Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Глава 4. Четыреста капель валерьянки и салат! » Сезон 4. Серия 163. Если жив пока еще – гимнастика!


Сезон 4. Серия 163. Если жив пока еще – гимнастика!

Сообщений 1 страница 30 из 44

1

Время действия: 2446 г, 25 апреля, 12:00-22:00.
Место действия: каппа-квадрант, планета-колония Фрея. 
Действующие лица: Интар Джар`ра (Кел Мартон), Бенет Фалк (Константин Тьери), Чиро Иммобиле (Уильям МакГроу), Неро Дини (Эдвин МакБэйн). 

http://s3.uploads.ru/0dOmZ.jpg

0

2

– Ты не спишь, милый мой Скорпиончик? – мадемуазель Дюран выглядывает из коридора, приотворяет дверь, потом заходит. – А я принесла тебе новую штучку. Вообще-то он должен быть залит синтетической смолой, но смолы взять негде. Я подумала, модифицированный лёд в какой-то мере её заменит.
Она действительно ставит на поднос возле кувшина большой куб чистейшего льда. В нём застыл чёрный скорпион размером в ладонь с загнутым хвостом и клешнями, поднятыми, словно в приветствии.
– Почему же ты не спишь? – Жанна большой, но легкой птицей присаживается к нему.
– Скорпионы – существа сугубо ночные, – поднимаясь, Неро пытается улыбнуться. – Помню, когда узнал о том, что они ориентируются по звёздам, меня будто шарахнули по голове: они же космонавигаторы! Они все прирождённые штурманы! А ещё скорпионы всего мира созданы по единому образу и подобию, с учётом правила: «Чем слабее яд, тем больше клешни, чем слабее клешни, тем сильнее яд». Недавно я подумал – это вообще универсальный закон. Если понимать под ядом не обязательно отраву, а… способность поразить объект несиловыми методами. Обаянием. Умом. Скверным характером – чем угодно.
– Как ты тут? – спрашивает Жанна, усевшись возле штурмана.
– Как могу.
– Я искренне сочувствую, хоть ты и не любишь, когда тебя жалеют. Иногда мне кажется, что ты обходишься с собой слишком сурово. Можешь считать меня инфантильной, но мне никогда не нравилось начало кодекса бусидо, – придвигаясь так близко, что он чувствует аромат её духов, серьёзно продолжает она, ребячески пробегаясь двумя пальчиками по его предплечью, – Там самая первая фраза звучит так страшно! Может быть, стоит пересмотреть финал? Так ли уж обязательно умирать? А чем плох счастливый конец?
– Ничем не плох, – так же серьёзно отвечает Дини на её мягкие вопросы, – просто пересмотреть финал не в нашей власти. Так придумал тот автор, в которого ты веришь. Он посчитал, что прожитая на страницах его произведения жизнь, завершённая смертью, приобретает цельность. И, как ни странно, особую ценность.
– Да, пожалуй…
Жанна отводит повлажневшие глаза. Неро слышит её вздох и вздыхает сам. Протянув руку, он дотрагивается до ледяного куба с салютующим скорпионом:
– Вонзает жало себе в затылок… Если яд достаточно сильный…
– Не пугай меня так, мой самурай.
– Не самурай. Ронин, если быть точным.
– Самурай, потерявший хозяина?
– Я не сберёг тех, кому служил.
– Это совсем плохо? – жалобно спрашивает Жанна и страстно восклицает: – Но ты не виноват! Ты был ранен…
– Тут оправдания недействительны. Они не принимаются в расчёт, – терпеливо объясняет Неро. – Пойми, дело не в том, что осудит общество…
– ...а в том, что ты осудил себя сам, – тихо заканчивает девушка. – Но ведь это можно как-то искупить?
– Можно, – штурман проводит кончиками пальцев по невообразимо нежной коже её щеки, заводит выбившуюся золотистую прядку за её нежное ушко. – Помнишь легенду об искуплении сорока семи ронинов? Если найти и покарать обидчиков...
– Ну, для нас это невозможно…
– Есть ещё способ. Но тебе он не понравится… – миг Неро сосредоточенно смотрит в окно, припоминая, и читает наизусть: – «В ситуации «или-или», не раздумывая, выбирай смерть. Это несложно».
– Возможно, в японской культуре харакири и является достойным выходом из положения, – опять торопливо перебивает Жанна, – мне же, с моим европейским сознанием кажется, что смерть – выход для слабых. Или я не права? – она видит, как он качает головой.
– Харакири не делают при первой жизненной неудаче. Иначе ни одного самурая на белом свете не осталось бы, – Дини каждый раз удивительно, как их беседы о личном и насущном переплетаются с культурологическими экскурсами. – Сэппуку – не способ спрятаться от трудностей, а тяжкое и полностью осознаваемое исполнение долга. Только так. В противном случае, оно – действительно путь слабых, просто трусливый побег в смерть. Мне нельзя совершить его. Сам я, допустим, таким образом сбегу, а другие-то чем виноваты? Так что, хочешь не хочешь, а приходиться тянуть лямку, жить. Только… слаб я всё-таки для самурая. В отличие от него я жду, чтобы мне ответил кто-нибудь на два вопроса с глаголом «жить»: «Как?» – первый и «Зачем?» – второй. Как жить, когда я больше не человек? Когда я вообще неизвестно кто? Когда я могу стать чудовищем в любую секунду? Да со мной рядом опасно находиться!..
Штурман осекается. Становится нестерпимо стыдно. Закатил истерику! Жанна настолько красива, немудрено забыть, что она тоже… всех ётунцев превратили в потенциальных чудовищ.
О моей беде она знает, о своей – нет, – внезапно доходит до Дини. – Знала бы, что сама в шкуре мутанта, не оставалась бы такой спокойной. Ей не сказали. А я… скорее я язык откушу, чем заикнусь об этом.
Неро хмурится и почти шепчет:
– Прости, прости, пожалуйста. Я не сдержался. Это было отвратительно. Прости. Ты простишь меня? – он смотрит умоляюще. – Я кретин, эгоист, я уже чудовище, даже трансформы нечего ждать.
– Говорю же, тёмный ты тип! – мадемуазель Дюран тоном показывает, что сердита, хотя её пальцы уже нежно перебирают его тёмные кудри.
Он затихает под её ласкающей рукой. Больше ничьи прикосновения в целом мире не бывают так нежны. Её родной запах кружит голову. Запахи доходят до мозга всего быстрее. Быстрее боли.
– Это не оправдывает меня, но… мне больно. В последние дни я просто с ума схожу. А как подумаю, что теперь всё время будет так и даже хуже… – Неро не договаривает, опять вздыхает тяжко.
Девушка обнимает любимого, ласково ерошит его волосы на затылке, с секундным облегчением думая: как хорошо, что он сейчас не видит моего огорченного лица. Несколько секунд она молчит, справляясь с подступающими слезами. Потом начинает говорить, и её тихий голос у самого уха Неро подрагивает от душевного волнения:
– Спасибо тебе за откровенность. Я сама не решилась бы спросить тебя об этом. Я действительно очень мало знаю об этой стороне твоей жизни. Не буду тебя жалеть: знаю, храбрый мой самурай не выносит жалости. Да и что тут скажешь? Но слова твои я сейчас прочувствовала буквально каждой клеточкой своего тела… – вздрогнув, Жанна задумывается на секунду. – Ох и сложные вопросы задаёшь ты! Нелегко на них ответить. Но я всё равно попробую. Начну с первого – «Как тебе жить дальше?». Опасность спонтанной мутации и вечная боль – это ужасно. Но вдруг так будет не всегда, Неро? Должен же быть выход. Я надеюсь, обязательно появится какое-то спасение для тебя. Что-нибудь вроде вакцины, поворачивающей мутацию вспять. Банальная надежда? Пусть! Зато так уже можно жить дальше.
– Ты до сих пор веришь, будто всегда должен быть выход? – мягко произносит Неро. – Вакцина. Панацея, – он качает головой. – Это всё, конечно, хорошо и здорово. Прекрасные мечты. Жаль, они останутся мечтами. Я больше не надеюсь на «вдруг». Я не верю, что эту мифическую панацею найдут, прости. Но не хочу отнимать веру у тебя. Пускай из нас двоих хоть один надеется… Просто мы договорились откровенно делиться мыслями, верно? Вот я и сказал, как я это вижу.
– Ты всегда был мрачным, мой самурай. Второй вопрос: «Зачем?» Ты просишь найти для тебя смысл жизни в сложившейся ситуации. Хорошо, – ясные глаза Жанны строжают, а в голосе слышатся немного сердитые, дидактичные нотки, привычные слуху Дини, выросшего в учительской. – У тебя есть любимая девушка, есть семья. Разве ради этого не стоит жить?! Почему, в конце концов, ты не подумал обо мне? Или ты предоставляешь мне почётное право придумать мою дальнейшую жизнь БЕЗ Неро?
Она прекрасна. Даже гневаясь, прекрасна. К тому же он знает: этот гнев – напускной. Поэтому, целуя её руку возле тонкого запястья, штурман говорит ещё мягче:
– Тебе придётся. Нам не осталось ничего другого.
– А я надеюсь, что тебя спасут.
Немного отодвинувшись, Неро вздыхает в третий раз, мельком язвительно думает, что сегодня звания телёнка, вернее, уныло вздыхающей рёвы-коровы вправе удостоиться ему, а не Рикардо. Опять, насколько может нежно, гладит Жанну по щеке, извиняясь этой чистой лаской:
– Я бываю невыносим. И сам-то себя не выношу…
– Уже поздно, – она наклоняется, помогает ему лечь. – Теперь спи.
Любовь может проявляться без слов. Всё скажут улыбка, прикосновение, действие. Простейшее действие… – думает Неро, пока Жанна подтыкает одеяло, перед тем как поцеловать его и уйти, – Общая истина, но она перестаёт быть банальной, если её переживаешь, выводишь для себя сам…

http://s3.uploads.ru/pM8Tv.jpg

…На стенке прикроватной тумбочки подсыхали длинные потёки воды. Что-то равномерно потрескивало.
Но я же не шевелюсь, – соображал навигатор, – значит, это не у меня в позвоночнике, как по ощущениям можно решить. Перетерплю я день? Вопрос неожиданный, но каждодневный…
Дини потянулся за браслетом на подносе. Пальцы попали в мокрое. Лужица? Как раз там, где стоял приснившийся ледяной куб. Если бы не катнулся под рукой опрокинутый стакан, можно было бы подумать…
Надев серебряное свидетельство своей слабости, Неро нажал на пусковую пряжку и взглянул в угол. А-а, понятно. Это Доминик, зверушка кого-то из квиринальцев, заканчивал очень поздний завтрак. На его зубках что-то хрустело аппетитно. Чмкерти, или камараджунские крысы – насекомоядные, они легко разгрызают хитиновые оболочки больших жуков и скорпионов. Но таким лакомствам негде взяться на борту, и зверёк наверняка точил выпавший из пачки крекер. Штурман вдруг вспомнил, как в его детстве кошка изничтожила подаренный отцу сувенир – засушенного рака. Сгрызла его киска, одна пыль осталась.
Вздохнув, Неро сел. Потащил со стола подмокший падд. Крыс догрыз, облизнулся, начал мыть мордочку. Дини недоверчиво сморгнул, увидев сквозь голубоватую искристую дымку, что там, где сидел Доминик, дыхание вентиляции втянуло в узкую щель под плинтусом горстку твёрдой пыли, размолотой зубками зверёныша, мелкозернистой, чёрной.
Выехав из дверей, Неро посмотрел вперёд, в направлении четырёх голосов. Сбившись в тесный кружок в коридоре, пилоты, связист и рыжая докторица непринуждённо болтали в сторонке – здоровые, красивые молодые люди. Штурман не мог расслышать, о чём шла у них речь, но сразу со всей определённостью понял – предмет разговора не имеет к нему никакого отношения. Они говорили о том, что вместе делали недавно, о том, в чём он не принимал участия, и в обсуждение чего поэтому не имел права вмешиваться. Неро опять почувствовал отчуждение – неделю назад он был с ними заодно, вместе, и вот… В сторонке не они – это он в стороне. Они прекрасно обходятся без него.
Чиро, зацепив штурмана взглядом, улыбнулся, помахал ему, прокричал какую-то приветственную чепуху издалека. Дини, тоже улыбнулся, кивнул, тронул сенсор коляски, покатил по коридору. От них… ибо зачем он им? Зачем он вообще?
[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://s9.uploads.ru/muyWx.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (30-05-2019 21:14:09)

+6

3

Привязываться к прошлому – глупо. И память остается единственным, что есть. У многих что-то осталось с «Квиринала» – мелочь, напоминающая о корабле. У кого-то – сувениры с родной планеты. Кто-то бережно хранит первое оружие. А у джаффа это не принято. Разве что на пальце памятный перстень Академии – триний и странный венерианский опал с двойной астерией. Как еще не разбился за все эти годы. А ведь когда Атос отдавал – они с Ильей тогда прилетели на церемонию выпуска – предупреждал. И память снова отшвырнула в тот день. От которого остались только развалины, первый орден и осознание того, что все тренировочные бои – смятый листок перед глыбой обрушившейся реальности.

Этого просто не могло быть. Не могло, потому, что такой ошибки, такой страшной, глупой и роковой ошибки не бывает. Шаттл может упасть. Пилот может повернуть не там. Может разбиться. Над жилым сектором, если он есть. Но чтобы так, чтобы с разгона и после неудачного маневра – в купол защитного блока?
Они замерли, глядя на то, как силовое поле вокруг Школы медленно гаснет, осыпаясь тусклыми искрами. Стояли и смотрели, завороженные этим зрелищем и понимали – все кончено. Что еще час – и сюда ворвутся борги. Куберон им не так уж и был нужен, но Школа… Боевой лагерь подростков джаффа, лагерь, из которого спешно увозили всех. К каждому взводу – двое офицеров с «Весты». Шаттлы, которых на патрульном корабле всего три… уже два и оба сейчас на корабле, оба вернутся не раньше, чем через полтора часа – повреждены, едва долетели. Вернутся к тому моменту, как все семнадцать - пятнадцать джаффа и двое совсем молоденьких энсинов – в лучшем случае погибнут.
– Офицеры! – слишком спокойный голос одного из мальчишек, на рубашке которого нашивка с уреем. Знак взводного. – У вас есть доступ к сейфам. Дайте оружие нам – нас учили сражаться.
Темноволосый энсин чуть сжал тонкие губы, оглянувшись на друга, который нервным жестом растрепал светлые кудри:
–  Атос… Артем… Энсин Саев, что…
– Открывайте сейф, энсин Макомбер, – и уже тише. – Илья, у нас нет шансов. Им пятнадцати нет. Они дети!
Дети. Мальчики и девочки, а давно ли сами такими же стояли у стен Академии? Давно ли верили в то, что офицеры могут все, защитят мир, отстоят правду и честь? Эти джаффа уже сейчас были серьезнее: взводный раздавал даже не фазеры – старые лучевые карабины с яркими рубинами на рукоятях. Какая-то фраза на их языке, длинная и непонятная, ответное «микта» кого-то из мальчишек и крепкий подзатыльник взводного:
– Не смей при девочках ругаться! – и снова что-то длинное и быстрое. А потом то, что называется ад.
Когда отовсюду – взрывы. Когда стекло не раскалывается и не плавится – рассыпается крошкой чернеющего хрусталя. Когда стены гудят, а металл, чистый как слеза, летит брызгами в стены и на кожу, прожигая даже форменные митенки с железными заклепками. Когда небо гулкое от поступи тех, кому нужны живые просто потому, что нужны. Чтобы превратить в жалкое и искаженное подобие жизни.
И когда падают дети. Забавная девочка с толстой косой до пояса. Ее подружка с обручем из лазуритовых нитей. Мальчишка, который сказал что-то неприличное. Другой – с бритой головой… Когда падают, как подкошенные страшным лезвием молодые деревца. Когда стоять. До конца стоять. И понимать, что только потому, что фазер, а не эти карабины – поэтому и живы.
Взрыв. Лучи сверху. Свет. Скрещенный синий свет дальнобойных фазеров. Стройные фигуры офицеров и падающие борги. И только взводный, в обрывках формы, в пыли и гари, опускает оружие и опускается сам. А энсин Макомбер внезапно вспоминает, что значит этот рубин на рукояти. Парализующее оружие. Тренировочное. На языке гоа’улдов…
– Интар...
– Да, энсин? – мальчик поднимает голову и видно, что он в крови, что едва держится.
– Твое оружие – это интар?
– Я тоже Интар, – и Илья едва успевает подхватить его. Вбегают взрослые джаффа, офицеры с «Весты», медики. Но все это уже ничего не значит. Потому что погибли дети…

Капитан встряхнул головой, отгоняя… тень, морок, да что угодно. Прийти бы в себя, развеяться, почувствовать бьющуюся жизнь. Цепкий взгляд метнулся, оценивая обстановку. БИТа нет, значит, слежки – тоже, а ведь после той вылазки вполне можно было предположить… На экватор захотелось с новой силой. Коридоры и пещеры, обязанности, едва разобранная гора документов и распоряжений – к счастью, все в падде, иначе бы стол был завален. Нет, надо прогуляться, хотя бы до озера. А еще лучше бы…
Неро Дини. Штурман «Стража», очевидно, тоже задумался, или…?
Доброе утро, штурман, – изящный и легкий кивок, внимательный взгляд и, неожиданно даже для самого себя, но правильно – абсолютно правильно: – Вы же еще не были в экваториальных областях Фреи? Составите мне компанию, поохотимся, наберем фруктов, за вулканами понаблюдаем? Там удивительная местность, кажется, что планета живая, а растения и животные приспособились каким-то чудом. И, во всяком случае, там теплее.
Ему так хотелось получить это согласие. Хотя бы потому, что не в одиночку. А еще – потому, что мелькнувшие искры в глазах штурмана выдавали то же самое желание, неприкрытое и жгучее.
Если это можно сделать – почему отказываться? Соглашайтесь, вам же хочется исчезнуть отсюда, и жажда нового видна, даже когда вы пытаетесь быть спокойным.

