Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Глава 4. Четыреста капель валерьянки и салат! » Сезон 4. Серия 5. Тихий час


Сезон 4. Серия 5. Тихий час

Сообщений 1 страница 23 из 23

1

Время действия: 2446 г., 16 февраля-α, 19:00-20:00.
Место действия: «Страж», звездолёт класса «Бесстрашный» (USS Guardian NCC-74741).
Действующие лица: Терри Адамс (Родерик Джейн), Оливер Норман (Адам Лефлер).

http://sd.uploads.ru/YzIPi.jpg

0

2

Вернувшись в каюту после честно отработанной дневной беты, Оливер не сразу заметил, что что-то на жилой палубе не так.
Репликатор привычно выдал чашку едва пахнущего чая. Увы, но как бы Оливер ни скучал по натуральным ароматам еды, выворачиваться наизнанку от любого слишком яркого аромата ему не хотелось, пускай даже из-за ослабления запаха немного страдал и вкус, но это было неизбежным злом, с которым вполне можно было смириться.
Над чашкой клубился слишком густой для установленной в настройках температуры пар, так, словно бы система климат-контроля снова выдала сбой и решила взбодрить всех здоровой прохладой.
«А ведь если бы не пар, то, возможно, я бы и не заметил,» – пожал плечами энсин. Так уж получилось, что он с детства был морозоустоичивее других детей. Может быть потому, что другие дети в приюте так любили устроить зимой игру «Закопай занозу-Олли в сугроб», или, быть может, это не следствие ранней закалки, а просто индивидуальная особенность организма, как знать...
Решив заняться небольшой уборкой в каюте, он постепенно вошёл в такое трансовое состояние, когда погружаешься в себя настолько, что теряешь счёт времени. А ведь подумать было о чём, даже если от этого потом станет паршиво на душе.
Норман усмехнулся, перебирая воспоминания из той далёкой, казалось бы, совсем иной, жизни на Земле. Жизни, в которой были амбиции выше гор, дурь и смелость, затыкающие рот разуму, и надежда с верой. Надежда, разбивающаяся раз за разом, оставляя после себя несмываемые следы.
Один из них остался едва заметным шрамиком под коленкой; второй висел под формой на шее – кулоном с заклинившим от старости замком; третий – вечно выходящая из строя чужая-своя дельта коммуникатора, которую рука всё не поднимается заменить на новую; а четвёртый след почти и невидим. Он затаился под кожей и мерзко скребётся сквозь рёбра и черепную коробку в кромешной темноте, той, куда заталкивают поглубже всё, чему не место под светом и не место в памяти.
От грустных мыслей Оливера отвлёк сигнал, раздавшийся от двери. Убрав тряпку на место и удостоверившись, что в видимой зоне пыли или какого-либо сора больше не наблюдается, он, мысленно гадая, кого и зачем к нему принесло, разблокировал дверь.
Да?
[AVA]http://s9.uploads.ru/NDVk9.jpg[/AVA] [NIC]Оливер Норман[/NIC]

Отредактировано Адам Лефлер (23-10-2020 16:14:53)

+5

3

Терренс мерз нещадно, сколько себя помнил. Дома он никогда не передвигался по комнатам, не завернувшись в плед. Всегда пил только горячий чай, такой, который греет руки через кружку. В каюте на «Страже» он тоже предпочитал держать пару неуставных пледов, мотивируя это надобностью при проведении терапии. На самом же деле Терренс не мог признаться ни себе, ни тем более кому-то из обитателей корабля, что совершенно не приспособлен к суровой жизни в космосе, даже несмотря на предусмотренный климат-контроль. И на подготовку в Академии. И на прочитанные им истории жизни подвижников веры. И на опыт общения с ветеранами и жертвами исследовательских миссий в «клинике уродов». Даже скорее именно поэтому. Он всякий раз с ужасом смотрел на то, что оставалось от бравых, оптимистичных, сильных ребят, и сердце его разрывалось от боли и сострадания. И страха. Он – не хотел так. Он не желал повторить их судьбу. И в то же время тянулся к ним, мечтая помочь, принести облегчение, исцеление. А еще побороть свои недостатки, найти в себе силы. Он долго взвешивал и выбирал между возможностью остаться в приходе на одной из планет, помогая колонистам, или же работая с детьми в приютах и школах, или же сопровождая экипаж корабля. И выбрал корабль. Выбрал Академию. Выбрал стезю. И, кажется, ошибся с выбором.
Все это Терренс думал, идя по коридору жилой палубы. Неосознанно дуя на руки, которым было донельзя холодно, как будто он шел по заснеженной улице одного из городов Земли в разгар ноября без перчаток и пальто. Ощущение, по крайней мере, было сродни. Руки и ноги у Терренса мерзли всегда, но чтобы так?
В руках, кстати, он держал падд. Вернее, падд перемещался из одной руки в другую попеременно, пока капеллан согревал дыханием пальцы одной. На экране же падда было выведено расписание смен старшего и младшего командного состава, которое доктор изучал накануне, дабы сопоставить свободные часы своих пациентов со своим графиком работы. Пока что значительно свободным – пациенты что-то не рвались к нему толпами, напротив, как будто старались взять побольше смен, чтобы лишний раз не встречаться с корабельным психологом. О том, что лишний и единственный были синонимами, Терренсу думать как-то не хотелось. Вот, например, энсин Оливер Норман, с которым Терри беседовал не далее, как вчера... Он – доктор Адамс – отлично помнил, что советовал Норману отдыхать побольше, и что же? Проглядев график смен энсина, Адамс минут пять хлопал глазами и, как рыба, открывал и закрывал рот, не в силах подобрать ни одного цензурного слова, а нецензурные ему произносить не хотелось. И не только потому, что Оливер был очень милым молодым человеком, а религия Терри запрещала творить хулу.
В конце концов, Терри решил еще раз побеседовать с Норманом наедине, причем, желательно, застав его в собственной каюте. Адамс был уверен, что серьезный разговор поможет наставить энсина если не на путь истинный, то хотя бы на правильный настрой в отношении своего здоровья. Подумать только – десять лишних смен за неделю! Да разве так вообще можно?
Мысленно Адамс уже не раз и не два прокрутил ту тираду, которую собирался вылить на Оливера: перечислить ему возможные последствия регулярных переработок и пренебрежения отдыхом, с порога заявив «я все знаю», ткнуть носом в падд, прочитать лекцию о здоровом образе жизни, сне и правильном питании, заполировав это выписками из собственной истории болезни энсина. Однако, когда дверь в каюту Нормана открылась и послышалось довольно приветливое «Да?», Терри как-то разом сник, замялся и даже подумал было извиниться и уйти, но удержался в последний момент. В место этого, машинально подув на пальцы снова, постарался улыбнуться.
Простите за беспокойство, Оливер, я зашел узнать, как ваше самочувствие сегодня? Сегодня прохладно, не находите?

[NIC]Терри Адамс[/NIC] [STA]Не МакКей[/STA] [AVA]http://s7.uploads.ru/QR3uV.jpg[/AVA]
[SGN]

Капеллан

Терренс учился на медицинском, собираясь посвятить свою жизнь хирургии, где всегда не хватало талантливых людей. Но в любой истории присутствует своя драма, изменяющая ход событий и заставляющая пересмотреть все, начиная от мировоззрения и приоритетов, заканчивая жизнью в целом. Молодой человек нашел себя на поприще священнослужителя. Медобразование, конечно, он получил, но уже по специализации психиатрии и психоанализа. Последующий опыт в работе и значительной помощи ветеранам после военных действий или неудачных исследовательских миссий привел Адамса в Звездный Флот.
Врачебная тайна и тайна исповеди для него священны, так же как и интересы пациентов. Терри упрямо ставит благополучие живых существ превыше всего, стараясь действительно оказать помощь, не ограничивая себя рамками стереотипов или иного вероисповедания. Любого старается понять, верит в причинно-следственные связи. В любых ситуациях сначала думает, потом действует, не растекаясь слизняком по стекловате с философскими изысканиями. И не афиширует, что является еще и капелланом.

[/SGN]

