищенно выдохнул, когда двери камбуза отсекли их от наведенных иллюзий.
Банкет на полу – почти пижамная вечеринка. Эх, оторви-гуляй, бесноватые! Хорошо-то как! После проклятой Амриты вот так вот заседать на полу, дискутируя о крепости напитков и их годах выдержки, да мог ли Дхаран еще сутки назад мечтать о таком? Что будет сидеть на полу стартующего в гипердрайв драккара с другом Олли, хлебать коферум и лететь к свободе? Не, не мог.
Ну, мож свобода пока была гипотетической, а вот насчет гиперпрыжков...
Тигра внезапно по-иному глянул на Сову. Знатную такую Сову. Большую, весело-растрепанную Сову.
Ой-вей, – протянул Тигр и, вскочив, метнулся по камбузу. Без труда изыскал шкафы с полотенцами, салфетками и прочим текстилем. Притащил груду и соорудил Сове два валика под поясницу и под шею. Сгреб бесцеремонно за пояс, приподнял с пола и сунул под задницу еще толстый пласт полотенец. Не противоперегрузочное кресло, но сойдет. Сова крепкий.
Двигатели заревели, выходя на другой уровень тяги. Дхаран впечатался спиной в стену, сунув одну руку себе под шею, другую под поясницу.
Дыши глубоко и ровно, – велел Ольгрейну, всеми нервами ощущая, что драккар сейчас рванет вперед.
Предки усатые-хвостатые, хоть бы бутылки не побились от этих скачков! Успел рукой загнать их в угол на полу.
Ну, о чем бы еще Тигр мог помолиться перед тем как?!

+3

5

Ночь сжигать на свечах, явь заливая вином,
Мы остались вдвоём смотреть обиде в лицо
Сколько лиг впереди, теперь уже всё равно –
Наша сказка закончилась бездарным концом!
Наливай да пей, да за веру в людей,
За предательства яд, за все пороки подряд.
За убийц и лжецов, за отступивших творцов...
И за то, чтоб врагов мы узнавали в лицо.

Ольгрейн улыбнулся на возглас Тигра скромно, даже застенчиво, но не без удовольствия – ему все же важно было узнать, особенно теперь, перед предстоящей женитьбой, что он привлекателен именно как сексуальный партнер, да не только для людских юных глупышек, но и для своих, для дуэнде. А кто об этом скажет честно, если не лучший… нет, единственный друг? Он и сказал, со всей возможной для представителей расы притворщиков и лжецов, откровенностью. В данный момент Шангхару можно было верить почти безоговорочно – у него не было причин льстить… отягчающим обстоятельством здесь и сейчас можно было счесть разве что благодарность и опьянение свободой… но от последнего и у Совы крышу сносило… да и от первого, пожалуй, тоже. Вчера же только не было никакой надежды выбраться с треклятого Амадора, и вот – он летит на родину. Насовсем. Этого просто не могло быть, но это случилось, как тут не захмелеть от счастья. Да только за это он простит Дракону что угодно... все – за возможность пожить в мире, где его не ждет тление ни-богу-свечки, мучительно угасающей без кислорода с едким дымком от фитиля. 
Нет, большим наивным ребенком лорд Эйо только казался, если того хотел, и всерьёз верить в то, что его сразу примут в сплоченную – сразу видно – семью и будут любить просто за красивые совиные глаза, он не верил, а значит, уж точно не особо надеялся на долгую счастливую жизнь в домене Змей. Но даже если от него избавятся, исчерпав его необходимость в качестве… да в любом качестве, неважно, это произойдет на Сетхе. На Сетхе! Они летят на Сетх! – одна мысль эта шибала в голову пуще любого алкоголя. Не будь Оли дуэнде, который знает, насколько реалистичными получаются наведенные умелым мастером грезы или кошмары, не умей он сам их наводить во всех аспектах восприятия – попросил бы себя ущипнуть.   
Кстати, о видениях и звуках: иллюзии за дверьми камбуза уже жили своей недолгой, но насыщенной и яркой жизнью. Ещё бы! Энергии-то совиный лорд вложил в них преизрядно, чуть ли не всю – с непривычки ли, сдуру, спьяну или на радостях. Без расчета жахнул, со всей дуэндийской страстностью и страстью. И – не рассчитал. Нельзя так, это как без многолетней ежедневной тренировки сразу полумарафон пробежать, даже хорошему в прошлом спортсмену надорваться запросто можно. Вот Ольгрейн и… Когда кипевшие в нем озорство и азарт сменились резкой слабостью до дурноты и кругов перед глазами – Лейт даже не уловил, кажется, всего за вздох. Теперь у него самого гремело в ушах пульсом, зудело гадостным комариным звоном, и лорд Джеро, что-то сказавший, двоился и плыл куда-то сущим привидением. Оли только моргал осовело и старался сглотнуть тошноту, цепляясь за наметавшегося по корабельной кухне Тигра, послушно плюхаясь обратно на пол, уже на мягкое… под гудящей головой и задницей.
Угу, – насморочно ухнул в ответ, надо думать, вместо благодарности. Ну да Джеро поймет... 
Последним, что Ольгрейн услышал, прежде чем его припечатала и распластала в блин на редкость негостеприимная сегодня тьма, стал гремучий и прерывистый звон катившейся под рундук бутылки.