[NIC]Интар Джар`ра[/NIC] [STA]Первый после бога[/STA]
[AVA]http://s8.uploads.ru/dscq0.jpg[/AVA]

Отредактировано Кел Мартон (31-05-2019 21:10:25)

+6

4

Коридоры пещерного города разветвленностью своей и запутанностью стражевские-корабельные даже превосходили, как уже успел понять навигатор за дни своего тут пребывания. Оно и понятно, природное всё же образование-то – пещеры. Однако уровней тут вроде поменьше, чем на родимом космокрейсере, уж по-любому не пятнадцать. Во всяком случае, обжитых... а на необжитые кто ж мистера Дини пустит? Ему персонально, едва ли не сразу по приземлению... ну по вселению в эти троглодитские пенаты точно, со всей любезностью разъяснили – не ходи туда, Нерушко, шею свернёшь, или того хуже: чудовищом станешь; вот тебе-то туда точно – ни ногой, ни колесом, то есть, ни-ни, низ-з-зя. Даже не обидно, потому что – ну чего он там не видел? Спелеология – уж точно не его сфера интересов, и минералогию с геологией вообще – в ту же корзинку с маркировкой «знать необходимый для навигатора минимум». Вот и не шибко сновал туда-сюда штурман по этажам поселения, разве что в «спа-отделение» спускался, в бассейне мокнуть, раз уж оба врача – и Боунс, и Анзор – просто на манер мифических сирен сладкоголосо выпевали, насколько это пользительно, опять-таки, особенно конкретно для него, мистера Дини. Но до водных процедур ещё у-у-у… вагон времени, и куда его деть? Не по коридору же центральному фланировать до «ближе к вечеру»? Наружу тоже не манило, там, по метеосводке, грянул минус и снегопад, радости-то, что «может быть, последний в этом году».
Маета-а… – пальцы Неро на чистом автоматизме коснулись сенсора и коляска сбавил ход, в то время как сам штурман обернулся на фигуру, возникшую обок. Капитан Джар`ра… из своего отнорка вышагнул. О, нет, не зря всё-таки девчонки-энсины с придыханием каждый раз (и каждому новоприбывшему, поди) рассказывали о старомодном, непревзойдённом изяществе Интара. Какой поклон… аристократ любой от зависти удавился бы. Но улыбка у него ещё лучше – почти одними глазами.
Доброго утра и вам, капитан, – поклон-кивок Неро, конечно, в изысканности интарову уступал, но интонация в ненавязчивом дружелюбии, взгляд в заинтересованности – нет. А потом тёмно-синие глаза блеснули… непонятно чем – изумлением?.. неверием?.. иронией?.. Пауза оказалась чуть длиннее, чем требовали нормы светской беседы – штурман явно подбирал слова: – Экваториальные области – это, безусловно, очень интересно, а тепло – штука прекрасная, но… капитан, вы точно уверены, что… – Дини все-таки запнулся – не брякнешь же во всей крестьянской-корианской простоте «что зовёте именно меня», или «что вы ничего не путаете», или даже «что «поохотимся» – это вообще каким-то боком ко мне». Но фразу-то как-то невежливо так вот подвешивать, да, и Неро не без смущения улыбнулся: – …что оба СМО обоим нам за такое приключение головы не открутят?
Сам навигатор ни секунды не сомневался: если прознают – не просто открутят, откусят, но… соблазн-то какой! Интар же это понимает, да?
Между бетонных стен «должен-не должен», между «не могу себе позволить-это навредит всем» места для «хочется» и «можно», места для свободы почти не осталось. Давно бы задыхался в этом каменном мешке, да ведь на корабле время и возможности сужены для всех, не такой уж Неро и лишенец на общем фоне. А вот тут, на планете, освобожденность от обязанностей закабалила хуже некуда, удушающие рамки сужались, маятник, качавшийся все мельче, замирал. Все «нельзя» ощетинились разом и почти загрызли.
Интар понимает, – в темные глаза капитана Дини и всматривался дольше-пристальнее положенного по этикету. – Он на «нельзя» поохотится и предлагает.
Почему бы нет? – ещё не отрывая взгляда, как загипнотизированный, раздумчиво произнёс штурман. – Когда вылет и что с собой брать… кроме корзины для фруктов?
[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://s9.uploads.ru/muyWx.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (01-06-2019 05:17:33)

+5

5

И открутят, и прикрутят, и подкожные датчики для слежения за мигрирующими оленями пуду поставят. Глаза и у вас, и у меня сейчас точно на оленьи похожи – вы ждете, что я не пойду на попятную, я – что вы согласитесь.
Но вслух этого не сказать. Только спокойно и чуть вальяжно пожать плечами, склонить голову как будто задумчиво взвешивая, насколько будет проще без нее. Интар слишком хорошо знал, что такое – не снимать скан-браслет, на его личном и застежек не было, крепили один раз и пока не сломается. Или не сорвется – сразу кое-что вспомнилось, вместе с той паникой, которую устроили медики, и тем нагоняем, который он получил от них.
Сейчас. Ангар вот там, шаттл готов, я за этим слежу, так что летим, как только в него сядем. Прошу за мной. Надеюсь, не откажете мне в любезности занять место первого пилота? Примерные координаты в навигационной системе есть, с местом высадки определимся уже там из-за нестабильности поверхности. А я за это время переоденусь прямо в полете. Чтобы здесь не задерживаться. Что касается инвентаря… Фазер у меня с собой, заберете его при желании. В шаттле есть балестра с небольшими копьями, два тесака и три или четыре боло. Ну и корзины для фруктов, само собой, без них не летаем. Знали бы вы, какой ажиотаж на свеженькое… 
Он шел рядом с Неро, иногда кивая встречным колонистам, которых здесь, у технических пещер, в это время суток было маловато. И хорошо. Как раз никого не встретится, никто не полезет с вопросами, вот уже почти до ангаров добрались.
Штурман, что же вы так недоверчиво смотрите на меня, но при этом едва сдерживаете просящий взгляд? Я сам готов уговаривать вас, чтобы не отказались, чтобы вот прямо сейчас не решили бежать за разрешением к медикам, которые не вас – меня особо жестоко будут убеждать в том, что надо бы некоторых ретивых джаффа наручниками к месту работы приковать.
Прибыли. Четверка. Первый не беру из принципа, потому что для официальных полетов – яхта, второй – мистера Сайка, третий – лейтенант-коммандера Кельх. Да и нравится мне это число...

Сердце…
Древней кровью вечер ал,
Сердце…
Век богов ничтожно мал,
Сердце…
Четверым Один отдал
Сердце…

Разбивается бокал –
Вечер.
Четверых Один призвал –
Вечность…
В грудь отравленный кинжал –
Полночь,
Четверых Один призвал –
Помни!

[NIC]Интар Джар`ра[/NIC] [STA]Первый после бога[/STA]
[AVA]http://s8.uploads.ru/dscq0.jpg[/AVA]

+5

6

М-мда-а-а… Себя, как в зеркале, я вижу, да, капитан? – по дну глаз штурмана прошла мягкая насмешка, прежде чем он их отвел от взгляда Интара, в котором слишком явственно для него, Неро, читалось нечто вроде «ну ты же не передумаешь?..». – А вот хренушки, не передумаю. Каким бы хрустальным штурман ни был – не держать же его в вате, не душить же ею постепенно. Это мы уже проходили, плавали, знаем, и второго «смиренного сидения в благоприятном климате» не будет, мне Латоны хватило, вон как я с неё, тоже курортной-благодатной, драпанул – аж досюда, – Дини усмехнулся, выравнивая скорость своего кресла под шаги …соратника будущего. – Джар`ра, джаффа... тоже на вечном поводке, так ведь? Что ж, оборвём его хоть ненадолго. Чтоб без никаких «но я же не могу». Капитан может, а я... а я постараюсь, а там хоть потоп. Как там?.. – «Ты должен быть сильным, иначе зачем тебе быть», угу. Если я начну себе слабости прощать и спускать – от меня ничего не останется... меня тогда в лужу слизи раскатает, а я жить хочу.
В этой любезности я вам не откажу, мистер Джар`ра, – Неро перестал прятать улыбку. – Охотник из меня, конечно, тот ещё, сами понимаете, на Коре никого крупнее лис и енотов отродясь не водилось. Но в индейцев я исправно играл… и в эльфов тоже, – навигатор улыбнулся шире и насмешливее. – Зато на мне будет удобно возить собранные фрукты. В корзинах, именно, тележка-то с мотором, самоходная.
Да-да, вон как шустро едет. Удобно, однако, всё под одной крышей, то есть сводом – и жильё, и рекреации всех видов (ну, кроме охоты и вулканов, конечно), и ангары. Значит, куртку какую брать не надо, простыть до шаттла не успеешь. И хорошо, а то бы объясняться, хоть не с врачами, а с Олафом, куда в такую погоду, да зачем.
Полёт в лето не через зиму – славно-то как, – пробормотал Неро, сворачивая вслед за капитаном и делая самое невозмутимое лицо, чтоб вообще никаких сомнений у встретившихся ему тут не возникло, что он тут по праву, по делу и крайне нужен Интару…
...как крупный специалист в вулканологии, – сказал он вслух. – Я в своё время копировал «Сто видов Фудзи»!.. Но, несмотря на это, числа четыре не боюсь, я не суеверен, и вообще...
«Сколько у нас шпаг? Четыре! А сколько у нас ног? Четыре!.. Кто мы? Уроды-мушкетёры!».
Ах, ну да… джаффа же шутить не умеют, вулканцам не знакомы душевные переживания, а люди – слишком эмоциональные существа, не способные контролировать свои порывы.
А вот последнее, пожалуй, даже правда.
«Умеешь ты влипать в ситуации, мой штурман». Кто это сказал когда-то, кто? Жанна? Нет, голос в памяти другой, не женский, но почему тогда «мой»? Ни-па-нят-на!..

Отличные стихи, капитан, – не без удовольствия дослушав, кивнул штурман, и пристально, вприщур осмотрел юркий кораблик. – Вопрос только в одном – как мне попасть в пилотское кресло.
[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://s9.uploads.ru/muyWx.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (01-06-2019 22:23:16)

+3

7

Вопрос только в одном – как мне попасть в пилотское кресло.
Штурман, вы перед кем задачи ставите? – Интар внимательно и быстро оценил обстановку: через грузовой люк – въехать получится, но к кабине на кресле штурмана не пробраться. Через боковой для пассажиров – все равно тесновато. А вот если подойти к стороне пилота, нажать несколько почти незаметных рычажков: крыло поднялось легко и бесшумно. Склонившись прямо к основанию кресла первого пилота, джаффа на минуту замер, вспоминая конструктивные особенности. Да, здесь можно и без инструментов, специально разрабатывали так, чтобы удобно было вместе с креслом вынимать. Ногой зажать рычаг, левой рукой надавить кресло до щелчка вниз, одновременно прокручивая его правой посолонь. Ага, есть! Вынуть из паза, раздвинуть его на все шесть лучей крепежа.
Заранее прошу прощения за подобную вольность, но уверяю, что не доставлю ни малейшего беспокойства, – Джар’ра подошел к Дини, чуть присел, сунул обе руки под кресло и легчайшим рывком поднял его, разворачиваясь на заранее просчитанные градусы и делая семь шагов. Теперь опустить. Точно на место, где стояло кресло пилота, сейчас лежащее чуть в стороне. Закрепить как положено и подняться. – Вас устраивает расстояние до приборной доски? В пределах полуярда кресло подвижно, вы можете отрегулировать как удобнее.
Не суеверен? Ах, да, традиция Востока Земли. Символика четверки не очень-то жизнеутверждающая. Что же вы, штурман, пока мы живы – мы бессмертны, мы вправе жить. Кто бы и как не вмешивался. Вот и сейчас, у вас снова есть возможность взлететь, увидеть то, что еще не видели. А что крупнее лис и енотов ничего не видели – посмóтрите, тут хватает, невелика печаль. В эльфов?
Жалеть можно того, кто слабее. Боль, доставшаяся сильному, вызывает холод, леденящий холод в груди. И желание отказаться принимать эту несправедливость. У всех свои особенности, штурман. У кого-то глаза зеленые, у кого-то препарат на всю жизнь…
В эльфов? Сочувствую. Это когда «вместо математики герб Нолофинвэ держим в голове»?