+4

4

Увидеть доктора Адамса снова было несколько неожиданно. Вроде как только день назад, вечером альфа-смены, виделись и вот сейчас снова, но уже почти под конец гаммы, ещё немного – и можно было бы сказать, что прошли почти сутки!
«Что могло случится, что доктор вдруг решил так скоро меня навестить? И не вызвал к себе, а пришёл сам. Я же вроде пытался не допускать лишнего и держаться... неужели всё же заметил?» – Оливер вовремя одёрнул себя от желания нервно сжать пальцы и облизнуть губы.
Не знал, что вы, помимо обычных сеансов, ещё и навещаете пациентов. – Норман постарался как можно приветливее улыбнуться, лихорадочно перебирая в уме события последних часов и даже дней, пытаясь понять, чем ему может грозить данный визит и мог ли он где-нибудь накосячить достаточно сильно.
Самочувствие... в рамках нормы, даже, можно сказать, хорошее. – непонимание ситуации и лёгкая паника медленно нарастали. – А температура вокруг, это же ненадолго! Наши, что сейчас на смене, в смысле инженерная служба, уже в курсе и систему скоро починят. – Оливер задумчиво пригляделся к стоически пытающемуся не стучать зубами доктору. – Разве так холодно? Я просто слабо ощущаю подобные перепады. Вот только, умоляю, давайте обойдёмся без шуток про «горячего немецкого парня», я этого ещё в Академии наслушался, да и до неё... – попытка немного пошутить не увенчалась успехом, более того, теперь после сказанного захотелось провалиться сквозь палубу.
«Звёзды, что я несу!» – слегка запоздало одёргивая себя подумал энсин.
Сделать глубокий вдох, потом выдох. Успокоить мысли, успокоить сердцебиение. Это не опасность, это совершенно безобидный доктор, который, по виду, и мухи не обидит. По крайней мере, Оливер на это очень надеялся.
Во имя Солнца, доктор! – случайно сорвалось с языка, и Оливер едва удержался от желания хлопнуть себя ладонью по лицу.
«Отлично, молодец, Олли, вот только дать пищу разговорам про веру и про нестандартные взгляды на жизнь тебе и не хватало. И ведь наверняка же зацепится, а это настолько глупое и детское, что пока объяснишься, сто раз на этаж ниже провалиться успеешь!»
Но раз уж сказал «А», надо говорить и «Б».
В какой пустыне вы выросли? Вы не то чтобы синий, но уже такого мраморного оттенка, что ещё немного и хоть вместо античных статуй в музей выставляй! У меня где-то плед должен был быть... – пробормотал он, отступая чуть в сторону и оглядываясь в поисках оного. – Хотя тут лучше не мелочится и использовать его сразу вместе с одеялом.
«Ну и чего я так суечусь? А... ясно. Всё с тобой понятно, дорогой мозг, засунь свои фобии подальше и посмотри на него! Ты вот этого боишься да? Какой-какой тихий омут? Маловероятно. Заткнись. Спасибо».
Не стойте на пороге. Вон кровать, можете временно оккупировать одеяло. Плед под подушкой. Я сейчас закажу в репликаторе чай. Вам лучше чёрный или зелёный? – не в силах смотреть на медленно бледнеющего в цвет снега доктора произнёс Норман. – Или лучше кофе?
И только спустя мучительно долгое мгновение вспомнил, что под подушкой лежит не только аккуратно свёрнутый плед.
«Надеюсь, док достаточно воспитанный человек, чтобы не слишком любопытничать с чужими вещами. Знал бы, что у меня будут гости... хотя чего я паникую, он же выглядит, как декоративная зажигалка? И что, что узкая, может, это сувенир такой, а то, что это такой маленький нож, можно узнать, только если снять крышку!» - желание встать лбом в стенку и обозвать себя идиотом достигло заоблачной высоты. – «Да и какая, по сути, разница, что я храню под подушкой? Многие офицеры так делают... ага, из тех самых... в терапии нуждающихся... Солнце и Звёзды!»
[AVA]http://s9.uploads.ru/NDVk9.jpg[/AVA] [NIC]Оливер Норман[/NIC]

Отредактировано Адам Лефлер (10-11-2019 20:34:21)

+5

5

«А я и не навещаю, только тех, кто нарывается, – хотел было пошутить Адамс, но вовремя сдержался. Зато улыбка его стала чуть шире.
Так уж получилось, мистер Норман. Как в одной очень старой сказке «я как раз случайно шел мимо...»
В какой пустыне? Хороший вопрос. Он над ним подумает, когда немного согреется. Хотя расти в пустыне, должно быть, не самый приятный из вариантов детства, однако это намного лучше, чем мерзнуть.
Понимаете... Там, откуда я родом, климат довольно умеренный...
Терренс нашарил плед, вытащил его из-под подушки, пропустив мимо и попавшую под пальцы зажигалку – ну мало ли, может быть, у мистера Нормана есть дурная привычка курить в постели. Надо бы напомнить о технике безопасности, что ли – и восклицание в адрес солнца.
Зажигалку лучше под подушкой не держать, мистер Норман, может открыться ненароком, – Терренс завернулся с головой в плед, с удовольствием отмечая, что стало теплее. Вот только ноги продолжали мерзнуть. Надо было заменить привычные ботинки на полусапоги военного образца, помнится, в репликаторе даже был такой пункт. Но Адамс не хотел менять привычки – хотя бы в одежде. Он за них цеплялся, как цепляется ребенок за игрушку, входя в незнакомую палату в больнице, где ему надлежит пробыть некоторое время. Для Терренса такой больницей стал «Страж» – все казенное, все типовое, и почти никаких личных, уникальных вещей в каюте. Вот Норман достаточно хорошо устроился, даже собственный плед завел. Какой-то кусочек дома. Что-то знакомое. А у Терренса свое – только то, что захватил с родной планеты: два пары любимой обуви, которую он упрямо продолжал копировать в репликаторе по мере изнашивания оригиналов, ни разу за все это время не отступив ни от фасона, ни от цвета. Иллюзия. Да, еще какая.
Пожалуйста, просто горячей воды, если не затруднит. Я стараюсь пить поменьше чая или кофе, от них потом голова болит. А вы что предпочитаете? – доктор Адамс покосился на уютное и мягкое одеяло на кровати, затем на свои замерзшие ноги, но не стал просить позволения забраться на кровать с ногами. Вместо этого благодарно принял в руки кружку с горячей водой и задержал ее в руках, согревая озябшие пальцы.
Благодарю. Вы весьма гостеприимный хозяин, Оливер. Но вернемся к нашему разговору? Я рад найти вас в добром здравии и отдохнувшим. Вам удалось выспаться? Кошмары не мучили?

[NIC]Терри Адамс[/NIC] [STA]Не МакКей[/STA] [AVA]http://s7.uploads.ru/QR3uV.jpg[/AVA]
[SGN]

Капеллан

Терренс учился на медицинском, собираясь посвятить свою жизнь хирургии, где всегда не хватало талантливых людей. Но в любой истории присутствует своя драма, изменяющая ход событий и заставляющая пересмотреть все, начиная от мировоззрения и приоритетов, заканчивая жизнью в целом. Молодой человек нашел себя на поприще священнослужителя. Медобразование, конечно, он получил, но уже по специализации психиатрии и психоанализа. Последующий опыт в работе и значительной помощи ветеранам после военных действий или неудачных исследовательских миссий привел Адамса в Звездный Флот.
Врачебная тайна и тайна исповеди для него священны, так же как и интересы пациентов. Терри упрямо ставит благополучие живых существ превыше всего, стараясь действительно оказать помощь, не ограничивая себя рамками стереотипов или иного вероисповедания. Любого старается понять, верит в причинно-следственные связи. В любых ситуациях сначала думает, потом действует, не растекаясь слизняком по стекловате с философскими изысканиями. И не афиширует, что является еще и капелланом.

[/SGN]

+4

6

Кхм. Я учту, – немного нервно произнёс энсин, забирая с кровати «зажигалку» и закидывая в ящик тумбочки. Вроде бы удалось сохранить лицо и дрогнувшие на мгновение пальцы остались без внимания довольно кутающегося в плед доктора.
У меня как таковых предпочтений нет. Сейчас. Раньше любил сладкое. Шоколад горячий, газировку, коктейли разные, – мимолётная улыбка получилась немного грустной и исполненной ностальгии.
Оливер немного попереминался с ноги на ногу, пытаясь понять, куда ему себя деть и выдохнув, как перед прыжком в промёрзшее озеро, аккуратно присел на край кровати, сплетая пальцы в замок и усиленно пытаясь перестроить сознание с «домашнего» на «рабочий» режим. Не время выкатывать все эмоции напоказ, когда рядом есть кто-то ещё.
Удалось. Мне и раньше хватало, так что сегодня времени было даже больше, чем нужно. А кошмары... Возможно, сегодня дурные сны решили дать мне немного перевести дух.
«Лжец!» – Не отводить глаза и контролировать голос. – «...и дурак!» – И дыхание. Да, не забывать про дыхание.
К тому же, сегодня в моём расписании была только одна полная смена. Восемь стандартных часов в сутки, вместо шестнадцати, как обычно... Сказать честно, это непривычно. Слишком много пустого времени на «ничего». Даже не знал чем себя занять, – чуть кривоватая усмешка и кивок на вычищенный пол. – Пришлось заняться бесполезной по сути уборкой, собственными руками, хотя тому же роботу-пылесосу это всё сделать минут за десять. Да и лично по мне, отводимые уставом на сон восемь часов и столько же на личное время – это как-то уже слишком.
[AVA]http://s9.uploads.ru/NDVk9.jpg[/AVA] [NIC]Оливер Норман[/NIC]

Отредактировано Адам Лефлер (12-11-2019 14:02:51)

+4

7

Я рад это слышать, мистер Норман... Оливер? Могу я называть вас Оливер? – Терри улыбнулся и слегка подвинулся, давая место. – Признаюсь, что беспокоился, мне казалось, что ваши кошмары – это еще и следствие усталости. Признаюсь, что относительно количества свободного времени после смен я придерживаюсь совершенно иного мнения. Видите ли, мозгу нужно врем, чтобы вовремя переключиться и по-настоящему ощутить себя отдохнувшим. Хотя если использовать, к примеру, древние способы управления энергией... Вот вы упомянули Солнце, Оливер!
Терренс обернулся к энсину и постарался принять открытую позу, насколько это было возможно, будучи закутанным в плед. Снова виновато покосился на мерзнущие ноги.
Солнце – это же величайший источник энергии, как и весь космос. И человек может черпать эту энергию, подобно тому, как наш корабль черпает ее из варп-ядра. Если вы умеете контролировать потоки энергии внутри себя, подобно ученым и воинам древнего Китая, вы, Оливер, можете вполне безнаказанно манкировать сном и свободным временем, не чувствуя усталости и не страдая от кошмаров. Считается, что поток чистой энергии способен омыть сознание и избавить человека от душевной боли...
Терренс замолчал и виновато посмотрел на собеседника.
Вас, должно быть, шокирует, что доктор и ученый говорит такую чушь? Однако я провел в размышлениях всю ночь, подбирая для вас индивидуальный курс терапии, и пришел к выводу, что релаксации, медитации и энергетическая зарядка – это то, что могло бы заинтересовать вас. Возможно.
Терренс слегка покраснел. Слегка – ровно настолько, насколько позволяла его начавшая, наконец, отогреваться кожа. Он действительно долго обдумывал. Вкупе с лекцией про здоровый сон. Вот только оценит ли Оливер такое рвение своего лечащего врача, не посчитает ли вмешательством в личную жизнь и нарушением тех условных границ, которые удалось выстроить безболезненно и довольно близко друг от друга? Но ведь сказать-то надо. Для чего иначе он, Терренс, здесь?

[NIC]Терри Адамс[/NIC] [STA]Не МакКей[/STA] [AVA]http://s7.uploads.ru/QR3uV.jpg[/AVA]
[SGN]

Капеллан

Терренс учился на медицинском, собираясь посвятить свою жизнь хирургии, где всегда не хватало талантливых людей. Но в любой истории присутствует своя драма, изменяющая ход событий и заставляющая пересмотреть все, начиная от мировоззрения и приоритетов, заканчивая жизнью в целом. Молодой человек нашел себя на поприще священнослужителя. Медобразование, конечно, он получил, но уже по специализации психиатрии и психоанализа. Последующий опыт в работе и значительной помощи ветеранам после военных действий или неудачных исследовательских миссий привел Адамса в Звездный Флот.
Врачебная тайна и тайна исповеди для него священны, так же как и интересы пациентов. Терри упрямо ставит благополучие живых существ превыше всего, стараясь действительно оказать помощь, не ограничивая себя рамками стереотипов или иного вероисповедания. Любого старается понять, верит в причинно-следственные связи. В любых ситуациях сначала думает, потом действует, не растекаясь слизняком по стекловате с философскими изысканиями. И не афиширует, что является еще и капелланом.

[/SGN]

+3

8

Если вам так будет удобнее. – Оливер вздрогнул и с трудом заставил себя неловко улыбнулся.
К горлу подступил призрачный ком, незначительно затрудняя дыхание.
«Мистер Норман, вы не против, если я буду звать вас по имени?» – мягкая, располагающая к себе улыбка затягивает, как мёд или смола доверчиво сунувшуюся. на свою беду, муху.
– Разумеется, капитан. Как вам будет удобнее, в конце концов, вне рабочей смены, наверное, можно... Простите, я немного нервничаю. Так для какого разговора вы меня пригласили? Даже не знаю, чем вам может помочь обычный энсин...

Оливер сжал пальцы, впиваясь ногтями в ладони и прогоняя из памяти внезапно накатившую ассоциацию.
Доктор... Боюсь вас расстроить, но подобное... – он замолчал в попытке подобрать слова так, чтобы не обидеть. – Я вам действительно благодарен, как минимум за намерения, но это явно не то, что могло бы помочь мне. Я, конечно, всего лишь офицер технического обслуживания, а не врач и не психолог, но из всего что вы предложили, более-менее мне подойдут разве что медитации. Остальное же, – извиняющийся взгляд скользнул по лицу Адамса, - едва ли поможет мне преодолеть моё, скажем так, недоверие к людям и иным разумным существам.
«Рано или поздно, но признаться доктору в этом стоило. Хотя бы потому, что тот мог по незнанию придумать что-нибудь хуже, чем относительно безобидная эзотерика».
Но я действительно благодарен, что вы тратите на меня столько времени. Это очень... мило с вашей стороны, – на этот раз улыбка получилась более живой и Оливер даже смог ненадолго заставить себя коснуться руки собеседника.
«Не ведись на чужую доброту, дурак! Только не снова!», – отчаянно билось в мозгу, когда дрогнувшие пальцы прервали контакт с чужой кожей.
[AVA]http://s9.uploads.ru/NDVk9.jpg[/AVA] [NIC]Оливер Норман[/NIC]

Отредактировано Адам Лефлер (13-11-2019 17:03:43)

+5

9

Что ж... – Терренс смутился и скис, но постарался взять себя в руки и улыбнуться. – Должен был, наверное, сразу вам сказать, Оливер, я не терапевт, в отличие от Лиро и Боунса, и поэтому мои предписания носят исключительно рекомендательный характер из разряда «если вы захотите, то можете попробовать».
Терренс передернул плечами, поправляя норовивший сползти плед.
Я знаю, что вы не доверяете людям и прочим разумным, – Терри спокойно посмотрел на собеседника. – И вполне принимаю ваше решение не доверять. Более того, испытай я то же, что выпало вам, я бы, пожалуй, отреагировал так же или еще того хуже. Так уж вышло, что доверие и вера – это все, что у меня есть, а значит – не будет этого, не будет и меня. Вы же куда сильнее и смогли заново выстроить свою жизнь, и вполне успешно справляетесь с ней, а не сидите с пустым взглядом в мягкую стену. И уже поэтому я искренне восхищен вами. Как и другими моими... я бы не сказал «пациентами» – собеседниками. Здесь, на «Страже», как в госпитале, едва ли удастся отыскать хотя бы дюжину целых, с не собранной из осколков душой, с не разбитыми в хлам сердцем или жизнью. И все же, видя, как они сильны, я всей душой ими восхищаюсь.
Терренс помолчал.
То, что вы продолжаете говорить со мной и даже позволили мне воспользоваться вашим пледом, говорит о том, что я хотя бы не внушаю вам опасения, чему я неимоверно рад. Да и, положа руку на сердце, мне сложно представить, кому в голову придет бояться психолога.
А уж капеллана...
У вас здесь значительно теплее, чем у меня в каюте. Признаться, я очень благодарен вам за ваше гостеприимство, Оливер, и боюсь показаться навязчивым, однако, может быть, вы позволите мне ненадолго задержаться и отогреться, как следует? Можете даже заниматься своими делами, я не стесню вас. Возможно, вам даже удастся забыть о моем присутствии, если я буду сидеть тихо и молчать. Психологи это умеют, поверьте.
О том же, что такое безмолвное нахождение в поле зрения пациента с нарушенным личным пространством и доверием к другим – это еще и один из методов терапии, подобный приручению дикого зверя, Терренс предпочел промолчать. В лучшем случае, Оливер просто согласится и все пройдет спокойно. В худшем же мистер Норман и сам знает, что стоит за предложением доктора Адамса и, как истинный офицер, просто не станет мешать действием офицера медицины.
[NIC]Терри Адамс[/NIC] [STA]Не МакКей[/STA] [AVA]http://s7.uploads.ru/QR3uV.jpg[/AVA]
[SGN]

Капеллан

Терренс учился на медицинском, собираясь посвятить свою жизнь хирургии, где всегда не хватало талантливых людей. Но в любой истории присутствует своя драма, изменяющая ход событий и заставляющая пересмотреть все, начиная от мировоззрения и приоритетов, заканчивая жизнью в целом. Молодой человек нашел себя на поприще священнослужителя. Медобразование, конечно, он получил, но уже по специализации психиатрии и психоанализа. Последующий опыт в работе и значительной помощи ветеранам после военных действий или неудачных исследовательских миссий привел Адамса в Звездный Флот.
Врачебная тайна и тайна исповеди для него священны, так же как и интересы пациентов. Терри упрямо ставит благополучие живых существ превыше всего, стараясь действительно оказать помощь, не ограничивая себя рамками стереотипов или иного вероисповедания. Любого старается понять, верит в причинно-следственные связи. В любых ситуациях сначала думает, потом действует, не растекаясь слизняком по стекловате с философскими изысканиями. И не афиширует, что является еще и капелланом.

[/SGN]

+3

10

...Более того, испытай я то же, что выпало вам, я бы, пожалуй, отреагировал так же или еще того хуже.
Чужие слова резанули по ушам, и чьи-то холодные когти сомкнулись на лёгких, обрывая дыхание. Дальнейшие слова доктора Оливер просто прослушал, пытаясь заставить своё тело сделать хоть один вдох. Опутавший его сознание страх смял все мысли, зацикливая только на одной не самой приятной догадке.
«Приплыли. А ты думал, тебя оставят в покое? Свидетеля позора Звёздного Флота? Наивный дурак!»
Вы знаете? Но откуда, оно же всё... я не думал, что вы... чёрт. Scheiße! – Энсин вскочил с кровати, впиваясь в собеседника уже совершенно иным взглядом.
Бешено заколотившееся сердце отдалось привкусом железа на языке, и энсин невольно отступил на пару шагов, не сводя с собеседника взгляда.
В памяти всплыл образ невзрачного вулканца в чёрном мундире, с дельтой под цвет. Один из лучших профессионалов Флота, как пафосно заявили Оливеру тогда, обладал совершенно незапоминающимся лицом. Уже на третье посещение назначенного энсину свыше врача, Норман начал замечать за собой странное. Просматривая редкие фотографии сослуживцев, что у него сохранились, он понял, что не может узнать их. Энсин точно знал, кто они, видел на фотографии лица, но мозг почему-то не мог соединить вместе лица и имена. Это было по-настоящему страшно, знать и не узнавать одновременно. Особенно страшно стало после того, как из памяти почему-то начали исчезать сначала часы, а потом и целые дни, связанные со службой.
Может быть, это было бы к лучшему, попроси Оливер о подобном сам. С глаз долой, из сердца вон! – как говорится в одной старой пословице. Но в предложенной ему программе лечения не было ни слова о стирании воспоминаний! И пусть эти воспоминания причиняли боль, это был его жизненный опыт, часть его души, его сути. Терять себя не хотелось, и Норман приложил все усилия, чтобы добиться смены лечащего врача. И даже не сильно удивился, когда, пытаясь понять, с кем ему довелось иметь дело, не смог найти ни строчки о том странном вулканце с выдуманным, человеческим именем, которым тот представился.
Наверное, с тех пор у него и возникло опасение к врачам подобной направленности. Забавно, но больше всего Оливер теперь боялся не умереть, не пыток и не ещё чего то подобного, а лишь того, что с таким трудом сбережённая память начнёт разваливаться и дальше. Хуже всего – это перестать быть собой, каким бы ущербным ты ни был.
Скажите честно, вас послали завершить начатое? – хмуро спросил Оливер, краем глаза прикидывая расстояние до двери и есть ли шанс вырваться быстрее, чем его могут попытаться перехватить.
А память всё не унималась и, словно злодейка, подкинула другое воспоминание-ассоциацию. И расслабленно невинная поза доктора теперь казалась не безобидной, а скорее вальяжной и выжидающей. К сожалению, энсин очень хорошо знал, какими манипуляторами умеют быть разумные, разбирающиеся в психологии. А уж то, с какой невинностью и легкостью Адамс умудрился расположить к себе ранее – заставило насторожиться сильнее.
Теперь же в сознании словно прозвенел колокольчик. Словно с трудом собираемая мозаика наконец-то сложилась. В этот момент Оливер совершенно не думал, что может катастрофически ошибаться. И на то, как он выглядит со стороны, ему тоже было плевать.
И только где-то в самых тёмных уголках сознания билось умоляюще желание, чтобы он оказался не прав. Пусть выставит себя неуравновешенным идиотом, не беда, но пусть всё окажется совершенно не так!
«Пожалуйста...»
[AVA]http://s9.uploads.ru/NDVk9.jpg[/AVA] [NIC]Оливер Норман[/NIC]

Отредактировано Адам Лефлер (14-11-2019 13:03:12)

+6

11

Терренс непонимающе хлопал глазами.
Что я сказал? Вроде бы ничего из того, что могло бы... Я ж не телепат? Не телепат. В таком случае, ошибка может быть только в том, что Оливер неверно понял мои слова... Позвать? Услышит ли он меня? Глас вопиющаго в пустыни: уготовайте путь Господень, правы творите стези его.
...Говорить умно с пациентом в состоянии панической атаки с ПТСР в анамнезе бесполезно. Для работы с ПТСР нужно дать клиенту безопасность. Провалите маятник панической атаки нелогичным действием.
Да.
Терренс метнул взгляд по сторонам, постаравшись сделать это незаметно, контролировать при этом эмоциональную дрожь, прошившую все тело, было тяжело. Терренс сглотнул. В поле зрения попался табельный фазер на столе.
Пора это закончить.
Адамс протянул руку, не глядя, беря фазер за дуло.
«А если не на предохранителе?» – мелькнула мысль, от которой заряд прошил позвоночник, а движения как будто приобрели скованность, которую вполне можно принять за холодность.
Закончить бояться, мистер Норман.
Терренс осторожно потянул фазер на себя, а затем протянул его вжавшемуся в стену энсину.
Дышите, Оливер. Дышите, вы это умеете. Сейчас я встану и подойду к вам, чтобы отдать вам фазер. Вы видите, я безоружен. Я в вашей власти. Возьмите оружие в руки, вот так. Это ваше оружие. Это работающее оружие. Вы в безопасности, Оливер. – Терренс демонстративно поднял руки, возвращаясь на прежнее место. – Я отхожу. Я без оружия, Оливер. Вы в своей каюте, с оружием в руках. Вы в безопасности, Оливер. Я сажусь и поднимаю руки. Я больше не буду двигаться, Оливер. Дышите, Оливер. Дышите. Теперь поговорим.
Руки начинали потихоньку затекать. Доктор Адамс с тоской вспоминал занятия по физкультуре, которых у офицеров по религии было значительно меньше, чем у других курсов. С другой стороны, медитаций у обычных офицеров тоже не было.
Дыши, Терренс. Дышать полезно.
Терренс попробовал вспомнить, как это – выдыхать через ноющую и болящую конечность, как их учили на уроках созерцания при знакомстве с почти утраченной культурой Синто. Выдох через руки – от плеча к кончикам пальцев. Вроде первый признак напряжения – сведенные мышцы – прошел.
Оливер, я виноват, что мои слова вас задели. Мне искренне жаль. В вашей карте указан «несчастный случай во время полета, повлекший за собой человеческие жертвы». Это всегда очень тяжело. Но вы справились и живете дальше. Все, что с вами случилось – оно уже случилось в прошлом. Вы уже пережили это. Сейчас – это только эхо. Вы справитесь и с этим. Оливер. Вы в безопасности. Не забывайте дышать. Дышите. У вас отлично получается.

[NIC]Терри Адамс[/NIC] [STA]Не МакКей[/STA] [AVA]http://s7.uploads.ru/QR3uV.jpg[/AVA]
[SGN]

Капеллан

Терренс учился на медицинском, собираясь посвятить свою жизнь хирургии, где всегда не хватало талантливых людей. Но в любой истории присутствует своя драма, изменяющая ход событий и заставляющая пересмотреть все, начиная от мировоззрения и приоритетов, заканчивая жизнью в целом. Родной брат, к которому он был привязан с детства, несмотря на буйные подростковые ссоры и драки, пропал без вести при странных обстоятельствах, и проще было признать его мертвым, нежели продолжат поиски. Терренс был буквально убит горем. Утешение он мог отыскать только в религии, вернее – в вере в справедливость Бога и его бесконечную любовь. Молодой человек нашел себя на поприще священнослужителя. Медобразование, конечно, он получил, но уже по специализации психиатрии и психоанализа. Последующий опыт в работе в центре помощи ветеранам военных действий или неудачных исследовательских миссий привел Адамса в Звездный Флот.
Врачебная тайна и тайна исповеди для него священны, так же как и интересы пациентов. Терри упрямо ставит благополучие живых существ превыше всего, стараясь действительно оказать помощь, не ограничивая себя рамками стереотипов или иного вероисповедания. Любого старается понять, верит в причинно-следственные связи и всегда – в торжество если не справедливости, то хотя бы добра. В любых ситуациях сначала думает, потом действует, не растекаясь слизняком по стекловате с философскими изысканиями. Иногда это только мешает – в тех случаях, когда «не думай – ошибешься». И не афиширует, что является еще и капелланом.

[/SGN]

Отредактировано Родерик Джейн (15-11-2019 18:04:04)

+3

12

В ушах звенело и гудело, а ещё, кажется, закладывало от каждого удара сердца.
Да. Пора это закончить.
От услышанного прошибло холодной дрожью вдоль позвоночника. Вот вроде секунду назад хотел убежать, а теперь ноги даже на миллиметр не сдвинуть, словно в пол вросли! А ещё где-то в мозгу отчаянно стучалось, что если перед ним «враг», то, не имея возможности трезво мыслить, Оливер фактически ослабляет себя, делает более уязвимым. Эта мысль вцепилась изнутри прочными когтями, воплощая собой единственный островок стабильности и логики, и, как паук, зачала цеплять когтями остальные, хаотично носящиеся мысли – медленно, но верно выстраивая их в единое полотно.
Голос доктора звучал на удивление равномерно и спокойно, словно тот перестал наконец строить из себя одуванчика, а вспомнил, что он за врач.
«Либо маски сброшены, либо я просто слепой и не замечал этого за первым впечатлением», – относительно связно сложился в мозгу вывод.
Дышите, Оливер... я безоружен... в вашей власти... Вы в безопасности... Дышите...
Слух улавливал обрывки чужой речи и мозг натужно скрипел, пытаясь усмирить эмоции.
Что? – взгляд наконец-то стал более осмысленным и непонимающе упёрся в до побелевших костяшек сжатый в руке фазер, все ещё направленный доктору куда-то между глаз.
Дуло отчаянно дрожало из стороны в сторону и пришлось перехватить фазер обеими руками, чтобы хоть как то притормозить эту пляску.
Деймос! Вы разыгрываете меня? В смысле я же не мог... Фобос! – от сумбура и непонимания в голове хотелось то ли разреветься, то ли наорать. – Поклянитесь, что вы не планировали ничего, что может мне навредить. Что вас не послали, как того остроухого grünes Blut ублюдка, окончательно стереть все мои воспоминания о «Квиринале»!
«Как будто ты сможешь понять, врёт он тебе или нет?» – мерзко усмехнулся кто-то внутри.
[AVA]http://s9.uploads.ru/NDVk9.jpg[/AVA] [NIC]Оливер Норман[/NIC]

Отредактировано Адам Лефлер (15-11-2019 21:34:19)

+3

13

«Господи, опять...» – Терренс глубоко вздохнул. Руки снова заныли, особенно левая. Медленно выдохнув, доктор Адамс снова завел свою пластинку:
Все хорошо, Оливер, вы в безопасности, вы в своей каюте на «Страже», у вас в руках фазер, вы в безопасности. Дышите, Оливер. Я нахожусь от вас на расстоянии почти четырех метров. Моя цель – помочь вам, Оливер. Без вашего разрешения  не сделаю никакого действия. Моя работа – следить за самочувствием экипажа и помогать им. Я могу поклясться, Оливер. Я клянусь, Оливер. Все хорошо, Оливер, вы в безопасности. Фазер в ваших руках, но я не дам повода использовать его. Я не намерен вредить вам. Я не намерен касаться вашей памяти. Вы в безопасности, Оливер.
Хорошо хоть на корточки или на колени встать не заставил. Такую физическую нагрузку Терренс бы не выдержал – в напряжении, в неестественной позе, под дулом фазера. В голове сразу же всплыли картинки из фильмов, которые демонстрировали на занятиях по ведению переговоров: заложники под дулом пистолета, заложники в одной комнате со смертниками. Дети, женщины, учителя и врачи. И ни одного психолога. Психолог – снаружи. И ведение переговоров через ограждения и каменные стены по рации или через окно. Терренса до сих пор прошибал пот от воспоминания. Не хотелось бы оказаться на месте этих людей – и нате вам. Оказался.
Вдох-выдох, Терренс Адамс, тебя к этому готовили. Вспоминай.
Вы позволите мне опустить руки, Оливер? Я не причиню вам вреда. Вы в безопасности. Позвольте мне опустить руки, Оливер.
Терренс мысленно прокручивал в голове возможные сценарии диалогов, отметал их один за другим. О чем он может говорить с Оливером? Как его успокоить? Бедный юноша. Как же ему досталось... Что же произошло, что?
Моя цель – помочь вам стать целым, Оливер. Вы отлично справляетесь. Вы сильный. Вы помните про дыхание? Дышите, Оливер. Дышите. Вспомните, мы слушали музыку. Вам ведь нравится музыка, правда, Оливер? Мы слушали Баха. Говорили о концертах и соборах. Дышите, Оливер. Как под музыку. Я не намерен вредить вам, Оливер. Вы слышите меня? Понимаете, о чем я говорю? Вы в безопасности. Ваша травма - в  прошлом. Сейчас – это только эхо. Оно мешает вам. От него можно избавиться. Я помогу вам, если вы этого захотите, Оливер. Обещаю, что ничего не сделаю без вашего согласия. Дышите, Оливер. Вы в безопасности. Я не причиню вам вреда.

[NIC]Терри Адамс[/NIC] [STA]Не МакКей[/STA] [AVA]http://s7.uploads.ru/QR3uV.jpg[/AVA]
[SGN]

Капеллан

Терренс учился на медицинском, собираясь посвятить свою жизнь хирургии, где всегда не хватало талантливых людей. Но в любой истории присутствует своя драма, изменяющая ход событий и заставляющая пересмотреть все, начиная от мировоззрения и приоритетов, заканчивая жизнью в целом. Родной брат, к которому он был привязан с детства, несмотря на буйные подростковые ссоры и драки, пропал без вести при странных обстоятельствах, и проще было признать его мертвым, нежели продолжат поиски. Терренс был буквально убит горем. Утешение он мог отыскать только в религии, вернее – в вере в справедливость Бога и его бесконечную любовь. Молодой человек нашел себя на поприще священнослужителя. Медобразование, конечно, он получил, но уже по специализации психиатрии и психоанализа. Последующий опыт в работе в центре помощи ветеранам военных действий или неудачных исследовательских миссий привел Адамса в Звездный Флот.
Врачебная тайна и тайна исповеди для него священны, так же как и интересы пациентов. Терри упрямо ставит благополучие живых существ превыше всего, стараясь действительно оказать помощь, не ограничивая себя рамками стереотипов или иного вероисповедания. Любого старается понять, верит в причинно-следственные связи и всегда – в торжество если не справедливости, то хотя бы добра. В любых ситуациях сначала думает, потом действует, не растекаясь слизняком по стекловате с философскими изысканиями. Иногда это только мешает – в тех случаях, когда «не думай – ошибешься». И не слишком акцентирует, что является еще и капелланом.

[/SGN]

+2

14

Оливер сглотнул, борясь с дрожью в руках. Дуло фазера нервно дёрнулось почти в такт рваному выдоху. Кажется, наступал отходняк, что, в целом, было достаточно хорошим знаком того, что мозги медленно, но верно начали прочищаться.
Вы позволите мне опустить руки, Оливер? Я не причиню вам вреда. Вы в безопасности. Позвольте мне опустить руки, Оливер.
А доктор всё говорил и говорил, вгоняя юношу в состояние, больше похожее на какой-то транс.
М... можете опустить... – энсин моргнул, не сводя взгляда с мужчины.
Монотонная и спокойная речь постепенно делала своё дело, и Норман почувствовал, как тает в горле мешающий дышать ком.
Что вам... Что именно вам известно? – уже более спокойно, но всё ещё настороженно спросил юноша, медленно опуская руки с оружием, но всё ещё готовый вернуть фазер на прежнюю позицию в случае опасности.
«Спокойнее, тише... Держи себя в руках!» – успокаивающе пронеслось от логической части сознания. – «Сперва думаем, а потом уже делаем, верно?»
[AVA]http://s9.uploads.ru/NDVk9.jpg[/AVA] [NIC]Оливер Норман[/NIC]

Отредактировано Адам Лефлер (19-11-2019 10:46:47)

+2

15

Благодарю. Я опускаю руки, Оливер. Больше ничего не делаю. Только опускаю руки.
«Теперь я все время буду так разговаривать», – посетовал Терри мысленно, опуская руки и кладя их на колени, чтобы они по-прежнему были на виду у энсина. Кстати, фазер больше не смотрел на него - это был определенно хороший знак.
Терренс снова глубоко вздохнул. На этот раз частично от облегчения, частично – от горечи за испорченные отношения с Норманом, с которым они только вчера очень мило сидели и слушали музыку.
«Кстати...»
Оливер, вы помните, как мы слушали музыку? Вы говорили, что вам нравится классика. Бетховен, Бах. Мы можем снова послушать музыку. И поговорить, Оливер. Просто поговорить. Я не двинусь с места, Оливер. Оружие все еще в ваших руках. Вы все еще в своей каюте. На своей территории. Вы в безопасности, Оливер.
Что вам... Что именно вам известно? – не повелся на успокоение энсин. Терренсу стало горько. Мало того, что переговоры определенно затягивались, так еще и чисто по-человечески... Этот мальчик напротив – хотя какой мальчик? Ровесники же практически! – ему очень нравился. Что-то в этом молодом человеке казалось ему знакомым. Что-то, что их объединяло. ... Ощущение одиночества, может быть?
На корабле, на котором вы служили, произошел несчастный случай. Вы были непосредственным участником и видели гибель некоторых своих коллег. Руководство не оказало корректной и своевременной помощи, чтобы предотвратить человеческие жертвы. Это настоящее предательство – я так считаю и вижу, что прав. В вашем личном деле больше ничего не указано, Норман. Вы можете сами проверить мои слова, Норман. Личные дела находятся в доступе Первого уровня секретности. Возьмите падд. Я назову вам пароль доступа – и вы убедитесь в том, что я не лгу вам.
Терри вдохнул так глубоко, что закололо под ребрами – и разболелась голова. Но ни к сердцу, ни к вискам поднять руки он не посмел. Над верхней губой выступил пот, Адамс машинально слизал его, прикрыл глаза, прогоняя тошноту, и снова открыл их, устремляя взгляд на энсина.
Вы в безопасности, Норман. Вы на «Страже». Вы в своей каюте. С оружием в руках. Здесь вы в безопасности. Я не причиню вам вреда. Моя цель – помочь вам стать целым.
Головная боль снова напомнила о себе: в голове застучало сразу несколько молоточков – по вискам, по затылку. К горлу подкатил ком тошноты.
Оливер. Мне нужно выпить лекарство. Позвольте мне выпить лекарство, Оливер. Сейчас я встану, достану из кармана таблетки, подойду к репликатору и закажу воды. Я достану таблетку и выпью ее прямо перед вами. И снова вернусь на свое место. Это не будет опасно, Оливер. Пожалуйста, позвольте мне...
Новый приступ головной боли заставил капеллана замолчать. Теперь пот выступил уже на висках. Терри зажмурился, пережидая приступ тошноты. Рукам и ногам сразу снова стало холодно – видимо, кончилось действие выплеснутого в кровь адреналина, из-за которого он не чувствовал, как холодно в помещении. Терренс вздрогнул – и при этом ощутил, что на лбу выступила испарина, вопреки всем законам.
Господи...

[NIC]Терри Адамс[/NIC] [STA]Не МакКей[/STA] [AVA]http://s7.uploads.ru/QR3uV.jpg[/AVA]
[SGN]

Капеллан

Терренс учился на медицинском, собираясь посвятить свою жизнь хирургии, где всегда не хватало талантливых людей. Но в любой истории присутствует своя драма, изменяющая ход событий и заставляющая пересмотреть все, начиная от мировоззрения и приоритетов, заканчивая жизнью в целом. Родной брат, к которому он был привязан с детства, несмотря на буйные подростковые ссоры и драки, пропал без вести при странных обстоятельствах, и проще было признать его мертвым, нежели продолжат поиски. Терренс был буквально убит горем. Утешение он мог отыскать только в религии, вернее – в вере в справедливость Бога и его бесконечную любовь. Молодой человек нашел себя на поприще священнослужителя. Медобразование, конечно, он получил, но уже по специализации психиатрии и психоанализа. Последующий опыт в работе в центре помощи ветеранам военных действий или неудачных исследовательских миссий привел Адамса в Звездный Флот.
Врачебная тайна и тайна исповеди для него священны, так же как и интересы пациентов. Терри упрямо ставит благополучие живых существ превыше всего, стараясь действительно оказать помощь, не ограничивая себя рамками стереотипов или иного вероисповедания. Любого старается понять, верит в причинно-следственные связи и всегда – в торжество если не справедливости, то хотя бы добра. В любых ситуациях сначала думает, потом действует, не растекаясь слизняком по стекловате с философскими изысканиями. Иногда это только мешает – в тех случаях, когда «не думай – ошибешься». И не слишком акцентирует, что является еще и капелланом.

[/SGN]

+3

16

На корабле, на котором вы служили, произошел несчастный случай. Вы были непосредственным участником и видели гибель некоторых своих коллег. Руководство не оказало корректной и своевременной помощи, чтобы предотвратить человеческие жертвы. Это настоящее предательство – я так считаю и вижу, что прав. В вашем личном деле больше ничего не указано, Норман...
«А то я не знаю, что у меня в деле написано! Значит, больше ничего не знает? Или не говорит?» – несколько раздражённо прокатилось в мозгу. – «И... О, Звёзды, да сколько можно нудеть уже!» - взрыкнуло всё то же непонятное нечто в мыслях, и энсин почувствовал сильное желание таки выстрелить.
А потом и вовсе, с собеседником начало твориться что-то неладное. Доктор побледнел ещё больше (хотя казалось куда уже?), и явно переживал сейчас какой-то приступ, да и о таблетках всё каких-то твердил.
Я знаю, что написано в моём деле, – раздражённо и с печальной усмешкой произнёс энсин, убирая одну из рук с фазера и невесомо проводя пальцами по краям, слегка оцарапанной и явно старой на вид дельты-значка.
Подумав, он повесил фазер на бедро и сам шагнул к репликатору.
И хватит уже так часто повторять моё имя! Это хороший приём, чтобы вывести из срыва и заставить слушать, признаю, но сейчас это уже скорей раздражает.
Пошаманив с репликатором, Норман сделал шаг к кровати. Потом замер на мгновение и остальной путь дошагал уже более осторожно, замерев на расстоянии вытянутой руки, протягивая доку стакан, при этом не сводя оценивающего и внимательного взгляда.
Значит, больше вам ничего не известно? Только эта безликая «официальная» версия?
[AVA]http://s9.uploads.ru/NDVk9.jpg[/AVA] [NIC]Оливер Норман[/NIC]

+3

17

Голова болела все сильнее. Адамс старался не морщиться и не открывать глаз, и не двигать руками, дабы не спровоцировать очередную вспышку гнева. Но – увы. Видимо, переговоры дали сбой, поскольку в ответ послышалось раздраженное рявканье:
И хватит уже так часто повторять моё имя!
Извините.
Ну что ж. Заслуженно. Терренс продолжал сидеть, не открывая глаз, не поднимая рук, чтобы помассировать виски. Попытался вернуться в состояние медитации, чтобы выдохнуть боль, но – увы – молоточки стучали слишком уж назойливо, навязчиво, невыносимо... Терри поморщился. В больной голове, словно в насмешку, продолжалось нанизывание синонимов.
Значит, больше вам ничего не известно? Только эта безликая, «официальная» версия?
Голос Нормана прозвучал совсем близко, и Адамс от неожиданности открыл глаза – и едва не вскрикнул от нового витка прошивающей мозг боли. Кое-как сфокусировав взгляд на стакане сквозь выступившие слезы, Терри сглотнул.
Прошу прощения, Олив... То есть, мистер Норман. Я сейчас... Сейчас выпью лекарство и смогу ответить на ваши вопросы. Дайте мне пять минут, пожалуйста. Я могу взять стакан? – Терренс осторожно потянулся к посуде, поминутно смаргивая выступающие слезы, и заставил руку замереть всего в нескольких миллиметрах от пальцев Оливера, чтобы не коснуться без предупреждения. Только после кивка, Терренс позволил себе взять в руку стакан, поежившись от прохлады реплицированного стекла.
«Только дрожать не начинай», – мысленно обратился он к конечности, чувствуя, как начинает дрожать другая, та, что потянулась к брючному карману за блистером.
Это только лекарство. Меня мучает мигрень... – капеллан извлек и показал блистер с тремя таблетками. – Сейчас я приму лекарство и мы сможем поговорить. Или вы хотите, чтобы я ушел? Я уйду. Только дайте мне пять минут. Оно должно подействовать.
Терренс сморгнул еще раз. Подбородок защекотала первая, уже докатившаяся слеза, застряв на утренней щетине. Он как-то забыл побриться. Как же, должно быть, жалко он выглядел. Минус еще один пациент. И минус еще одно потенциально дружеское общение. Терренс тяжело вздохнул, поморщившись от горечи положенной на язык таблетки и собственных ощущений от самого себя, и жадно припал к воде.

[NIC]Терри Адамс[/NIC] [STA]Не МакКей[/STA] [AVA]http://s7.uploads.ru/QR3uV.jpg[/AVA]
[SGN]

Капеллан

Терренс учился на медицинском, собираясь посвятить свою жизнь хирургии, где всегда не хватало талантливых людей. Но в любой истории присутствует своя драма, изменяющая ход событий и заставляющая пересмотреть все, начиная от мировоззрения и приоритетов, заканчивая жизнью в целом. Родной брат, к которому он был привязан с детства, несмотря на буйные подростковые ссоры и драки, пропал без вести при странных обстоятельствах, и проще было признать его мертвым, нежели продолжат поиски. Терренс был буквально убит горем. Утешение он мог отыскать только в религии, вернее – в вере в справедливость Бога и его бесконечную любовь. Молодой человек нашел себя на поприще священнослужителя. Медобразование, конечно, он получил, но уже по специализации психиатрии и психоанализа. Последующий опыт в работе в центре помощи ветеранам военных действий или неудачных исследовательских миссий привел Адамса в Звездный Флот.
Врачебная тайна и тайна исповеди для него священны, так же как и интересы пациентов. Терри упрямо ставит благополучие живых существ превыше всего, стараясь действительно оказать помощь, не ограничивая себя рамками стереотипов или иного вероисповедания. Любого старается понять, верит в причинно-следственные связи и всегда – в торжество если не справедливости, то хотя бы добра. В любых ситуациях сначала думает, потом действует, не растекаясь слизняком по стекловате с философскими изысканиями. Иногда это только мешает – в тех случаях, когда «не думай – ошибешься». И не слишком акцентирует, что является еще и капелланом.

[/SGN]

+2

18

«Нет, я щас серьёзно его стукну!» – мысленно взвыл энсин, поджимая губы в ответ на всё продолжающиеся пояснения. – «Вот уж действительно, «бей-беги», сперва сбежать хотел, теперь хочу чем-нибудь припечатать, чтобы уже к нормальной речи вернулся...» – проанализировал он себя, с удовольствием ощущая, что мозг наконец-то пришёл в норму и уже способен на анализ себя самого и окружающей действительности.
Сейчас я приму лекарство и мы сможем поговорить. Или вы хотите, чтобы я ушел? Я уйду. Только дайте мне пять минут. Оно должно подействовать.
«Он что, серьёзно...? вот же... плачет?» – Сегодняшний день явно был настроен на то, чтобы окончательно запутать, сбить с толку и заставить Оливера испытать максимальный спектр эмоций по отношению к одному-единственному человеку.
На душе даже стало немного стыдно за произошедшее, хотя паранойя и пыталась всё ещё перетянуть на себя эмоциональное одеяло.
Юноша серьёзно задумался, перебирая в голове действия и реакции. Да, с одной стороны, были кажущиеся подозрительными моменты. С другой же, вполне возможно, что он сорвался на ни в чём невиновного человека совсем зря.
«Я пожалею об этом», – прокатилось в сознании, когда обречённо и устало выдохнув, он закрыл глаза, принимая решение.
Возможно... я сейчас совершаю ошибку, может быть, вы просто великолепный актёр и это всё был ваш гениальный спектакль, – Норман скрестил руки на груди, окидывая собеседника взглядом. – Но допустим, что в этот раз я поверю. Возможно, я сорвался на вас без повода, и тогда я искренне прощу прощения. Но если... – ещё один вздох и ухмылка «с клыками», как делал в детских играх когда хотел запугать. – Если вы таки окажетесь одним из теневых су... собак Федерации, моё доверие вами будет потеряно. Я Люблю Федерацию, не подумайте... но прекрасно понимаю, что ни одно общество не обходится без личностей, выполняющих грязную работу. Я. может, и бесполезный мусор, по мнению некоторых, – в памяти вспыхнуло воспоминание о не самых приятных из слышанных в жизни словах, – но не хочу чтобы меня убирали.
Высказав это, Оливер почувствовал себя совершенно опустошённым. Словно его открыли, как ящик, или старый сундук, и вытряхнули всё содержимое, оставив лишь залежи пыли и пустоту.
И вот ещё... Вы ведь взрослый мужчина, возьмите себя в руки. Не стоит подавать окружающим дурной пример. – произнёс он кивая на влажный след на лице. – Можете считать меня старомодным, за мнение о «мужчины не плачут», но вот такой вот вам попался пациент. Вредный, противный, с тараканами в голове размером с Юпитер.
«Ну вот, опять в бред уносит!» – резюмировала логическая часть разума и гордо капитулировала, покрутив ментальным хвостом у виска.
А сам же Оливер в это время нервно сглотнув и протянув руку, запустил пальцы в шевелюру вздрогнувшему собеседнику, совершенно бессмысленно и бездумно растрепав и почесав так, как соседские мальчишки чесали собаку. Большую такую, лохматую – любимицу четырёх дворов. Тварюга была добродушной и ничейной, и одинаково радостно бежала что к приютским, что к обычным детям, под возмущённые вопли недовольных родителей.
«Отлично! А по-человечески успокоить не мог? Ну и как он это воспримет?»
Я не прогоняю, – убрав руку и вернувшись на ту сторону кровати, где сидел до срыва, произнёс энсин. – Простите, если я действительно был не прав.
[AVA]http://s9.uploads.ru/NDVk9.jpg[/AVA] [NIC]Оливер Норман[/NIC]

Отредактировано Адам Лефлер (20-11-2019 10:14:04)

+3

19

Терренс сглотнул, чувствуя, как горькая таблетка вместе с водой устремляется по пищеводу вниз. Снова прикрыл глаза, зажав стакан между ладонями, а ладони между коленями. Внутренние часы отсчитывали необходимое время для усвоения лекарства. Сначала исчезнет резь в глазах, от которой беспрестанно текли слезы. Потом утихнут молоточки в затылке. Последними уйдут симптомы ноющих висков и тошнота.
Да. Вы правы, простите. Но... я ничего не могу поделать во время таких приступов. Извините.
Терренс глубоко вздохнул, не открывая глаз, вытер щеку и веки. Снова вздохнул и попробовал открыть глаза. Все еще неприятно, но жить можно.
Я действительно больше ничего не знаю. Ваше личное дело, как и личные дела остальных членов экипажа, были загружены на мой падд сразу при поступлении на «Страж». Я готов поклясться, что эта информация одинакова для всех врачей «Стража», включая главу СМО. Она заложена в память бортового компьютера на станции взлета перед началом полета. Никакой другой информации у меня нет. Если она есть у вас – вы вправе хранить ее в тайне ото всех до тех пор, пока не сочтете нужным с кем-то ею поделиться.
Терренс попытался улыбнуться, повернув голову к Оливеру. Поморщился от неприятных ощущений в затылке и чуть прикрыл левый глаз – там, в глазнице за ним, болело сильнее всего.
Я ни в коем случае не считаю вас... мусором. И вредным-противным тоже. Это не вы – это ваша травма, и ее нынешнее эхо говорили и действовали сейчас. Я вижу в вас очень хорошего человека, с которым случились плохие вещи. Но вы вовсе не плохой человек только потому, что с вами произошел несчастный случай, Оливер. И винить себя в этом тоже не стоит. Несчастный случай может случиться с каждым. Даже...
С моим братом. Случился.
...со мной. Иногда так бывает. На все воля Господа, как говорят в таких случаях. Но я не верю в Его жестокость, и знаю, что всегда есть Его любовь и помощь...
Терренс прикусил язык. После приступов его всегда несло. В сторону религии, как правило. Вздрогнув от прикосновения, молодой капеллан позволил себе прикрыть глаза снова. Пальцы в волосах запутались ровно там, где до этого под кожей головы скрывалась мучительная и жгучая боль, и потому доктор не был против.
У вас очень чуткие пальцы, вы могли бы быть хорошим врачом, Олив... Простите. – Терренс улыбнулся было, но тут же смутился, поняв, что опять допустил оплошность.
Если вы действительно больше не сердитесь на меня, я попросил бы позволения остаться еще минут на десять. Лекарство действует не мгновенно, и я пока не могу до конца контролировать свое тело.
Терренс чуть приподнял еще подрагивающую руку и снова улыбнулся, виновато и смущенно.

[NIC]Терри Адамс[/NIC] [STA]Не МакКей[/STA] [AVA]http://s7.uploads.ru/QR3uV.jpg[/AVA]
[SGN]

Капеллан

Терренс учился на медицинском, собираясь посвятить свою жизнь хирургии, где всегда не хватало талантливых людей. Но в любой истории присутствует своя драма, изменяющая ход событий и заставляющая пересмотреть все, начиная от мировоззрения и приоритетов, заканчивая жизнью в целом. Родной брат, к которому он был привязан с детства, несмотря на буйные подростковые ссоры и драки, пропал без вести при странных обстоятельствах, и проще было признать его мертвым, нежели продолжат поиски. Терренс был буквально убит горем. Утешение он мог отыскать только в религии, вернее – в вере в справедливость Бога и его бесконечную любовь. Молодой человек нашел себя на поприще священнослужителя. Медобразование, конечно, он получил, но уже по специализации психиатрии и психоанализа. Последующий опыт в работе в центре помощи ветеранам военных действий или неудачных исследовательских миссий привел Адамса в Звездный Флот.
Врачебная тайна и тайна исповеди для него священны, так же как и интересы пациентов. Терри упрямо ставит благополучие живых существ превыше всего, стараясь действительно оказать помощь, не ограничивая себя рамками стереотипов или иного вероисповедания. Любого старается понять, верит в причинно-следственные связи и всегда – в торжество если не справедливости, то хотя бы добра. В любых ситуациях сначала думает, потом действует, не растекаясь слизняком по стекловате с философскими изысканиями. Иногда это только мешает – в тех случаях, когда «не думай – ошибешься». И не слишком акцентирует, что является еще и капелланом.

[/SGN]

+2

20

Чувствуя себя героем какой-то мелодрамы.Оливер слушал Адамса, уже более внимательно, чем в их первую встречу, подмечая детали и занося в память кучу пометок и выводов.
У вас очень чуткие пальцы, вы могли бы быть хорошим врачом, Олив... Простите.
«Так, а сейчас он опять за что извиняется?» – энсин недоумённо поднял бровь, пытаясь понять. – «Оборвался на имени... а, ясно. Сказать что ли, что говоря про «не использовать так часто», я имел в виду именно в каждом предложении, а не в разговоре в целом? Хотя за тем, как он себя одёргивает, достаточно забавно наблюдать».
Юноша ради интереса осмотрел свою руку. Пальцы как пальцы, не хуже и не лучше, чем у других.
«Это что, такой комплимент был? Убереги Солнце, док, что, так заигрывает?» – шокированно пронеслось в голове, на что другой внутренний голос ехидно напомнил: – «А сам-то какого Фобоса к нему руками полез? Устроил тут шекспировскую драму: то прибить, то приласкать. Гормоны, что ль, скачут? Или уровень дебилина в крови повысился?»
Если вы действительно больше не сердитесь на меня, я попросил бы позволения остаться еще минут на десять. Лекарство действует не мгновенно, и я пока не могу до конца контролировать свое тело.
«Можно и не на десять», – ехидно оскалился всё тот же веселящийся внутренний голос.
Я же уже сказал, что не прогоняю. Пока. Я не знаю, как нам загладить то, что тут сейчас было, но можно попробовать... попробовать просто поговорить и попытаться лучше понять друг друга, чтобы таких инцидентов больше не происходило.
Оливер слегка задрал рукав формы и задумчиво посмотрел на тонкую полоску часов. Надо же, а казалось, что прошло больше. На деле же всё, и приход доктора, и истерика уложились в период не более получаса.
Понимаю, что, ведя общение как врач с пациентом, вопросы должны задавать вы, но, во-первых, мы не на приёме, а у меня в каюте и даже более того, – он слегка усмехнулся двусмысленности фразы и ситуации, – у меня на постели. Поэтому, считаю что вправе немного удовлетворить своё любопытство, – сказал Норман и сам же смутился от прозвучавшего. – Вот вы верите в Бога, в его «любовь»... А много вы его любви видели? Знаете, как живут сырьевые колонии на окраинах «исследованного космоса»? Радужно и купаясь в достатке? Как бы не так, их выпивают досуха, пользуясь тем, что у местных зачастую даже своих кораблей нет и защитить некому. Или что вы скажете о войнах? Больных ублюдках, которыми полнится наша необъятная Вселенная? Думаете – это любовь, позволять такому происходить?
Честное слово, видят Звёзды, Оливер хотел спросить что-то нейтральное! Но, видимо, зацепило за живое, или нервы всё ещё были слегка на взводе. Вот и получилось вместо подобия нейтральной беседы, что-то болезненное и с рваными ранами, сорвавшееся с языка против воли. И пусть энсин и корил себя за подобное, но было видно, что для него эти темы были не пустым звуком и задевали какие-то струны в душе.
[AVA]http://s9.uploads.ru/NDVk9.jpg[/AVA] [NIC]Оливер Норман[/NIC]

Отредактировано Адам Лефлер (20-11-2019 13:13:52)

