Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Будущее » Скалы прячут ветер


Скалы прячут ветер

Сообщений 1 страница 30 из 55

1

Время действия: 2010 г., 2 декабря.
Место действия: Сетх, континент Анну, небольшой городок с частным аэродромом на севере.
Действующие лица: Аи́м Мари́н Ласе́до, Ровал Бел’Ла Отанэкт.

http://sh.uploads.ru/ABMe0.jpg

0

2

Ветер, кажется, решил заняться самобичеванием – настолько злобны и закручены были его порывы. Щедрой пригоршней он зачерпывал с барашков пены и швырял её в разные стороны, словно пришедшее в негодование дитя. И подсвистывал на разные лады. А если учесть, что это еще и северный ветер был, и время самое зимнее, то одинокая фигура пусть даже и дуэнде на вершине утёса вызывала если не удивление, то недоумение уж точно.
Аиму было глубоко плевать на беснующиеся воздушные массы. Гораздо непредсказуемее и резче внутри плясали собственные мысли и чувства…
…И принесли же неупокоенные Предки этих Соколов в бар при гостинице! Ласедо и так был зол, что приходится терять время, когда он уже почти решился, а тут непогода разыгралась, и затыкаться, похоже, и не думала.
Два потерянных дня – и трое холёных стервецов, явно искавших, с кем бы подраться. Если бы один – Аим бы не стерпел, но трое… Силы были явно не равны… И эта связавшая его клятва Матери клана, что он будет благоразумен ближайшие лет сто, иначе она его далеко не отпустит… Нашли игрушку! А пришлось уступить, потому что хотелось свободы, пусть и относительной, но свободы. И пусть даже на сто лет. Потом разберемся, а пока…
…а пока пришлось позорно удирать от заносчивых Соколов. Нет, он, конечно, постарался, иллюзию не просто навёл, а сплел пространственную, минут на десять еще после ухода повисшую… Спасшую тело, но не спасшую душу… Хотя, все уверены, что у дуэнде не может быть души, дескать, звери эгоистичные…
Плевать. Аим всё же поёжился, отдавая дань колючим ледяным иглам, что с монотонностью хорошего палача  ветер вколачивал ему в открытые участки кожи, угрюмо посмотрел в сторону Сопориса. Только море перелететь, а он тут прохлаждается. И почему твердят, что полёты невозможны? Да в Омут… нет, Омут такой дрянью засорять не стоит – к чертям всех этих орионцев с их точными прогнозами. В бар теперь не вернешься, там эти паразиты пернатые засели, и, судя по всему, надолго.
Ласедо нагнулся, подобрал камень, со всего маху запустил его со скалы в море… проводил глазами черную точку да маленького белого фонтанчика, тут же размазанного по поверхности всё тем же неунимающимся ветром.
Да пошло оно… Плевал я на их прогнозы. По приборам дойду. Не хочу больше ждать!
Аим пробурчал это себе под нос, решительно разворачиваясь и, засунув руки в карманы теплой куртки, беря курс на ангары. – Самолет у меня зафрахтован надолго, никто не сможет мне запретить.

+4

3

Многие роды Чаек строили особняки здесь, на побережье. Чтобы море рядом, открытый простор, ветер. Но только Отанэкт – на вздымающейся к небу скале, врезав в нее. Чайка в расщелине – и по цвету серовато-белых стен там, где не было сплошных окон – а они были почти везде, и по сложной архитектурной композиции из треугольников, и по ощущению нестабильности каждого шага. Нависший над обрывом – как не рухнул-то еще – массив треугольников из пеноволокна, бронированного стекла и металла смотрел на всех воистину свысока.
Лар задумчиво посадил «Кайру» рядом – его создание до последнего винтика, крохотный самолет, на которых тренировали большинство мальчишек. Только внешний вид был обманчив – идиота, решившего напасть на это суденышко пусть и на крейсере, ждало бы немало сюрпризов. Теперь забрать рюкзачок, включить «сигналку» и защиту – не от воров, скорее от вездесущих родственничков. Мелким – влезть и поиграть, старшим – узнать что-то новое, чтобы клюнуть побольнее. И поэтому тех, кто осмелится сунуться – не жалко.
В доме была тишина, предрассветный туман еще не успел улечься, почти все – проснуться, а двигаться бесшумно Лар умел. Пусть и не так грациозно как сестры и племянницы – но бить надо на эффективность, а не на эффектность.
Мы не ждали тебя так рано, – матриарх рода Лаэрэ Атми встала с сероватого мягкого дивана, в котором до этого, казалось, утонула почти полностью. Она едва доставала сыну макушкой до груди, но пронзительный взгляд льдисто-голубых глаз сверлил его, назойливо и требовательно. – Этому есть объяснение? Прибыл бы к вечеру.
Мне передали, что ваш вызов не терпит отлагательства, – и на последней гласной демонстративно зевнуть, сладко и не прикрывая рот. А вот ресницы – густые и черные, не в пример русым волосам – прикрыть и наблюдать, как же с желанием зевнуть борется само изящество. – Но я могу исчезнуть и не появляться до вечера, заряда в «Кайре» хватит надолго…
У нас будут гости, – короткая фраза намекала на многое. – Ровал Бел’Ла, ты уже закончил обучение, получил офицерское звание, считаешься перспективным пилотом…
Кого-то нужно покатать на самолетике? – и взгляд клинического кретина. Таких милосердно – если вообще применимо это слово – усыплять надо, чтобы генофонд, и без того слабый, не портили.
Ровал! – недовольство в голосе стало хорошо различимым. – Среди гостей будут девушки.
А что, мои сестры с дочерьми не почтят нас своим присутствием? Девушки только среди гостей?
Я хочу, чтобы ты к ним присмотрелся. И на этот раз прекрати изображать из себя недоумка! – удалось, в очередной раз удалось вывести из себя и насладиться этими волнами гнева, сверкающими, как облака в закатной пыли, мелодичными и сильными. А хорошо получается, надо попытаться перевести в модуляцию голоса и попробовать двинуть ими на тренировке. – Ровал! Ты о чем думаешь?
Лучше вам этого не знать, матушка. Потому что.
Если все намечается к вечеру, вам достаточно было просто назвать мне точное время моего желаемого присутствия.
И ты бы не явился, сославшись на служебные обязанности. Как в прошлый раз.
Не явился бы. От желающих повиснуть на его шее уже тошнило. Какие это по счету смотрины? И на всех он счастливо выкручивался: то прикидываясь мечтателем с придурью, то пугая предполагаемых нареченных типичным поведением невоспитанного и избалованного переростка. Одна решила на веранде под предлогом жары оттянуть декольте вниз, намереваясь соблазнить. А Лар только глаза вытаращил и сообщил «тетеньке», что «маменька сказали, если рубашку вот так под ветром расстегнуть зеленые сопли от носа и до сюда вот потекут».
Визг можно было сравнить с его звуковой атакой для отпугивания внучатых племянниц от шаттла. Безвредный, немелодичный и противный. И вердикт, казалось, отшибет желание на него смотреть. Но нет, снова…
Разве я осмелюсь нарушить веление матриарха нашего рода? – а глаза уже наливались темно-сапфировой глубиной, чуть тонкие губы сложились в изящную улыбку, преувеличенно вежливую.
Можешь, – как в Омут смотрела. – Ты абсолютно неучтиво относишься ко всему, что связано с честью клана и необходимостью продолжить род.
На языке так и вертелось ехидное замечание о том, что род он будет «продолжать» другому клану, а учтиво проводить сей процесс со всеми древнейшими церемониями «сорочки до середины бедра либо с подобающим вырезом для сочленения», «телодвижениями не активнее, чем определит лэри», «дозволенным количеством поцелуев» и «установленные дни для плодовитого процесса»... Лар не считал себя сильно щепетильным и брезгливым, но от такого едва не начало мутить. Коротко извинившись, он сослался на необходимость привести себя в порядок и вышел.
Повидаться с отцом до вечера так и не удалось: сначала гонял племянниц из комнаты – девчонки решили спрятаться и устроить пару сюрпризов – потом приводил себя в порядок, потом – объяснял сестрам, что если их «девочки» решили полезть к «Кайре» – это зря…
И только уже на званом вечере он зорко выхватил взглядом крепкую фигуру консорта, быстро лавируя в шумной толпе пробрался к нему и обменялся крепким рукопожатием.
Их не так много, всего трое, – лорд Райло кивнул сыну. – Не буду просить тебя…
И не надо. Меня здесь не будет через три минуты.
Рискуешь, в следующий раз это будет приказ, а не приглашение.
Вот тогда и буду что-то делать. Я в «Убежище», связь на общей волне, экранку включу по максимуму. Буду нужен тебе лично – код ты знаешь, – Ровала ощутимо передернуло от смешения феромонов. Старший Чайка только покачал головой – он и об этом разговаривал с супругой, говорил, что мальчишке рано, что надо бы ему хоть немного свободы дать. Но на лэри рода наседали другие – как это так, настолько красивый, очевидно продуктивный материал – и не пристроен. Райло улыбнулся:
Заберешь мой синий рюкзак на выходе. Там…
Теплые носочки, варенье с ромом и пушистый шарф? – Лар улыбнулся в ответ. – Все для зимнего отдыха.
Все для зимнего отдыха я тебе в «Убежище» укомплектовал в твое отсутствие. А с шарфиком и носочками угадал.
Ровал почти угадал и с вареньем. Оно было без рома, бутылки со спиртным прилагались отдельно, быстро располагаясь на стеллаже в каминной комнате «Убежища».
Все хорошо. Никаких невест, «Кайра» на крыше, море, на маленьком мангале во дворе – будущий ужин. И сходящий с ума ветер – единственное, что может напомнить о происходящем в родовом гнезде. Ветер и море, вскидывающее пенные буруны повыше. Летать в такую погоду – наслаждение, безумное и горькое. 

[AVA]http://s7.uploads.ru/t/KcuoS.jpg[/AVA]

+3

4

Аим покрепче сжал штурвал, упрямо разглядывая приближающийся грозовой фронт. С ветром он еще справлялся, но свинцовая чернота впереди сулила что-то посильнее ветра…
Страх?.. Был. Но как у любого дуэнде был загнан под самые непрошибаемые щиты, для верности. Может, легкий флер сожаления окутывал сейчас Аима – когда ты один, можно себе такое позволить. Сожаления, что и слушать не стал возопившего в наушниках диспетчера, как только вывел самолетик из ангара – отрубил связь сразу.
Чтобы какой-то орионец?..
В кабине резко потемнело  подсветка приборов включилась ярче. Вариант «вернуться» Зимородком не рассматривался вовсе – или он не дуэнде? И именно потому, что дуэнде.
Каналы синеватой плазмы возникали то тут, то там – как огненные стрелы беспорядочно и быстро пускающего их адского лучника. Ласедо недобро усмехнулся – что ж, сыграем в рулетку с обстоятельствами… Но сегодня, похоже, был не его день от слова однозначно – возникший впереди смерч Аим если и увидел, то среагировать уже не успел.
В одной точке пространства сошлись три обычно несоединимые вещи – мощный разряд молнии, воронка смерча и маленький самолет…
Разряд выжег разом всю электронику, прошил тело дуэнде наискосок – через правое плечо к левому бедру. Зимородок коротко застонал и ткнулся лбом в панель. Потерявшая управление машина закружилась в адском вихре, втягиваясь по воронке вверх…
… холодно. Это первое, что осознал Ласедо после безмолвной черноты. Рук в кожаных митенках он не чувствовал, ног в высоких ботинках тоже. Странное состояние, когда от организма остался только мозг, тупо ноющий – но и к тому снова подбиралась чернота… Со всех сторон. Где-то за чернотой что-то трещало – от удара о скалы на миг ожила аварийная рация, пославшая пару сигналов «sos», чтобы затем замолчать окончательно.
Аим этого не осознал. Дрогнувшие на миг и силившиеся приподняться веки с заиндевевшими, уже покрытыми инеем ресницами, так и не раскрылись.
Нужно просто нырнуть, глубже, еще глубже… и не всплывать… Ведь там, в этой непроглядной бездне – дорога в его Омут… только нырнуть… не всплывать… глубже…