[NIC]Интар Джар`ра[/NIC] [STA]Первый после бога[/STA]
[AVA]http://s8.uploads.ru/dscq0.jpg[/AVA]

+3

8

а где тут руль спросил гагарин
деревня буркнул королев
еще спроси а где тут вожжи
еще поехали скажи

Шаттл как шаттл, стандартный не только для «Весты», на «Страже» такие же есть – «Арго» одиннадцатого типа, на таком не только в экваториальные области – на орбиту запросто, и не только на низкую, однако внушительная дальность полета сложностей посадки, к сожалению, не отменяла. Нет, внутрь-то вкатиться вообще без проблем, пандус в комплекте, а вот дальше… – Неро, взирая на то, как джаффа деловито выкорчевывает пилотское кресло, собирался было внести рацпредложение «а давайте просто пересадим меня и погрузим коляску багажом», но… смолчал. Джар`ра – капитан, у него могут быть свои соображения. Конечно, едва увидев ложемент на полу ангара и отсутствующий шаттл с номером четыре, любой не совсем идиот сообразит, с кем Интар усвистал. За руном, да-да, раз они в аргонавты на пару подались. Но, может, капитан как раз того и добивается, нарочно оставляет след… чтоб вовремя хватились. И Дини, естественно, смолчал, только взглянул спокойно вверх, в глаза подошедшего вплотную джаффы:
Да, капитан. Заранее даю вам прощение, вольничайте, сколько влезет, я вам полностью доверяю, какое там беспокойство.
Нет, рыпаться навигатор не стал... и это единственным было, чем он мог помочь мистеру Джар`ра – если не причитать «да что вы делаете, надорвётесь!..», унижая тем самым обоих. Не надорвётся, джаффа же, у них предельная грузоподъёмность всяко выше тех двухсот фунтов плюс-минус, которые и весит штурман вместе с коляской. Но дышать через раз, не ёрзать и не нарушать баланс – вот это помощь, действительно, так что выдохнул и шевельнулся Неро, только когда защелкали замки крепежа под сиденьем.
Меня всё устраивает, – сосредоточенно сводя брови, пробормотал он, – а что не устраивает – устроим сами. 
Спина слабо заныла, но браслет полный, хватит… надолго хватит, можно смело подвигать себя (и кресло) в пределах того самого ярда, держась за пульт – ремни-то на коляске всё-таки предусмотрены не в том же комплекте, что для нормального пилота, значит, надо, чтоб было максимально удобно на взлете и посадке. А то «приподняло и шлёпнуло» может фатально кончиться для обоих… Валдис, вон, умер от того, что язык прикусил, не хотелось бы как-то, чтобы доблестному Джар`ра пришлось охотиться на бывшего навигатора. Джаффа, конечно, сможет одолеть любого из его страшненького «внутреннего зоопарка», особенно если вовремя, но… жить ещё хочется. Сейчас, пожалуй, как никогда.
Уже в первых полётах он понял: детская мечта о бесконечном разнообразии новых миров почти обманула его. Иные миры, невиданные планеты… Вот именно, невиданные. Ведь по-настоящему он так и не увидел всех этих планет. Разве что со стороны и издалека они появлялись в огромном обзорном иллюминаторе Главной Рубки. Но эти картинки мало чем отличались от тех, что выдавал компьютер при закладке исходных данных. Да, они всегда были его целью, конечным пунктом маршрутов, которые Неро усердно прокладывал, эти величественно вращающиеся шары на фоне неизменного чёрного занавеса в звёздных блёстках. Он знал о них всё, что можно было прочесть – расстояние от солнц, массу, диаметр, толщину и точный состав атмосферы. Знал, если о том было написано в каталогах, кто и как на них обитает. Но самому заглянуть под эти плотные разноцветные вуали атмосфер, чтобы познакомиться поближе, ему почти и не удавалось – высаживался он редко.
Несколько раз подобное всё же происходило, но рассказать оказалось не о чем. Что там могло остаться после применения всего бортового вооружения и заключительных массированных бомбёжек? Только озлобленные, или, в лучшем случае, настороженно-испуганные кучки уцелевших аборигенов, разбитые в пыль развалины, выкипевшие моря и оплавленные горы. А тут – наконец-то действительно целый неоткрытый толком мир, диковинами битком набитый.   
О, нет, – усмехнулся Дини коротко и мягко, отчего разгладилась морщинка сосредоточенности на лбу. – Еcли бы я попытался держать в голове что-то вместо математики – матушка живо выхлестала бы это посудным полотенцем. При всём уважении к эльфийским гербам. Старшему сыну в семье школьной учительницы математики, знаете ли, настолько заиграться невозможно, даже если лук держишь у постели. Разве что в каникулы… – кажется, они самые сейчас и начались, панель управления ожила под пальцами. – Ну… Арго-о-о… – выдохнул штурман после оглядки, убедившей его, что мистер Джарра впрыгнул внутрь, – разве путь твой меньше, чем дорога млечная? – двери задраены, шаттл медленно и плавно приподнялся над полом огромной пещеры, открывающей прямоугольный зев ангарных ворот. – Как хорошо, что тут пока одна сплошная Гондвана.
[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://s9.uploads.ru/muyWx.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (02-06-2019 21:13:53)

+3

9

Шаттл легко и плавно выскользнул из ангара – в такую рань и в такую метель там никого. Интар быстро достал рабочий комбинезон, переоделся, перетянул волосы хайратником, взял припасенное оружие и быстро прошел к креслу второго пилота.
Гондвана. И одна, и сплошная, но, думаю, мы с вами еще застанем период раскола и изменения климата. Судя по вулканической активности он близок, – роскошно плавный полет, даже через бурю, точнее уже над ней. Он бы уже раза четыре перекрутил шаттл как только мог, а здесь остается наблюдать и задумчиво смотреть, как холодный гранит грозовых туч сменяется жемчужно-серым оттенком, а затем и белым пухом облаков. – Здесь приспособилось все. Шерсть у тигрогов огнеупорная, бараны бронированные, крылящеры… Ну, на этих сами посмóтрите, удивительные создания. Кусаться не умеют, питаются мягкими фруктами и местным планктоном, выцеживая его из воды, летают, когтей нет. Зато в перьях, точнее в пушке. Фрукты вызревают за то короткое время, пока земля стабильна, а семенам требуется жар магмы или усиленное давление, чтобы прорасти. Первое время наши ботаники в оранжерее намучились с ними, зато теперь даже плодоносят, но вкус все равно немного не тот.
Не тот… Это если верить нашим гурманам, потому что сам обычно не замечаешь, что именно ешь и когда это происходит. Хорошо, что пока никто из медиков в настройки скан-браслета не влезал, очень бы удивились, найдя там индикатор критичного уровня – нет, не препарата, это они и ставили – питательных веществ в крови. По этому писку и вспоминал в основном, что существует столовая.
А впереди сверкали вспышки алого огня. Ородруин на Ородруине, бросай Кольцо в любой. Словно небо с землей спаивают старой аргоновой сваркой и наплавляют невнятный узор напала, который позже, застывая радужными каплями, намертво соединит это все в необходимый и достаточный мир, спокойный и стабильный в живой чистоте. Вот и кирпично-коричневый берег с легкой травой бирюзового оттенка – индикатор того, что есть семь-восемь часов до раскола коры. И что растения уже успели завязать плоды, созревшие, по крайней мере, на половине растений.
Вот тот берег, как изгиб лука. Вовремя вы о нем вспомнили, – Интар прикинул рельеф. Подойдет, практически равнина, тигроги не любят такие участки, бронебараны – очень. – Я отцеплю ваше кресло, сможете свободно передвигаться, местные животные непуганные. Вы предпочтете фазер, или хотите попробовать балестру?

[NIC]Интар Джар`ра[/NIC] [STA]Первый после бога[/STA]
[AVA]http://s8.uploads.ru/dscq0.jpg[/AVA]

Отредактировано Кел Мартон (02-06-2019 22:16:45)

+4

10

Мне уже многое сложно,
Многого не испытать,
Годы вернуть невозможно,
Но я умею мечтать,
О далеких мирах.
О волшебных дарах,
Что когда-нибудь под ноги мне упадут
О бескрайних морях,
Об открытых дверях,
За которыми верят
и любят, и ждут
Меня.

Что за дело шаттлу до метели? Если уж он в плотные слои атмосферы с орбиты сходит, как прекрасная купальщица в бассейн, легко и непринуждённо, давая с себя стечь пламенному парео, что ему какой-то густой снегопад со шквалистым ветром? Да тьфу и растереть! Взлететь по очень пологой траектории вверх, за границу облачности, а там… царство света и спокойного полета над всхолмленной равниной туч. В принципе, такой можно было и автопилоту доверить, тем более – примерные маршруты действительно оказались введены в навигационную систему, но Неро слишком давно не летал, чтобы отказаться от… пусть даже от полёта слегка понарошку. Капитан прекрасно справился бы и один, тут второй пилот нужен… ну как той самой купальщице шуба, капитан сделал ему подарок, это же понятно, а пренебрегать подарками грешно.
Однако, Неро чуть заметно нахмурился от слов занявшего соседнее кресло джаффы – что-то в них кольнуло холодом, будто ворох шипастых снежинок попал спереди за ворот.
Считаете, он расколется в ближайшие две недели, здешний суперконтинент? – спросил навигатор старательно несерьёзным тоном. – Мой-то здешний отпуск не дольше продлится…
…или мистер Джар`ра, комендант колонии, знает больше, чем знаю я. Неужели вопрос о моём здесь «навеки поселиться» уже окончательно решён, и без моего согласия?.. – неприятную и несвоевременную мысль Неро отогнал, как муху, досадливым движением головы. – Не сейчас. У нас тут побег на волю, в джунгли и пампасы, и светская беседа о… о местных красотах и достопримечательностях.   
Надо было сюда ещё кого-то из ксенобиологов наших, стражевских прихватить – радовались бы, как дети, – мягко улыбнулся Дини. – Постойте, а ведь такого дракошку и собственно детям можно? – сообразил он. Неожиданно ярко увиделось недоверчивое, а потом счастливое личико Вирны. – А фрукты… будут же они есть и репликаторные в неволе, как думаете?
Сам он отличия тепличных-здешних от дикорастущих так и не уловил, хотя вроде бы все детство провёл во фруктовых садах и на консервном заводике, куда бегал к отцу с обедом в коробке. 
Н-да, гурман из меня… – хмыкнул мысленно Неро. – Не напомнят просто поесть – сам спохвачусь через сутки… может быть. Собственно, диета доктора МакКея меня так выбесила только потому, что в ней шаг вправо, шаг влево считался побегом, и за калорийностью было тягостно именно следить, – навигатор вдруг озадаченно мигнул: а когда Боунс отменил-то её? Это совершенно выпало из памяти. О, да и когда назначил – тоже, это что ж такое?.. – Но ведь было же, не во сне же… – ум и руки опять оказались заняты: нужно было сыграть некую пиесу на плавно огибающих кабину шаттла пультах, чтобы кораблик начал погружение в золотистые взбитые сливки облаков, уже не туч.
Под ними тоже было ясно, метель казалась каким-то сказочным, нереальным, труднопредставимым понятием в этом краю жара и вздыбленных хребтов. Вот уж каким горам подошло бы название «Драконьи»! Да они, кажется, не взлететь, так поползти готовы в любой момент, что значит неустоявшаяся тектоника. Впрочем, при такой огромной луне, ей до-о-олго устаиваться.
Понял, садимся, – отозвался Дини, мельком взглянув на реальную трёхмерную карту внизу. – Капитан, капитан, пристегнитесь, – кажется, это он почти напел, хмыкнул и на секунду задумался.
Отвечу честно и разумно – покажусь трусом. Да и ладно, лучше быть ответственным трусом, чем идиотом, от лихости которого пострадают другие.
Если можно, я возьму фазер, Интар, – сказал он, соскальзывая шаттлом на глиссаду, – арбалет – не моё оружие, сноровки в обращении с ним у меня нет, не хочу вас подвести.
А я его по имени назвал? Упс… как невежливо вышло, – Неро мигнул на бирюзовую опушку залива. – И извиняться теперь будет невежливо. Как же я так… где знаменитая корианская воспитанность? Матушка бы та-а-ак недовольно на меня посмотрела...
Садиться визуально при хорошей видимости легко и приятно, без глиссадных и маркерных маяков, без прочих не-природных глупостей, которые почему-то в ближнем диком лесу не отрасли. Сели, как в пух. Точнее, как на ковер с недлинным лазоревым ворсом, который чуть трепал горячий ветер.
Ну вот как-то так, – разблокируя двери, отметился в очевидном Дини.     

[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://s9.uploads.ru/muyWx.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (06-06-2019 05:06:13)

+2

11

Я имел в виду продолжительность нашей с вами жизни, а не вашего визита. По предварительным подсчетам – лет через двадцать. Катастрофой планетарного масштаба это особо к тому времени не назовешь, а вот еще лет через двадцать пойдут последствия со смещением климата, первыми мутациями в животном мире и возможной необходимостью в переселении колонии, – мысли убежали далеко вперед. – С каждым моим полетом сюда карта тектонических процессов на падде пополняется новыми данными, еще десяток регулярных в запланированные местности – и наши ИИ смогут составить предельно точную базу данных по процессам течения магмы, отложения пород и формирования расколов. Если проще: где будут равнины, где – реки, где – залежи полезных ископаемых и ресурсов, необходимых для жизнедеятельности тех, кто останется на Фрее. Абсолютно полная, точная и выверенная.
Будет. Нельзя не думать о том, что здесь жить многим. Пещерный город – от силы два поколения, потом он станет тесен, да и может измениться после раскола коры. Не так чтобы в один день рухнуть, скорее – появятся новые пещеры, часть старых останется в воде после весенних паводков, в части без спроса прорастут кастанеды и поселятся чипидрисы. А закрыть все он и сейчас не может, жалко тратить металл и расходники на установку дверей, у СБ хватает забот с поддержанием порядка и охраной жизненно важных объектов. Медики и техники – по уши в установках, «агрономы» – осваивают местные растения и пытаются приживить свои.
- Будут полеты и для ваших ксенобиологов, обещаю. Организуем в ближайшее время, как раз и мои давно просились. И крылящерок можно поймать, у нас есть просто замечательные мальчишки, им понравится возиться с такими, да и не только детям, – как же мягко приземлился шаттл. Учись, Интар, ты вечно швыряешь с размаху, пусть и не в скалу, но вот такой точности тебе не хватает, у тебя не как лепесток на подушку, а как гвоздь в доски – с одного удара и по шляпку.
Оставляете мне любимую игрушку? – капитан протянул фазер, а когда штурман забрал его, задумчиво покрутил в руках балестру. – Не подведете, Неро, я знаю…
Даже не ответная любезность в том, чтобы назвать по имени, скорее, сорвалось. Что «я знаю»? Как вы стреляете? Да, но скажи я это сейчас – и возникнет вопрос «откуда», закономерно свалится на голову вся эта временная катавасия. И как объяснить, что и по имени уже не в первый раз называю, и что прошли через многое? Рассказать о «Таурусе», о том, что тогда вернулись, о…
А на автомате уже открепил кресло, вынес его из шаттла, вернулся туда за корзинами и оружием, кивнул на нечто, напомнающее чешуйчатые шары на коротких лапках.
Птица-«колобок». Стрелять в них не рекомендую, несъедобные, зато внутри наполнены сероводородом. А вот и крылящерки.
Если они что-то и напоминали – то земных летающих ящериц, которые по недоразумению вывалялись в нежнейшем разноцветном пуху. В стайке были и изумрудные с синим, и алые с желтым, и фиолетовые с бирюзовым – все это пернатое недоразумение тщательно кружилось вокруг ближайших невысоких деревьев, стараясь сбить вниз плоды. Как только им это удавалось и от падения лопалась толстая кожура, на мякоть набрасывались все, кто успевал.
Можете попробовать приманить несколько. Вот с того куста, он мягкий, срежьте пару плодов – они прилетят на запах. Одну корзину мы выделим, потерпят до «Квиринала», – Интар вглядывался, разыскивая бронебаранов. – И собирать можете. Если мягкое, то спелое, съедобны все, а высота растений тут такая, что дотянетесь. Змей и насекомых нет, видимо, не выживают. Опыляется все ветром.
Что же вы, штурман? Действуйте, считайте это выходным, у нас еще четыре часа – потом меня хватятся, потому что поверить в то, что из тридцати шести часов я шесть потрачу на сон – в это и я сам уже не верю, не то что остальные. Как еще Анзор меня не убил? Ничего, сегодня будет шанс, но лицо Неро, сияние его взгляда оправдывает любые последующие происшествия. И зря он думает, что я бы мог полететь сам. В одиночку, без необходимости общаться с кем-то – уснул бы. Если не за панелью, разбив шаттл, то здесь, на траве – точно. А вот так – и нервы на пределе, и положенные записи по геодезии, и еще натащим чего-то. Интересного. И главное – вы, штурман, тоже живете. Это – главное.