+4

21

Да. Давайте просто поговорим.
Терренс позволил, наконец, своей спине расслабиться, скруглив плечи и сделав глубокий выдох. Оперся о стену спиной, чуть глубже сев на кровати.
Любовь... – Терренс замолчал, глядя на Оливера. – Знаете, я не буду отрицать, что в мире существует столько плохого, от которого хотелось бы закрыться и сбежать. От которого не хочется жить. Но, О...ливер, вы должны знать одно: зло создает не Бог, а люди. Никто никого не подталкивает под руку, чтобы он воткнул свой нож в спину ближнего. Ни в одной религии мира, – Терренс хмыкнул, вспоминая собственный комплекс «не говори никому, что ты священник», глубоко вздохнул и продолжил. – Ни в одной религии мира нет Бога, которому люди молились бы затем, чтобы он творил над ними зло. Даже в Сатанизме будут уверены, что он окажет поддержку и защиту своим приверженцам. Даже поклонявшиеся духу вулкана члены давно исчезнувшего земного племени Майори с острова Гаити верили, что вулкан оберегает их и одаривает силой и любовью. Конечно, вполне разумно можно возразить, что из-за религии развязывалось множество войн, но – не потому, что этого хотел какой-либо Бог или божество, а потому, что так хотели люди. За своими словами о вере они прятали алчность, жестокость и жажду наживы.
Терри помолчал.
Можно спросить: почему Господь, если Он любит и милостив, позволяет свершаться стольким ужасам? Я отвечу – именно потому, что Он любит и милостив, и не может покуситься на чужую волю, однажды дав свободу выбора человеку и другим разумным существам. Бог – не во зле. Бог проявляется в любом добре, которое свершается, каждая по-настоящему красивая вещь, которая будит душу и сердце – часть Бога.
Терренс зябко повел плечами и поежился. Температура в комнате все еще оставалась довольно низкой, что было странно: неужели техники до сих пор не нашли поломку?
Вы спросите, откуда мне знать обо всем этом? Вполне разумно предположить, что я всего лишь повторяю чужие истины и ничего страшного не испытал. Я не только психолог, мистер Норман, я капеллан корабля, офицер по религии. Но даже не в этом дело... У меня... – Терренс глубоко вздохнул, как перед прыжком в воду. – У меня был брат, к которому я был очень привязан. Он погиб. А я остался жить. Хотя логичнее было бы наоборот – он был действительно профессионал и подающий надежды ученый... Я помню, как не хотел жить после похорон, как выходил, цепляясь за стену и руки сокурсников. И... тогда я стал искать ответы. Почему все случилось со мной, кто виноват и что теперь делать. Тогда же я обратился к Богу. И знаете, что я понял, Оливер? Зло случается. Но не потому, что так велел Господь, и не потому, что мы виноваты. Оно случается независимо от нас, по другой – людской – воле людей, не думающих о нас. Но то, что мы остаемся в живых, находим в себе силы пережить, встаем на ноги и снова идем – в этом и заключается любовь Господа. Чтобы в наших руках оказался целый мир, нужно просто разжать кулаки и раскрыть ладони.
Капеллан улыбнулся тепло и ласково своему собеседнику. Сейчас ему очень хотелось бы точно так же, как до этого сделал Оливер, погладить по волосам молодого мужчину напротив. Но Терренс сдержал этот порыв, не двинув рукой, и только продолжал улыбаться тепло и ласково. Как ближнему. Пожалуй, именно это определение и подходило больше всего.
Говорят, потрясения в жизни нужны, чтобы все утряслось... Не знаю, насколько это верно, но, когда я понял, что любовь – повсюду, мне подумалось, нет, не так даже, я понял, что это – единственное, что я могу сделать: помочь тем, кого свалила с ног беда, кого сломала жизнь, чтобы они могли встать и идти дальше. Я стал целителем душ – психологом. Все капелланы в той или иной мере психологи, но в Академии учат одновременно и тому, и другому.
Терренс повел плечами и погладил себя за плечи. Холодно. Но где теперь плед, он не знал. Он упал, когда... все случилось. А потом?
Адамс с трудом подавил зевок. Лекарство подействовало, сняв спазм, но следом навалилась сонливость. И холодно.
Вы можете возразить, что я не слишком-то справляюсь со своими обязанностями. Что ж. Я не смогу вам противоречить. Я не настолько опытен, как хотелось бы, чтобы помогать сразу и капитально. И мне порой очень жаль.
Терри вздохнул, снова потер плечи, потер ладони, чуть подышав на них, и вернул руки на колени, с трудом подавив желание обнять себя за плечи и хоть немного согреться.

[NIC]Терри Адамс[/NIC] [STA]Не МакКей[/STA] [AVA]http://s7.uploads.ru/QR3uV.jpg[/AVA]
[SGN]

Капеллан

Терренс учился на медицинском, собираясь посвятить свою жизнь хирургии, где всегда не хватало талантливых людей. Но в любой истории присутствует своя драма, изменяющая ход событий и заставляющая пересмотреть все, начиная от мировоззрения и приоритетов, заканчивая жизнью в целом. Родной брат, к которому он был привязан с детства, несмотря на буйные подростковые ссоры и драки, пропал без вести при странных обстоятельствах, и проще было признать его мертвым, нежели продолжат поиски. Терренс был буквально убит горем. Утешение он мог отыскать только в религии, вернее – в вере в справедливость Бога и его бесконечную любовь. Молодой человек нашел себя на поприще священнослужителя. Медобразование, конечно, он получил, но уже по специализации психиатрии и психоанализа. Последующий опыт в работе в центре помощи ветеранам военных действий или неудачных исследовательских миссий привел Адамса в Звездный Флот.
Врачебная тайна и тайна исповеди для него священны, так же как и интересы пациентов. Терри упрямо ставит благополучие живых существ превыше всего, стараясь действительно оказать помощь, не ограничивая себя рамками стереотипов или иного вероисповедания. Любого старается понять, верит в причинно-следственные связи и всегда – в торжество если не справедливости, то хотя бы добра. В любых ситуациях сначала думает, потом действует, не растекаясь слизняком по стекловате с философскими изысканиями. Иногда это только мешает – в тех случаях, когда «не думай – ошибешься». И не слишком акцентирует, что является еще и капелланом.

[/SGN]

Отредактировано Родерик Джейн (20-11-2019 14:17:31)

+2

22

Судя по виду, доктор Адамс действительно верил в то, о чём говорил. Оливер мог бы поспорить, вспомнить многое из своей жизни и из чужой, но решил всё же не накалять общение по новой.
Читая эту незапланированную никем и внезапную проповедь, доктор всё чаще ёжился и проявлял признаки дискомфорта от температуры, успев где-то потерять плед.
...Я не настолько опытен, как хотелось бы, чтобы помогать сразу и капитально. И мне порой очень жаль.
Сразу не бывает ничего и не у кого. Даже ваш бог по Библии мир не за одно мгновение создал, – резюмировал юноша, рассматривая едва не похлюпывающее носом, но уже близкое к этому, чудо человеческой генетики, стоически пытающееся не дрожать слишком явно. – Да, я знаю немного о Библии и её сюжетах, нам в приюте как-то пытались её почитать.
«И всё же, куда делся плед? Под кровать, что ли, упал? Ещё немного – и общаться мы будем под звук стучащих зубов!» – вставать и проверять пока не хотелось, поэтому энсин нашёл способ получше.
Будучи не в силах смотреть на дрожание этого, вдохновенно вещающего о Господе, «замерзайца», он стянул с изголовья кровати край одеяла и, как огромным капюшоном, накрыл Терренса с головой.
На вас смотреть больно, – отводя взгляд и испытывая неловкость от своих действий, произнёс Норман. – Может, всё же чаю?
[AVA]http://s9.uploads.ru/NDVk9.jpg[/AVA] [NIC]Оливер Норман[/NIC]

+3

23

Ну вот. – Терренс смущенно покраснел. – Вы утешаете меня, хотя это мой долг - утешать, помогать и исцелять. И я вновь вынужден сказать вам, Оливер, что из вас вышел бы отличный врач.
Терри поежился снова - а затем его плечи и голову накрыл край теплого одеяла, отчего улыбка на губах доктора расцвела еще больше.
«Я действительно не ошибся в вас, Оливер».
Спасибо.
Может, всё же чаю? – Оливер отвел глаза, избегая смотреть на доктора.
«Почему-то люди стыдятся добрых поступков», – грустно подумалось молодому капеллану, в то время, как он старательно пытался не зевнуть.
Да. Я не откажусь, спасибо.
И все-таки зевнул в край одеяла, пока молодой энсин отвернулся к репликатору. Глаза слипались, очень хотелось спать. Терренс поуютнее закутался в одеяло, осоловело наблюдая за Оливером. К тому времени, когда чай был готов, доктор уже спал.

[NIC]Терри Адамс[/NIC] [STA]Не МакКей[/STA] [AVA]http://s7.uploads.ru/QR3uV.jpg[/AVA]
[SGN]

Капеллан

Терренс учился на медицинском, собираясь посвятить свою жизнь хирургии, где всегда не хватало талантливых людей. Но в любой истории присутствует своя драма, изменяющая ход событий и заставляющая пересмотреть все, начиная от мировоззрения и приоритетов, заканчивая жизнью в целом. Родной брат, к которому он был привязан с детства, несмотря на буйные подростковые ссоры и драки, пропал без вести при странных обстоятельствах, и проще было признать его мертвым, нежели продолжат поиски. Терренс был буквально убит горем. Утешение он мог отыскать только в религии, вернее – в вере в справедливость Бога и его бесконечную любовь. Молодой человек нашел себя на поприще священнослужителя. Медобразование, конечно, он получил, но уже по специализации психиатрии и психоанализа. Последующий опыт в работе в центре помощи ветеранам военных действий или неудачных исследовательских миссий привел Адамса в Звездный Флот.
Врачебная тайна и тайна исповеди для него священны, так же как и интересы пациентов. Терри упрямо ставит благополучие живых существ превыше всего, стараясь действительно оказать помощь, не ограничивая себя рамками стереотипов или иного вероисповедания. Любого старается понять, верит в причинно-следственные связи и всегда – в торжество если не справедливости, то хотя бы добра. В любых ситуациях сначала думает, потом действует, не растекаясь слизняком по стекловате с философскими изысканиями. Иногда это только мешает – в тех случаях, когда «не думай – ошибешься». И не слишком акцентирует, что является еще и капелланом.

[/SGN]

Отредактировано Родерик Джейн (20-11-2019 16:21:55)

+3

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » Приют странника » Глава 4. Четыреста капель валерьянки и салат! » Сезон 4. Серия 5. Тихий час