+5

5

Лар как раз успел отправить в рот последний сочный ломтик стейка, когда тихонько и тревожно запищал коммуникатор. «Отец», – мелькнувшая мысль была подтверждена сообщением «ищем Лара, проверим Убежище, вы – гостиницу в городе». Идеально, видимо матушка решила взяться за непутевое создание всерьез, не откладывая. Или кто-то из девушек был слишком настойчив, а это могло и феромонную атаку означать. Не сбежишь вовремя – поймают на «пузатой необходимости» и помаши крылом и морю, и ветру.
Вот сейчас и помашем. Климат-контроль на уничтожение запахов и температуры жилого, распаковать вещи он не успел, схватить и выйти через внутренний дворик. С моря и внешний не видно, но рука быстро касается еще теплого мангала, втягивая его жар. Уголья сереют, как нависшее небо, покрываются патиной старения – нет, никто не касался давно, сверху – крышка. И метнуться к «Кайре» - искать будут по побережью, значит – море.
Значит – кипящая буря чарующих вихрей, где напряжение не оставляет выбора, не дает возможности отвлечься. В восходящих потоках и грозовом фронте нужна предельная внимательность. Ровал умело отклонил плоскости от «веток» молнии, напоминавшей забавные светлые корни северных хвойников, вырывающихся из темных прибрежных скал. Вот просто в точности, даже полосы на тучах те же самые, как на скальных пластах.
А внизу роскошными бурунами рвется вверх море. Закручивает пену на волнах в тугие и хлесткие петли, втягивает в себя, старается проглотить, уничтожить, разбить светло-серое существо, рискнувшее бороться с вихрями.
Моя девочка, – почему-то подумалось, что за подобный тон и ласковое касание в адрес любой из предполагаемых невест, матушка бы год считала его любимым ребенком. – Еще минут десять для верности…
И резкая вспышка тревожного сигнала в общем эфире. Пеленг второй Лар поймал почти автоматически, заложил крен почти штопорным переворотом – такое и в тихую погоду собьет с крыла, но тут вывести удалось у волн – и ринулся туда, где уже была тишина. Тишина в эфире, потому что буря не замолкает. И больше чем две четверти часа до точки подачи сигнала 
Небольшой островок показался бы темным пятном, не будь на нем светлого – небольшого разбитого самолета. Лар иронично хмыкнул – вот же не сиделось кому-то дома. Или тоже от женитьбы сбегал? Ладно, море не забрало – мы поживимся, кем бы ни был – вернуть родне с соболезнованиями, приличествующими случаю, раз уж все равно сюда занесло. А заодно и проверить разбитую технику на запчасти, не придумали ли чего нового.
Чайка осторожно посадил свой аппарат, сбрасывая магнитки и цепляясь ими за скалы. На глиссаду тут не выйдешь, пришлось на вертикалке рессоры испытывать, справились, разве что чуть подтянуть придется, дергает приборы, настройка тонкая, надо бы мягче.
Выпрыгнув из кабины, Ровал бросился к обломкам, а когда достаточно резко рванул на себя люк, выдергивая его вместе с фиксаторами – едва успел отбросить в сторону, поймав на руки падающее тело.
В Омут меня с похмелья… Аим! – бледное лицо, почти синие губы, но пульс под пальцами отозвался тончайшим ритмом, слабым и едва ощутимым сквозь ледяную на ощупь кожу. – Зимородок! Очнись, слышишь! Не смей, не сдавайся, чтоб тебе Дракона в свекрухи!
Ровал постарался перехватить его как можно осторожнее. Спина цела, ноги тоже, руки… Левая висела как-то неестественно, нетрудно было догадаться, что как раз на нее пришелся основной удар.
Так, Зимородок, грузимся и летим домой. Надеюсь, в ближайшие несколько дней ни я не увижу ближайших предков, ни ты – дальних. Что ж ты легкий такой… И холодный, и… Только попробуй мне из моей «Кайры» на ходу в Море сбежать…
Так было проще. Лар и сам не знал, почему он разговаривает с лордом Ласедо так, словно тот был младше, словно может слышать и сейчас ответит. Аккуратно нажав ногой на педаль второго кресла, Чайка перевел его в лежачее положение, осторожно устроил в нем Аима и, прежде чем пристегнуть ремнями, укрыл запасным плащом, валявшимся сзади.
Обратный путь был слишком быстрым, Ровал старался идти как можно аккуратнее, но на пределе скоростей, то и дело бросая нервный взгляд на бледное лицо. От того момента, когда прозвучал сигнал – слишком много времени под ветром и волнами. Переохлаждение? Шок от перелома? Да полноте, Ласедо – дуэнде, его такими мелочами не возьмешь, что-то еще. Вот что? Он и дышит с трудом, и… Ладно, в Убежище надо осмотреть, летчиков гражданской авиации готовили ко всему. Хоть зуб вырвать, хоть роды в воздухе принять, хоть дефибриллятор запустить.
Возле домика никого уже не было, следы на скалах явно говорили о присутствии незванных гостей, которые, очевидно, никого не нашли.
Все, дома, сейчас еще и в тепле будем, – Ровал легко, как пушинку, подхватил Ласедо. – Тебя вообще кормят? У меня племянницы больше весят.
Промерзшую одежду с Зимородка Лар просто срезал, уложив дуэнде на кровать и включая отопление на максимум. Так, теперь рука… Перелом, хорошо, что не сильно сложный. Метнувшись за бинтами и попутно схватив пару деревянных ручек от кухонных лопаток, Чайка быстро зафиксировал «крылышко» Зимородка и принялся осматривать его дальше. Да и посмотреть было на что – сильное и изящное тело, красивое в точености натренированных мышц. Небольшие следы, напоминавшие ожоги от тока – ах, вот что было причиной потери сознания – молния! Ничего, сейчас растереть крепким спиртным, разогреть кожу хоть немного, проследить, чтобы не было обмороженных участков, укутать потеплее и… И почему-то взять на руки, присаживаясь рядом с камином. Детская вера в то, что забрать из рук не посмеют, то, что в руках – не отнимут.
Пока и так нормально, очнешься – налью, чтобы изнутри согрелся. И учти, если ты отсюда в Море отправишься – мы еще один конфликт между кланами развяжем. Так что сделай выводы! – Ровал тихо вздохнул. – Как отец говорит, где ты взялся на мою голову… Давай уже отогревайся, а то лицо в клановые цвета – где синее от холода, где зеленое от бессознанки. Иначе я тут буду белой чаечкой вопить с перепугу. Знать бы, за какой надобностью тебя в бурю понесло. Я же птица любопытная, не пущу тебя в Море, пока не выясню...
[AVA]http://s7.uploads.ru/t/KcuoS.jpg[/AVA]

+5

6

Глубокий вдох… Бирюзовое спокойствие, кажущееся таким умиротворяющим и ласковым на поверхности, темнеет уже через десяток метров вниз. Обволакивает мягко и неотвратимо – ты пришел в иной мир и будешь играть по нашим законам… Впереди темнота – живая, дышащая – пузырьки воздуха проплывают мимо, касаются щек в мимолетной ласке того неведомого, что ждет там, внизу… Ждет – это пронизывает дуэнде, как поле от разряда, мгновенно и целиком, заставляя стремиться туда… Зачем? Потому что ждут… Кто? Так ли это важно сейчас, когда уходят мысли, чувства – медленно смываются темнеющей водой и уносятся вверх призрачной пеленой вместе с пузырьками воздуха… На обнаженном теле не остается ничего – снаружи, а внутри… Щиты тоже можно оставить - там они не понадобятся – и Зимородок медленно выворачивается из аквамаринового кокона, становясь девственно незащищенным, как при рождении… Уходить таким, каким пришел. Предки ждут только душу, но он не может пока оставить тело… Нужно достигнуть дна… или того, что там внизу… Там должен быть переход в его Море, необходимо только скользить и скользить вниз, мягко извиваясь в темнеющей толще… Тебе же не страшно в этой, уже давящей темноте? Еще ниже… Веки тяжелеют, наливаясь какой-то отрешенностью… Всё пустое здесь… Темнота поглощает протянутую вперед руку с аквамариновым клановым перстнем на мизинце… которая упирается в непонятную преграду…
Нет! Я должен проникнуть!..
Что-то светлое проносится мимо лица… белые перья…
Откуда тут белое? Здесь нет света…
Но уже нарушено движение вниз – словно мягким арканом поперек груди развернуло и потащило вверх…
Нее-ет… Я же стремился в Море, меня ждали…
И словно указательным пальцем огромной лапы погрозила вслед ворочающаяся внизу Тьма – ни-ни, Птах, рано ты сунулся сюда, пошел вон!..
…а грудь обжигает уже от желания вдохнуть - и последние метры в светлой и чистой воде самые тяжелые… не дышать так больно… или уже дышать?..
…Аим осознал себя в чем-то мягком, полностью обнаженным и – да все феромоны прародительницы тебе в мошонку! – абсолютно без щитов…
Секунда – и аквамариновый кокон натянут, восстановлен, но Предки!.. Он же был совершенно «прозрачен», а рядом лорд Отанэкт…
– ...не пущу тебя в Море, пока не выясню…
Дышать больно, грудь горит внутри, словно раскаленным прутом проткнули… ах да, вспышка… молния… Рука…
Аим подавил стон и сжал зубы. Организм вовсю работал над восстановлением, и ощущал он себя мерзко… А еще мерзостнее было то, что Ровал видел его без щитов…
Ласедо закашлялся, постарался дышать ровнее.
Ров...ал? Что не выясню? Как я здесь оказался, и где это «здесь» находится?
Лучше бы он не «всплывал»... Теперь Чайка посчитает его слабаком...