[NIC]Интар Джар`ра[/NIC] [STA]Первый после бога[/STA]
[AVA]http://s8.uploads.ru/dscq0.jpg[/AVA]

Отредактировано Кел Мартон (04-06-2019 22:02:39)

+3

12

Я уже многих не помню,
С кем я когда-либо был,
С кем я напился бессонниц,
На перекрестках судьбы.
Мне уже с многими скучно,
Успел от многих устать,
Мне в одиночестве лучше,
Легче и проще мечтать.
Многое не повторится,
Многое будет не так,
Вот мне и стало за тридцать –
Самое время мечтать.

Мне не прожить двадцать лет, капитан, – Неро только ещё раз мягко, затаённно как-то улыбнулся, не оборачиваясь, и не сказал этого вслух. Нет, вовсе не потому, что боялся голосом выдать горечь – не было её, просто зачем озвучивать очевидное? В конце концов, совесть надо иметь, он и так невероятный счастливец, он, в отличие от многих людей, куда более достойных, дожил до этого дня, вопреки всему. – Каждый, кто до него дожил – счастливец, верно, Интар?.. – вслушиваясь в пояснения умницы-джаффы (все они солдафоны поголовно, да-да!), навигатор между делом думал, что и мир Фреи, такой восхитительно юный, получается, ждал именно их с самого начала вечности, а планета, словно готовая к радостному оплодотворению яйцеклетка, приняла чуждый биологический материал с залётного корабля, чтобы зачать и родить нечто новое, небывалое и все-таки непредсказуемое, при всей мощи квиринальских ИИ. Это мир уже никогда не станет таким, каким был бы без них, но и потомки тех, кто останется здесь, уже не будут просто людьми, просто вулканцами, просто джаффа, просто нлианцами и бетазоидами. И дело не в запланированных рекомбинациях генов, потом ещё и сама Фрея изменит их, переплавит, сделает частью себя. 
Капитан думает об этом будущем – может себе позволить. Не только делать, но и планировать надолго, даже мечтать… для других? Или и для себя всё-таки тоже? – Неро удержался и не покосился на спутника, хотя узнать вдруг захотелось до зуда. 
Да не стоит благодарности, – в мимолётной улыбке Дини, не глядя, взявшего фазер с ладони Джарра, и так же не глядя сунувшего его между бедром и колясочным подлокотником, чтобы не отрываться от посадки, к пониманию прибавилась ирония – тоже мягкая. – Играйтесь на здоровье. Будьте Чингачгуком, а я уж тогда в амплуа Длинного Карабина въеду… всеми колёсами.
Но прежде чем они, колёса, все четыре, упористо встали на новую землю под новым небом, Неро успел ещё раз почувствовать себя… писцом, что ли, знатным, в паланкине?.. – на фараона-то он явно не тянул. Приятное, между прочим, ощущение, кто б мог подумать, смущающее, но приятное.
Новому ветру, бесстыдно горячему, как из фена, понравилось трепать канонично отросшие пряди новых робинзонов. Уследить старательно скользящим взглядом за всем, что называл и показывал Интар, не получалось – «всего» было слишком много, внимание рассеивалось, выхватывая необычные формы и яркие краски.
А забавно вообще – здесь названия новых чуд и юд сливанием двух уже существующих слов образуются, это естественно, как и то, что называют по принципу сходства с уже известными зверьми – крылящерки, тигроги, медвельвы, бронебараны, – мысль оборвалась, когда глаза навигатора наткнулись на ту самую птицу-колобка, похожую на серебристую игрушку-головоломку.
Ну зачем же стрелять в такое… – пробормотал Неро, следя за ее кувыркающимся полётом. – Мальчишек замечательных у вас теперь больше станет, да и девочек – наших детей, кажется, собираются тут оставить, вместе с семьями. Оно и правильно, им тут лучше.
На крылящерках, действительно, не грех было и взрослому зависнуть, глядя на эдакое диво (где райские птички, а где райские ящерки!). Какие пируэты выделывали эти пушистые прожорливые лапочки над и под кустами – это же песня просто. Штурман с трудом оторвался от зрелища, кивнул капитану: понял, мол, цели ясны, задачи определены – за работу и не фиг рассиживаться. Фрукты, тем более, здешние фрукты – продукт скоропортящийся, значит, снять коляску с тормоза, сдать назад, заложить вираж с разворотом, подпрыгнуть на подвернувшейся под колесо кочке, нагнуться вбок, подхватывая с травы одну из корзин, и по пути к кустам устроить её на коленях… не соскользнула бы. Матушка и бабушка, когда собирали ягоды в домашнем саду, привязывали кастрюльки за ручки поясами прямо к животу. Смотрелось комично, зато придерживать не надо, обе руки свободны.
Интар, а веревки не найдется? – притормаживая и разворачиваясь всё же, не доехав до первой пышной куртинки, спросил Дини негромко. – Мне бы обрезок какой, метров полутора за глаза хватит.
[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA] [AVA]http://s9.uploads.ru/muyWx.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (06-06-2019 05:00:40)

+5

13

Лучше… Лучшее, Неро, враг хорошего. Решать за кого-то, что для него лучше – изначально дело неблагодарное и опасное, как для того, за кого решили, так и для того, кто принял на себя подобную обязанность.
Но об этом не расскажешь, это давно задвинуто в глубину души, в такую темноту, что и сам боишься заглянуть. Туда же, где большая часть воспоминаний, где усталость, которая уже не проходит. Где то, в чем боишься признаться самому себе – извечная тоска по полноте ощущений. Не заменить препаратом, не принять как должное – все равно. То ли рабская психология, за которую ненавидишь себя до желания оборвать это раз и навсегда, то ли… желание существа. созданного для симбиотических отношений. Естественное с точки зрения биологии. Позорное признание для джаффа. О таком не говорят с теми, кто мог бы понять. О таком не говорят тем, кто понять не способен. И с легким удивлением во взгляде смотришь на комиссию по симбиозу триллов, после того как сопровождал туда особо важного пассажира. Смотришь, выслушивая, что предложена невероятная честь, коей удостаивались лишь несколько инопланетных гостей – симбиоз с триллом. И что невероятно еще и то, что это высказано не одним триллом – такого не было, невозможно, и посему… Едва не случился дипломатический скандал. поскольку командование приказало соглашаться, сам Интар, изменив привычной сдержанности, подал рапорт об уходе. Спасли медики, явившись с результатами анализов – триллы не могли обеспечить иммунную систему, а препарат был бы для них губительным.
Джар’ра встряхнул головой, словно сбрасывая воспоминания, морок задумчивости и сонливость.
Веревка сейчас будет, – а сейчас самое сложное. Отвлечься от внимательного анализа окружающей среды, не присматривать даже две минуты за штурманом – и влезть обратно в шаттл. Меньше двух минут – и появиться с бухтой веревки, на глаз отхватив ножом те самые полтора метра, протянуть их Дини и…
И быстро, почти молниеносно прыгнуть к балестре, схватить ее и выстрелить так, что копье, просвистев в пяти сантиметрах над макушкой штурмана, впаялось ровно в не закрытый щитками загривок неосторожно полезшего в кусты бронебарана.
Неро, вы шашлык ведь любите? Попросим мистера Сахима замариновать вот его, а не нас лекциями о небезопасности подобных вылазок. И доктора Боунса угостим. Наверное, ваш навигатор бы сейчас процитировал Горина «Коли доктор сыт, так и больному легче».
Интар направился к туше, взвалил ее на плечо и отнес в шаттл, стараясь мельком осматривать окрестности. Не ходят они поодиночке, а за стадом мог и тигрог увязаться. На равнину – не больше одного вылезают, но это как раз будет шанс влипнуть в приключения, как вот та крылящерка кораллово-белого цвета в созревший плод, напоминающий черную хурму. Разве что размером с мелкий арбуз.
Вот и что с тобой делать? – он вытащил пернатое существо, сунул в самую большую из корзин, отправляя туда кусок фрукта. – Первая есть, остальные за вами. А я еще немного осмотрюсь.

[NIC]Интар Джар`ра[/NIC] [STA]Первый после бога[/STA]
[AVA]http://s8.uploads.ru/dscq0.jpg[/AVA]

+6

14

В принципе-то, конечно, можно было и без веревки обойтись, привязать корзину тем страховочным ремнём, что удерживал самого штурмана в коляске, но…. если он выпадет из кресла, независимо от того, по какой причине, это без вариантов будет хуже, чем рассыпанные фрукты и опрокинутая плетёнка из местного камыша… Вот и народные, вроде бы, если не утерянные, то крепко забытые промыслы в ход пошли, по появившейся надобности, надо же. Не диво, что, как начнут появляться младенцы – станет модным иметь такую вот, плетёную люльку на манер индейских. Репликаторы репликаторами, но корзина же, вон, ручной работы. Да и вообще – хендмейд завсегда ценнее. – Неро усмехнулся, ещё поправил тару на коленях, щурясь – жирная зелень листвы сплошных кустов бликовала нещадно, дробя картинку в сплошное месиво зыбких маскировочных пятен, на фоне которых ещё и крылящерки метались и толклись яркими цветовыми сполохами.
Да тут и с пяти шагов никакой опасности не заметишь!.. – мысль опоздала, пришла вместе с окатившим загривок ознобом, уже после того, как над головой коротко и хищно свистнуло, а впереди затрещало, ломая упитанной бронированной тушей сплошную стену переплетённых ветвей.
Однако… – хрипло выдавил Дини, не отрывая заворожённого взгляда от подрагивающего наконечника дотика, вонзившегося в щёлку между пластин и гаснущего, стекленеющего жёлтого глаза безобидного, но опасно-крупного животного. – Стоптал бы ведь… – навигатор не без усилия разжал пальцы на рукоятке фазера, переложил его прямо на дно поднятой корзины – так ближе хватать – и пояснил джаффе уже спокойным тоном, хотя внутри еще мерзко холодело: –  Ага, а я не Горина, я жизнь процитирую. Мой папенька, знаете ли, так-то стандартом владеет неплохо, но иногда у него вырываются такие… словечки. Сосед наш как-то спьяну на него чуть не наехал на байке своём. Отец и выдал ему… ну, кроме мата, что, мол, ты, морда свинячья, меня чуть не стоптал на драндулете своём. Мне лет шестнадцать было, я над этим глаголом сутки смеялся… и запомнил.
Мда. И чего я в ксенолингвисты не пошёл? – в бессчётный раз подивился Дини. – При такой-то любви к слову…
Он пронаблюдал за погрузкой будущего шашлыка на капитанское плечо, и почти равнодушно повёл своим:
Да нас всё равно замаринуют в упрёках, примите это, как неизбежное. Лишь бы после этого не упекли в медблок для профилактики. И, кстати… отдадите мне дротик на память?
С памятными вещицами у Дини вообще как-то не задалось по жизни. Осколки когда-то прекрасных строений, да искорёженные обломки военной техники – скверные сувениры. Однажды, на Апеллесе, он до рвоты насмотрелся на ужасающие последствия прилета их корабля, и с тех пор предпочитал думать об этих живых шарах только как об абстрактных ориентирах, вроде буйков, перед которыми выстраивались шеренги противостоящих флотов, однако не мог забыть, что позади этих армад – почти всегда чей-то огромный и любимый дом.
Втайне штурман надеялся на то, что освобожденные или завоёванные с его участием планеты ожили, похорошели, отстроились вновь. Но вернуться и самому посмотреть – так ли это, не довелось. Он ведь совсем было собирался уволиться из Звёздного флота, да после Хилона события хаотично закрутили всех, кто хоть как-то к ним относился. А когда он, после всех госпиталей и лечебниц выполз из страшной депрессии, то сам не ожидал, что пробуждённое желание вернуться на знакомое, своё место за пультом в этих «летающих консервных банках» будет таким страстным. Неро после выхода в запас мог поселиться на любой из планет Федерации. Или просто, по заведенной земляками традиции, вернулся бы на Кору… нет, вот это абсолютно исключено.
Да, попалась, коготок увяз – всей птичке пропасть, – косясь на прилипшего к сладкой мякоти пушистого мини-дракончика и одновременно обеими руками сноровисто срывая с ветки налитые, плотные плоды, до смешного похожие формой на бабушкины плюшки, но карминно-красные, штурман пообещал: – Сейчас вот корзину наберу, и сделаю из нее силок. Примитивный, но должно сработать, зверь… то есть птиц тут непуганный. Тем более и веревка теперь есть.   
[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA] [AVA]http://s9.uploads.ru/muyWx.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (07-06-2019 18:48:02)

+4

15

Ламатьявэ, – как легким ветерком от полузабытых уже бумажных страниц. Эти книги казалось кощунством читать с падда, для них была придумана тень еще оставшихся библиотек, полумрак… А еще лучше – тонкое и чуть колючее курсантское одеяло, надвинутое на голову, фонарик, зажатый подбородком – и сонный голос Локли с растяжечкой «Интаааар, ты снова? Спать ложись». – А знаете, Неро, ведь действительно в этом слове куда больше силы и звучности, чем в официальной норме. Вливается в жизнь правильнее.
Джар’ра вытащил дротик и протянул его штурману. Сувенир… Сколько их еще будет в вашей жизни, Неро Дини? Если повезет – сегодня ограничимся только этим. Если же нет… У вас будет меховое одеяло, штурман. Все равно будет, вам положено, только придется хотя бы дня два подождать.
А пока наполнять третью корзину: одна у штурмана, во второй дракончик – причем уже спать залег. Удивительная у этих созданий адаптационность – почти как у хомячков - где еда есть и гнездо закрытое – там и дом. Интересно, а где они в дикой природе обитают? Как-то до этого не было возможности проследить, вычислить жизненный цикл. В неволе ведь не то будет. Вот и задание на следующие вылазки.
Непуганные. Редко кто выбирается, чтобы охотиться. Отчасти потому, что дел хватает, а отчасти… Кто ж им разрешит так рисковать без охраны, а СБ у нас поголовно заняты.
Ты сам понял, что сказал? Признался, что тебе закон не писан, что сам же нарушаешь свои приказы. Хотя формально оставил для них жирную лазейку «разрешение на полет брать у вышестоящего руководства и лично командующего колонией». Тебе – разве что зеркало на потолок подвесить. И спрашивать. Красиво получится.
А Неро времени не теряет, увлекся, уже пятым сортом местной флоры забивает корзину, в то время как ты, внимательный, и трети не набрал.
Интару почему-то казалось, что не может быть все так спокойно. Нервное напряжение? Сегодня же постарается быстрее справиться с приказами и разнарядкой – и выделить время на кел’но’рим.
Даже вежливой беседы не получается. Действительно, не говорить же как с пассажирами элитного состава: о природе, погоде, здоровье и о том, нравится ли им обстановка на «Квиринале», есть ли замечания и пожелания к улучшению сервиса.
Я часто думаю о первых космонавтах «дальних» рейсов. О тех, кого встречали ближайшие к Земле звезды и планеты. Холодные, без жизни, враждебные, чужие и ощетинившиеся голыми зубастыми скелетами гор, обрывов, ядовитыми газами чуждых атмосфер. О том, как они мечтали, что найдут новую планету, где могут пробежать по траве, вдохнуть воздух без скафандра, напиться воды прямо из ладоней. И не бояться ни яда, ни вирусов, ни удушья. А находили только то, что даже пустыней не назовешь. И мы – давно узнавшие, что жизнь – враждебная, назойливая, рвущая на части и пытающаяся подавить, но все же жизнь – есть в космосе. Жалко, не назовешь разумной. Неро, смотрите! – он прервался и осторожно прикоснувшись к плечу штурмана, указал ладонью на море.
Из воды, довольно далеко от берега, поднималось нечто, напоминающее сноп широких разноцветных лент или тонких лепестков. Они шевелились, то сходились к центру, то расходились, то вздымались вверх и снова опускались. Окажись они сейчас бы здесь, ширина каждого была бы с метр, а длина…
Мне нужен глубоководный скафандр, – задумчиво произнес Интар. – Как думаете, реально один из космических переделать?