Отредактировано Ольгрейн Лейт Эйо (10-05-2019 21:50:31)

+4

6

Мы вернемся сюда через три тысячи лет,
А до этого срока вряд ли вспомнят о нас
Мы оставим свой след на неостывшей золе,
Прежде чем нас убьют за выражение глаз.

Наливай, да пей за погибших друзей,
За ушедших за грань и за уставших от ран,
За избравших покой, на все махнувших рукой,
И за то, что б от них мы уходили легко.

Ускорение впечатало в стену, но оказалось не настолько жестким, как ожидал Шангхар. Видать, прогресс за четверть тысячелетия все же на месте не стоял. Предки его знают, что поменялось в корабельных системах, однако же, перегрузка оказалась куда менее мощной, даже слегка разочаровав.
Мягенько, однако, – сообщил Тигр, как он думал, собеседнику, но, повернув голову, испуганно вытаращил глаза. Дорогой друг лорд Эйо никак не мог разделить тигриного оптимизма. Сова, с широко открытыми невидящими глазами, враз обведенными черными кругами, с отвисшей челюстью, с которой стекала ниточка слюны, сползал по стенке вбок, явно собираясь распластаться на полу. Совиный лорд, судя по его виду, был в глубоком обмороке.
Э?.. Ээээй, Совыч! Ты чего?! – всполошился Тигр.
Сове, конечно, в новинку такого рода испытания, но чтобы так вот вырубиться?! Ухватив друга за шкирку, дернул в свою сторону, укладывая себе на колени. Ускорение продолжалось, а Олли продолжал все так же безвольным мешком лежать у него на коленях, пребывая в глубинах обморока. Звать на помощь смысла не имело. Экипаж на своих местах, пока не закончится разгон, никто им на помощь не придет. Значит, надо помогать самому.
Шангхар обхватил голову Ольгрейна ладонями, закрыл глаза, отрешаясь от происходящего вокруг и сосредотачиваясь на друге, посылая в его разум ментальную волну. Ответ пришел сразу. Вернее, почти не пришел, что и стало само по себе ответом. Резерв на нуле.
«Когда ж ты успел его вычерпать?!» – задал Тигр изумленный вопрос, и тут же получил ответ. Иллюзии. Так восхитившие его, столь мощные и столь совершенные. Олли не рассчитал заряд, а в итоге слил почти все. Одно наложилось на другое. Слишком много переживаний, слишком сильный накал страстей, слишком много эмоций. И как итог, вырвавшийся на свободу Совенок не совладал со вдруг вернувшейся силой, шиканул, не рассчитав мощь импульса.
Ах, ты, Предки мои, – пробормотал Шангхар. Ускорение все еще впечатывало в стену, но не мешало действовать, тем более, что для этого действия физические силы и не были нужны.
Тигр плотнее сжал ладонями виски Олли. Ментальная сила Тигра была мощной. Не столь тонкой и изысканной, как у Сов, зато поистине неукротимой. Мысленно отыскав Ольгрейна, его разум, вдруг ставший похожим на едва тлеющий огонек, Шангхар, не задумываясь, открыл шлюзы своей энергии, щедро вливая ее в разум друга, подпитывая высокооктановым топливом его истощившийся резерв.
Давай, друг, возвращайся, – мысленно позвал Шангхар. - Пей и возвращайся. Ты мне нужен, Совыч, так что не смей линять. Я еще не гулял на твоей свадьбе. 

