Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Глава 4. Четыреста капель валерьянки и салат! » Сезон 4. Серия 43. Семь Белоснежек и гном


Сезон 4. Серия 43. Семь Белоснежек и гном

Сообщений 1 страница 30 из 33

1

Время действия: 2446 г., 20 февраля, 12:00-16:00.
Место действия: «Страж», звездолёт класса «Бесстрашный» (USS Guardian NCC-74741), медотсек 8-й палубы.
Действующие лица: Неро Дини (Эдвин МакБэйн), Лиро (Эржебет), Ча Римма (Римма Октавия), Юнона Маджо (Юлия Звягинцева), Анка (Марго Леруа), Ясеньяра Т'Ках (Николь Моле), Хелен Винтер (Ингеборга Буткуте), Этита Хаас (Элеонора Рыткевич).

http://sd.uploads.ru/UPgXv.jpg

0

2

http://sg.uploads.ru/McG4R.jpg

Боль уже с полчаса пыталась достучаться до спящего мозга, как нежеланный ночной гость-буян – действие лекарств закончилось. Надобно было повернуться, и Неро нехотя проснулся, по очереди раздирая залипшие ресницы. Вот это да – проспал всю ночь с раннего вечера! В корианское окно сеялся очень неяркий свет. Штурман взглянул на часы и ахнул – десять минут первого! Ночи или дня?.. А если дня, почему так темно, кто залез в настройки?
Неужто продрых до полудня? О, чёрт, и на обед опоздал! Хотя… Если одеваться побыстрее… Не ел целые сутки – можно проголодаться.
Неро скосил глаза, ещё не приподнявшись. Стоп! А где коляска? Не было её на обычном месте с левой стороны, ближе к ногам. На Дини нахлынул удушливый страх. Допустим, «телегу» техник забрал наконец-то в ремонт, но откуда неприятное чувство – будто проснулся не там, где заснул? Да что такое? Двери. Окно. Стены. Вот что выводило из равновесия: стены. Что-то с ними было не то. Оттенок их покрытия даже в темноте стал гораздо светлее.
Навигатора даже замутило от страха. Неужели изменилось цветовосприятие? Неужели то самое началось, пока спал?! Никто, и прежде всего сам, не представляет, с чего начинается трансформация. Как её распознать? Чего опасаться? Что должно насторожить? Каковы её первые признаки? Вдруг это они и есть? Господи, нет!.. – Неро зажмурился, медленно выдохнул, и ещё раз, как мог спокойно, оглядел себя и помещение. – Вот кровать, и… это неудобнейшая для него биокровать, другой такой не найдёшь на корабле. Она реальна. Вот ложное окно, а в нём – Кора в сезон дождей.
Лихорадочное смятение отступало, возвращалась способность к ясному мышлению. Ах ты, батюшки! – на него снизошло озарение. Какой он кретин! Как мог забыть – это же восьмая палуба, сине-серо-белый «лазарет Сардуса». Уж цветовую-то индикацию уровней судов всех классов долбят в начале первого курса. Общеизвестные сведения, которые он ещё задолго до Академии самостоятельно выучил назубок, а поправку на спецпроект «Стража» вышибло из памяти только мгновенным испугом.

…Штурман засыпал на ходу. Поэтому ел, как во сне, не особенно даже чувствуя, что. Джеймс тоже угрюмо жевал, мечтая попасть, как он говорил, «в люльку». Медицинская парочка оживлённо стрекотала, старший Барони – тоже.
– Кстати, Неро, я тебе не рассказывал о том, что в отпуске на месяц летал на Леду? – спросил вдруг Рикардо, вставая из-за стола, – Отдохнул отменно, но покупаться не успел – погода на побережье была непригодная. А ты знаешь, какая беда для меня – не покупаться! Ужас! – он, взглянув на часы, увидел, что опаздывает уже катастрофически, заспешил: – Остальное расскажу в рубке. Ты тоже давай поскорей, время… – и Барони испарился.
– Леда? – Дини встрепенулся при знакомом названии, – Что за Леда?
– Это спокойное, тихое местечко, – обернувшись, вултурианка улыбнулась во все клыки персонально Неро, – …как наши палаты.
– А-а, доктор, – штурман услышал и прекрасно понял намёк, – это вы опять закидываете удочки? Напрасно, напрасно. Сидите в них сами, раз там так хорошо. А я не пойду, даже не уговаривайте. Уж очень у вас там скучно.

Как же раньше-то не догадался, дурак? Но радость, какая-то весёло-дурашливая радость, сразу пересилила обиду на себя. Это всего лишь перемещение в пространстве, слава богу, до него это, пусть поздно, но дошло! Да, это проделка Боунса и Ко. Ну конечно! Они всё-таки осуществили то, на чём настаивали. Да покуда он дрых, как убитый, его запросто можно было допереть на другой конец галактики.
Стало быть, медотсек.
Неро собирался разозлиться, но… От сердца отлегло, облегчение от того, что боязнь и на этот раз оказалось напрасной, было настолько сильным, что он почти засмеялся. И потом, он уже тут, чего после драки кулаками махать?
Штурман опять лёг. Аппетит пропал. Понятное дело, нисколько не хотелось находиться здесь, госпиталь, пусть даже корабельный, местечко не особо приятное. Больничные стены давили тоской, знакомой с детства, серой и слезливой, под стать сегодняшней погоде в домашнем саду. Впрочем, какая разница, где отсыпаться?..