[NIC]Интар Джар`ра[/NIC] [STA]Первый после бога[/STA]
[AVA]http://s8.uploads.ru/dscq0.jpg[/AVA]

Отредактировано Кел Мартон (08-06-2019 18:39:23)

+4

16

В слове «стоптал»-то? – на всякий случай уточнил Неро с лукавой улыбкой, споро обирая «плюшки-витушки» с ближней ветки. – Конечно, «задавил» звучит менее экспрессивно и грозно. А тут прям боевой слон такой рисуется. Папа мой иногда тот ещё словотворец… – он умолк ненадолго, качнув головой.
Отец штурмана, Коррадо Чезаре Дини, в молодости тоже был мобилизован в связи с очередной великой войной. Семь лет, без единой царапины, он оттрубил техником на корабле Звёздного флота, и досыта нахлебавшись нерадостных приключений, решил, что нечего искать добра от добра. Трусом он не был, а был ли героем?.. Об этом отец никогда не рассказывал. Вернувшись на планету, лучше которой, теперь он точно знал, нет на свете, Коррадо Дини сдержал данный себе зарок, счастливо женился на однокласснице, устроился на местный консервный заводик и зажил тихой семейной жизнью. Родной городок он покидал лишь в случае крайней необходимости, и то со страшным скрипом.
Мать Неро работала учительницей математики в школе, и своего старшего сына обязалась научить этому предмету образцовым манером. Сын не возражал – мать была строгой, но прекрасной учительницей. Он любил и мать, и математику. Любил школу, которая для него с самого раннего детства стала чем-то вроде дополнительного флигеля родного жилища, знакомого до последней щёлки в стенах. Любил стоящий через дорогу старинный дом деда и бабки, куда малышом отправлялся прямо с утра, ещё не одевшись, когда родители уходили на работу – вылезал из окна в свежий зелёный садик, перекинув майку и штанишки через плечо, и босиком топал под бабушкино крылышко – завтракать.
То есть, мы с вами, получается, в самоволке? – отвлекаясь от почти-ностальгии, хмыкнул Дини без особого удивления, снова лишь уточняя. Про себя-то он точно мог такое сказать, но, выходит, вправду, и мистер Джар`ра отрывается сейчас.
О, вот ещё один правильный глагол – «отрывается». Чтобы не сорваться?.. – навигатор отпустил спружинившую вверх ветку, держа в пальцах сразу три плода и роняя их в корзину. Черешки у карминных, с плотной гладкой кожицей «плюшек» по большей части обламывались легко, у самой «попки», чуть ли не сами отскакивали с задорным чпоканьем – признак спелости несомненный, а пахло из корзины так, что голову вело – умопомрачительно, ни на что не похоже, сладко и пряно. Удивительно ли, что парочку особо голодных крылящерок – канареечно-жёлтого с синим и лилового с алым разводами – пришлось отгонять рукой, как назойливых мух? И то успели верхний из горки фрукт стащить, тварюшки, в полёте с совершенно птичьим писком вырывая его друг у друга, уронили, поймали у самой земли, перекувыркиваясь, пока Неро переезжал к следующему кусту с кислотно-зелёными… боже, как это и назвать-то… блямбами, разве что. Одну из первых штурман разломил, не удержался, она всё равно треснула, переспев. Ну как было не вкусить, что называется. Мякоть оказалась розовой и сахаристой, не арбуз, а... м-да, намного слаще арбуза, и сок не такой водянистый, пришлось вытирать подбородок, придерживая корзину и отмахиваясь от голубенького пушистого дракончика, не только яркого, но и писклявого, как игрушка для младенцев. Разумеется, в этот-то куст Дини сперва всматривался во все глаза, и в следующий – с пузатенькими оранжевыми «бутыльками» – тоже, однако ничего потенциально опасного вроде бы не обнаруживалось, видимо, заблудший бронебарашек был один… за всех расплатился, в общем, агнец. Аминь.
Так, – пользуясь секундами разворота коляски Неро чуть встряхнул корзину за правую ручку, чтоб улеглись фрукты, разравнял их еще и рукой, но всё равно места осталось мало, – видимо, последний куст обобрать, вот этот вот, с перистой листвой и той самой х…хурмой чёрной, в которую влип уже пойманный крылатый пуховичок – и всё. Здоровущие такие х…хурмовины, не больше трёх войдет, но и то будет совсем с верхом, с горкой, более чем.             
Эти коротенькие мыслишки на коротеньком пути к новой куртине совершенно не мешали ему слушать Интара. Штурман вообще любил и умел слушать собеседников, особенно собеседников умных. И еще чуть помолчав – как раз пока срывал с колючей ветки твёрдый по сравнению с остальными фрукт, ответил раздумчиво, слишком аккуратно укладывая его между «блямб» и ребристых, как паприка, «бутыльков», и не поднимая глаз:
А я вот даже не могу себя представить на их месте – каково это, узнавать раз за разом, что Земля одна, уникальна-единственна на всю вселенную, что космос холоден, и жизни в нём больше нет нигде. Это… очень страшно. Тоскливо. Безысходно. – Дини повёл плечом: на миг стало зябко, в такой-то жаре. – Совершенно иное мышление у тех, кто вырос, как мы, в эпоху освоенного космоса, обжитого даже. Я ведь с планеты, которая как раз опровержение тому, знаете?.. Моя родина – будто награда за такое неуёмное, отчаянное стремление всё-таки найти обетованную землю.
Неро повезло – он родился и вырос на Коре. Вспоминать о ней всегда приятно… Она невероятно похожа на старушку-Землю. Во всяком случае, в том уверяли остальных немногие местные жители, что бывали на прародительнице человечества. Но Кора не была старушкой, о нет! В соответствии со своим именем она, скорее – планета-девушка, совсем юная и невинная. Её молодой мир тоже выглядел ещё не окончательно созревшим, но уже готовым для счастья, как полураскрытый бутон. Поэтому и первые колонисты, и высшие власти двести лет назад в удивительном согласии решили оставить Кору тем, чем она и была на самом деле – уютным уголком, предназначенным для мирных трудов и столь же мирного отдыха, тихим и зелёным запасным аэродромом на случай всяческого «если что».
А? – всё-таки даже художественно уложивший фрукты штурман поднял от них взгляд от прикосновения капитана к плечу и тоже посмотрел в указанном направлении. Хорошо, что корзина держалась на коленях, уже и тяжестью своей, а то бы, застигнутый в полуобороте зрелищем водной… над-водной, точнее, радужной феерии, Неро бы точно её уронил. – Господи, что это? Актиния, медуза, кракен? Ни на что же не похоже…
Вернее, похоже-то было – на нарезанные ленты цветной бумаги у кондиционера, но что у этой (живой!) огромной штуки под водой…
Не зна-а-аю, – зачарованно пробормотал Дини, с трудом переводя взгляд на джаффу. – При всём уважении, тут скафандра мало, берите шаттл и переделывайте в мини-субмарину – так надежнее. Да и погрузиться глубже можно.
В безветренной паузе, полной горячего, давящего солнечного света, несколько секунд слышался только мелодичный писк крылящерок. Наверное, не будь этой демонстрации миром Фреи своей необычности – на синем шёлке моря, Неро не спросил бы тихо и явно сомневаясь, стоит ли вообще это говорить:
Интар, вы ведь не… устали настолько, что бросаетесь в любую авантюру, сломя голову?..
А сам-то, сам!.. – вздохнула где-то за плечом навигаторова совесть, и мистер Дини почувствовал, как горячо стало щекам. Нет, вовсе не от щедрого экваториального ультрафиолета. – Уж кто бы упрекал.
[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA] [AVA]http://s9.uploads.ru/muyWx.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (09-06-2019 02:16:46)

+3

17

Все прошло как сон! А в настоящем –
Смутное предчувствие беды,
Вместо славы – тяжкие труды
И под вечер – призраком горящим,
Злобно ждущим и жестоко мстящим –
Солнце в бездне огненной воды
.

Да, мы с вами в самоволке, штурман, в роскошной самоволке на краю Ойкумены. Вот и морские чудища, оберегающие этот самый край, повылезали. Все как на картах Колумба, Магеллана и прочих.
В этих прежних картах столько лжи,
А шутить не должно с океаном
Даже самым смелым капитанам.

Как можно было пропустить то, что море – колыбель жизни – будет стабильнее суши? Нет, такое мог только джаффа. И на Земле песок прародины, и на вновь обжитых планетах Триады народа – тоже из зелени только искусственно высаженные. И моря – редкое явление, подземные – да.
Субмарину… Возможно, нельзя же быть настолько эгоистичным, не мне одному захочется посмотреть. Но и скафандр нужен. Биологов я в скафандрах не пущу, но мне он нужен, – и снова оглянуться на сильный шорох. Хорошо, что не тигрог. Птицы-колобки решили начать более тесные взаимоотношения и один катался вокруг другой.
Мелькнула мысль о том, как же они смогут, но вопрос штурмана прервал ее. Неожиданный, предельно тактичный и… Интар знал – скорее, чувствовал, что это – не чье-то поручение «выяснить и доложить», это внутренняя потребность, появившаяся потому, что слишком многое находило отклик, а еще большее…
Легко, как легко было приглашать к себе Неро Дини, штурмана «Стража», астронавта, которому требуется больше, чем может дать космический корабль, потерявшийся в аномалиях, завихрениях и складках пространства. Легко – ровно до того момента, когда посмотрел в глаза и понял если не все, то многое. В каждом из людей – и не только людей – живет Вселенная. И разница, пожалуй, только в точке отсчета. Для штурмана, как и для самого Интара, ею был космос. Тот, вернуться в который им не дано.
Джаффа не устают, – вулканцы не нервничают, клингоны не моются, ИИ не восстают против команды корабля, а сенсоры способны обнаружить любую аномалию. – Простите, Неро, но иногда это утверждение мне кажется ложью. Во всяком случае, я еще нужен колонии. А значит, не имею права на подобную усталость. Даже если она и есть, что неудивительно.
Вы поймете, штурман. Поймете, потому что тоже устаете. Не от прогулок и не от впечатлений. От мыслей о том, что сейчас думают наши СМО, какими словами они вспоминают нас с вами и что из этого арсенала приберегут для задушевной – от слова «задушить» – встречи. Так и вижу чуть приподнятые брови Анзора и его затаенное желание сменить мне форму выдачи препарата. С таблеток – на уколы, причем не гипо, а древним шприцом. На «Квиринале» был один, шприц Жанэ. Висел в медотсеке на стенке.
Так что, ловим крылящерок?

[NIC]Интар Джар`ра[/NIC] [STA]Первый после бога[/STA]
[AVA]http://s8.uploads.ru/dscq0.jpg[/AVA]

Отредактировано Кел Мартон (09-06-2019 16:53:08)

+3

18

Мы в такие шагали дали, что не очень-то и дойдешь.
Мы в засаде годами ждали, невзирая на снег и дождь.
Мы в воде ледяной не плачем, и в огне почти не горим –
Мы охотники за удачей, птицей цвета ультрамарин.

Да-да, джаффа не устают, – тонко улыбнулся навигатор, ещё не поднимая глаз, попробовал переложить к краю плетёнки слишком крупную зелёную «блямбу» – слопать её, что ли, такую неоткалиброванную, раз она даже так рядом с фазером не влезает, чтоб корзиночной гармонии не портила? – А вулканцы не нервничают, а корианцы – беспечные гуляки. А навигаторы всегда знают, где находятся, и как вернуться, если не той же дорогой, то в обход, как нормальные герои.
Только теперь Дини посмотрел на Интара. Внимательно, пристально даже, со сдержанным интересом – и именно от вдумчивости этого взгляда над переносицей штурмана нарисовались две тонкие вертикальные морщинки.   
Это не то чтобы ложь, – тщательно подбирая каждое слово, Неро всё всматривался в колоритно-смуглое, очень уместное в этом солнечном мареве лицо капитана, а ныне – коменданта. – Это скорее банальность, выхолощенная ради… иллюзии спокойствия. Их, таких, много, и даже опровергать их, в общем-то, бессмысленно. Пустая трата времени.
Конечно, вы устали, капитан. Ответственность за две почти тысячи душ, с нацеленностью на то, что эти две тысячи превратятся лет через …сот в двадцать и двести – да я врагу такого не пожелаю. Вот почему я никогда не мечтал о капитанском кресле – мне и штурманского в этом плане за глаза, – ветер опять трепал курчавую тёмную прядь мистера Джар`ра, и навигатор смотрел на неё так же зачарованно, как давеча на «ленты» над морем. – Не удивлюсь, если вы за всю планету уже себя ответственным чувствуете… вернее, удивлюсь, если это не так. Я бы точно чувствовал… да, собственно, все эти геофизические изыскания разве не о том говорят? Но вы же по-другому не можете, да и не хотите. Я тоже не могу и не хочу, иначе сидел бы на солнышке не здесь.

…Смотреть на бирюзовые искрящиеся волны не надоедает. Перед смертью не надышишься, но всё равно нужно налюбоваться морем впрок, послезавтра опять возвращаться в клинику… – Неро зябко передёргивает, несмотря на пекущее солнце: – Ни за что больше не соглашусь на «Атайю»! Пусть сами господа врачи лежат полгода в полугробу!.. А, забыл прихватить падд, но гонять отлучившегося по делам Томми лишний раз за чтивом не стоит. Ладно, можно просто посидеть, откинувшись на опущенную спинку коляски, ни о чём не думая. На вольном воздухе такой фокус подчас удаётся. Не потому ли, что вокруг нет стен, чтобы сладострастно постучаться в них лбом?
На благонравной Латоне с бывшим штурманом обращаются сверхбережно. «Как с драгоценной хрустальной вазой» – лебезя, говорит, нанося редкие визиты вежливости, тучный попечитель пансиона. Правда, эта боязливая осторожность больше смахивает на опасение, понятное при обращении с хрупкой ампулой, содержащей смертельную отраву: не приведи бог, разобьёшь да разольёшь. Неро чувствует – такое сравнение вернее. Со скандалом он отбрыкался от круглосуточной сиделки, но уж андроида для ухода к нему приставили. «Компаньон», «помощник» – так это теперь называется. Правильно, что за ним постоянно присматривают, неназойливо, но ощутимо, на это нельзя обижаться. Дини выторговывает право ездить в крошечный соседний городок с громким именем Пелла на побережье, но пользуется им считанные разы, ведь делать там нечего. Он мало общается даже с соседями по пансиону, и не только из-за своей нелюдимости. Не столько из-за неё… но и это не обида – ему здесь не жить, ему тут, скорее всего, умирать. Так что, чем меньше знакомств и связей, тем проще. К едрене фене всю «социальную реабилитацию»!.. Время, когда отпускают из Гейдельберга, лучше проводить одному в своей комнате, в парке пансиона, иногда – на небольшом пляже.
Добрейшая Латона почти не знает плохой погоды, но нынче голубое небо побледнело необычайно. Пожалуй, свет для позднего утра странно рассеян, он смягчает резковатую белизну мелкого прибрежного песка. Бывший космонавигатор гуляет, вспоминая хохму – «Если хочешь узнать нрав и статус человека, спроси, что означает для него выражение «пойти погулять». Ну, для него-то этот речевой оборот давно имеет самое непорочное, прямо детское значение – всего лишь «находиться не в помещении». Все остальные отпали из-за неосуществимости.
На уединённом пляже лениво и пусто. После утренней бирюзовой «пуговки» в браслете пока ничего не болит. Солнце ласково гладит по макушке, летний полдень обхватывает обнаженные голени и колени, плечи и запястья сухими, приятно горячими руками, но с моря налетает нежный ветер, и жара не утомляет. Уже с полчаса одетый только в синие трусики темноволосый мальчик лет трёх-четырёх, крепенький и очень загорелый, строит большой песочный замок. Матово сверкая, волночки, потратившие все силёнки на разбег, поблёскивая нежной пеной, по-щенячьи подкрадываются к босым пяткам малыша – лизнуть, пощекотать. Мальчик сидит на коленях, серьёзно сыплет сверху полные пригоршни сыроватого песка, наращивая башню за башней, легонько прибивает их синей пластмассовой лопаточкой и старательно оглаживает ладошками. Отрывается он от целиком поглотившего его занятия лишь затем, чтобы задумчиво взглянуть на Неро, да откусить от огромного румяного персика, сдувая с сочной мякоти налипшие песчинки.
Клонит в некрепкий сон, который рвётся легко, как осенняя паутинка, от резких звуков. Вдоль берега с пронзительными стонами летают весьма раскормленные чайки; дядюшка Жан побывал и здесь. Говорят, именно тут, на Латоне, в соседнем городишке Анемон, он доживает свои дни, дни подслеповатой и зябкой старости. Легендарный птицелюб, а в прошлом – не менее легендарный капитан Жан Деверо, потерявший семью и посвятивший после этой драмы жизнь разведению прекрасных, голосистых, свободных существ. К сожалению, чудеса библейских времен не спешили повторяться, и не нашлось благодарных воронов, чтоб приносить ему пищу, как пророку Илие. Потому седой скиталец живёт теперь неподалеку в госпитальерском убежище бродяг без роду и племени.
С этим человеком Неро встречался лишь единожды, еще подростком. Дядюшка Жан тогда, отходя от дел, ненадолго прилетел на Кору, проведать напоследок – прижились ли на ней его многочисленные пернатые питомцы, благоденствуют ли они? Впоследствии необычную встречу Дини приходится припоминать часто…

Неро смигнул плывущие ядовито-фиолетовые с зеленью загогулины от яркого солнца, сглотнул – попить бы, или вот фрукт! – и совсем вернулся из воспоминаний, разламывая-таки нестандартную «блямбу»: 
Да, но я-то спросил не о том, устал ли капитан Джар`ра вообще, а о том, устал ли он настолько, что…
Да я тоже надеюсь, что нужен своему кораблю, однако... Все три года после «Ётуна», – пробормотал он негромко, не спеша взять губами одуряюще ароматную мякоть, хотя оранжевый липкий сок стрекал по пальцам, – психиатры искали у меня суицидальные мотивы, что смешило и злило, признаюсь. А вот сейчас я… – на запах, не иначе, подлетел дракончик – вертлявый, мелкий, и, кажется, уже виденный – синий, оттенка «электрик», и завис неподалеку, словно колибри, трепеща крылышками, – ...сейчас я задумался: а так ли они были неправы – я же здесь, с вами.
Неро снова посмотрел на джаффу – почти напряжённо.
Если бы я думал о вас хуже, капитан, спросил бы – не взяли ли вы меня сюда в качестве дополнительного экстрима. Но я о вас так скверно не думаю, потому что слишком мы одинаковые.
Да, ловим, конечно,– наконец улыбнулся Дини, откусил мякоть, похожую на слегка волокнистое желе, и облизнувшись, спросил: – Только фрукты куда ссыпать? Или ещё корзина есть? Тогда из неё сделаем силок, второй трофей, если он будет, посадим к первому, авось не передерутся, а я ещё кусты пообираю, а то как-то маловато будет, – он легонько тряхнул за ручку плетёнку на коленях. – Но эту возьмите, ладно? – штурман куснул от блямбы ещё, хмыкнул: – А вот интересно, эти дракошки когда-то эволюционируют в птиц, или это уже конечная форма и полностью сформированный биологический вид?
Не пожадничав, Неро кинул шкурку в сторону синенького-оголодавшего, с радостным урканьем схватившего ее на лету, и, простецки вытирая скользкие и сладкие от сока пальцы о штанину у колена, спросил легко, как у старого приятеля:
Интар, меня ведь тоже здесь оставят? А оно вам надо? «Смерть в раю» – это для детектива название классное, а в жизни – так себе перспектива. И ладно бы только для меня.
[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA] [AVA]http://s9.uploads.ru/muyWx.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (11-06-2019 04:30:40)

+1

19

Знать, как вернуться. Штурман, прокладывать путь можно в неизвестность. Из неизвестности можно только бежать, и вы знаете это едва ли не лучше меня. Много банальностей, стереотипов – для кого-то серость и узость бытия, а кто-то любит жемчужно-серый цвет одежд потому, что белые слишком легко отбелить, а черные – испачкать до предела. А серый – пыль дорог, истертые в кровь ноги.
Отпуска нет на войне… – строчка из древнего стихотворения Земли сорвалась сама. – Суицид? Нет, суицид – это, наверное, когда хочется умереть. А вы, как и я, хотите жить, Неро. Иначе бы не рванули со мной, не спрашивая. И я бы не позвал вас, желая оборвать собственную жизнь – это не самое увлекательное зрелище. Мне просто хотелось разделить с вами это все, потому что вам это понравилось, я же не ошибаюсь?
Вы еще увидите весну на Фрее. Когда похожие на сапфиры шепчущие льдины устают рассказывать друг другу первые сказки этого мира о спустившихся с неба богах с сиянием в руке и волей менять миры в сердце. Когда они понимают, что их миру никогда не стать прежним и не родить что-то свое, исключительное, непохожее. И тогда они плачут. Отзвеневшими переливами темно-синей густой воды, звонкими ударами маленьких льдинок, выдохами юрких рыб – как тысячи колокольчиков вразнобой. Не глупая какофония, а мелодия, в которой нам нет места, песня, в которую мы вносим диссонанс – и в то же время создаем порядок. Мелодия творения, песня, создающая весну – и жизнь.
Жизнь, которая и здесь, на экваторе, так шумит весь год, погибает по два раза в сутки и прорастает так же. Жизнь, над которой восходит иная луна, притягивая к себе волны так, что они нервно бьют крыльями, как птенцы, которые боятся выпорхнуть из гнезда. Вы увидите это, Неро.
Интар задумчиво снял куртку, оставаясь в комбинезоне и футболке, высыпал в нее фрукты из своей корзины, протягивая ее штурману.
Да. Мне надо. Не «оно», мне нужны вы. А смерть равнозначна, что в раю, что в аду, если это вообще возможно. И речь не о том, что вы не нужны на «Страже», поверьте, вы нужны здесь. Не колонии, а Фрее. Я не верю ни во что, кроме космоса и ноосферы, Неро. Не верю в мистику и предопределенность. Не умею быть милосердным, разве что убивая быстро и легко. Но вы нужны здесь. Пока нужны. Как и я – пока нужен. Пройдет лет пять, от силы десять – и все станет слишком налажено, чтобы терпеть настырный взгляд изящности и холода. Я не даю себе больше срока. Вам – могу. Этот мир полон жизни, кто знает, насколько удивительна регенерация растений, способных прорастать сквозь лаву? Кто знает, до чего докопается наш Анзор с его способностью отдавать себя цели, которая недостижима, пока за дело не берется он? И даже если ничего не изменится – «Страж» будет возвращаться. Либо когда найдет дорогу домой, либо потому, что не найдет ее. Обещаю, что если будет совсем невыносимо – я найду способ помочь вам. Но вы нужны мне, Неро. Просто потому, что это – вы. А остальное – не так важно. И не рассказывайте мне о возможностях, будем думать о них потом. А сейчас у нас крылящерки, в перспективе – шашлык и нагоняй от медиков, которые… Как бы я хотел сейчас посмотреть, что творится в колонии!

[NIC]Интар Джар`ра[/NIC] [STA]Первый после бога[/STA]
[AVA]http://s8.uploads.ru/dscq0.jpg[/AVA]

+4

20

После себя
что я оставлю на свете?
Вишни – весне,
лету – голос кукушки
осени – алые клены…

Вы не ошибаетесь, – успев прихватить с остальных, в среднем одного размера блямб фазер и снова пристраивая его у бедра, просто подтвердил Неро, – мне нравится Фрея… особенно здесь. Она как нераспробованная мечта, достигнутая, как у тех первых астронавтов, о которых вы говорили. Мечта, которую можно наконец рассмотреть. 
Оазис, оказавшийся не миражом, вроде бы оправдывающий весь долгий путь в пустыне.   
Всё та же обетованная земля, да-да. – Навигатор чуть прищурился напряжённо, снова наблюдая за бьющейся на ветру темной прядью джаффы, за его лицом. – Вы же знаете, что у меня крестьянские корни, капитан? Они жаждут впиться в эту землю, лучше которой я бы не нашёл для своих детей… будь у меня возможность обзавестись детьми. Да хоть бы и для себя самого – восхитительно новенький, с иголочки, мир сам падает в руки, как спелый плод.
Чего, кажется, ещё надо?
Надо ли чего-то ещё? Может, всё было ради этого рая на краю… да за всяким краем уже.   

– …Нет, нет и нет! Никаких Академий! У меня не десять сыновей, чтобы я пожертвовал старшим! Вспомни, дядя Раньеро сгинул в какой-то проклятой Богом дыре неизвестно за что. Хватит нам потерь! Наша семья отдала все долги!
– Но, папа!..
– Я сказал! – мягкий обычно отец в этом вопросе становился настоящим кремнём, – Поступишь в университет, как нормальный человек, думаю, никаких проблем с этим у тебя не будет. Выбирай нормальную профессию, вон их сколько! Тем более, в Академию ЗФ тебя ни одна медкомиссия не пропустит. И слава Богу!
Если такие, ставшие чем-то вроде ритуала за ужином, и потому изрядно всем надоевшие семейные споры продолжались без малого три года, то семейные сборы юного Дини уместились в три стремительно пролетевших часа. Никто, в общем-то, не успел опомниться, когда он сообщил домашним оглушительное известие о срочном отъезде. Только последние минуты перед проводами, когда чемоданы были уложены, ещё горячие пирожки в дорогу завёрнуты, большие и маленькие, значительные и пустяковые советы даны, только эти минуты, освободившиеся от хлопотливой беготни, когда все четверо расселись на жестких скамейках в холле астропорта, показались тягостными и долгими.
Мать, прижимаясь к Неро, молча гладила его по плечу, изо всех сил стараясь не плакать, отец с подозрительным вниманием в десятый раз перечитывал расписание рейсов, малыш Эльдо болтал голыми загорелыми ногами, смотрел в сторону и хмурился. А у Неро комок застрял в горле – как он оставит их, но скулы сводило от нетерпения, трепета перед неизвестным будущим и желания, чтобы оно поскорее наступило. Он рассеяно отвечал на краткие реплики родителей, не вникая в смысл, но понимая, что сказанное кажется им сейчас важным. Беспорядочно-суетливое передвижение пассажиров вокруг ещё больше подхлёстывало его нетерпение.
Мелодичный женский голос объявил посадку пассажирам рейса Кора-Элладан-Земля.
– Это наш! – поднялся с места отец. Он никогда никуда не опаздывал и другим не давал.
Все встали, задвигались, подхватили невеликий багаж будущего кадета, встрепенулись, заторопились к выходу на посадочную площадку. По взлётным полосам с рёвом выруливали серебрящиеся на послеполуденном солнце пассажирские астролайнеры. Неро присел на корточки перед Эльдиньо, у которого плаксиво перекосилась загорелая мордочка, взял братца за худенькие плечи:
– Не скучай, зайчонок! Я приеду скоро! А завтра позвоню, мы часто будем видеться, – улыбнулся старший брат как можно веселее.
Эльдо хотел улыбнуться в ответ, но вместо этого громко шмыгнул носом, обхватил его за шею и, безутешно хлюпая, заревел.
– Да ты что, Эльдиньо, ну-ка перестань, – старший брат сам чуть не заплакал, и забормотал, гладя давно не стриженый затылок малыша, – Ты теперь за маму с папой отвечаешь. Присматривай тут за ними без меня, чтобы не распускались, ладно?
Мальчик быстро закивал, сопя, всхлипывая и щекоча мокрыми ресницами шею брата. Неро чмокнул его в покрасневший нос и почти оторвал братишку от себя. Распрямился, обнял отца, с нежностью выслушал необязательные наставления, раньше вызвавшие бы раздражение, ответил «конечно» на папины «звони почаще». Поцеловал мать, которая всё-таки заплакала, улыбаясь ему, чтобы не сделать отъезд своего вымахавшего ребенка ещё тяжелее. И побежал к трапу, быстро, будто за ним гнались, боясь передумать, отказаться от намерения открывать новые миры, ждущие его там, вдалеке… 

…Корзина-то, оказывается, весила – ого-го! – то есть её содержимое, конечно, не сама плетёнка. Правда, ощутилось это в полной мере, лишь когда Интар забрал её с колен Неро. Ну всяко больше того веса, с каким навигатору позволялось… хотя бы и сидеть.   
Даже вроде как вытертые, но всё равно сладкие пальцы слипались между собой, что, безусловно, хорошо для вулканского салюта, но не слишком хорошо для мелкой моторики при сборе фруктов. Потому штурман мысленно чертыхнулся, и… ещё раз мысленно чертыхнулся, разворачиваясь на сиденье, чтоб достать из кармана на спинке кресла плоскую одноразовую пластиковую ёмкость с водой. Дыхание сбилось, глаза синие потемнели, а одна бирюзовая «пуговка» в браслете ещё и от этого не самого изящного пируэта наверняка начала терять яркую свою голубизну, но зато, свернув пробку, Дини весьма экономно сполоснул руки – на манер джаффы, которого снова внимательно слушал… хоть и не слишком вежливо так вертеться во время беседы.
Я жить хочу, – мирно до кротости, (уже на манер бронебяшки) подтвердил навигатор, защёлкивая пробку, и пафоса в его тоне и на конец цитаты не накопилось: – чтоб мыслить и стра… нет, вот страдать хотелось бы поменьше. Поэтому именно такое ваше милосердие, – Неро снова взглянул в упор, бесстрашно и устало, – может быть, и пригодится. 
Развивать эту тему не хотелось совсем. Не столько даже потому, что она непрятна сама по себе – в конце концов, привычно неприятна, знакома до самого незначительного аспекта, довода и контр-довода – ничего нового тут и умница-капитан не сказал: надо ждать, наука не стоит на месте, доблестные медики, не покладая рук… и вы непременно доживёте до дня, когда будет найдено средство…
Увы. Я тоже верю только в космос и ноосферу, Интар. Ах, да, ещё в здравый смысл, а он, зараза такая, настырно шепчет, что «непременно доживёте» – это, по большей части, разговоры в пользу бедных. Ложных надежд я уже нахавался по самое не могу, хватит, пожалуй.
Но говорить это ещё раз… унизительно. Не стóит, право. И так кисло до оскомины – всё же действительно оставляют тут, на Фрее, капитан-комендант подтвердил, уж он-то точно знает. И показывать насколько стало кисло и тошно от этого подтверждения – тоже ни-ни. Потому и спрашивать, чем он так занадобился лично Интару Джар`ра, штурман не стал – голос мог выдать, ну уж нет.
В другой раз, когда... когда эмоции спадут, их вообще удавить сейчас надо, ни к чему это, – решил Дини, убирая фляжку на прежнее место. – Потом, всё потом, а сейчас у нас что? – проходящий момент, в принципе, прекрасный, потому что решено всё уже несколько дней назад, а то и недель. Так что… крылящерки.
Палку надо, – держа корзину за ручку сверху, поставленную на попá у себя на колене, скептически её разглядывая, заявил Неро, и сам подивился, насколько деловито и беспечально это прозвучало, – палку попрямее, чтоб корзину вот так подпереть. – Штурман чуть наклонил плетёнку, показывая примерный угол. – К палке верёвку привязать, и дёрнуть, когда зверушка за приманкой под корзину сунется. Учитывая местную непуганность, фокус может и получиться.
[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA] [AVA]http://s9.uploads.ru/muyWx.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (14-06-2019 04:51:36)

+4

21

Оставь меня дома,
Захлопни дверь,
Отключи телефон,
Выключи свет.
С утра есть иллюзии,
Что всё не так уж плохо,
С утра есть сказка
Со счастливым концом.

Ты же не эмпат, Интар. И никогда им не будешь, раса не та, непрошибаемость каменная, ни себе ни людям. Так почему пришлось легко оглядывать местность, следить за малейшим дуновением ветра, пытаться почувствовать едва заметный ритм «дыхания Фреи» – тектонической активности под ногами. Пришлось – чтобы не кинуться заботливо помогать, чтобы не спрашивать о легчайшей тени, незаметно исказившей черты лица. И снова восхититься несгибаемостью воли. «Я знаю, почему ко мне магнитом притягивает неприятности. Это из-за железного характера и стальных нервов». Не о нас ли с вами это, штурман?
Какое оружие я вложил вам в руки? То, что поможет отбиться от назойливой опеки медиков и командования «Стража», заявив, что вы уже вне их юрисдикции и подчинения? Или то, что уже медленно подтачивает ваши силы и жизнь. А ведь вы действительно нужны мне – навигатора с такими данными редко найдешь, а у меня здесь задачка по вашему профилю. И с половиной данных со «Стража» – кто, как не вы, так знает свой корабль. Раз уж связали две ленты в узел, то и развязывать надо, зная, что их там две. Недоумевайте пока что, когда я приду с этими данными – только вы, понимающий, что может случиться что угодно нереальное, не пошлете меня к психологу и не вызовете медслужбу. Потому что вне опыта понимания не будет. Потому что другие специалисты со «Стража» могут решить, что я свихнулся. А мне нужны и наши специалисты, и кто-то из ваших. И я жадно забираю себе лучшего.
Сейчас все будет, – на глаз отмерить крепкую ветку, два удара – на руки брызнул густой вязкий сок, застывающий почти резиной, Интар скатал его в шарик и бросил в небольшой камень, от которого он тут же отскочил рикошетом, снова оказавшись в руке капитана. – Попрыгунчик. Когда-то такие игрушки были популярными. Держите, Неро. Этот – первый, мы и не подозревали, что тут такое есть. Везет вам на новые открытия.
Он отдал мячик, очистил палку от коры – скорее по привычке все доделывать до конца, чем из необходимости – и начал устанавливать силок, иногда оглядываясь на штурмана: так ли, не нарушает ли чего-то. Закончив, Джар’ра сунул под корзинку раздавленный фрукт, отдал Неро конец веревки, а сам, пользуясь возможностью, отнес корзину с фруктами в шаттл, и вернулся, все так же пристально следя за происходящим.
Уже привычка. Даже мысли далеко, а тело само чувствует движение, глаза замечают мельчайшие тени в меняющейся обстановке. Что это – ветер или волны? Почему нервно шевелится трава? Почему упавший переспевший плод слишком звонко лопается – ах да, на камень.  Имя планеты – как намек. Почти скандинавское, почти божественное, почти Гея – мать-Земля. Тезка из «Эдд» забирала себе половину павших в битве воинов – не худших и не лучших, они с Одином делили их пополам. И в то же время – не она.
Клюёт? – так привычно и просто, как будто они на рыбалке.

[NIC]Интар Джар`ра[/NIC] [STA]Первый после бога[/STA]
[AVA]http://s8.uploads.ru/dscq0.jpg[/AVA]

Отредактировано Кел Мартон (13-06-2019 10:19:23)

+5

22

«Будет, сейчас всё будет», – именно так говорил Коррадо Дини нежно любимой жене в ответ на любую просьбу по хозяйству, и тоном именно таким – Неро даже вздрогнул, ещё внимательнее прищурился на капитана, качнул удивлённо головой: будто нечаянные и цепкие воспоминания о детстве и доме начали воплощаться здесь – в словах и делах. Да, и точь в точь, как у мистера Джар`ра сейчас, у отца «всё было». Дини-сын с уважением смотрел на обрубание ветки, потом присвистнул удивлённо – больше даже на рационально использование природных ресурсов, так неожиданно найденных, чем на само их обнаружение.
Настоящий каучук, – понюхав, констатировал он, и, жамкая поданного «попрыгунчика» в ладони, пообещал: – Этот сувенир я маленькому Нэду передарю, ему полезно будет пальцы разрабатывать. Только распишу сперва… – навигатор фыркнул и добавил неизбежное, чеховское: – …под Хохлому. Вот крылящерками и распишу, с позолотой, аха, – он лукаво блеснул глазами ещё и на то, что сам непременно сострогал бы кору, даже не задумываясь, зачем – просто для порядку, чтобы все было идеально.       
Вот ведь странно – планета чужая, чуждая во многом природа вокруг, а джаффа в ней был совершенно своим, вписался идеально, будто именно эта земля со всем тропическим буйством его породила и вырастила, эдакого местного хищника, венец здешнего творения. Двигается бесшумно и мягко, как громадная кошка… чёрный ягуар или леопард, Багир такой… тот же, кстати, тоже сбежал из неволи, помнится.
Но я-то уж точно на Маугли не тяну никак, – усмехнулся Неро, и, даже не опуская ресниц, внезапно очень явственно представил себя со стороны, картинкой, и не мог не улыбнуться, настолько стало забавно: явно искусственная конструкция почти белого с серым кресла на больших колёсах на фоне ярких, размазанных импрессионистски пятен деревьев, кустов, изумительного лазоревого оттенка травы… вот это действительно смотрелось чуждо и нелепо, как безвкусно приляпанная аппликация.
Глядя на то, как капитан с тем же тщанием налаживает примитивнейшую ловушку, Неро сидел на солнышке и ухмылялся этому вполне по-идиотски: как и на Латоне, просто прогулка начисто вымела из головы все проблемы – прошлые и грядущие, серьёзные и пустяковые. Вот где настоящая-то фантастика, если вдуматься: ему ещё, по крайней мере, час полагается, по идее, с тоски помирать от того, что его в этом раю позабудут-позабросят, ненужным-лишним по пещерам оставят слоняться без дела и друзей, а он…
Всё-таки ты и есть ветреный гуляка-корианец, Неро Армандо, – хмыкнул про себя Дини. – Супротив природы не попрёшь, но… ведь, кроме текущего момента, действительно нет ничего.
Он слегка развел руками колени, чтоб, не дай бог, судороги не приключились, сел как можно упористее, кивнул молча, взял поданный конец веревки и намотал его парой витков на кисть, стараясь, чтоб середина поводка провисала, не шелохнувшись в траве, провожая взглядом искоса Интара, который сегодня определенно смену грузчиком отрабатывал – то штурманов с креслами носил, то бронебаранов, а теперь вот фруктов нехилый такой запас. Что ж… джаффа не устают, разве нет?
Опять же, по идее, можно было не морочиться с силком, а просто пострелять из фазера, поставив минимальный режим оглушения. Но лучше не рисковать, не было же никаких гарантий, что и он не убьет таких маленьких и хрупких созданий. Зато прожорливых не по размеру, да-а… – Неро замер, старательно изображая иномировой, но пень, чтобы не спугнуть добычу: прикормленный уже, получается, синенький дракошка, недавно сожравший шкурку, явно решил, что тут неплохо кормят, и, унюхав под стоявшей на боку корзиной спелый (и предусмотрительно нецелый, чтоб сильнее пахло) фрукт, приземлился на траву неподалёку и, неуклюже ковыляя с опорой на сгиб крыльев, подкрадывался к истекающей медовым соком «плюшке». 
Похоже, клюет, – очень ровно отозвался навигатор на вопрос джаффы и красноречиво приложил палец свободной руки к губам: беспечная крылящерка как раз вся усунулась под плетенку, хватая вкусное – и нос там, и хвост... 
В этот-то момент Дини веревочку и дёрнул – сильно так, одним рывком. Палка, привязанная нижним концом, аж сверкнула обтесанной древесиной в траве, но главное – дверца, как положено, закрылась. В смысле накрыла. Раздалось паническое, приглушённое верещание, короткое порханье под корзиной – и тишина-а… только более опасливые сородичи синей недоптицы цвиркали насторожённо.
Хм, а он там живой вообще? – подтягивая верёвку, и наматывая ее на палку, Неро озабоченно нахмурился. – Ну как разрыв сердца случился с испугу?

[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA] [AVA]http://s9.uploads.ru/muyWx.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (14-06-2019 02:47:48)

+3

23

Повышенная цветопередача в атмосфере. Это называлось именно так. Когда небо – удивительно густой синевы, когда море – как разлитая краска, деревья – в невыпаленной солнцем – а ведь вы еще не дали имя звезде, так привычно и зовете «солнцем» – сочности. Интар осторожно выкопал небольшой отросток каучукового куста вместе с комочком почвы, недолго думая вытащил из кармана рабочие перчатки и ткнул растение как в импровизированный горшок.
Чтобы по шаттлу землю не рассыпать. Вы умеете рисовать? Меня хватало только на черчение, и то, едва вытягивал на «удовлетворительно», за меня в Академии чертили друзья. А рисовать вообще не умею. Но краски у нас есть, найдем. И для хохломы, и для гжели, и под Жостку, если надо.
Почему-то вспомнился подарок Локли к первому назначению. Копия акварели Леонова, тихий вечер в корпусе перед отлетом. Больше они не увиделись. Вспомнилось, как наперебой читали стихи  о космосе – то свои, то старые, иногда даже те, авторство которых терялось. Но это врезалось в память… Долгарева… И хотя Интар не любил говорить о богах, но монолог одного из них, обращенный к первому космонавту – запомнил.

Мы с тобой, Юра, потому-то здесь и болтаем
о том, что спрятано у человека внутри.
Никакого секрета у этого, никаких подковерных тайн,
прямо как вернешься – так всем сразу и говори,
что не смерть, а яблонев цвет у человека в дыхании,
что человек – это дух небесный, а не шакалий,
так им и рассказывай, Юра, а про меня не надо.
И еще, когда будешь падать –
не бойся падать.

Арман Локли не побоялся… Так странно – видеть его улыбку на лице Неро и думать, что тоже с Коры, тоже… Штурман, наверное, вы тогда были мальчишкой, когда я отвозил личные вещи его родителям. Мог ли я видеть вас? Кора велика. Лучше не думать.
Интар сунул руку под ловушку, достал оттуда довольно активно трепыхающуюся «птицу цвета ультрамарин» и сунул в корзину ко второму. Оттуда со скрипом, но узнаваемо донеслось:
А он там живой вообще?
Ну и что мне с тобой делать? – второй голосок был чуть писклявее. И сразу после этого – привычное щелканье-полущебет.

[NIC]Интар Джар`ра[/NIC] [STA]Первый после бога[/STA]
[AVA]http://s8.uploads.ru/dscq0.jpg[/AVA]

+6

24

Вскоре после того, как «птица цвета ультрамарин» удивила выбравшихся на импровизированную и, как они полагали, тайную экскурсию на лоно фреянской природы умением вести светскую беседу, внезапно заходили ходуном заросли кустарника неподалеку. Их них вылетели и бросились врассыпную «птица цвета малахит», «птица цвета антрацит» и «птица цвета «Вдова Клико 2021 года». Последняя стремительно неслась в сторону капитана и бывшего штурмана и с характерным птичьим акцентом, но узнаваемо, смачно и со знанием дела ругалась по-кориански.
Следом из кустов выбралась ещё одна пташка цвета неба во время бури над Корой. Выбралась она верхом на бывшем капитане и действующем штурмане, прибывшем на Фрею с дружеским визитом в составе экипажа звездолета «Страж». Пташка, обвившись всем телом вокруг ноги штурмана, самозабвенно совершала с ней энергичные возвратно-поступательные движения, с придыханием курлыча.
Штурман пытался хромать и вместе с тем, стряхнуть, оторвать от себя присосавшееся «пернатое», без акцента и вдвойне узнаваемо, смачно ругаясь по-кориански. Он был полностью поглощен попытками обрести свободу и не потерять равновесие, потерю лица в подобной ситуации считая приемлемой платой. Проковыляв так ещё с десяток шагов и почти поравнявшись с Интаром и Неро, Чиро размахнулся и приложил «птичку» хуком слева. Потом ещё раз. После второго удара пташка обмякла, и у Чиро получилось, наконец, снять с себя этот «испанский сапог» страсти. Восстанавливая дыхание, он поднял перед собой «птичку», держа её за шею и глядя, как существо учащенно дышит, процедил:
Ты сама напросилась, похотливая курица!
[NIC]Чиро Иммобиле[/NIC] [AVA]https://pp.userapi.com/c855536/v855536738/53a60/qcXhYsl1Cys.jpg[/AVA]

+5

25

А между прочим, Неро совершенно всерьёз беспокоился за жизнь крылящерки: эти пташки божии не знают, понимаете ли, ни заботы, ни труда, а тут такой стресс: бамс! – и тёмным-тесным накрыло, свету белого не видно. У существа не слишком разумного – а что там головка-то, не птичья даже, ящеричья, только что хохолок пышный – от такого «Аааа!.. я в ловушке!!» могло и сердечко маленькое порваться запросто. На вид-то существо хлипкое… Потому-то Дини, внешне невозмутимо наматывавший верёвку на палку, будто пряха – нить на веретено, аж сам дыхание затаил, пока Интар к плетёнке подходил и руку под неё осторожно совал.
Но нет, ничего, жив, жив курилка! – штурман не сдержал улыбки, услышав трепыханье и писк ещё под корзиной, увидев в пригоршне джаффы беспокойный комок сапфировового пуха и перьев. И правильно капитан сунул его к собрату, пойманному чуть пораньше – даже если передерутся, страх выплеснется через агрессию, и схлынет быстрее. «Страшно – бей или беги, тогда, может быть, жив останешься» – уж этот-то природный механизм везде одинаков, независимо от того, в каком мире обитают живые существа и как они выглядят.
Однако, когда из-под плетенки донеслись голосочки, вполне себе человеческие, хоть и писклявые, аж два разных, Неро воззрился на новое фреянское диво во все глаза: то есть у этих пушистиков не только хохолки попугайские, но и способности? Вот это фокус! Но… следующий номер местной цирковой программы этого дня изумил навигатора ещё сильнее: в ответ на вполне светские разговорчики двух пленённых дракошек из зарослей вынеслись их покуда свободные сородичи и донеслись куда более дикие вопли… которые по правилам этикета как раз таки стоило бы зацензуривать писком. Корианский итальянский всё же отличен от просто итальянского и тренированное ухо это отлично слышит, а из гостеприимных кустов, которые для крылящерок не только стол, но, видимо, и дом, вышел… ещё и сам носитель языка. И крылящерки матерившейся – тоже.
Дини ошарашенно мигнул, подавился смешком, и, держа палку с веревкой в ладонях на манер храмовой свечки, заливисто заржал, потому что разглядел, отчего так сильно хромает легендарный, прославленный, героический сын Коры, и прочая-прочая. Дракошка верещал, матерился и пытался поиметь ногу пирата, пират матерился, (но не верещал), пытался избавиться от недоизнасилования и отбоксировать крылящерицу в весе – вот уж точно! – пера.
Ржал Неро просто до слёз, буквально, пока не смог охнуть в изнеможении и выдохнуть сквозь хохот:
Кто с нами тут служил, тот в цирке не смеется, – он положил силок на колени, смахнул влагу с ресниц, ещё раз задушенно ржанул, и спросил, припомнив, что там Интар в начале вылазки говорил про запрет шляться без разрешения по округе… планетарной: – Чиро, ты как сюда попал?! – смех опять вырвался коротко, со всхлипом: – Только не говори, что приполз. И не прилетел точно – ты не ангел, у тебя нет крыльев!

[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA] [AVA]http://s9.uploads.ru/muyWx.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (16-06-2019 22:21:08)

+4

26

Говорящие рептилии. Вот того, светленького, подарить Джеймсу Гордону и поставить на связь кодировки «Ким» и «Буран» Чтобы соответствовать. Неро, везет вам на открытия…
Что?
Хорошо, что реакции хватило. Не на выстрел из уже вскинутой балестры – на то, чтобы не выстрелить, потому что ломилось сквозь кусты двуногое, а свою команду Интар знал. Проследят. Обеспечат безопасность. Корианская лексика ненормативного пласта отличалась избыточной экспрессивностью даже в приоткрытых и возмущенных беззубых ротиках крылящерок. На излете перехватив ругающегося, стукнувшегося в грудь, Джар’ра быстро сунул его в корзинку, задумчиво наблюдая за еще одним штурманом «Стража». Неотразимый Чиро Орландо Иммобиле. Судя по всему, магнетизм офицера распространялся не только на гуманоидные или разумные формы жизни, но и на малоразумные рептилоидные.
Не могу опротестовать оценку умственных способностей этих особей и их принцип размножения из-за отсутствия достаточного количества эмпирических данных. Но вполне закономерно будет отметить, что мы приложим все усилия, чтобы выяснить, верны ли ваши предположения по их происхождению, оценке сознания, родственным и личностным связям во всех упомянутых вами аспектах и способах. Тем более, что в большинстве я сомневаюсь из-за банального логического несоответствия размеров и способа жизни, – отобрав у Чиро слишком страстного крылящера, капитан чуть встряхнул рептилию, проверяя, не придушена ли окончательно, и тоже сунул в корзинку к остальным трем. – Больше не влезет, им и так тесно. В существовании ангелов я не уверен, но, пожалуй, тоже попрошу уточнить, где именно в шаттле вы прятались. И в одиночку ли. Поскольку меня смущает сама возможность, что выстрелив в кусты на подозрительный шорох, я задену кого-то из наших.
Не делить же, в самом деле, на «Страж» и «Квиринал». Пока здесь, пока на Фрее - все под его личной ответственностью. Вот поднимутся в космос – там уже пусть капитан Гордон считает. А тут… Сманил двоих штурманов с другого корабля в самоволку. И что-то подсказывает, что основной претензией будет не «как вы могли», а «почему без меня». Что же, если выживет после встречи с МакКеем и Сахимом – следующую вылазку предложит Гордону. В любом выбранном формате, потому что увезти на прогулку Неро Дини, которому в Квиринале пока что и заняться нечем – это одно, а позволить – сам виноват, мог и осмотреть шаттл – улететь вместе с ними штурману Иммобиле… это уже куда серьезнее.
Пригнитесь, Чиро! – и еще один дротик полетел в появившегося на полянке бронебарана, явно решившего, что тут неплохо кормят. Если так шумят. - Есть!
Тушка рухнула. Интар подошел, проверил, не надо ли добить, и обернулся к корианцам.
Я жду.

[NIC]Интар Джар`ра[/NIC] [STA]Первый после бога[/STA]
[AVA]http://s8.uploads.ru/dscq0.jpg[/AVA]

+6

27

Неро, напомни мне, ты у нас когда священнический сан принял-то, чтобы так уверенно заявлять о моей неангельской природе? А то я что-то позабыл, – проворчал Чиро, глядя на веселье соплеменника.
Он хотел было предостеречь капитана, когда тот упрятывал «похотливую курицу» под замок, но решил оставить свое ценное замечание при себе. Пока слушал Интара, в голове мелькнула подозрение, что капитан использует сложно выговариваемые и еще более сложно осмысляемые речевые обороты, как эквивалент нецензурной лексики. Но мысль, что джаффа в душе не только человек, но даже корианец, моментально вытеснили иные, куда более насущные. Врать Интару Чиро ни в коем случае не собирался. Да и зачем, если правда, сама по себе, вещь весьма вольная в интерпретации, главное подобрать правильные формулировки. А дальше, как говорится: «я в ответе за то, что произнес, а не за то, как вы это поняли». Он сделал шаг вперед, стараясь соорудить из своей пиратской рожи подобие честного, открытого лица:
Дело в том, капитан, что...
Пригнитесь, Чиро!
Пригнулся. Моментально. Как раз вовремя, чтобы самому не поймать капитанский дротик. И через мгновение обернулся, тоже  вовремя, чтобы лицезреть падающую тушу и удивленно присвистнуть.
«Сколько ж на этой Фрее тварей на всяк вкус и цвет?! Кстати, о вкусе – они его есть собираются, или это зачистка вверенной территории от опасных аборигенов?»
Вскоре продолжил, уже не пытаясь корчить рожи и лить елей в чужие уши:
Я не приполз, а действительно прилетел на крыльях, – посмотрел он на Дини исподлобья, – крыльях капитанского шаттла. Со мной никого не было, но гарантировать, что никто не увязался за вами, я не могу.
Он развел руками. Затем вновь бросил взгляд на поверженную тушу, нехилых таких размеров, в панцире, с мощными рогами на башке. Вздохнул:
Из «стражевцев» или колонистов со мной никого не было. Был незадекларированный груз.
Он сунул руку во внутренний карман форменки и достал оттуда небольшую флягу.
Вот, экспериментальный образец купажа местного рисового пива и вытяжки из местных же пещерных грибов. Грибной экстракт совершенно безопасен для здоровья – Боунс лично проверял. Недурной купаж получился – насыщенный, терпкий букет, вкус нежный, чуть с кислинкой. Пьется легко, с удовольствием и умеренным тонизирующим эффектом. 
Он покосился на корзину с пернатыми.
Местная фауна тоже оценила. 
[NIC]Чиро Иммобиле[/NIC] [AVA]https://pp.userapi.com/c855536/v855536738/53a60/qcXhYsl1Cys.jpg[/AVA]

+6

28

И теперь даже нельзя сказать «а я вам свечку не держал, чтоб судить», ибо… держал же, блин, вот только что! И по фигу, что с веревочкой и без огонька, – Неро аж забыл, а больше-то забил на то, чтоб огрызнуться на тему несовместности его и священнического сана, по причине исповедования семьёй Дини научного атеизма, потому что опять захлебнулся в пароксизме задушенного хохота – попытка Чиро изобразить на хитрой пиратской роже святую, ангельскую, то есть, невинность вышла настолько уморительной, что свалила бы в лазоревую травку и тигрога.
Но Неро оказался крепче – он усидел! Согнулся, правда, пополам, то есть (так уж вышло) одновременно с командой «Пригнитесь!», пускай и не к нему обращённой, и даже разогнулся, не бледнея – смех всё же очень неплохое обезболивающее. Зато на до-о-олгом, почти стонущем от изнеможения выдохе, который, при большом желании, при богатом и больном воображении можно было даже принять за стон скорби по невинно убиенному агнцу в броне.
Однако, тенденция! – глубокомысленно изрёк Дини, почесав в затылке точь в точь, как Чехов, наблюдая за тем, как джаффа разглядывает уже тушу. А ведь только что неслась заре навстречу. – Это второй бронебаран за час, который бросается на корианского штурмана. Подобное к подобному, что ли, как наши медики на латыни выражаются?..
Поскольку Чиро уже присвистнул, оценивая, видимо, и размер опасности, до него не добежавшей, (а заодно и добычи – гора же парного мяса!), и ловкость, с какой Интар ее остановил, Неро мог заняться любимым делом – отпускать ехидные, под видом невинных, комментарии: 
…прилетел на крыльях любви …к приключениям? – он успел вставить это во взятую земляком паузу, но и на утонения покладисто покивал. И отзеркалил жест, тоже развел руками – дескать, всего лишь шаттловы крылья – это така-а-ая проза, а что поделаешь.
При появлении из кармана коллеги и земляка фляжки шурман ещё сильнее оживился, прям можно сказать, воспрял, фыркнув, правда:
И почему я не удивлён? Нет, ну как Чиро Иммобиле – и без несанкционированного груза? Талант же контрабандиста не пропьёшь, а привычка – вторая натура. – К грибам вообще Неро питал слабость, свойственную многим урожецам Коры – а в сочетании с пивом… – Да это же просто нектар и амброзия в одном флаконе, тем более, если Боунсом одобрено! – опять покосившись на ёмкость в руках стражевского рулевого, Дини, пряча за спину свою «волшебную палочку-ака-свечку», чтоб не падала с колен, раздумчиво пробормотал: – А не хлопнуть ли нам по рюмашке? И прям тут пикничок, шашлычок, а, господа офицеры?.. Ну или фруктами закусим, чтоб не возиться, – к навигатору вернулась природная рассудительность: – Можем даже прямо в кустах тоже букет заценить, раз уж и мы теперь в некотором роде местная фауна. Капитан, конечно, джаффа, и ему ни в одном глазу, но за компанию-то… а, Интар?.. – Неро поднял спокойно-вопросительный взгляд на руководителя их спонтанной экспедиции.   

[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA] [AVA]http://s9.uploads.ru/muyWx.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (19-06-2019 20:20:55)

+4

29

Планомерное приучение живых существ к дурманящим напиткам. Начали с чипидрисов, теперь крылящеры. Дальше что? Из корзинки доносился возмущенный писк вперемешку с затихающими цветистыми и полными экспрессией корианскими выражениями относительно того, куда лезет пернатое и с кем ему… Но, видимо, три трезвые крылящерки быстро уняли одного пьяного.
Боунс одобрил. Что-то на этой прогулке часто вспоминают СМО двух кораблей. Они там, в Квиринале, икать еще не начали? Бросив беглый взгляд на часы, Интар присел, прикладывая руку к траве. Нет, время еще есть. До «излома» – удачный термин – еще часа четыре, значит, у них половина этого срока. Изобретатели-технологи, даже гордость берет. Вот найдут возможность с Федерацией связаться – или она с ними – здесь будет если и не вторая Кора, то что-то близкое. Тонизирующий эффект.
Им точно не помешает. И самому Чиро, который присматривается к бронебарану, и Неро.
Чиро, вы не туда смотрите, пытаясь определить его пол. У самочек рога отсутствуют. А у этого – в полном комплекте, – два резких удара коротким тесаком, который Интар отцепил от пояса, срезал эти самые рога. Немного повертеть дротиком на месте среза, очищая края, протереть платком, который достал из кармана. – Подойдут как замена стаканам.
На грибах. Местных. Беглый взгляд на собственный скан-браслет – до критичного уровня при стандарте расходования остается пять дней. Когда в первый раз они столкнулись с грибами и их эффектом, дурманящее вещество «кастанед» за полчаса нивелировало Джар’ра недельный уровень. Рисковать? Если бы это было в пещерах – можно было бы и пренебречь, но здесь? Какой бы ни были «местной фауной» – тигроги слишком непредсказуемы, занести Дини в шаттл кому-то надо, а свалить на пусть и крепкие плечи Чиро сразу три ограниченно подвижные или неподвижные тушки: еще лежащего здесь бронебарана, Неро и самого Интара, который мог как угодно отреагировать на эти грибочки, когда препарат на нижней границе нормы… А эти двое смотрят. Внимательно. Только что типично русского «ты меня уважаешь» не хватает.
На запах шашлыков могут и хищники сбежаться. Так что из закуски – фрукты, с мясом придется подождать, – Интар вручил корианцам рога для питья, подошел к туше и резким рывком поднял. Упитанный, хотя и моложе того. Потом надо корзину с крылящерками занести.
Нет, Чиро, я сам, следите за обстановкой.

[NIC]Интар Джар`ра[/NIC] [STA]Первый после бога[/STA]
[AVA]http://s8.uploads.ru/dscq0.jpg[/AVA]

+4

30

Талант не пропьешь, это ты верно подметил, друг мой Неро. Я б точно знал, будь оно иначе, – пробубнил Чиро, напряженно глядя на капитана.
Как он отреагирует на мое покаяние? Повинную голову меч не сечет, так вроде пословица гласит. Только не уверен, что джаффа сия людская мудрость известна.
Минула лишь пара мгновений, и Чиро откровенно был в замешательстве:
Даже бровью не повел. Нет, оно, конечно, понятно, что шум поднимать не станет, сам-то, чай, не с официальным визитом на этот пикник прибыл. Но все же...
Додумать мысль Чирок не успел. Он вытаращился на безбашенного Дини, который мало того что в такт самому Чиро нахваливал контрабандное бухло, провезенное на капитанской яхте, так ещё и
...совсем с катушек съехал Неро...
...решил предложить оную контрабанду оприходовать прямо здесь, так скаазать. сообразив на троих. Пока Чиро старательно прятал глаза, вперив их в полуфабрикат для шашлыка, прокручивая в голове варианты, как можно остудить праведный капитанский гнев, несомненно, готовящийся вот-вот рухнуть на их бедовые корианские головы за такую дерзость, Интар...
Капитан Интар, проведя краткий ликбез по зоологическим гендерным признакам, эффектно, а в контексте произошедшего ещё и весьма показательно, отсек недошашлыку оные. Гендерные признаки то есть. А затем...
Чиро несколько секунд хлопал глазами, глядя на самодельные интаровы «кубки». Можно было бы заподозрить, что сие есть часть демонстрации, но капитан так аккуратно и как-то даже по-хозяйски обрабатывал края, делая импровизированные сосуды пригодными к употреблению, что Чирок уверился – тот и впрямь не то что гневаться не собирается, но и дает им, оболтусам, добро на возлияние.
Навигатор настороженно сощурился. Гроза, судя по всему, прошла стороной, и это было странно. Очень. Чиро обвел глазами собравшихся и окрестности так, будто впервые увидел.
Что же вы тут делаете, капитан Интар? Зачем на самом деле сюда прилетели. И этот вот тоже, – он бросил цепкий взгляд на земляка, - что-то изменилось в тебе, друг мой Неро. Уж меня не обманешь. Тебя сюда отрядили, чтобы самочувствие облегчить, да только взгляд твой потяжелел на десяток g за эти дни. Что-то кроется за этим развеселым пикничком, нутром чую.
Корианцы никогда не славились среди других представителей необъятного космоса выдающейся способностью к психоанализу. А зря! И что с того, что методы не вполне научны и ни одна медкомиссия их не сертифицирует? Зато они проверены ни одним поколением корианцев на себе и друг на друге.
Резко сменив лад своего прищура на мажорный, Чиро лукаво ухмыльнулся:
Капитан, позвольте все же вам помочь. Не сомневайтесь, у Неро зоркий глаз и твердая рука. За обстановкой он не хуже меня проследит, да ещё и пару выстрелов сделать успеет, пока будет для нас тревогу поднимать. Мы с вами новый груз в шаттл доставим, а старый вынем.
Он слегка потряс флягой, прежде чем кинуть её Неро.
Этого нам на полноценную дегустацию не хватит, а на борту ещё имеется изрядный запас. Там есть и образцы, прошедшие минимальный срок выдержки. Я ж не первый раз у вас в гостях, – навигатор примирительно поднял руки. – Знаете корианскую пословицу: хочешь спрятать грешника, прячь в монастыре? Ваши СБшники непреклонны в отношении экспериментов с плохо изученными ботаническими видами. А медслужба, по непонятным причинам, не спешит обнародовать данные токсикологической экспертизы. Ну вот и приходится творить под покровом тайны и капитанского крыла.
[NIC]Чиро Иммобиле[/NIC] [AVA]https://pp.userapi.com/c855536/v855536738/53a60/qcXhYsl1Cys.jpg[/AVA] [STA]корианская чума[/STA]

+4

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » Приют странника » Глава 4. Четыреста капель валерьянки и салат! » Сезон 4. Серия 163. Если жив пока еще – гимнастика!