+3

7

Совам не привыкать во тьме… даже блукать, чего уж там. Наедине с собой можно назвать вещи своими именами – потерялся Ольгрейн в безвременьи и мутной серости, что хуже тьмы, в которой Сыну Лунной Ночи вообще-то теряться непозволительно. Это как-то помнилось даже тут, пожалуй, вообще единственным помнилось, и потому Лейт не испугался, не-а, лишь задосадовал всерьез, разозлился на себя. Дурнота прошла, перестало мутить, голова больше не кружилась, мерзкий звон тоже стих – и это был несомненный плюс. Глухая тишина, кажется, давила на уши, но когда серый туман сгустился до полноценной темноты, стало гораздо спокойнее и проще.
Ну темно, ну пусто, ну ни верха, ни низа, так тут, за гранью, поначалу завсегда так. Нечего, надо только чуть подождать, остановить себя, зависнуть, собра-а-аться, сосредоточиться – и вот-вот забрезжат, замерцают слабо внизу… или вверху, но тогда там как раз низ – и  надо перевернуться, похожие на россыпи звезд Алмазные Тропы, Бриллиантовые Дороги. Должны забрезжить. Нет? Нет еще? Все еще ничегошеньки не видно, ни единой серебристой паутинки? Значит, еще подождать, вглядываясь и вслушиваясь… сова чутка, она не пропустит…
И увиделось, притянуло взгляд издалека, но не серебристо-призрачное мерцание бриллиантовых нитей, а живое, неровно бьющееся, золотое, как огонек той самой, хрестоматийной свечи, которую мохноперая хозяйка ночи может углядеть за милю, поманило теплом в мертвящем холоде небытия. Конечно, Оли поплыл навстречу, полетел беззвучно, не мог не полететь, не понестить все быстрей и быстрей к приветному костру, радостно салютующему искрами и треском. Жар его сразу охватил целиком, дошел до оживающего радостно сердца, прогрел до костей, наполнил силой каждую клеточку тела… неважно, чьего тела – птичьего или человечьего.
…горло сдавливал спазм, лорд Эйо с трудом сглотнул, размыкая веки и сипло закашлялся, словно заухал. Кажется, прямо в мор... в лицо Тигра, который почему-то держал в руках голову совиного лорда, а его самого крепко так прижимал к стене.
О, о, – широко открывшиеся, почти желтые глаза Ольгрейна осмыслились и ошарашенно мигнули: – Не, конечно, когда, как не перед свадьбой, но... Шани, чего ж ты раньше не говорил, что мечтаешь меня обнять не по-дружески? Или хотел сделать это на свободе? – и наивно-понимающий взгляд исповедника с вековым опытом, и незлое веселье в нем парой секунд позже.
Но прикалываться оказалось некогда, ни белому, ни черному, потому что неслышное «Прошу пожаловать на мостик» в сочетании с ремаркой «Красный код» – это уже не просьба, это приказ, причем в ситуации, когда приказывающий имеет на то полное право, и ослушаться его – себе же непоправимо навредить.
Бежим, – Лейт секундно сжал плечо лорда Джеро, цепко, словно напомнил, что совиные когти, хоть не тигриные, но тоже ничего так. – Что-то стряслось.
Одуряющей слабости как не бывало – Сов снова был молод, силен, готов лететь и хватать добычу.

На чужих берегах: переплетение стали и неба

Отредактировано Ольгрейн Лейт Эйо (20-05-2019 18:25:55)

+3

8

Совы – странный народец. И всегда такими были. И каждый раз, как общаешься с ними, становится странно, и думаешь, что куда уж хуже, но все равно каждый раз удивляешься, как в первый раз. В бытность свою диверсантом, Шангхар старался Сов избегать. Ну, не то, чтобы прям избегать, но обязанности по общению с ними обычно делегировал кому-нибудь другому, потому что сам понимал их плохо. Бесили они его со своим мировоззрением и чудными повадками. А вот на Амрите, как ни удивительно, общение в первую очередь заладилось именно с Совой, и сейчас уже Тигра не отталкивали совиные странности. Олли оказался нормальным парнем, своим в доску, как говорится, а его странности казались забавными, давая неисчерпаемый источник для подколок язвительного от природы Тигра. Впрочем, Совыч в остроте языка ему не уступал, что порождало веселые словесные пикировки.
Шангхар не знал, насколько он может помочь Ольгрейну тем, что делает, а потому просто делал, что мог. Совыч и сам бы, наверное, вынырнул из своего забытья, но Предки знают, сколько ему понадобилось бы времени, а тут он довольно быстро пришел в себя и... закашлялся прямо во встревоженную физиономию Джеро. Тот только глаза прикрыл, сморщив нос, а потом услышал слова Ольгрейна и уставился на него слегка офигевшими глазами.
Тьфу на тебя, дурень пернатый! – буркнул Шангхар, изображая возмущение, и, отпустив друга, откинулся назад. На языке уже завертелась язвительная фразочка относительно того, что Олли обманывает себя насчет своей неотразимости, но тут в голове прозвучал призыв Харлока. Что-то действительно стряслось.
Хоть и скривив лицо в недовольной гримасе, Дхаран поднялся вслед за другом, направляясь за ним в сторону мостика.
Произошло что-то в самом деле серьезное. Это ощущалось в самой атмосфере корабля, воспринималось ментально. Угроза, опасность и... неизвестность. Корабль был наполнен тем тревожным гулом, уловимым даже не ушами, а мысленно, который свидетельствовал, что корабль готовится к бою. По нервам прошла легкая дрожь предвкушения. Как же давно он не ощущал настоящей опасности.
На чужих берегах: переплетение стали и неба

+3

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » Приют странника » Планеты и пространства » ФИО. Драккар «Аноис». Камбуз