[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://forumuploads.ru/uploads/000d/ad/95/2/16473.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.
Внешний вид: униформа навигатора Звёздного флота Федерации. На коленях иногда неуставной плед.
С собой: коляска инвалидная http://s7.uploads.ru/t/CKJje.jpg

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (11-11-2019 23:06:26)

+4

3

Сигнал изменения сердечных и мозговых ритмов оторвал Лиро от очередных попыток рассчитать максимальные воздействия очередного условно-разрешенного вещества на четвертого подопытного – пациентом тот быть отказался, и пришлось, заткнув собственную истерику, тащить того в медотсек силой. Хорошо, что штурман подписал разрешение своей рукой – это, по крайней мере, отличало его от номера четыре, который сейчас не имел шансов выйти по собственному желанию.
Доброе утро, птичка-канарейка, – улыбка обнажила половину первого ряда зубов, пока мягкое движение руки меняло освещение – от приглушенного ночного до чуть рассеянного почти-утреннего, когда солнца еще не видно, а небо уже светлеет. – Корабельное – двенадцать тридцать две... Неожиданный результат.
Она продолжала говорить – демонстративно себе под нос, но так, чтобы мог бы различить даже глухой.
«Птица в клетке... Накроешь – спит... Сесть сверху и прижать...»
Наконец она замолчала, очень внимательно рассматривая Неро сквозь полуопущенные ресницы – интересно, почему он так подскочил? Забыл, что дал разрешение на... как это было в том документе – необходимые манипуляции?
Не понимаю тревоги... Что-то не так? – легкие щелчки разбили фразы, просыпавшись сухим треском в воздухе.

[NIC]Лиро[/NIC]

Отредактировано Эржебет (12-11-2019 07:11:37)

+6

4

Когда встал – тогда и утро, – вот чисто рефлекторно огрызнулся, ей-богу, на выработанном стереотипе, услышав голос и ещё не видя Лиро. Потер пальцами веки, сдержал зевок, поморгал на заоконную серость, доложил: – Спал крепко. По-моему, даже слишком, – штурман лежал пластом, но выразительно озираясь вокруг, – не слышал, как вы меня сюда перетащили. Неплохо было бы всё-таки меня уведомить, – Неро привстал на локте, увидел наконец клыкастую заботницу и посмотрел на неё укоризненно. – Я бы опять не согласился, стал бы скандалить, мы бы поссорились… было бы веселее, правда. – на этой койке лежать было не просто удобнее, но тупо безопаснее, однако храбрости Дини не занимать, и он, конечно же, сел. – Ладно, – ему не захотелось выслушивать ещё раз позавчерашние уговоры. – Что сделано, то сделано. Только… – он посмотрел на вултурианку так, что горячий взгляд, кажется, просверлил её до затылка, – Только вы отпустите меня завтра.
Как раз на этом категоричном заявлении Неро отчетливо увидел и собственный рукав… и второй рукав… перед пижамы, а потому подавился вдохом – от возмущения. То есть фраза про канарейку перестала казаться загадочной, потому что мягкое свободное одеяние, в которое его-спящего обрядили, не только было как раз этого оттенка ненавистного жёлтого цвета – канареечного, но еще и тонкий узор штрихов на нём намекал на перья.
А вот это уже оскорбление и изощрённое издевательство, – глаза навигатора совсем потемнели, ноздри дрогнули гневно, но он пока смолчал, поправил одеяло, считая до десяти.
За что вы меня так не любите? – не поднимая головы, спросил Дини глуховато, когда внутренний отсчёт закончился. – Или вы всех своих пациентов ненавидите? – нотку внезапного исследовательского интереса сложно было не услышать.
[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://forumuploads.ru/uploads/000d/ad/95/2/16473.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.
Внешний вид: униформа навигатора Звёздного флота Федерации. На коленях иногда неуставной плед.
С собой: коляска инвалидная http://s7.uploads.ru/t/CKJje.jpg

[/SGN]

+3

5

Разумеется, штурман оказался не в восторге – хотя идея вывести его таким образом из состояния замкнутого равновесия сработала на отлично (изменение запаха, означавшее смену эмоций, Лиро уловила даже через нестерпимую для нее вонь стерилизующего раствора, которым пахло все вокруг), результат оказался слишком сглажен сознательным торможением собственной реакции. С одной стороны, это было хорошим знаком – способность к управлению эмоциональным состоянием восстанавливалась быстро, буквально несколько дней назад срыв был бы неизбежен, а сейчас хватило восьми с половиной секунд, чтобы Неро «заморозил» собственную злость. С другой – не являясь психологом, она все же прослушивала и обзорный, и полный курс психологии рас, и человеческую помнила довольно неплохо. Подобное поведение при длительном нервном напряжении могло плохо сказаться на общем состоянии организма, чего она и пыталась избежать, помещая штурмана в более-менее спокойную обстановку.
Отпущу, как только хоть один тест покажет, что вы не отключитесь прямо в вашей рубке. Мне не улыбается ломать когти, чтобы открывать двери в ней снаружи, – не меняя мягкого и чуть улыбающегося тона, Лиро еще чуть подкрутила свет – ее глазам было комфортно и в полумраке, а зрение людей лучше адаптировалось к свету, чем к темноте, значит, примерно двухсот люксов хватит с запасом. Тысяча – у окна в светлый день, девятьсот – над лабораторным столом, пятьдесят – в ее личной темной и тихой комнатке, где можно спокойно спать.
И чем ему не понравился, интересно, узор? Два часа ломать голову над тем, как правильно сформулировать цветовое сочетание, чтобы желтый (и в голове снова всплывало – «...для людей и вулканцев, выросших в схожих условиях, оттенки этого цвета обычно ассоциируются со спокойствием и положительными эмоциями, как и переходящие в более длинноволновые до теплового...») не был настолько вызывающим, как это предложил автоподбор – и вот так вот, «за что не любите»?
Если бы я вас ненавидела, коммандер Дини, я бы не искала способы вас вылечить, – наконец отозвалась она. – Сложно любить того, кто раз за разом срывает собственное лечение, да и нет в стандарте перевода для тех фраз, которые обозначают мое отношение к пациентам в целом и к вам в частности.
Она отвернулась, качнув из стороны в сторону хвостом, мгновенно обвившим ногу, и чуть гортанно пропела несколько «детских» – ясных и четких – нот, перемежая переливы щелчками. «Ты – дитя моей/нашей кладки», мягкое и чистое, вызывающее новый приступ тоски по несбыточному. Вторая – более сложная, «взрослая», плавно перетекающие друг в друга трели и морденты. «Я отдам тебе пищу», «Я помогу тебе».
Тем не менее, вы здесь не потому, что доктор Боунс позволил мне заняться вами, – короткий спокойный выдох, легкое клацание клыков. – Скорее, это связано с тем, что до своей каюты вчера вы так и не добрались. Сколько часов в сутки вы обычно спите, Неро? – когти, обрезанные и подпиленные до шелковой мягкости кромки, пробежались по стене, когда Лиро вновь обернулась к пациенту. – Или это мне лучше уточнить из информации сканеров?
[NIC]Лиро[/NIC]

Отредактировано Эржебет (28-06-2020 22:07:57)

+4

6

Может, кто бы и срывался на таких значимых, но мелочах, пусть они и попадали в любимые, что называется, мозоли, да только семейство Дини в Монте-Фьоре куда более экспансивные соседи не зря называли за глаза (да и в глаза иногда) «потомками остроухих», явно не эльфов при этом имея в виду: Неро вот как вскипел в секунду, так и выкипел-замерз в неё же – сработала впитанная с молоком матери установка «никто из посторонних не виноват в твоём дурном настроении и самочувствии, не выливать его на окружающих – часть твоего личного достоинства». Даже ребёнком он словно и не умел капризничать, и поди пойми – то ли это вправду результат воспитания, то ли просто такой счастливый характер. Правда, даже подаренная кем-то из не близких знакомых игрушечная обезьянка как раз такого вот канареечного цвета привела пятилетнего Нерино чуть ли не в истерику, и матушке в качестве объяснения хватило его возгласа «Она же жёлтая!».
Ну да, – подёргав равнодушно перед пижамы, неожиданно спокойно согласился навигатор, не только потому, что довод-то был убойной убедительности, но и потому, что вообще не желал спорить, – действительно, ненавидь вы пациентов – они бы все, как мухи... выздоравливали. Прошу прощения, я плохо выношу жёлтый цвет, это наследственное.
Что же до узора… ну перья, и что? Между прочим, Паша кого-то чудом в перьях называет тоном самым умилительным, воркующим. Может, и Лиро это имела в виду? Чего было обижаться-то сразу, вот же перенервничал…
Несколько глубоких вдохов – и белый свет стал более-менее мил, тем более – прибавилось его мановением когтистой руки. Куда менее чуткое человеческое обоняние запаха антисептика не улавливало, для Дини здесь, над биокроватью снова витал аромат лесных ягод, и только. И птички поют, ага… большие такие, правда, зубастые, но щелкают и свистят, что твой соловей.
Ну да, ну да, – снова пробормотал Неро, задумчиво потерев подушечкой пальца нос, и выдал в духе пушкинофила Олафа, сразу на стандарте, чтоб не коверкать ненужно знакомый, но сложный язык в присутствии его носителя. – Птенцы гнезда лирóва. А вообще славная замена обсценных выражений: «таких даже и слов в стандарте нету», я оценил, да. Ну и против пищи я даже не возражу, пожалуй, если кофе дадите.
Тесты… да уж тесты покажут такое, как же. Одно точно радовало – эта хвостатая няшка-симпатяжка (само очарование!) с ресничками ещё не поделилась с Боунсом своими подозрениями. Решила дожимать сама. С остальной ерундой вроде обвинения в том, что он-де пациент никудышный, можно было разобраться попозже – сейчас нарываться не стоило. Сейчас стоило абсолютно обоснованно возмутиться, что штурман и сделал:
Как «не доехал»? Доехал, улёгся, выпил молока около половины девятого, и вот – очнулся только сейчас. А сколько я сплю – вам моя кровать докладывает, и почему я сплю так мало – тоже.       
Рыбка моя зубастая, не заставляй меня произносить то, что мы оба знаем – «мне больно», – это в поднятых тёмно-синих глазах читалось явно.

[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://forumuploads.ru/uploads/000d/ad/95/2/16473.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.
Внешний вид: униформа навигатора Звёздного флота Федерации. На коленях иногда неуставной плед.
С собой: коляска инвалидная http://s7.uploads.ru/t/CKJje.jpg

[/SGN]

+2

7

О, чуть не забыла, – дернулось прижатое к голове ухо, выдавая задумчивость, снова щелкнули клыки. Птенцы... ну да, на Земле существа, подобные ее пращурам, стали птицами – и это, пожалуй, было вдвойне забавно именно сейчас, когда Неро был похож на недовольную нахохлившуюся птаху, застигнутую врасплох на веточке. – Ваши смены распределены между другими членами экипажа на ближайшие двое суток, как минимум, так что можете не торопиться так, коммандер. У вас будет время как раз для того, чтобы хотя бы частично восстановить запас сил.
Подобных полномочий у нее самой, разумеется, не было и быть не могло, зато были у капитана, отчет которому был сочинен максимально уклончиво и размыто, благо, Джеймс Гордон не обладал полным медицинским образованием, чтобы вникнуть в вязь терминологии, а доктор МакКей очень удачно пропустил именно этот файл без своего пристального контроля.
Обсценные выражения были оставлены так, где им и следовало быть – в глотке, над самым корнем языка, так и не сорвавшиеся ни разу пока за все время общения. Хотя кто, кроме ксенолингвистов и ксенопсихологов, мог знать, что для ее расы табуировано не размножение, как у людей, и не религия, как у малочисленных обитателей спутников газовых гигантов на границе альфа-квадранта, а насекомые. В богатой кислородом атмосфере Тчти-тоу они за время своей эволюции превратились в гигантов, опасных для незащищенных жителей, и в памяти вултуров это сохранилось исключительно в виде ругани.
Мое отношение к экипажу вам ли не знать. Что до кофе – пожалуй, он не повредит, если исключить из него некоторые составляющие, не влияющие на вкус, – закончив изучать стену, Лиро подошла чуть ближе, втягивая воздух и привычно раскладывая на составляющие запахи. Спирт, озон, ароматизаторы (кто придумал делать настолько вонючие спреи и растворы для дезинфекции?), адреналин, соль на чужой коже. – Не буду спрашивать, как самочувствие, и так все вижу. Руку, коммандер. Да не эту, я не хиромантией заниматься намерена!
Вместо анализатора – собственное чутье, вместо вызова боссу – несколько логических выводов. Статистика, которую она изучала половину ночи, неумолимо утверждала, что гуманоид земного типа при таком режиме дня, как у навигатора Дини, потерял бы работоспособность еще пару месяцев назад, этот – пока даже пытался огрызаться. Тем не менее, в медотсеке почему-то он спокойно спал, и это требовало изучения.
«Факторы влияния», – мысленно начала надиктовывать сама себе вултур. – «Проверить каюту – подачу кислорода, освещенность, шумы на неслышимых для людей частотах, общую обстановку. Проверить – репликатор. Проверить – корректность расписания смен и доклады по перемещениям. Проверить... частоту использования браслета».
И, если вас, птенчик, не устраивает цвет перьев – хотя замечу, что он вам идет, в отличие от мешков под глазами – я могу предложить на выбор из известных мне эндемиков земных колоний ворона в черном, пестренького дятла или рыжего удода. Для последнего даже шапочку не поленюсь репликатору описать, видела похожую как-то на «Квиринале» у кого-то из дипломатов... – сверкать глазами было бесполезно. Оценить блеск роговицы, размер зрачка, реакцию на свет и прочее Лиро могла и без яростного молчаливого неодобрения Неро. – ...ну, или же просто и без затей, в ярко-зеленый, и звать я вас буду попугом.
Искажать стандарт было немного неудобно – шутки не ложились на язык, но кажется, звучали так, как надо. Интересно, а штурман притворяется, что не понимает языки-мелодики, или все-таки правда не понимает? А то его неодобрение к ругани было широко известно, и продолжать высказывать мнение стоило, пожалуй, в той части диапазона, которую он не мог услышать.
Хвост снова распрямился, кончиком костяной пластины заползая в специальную накладку и вытягиваясь в сторону установленной ширмы-занавеси. Несколько движений – и та чуть свернулась, позволяя нормально двигаться, не стесняя пятую, вполне функциональную благодаря тренировкам конечность.
Вас как больше устроит? Карыч, Дятел, Удод, Попуг или Канарейка? – интересно, цепанет ли за подставленный для равновесия почти к самой биокровати хвост? Благо, острая кромка закрыта прочным силиконом, а остальное – кожа как кожа, немного чешуйчатая, но мягкая. И удобнее так, чем двигаться на двух опорах, не имея балансира, а двуногим-двуруким-бесхвостым Лиро искренне сочувствовала, не представляя, как они держат хрупкий баланс в своих движениях без подобного инструмента, что уж говорить об инерции на поворотах при быстром беге. – И не надо говорить о том, что «мистер Дини» или «коммандер» лучше всего – это скучно, неинтересно и банально.
[NIC]Лиро[/NIC]

+5

8

Ах ты ж, чёрт, на Ливи и Пашку двойная нагрузка упала, плохо. Ещё хуже, что спорить, по всей видимости, бесполезно, график уже, с ба-альшой вероятностью, поправлен, вахты распределены. Ладно… – будто в ответ на шевеленье уха вултурианки человек качнул головой. Будет причитаться, но ничего, после ту же Ливи подменить можно пару-тройку раз – и квиты, у неё, в конце концов, ребёнок нездоровый, мало ли, придётся. А ПалАндреичу – лишняя практика, она даже вундеркиндам ни разу не мешала.
Капитан о заменах извещён, я полагаю?
Это лишь формально было вопросом, ясно же, что о таких вещах Гордону доложат, да он и сам спросит, увидев на месте навигатора в составе заступившей смены обычное для всех прочих кораблей интрепидовского класса кресло с седоком, а не коляску Дини. Даже не только… не столько потому, что из всех «нафигаторов» тот ему всего дороже (корианец не обольщался) капитан озаботится, просто… больно уж личное «что-то случилось с Дини» опасно для всех. Специфика, однако, – Неро вздохнул, глотнув воздух, насыщенный ягодными ароматами не хуже бабушкиного компота, внутренне поморщился от того, что какими-то лекарствами уже наверняка надышался в дóлжной мере, но не зная об этом, и спросил уже не риторически:
А Боунс… доктор МакКей знает? – если лечащий врач разрешил и одобрил всё, тут происходящее, рыпаться бесполезно вообще, но об этом хорошо бы знать точно. Как можно более полная информация о положении вещей (и тел) вообще штука полезная – экономит нервные ресурсы и даёт максимальную свободу в маневрировании, в том числе – между неприятностями. Серьёзные синие глаза снова блеснули, кажется, даже весельем: – И доктор Турсей в курсе? Это же, как бы, его пенаты... он не возражал, что одну из палат заняли мной? – если бы он подавал руку, как гадалке, было бы даже смешно. Хотя и так смешно, пожалуй. – Ну, а что? Хиромантия тоже метод малоизученный, почему бы и нет.
До чего иногда приятно поддеть этих экспериментаторов от ксеномедицины, Дини ещё во время первых курсов бесполезного… точнее полезного не ему лечения в Гейдельберге раскусил. Что зазорного в том, чтобы поддразнить науколюбцев, которые его в качестве триббла используют, и не только его? Правильно, ничего.
Наверное, он действительно отлично выспался, раз стало даже весело.
Да лишь бы кофе и сладкий, – штурман твердо решил давить подушку до вечера, вот и проявил неслыханное великодушие: – Если мне не дежурить, можете хоть без кофеина, – сидеть на узкой, но высокой, чёрт бы ее взял, койке было неудобно, от напряжения поясница быстро наливалась тяжестью, и Неро чисто инстинктивно придержался за теплую… горячую руку вултурианки, но тут же взглянул виновато и отпустил. Ровного тона это, однако не изменило: – Чёрная пижама – это стильно, но, пожалуй, слишком пафосно, а в шапочке спать – несколько старомодно, не находите? Да и перья мнутся…
Значит, она всё же пыталась вывести меня из себя, не по незнанию узорчик… жа-а-аль… – навигатору сразу стало скучно, он думал о Лиро лучше, чем стоило, но терпеливо дослушал дразнилки, улыбнулся мягко, проникновенно взглянул докторше в глаза, и…
Ты, Зин, на грубость нарываешься, всё, Зин, обидеть норовишь, – почти пропел лейтенант-коммандер Дини, но не с обиженной или обвиняющей интонацией, а с самой сочувствующей – вот, дескать, бедняжка, не научили себя вести, мучается теперь. – Тут за день так накувыркаешься, придешь домой – тут ты сидишь, – и это он сообщил со всем очарованием, на которое корианская природа не поскупилась. Ну и пригодились наконец культурные закрома капитана Серяка, чтоб ему леталось и садилось, они пообширнее пашиных будут уж точно. – Всё меня устраивает, – Неро с завистью покосился на мелькнувшую рядом «пятую конечность» докторши, чуть не брякнув «кроме отсутствия хвоста», тот для сохранения равновесия дивно полезен, но закончил фразу всё же иначе, снова подняв глаза и улыбаясь доверительно: – и имя «Неро» в неформальном общении – тоже. 
[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://forumuploads.ru/uploads/000d/ad/95/2/16473.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.
Внешний вид: униформа навигатора Звёздного флота Федерации. На коленях иногда неуставной плед.
С собой: коляска инвалидная http://s7.uploads.ru/t/CKJje.jpg

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (12-11-2019 18:01:13)

+3

9

О, пошли песенки и прочее культурное наследие, – мысленно отметила Лиро, все так же – хвостом – меняя положение подушки и аккуратно надавливая на грудь Неро. Чувствительности кожи на нем не хватало, чтобы с точностью сказать, насколько нормальна температура его тела, но колебаний больше градуса-полутора точно не было. Не заметить же сжатие чужих прохладных пальцев на собственном запястье было бы допустимо на первых курсах Академии, но никак не после службы сначала на «Вэйжу», одном из крейсеров фронтира под началом ледяной вулканки, потом – на до сих пор любимой «Таникветиль», небольшой станции на границе бета-квадранта уже на равных с молчаливым бетазоидом-хирургом, а потом и на «Квиринале» с капитаном-самоубийцей. Не хватало, пожалуй, больше всего именно работы в дополняющей паре, когда эмпатия или телепатия позволяли охватить состояние пациена наиболее полно, полагаясь не столько на приборы, сколько на собственное восприятие, специально ради этого усиленное сотнями повторов банальных тестов на большинстве рас.
Но здесь, на «Страже», дополняющую не составить, а работать, опираясь только на технику, их и не учили. Безымянный факультет приучал смотреть не так, как обычные медицинские, пусть и красовалось в дипломе потом абсолютно не то, что должно было. Лиро зевнула, стараясь не показать этого, нёбо выгнулось, открывая второй круг обоняния, более чуткий и тонкий.
Как пожелае...шь, Неро, – стандарт был беднее на разницу в обращениях, но глагольные формы еще позволяли высказать именно то, что хотелось. – Птичка, птичка в золотой клетке, что тебя ждет – полет или смерть, – мурлыкнутое в ответ под нос не было дословным, но менять «любовь» на «полет» показалось правильным.
И разобрать в запахе изменение эмоций было легче, чем улавливать их по выражению лица и позе, пусть и хотелось чихнуть, зажать нос и рот и проклясть того, кто придумал аэрозольную стерилизацию с парфюмерными компонентами – еще немного, и она воняла бы абсолютно нестерпимо, заставляя носить фильтры, что мешало бы работе. Хорошо, что доктор Турсей не особо злоупотреблял подобным, иначе пришлось бы просить перевод в медотсек к МакКею, который, по слухам, вообще не устраивал подобные «газовые камеры».
Кстати, о врачах.
Полагаю, если доктор МакКей просмотрел отчет, отправленный ему перед вашим помещением сюда, то он в курсе. А раз вы не на смене, он точно должен был как минимум уточнить, где вы находитесь. Или лучше все же на «ты»? Вечно путаюсь в личных обращениях, – дурой Лиро не была, наивной хвостатой девочкой – тоже. Не всегда, конечно, получалось понимать логику мышления некоторых людей, но зачастую она добивалась нужного результата в срок, даже не особенно отклоняясь от цели.
А из кофе следовало убрать кофеин, пиридин – токсичен, пусть и формирует тот самый запах, и, пожалуй, раз заказали сладкий – отдельно несколько кубиков сахара, и еда. Что-то кольнуло в памяти, что-то связанное с мыслью о проверке воздействия диеты на организмы не только этого, интересного самого по себе модификанта, но и остальных «подопытных трибблов», но почти сразу забылось.
В личном деле не были указаны предпочтения в пище – как и цветовые, однако рискну предположить, что классическое земное меню допустимо.
А там уже не уточнять, что от доктора МакКея были выцыганены рекомендации по питанию половины экипажа, и сейчас планировался подбор наиболее рационального набора продуктов. Не кормить же, в самом деле, водорослями и сырой кровью, как легкоусвояемой и почти сбалансированной – в текущей ситуации – пищей! Да и Анка не одобрит лишний перевод еды, которую сама Лиро заказывала через нее, оплачивая из своего жалования.
[NIC]Лиро[/NIC]

+5

10

Нет, то, что его тыкнули в грудь хвостом, который до того придал более удобное положение подушке, а теперь и ему, совершенно не было чем-то оскорбительным. Вот с какой стороны ни посмотри – обижаться не на что: ну хвост, и что? У многих же рас хвост – не атавизм, а вполне себе рабочая конечность. Если бы доктор сделала это ладонью – слегка нажала бы на грудь навигатора, обтянутую цыплячье-жёлтой (и пушисто-мягкой тоже по цыплячьи) пижамой – дескать, ложись, это тоже было бы всего лишь жестом, понятным даже для существа, малость приотупевшего спросонья, указывающим и разрешающим. Плюс противиться ему было труднее и… глупее как-то, недостойнее, буде это вздумалось бы. Однако, не вздумалось; Неро испытал только облегчение, если уж говорить по чести-то – сидеть было тяжело и, чёрт возьми, больно. Да ещё это опять проснувшееся инстинктивное опасение свалиться с высокой и узкой биокровати, которая, очевидно, была приспособлена либо для тех, кто отлично владел своим телом – всем телом – либо не владел им совсем и лежал пластом, а не для кого-то в промежуточном состоянии. Поскольку к первой категории счастливцев лейтенант-коммандер Дини Неро Армандо не принадлежал уже несколько лет, он спешно, но аккуратно улёгся, сперва опираясь на локти, а потом опускаясь лопатками на лежанку, а затылком – на обманчиво плоскую ещё минуту назад подушку. Не вздохнуть после этого глубоко, удовлетворённо уже в «позе трупа» у навигатора не получилось, и какое-то, немалое, пожалуй, количество приятно пахнущего лекарственного аэрозоля поступило в его измученный отнюдь не нарзаном организм. Сразу задышалось легче, в голове ещё прояснилось, а боль начала таять, как ком колючего льда под поясницей.
Родные и близкие иногда звали меня Нерино, – сообщил штурман негромко и благожелательно, перекатывая голову по восхитительно удобно поддерживающему шею валику, – так что если нужно совсем неформальное обращение… – он посмотрел на домурлыкавшую вултурианку (это было честно: песня за песню, но у неё мелодия получалась чище) из-под ресниц и мягко усмехнулся: – Почему же «или», доктор? Для меня в этой фразе правильнее не «или», а «и». И, знаете, эта тританиевая клетка мне нравится уж точно больше, чем безысходно-золотая. В ней хотя бы гарантирован полёт.
Он вяловато отмахнулся от уточнения о врачах – всё уже было ясно, раз нет здесь до сих пор ни МакКея, ни Турсея – той рукой, которой не подтягивал до груди и не расправлял тонкое, но теплое одеяло. И пижама была тонкая и тёплая, удобная, что уж там, а цвет…
Ну цвет, подумаешь, переживу... – пробормотал Неро, только сейчас удивляясь тому, что отлить до сих пор не хочется – и это с раннего вечера! – нет ощущения переполненного мочевого пузыря. Хотя чему удивляться, он так дрых, что его безболезненно на ломтики порезать можно было, не то что катетер поставить и убрать. – Да уж, после всего, что между нами было, выкать как-то странно, – он украдкой подавил зевок. – Если вы дадите мне кофе, я съем даже пломиковый суп, честно-честно.
Ну надо же иногда и этим доказывать фамильно-мифическое родство с остроухими.

[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://forumuploads.ru/uploads/000d/ad/95/2/16473.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.
Внешний вид: униформа навигатора Звёздного флота Федерации. На коленях иногда неуставной плед.
С собой: коляска инвалидная http://s7.uploads.ru/t/CKJje.jpg

[/SGN]

+4

11

Перекатить на языке певучее «Не-ри-но», почти мурлыча на напевных гласных, которые мягко ложатся на связки, вибрируя где-то чуть выше ключиц. Лиро улыбнулась коротко и мягко, разворачиваясь обратно к Неро, который, кажется, больше не сопротивлялся, даже не уточнял, куда и что.
Это куда лучше, чем бессмысленные прения, – скользнув кончиком хвоста по руке навигатора и тем развернув ее внутренней стороной вверх, она коснулась запястья, считая пульс. Технике доверия не было, а спокойно провести рукой по вене – кого это напряжет? Разве что если совсем уж демонстративно это делать, но зачем. – Я рада, что мы нашли общий язык, и нет, я не намерена играть в психолога – для этого на корабле, кажется, есть капеллан.
Снова отойти в сторону, к репликатору, в который вбивается не кодовый номер, а химический состав – и в подставленную молочно-белую чашку из небьющегося фарфора начал тонкой струйкой литься напиток, почему-то пахнущий шоколадом, а не кофе. Скорость работы оставляла желать лучшего, но эти аппараты не были приспособлены под пищу, основное назначение – синтез лекарств – они выполняли отлично, и жаловаться на то, что кофе создается слишком медленно, было кощунством.
Пломиковый суп не предлагаю, он не подходит по вашей... хотя если так желаете, можно попробовать сгенерировать его вкус, – четвертый, «триббл», опять заорал что-то матерное, донесшееся даже через вроде бы звукоизолирующие стены, но, кажется, это различил только ее слух. – Выбирай – злаки, кажется, овес, или пшеница. Или, как более легкоусваиваемый вариант, те же злаки в измененном виде, на Земле это называют блинами. Мука, молоко, термообработка, допустимый уровень основных элементов. Но к ним придется добавить витаминную пасту, а она, по отзывам некоторых пациентов, весьма противна на вкус.
Никаких личных отношений с подопытными? Ну, эта заповедь была не из тех, которые она соблюдала, поскольку, несмотря на обещанное еще в Академии профессиональное выгорание (которое так и не наступило, к счастью), она не то чтобы привязывалась – нет, из-за феромонного восприятия это происходило с любым ее коллективом – но, скорее, старалась общаться максимально естественно. В конце концов, неизлечимые и часто – уже в состоянии, которое называли паллиативом – пациенты тоже должны были получать поддержку, и в том числе – от врача, особенно когда таких, как она, натаскивали искать решения до последнего момента.
К сожалению, я не употребляю растительную пищу, поэтому не могу выбрать сама, разве что только ты решишь попробовать необработанную животную, но я не уверена, что она правильно усвоится. Впрочем, некоторым людям нравится то, что ем я, – и не упоминать, сколько различных химсоставов крутится в голове, забитых, как в компьютер. Ксенофизиология очень хорошо вдалбливала в память не только анатомию и прочие медицинские разделы, но и особенности питания, допустимые для каждого вида.
Так что, Нерино? Или мне лучше повторить твои обычные заказы?
[NIC]Лиро[/NIC]

+6

12

Прислушиваясь к новому, теперь щекочущему прикосновению хвоста вултурианки к своему свободному от браслета запястью под пижамным рукавом, Дини прислушивался и к голосу доктора. А «домашнее» имя из её страшненьких уст звучало приятно. Непривычно, но всё равно как-то правильно, тепло, как от не чужих звучит.
Вообще нерадостное, в принципе, помещение будто начало становиться… нет, «приемлемым» – это слишком по-вулкански безлико… уютным. Покойно тут было. За корианским псевдоокном закапало, из репликатора, кажется, тоже. Приборчик ровно загудел, как потревоженный шмель, но его тихое жужжание не мешало разговаривать:   
Разве я похож на того, кто любит прения, даже не бессмысленные? – искренне удивился старший навигатор, которого всё детство учили не спорить, потому что в спорах теряется достоинство, а никак не рождается истина. – Скандалить весело, но… оно мне надо? – и нет, дело вовсе не в том, что существо с таким количеством зубов в недоброжелателях иметь… недальновидно, просто… она же заботится. Она действительно заботится, и не только в служебных обязанностях тут дело. Под нежным кончиком хвоста тихо тукал пульс, кажется, ровный и не слишком учащенный, со сна-то. –  Неро снова посмотрел на Лиро, улыбнулся ли – он и сам не понял, разве что очень бегло. – Вопреки очевидности, представьте, инстинкт самосохранения у меня не отбит навовсе, я... устал и нуждаюсь в отдыхе. А здесь мне будет удобнее, правда.
Это ж насколько ослабел, если в слабости признался… – штурман снова украдкой вздохнул: да, безбожно сдаёт позиции.
Капеллан такой капеллан, а я такой атеист, – почти мурлыкнул и Дини. – Я себя с ним чувствую практически искусителем ребёнка. Меня за это совесть искусать норовит, – и в этом он тоже признался, пусть и неохотно.
Пахло почему-то шоколадно, а не кофейно, но… это же ещё лучше, пожалуй. Уроженец Бразилии в каком-то поколении, Оливейра умел варить кофе, даа только отсюда до Оливейры чуть поменьше, чем до Бразилии, а репликаторная бурда… подлежала замене сегодня. Неро не стал капризничать – в конце концов, далеко не каждый день подают завтрак в постель крайне симпатичные девушки, неважно, что хвостатые и зубатые.
Не цените вы моего героизма в отношении пломиков, – хмыкнул он, не шевелясь пока, раз можно не шевелиться. – Я с ними в неравный бой вознамерился вступить, а вы… Ладно уж, потрачу всю отвагу на овсянку. 
Навигатору удивительно славно лежалось, умиротворяюще. Белизна его безукоризненно свежей майки в вырезе пижамы подчёркивала ещё сохранившийся загар того мягкого, шоколадного тона, какой получишь лишь на морском берегу. Мягкий голос, мягкая улыбка, мягкий блеск глаз… а мягкие тёмные пряди надо бы подровнять. 
[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://forumuploads.ru/uploads/000d/ad/95/2/16473.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.
Внешний вид: униформа навигатора Звёздного флота Федерации. На коленях иногда неуставной плед.
С собой: коляска инвалидная http://s7.uploads.ru/t/CKJje.jpg

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (12-11-2019 18:52:17)

+3

13

Вопросительный писк репликатора заставил снова развернуться – голова, разумеется, не кружилась, но Лиро всё же позволила себе помечтать о глазах на затылке. Тогда она, пожалуй, вполне могла бы орудовать с двух сторон – спереди руками, сзади хвостом. Про прорезание вечных дырок в форме уже можно было и не мечтать, к ножницам и игле вултур привыкла еще до того, как попала на свой первый корабль, мол, никто не будет специально менять модели одежды, гуманоидной строение – вот и учись дорабатывать напильником, как пошутил однажды кто-то из старшекурсников в Академии.
Твой кофе готов, – усмешка скользнула по губам. Она вспомнила, откуда в голове сидел именно этот рецепт – поспорили на два дежурства с кем-то из младших медиков «Вэйжу», что они смогут споить тактик-офицера, вулканца с какими-то ужасно древними корнями, который ромуланский эль хлебал, как компот. Додумались до кофе с шоколадом, перебив характерный сладкий запах коньяком, влитым уже в реплицированный напиток – но, по слухам, тактику понравилось. И остальным – тоже, особенно без сахара и с утра пораньше вместо кофе и десерта одновременно. – Без стимуляторов, без вредных добавок – одним словом, здоровый образ жизни.
На блюдце мягко проявились четыре четких коричневых кубика. Сахар – почему-то не стандартный, а тот, который она добавляла в кровь вместо специй, тростниковый – был создан не в пример быстрее. Несколько нажатий хвостом не глядя, по памяти, пока руки забивают уже обычные коды вместо химического состава, и кровать меняет очертания. Поднялись невысокие, но ощутимые борты, чуть изогнулась приподнявшаяся спинка.
Отрегулируй под себя, пульт справа под изголовьем, – и Лиро снова начала колдовать, пытаясь заставить репликатор выдать именно то, что нужно, и не то, что взбредет в эти электронные мозги. Хорошо, что препараты они выдавали исправно – за едой, в принципе, можно было зайти к четвертому или в свободную палату, пока ее не занял кто-нибудь особо умный, догадавшийся не надеть шлем при работе на четырехметровой высоте.
Пальцы мягко скользнули по регулятору дозировки аэрозольных компонентов. Анальгетик – увеличить на шесть с половиной процентов, эйфоретики – понизить почти до нуля, как и эмпатогены. Нечестной эта игра была только до тех пор, пока вместе с воздухом подавалась смесь, подавлявшая отрицательные эмоциональные реакции; общаться с пациентами под ее воздействием Лиро не любила едва ли не больше, чем подобным образом уговаривать их на лечение.
И да, через полминуты желание поспорить может вернуться, как и нежелание пасть в неравном бою с овсянкой. Ну, или сразить ее своим обаянием и шармом... и если ты не против, я была бы рада менее формальному обращению, коммандер.
Зафиксировать состояние требуемой атмосферы, заблокировать изменения. Хорошо, что все, летающее сейчас в воздухе, ее собственным организмом распознается как яд и блокируется – иначе пришлось бы ходить в маске, что тоже было не очень удобно из-за клыков. