Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Глава 4. Четыреста капель валерьянки и салат! » Сезон 4. Серия 140. Долгое эхо


Сезон 4. Серия 140. Долгое эхо

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Время действия: 2447 г., 3 марта, 12:00-22:00.
Место действия: «Страж», звездолёт класса «Бесстрашный» (USS Guardian NCC-74741), мостик, каюты экипажа, станция на орбите Юпитера.
Действующие лица: Джеймс Гордон (Кристиан МакКензи), Неро Дини (Эдвин МакБэйн), Ясеньяра Т'Ках (Николь Моле),

http://s8.uploads.ru/6cUXZ.jpg

0

2

Кажется, сегодня не в духе были все – мостик не гудел тихо голосами, а замер в напряжении, которое вот-вот готовилось то ли разрядиться, то ли прорваться взрывом. Гордон, хмуро оглядывавший офицеров со своего «насеста», ощущал это буквально кожей, по которой словно то и дело холодным воздухом проходило, заставляя щуриться недовольно и даже, пожалуй, немного зло. Подобное совпадение – а ничем иным это назвать было нельзя – даже ему, не особо суеверному в подобных вопросах, казалось плохим знаком. Еще и объяснить экипажу, чтобы на «Накатоми» за ним ни один не увязался, и желательно – не устроив омерзительный и огромный скандал, потому что обычно это единственное, что останавливает излишне ретивых офицеров.
Почему все еще нет курса? – наконец, оторвавшись от разглядывания чьего-то затылка, абсолютно спокойным голосом уточнил он. – У нас, что, нечем заняться? Или наоборот, кто-то слишком занят, чтобы выполнять свои прямые обязанности?
Если бы яд, прозвучавший в его голосе, можно было бы собрать в колбочку, отравить им вышло бы средних размеров звездную базу, и возможно, даже не одну.
Лейтенант-коммандер Дини, вас я сейчас попрошу покинуть смену и вызвать замещающего офицера, – так же спокойно процедил Гордон через полминуты, когда накал достиг практически предела. – В ваших расчетах за последние трое суток допущены грубейшие ошибки, недопустимые для вашего звания и подготовки, а мой корабль нужен мне не размазанным в варп-пространстве.
Такого, кажется, не пережила бы ничья профессиональная гордость – да и сам капитан, чего таить, на подобное обвинение возмутился бы до глубины души, но Неро продолжал молчать. Корианцы отличались вспыльчивостью, а этот...
Мой приказ недостаточно ясен вам, навигатор? Вон с мостика, – дернулась в незавершенном указующем жесте рука, пальцы свело почти ощутимой судорогой.
Тот вскинулся в ответ, кажется, что-то ответил – и неизбежный взрыв грянул со всей силой, которой только мог. Досталось и пилотам, и отсутствующему на мостике Паше, и в ответ тоже полетело – отборная ругань, или, как сказал бы кто-то еще, «срач».
Гавкаться было до отвращения приятно, словно выпускалось наружу что-то, что должно было произойти, и Джеймс даже не понял, в какой момент он не заметил, что Неро нет на мостике. Наверное, когда вместо безобразной свары все это начало перерастать в переходы на личности, абсолютно нецензурную лексику и даже почти драку. Впрочем, это его не задело; его вообще сейчас ничего не задевало, потому что вся его выдержка уходила на то, чтобы не сломать челюсть (или нос, или скулу – как попадет!) кому-нибудь из экипажа. А хотелось, до скрипа сжатых челюстей и льющегося во всех приказах яда хотелось устроить свалку, набить чью-нибудь рожу и успокоиться хотя бы ненадолго.
Попыталась что-то вякнуть совесть – но затихла, как только Гордон в очередной раз перевел взгляд на подошедшего к нему энсина с каким-то отчетом. Желание врезать разгорелось с новой силой, и в этот раз на приведение себя в спокойный, пусть и на диво ядовитый вид, ушло почти пять минут, после чего очередной отчет устроился в руках, а Ливи, выскочившая вместо Неро на смену, с головой погрузилась в расчеты, то и дело сверяясь с какими-то справочниками. До «Накатоми», к которой мягко и чуть игриво разворачивался «Страж», оставалось совсем недолго.
Почему-то Гордон искренне верил, что они сейчас должны двигаться именно к ней, к станции-лазарету, а не к Юпитеру, несколько часов назад показавшемуся на экранах обзора, и это могло бы его даже тревожить – если бы он заметил, что на четвертые сутки непрерывного бодрствования он теряет не только четкость движений, но и кусочки собственного разума. Если бы.
[NIC]Джеймс Гордон[/NIC][STA]дважды паразит[/STA]
[AVA]http://sg.uploads.ru/51hM7.jpg[/AVA][SGN]Выходят в бой, где бесполезен меч, где толку нет от кулака и пики[/SGN]

Отредактировано Кристиан МакКензи (08-11-2019 07:16:13)

+5

3

Первый полёт в неизученные области глубокого космоса – всегда риск, а в этой экспедиции «Стражу», злополучному и счастливому, досталось столько всякого, что хватило бы на десять полётов. У него были все шансы стать ещё одним именем в скорбном списке бесследно пропавших в вечной ночи исследовательских кораблей, ан, нет – жив, курилка! Однако миссия, пускай не пятилетняя, выдалась тяжелой, что уж там. Никто из стражевцев, собственно, не удивился тому, что заключительный её этап руководство ЗФ, уже записавшие их в реестры «не вернувшихся», положило осуществить на «Накатоми» – станции, что называется, санаторного типа, пусть и довольно удалённой от Земли-матушки. Можно сказать, что дошли до ручки, возможность отдохнуть, на самом деле, важнее всего пафоса встреч героических покорителей неизвестных вселенных, все действительно устали, нужно было хоть немного восстановиться – и психически, и физически.
Но пару дней назад «Накатоми» не ответила на предпоследний запрос о предоставлении места для запланированной стыковки, на последний не ответила тоже, а потом диспетчеры Звёздного флота сообщили, что станция не отвечает вообще, обстановка выясняется, а «Стражу» надлежит держать курс на юпитерианскую звёздную базу. Тревожно, конечно, стало, но мало ли... чего только не случается в родной ойкумене.
А кто сильнее всего устал и задолбался? Правильно, тот, на ком вся ответственность – капитан, который, по громогласному утверждению Боунса, в последние дни вообще не ложился и жил только на кофе и энергетиках. Оно как бы и понятно – вот достигнем конца пути, и там уж… ну да, своеобразный вариант того, что Александр Борисович Серяк формулировал поговоркой «на том свете отоспимся». Хотя, можно подумать, кто-то из них в эти дни ел досыта и спал без просыпа, ну да… Пожалуй, редко так ждали стыковки, в плане комфорта, по крайней мере, они точно ничего не потеряли: станция у Юпитера роскошна – всё же ближайшая к Земле и Штабу, как-никак, но…
Тот самый случай, когда ещё сутки с лишним пути исчерпали все ресурсы выносливости и переполнили все чаши терпения, потому вылезшая сучность натуры «от Гордона» особо не удивила – все срывались. На первую ядовитую подначку навигаторов Дини и ухом не повёл – с чего бы, курс у капитана на падде, посмотрит внимательнее – увидит, а говорить об этом вслух – только привлекать внимание к этой рассредоточенности Джеймса. Ни к чему, все устали. Неро слабо повёл плечом в ответ на взгляд искоса, брошенный соседом по пульту, и так же едва заметно свёл брови и качнул головой – молчим, Фабио, свару не затевай. 
М-мать. Неро, у меня не десять рук, – сквозь зубы буркнул младший Барони. – Обзор капитану вруби оперативно.
Я не достану.
Достанешь, – рассеянно хохотнул Фабио. – Ты всех достанешь.
Хоть такую малость доверили, а то «Неро, поберегись»… «физические нагрузки надо ограничивать»… – штурман подтянулся вперёд, почти привстал, дотягиваясь до далеко расположенного сенсора, и даже успел коснуться его, когда по спине будто полоснуло пилой. Непонятно как он смог не вскрикнуть. Не упасть рожей в пульт. Не осесть мимо коляски. И даже выпрямиться в ней. Будто надеялся – если плотно прижаться к спинке, та пластырем закроет отворённую рану. Два нижних грудных позвонка с деловитостью ингского вивисектора вскрывало щербатое лезвие. Первый поясничный оно уже рассекло и входило всё глубже, навивая на себя штурманский ливер, как спагетти на вилку. Вниз по ногам хлынул смертный холод.
Сжимая подлокотники и прижав подбородок к груди, Дини тупо смотрел на свои ботинки. В иззубренных шестернях боли проворачивался бессмысленный вопрос – почему свинцовая влага не капает с обуви и с подножки? Не стекает тянущимися серыми соплями с краёв сиденья?
Второй капитанский наезд заставил поднять голову. И снова смолчать, потому что... Гордон был прав – Неро ошибся в расчётах, ошибся дважды за два дня, пусть и не фатально. Оба раза – потому что терял сознание попросту на пару секунд, не успевал вносить нужные поправки и навигационный компьютер пропускал операции. От того «Страж» повихляло в бета-квадрантной вселенской центрифуге системы Поэ-III в туманности ГУМа – гравитационные поля двойной звезды и тамошнего газового гиганта вошли в диссонанс, вместо того, чтоб подталкивать и разгонять корабль перед входом в новый варп-скачок. А второй раз вообще прошёл без последствий и не замеченным остальными (ну, как Неро надеялся) – друг-Фабио вовремя пихнул локтем в бок.     
Ошибался, значит. Тогда Гордон замечал всё, даже то, что лучше бы не заметить. 
Да, сэр, – голос старшего навигатора звучал ниже и глуше, чем всегда – в горле встал ком, который ни сглотнуть, ни откашлять, хотя Неро попытался, сперва выдохнув гнев. Одно хорошо – ледяное бешенство отогнало полуобморочную одурь, даже боль приутихла, на адреналине-то. Пальцы снова коснулись сенсора, но другого: – Ливи… мисс Вентура, примите боевой пост.
Его выгнали. Прилюдно выгнали, пусть за полчаса до конца смены, как неспособного к исполнению служебных обязанностей. Позор… какой же позор, – у Неро немели скулы от стыда, поэтому просьбу перепроверить его данные для стыковки Оливия едва расслышала, но все-таки понятливо кивнула.     
Ох, длинный язык до фингала доведёт… – Фабио взвился бы, не удержи его рука штурмана на плече.
Оглушённый крахом собственной безупречности, которой не хватило всего на час, один решающий, финальный, победный час, Неро почти не слышал, как за спинкой его уезжающей с мостика коляски разгорается безобразная свара.
[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA] [AVA]http://sd.uploads.ru/xtiF8.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.
Внешний вид: униформа навигатора Звёздного флота Федерации. На коленях иногда неуставной плед.
С собой: коляска инвалидная http://s7.uploads.ru/t/CKJje.jpg

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (15-11-2019 02:15:57)

+6

4

Капитан, вам, простите, тотальный недотрах в голову шибанул? – на мысли Гордон не реагировал, «телепать» гордость и воплощение «Стража» мог только одним. Если строго – то двумя под одним, но это к медикам. Ясеньяре неприятно было признавать, но как раз сейчас они бы на мостике не помешали. Медики. А не то, чем «телепать» краса всея ЗФ. На Джеймса Гордона было страшно смотреть трезво. А дернуть напарника за рукав и показать на коробку с шоколадными конфетами… еще страшнее. Вот что стоило леденцы на смену захватить? Еще и на камбузе сегодня бульон не предвиделся, опять полуразведенная чаем овсянка или втихую пробираться туда и готовить самой.
А штурмана за что? – это заставило развернуться и присвистнуть, вспомнив весь инсектный ряд цивилизации вултуров на мягком, едва слышном тремоло. Ага, уши зачесались? Конечно, можно подумать, в нижних полушариях мозга у вас, капитан, свербит меньше, слово гонору! Рука сама потянулась за шоколадкой, взгляд разноцветных глаз не дал напарнику даже пискнуть. Ничего, с трех конфет не развезет, в конце концов всего лишь половина вулканской крови. А шоколад хороший, кажется, даже не реплицированный, черный. Теобромина многовато.
Яся вдохнула, сосредоточилась на пульте, ускорив введение полученных уже от пани Оливии.
Неро, как же хочется выйти вместе с вами, но приказа смене покинуть мостик не было, – приказов и курса. А вопросы долбились в знаменитую вулканскую непроницаемость. Особенно, когда команды по корректировке курса начал добавлять еще и капитан. Две отнятые – и недоеденные – конфеты заманчиво сверкали фантиками, особенно после распоряжений Гордона о том, куда подвести корабль. Юпитерианскую станцию Т‘Ках знала отлично, ну не было на ней этого стыковочного крыла, там оранжерея. И этого не было, там гвяздозборы… астрономы.
Пришлось встряхнуть головой. Если ксенолингвист стандарт забывает – дело плохо. А если… Пальцы незаметно пробежались по вмонтированному в каждый пульт диагносту – нет, показания идеальные, токсичных веществ нет, кислорода достаточно и не перебор.
Ладно, пшепрошам, пани Оливия, сама определюсь, куда лететь, кивну капитану, доем конфеты и…
Видимо, на стрессе не взяло. Смену Ясеньяра сдала безукоризненно. Стыкуют корабль пускай следующие. Найти штурмана? И что она ему скажет? Внезапное решение пришло в тот момент, когда напарник, улыбнувшись, отдал ей коробку, прихваченную с пульта.
К счастью, Неро еще не успел далеко уехать. Догнав его, встрепанная полувулканка ткнула штурману в руки и коробку, и листок с наскоро нацарапанной карандашом надписью «Это вам. Нереплицированный. Настроение улучшает».
[NIC]Ясеньяра Т'Ках[/NIC]
[AVA]http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/770/51422.jpg[/AVA]
[STA]весенним рассветом или зимним закатом[/STA]

+4

5

Моргнул, на несколько секунд застывая в тут же наваливающейся на плечи тишине, которая приглушала голоса, заставляя их отступать вдаль. Открывать глаза было не просто сложно – почти нереально, тяжелые веки пытались опуститься обратно, невзирая ни на плещущийся в теле кофе вместо крови, ни на медленно превращающийся в ровный гул стук сердца в ушах.
Что только что произошло? Да. Не допустить никого на станцию. На «Накатоми» может быть опасно... и не любой другой тоже, но лучше он сойдет здесь, по приказу адмиралтейства забронирует чартер и отправится к Земле не на «Страже». Там слишком много тех, кто может пострадать, не будучи виноватым.
Или остаться на корабле? Тут он хотя бы сможет не дать раздергать по одному экипаж, сможет остаться капитаном, который еще имеет какие-то права на собственных подчиненных, да, в конце концов, просто саботирует какие-то из самых... выдающихся приказов. Но с другой стороны...
...он не мог принять решение. Колебался, перебирая в голове варианты – но все они сводились к выбору между двумя одинаково опасными как для него, так и для всех остальных, и если с риском для своей жизни Гордон еще мог смириться, то экипаж был для него куда важнее. В конце концов, каждый офицер проходит «Кобаяши Мару», и у каждого свои скелеты в шкафу, главное – сделать так, чтобы личное кладбище, из которого они и сбегают в шкафы, не стало размером с сам «Кобаяши».
Ко-ба-я-ши...
Слово проскользило по самому краю сознания, почему-то напоминая о каком-то старом фильме, но каком именно, Джеймс вспомнить не мог. Глаза не просто закрывались – они даже не открывались полностью. Вот мягкая стыковка к крылу шесть дробь четыре, вот почти неощутимая дрожь корабельных захватов, которые не дадут «Стражу» улететь в открытый космос, если что-то пойдет не так. Интересно, а куда делась половина смены?
Изнутри поднялась мерзкая, липкая дрожь, заставляя сжать пальцы на подлокотниках кресла, тут же протестующе впившегося в ответ одним из углов, и эта неожиданная боль на несколько секунд отрезвила Гордона, заставляя открыть только что сомкнувшиеся глаза. Конец альфы, надо встать, дойти до репликатора, залить в себя еще одну дозу кофе и отправиться на станцию. Там уже и решит, что делать и кто виноват.
И извиниться перед Неро... как только тот будет хотя бы в относительной безопасности, как и все остальные. Может, надиктовать сейчас? И оставить... на чем? Хотя да, личные коммуникаторы останутся.
Он тяжело поднялся, чувствуя, как прекращаются даже малейшие переговоры на мостике, встретился глазами с выходящим на смену Валерисом, кивнул ему коротко и резко – и буквально выпал в короткий коридор, ведущий к лифтам. В каюту. Кофе. На «Накатоми». А потом можно и сдохнуть, только пусть экипаж не трогают.
[NIC]Джеймс Гордон[/NIC][STA]дважды паразит[/STA]
[AVA]http://sg.uploads.ru/51hM7.jpg[/AVA][SGN]Выходят в бой, где бесполезен меч, где толку нет от кулака и пики[/SGN]

+4

6

[STA]Нельзя бесконечно падать в пропасть, или взлетать к звездам...[/STA][SGN]– Стоять на самом краю неизвестности и вглядываться в бездну. Теперь скажи – каково это ощущать?
– Потрясающе.[/SGN][NIC]Валерис[/NIC][AVA]http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/733/23063.jpg[/AVA]

Валерис никогда не жаловался на бессонницу. Но сегодня он подхватился после четырёхчасового сна и никак не мог заснуть. Его мучила какая-то необъяснимая тихая тревога. Вскоре наскучило лежать – вместо желанного сна в голову лезли всякие неприятные мысли. Он встал и привел себя в порядок. Посмотрев в зеркало, машинально поправил форменку. Сейчас совершенно не хотелось читать или смотреть научные фильмы. Чтобы как-то развеяться, старпом решил прогуляться.
К сожалению, лёгкая физическая нагрузка в виде шатаний по коридорам не принесла желаемого результата. Забредя в кают-компанию, он прошёлся по кругу, скользя пальцами по спинкам диванов. И в раздумьях остановился возле репликатора.
Может, выпить что-нибудь бодрящего? Как пелось в той песне: «И печаль отступит, и тоска пройдёт!». Только там имелось в виду нечто потяжелее кофе... Да и какая тоска? Тоска по ком? Печаль о чём? Стоит больше времени уделять медитации. Слишком часто стали появляться странные эмоции.
Передумав и реплицировав стакан вишнёвого сока, Валерис некоторое время смаковал полученное.
Вкусно, в следующий раз надо попробовать сок из маракуйи. Она считается вкусной и полезной.
Покончив с соком, он взглянул на часы – скоро его смена.
Опять унылые бдения, составление бесполезного занудного отчёта... Или опять какая-нибудь катастрофа из разряда: разберитесь со мной за пять минут, или умрите! Хотя что может случиться там, возле Юпитера? Скоро стыковка со станцией. И ничего такого уже не может произойти.
Старпом направился к выходу из кают-компании. На самом пороге, его догнала мысль:
Это же «Страж», на нем возможно всё, и каждый раз, когда думаешь, что хуже уже некуда, приходит новая беда... Только бы не сегодня.
Борясь с накатывающими ощущениями безысходности и отчаяния – остановился. На секунду закрыл глаза, три глубоких вдоха, три медленных выдоха. Никогда такого не было, и вот опять. Как же это по-человечески...
Справившись со странным, совершенно не свойственным ему приступом, Валерис всё же направился на мостик. По дороге в одном из коридоров, его взору предстала удивительная картина: Ясеньяра Т'ках с коробкой конфет в руках догоняла штурмана. От удивления брови старпома достигли высшей точки лба, до какой смогли достать.
Яся? Дини? Да что сегодня происходит!
Следующим старпом встретил капитана Гордона. Они на мгновение пересеклись взглядами, капитан как-то резко кивнул ему. Поймав этот мутный взгляд, Первому не хотелось ничего говорить. Капитан выглядел так, будто его похоронили три часа назад, а через час ему идти на собственную казнь.
Валерис занял своё законное место, в надежде, что смена пройдёт спокойно. Стыковка уже состоялась.

Отредактировано Джереми Самптер (11-02-2020 18:08:39)

+4

7

https://sun9-72.userapi.com/c850608/v850608654/134b92/Kk97vwXcFFA.jpg

Створки лифта шелестнули за спиной, сдвигаясь, и Неро словно очнулся, отвис, моргнул, возвращаясь более-менее в реальность. Онемением стыда за публичный позор ещё стягивало лицо, и, наверное, бледностью оно весьма напоминало гипсовую маску… посмертную, угу. Ну а что… репутацию лейтенант-коммандера Дини, как одного из лучших навигаторов флота Гордон только что похерил. И не суть, что это имели счастье наблюдать только стражевцы в составе одной смены – разнесётся-то по всему кораблю, а потом и по станции, и шире, и дальше… Да даже если окажется потом, что Джимми-бой (чтоб ему пусто было!) был не в себе – не суть. Как говорится, ложечки найдутся, но от осадочка уже не избавиться.   
Господи, какой же я идиот… ради чего все эти жертвы были, ради чего я полтора года убивался?.. – сердце колотилось где-то в горле, едко щипало глаза и ломило переносицу. – Столько усилий, столько мучений – и всё для того, чтобы в итоге отчитали, как трусливого двоечника?..

…Казалось бы, прочно забытые навыки, действительно, восстанавливаются стремительно. На дру-гой день после того, как Дини отправил Линдеману сообщение, состоящее из единственного слова: «Согласен», ему доставляют из магазина Хриссы лучший из имеющихся там астронавигационных симуляторов. Неро без сожалений ухлопал на него сумму, равную двухмесячной пенсии, ещё и радуясь, что наконец-то нашлось, что нужно. Сбережения на лечение в Гейдельберге ему больше не понадобятся же при любом исходе: если вернётся – нечего будет лечить, если не вернётся – некого.
Около полудня 13 декабря он выставляет из пустовавшей обычно гостиной компаньона-андроида, остаётся один, и, отчаянно нервничая, подключает дорогущую игрушку. Комната в мгновение ока превращается в полное подобие мостика космокрейсера класса «Интрепид». В первую минуту бывшего штурмана охватывает необузданный страх. Руки дрожат, захватывает дух, пульс зашкаливало. Неро с огромным трудом удерживается от почти непреодолимого желания сию секунду выключить аппаратуру, с тем, чтобы не включать её больше никогда, но тут же в нём опять взыграла оскорблённая гордость.
Стыдобища, так трястись из-за миража, который удаляется одним нажатием клавиши? Неужели я настолько труслив и слаб? – Неро Армандо крепко зажмуривается, делает глубокий вдох, открыв глаза, твёрдо говорит неизвестно кому: «Не дождётесь!» – и прикасается к одному из сенсоров.
Через полчаса он чувствует себя в абсолютно привычной среде, и уже удивляется – да что, собственно говоря, пугало?
Следующие девятнадцать дней становятся для Дини одновременно лихорадочными и крайне сосредоточенными – столько всего нужно вспомнить. Изнуряющие тренировки продолжаются с утра до самого позднего вечера. Тщательнейшим образом помногу раз отрабатывая каждую операцию, он останавливается лишь для того, чтоб дважды в день наспех перекусить, не отлучаясь с искусственного мостика.
Только после полуночи Томас практически силой оттаскивает еле живого подопечного от навигаторского пульта.
– Нельзя же так, – выговаривает ему Нагваль, помогая перебраться в постель. – Ты ведь в таком режиме долго не протянешь. Смотри-ка, с лица спал, извёлся совсем, на свежем воздухе не бываешь, как следует не ешь. Я пожалуюсь куани О`Ку`Ккуа`Кану! Разве так можно?
Разумеется, «помощник» прав. Что творится с Неро по ночам, по окончании этих многочасовых бдений, лучше не вспоминать. Но после утреннего кофе и лошадиной дозы болеутоляющего из браслета, навигатор подкатывается к приборной доске и упорно начинает всё заново.
Если меня собираются взять, не делая скидок на слабость, надеются на меня, то как космонавигатор я должен быть безупречен, – твердит он себе. – Я должен быть не просто хорошим штурманом, я должен быть лучшим. Только тогда появится шанс...

Как обычно после шквала эмоций, пусть и проявленных очень скупо, слабость накатила полуообморочная, до дурноты. Штурман все-таки не был вулканцем, и не обмяк в своём кресле только потому, что «живой» корсет, вплавленный в структуру ткани его форменной водолазки, не давал потерять королевской стати, поддерживая торс. Правда, панцирь из него никакой, оно и понятно – била-то боль изнутри, прямо в позвоночник, так что аж дыхание перехватывало. Потому и обернуться на лёгкие торопливые шаги, явно его догоняющие, Неро просто не рискнул – стошнит ещё, прямо кому-то под ноги.
…а, девочке-вулканочке, милой немой принцессе, такой обманчиво-одуванчиковой, – затормозить перед ней, забежавшей перед коляской, Дини всё же успел, хоть вполовину таким хорошим пилотом, как она, не был отродясь. Даже пила в пояснице призаглохла милосердно – ради златовласок чудеса всё-таки случаются, да? – и старший навигатор без опасений поднял глаза от торопливо, но точно сунутой на колени коробки конфет с запиской на крышке.
И тебе большого выводка, – а не-вултурам и не-ксенолингвистам показалось, что Неро всего лишь присвистнул в удивлении мелодично. – Не выпить ли нам кофе в моей каюте, офицер Т`Ках? – тихо предложил он уже на стандарте. – Тогда настроение точно улучшится. Все равно пока стыковка, пока то да сё... – Дини взглянул внимательнее: – Или вы хотите в одиночестве перед погребальной церемонией на станции духу набраться?
Ну да, это тоже предстояло – редко какая миссия обходится совсем без потерь, у них они еще минимальны. Несказанное везение – само возвращение «Стража», собственно, их же наверняка всем экипажем уже в списки без вести пропавших внесли. Странно будет, если в часовне станции не прозвучит ещё и благодарственной молитвы.
Коммандер, шоколаду? – не напрягая голоса и не поворачивая головы, спросил пси-нулевой штурман, заметив отражение Первого в матово-зеркальной панели чуть впереди и наискосок от себя. – Или вы кофе будете? Или медитировать на мостик?
Опоздал, однако, с вопросами, Валерис их не услышал, мимо прошагал. Или не захотел услышать?..
[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA] [AVA]http://sd.uploads.ru/xtiF8.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.
Внешний вид: униформа навигатора Звёздного флота Федерации. На коленях иногда неуставной плед.
С собой: коляска инвалидная http://s7.uploads.ru/t/CKJje.jpg

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (15-04-2020 16:52:01)

+4

8

Всё-таки насколько говорящими могут быть глаза при отсутствии мимики и внешних проявлений эмоций. Леди Т'Риа хорошо учила дочь, опасаясь, что контактная эмпатия в полукровке выйдет из-под контроля, а при дисциплине тела и воли – необходимо учесть и то, что у остальных она не меньше. Вот и достаточно взгляда на Первого – удивлён, даже, скорее, недоволен.
Но объяснить некогда. Да и незачем ему знать, пусть идет на мостик. Смена впереди, сложная, после стыковки всегда тяжело, незачем забивать голову с острыми ушами тупыми домыслами. Капитан, что вы натворили, если даже у Неро в глазах – ни одной искорки?
А пожелание Неро вызвало лёгкую улыбку. Как и всегда – какой из неё ксенолингвист, если она никак не привыкнет к красивым и образным выражениям других языков. Пожалуй, этот восторг при необычных идиомах мешал больше заикания.
Кофе? Конечно же, штурман. Кивнуть, изящно приложить ладонь к груди, склоняя голову и улыбаясь. Жест благодарности за приглашение. И пусть думают, что хотят, лейтенант-коммандер Дини этим делает больше, чем она для него. Просто позволяет ей быть частью команды, а сейчас, когда всё вздрогнуло и зашаталось – стало страшно за корабль.
Он всегда воспринимался живым. Единым целым со всей командой, с каждым, сплетенным в тончайшую нейронную сеть, непонятную, но ощущаемую. И вдруг – так вот, непонятно и глупо. Неро, вы сейчас предлагаете не кофе, а поддержку. Сейчас, когда вам не менее тяжело.
Сппппааасииибооо, дааа, – и снова залиться румянцем. Он у полукровок необычный, «александритовый», непривычный и для людей, и для вулканцев. И смутилась не потому, что пригласили, а потому, что сорвалась на речь. Вдруг неприятно слушать заикание…
Церемония на станции. Там будет много церемоний, на всех – надо присутствовать, для вулканцев это нетрудно, для дочери полномочного посла высшего ранга – привычно с детства. А вот как это выдерживают остальные…
Главное – чтобы больше никаких приказов от капитана в ближайший час. Неро нельзя трогать.
И искрой в сознании: но что с Джеймсом Гордоном? Двойственность полукровки: вулканская натура ждала анализа, изучения и логики поведения, польская кровь подмывала взять в руки скалку и научить «тего млодека гречности то й розуму». Как красиво говорит по-польски мама… И как пел отец.

...и почему так страшно за капитана?

[NIC]Ясеньяра Т'Ках[/NIC]
[AVA]http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/770/51422.jpg[/AVA]
[STA]весенним рассветом или зимним закатом[/STA]

+4

9

Их каюты были близко, очень близко – только у старшего офицерского двери могли блокироваться и изнутри, и, при острой необходимости, снаружи, превращаясь в комфортабельную тюрьму. Наверное, отчасти поэтому для лейтенант-коммандера Дини подобная каюта была безопаснее, чем любая другая – Джим не вдумывался в подобное, отлично помня, сколько времени он провел за изучением модификаций корабля.
«Страж» ощущался живым. Раненым, обескровленным немного, но живым, и убивать его – допустить смерть этого бесконечно-усталого левиафана – он не имел права. А сейчас он наотмашь хлестанул по одной из ран, так и не закрывшихся за все это время, соленой, едкой дрянью – причем сознательно и специально, да еще и продолжить захотелось.
Давно такого не было. Кажется, прадед за такое просто выдрал бы, перекинув через колено, и был бы полностью прав.
– Неро, я… – голос захрипел еще до того, как Джим понял, что комм отключен. Да, ему-то с его везением в этом плане стоило подумать трижды перед тем, как извиняться не лично, а по связи; всегда что-нибудь либо ломается, либо идет не так.
«Неро, я идиот». «Неро, извини, что похерил все, что ты успел сделать». «Неро, давай ты не будешь обращать внимания на то, как я опустил тебя при всем мостике».
Ага. А еще в узелок завяжись и на гордость свою наплюй…

…идея была обречена с самого начала, на самом-то деле. Джим был придурком. Полным, абсолютным и неизлечимым, и это было ясно, как день, потому что ни один нормальный капитан, даже после энного количества времени на кофе и без сна, не будет срываться на собственном экипаже. Еще бы на Алика наорал, чтобы точно было «справедливо», вот был бы герой Федерации – легендарному капитану Арчеру не сравниться.
Глаза внезапно заболели так, словно в них насыпали песка – верный признак того, что еще немного, и его отключит прямо тут, у собственной двери, и хорошо, если тело не решит, что можно и на полу поспать. Нет, оставался один из последних доводов – но Боунс, когда узнает (а тут даже не «если», а «когда»), шею открутит, уши оторвет, и скажет, что так и было, голова таким капитанам не положена. Все равно там вместо мозга – сплошная кость. Зато с учетом предстоящего погребения будет очень кстати, еще сорок с чем-то-там часов бодрости лишними не будут.
Плотная капсула с противным привкусом чего-то протухшего едва не встала в горле комком, но скользнула вниз, обещая, что через несколько минут, как только первая оболочка растворится, сознание Джима будет на какой-то срок вырвано из пелены полудремы, полуяви, которая уже окутывала его снова, мешая внятно мыслить. Сейчас, на самой границе сна, он точно знал, что, как и зачем нужно говорить, но почему-то не мог, как будто любой звук, который могла выдавить его глотка, исчезал в тишине, внезапно воцарившейся вокруг.
«Да пошел ты нахер, Джимми-бой, со своими извинениями».
Это, наверное, он и услышит, если сейчас все-таки сможет сделать эти несколько шагов и постучаться в открытую – как всегда, верно, Неро? – дверь. Это он и должен услышать. И наконец-то пойти нахер, чтобы на станции никого не задело, если Адмиралтейство, выпустившее в космос крейсер с неправильными планами, неправильной командой и абсолютно неправильным капитаном, решит, что лучше бы этот крейсер и не возвращался.
Я могу зайти?..
[NIC]Джеймс Гордон[/NIC][STA]дважды паразит[/STA]
[AVA]http://sg.uploads.ru/51hM7.jpg[/AVA][SGN]Выходят в бой, где бесполезен меч, где толку нет от кулака и пики[/SGN]

+3

10

На эту смену их заменили, чтобы вышли наиболее опытные – в конце концов, сколько там бишь раз являешься обратно, когда уже могли признать пропавшими без вести? Совет Дакары явно должен был поднять шум – да, потери в боевых действиях допустимы, но вот пропажи джаффа из свободного генофонда явно не вели к процветанию расы, и плевать, что тут их по пальцам одной руки пересчитать можно, каждый – незаменим, пока не оставил потомство. У Тодда был только один ребенок.
Вернее, не так.
У Т’Дуат’Ау Су’аннха был один ребенок – зачатая за пару месяцев до назначения на «Страж» девочка, с матерью которой он был знаком ровно столько же, сколько требовалось для зачатия. Закон был един для всех, и закон говорил, что каждый из дееспособных джаффа должен оставить после себя как минимум двоих, после чего получит право распоряжаться своей жизнью без каких-то ограничений. Взять в супруги существо другой расы, лишиться возможности иметь детей, умереть – неважно.
Хотели больше – могли оставлять больше. Женщина, имевшая детей, имела больше шансов найти себе мужа, а если их было больше троих – то за нее, пожалуй, могли бы поспорить весьма уважаемые дакарцы. В конце концов, не дети ли — доказательство того, что и от мужа она так же родит крепких младенцев?..
…но это было уже неважно. У него была одна дочь, и в аномалии он не единожды думал о том, что не успел оставить еще одну – или сына, который потом мог бы принять одно из его имен как свое. Не оставил потомство. Не выполнил долг…
Впрочем, они все же вышли, а значит, он должен был как можно скорее связаться с родной планетой, чтобы утвердить сроки своего возвращения. Возвращения, следующего зачатия ребенка, может быть, даже двоих – и только потом он мог позволить себе дальнейшую службу. Может быть, даже на том же «Страже», если он еще будет в списке назначений.
И не единожды ему говорили, что по нему – не чета нормальному джаффа – все мысли прочитать можно за один взгляд, поэтому и короткий вопрос от пробегающей мимо Лив, и даже осторожные расспросы Рози особого удивления не вызывали. А вот натянуть на морду лица что-то, чуть больше похожее на обычно вполне себе жизнерадостную моську, получилось не сразу, и встретить на своем пути хмурого, как ночное небо, господи-и-ина старшего навигатора (как обычно со смешком приветствовал его Тодд) тоже было странно, как и все остальное.
– Эй, даже если вас съели – у вас же остается еще два выхода, и третий – если не боишься запачкаться, – коротко усмехнувшись, он потрепал своего почти-что-непосредственного начальника по плечу. – Кстати, вам идет новая прическа… и цвет получился интересный.
Несколько рыже-каштановых прядей, отливавших в свете коридорного освещения медью, ощутимо пушились и пытались завиться, но облику самого Неро это придавало скорее легкости, чем комизма, как это было бы у кого-то другого.
– Яся, ты, как всегда, очаровательна и многословна, – и опять же, никакого сарказма, исключительно легкая улыбка. Интересно, если бы его дочь, рожденная одной из северных джаффа, выросла бы до возраста полувулканки, они были бы хоть чем-то похожи? Разрезом глаз, строением черепа, жестами?..
…впрочем, неважно. Ему нужно было идти, сеанс связи с Дакарой должен был начаться через четыре с половиной минуты.[NIC]Тодд Сонг[/NIC]

+4

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » Приют странника » Глава 4. Четыреста капель валерьянки и салат! » Сезон 4. Серия 140. Долгое эхо