+4

7

Только сейчас Лар понял, что почти не дышал, позволяя себе глубокий и тяжелый вдох, но при этом стараясь не потревожить Зимородка. Только поудобнее устроить лорда Ласедо и снова придать лицу выражение «я у мамы в детстве падал с колокольни и не только».
Да родословную вашу, лорд… Точно где-то Чайки полетали, это наша клановая особенность – в бурю в море вылететь, забыв дома шарфик и инстинкт самосохранения. А что касается остального… Решила матушка меня женить. Меня, такого детоньку, такого тихого – почто так со мной, а? Ну я в море и сбежал, всяко полегче, чем жениться. А в море буря, в буре что-то пискнуло. Я же Чайка, добычу в клюв. И жадная Чайка, не в клановое гнездо, а в свое убежище. Ну а то, что грею – так не люблю холодное – горлышко першит.
Вываливать кучу глупостей, привычных и бестолковых, одновременно вглядываясь в это, все еще бледное лицо, и устраивая на руках удобнее. Чтобы и не лежал, и особо не напрягался.
Ты погоду не видел? – уже тихим шепотом и с легкой усталостью во вздохе. Лар только сейчас во всей красоте представил себе вариант, при котором бы возвращал тело лорда Ласедо, разбившегося возле «гнезда» одного из родов Чаек. Объяснить, что клан не виноват, удалось бы. Но вот оправдаться самому, что не вовремя успел… И это уже не говоря о том…
О том, что недопустимо для дуэнде. О том, что и Зимородок, и Сова – уже не безликая толпа кого-то там с Сетха – «ну есть еще другие кланы, но нам до них и дела нет». Они – живые, они – значимы, а Ровал уже привык к тому, что потратив часть себя на кого-то, он считал этого даже не «добычей» – тем, кто имеет право быть рядом.
И плевать он хотел с высоты на все правила, установки, вековую «войну кланов» и этот курятник «клюнь ближнего, обгадь нижнего». Правильно – вот так, вытащить из бури, отогреть, смотреть в еще мутные от боли глаза и не словами – взглядом – уговаривать.
«Держись, Зимородок, не смей сдаваться, не сейчас».
И все так же лениво не давать выбраться из пушистого и мягкого пледа.
Я тебе, кстати, что-то из одежды должен. Вот полежишь, хоть немного будешь похож на дуэнде, а не на Предка со дна Моря – поделюсь чем-то.
Лар, ты сам думал, что сказал? Да твоя футболка на нем платьем повиснет, а в трусы двоих засунуть можно. Хорошо хоть обувь ты с него снял, если одежду можно поясами перетянуть, то твои ботинки ему как раз. Ластами. Плавать.
И при этом – как же он красив. Ничего женственного, сильная и гармоничная фигура, тренированное, почти литое тело. Не всем же быть громилами-шкафчиками, Аим куда больше отвечает принятому эталону красоты. Ровал тихо смотрел на него, пытаясь понять, чем же он так встревожен? Или расстроен? Или хуже?
У меня здесь не так много лекарств, но кое-что есть из летных аптечек. Только мне придется уложить тебя на кровать. Принести что-то?
[AVA]http://s7.uploads.ru/t/KcuoS.jpg[/AVA]

+6

8

– «Как в кокон завернул».
Аим позволил себе несколько мгновений безмятежного ничегонеделания – на взгляд стороннего наблюдателя, если тут такой вдруг бы объявился, вопреки логике момента – внешняя неподвижность скрывала тщательную внутреннюю самодиагностику. И притупляла боль.
– «Ничего… Бывало хуже…»
Перенаправить пока силы на восстановление торса, отключить руку от сознания – это позже.
Попробовал мягко пошевелиться – лорд Чайка обнимал так заботливо, как иные лэри не держат первенцев-дочерей. И где только научился…
Родословную свою я вам даже напишу, лорд, – Аим оставил попытки трепыхания и снова замер, разглядывая Ровала из-под полуопущенных якобы из-за слабости ресниц, – Потом. Если вы захотите. Мелким, убористым почерком, до двадцать пятого колена. Чаек не обещаю, вы уж извиняйте.
И почему в висок нудно так пульсирует – «слабак, слабак, не справился с управлением…»?
А не боитесь, что перегреете, и тогда горлышко обожжет? – подколоть, это же святое для дуэнде, в каком бы состоянии не, но – мягко, ибо внешние рамки поведения сейчас оглушительно трещали под напором внутренних потребностей, в эти самые тесные рамки совершенно не желавшими впихиваться.
Да плевать на них зигзагом со дна Моря…
Видел. Спасибо, Ровал, – совсем тихо и с другим окрасом. Изнутри.
И уж совершенно нелогичное действие – выпустить на мгновение свою эмпатию, словно не удержал под контролем (ну, слабак же!) – а самому-то интересно – почему? Почему спас, притащил, возится?
– «А нехило меня так отбросило от маршрута…» – это разум оттаял, карту вспомнил.
– «Сам-то мимо бы прошел?» – неужели ростки совести в луже растаявшего льда барахтаются?
– «Это что, тревога? Участие? Си… симпатия?..»
Вот, лучше заткни обратно свою эмпатию и не признавайся, что она у тебя есть…
Ровал… Почему так чешутся руки провести по твоей пепельной шевелюре? Она так близко…
Но «крылышки» неподвижны, как и сама «тушка» - только зубы иногда сжимаются чуть сильнее, чем нужно. Но голос уже ровный, хоть и приглушен:
Чуть позже, горло промочить. Не сильно холодное, – Аим едва заметно улыбнулся, снова «уплывая» немного, но теперь уже во вполне контролируемое полузабытьё – организм дуэнде всё же не бездонная энергетическая субстанция, нужно рационально расходовать…
Не ври хоть сам себе, Птах… Щиты на месте – так признай, что просто хочется ещё продлить это состояние заботливой невесомости… Такое удобное… Такое…
А потом мы еще посмотрим, кто тут слабак.
Память заботливо отложила всю информацию – и про женитьбу, и про одежду, и про лекарства…
– «Глинтвейна хочется…»
Но это потом. А пока – полчаса непозволительной роскоши… Связав собой руки Ровалу… И почему до покалывания в кончиках пальцев представляется, что у него шелковистая шевелюра?..

+3

9

Ровалу казалось, что внезапно в комнате чуть потускнели лампы. Так и есть, реакция на температурный режим, обычно он так нагревал, когда прилетал сюда уставшим и хотелось быстрее заснуть, система была настроена отлично, помимо стандартных «ключей» Чайка и немало своих добавил. Та же «Кайра», уютно пригнездившаяся на крыше, была напичкана идеями под завязку. В ангар среди скал прятать явно не стоило, можно было не бояться, второй раз искать сюда не полетят, решат, что на службу сбежал, а туда, хвала всем предкам и их подштанникам, даже матушка не влезала.
Ага, обожгу, – он чуть помедлил с ответом, и осторожное прикосновение ко лбу досталось Зимородку –уже когда тот почти погрузился в привычное забытье саморегенерации. – Еще бы не обжегся, у вас жар, лорд Птаха. И куда сильнее, чем тот, на который можно было бы крылом махнуть.
Лорд Птаха. Подошло почти идеально.
А сам что, насекомое или ящерица? Или того лучше, что-то мохнорылое?» – покачав головой, Лар осторожно, даже не потревожив Аима, встал, уложил его на кровать и укрыл еще и одеялом.
Теперь к аптечке. Дуэнде справлялись с подобным и сами, но не когда столько всего и сразу, выносливые тела регенерировали быстрее других гуманоидных, но сейчас Ровалу не хотелось проверять предел прочности.
Три разные таблетки – сочетаются, он проверил – были раздавлены ложками в порошок с третьей попытки. Первые две закончились испорченными ложками – чего-чего, а дури в руках Лара хватало. Разведя порошок чуть теплой водой, Чайка осторожно и быстро влил полученное в лорда Ласедо.
Вот так. Отдыхайте, водная птица, сушите перышки. А я пока вино подогрею. Если уж вам чего-то теплого и крепкого захотелось.
Методика изготовления глинтвейна в авиации – тем более в гражданской – всегда была своя. В термосе. Растапливаешь сахар, смешанный с мелко изломанными – не приведи, задница Ниибада, размалывать, только ломать или давить – специями. Полученную «жженку» разводишь рюмкой спирта, авиационного, родного, с прозрачной синевой, как небо Сетха. И в термос. Туда же – подогретое не до кипения – до белой пены вино, густое и почти тягучее, пару кусочков цедры. И закрыть ровно на четыре минуты. На время, которое дуэнде могут без напряжения задержать дыхание. Вино – тоже.
И уже потом – разлить в кружки из пахучего дерева ри.
Бадьян, корица, гвоздики совсем чуть-чуть, мускатный орех поцарапать о терку, – Ровал задумчиво «колдовал» над специями для «жженки». – Кардамон, зира, ваниль поскрести ножом. Достаточно.
И все дальше, как положено. А за четыре минуты снять с полки деревянную кружку, она одна, как раз достанется Зимородку. Себе – плеснуть в керамическую и не пить сразу. Чтобы горлышко не обжечь, как заметил Аим.
Лар присел возле кровати, дожидаясь, пока гость придет в себя. Ну или соизволит признаться – как же тихо подрагивают ресницы. Птицы не закрывают веки, когда спят, никогда полностью не закрывают. Дуэнде – даже не из птичьих кланов – чаще всего тоже. Того и гляди – подкрадется кто-то.
Щеки коснулся все еще ледяной и не высохший даже в такой жаре воротник летной куртки, Ровал нервно дернулся. Хорошо хоть деревянную кружку успел поставить на прикроватный столик, а вот глинтвейн из керамической выплеснулся на штаны. Чайка нервно зашипел, едва находя в себе силы приглушить голос.
Да чтоб два раза подняло и гепнуло на скалу Двадцать Первого Пальца! Чтоб вас всех орионским торжищем под волынки Ниибада без смазки в дуплище, ротище и жопище турбиной драккара! Чтоб вам иглобрюхов вертлявых против колючек рожать! Чтоб вам вместо лэри – орионского дедульку в домашних штанах с «пузырями»! – он ткнул и свою кружку на тот же столик, раздеваясь почти моментально. Нет, даже покраснения не было, но почувствовалось хорошо. Да и алое пятно на брюках надо быстренько солью засыпать, запасных вещей тут не так много, а еще с Зимородком делиться придется. Буквально за секунду Лар остался в одних плавках и футболке в обтяжку, хватая вещи и бросаясь в ванную – что стирать, а что сушить. Остается надеяться, что лорда Ласедо он не разбудил.
[AVA]http://s7.uploads.ru/t/KcuoS.jpg[/AVA]

+5

10

Забытьё саморегенерации у него давно уже перешло в полузабытьё. Учитель быстро приучил – никогда не терять контроля над ситуацией.  И над собой. И сейчас, фоном, Аим слышал всё, что происходило в комнате. Просто не реагировал. Ровал… лорд Ровал как-то незаметно переместился в очень ограниченный круг лиц, в чьём присутствии Зимородок мог себе это позволить.

Первый раз он сломал себе ногу где-то через неделю после принятия в ученики – Учитель не терпел никакой страховки, и не удивительно, что новичок сорвался. Лебедь просто оставил его, где упал, сказав, что к утру тот должен быть в форме… Не успел – новый хруст кости… И снова… и снова – до тех пор, пока кандидат в вайтьеро не научился быстро и качественно приводить себя в норму. А заодно и глазомер развил. Метод очень действенным оказался…

– «Какие у него мягкие губы… Лорд Птаха, значит…»
А жаль, что из рук выпустил… Конечно, у него жар. Сам научился температуру поднимать – так регенерация еще ускорялась. Аим и вида не подал, что всё слышит, и порошок, так старательно и с такими пожертвованиями утварью, Чайкой приготовленный, проглотил. Организм дуэнде и не такое переварить может. Достаточно он уже без сознания валялся.
Как красиво двигается Чайка, колдуя над… Чем?..
– «Глинтвейном запахло. О… может, я слишком «громко» подумал? Так вроде в сознании уже… »
Через микроскопическую щелку неплотно прикрытых век Аим продолжал наблюдать за хозяином. Кстати, абсолютная гармония с помещением, вайтьеро это даже не видел – ощущал.
– «Убежище, значит… Не побоялся меня сюда притащить – это показатель… Даже не разделся еще… Как-как?.. Да вашу ругань, лорд, на музыку можно положить», – Зимородок едва не прыснул, но сдержался, только ресницы дернулись чуть заметнее.
– «Ага… Стриптиз в исполнении лорда Чайки… Ну кто ж такой темп берёт? Lento, лорд, lento… и почему не до конца? Нее-еет, я хочу видеть всё, да и шансы нужно уравнять…»
Вместе с возвращающейся активностью просыпалась и любознательность, и желание полюбоваться прекрасным – а сложен был Ровал на удивление гармонично – да и не привык Зимородок отказывать себе в эстетическом наслаждении… И вслед метнувшемуся в ванную комнату дуэнде мгновенно полетели два небольших шарика с красной жидкостью, достаточных для того, чтобы расцвести пятнами на плече футболки и на боку плавок. В зеркало он их обязательно заметит.
Аим потянулся, одновременно откидывая и одеяло, и плед, ощупал предплечье сломанной руки, привычно и идеально направляя кости… Порядок. Можно, наверное, и не торопиться уж очень-то, на пару дней Ровал, может, и приютит… Надо это выяснить, да и на результат своей невинной шалости посмотреть.
Зимородок соскользнул с кровати и, нисколько не смущаясь, в чём лэри родила, бесшумно прошел к ванной. Постоял пару секунд, наблюдая, и мягко посоветовал, чуть наклонив голову набок:
Оставьте в холодной воде минут на десять, лорд Ровал.
Ну, а то, что он немного изменил структуру воды, чтобы она «вытягивала» лишнее из ткани – неинтересные никому технические подробности. Явно не стоящие внимания высокородных дуэнде.

+4

11

Ровал едва не поскользнулся на сероватой каменной плитке ванной, влетая в нее на полной скорости. Так, куртку – на вешалку, джинсы – на край раковины – действительно, раковина из такого же сероватого отшлифованного камня с легкими кварцевыми включениями-искорками. Теперь повернуться к шкафчику возле зеркала…
И еще раз помянуть собственную неуклюжесть по всем возможным направлениям. Лар, что с тобой творится? Ты в детстве меньше вареньем извозюкался, когда в кладовую забрался. А тут – получите пятна на удобном и практичном белоснежном белье и на не менее удобной полосатой футболке. С тяжелым вздохом Чайка стащил с себя остатки одежды, уже присматриваясь к полотенцу. Ладно, это терпит, сейчас надо быстро все …
Оставьте в холодной воде минут на десять, лорд Ровал.
Оставил. Прямо туда и уронил, в только что набранную в тазик воду. Причем так резко развернулся – шум воды перекрыл и без того почти неслышные шаги босых ног лорда Птахи – что в попытке прикрыться ладонями чуть не потерял равновесие. Да уж, сейчас бы оставил в воде… Нижние полушария мозга.
И тут же – спасибо относительно крепким щитам, не пустившим это все наружу – едва не взрыв эмоций, дуэнде не полагающихся. От «куда ты поднялся, да еще вот так, раздетым, босиком» до едва остановленного удара – рукой ли, голосом ли – не важно, на инстинкте или слишком глубокой выучке «сначала атаковать подкравшегося».
Ровал в сложном балансе, почти не используя  руки, выпрямился во весь рост. Нагота никогда не считалась зазорным, всего два пола, что скрывать-то тем, кто прошел через ученичество? А тем, кто не прошел – и скрывалось всё надежнее, в Море. Напрочь.
Лорд Ласедо, я признателен за консультацию по стирке, – стоп, пятно на плавках сбоку, а глинтвейн он пролил едва ли не посредине, и если на футболку еще могло выплеснуться. «Ага, попав под застегнутую куртку» – ехидно добавил внутренний голос, заставляя молчаливо восхититься Зимородком. Не только за консультацию, но и за стирку «спасибо». – Не соизволите ли вернуться со мной и попробовать горячего? Раз уж мы теперь в равном облачении.
Как говорил один из лордов Драконов, к которому орионцы вломились, когда он ванну принимал? «Мне от вас скрывать нечего»? Но там итогом было восемь трупов, а этого Дракона до сих пор, кажется, ищут.
Аим, сразу говори, голоден или нет. У некоторых регенерация требует восстановления сил как можно быстрее, у других – наоборот, чтобы их не пичкали. Так что сам решай, у меня здесь запасов столько, что мы с тобой месяца три можем отсюда не вылезать.
[AVA]http://s7.uploads.ru/t/KcuoS.jpg[/AVA]

+5

12

Любимое развлечение Аима – неслышно подкрасться к какой-нибудь птахе, просвистеть несколько звуков в её тональности, а потом наблюдать взрыв птичьих эмоций – и здесь почти по сценарию пошло. Только вместо взрыва – гораздо более виртуозный уход от него. Каким пируэтом вывернулся Чайка! Чувство равновесия и правильно рассчитанный баланс вайтьеро оценил, чуть прищурив глаза и приподняв одну бровь.
Браво, лорд Ровал. За выдержку – особо. Аим, конечно, поднапрягся слегка, готовясь к возможному блоку – и был даже не удивлен, а приятно восхищен. Он, конечно, предполагал, но уж лучше один раз увидеть.
Получив желаемую картину – обнаженный Чайка в полный рост в интерьере – довольный Зимородок невинно улыбнулся. Нагота – это не то, что дуэнде следовало скрывать, но преподносить, как знак особого расположения. А Аим еще и умело использовал в своих выступлениях.
Ну что Вы, лорд Ровал, право, такой пустяк – помочь в затруднительном положении…
О, лэри клана одобрительно дрогнула бы крыльями носа на эту реплику, но ведь твои глаза, Зимородок, блестят совсем о другом… а рука, вроде бы как невзначай, отправляет в тазик с водой ещё один энергетический сгусток… Сам напачкал, сам и в порядок приведи.
Извольте, разумеется, соизволю, слово хозяина – закон, – Аим улыбнулся уже шире, и словно сбросил с себя всю эту «клановую» мишуру, даже лицом посветлел.
Облачение самое что ни на есть подходящее для неспешной беседы… и для горячего тоже, – Ласедо демонстративно втянул носом воздух, плавно разворачиваясь в сторону гостиной и пропуская вперед Чайку. Действительно же, хозяин - должен показать, куда гостю сесть можно и за какие рамки клюв не совать… пока не начистили… И гостю ли? А то может и правда, добыче?
Глинтвейном пахнет, - нейтрально уточнил Аим, проигнорировав, что уточняет  очевидные для любого дуэнде вещи, - ты как будто мысли мои услышал…
Эта фраза в исполнении Зимородка предполагала известную степень доверия… Но ведь мы же осторожные птички? Проверить, сто раз проверить и просчитать, и только потом…
Я бы немного подкрепился, - тон «бирюзового» лорда теплел на глазах, гораздо быстрее, чем регенерировало тело, - ну-уу, три месяца – это перебор, – Аим подмигнул Ровалу, – гость, как и рыба, через три дня начинает «попахивать». Но на несколько дней мне и правда придется задержаться, благодарю за приглашение… Кстати, ты всю мою одежду уничтожил?
Аим не совсем точно знал, как, но не сомневался, что с его одеждой Чайка не церемонился, когда понадобилось быстро от нее избавиться. Он и сам бы поступил так же – чего же ждать от другого дуэнде?

+4

13

Лар тихо прошел вперед, уже не задумываясь о том, как они оба сейчас выглядят. Вещи… Да туман с ними, пусть в тазу полежат, Чайка демонстративно взял со столика свою кружку и мягко, хотя и нарочито вальяжно, свалился на мохнатый ковер рядом с камином.
Не слушал я твои мысли, ты вслух выпить горячего попросил, а предлагать чай после подобного – не в моих правилах, – только сейчас он понял, что действительно отстранился настолько, что забыл «прощупать» Зимородка, как проверял почти всех. – Кровать, любое из кресел, пуфики, рядом падай. Только завернись в одеяло. Не то чтобы я не ценил твою красоту, но перемерзать уже незачем.
Он сделал глоток, уже не рискуя обжечься пылающим содержимым, но еще ощущая горячий ком, прокатившийся по горлу и растворяющийся в каждой клетке тела. Горячий, душистый, пряный и в меру крепкий, с едва заметным дымком чуть перепаленного сахара. Вот сейчас допить – и можно снова на кухню, приготовить чего-нибудь сытного, но сначала – уговорить лорда Птаху спокойно полежать или посидеть. Если ему хуже станет – что делать прикажете, ближайшие целители – в родовом доме, а оттуда вызывать… С учетом внешнего вида и того, что запасной комплект одежды – один, хотя…
Кружка отправилась на каминную полку, Чайка легко вскочил, едва ли не в прыжок оказался у шкафа, из которого тут же вылетело два халата. Роскошные и пушистые донельзя, из мягчайшей ткани, длинные… И оба – удивительного янтарного цвета, который сейчас чуть отблескивал шелковистостью длинного ворса. Матушка подарила одинаковые и ему, и отцу, вот только не носили ни разу, отец вообще подобное не надевал, «сплавив» Лару в Убежище сразу оба.
Обувь оставил, одежду уже не восстановить. Вот, надевай, – один из халатов, тот, что на ладонь короче, полетел в Зимородка, точнее, теплым комом к его ногам. И этой длины до пола, а то и ниже, хватит. – Потом придумаю, что и где взять. Да и прекратил бы ты про три дня говорить, пока не уверюсь, что спокойно орионцу физиономию отполируешь – не выпущу. Не хватало потом искать, где ты прилечь решил. Свои вложенные силы я хочу видеть примененными по делу, а не впустую.
Он набросил второй просто как плащ, на плечи, и снова сел у камина, делая еще глоток из кружки и прикрывая глаза. Тепло, уютно, спокойно – слишком спокойно после напряжения сегодняшнего дня, медленно гаснущего за окнами.
Не люблю общее гнездо, шумно там, вечно кто-то вылупится. И орут, опять же, а у меня ухи! И лапы. И хвост, – Лар чуть опирался на один из пуфиков. – Не стайная я птица.
[AVA]http://s7.uploads.ru/t/KcuoS.jpg[/AVA]

+4

14

Не из одной только вежливости Аим хозяина вперед пропустил – среди дуэнде еще поискать нужно простаков, кто не имеет за пазухой пары, а то и поболее, скрытых целей своих поступков. Правда, у Зимородка  она была сейчас одна и весьма приземленная – оценив, как говорится, «товар лицом», лорд хотел узреть и «изнанку».
Узрел. Оценил. Остался весьма доволен.
Артистичности Чайке было не занимать, грации тоже. Образ любого дуэнде в обнаженной натуре только выигрывал, подчеркивая внутреннюю сущность.
– «Ну как же, не слушал, да-да, так я и поверил… Признаваться не хочешь – что ж, в пределе обычного и ожидаемого… Я бы скорее удивился другому… Хм… Это забота или попытка манипулировать?..»
Да, горячее сейчас весьма кстати, а согревающее – тем более.
Вполне насладившись  мизансценой «Чайка приземляется у камина» Зимородок уже нацелился было на молчаливо обозначенную ему кружку глинтвейна, решив расположиться там же, как неугомонный Ровал снова вскочил.
– «Куда?.. Вот же неуёмная натура…»
И не «куда», а «за чем» - шикарный халат Аим «подцепил» взглядом в первую секунду появления – для телекинетика это не просто фраза. Мягкий ком словно сам собою развернулся в полете, немного изменил траекторию – и вот уже мягко шагнувший ему навстречу Ласедо спокойно попадает правой рукой в нужный рукав, в грациозном полуобороте завершая траекторию решившей полетать ткани на своих плечах. Словно тёплое предзакатное солнце решило материализоваться в этой вещи, обнимая его торс. Аим улыбнулся ощущениям, изящным наклоном головы поблагодарив  хозяина. Левую руку он пока держал плотно прижатой в согнутом состоянии к груди, так что предложенная одежда оказалась наброшенной на одно плечо. Ловко обернув талию поясом одной рукой, Ласедо дотянулся до своей кружки, и весьма хитроумным пируэтом, не прерывая движения и, не выплеснув ни единой капли божественного напитка, угнездился на том же ворсистом ковре, рядом с Ровалом, но четко выдержав границы дозволенного личного пространства.
«Птичье» чутьё работало на полном автомате.
Хорошо, что обувь оставил, – с легкой беспечностью отозвался Зимородок.
Ну, в самом деле, он еще об одежде не переживал. Чтобы два дуэнде не придумали, во что тут можно «упаковаться»?
Ну, если ты готов терпеть меня дольше… – Аим глотнул из кружки, держа её одной рукой на манер пиалы, чуть прикрыв глаза, посмаковал ощущение разливающегося внутри терпкого тепла… Ничего лишнего наружу за его щиты не просачивалось, да и хозяина он не трогал, даже не приближался ментально, хотя желание было… Желание было откровенно поблагодарить, ибо велики были шансы у лорда Аима стать ледяным памятником своей неугомонной натуре.
Орионца я в любом состоянии начищу и отполирую со всех сторон, тут особых навыков и не требуется, а вот свой брат-дуэнде… – Ласедо мстительно прищурился, довольно показательно дрогнув крыльями породистого носа. Он не забудет ту соколиную троицу… будет и на его улице праздник. Но попозже. Куда дуэнде спешить, право слово?
Я тоже шум не люблю, – улыбнулся Аим.
– «Ухи у него… А хвост да, я оценил!»
Что, ухи в трубочку сворачиваются, на лапы наступают, а хвост прищемить норовят? Знакомая картина.
Лениво выпростав из-под почти королевского одеяния одну ногу, Ласедо подтянул к себе другой пуфик и удобно расположился полулёжа, лицом к Чайке. Второй добрый глоток почти вернул умиротворение в его душу. Этот постепенно тускнеющий мир, там, за окнами, подождёт.
Нужно, наверное, сообщить как-то диспетчеру, что я жив и не желаю, чтобы меня беспокоили. А то с него станется организовать поисковую группу… Не хватало их тут еще… Или тем более в клан сообщит… Зачем лэри нервировать?
Аим довольно вздохнул и немного прикрыл глаза. А с этого ракурса Чайка выглядит, пожалуй, наиболее выигрышно.
А хвост от стаи поберечь стоит, а то перьев на них не напасёшься.

+4

15

Готов. Можешь располагаться – не стеснишь. Потом расскажешь, что там у тебя завелось из серии «все кланы – братья, но и братьев буду драть я», – как же тихо. Какой у Аима музыкальный голос, для Ровала это было так важно, он трепетно относился к звукам – главному оружию и главной радости. И тембр голоса многое определял, а неприятные звуки могли и физический дискомфорт вызвать.
Почему он и не любил сестер – слишком тонкие и высокие голоса, острые. И племянницы. У матери ниже, но тоже иногда уходит в высоту.
Аим тоже о разговоре и о лэри. Ну да, сидят двое дуэнде. Оба обсуждают лэри, а трусы и не надели.
Связь?
Вот эта задачка по нему! Лар снова вскочил, оставляя халат, соскользнувший по плечам и спине, лужицей бархатного мёда на ковре. Переговорное устройство он оставил в «Кайре» и, не вслушиваясь в то, что пытался - или не пытался сказать Зимородок, он выскочил на улицу, метнувшись к своему самолетику. А прохладно, если больше не сказать, к ночи и ветер уже дул не к морю, а оттуда, ледяными шипами пронизывая тело.
Ничего, полезно, зато двигаться придется быстрее. Совмещая два «успеть»: пока не замерз и пока лорд Птаха не понял, куда понесло Ровала и не выскочил следом.
И ведь справился же. Холод вырвал из полусонного состояния: вернувшись в дом и опустившись рядом с камином, Чайка уже едва приметными быстрыми касаниями трепал переговорник. Ага, вот и настройки на частоту того самолетика, который сейчас в лучшем случае валялся на островке. Но если Лар знал свое море – о, он его знал досконально, как и скалы, ветер и всех, кто сюда лез – то уже половина сожрана серовато-бирюзовой северной водой. Эта тварь голодна, сколько не швыряй – сожрет и добавки попросит. Характер и повадки Чайки, в точности.
Хорошая задачка, – «р» вышло довольным, раскатисто-увлеченным. Техника не собиралась сдаваться, но упорству дуэнде – ничто не помеха. Вот, слабый писк – и на экране уже коды доступа и возможность войти в общую сеть с частоты, соответствующей стандарту почившего в море самолетика. – Набирай диспетчера, они получат сигнал со стандартной частоты без локации.
Что сказать, лорд Птаха и сам сообразит, не птенец. Ровал потянулся к халату, снова набрасывая его на плечи, допил уже холодное вино с пряностями, чуть оперся на пуфик и стал ждать конца переговоров.
[AVA]http://s7.uploads.ru/t/KcuoS.jpg[/AVA]

+3

16

– «Куда опять?!..»
Аим чуть было не дернулся ментально, в первый момент чисто инстинктивно желая остановить этого живчика, которому не сиделось спокойно – да тут же и притушил свой порыв, сделав глоток побольше и заставив себя сосредоточиться на ощущениях.
Во-первых, хозяин – барин. Хочет – сидит, хочет – по потолку гуляет.
Во-вторых, сам же и попросил. Мог бы и заранее сообразить, что переговорное осталось в самолете, ведь руки лорда Ровала были заняты твоей, слегка промерзшей, тушкой. Первая свежесть, прям…
И в-третьих… а вот эта картина выпархивающего из халата Чайки – дорогого стоит… Намётанный глаз вайтьеро с ходу оценил лаконичную простоту движений, как по нотам, подчиняясь одному ему ведомому внутреннему ритму – но единственно верному…
И пока хозяин отсутствовал, Зимородок коснулся взглядом оставленного одеяния, что причудливым золотым самородком покоилось достаточно близко – только руку и протянуть… Но коснулся исключительно взглядом, теша свои эстетские замашки и вбирая тепло, что хозяин успел передать ткани… Божественно…
…и как последний мазок в картине, или заключительная, растворяющаяся в piano нота чудной мелодии – выражение лица вернувшегося Ровала. Пусть думает, что обогнал время, Аим и бровь одну успел изогнуть недоуменно-протестующе – как же не подыграть столь кристально чистой в своей простоте мизансцене?
И явно на пользу пошла пробежка по морозцу босиком… нет, не к милому, но однозначно к милой – образ любимого детища так же явно читался, если снова приоткрыть эмпатию.
Благодарю, Ровал, – Аим подхватил приборчик, предварительно отставив пустую уже кружку на ковёр, ловко перебрал пальцами одной руки по сенсорному экрану – «Беркут», «Беркут», «Икар» на связи…
– «Только убогие орионцы могли такие позывные придумать… Чтобы я еще раз взял машину с таким названием…» – Ласедо даже не потрудился эти свои мысли прикрыть, справедливо надеясь, что Ровал поймет глухое негодование.
Переговорник пискнул – и разразился неприятными, лающими звуками – Зимородок аж поморщился, пока громкость выкручивал, зато потом отчеканил тихим и ледяным тоном:
Со мной всё в порядке. Да, попал в нештатную ситуацию. Да, совершил вынужденную посадку. Где, вам знать не обязательно. Нет, помощь не требуется. Машина ремонту не подлежит. Оформите документы на моё имя. Вернусь через несколько дней, подпишу. Отставить панику. Конец связи.
С удовольствием нажав на «отбой», Аим фыркнул и положил приборчик на ковер. Ну вот, доставил очередное неудобство хозяину.
Надеюсь, сюда они не сунутся, – Ласедо потянулся было к своей кружке, вспомнил, что воздал должное содержимому до последней капли и разочарованно улыбнулся.
А ты совсем один здесь живешь?
И зачем спросил? Чуешь же, что никого в округе… Но вдруг навещает кто. Хотелось бы знать заранее, а то подобные сюрпризы Аим не любил.

+3

17

Значит, вылет был запланирован, и задолго: кому, как не летчику, знать, на сколько и как бронируются частные самолеты. Значит, Зимородок летел по делу, вряд ли тут оказался неслучайно, а вопрос… Ну кому же приятно, когда застанут врасплох, да еще на чужой территории, в подобном виде.
Папенька присматривает, кто ж меня, остолопа такого, одного оставит дольше, чем на неделю. А кроме него, никто ж меня не выдержит, поэтому и не в курсе, где их пришелепкуватого сыночка носит в минуты отдыха. Да и папенька не соизволяет на меня чаще посмотреть, а мы вчерась виделись.
Взгляд Аима бесценен. На долю секунды «нормально общались же» и снова спокойная гармония наглухо закрытых створок «нравится – носи эту маску, я верю, абсолютно верю». Чайка закрывался уже больше по привычке, чем из внутренней потребности, но что-то не давало покоя. Гроза, зима,полет, в котором Лар не мог найти необходимости – все это будоражило сознание и заставляло напряженно действовать, по крайней мере, в мыслях, перебирать варианты, насторожиться. Слишком сложная комбинация, значит, случайность, в которую верить трудно, и тем не менее…
Зимородок. Живой, основательно потрепанный и тоже задумчиво-настороженный, кажется, слишком многое совпало.
И несмотря на это, тебя надо накормить, – Чайка снова встал, но на этот раз уже спокойно, с той самой сдержанной силой. – Пойдем на кухню, там есть удобное кресло, как раз чуть отдохнешь, пока я буду возиться.
Да что там возиться - в наличии почти ничего толкового – полуфабрикаты полуразмороженные… Стейки – на сковороду, брусочки картофеля – во фритюрницу, овощи и морепродукты – под гриль, блинчики с начинкой – в печь. И тут же – чайник.
Чай или кофе? Есть какао, но варить горячий шоколад я умею плохо.
И снова внимательный взгляд на лорда Ласедо – отчасти, чтобы опять попытаться понять, отчасти – чтобы оценить самочувствие. Что же, хотя бы жив, остальное восстановится, дуэнде сильнее и выносливее остальных, лорд Птаха справится, пусть даже сейчас кутается в халат, неловко придерживая поврежденную руку. И как искорка – легкая мысль о том, что стейк надо нарезать, одной рукой Аим не справится.
Есть еще пожелания? Вон там, на полке вся коллекция согревающего, выбери что-то на свой вкус, сейчас не помешает. Нас здесь никто и случайно-то не найдет, а специально и искать не станут, так что пока можно позволить себе отдых.
И снова встревоженный взгляд на Аима: к медикам бы его, слишком бледен, даже после глинтвейна не разрумянился.

[AVA]http://s7.uploads.ru/t/KcuoS.jpg[/AVA]

+3

18

На какую-то долю секунды Аима очень остро – как иголку под ноготь загнали – кольнуло чувство собственной неполноценности, тщательно скрываемое за самыми прочными щитами, да, но, увы, не смываемое... Вот уж удружила клеймом генохранительница… припечатала – не сотрёшь и даже с кожей не сдерешь… Ведь он же почувствовал настороженность и тревогу лорда Ровала, и не просто почувствовал, а проникся… И вопрос задал, глупее некуда.
Зимородок незаметно вздохнул. Конечно, для Чайки всё это выглядит весьма странно, если не сказать подозрительно, в такую погоду не летают… Не летают? А сам лорд Отанэкт что в небе делал? Карту-то Аим вспомнил – и орионцу понятно, что он не на пороге Убежища рухнул…
Я в Сопорис летел, хотел поговорить с лордом Асио, – Аим двинулся за хозяином на кухню, – У меня в имении какая-то… чертовщина завелась, надеялся приватно получить консультацию, официально светиться не хочется, ты же понимаешь… Кофе, если не сложно.
Зимородок расположился в предложенном кресле, с комфортом подтянув колени к груди и завернувшись в мягкий халат – так было проще контролировать руку, скользнул взглядом по полкам с «согревающим».
А это немного погодя, сейчас я не отказался бы от еще одной порции глинтвейна, если есть. А нет – кофе достаточно…
И снова эта тревога в глазах Чайки… Всё же повезло, что его самолет нашел именно он, другой мог и шею свернуть – и ни один, даже самый подозрительный, сыщик не подкопался бы…
Ты не смотри, что я бледен, Ровал, так нужно… – Аим улыбнулся, поднимая глаза на хозяина. Щиты он оставил уже чисто по привычке, да и те тонкие, что позволял себе… да забыл уж, когда такое позволял. Но здесь почему-то действительно хотелось расслабиться… Проклятая ущербность!
- Через пару-тройку часов почти в норме буду, это же моя профессия – кости сращивать. Так что на этот счёт не волнуйся, помощь извне не нужна совершенно. А что в такую погоду попёрся… – Зимородок фыркнул, – …повздорил в баре при лётной гостинице в несколькими Соколами, а сам связан клятвой лэри клана не ввязываться в потасовки… Вот и сорвался в непогоду. Думал, проскочу…
Аим задумчиво и даже немного виновато наблюдал, как ловко Чайка порхает по кухне.  Как он себя назвал? Пришелепкуватым? Ну-ну…
А как ты вообще меня нашел? Это что, твоё хобби, в такую погоду летать?

+3

19

Значит, Соколы. Губы сжались в тонкую нитку, глаза посинели почти до черноты кофе, над которым поднималась пушистая шапка пены. Лар снял джезву со сковородки с раскаленным песком, перелил в чашку, выложил на тарелку картофель и овощи, быстро нарезал стейк на удобные кусочки и пододвинул тарелку Зимородку.
Собственно, причина та же. Чертовщина. Только сначала в родовом гнезде с полного одобрения матушки, а потом сюда грозили заглянуть. Я же сказал уже. Женить решили, полный дом невест, без предупреждения. Вот я оттуда и смылся, отец предупредил, что маменька может и сюда заглянуть, пришлось улететь ненадолго. Тут уже буря или нет – лэри Чаек страшнее, а за свою жизнь я не отчитываюсь. У матери четыре дочки, я так – не совсем важное существо, которым и рискнуть можно. Собственно, чем я в своей жизни и занимаюсь.
Он спокойно стоял у плиты, снова смешивая специи и сахар для глинтвейна. Откровенность в разумных пределах – за столь же разумную откровенность. Делить им нечего. Совершенно. В клановые распри Ровал и в бреду не влезет, и не выпьет столько. Да и кто ему вообще хоть что-то позволит, выжил – и на том спасибо то ли себе, то ли недотепе-наставнику. Значит, не интересно ничего. И интересно всё одновременно. Ровно настолько, чтобы информацию не искать, а получив – держать при себе. Лорд Ласедо ценен для клана. Что же, значит, Чайки счастливо избежали неприятностей и нервотрепки. Потому что он жив, почти цел, если верить его же обещаниям, скоро совсем будет.
Я случайно тебя услышал, Аим. Точнее, просто сигнал, решил, что орионец. От лишних запчастей я не отказываюсь, привередничать не в моём стиле, люблю технику, а лэри это не нравится. Вот и тягаю то, что плохо лежит или случайно свалилось на голову. А тут… Немного другая добыча, не ждал тебя увидеть. Но тем лучше, можно не одному сидеть. Утащил сюда, всё равно мои больше не полезут, будут искать на работе или по курортам.
А в голове, тщательно спрятавшись за щитами, бьётся мысль.
Только усни, лорд Птаха, покрепче… «Кайра» на ходу, обещаний генохранительнице я не давал, наша на меня давно крылом махнула. Координаты той летной гостиницы я из переговорника вытащу, Соколы не полетят в такую погоду, а я… А мне в радость им клювы подправить, заодно узнаю, что они толпой вдалеке от своего домена ищут. Им здесь явно не место, из тех, кто тут живёт – только с Чайками до сих пор отношения натянутые. Вот и натяну. Покрепче. На глобус Сетха.
Ты ешь, не стесняйся, – да, Чайка, молодец, как ребёнку нарезал. Но тем лучше, справится. –
Сейчас глинтвейн закончу.

[AVA]http://s7.uploads.ru/t/KcuoS.jpg[/AVA]

Отредактировано Ровал Бел’Ла Отанэкт (20-01-2020 19:40:37)

+3

20

В кресле около стола так удобно наблюдать…
Аим щурился на дымок, причудливыми и зыбкими завитками то ли догонявший, то ли наоборот, убегавший от лихо рассекающей раскаленные песочные барханчики джезвы, направляемой уверенной рукой Чайки. Ловко он… Вот что значит пилот от рождения. Ноздри Зимородка дрогнули, ловя аромат свежесваренного напитка, приправленный к тому же запахами мяса, картошечки… И овощи – какие? – кабачок, баклажан, перчик, лук… шалот, да.
Лорд уже с удовольствием потянул носом, отмечая, что обоняние вернулось в полном объеме. Хороший знак.  Организм восстанавливается. Но поскольку у всего есть две стороны, то еще это означает, что тот же самый организм просто захотел пищи. А из духовки запахло блинчиками с… – да он готов палец на отсечение дать, что с его любимой начинкой из кисленьких ягод личи…
Аим сглотнул, кивнул благодарно, принимая одной рукой чашечку с кофе, торопливо поднес её к губам, как самый нетерпеливый ребенок, получивший, наконец, вожделенное лакомство – и как только от фырка удержался, грозившего уничтожить не только аппетитную пенку, но и добрую половину содержимого отправить в свободный полёт – наблюдая, как Чайка ловко режет стейк на кусочки…
– «Я выгляжу НАСТОЛЬКО беспомощным?.. Где ж ты так только научился, лорд-нянька…»
Зимородок еще секунду не мог отвести взгляда от тарелки, пока та совершала плавный «вжик» к нему поближе, поднял глаза на хозяина – и медленно улыбнулся во все 32 идеальных зуба, спуская ноги на пол и принимая позу, более приличествующую для еды.
Мне даже в детстве так не везло… – на миг в карих глазах блеснули задорные мальчишеские искорки, - Благодарю, лорд Отанэкт, - тон сменился на утрированно чопорный и официальный, чтобы уже на следующей фразе снова вернуться к журчащему веселью, – Вы… ты продумал всё до мелочей!
С удовольствием отправив в рот первый кусочек, Аим задумчиво протянул:
- Чертовщина… у меня она несколько другого толка, потому и полетел к Сове. А женитьба… – Зимородок равнодушно пожал плечами. – Всё равно ведь женят, если решили, сам же знаешь…
– «Странно другое, тебя стараются показать, как говорится, «в движении», словно не могут найти охотниц…»
– …Я вот не переживаю, просто жду, – Аим подцепил вилкой луковку, овощи-гриль он любил все, и почти в неограниченном количестве, – Но меня обещали не трогать какое-то время.
– «Ну да… чтобы набить цену и продать подороже… Не забуду генохранительницу и мать мою, чтоб им рыба мясом казалась…»
Ноздри снова дрогнули, вычленяя из потоков воздуха тонкую примесь специй для глинтвейна… Все же хорошо вернуться в мир живых.
Случайность – это частный случай закономерности, – важно изрек Аим, прикончивший всё, что было у него в тарелке, и снова позволивший себе откинуться на спинку удобного кресла. – Да я не стесняюсь, как видишь.
Веки наливались сытой тяжестью.
– «Сейчас еще глинтвейнчику – и можно считать, что вечер удался… за исключением того, что я лишил хозяина законных запчастей… нда.»
А может, мы завтра туда слетаем? Ну, где я… ты меня нашел? Соберем, что осталось? Всё равно это уже никому не нужно.
Мысль показалась интересной – хоть как-то отплатить за гостеприимство, но следовало. Он же не Сокол какой… И не злопамятный, да. Просто память хорошая – но это уже гены, против них не попрешь.

+2

21

Залить вино в термос, подержать, открыть – и кухня снова наполнилась распаренными в алом мареве спиртного пряностями. Ровал точно разлил напиток на две кружки, думая о том, что услышал. Аиму нужен лорд Асио, точнее, кто-то из Сов, а Ренэ́ подходит как нельзя лучше. Из возможного.
Ты действительно везучий, я слишком хорошо знаю море. Даже если соберусь лететь сейчас, там не будет уже ничего, прилив, эти скалы почти скрыты водой. Тела выбрасывает часто… – Лара передернуло от одной мысли, что и лорд Птаха мог бы вот так валяться на песке и гальке. – Нет смысла, еще будут полеты, еще будет сколько угодно железок. Так что просто пей глинтвейн и ложись спать. Через пару дней отвезу тебя в Сопорис, похвастаю, как летает моя «Кайра», сам убедишься, насколько прекрасным может быть небо.
Он и сам сделал глоток, скорее для того, чтобы немного отстраниться от размышлений. Лорду Ласедо надо выспаться, что бы он там ни говорил, надо тепло. Доводить дело до конца, чем бы оно ни было – шуткой над орионскими туристами, отбиванием от себя невест, добычей того, что считал ценным – это стало уже привычкой. Вот и сейчас, если уже начал…
Почему-то с Аимом было спокойно. Как во время редких посиделок дома с отцом, когда никто не влезал. Внезапно мысли переключились совершенно на другое: отец никогда не пойдет против воли лэри, даже если речь о его ребенке.
А это значит… Значит, мать позволяет ему сбегать. Пока позволяет, значит, решение – не ее, и она всего лишь находит хорошую защиту в своенравности младшего ребенка.
Если же будет по-другому… Его найдут и в Убежище, и где угодно. А значит, надо найти возможность исчезнуть при необходимости.
Но лорд Птаха не при чем. Вон, уютно устроился в кресле, почти дремлет.
До кровати дойдешь? И не думай, что я не найду, где устроиться, в самом крайнем случае – кровать на четверых рассчитана, поместимся. А ты уже в кресле засыпаешь.

[AVA]http://s7.uploads.ru/t/KcuoS.jpg[/AVA]

+2

22

Море отказалось меня принимать, вот и всё везение, – угрюмо буркнул Аим в кружку с глинтвейном, - Но я этому рад, что уж тут скрывать.
Тепло, напиток и какое-то странное спокойствие… Это должно было настораживать – спокойствие у дуэнде? Помилуйте! – но не настораживало. Он еще в первую встречу в Сомносе это отметил, вернее, взял на заметку, и вот сейчас снова то же ощущение…
Аим немного прикрыл глаза, продолжая наблюдать за лордом Ровалом… нет, просто за Ровалом, через ресницы. Интересно, о чем он думает? Если ему позволяют находиться в этом уединенном убежище – хорошо, никто не потревожит в ближайшее время.
Небо и так прекрасно, я знаю, – протянул Зимородок мечтательно. – А вот «Кайра» – это уже интереснее…
у него своё небо, то, которое вдыхаешь полной грудью, стоя на вершине утеса, то, которое опрокидывается навстречу и щекочет кожу, пока ты падаешь вниз , широко раскинув руки в попытке поймать эту призрачную субстанцию – и признаешь свое поражение снова, сведя их у самой воды, чтобы войти без всплеска… И это тоже небо – чуть более плотное отражение насыщенного аквамарина, такое же ласковое, теплое, пронизанное лучами света, которые здесь можно почти потрогать, поиграть, как на струнах… А между ними рыбки, как птички – и глубина, где аквамарин сгущается до черноты…
…он что, уснул?
Аим распахнул глаза с самым невинным видом, хлопнул пару раз ресницами, смаргивая последние капли видения – нет-нет, я просто замечтался, лорд Ровал… просто Ровал… Лар… Это будет слишком фамильярно, назвать так своего спасителя?..
Я не сплю! – вскинулся, как взъерошенный птенец после купания, и тут же согласился: – Ну, почти… Ты прав, наверное, мне стоит отдохнуть… Дойду! Еще чего…
Аим с сожалением выпутался из кресла, такого уютного, мягкого, теплого… стоять! Поставил на стол пустую кружку.
Благодарю. Хороший у тебя глинтвейн…
– «Как глоток солнца после затяжного погружения…»
А раз на четверых, то и не выдумывай ничего больше… к тому же, я компактный.
Улыбнувшись хозяину, Зимородок чуть потянулся, расправляя плечи, и побрёл в сторону спальни.
Да, широкая кровать… молчать, воображение!
Аим прилег с краю, прямо на покрывало, сместился слегка на бок, выискивая наиболее удобную позу, чтобы руку зафиксировать. Ему просто нужно немного покоя… немного… и капельку аквамарина, как перстень на пальце…
Лорд Ласедо спал, завернувшись в халат – и губы подрагивали от легкой улыбки.

+1

23

Вот теперь Аим точно уснул. Чайка чуть нахмурился, набрасывая на него лёгкий плед, затем метнулся к шкафу, неслышно выхватывая оттуда вещи и почти молниеносно одеваясь в единственный сменный комплект одежды. Если всё удастся – лорд Птаха получит одежду по размеру. А эта все равно ему велика.
Мысли мелькали и теснились, как сёстры у фуршетного стола на клановых собраниях. Каждая норовила ухватить кусочек пожирнее, тяпнуть, выделиться. Жадный и бестолковый клан, кровь Соколов никак не улучшила популяцию.
Но на все воля генохранительницы, чтоб ей спираль в… в хромосому. Переговорник – просмотрев координаты последней связи – на столик у кровати, и бегом – в «Кайру». Что там Зимородок говорил? Если следовать его рассказу и правилу трёх точек для безошибочного определения зоны поисков – только одна гостиница подходит по траектории полёта. А значит, буря не помеха, помехой будет не выяснить, что Соколы забыли вне земель клана.
Самолетик умело скользил в вихревых потоках, сильных, мрачных и хлестких. Совсем как мысли: только повторения истории трехлетней давности не хватало, когда постарались тихо и незаметно утащить архив Чаек. Если бы не случайно заснувшие там двое сбежавших от жен…
Ветер пытался растрепать маленький и хрупкий самолетик, порвать его, швырнуть наперерез ощерившимся скалам, замедлить, помешать. Брови Лара упрямо сдвинулись, глаза уже приобрели такой же цвет, как у грозового неба. Посмотрим, кто кого согнет. Не сломает, что вы, упаси предки ломать волю ветра, с которым и дышишь сейчас в одно, и характером – схожи до поразительного и бестолкового рывка в неизвестное.
Молнии вытягивались причудливой паутиной трещин: Лару почему-то вспомнились пещеры неподалеку, с их включениями редких руд и кристаллов. Трещины с пиритом сверкали так же. Золото дураков. Соколы дураками не были, они даже флайер взяли напрокат, вот, стоит возле гостиницы. Чайка на миг задумался… Посадить «Кайру» сверху? И с корабля на бал? То есть, на бой… или всё-таки поизысканнее?
На втором способе и остановился, свой самолётик подальше, в гостиницу войти как ленивое и замёрзшее нечто, потребовать чаю и надменно посмотреть на частично трезвых Соколов в углу. Всё бы ничего, особенно восхищают запасы спиртного в гостинице – если трёх дуэнде зацепило, то погреба достойны восхищения, хотя бы количеством. Потому что качество – судя по «ароматам» – хуже некуда. Или у этого клана со вкусом проблемы.
И не только со вкусом, но и с общением. Переглянулись и решили поинтересоваться погодой, присаживаясь рядом.
А Чайка только пожал плечами. Что поделать, мальчик он воспитанный, если просят рассказать о погоде за стенами теплой и уютной гостиницы…
Ну … Дождь вот так сначала в эту сторону, потом вот в ту, потом гром вот так и вот туда как бах, потом молнии как начинают, сначала слева, потом справа, потом ветер как поднимет, как закружит, как швырнет, потом опять молнией, потом как громом сверху и дождь вот так слева, направо, справа налево, и хлыщет, хлыщет… Ой, а чего вы лежите? А что, погода не нравится?
Лар растерянно оглянулся на выглянувшего из-под стойки хозяина гостиницы:
Ой, всего-то показал, что с погодой. Не сердитесь, они устали, прилегли, еще жить будут, наверное. А у вас не найдется одежды… Вот как на этого, только с него снимать не хочу, кажется, он свою испачкал.
Ровал не особо надеялся, что найдется что-то новое, но, видимо, подобные вопросы были здесь не редкими. Нашлось всё: и пара футболок, и клетчатая рубашка, и светлые джинсы, и даже абсолютно новое белье и носки с… С чайками!
Оценив иронию, Лар хмыкнул, расплатился и вышел, жадно посмотрев на флайер Соколов. Две минуты работы тоненькой отверточкой – и полный доступ к системе навигации, к заложенным картам и… Надо же, эти «птички» собирались карты спорных территорий составлять. Ну ничего, ещё минут десять проверить, настроить, лишние детали – по карманам, всё остальное – на место, теперь гарантированно долетят. А вот куда – никто не скажет, даже примерно. Зато на «Кайре» можно будет установить систему отслеживания с картографом – хорошая досталась, новенькая. Что там лорд Птаха жалел? Зря, с его же подачи такая редкость досталась, и размялся, и назад успеет до того, как Аим проснется. Во всяком случае, постараться надо.
Панель управления «Кайры» спокойно и привычно легла под руки. Взлёт. И снова ветер, волны и предельная внимательность – Лар наслаждался полетом, как другие – властью, вином или отношениями, каждая секунда была напряжена, как сверкание молний над морем. Срастаясь с Сетхом – жестоким и красивым – поглощая силу стихии и пытаясь успокоиться.
Ровал осторожно вывел самолёт на посадку, касаясь крыши убежища едва ощутимо. Наверное, Аим ещё спит, не стоит будить. Поэтому забрать пакеты с одеждой и войти как можно тише.

[AVA]http://s7.uploads.ru/t/KcuoS.jpg[/AVA]

+3

24

В сон Аим не погрузился – он в него упал. У дуэнде ведь как – если сразу шею не свернули, есть шанс, что дадут время на восстановление, хотя бы для того, чтобы помучился. А сейчас вообще время мирное, и даже Лебедь-наставник, любимый со всей ненавистью, давал несколько часов покоя… Потому и привык молодой вайтьеро, расслабился, да и с Чайкой у них конфронтации не намечалось, кланы не сказать, что б дружили, но и не враждовали. А что намечалось – так о том лазурный лорд пока предпочитал не думать, чтобы не разрушить что-то тонкое и хрупкое, вроде утреннего призрака кружевного льда на поверхности воды после холодной ночи.
Так что часа два Аим спал, можно сказать, без задних ног, нацелив организм на скорейшее восстановление и латание. Потом сон сменился на более чуткий, и еще через час Ласедо, осознавший, что Чайки рядом нет, и аккуратно «прощупавший» окружающее пространство на предмет местонахождения последнего, распахнул глаза и сел на кровати, недоуменно и настороженно прислушиваясь.
Вариант «хозяин постеснялся лечь рядом с гостем и уснул в гостиной» Зимородок отмел – Лар не производил впечатления девственницы из орионских сериалов для трудных подростков, впервые оставшейся наедине с мужчиной.
«Куда он делся? А главное – зачем?..»
Но никакого приемлемого варианта ответа мозг не предлагал и Ласедо решил дождаться естественного развития событий, а чтобы не скучно было, можно снова пожевать чего – метаболизм, усиленный в разы, требовал более интенсивной подпитки. Да и рука уже почти пришла в норму – от силовых упражнений, конечно, следовало пока воздержаться, а вот простые бытовые действия вполне по силам. Аим просто перебинтовал потуже место бывшего перелома полотенцем и отправился исследовать запасы съестного… да, явно на случай осады Чайка тут затарился. Ну что же, рагу с овощами вполне можно сообразить, и приправы имеются нужные – Зимородок с удовольствием сунул нос во все баночки, которые нашел по запаху.
Минут через сорок в кастрюльке уютно пыхтело что-то ароматное, Аим с бокалом вина (он же помнил про любезное предложение Чайки «согреться») медитативно наблюдал за процессом, оставив только небольшую подсветку и пару свечей – лорд Зимородок любил посидеть в интимной обстановке – а на горизонте восприятия появился кто-то…
– «Вот же, всех предков ему в хвостовое оперение! Куда ж носило-то в такую погоду?..»
Рагу с овощами будешь? Как раз поспело, – ласково и слегка нараспев осведомился Аим у почти неслышно прокравшегося внутрь хозяина, и обернулся…
– «Тю-ю-ю… Этот синяк на скуле явно не ветром надуло…» – одна бровь Ласедо непроизвольно поползла вверх.

Отредактировано Аим Ласедо (25-02-2020 02:37:57)

+3

25

Всё-таки разбудил. Это было первой мыслью, ещё до того, как чуткие ноздри дернулись, ощущая восхитительную смесь запахов, заставившую желудок почти что жадно и требовательно заурчать.
Чайка сглотнул слюну,и движение челюстью отозвалось лёгкой болью. Зацепили?
Беглый взгляд в висевшее в коридоре зеркало Ровал бросил одновременно с прозвучавшей фразой Зимородка. Да и мимику удалось поймать, кажется Аим оценил внешность. Вот и что соврать? О приборную доску? Споткнулся, когда из "Кайры" вылезал? На улице ветер камни ворочает и по морде?
- Выспался? Чуть позже поем, я тут тебе оперение раздобыл. Что-то новое, что-то - почти. Ну и себе стащил новенький голографический картограф, последняя модель, явно у орионцев брали. Интересно, а зачем? И главное - чем рассчитывались, ну не уборкой-готовкой же? Лорд Птаха, ты же тех Соколов видел, не шить, не стирать, а трахаться - золотые лапы!
Лар кивнул на комнату и первым прошел туда, раскладывая добычу на кровати и комментируя каждую вещь:
- Носочки. С чайками, прости, ваших клановых не было, мне к твоей лэри летать недосуг. Футболки. Новые. Рубашка в клеточку, хоть штаны не в полосочку. Белье в запас, решишь искупаться… Ремень. Вообще я их с детства не люблю, маменька "витамином Рэ" называла и потчевала. Поэтому и ношу только в форме пилота. Куртку я свою дам, как раз уютнее завернешься, хотя пока вылезать не стоит, буря только раскручивается, это точно на пару дней.
Чайка готов был говорить что угодно, вертеться и не останавливаться, только бы на него не смотрели так. Пропустить удар! И даже не заметить, не кинуться в ответ. На каком же моменте драки он так открылся? Надо точно восстановить всё, до мельчайших деталей, чтобы больше ни одна ящерица императорская не коснулась! И тренировки. Чем прочнее по графику - тем лучше.
Не смотри так, лорд Птаха. Сам знаю, что младше тебя, что желторотик. Но что в твоих глазах сейчас? Презрение? Нет, явно нет. Жалость? Помилуй, предки, не бывает такого!
И глаза, напоминавшие грозовое небо, начали снова синеть, оттаивая в тепле дома.
Ровал тихо коснулся руки Аима.
- Не болит?

[AVA]http://s7.uploads.ru/t/KcuoS.jpg[/AVA]

+2

26

Оказывается, Чайки еще и поют – без остановки, много, не стесняясь… Механический соловей – и тот позавидует.
Аим рассеянно облизал ложку, которой только что мешал своё ароматное варево, получившее пару оставшихся глотков вина из бокала напоследок, для вкуса, проследовал в спальню и в упор теперь буравил взглядом Ровала.
- «Смотри, как вертится, нахал! Значит, меня можно уложить спать, а самому – морды бить моим Соколам? Это свинство, забирать себе чужих врагов, да без спросу! Логотип-то на пакете какой знакомый, я за пару дней в таком чуть дырку не проглядел…»
Зимородок подбоченился рукой, так и не выпустив из неё ложки.
- «Оперение, значит… Носочки, футболочки… А если б они тебя?!.. Да етить всех Предков во всех Морях не разбирая родословных!»
Левая рука Аима цопнула так кстати подвернувшуюся руку Ровала, цопнула ухватисто, с дальним и эгоистичным прицелом, что вырываться лорд не станет, боясь покалечить, раз интересуется, а значит…
- Не болит! – очень тихо и нараспев начал Зимородок, подтаскивая поближе то ли себя к Чайке, то ли Чайку к себе и упираясь взглядом сначала в ямочку на подбородке, а потом требовательно заглядывая снизу в синие глаза, - А у тебя не болит? – рука с ложкой очертила в воздухе контуры скулы с таким характерным кровоподтёком и упёрлась в плечо Ровала.
- Да как тебе вообще пришло в голову одному туда соваться? Жить надоело? Или «витамин Рэ» до мозга так и не добрался? Ты думаешь, я плохо тех стервецов рассмотрел? Не оценил их компанию в сумме и по отдельности?! А если бы они тебя своими золотыми лапками вытрахали и с обрыва по ветру перышки спустили?! Что бы я почувствовал? Ты об этом подумал?!
Каждая фраза начиналась с пиано, а заканчивалась на фортэ. А для убедительности восклицательных знаков Аим еще и припечатывал их ложкой к ровалову плечу, совершенно не обращая внимания на свои действия – так ему хотелось доказать этим синим глазам всю опрометчивость и обидность их поступка…
- Вот кто ты после этого, а, Лар?! – продолжал бушевать Зимородок, аккомпанируя ложкой, и не смея сознаться даже себе, что за музыкальной выволочкой скрывался самый элементарный, но непонятно откуда взявшийся, страх не увидеть больше этого детину, - Мог же подождать пару дней и вдвоем бы морды им начистили? Мог?! Ведь мог??!

+3

27

Что вообще происходит? Нормальной реакцией на прикосновение – полное напряжение тела и оттолкнуть – не ответить, руку не отдернуть. Не причинять же еще больше боли, нецелесообразно, невыгодно и… И неправильно. Почему-то последнее заслонило всю выучку, все правила и нормы, да что с ним творится, вторая промашка за день, впору получить удар …
И они посыпались. Градом от еще теплой ложки, куда попало по телу, вместе с выговорами, вопросами и сверкающим взглядом этих карих глаз, которым бы сейчас вспыхнуть пламенем, но почему в них только искры? И не хочется уворачиваться.
Аим в своем праве, его обидчики, его право мести, и то, что территория Чаек под угрозой – основание всего лишь узнать. Так почему же открытый конфликт, зачем была эта драка, почему он сам начал ее?
Сейчас оставалось только стоять, любуясь переливами голоса лорда Птахи, изящными модуляциями голоса, жестами, да всем этим гневом. Опускать взгляд – не из-за роста, а потому что в естественном и привычном порыве – забыл о привычном праве отыграться самостоятельно, не надеясь ни на чью помощь.
– Аим… – скорее тихий шепот, не для того, чтобы услышал, чтобы сказать хоть что-то, внезапно понимая, что не захотел рисковать вот этой безрассудной отвагой. Зимородок, рискующий получить ответку, рискующий всем. – Ты дал слово не ввязываться, я… Я не давал.
На секунду снова поймать сверкающий взгляд, едва ли не роняя и без того не самые прочные щиты. Что поделать, тренировки надо проводить с теми, кто сильнее, а родители – без шансов. Не тот клан. Замереть перед этим пламенем, сделать пару шагов назад, оступившись и падая на кровать.
Ровал подхватил накренившегося Аима, подхватывая его так, чтобы Зимородок упал сверху, придержал сломанную недавно руку, чтобы не ушибить. Еще бы халат на Аиме не распахнулся.
– Тише. А то сброшу, – попытка прошипеть и звонкий смех. Неожиданно для себя Лар тихо ткнулся носом в макушку Зимородка и тут же снова поднял взгляд. – А что, ножи закончились? Или я настолько замерз, что меня, как мороженое – ложечкой?

[AVA]http://s7.uploads.ru/t/KcuoS.jpg[/AVA]

+3

28

Весь комизм ситуации дошел до Зимородка одновременно со смехом Чайки – и хорошо так дошёл, словно по затылку огрели и …уронили так ещё аккуратненько. Раскрытый для очередной тирады рот застыл на мгновение, пока Аим оценивал мысленно получившуюся мизансцену, потом с явно слышимым хлопком закрылся. Ласедо посмотрел на хозяина, перевел глаза на ложку, тоже застывшую для нанесения очередного удара, прикинул, сколько раз ему уже могло прилететь так нехило, поскольку Чайка был явно крупнее – и откровенно прыснул, тут же переходя на громкий хохот.
Тело отрезвляюще холодило мокрой кожанкой – и когда Ровал успел развязать пояс и распахнуть на нем халат? Не зря видно руки внизу держал, а он в запале… Наставник шкуру бы с живого спустил, за то, что так расслабился, а потом заставил бы в неё обратно влезть… к Предкам Наставника. Всех и всё к Предкам – правила, обычаи, законы. Аим словно со спичкой в чужом подземелье сейчас двигался, медленно и аккуратно, не представляя даже, что ждет его за следующим углом…
Хохот замер, Зимородок уткнулся лбом в грудь Ровала, переводя дыхание, тут же снова вскинул голову, блестя глазами и не думая слезать с хозяина.
Ишь ты, быстрый какой, ножиком… А может, это секретная и чудовищная пытка вайтьеро – ложкой. Ножиком-то любой птенец сможет, а ты попробуй вот…
Он снова прыснул, опуская, наконец, руку с ложкой. Поёрзал немного, приподнимая одну бровь.
А ты почему такой мокрый, Лар? Что, с открытыми форточками летал?
Имя «Лар» как-то уютно легло на язык и совершенно не хотелось вставать вот с этого вот птенца-переростка, да и сам он выглядел сейчас таким же. С проснувшимся не к месту, а может как раз таки и к месту детским любопытством – а что будет дальше?
И странным холодом чиркнула по затылку мысль, что могли ведь Чайке и так перья начистить, что и следов этих самых перьев не нашли бы…
Аим уперся коленями по обе стороны ног Лара, чтобы уже гарантированно не свалиться с мокрой и скользкой кожанки.
Но ты всё же… – он поискал слово, чтоб и не обидное, и дошло, что он не просто так тут полуобморочную пташку изображает, – …болван, что один полетел. Я за тебя переживал. Мог действительно костей не собрать.
Моргнув, Зимородок скосил глаза в сторону, цепляясь взглядом за разложенную одежду.
С чайками, говоришь, носки? Надо же, мой любимый дизайн.
И уже совершенно серьезным тоном:
Спасибо, Лар. И каков итог вылазки с той стороны?

+3

29

Легчайшим жестом Чайка укутал Аима в мягкую и пушистую ткань халата, сдавливая желание сорвать янтарную бархатность и отбросить куда подальше. Красавец же, дышать рядом трудно. Прикрыть на секунду глаза, чтобы не искрились жадностью и не скользили... куда не надо, на Зимородке даже белья нет, а он так вольготно усаживается, так легко… И так трудно удержаться.
Форточка? – а ведь и в самом деле, летаешь в негерметичной кабине, чтобы ветер чувствовать, а потом вещи сутки сушить надо. Вот сейчас и объясняйся, сам… болван, спасибо за подсказку, лорд Птаха, точно подметил. – Да ветерок на улице, а меня, туповатого, папенька никак не научит, что против ветра «до ветру» не ходят..
Ровал рассмеялся, но тут же взгляд стал спокойным и немного уставшим.
Заманчиво звучало, Аим. Слишком. Соколы – ещё и так близко, не подбираются обычно, моё ученичество хорошо перечеркнуло отношения между кланами, они помнят и не преминут отомстить, если мы первыми не ударим. Как в этот раз, замахнулись на спорные территории, вот только знать бы: сами или по наводке соседей, – он осторожно трепал пояс на халате Зимородка, словно играя с ним. – Теперь пусть летят. Я испортил навигационки в их флайерах, решат лететь в бурю – привет их предкам и моему наставнику. А дождутся тишины – просто с нейтрального курса слетят, воздушные патрули не пожалеют.
Аим, лорд Птаха, как же ты красив, зараза пернатая, когда вот так слушаешь, чуть склонив голову набок. И этот взгляд пронизывающий и теплый, требовательно ждущий чего-то. И то, как ты, по-хозяйски расселся, как на лошади, обхватив ногами. Да не из стали я…
Чайка жадно сглотнул слюну: как же хорошо, что хоть в животе не заурчало. И от запахов с кухни, и от ещё кое-чего.
Может, ты и прав, что вдвоем надо было. Только тебе сейчас не вылезать бы, пока буря не стихнет. Я привык, и не в такие ураганы самолёты сажал. Да и «Кайра» рассчитана. Я покажу тебе, что…
А пальцы неосторожно скользнули к вороту халата Зимородка.

[AVA]http://s7.uploads.ru/t/KcuoS.jpg[/AVA]

+3

30

Ему показалось, или этот укутывающий жест подразумевал явно противоположное желание? И глаза лорда Отанэкт блеснули как-то совсем не от дождя… А уж то, что он сам уже какую секунду непозволительно… или как раз таки позволительно сидит верхом на Чайке, означает…
«Что ж ты притягательный такой, лорд? Я ж еще в Сомносе тебя приметил…»
А тебе нравится против ветра, да? Пёрышки ерошит, кожу ласкает, – Аим усмехнулся, чуть наклонив голову, совершенно откровенно разглядывая хозяина сверху вниз.
«И поясок тебе мой явно мешает…»
Я так понимаю, ты им не только навигационку попортил, – Зимородок отбросил, наконец, ложку и легонько коснулся пальцами скулы Лара рядом с синяком, – Ну и Омутом им дорожка. А это заживет быстро, вскользь мазнули.
Колени чуть сжали бока Чайки. Как приятно чувствовать стальные мышцы, которые он так хорошо оценил несколько часов назад.
Покажи-и, – почти шепчет Аим.
И так естественно дёрнулось плечо, заставив стечь вниз ткань халата, чтобы рука Лара встретилась с обнаженной кожей. Это же пустяк – немного упредить движение.
Зимородок быстро и требовательно потянул за один рукав куртки, за другой, выдёргивая её из-под Чайки и отбрасывая в сторону. Чуть не поотрывал пуговицы, расстегивая и отправляя следом рубашку, уже откровенно улыбаясь, поддел пуговицу на поясе брюк.
Чайка же наверняка заметил топорщащуюся явно не от ветра полу едва держащегося теперь только на бёдрах халата. А это он еще себя сдерживает.
Если моё варево потомится еще минут несколько, то ему только на пользу, а вот я томиться не хочу-у… – последний звук растворяется в аккуратном поцелуе, которым Аим, наклонившись, пробует губы Лара – нижнюю, верхнюю и языком… А руки продолжают стягивать с него брюки…

+4


Вы здесь » Приют странника » Будущее » Скалы прячут ветер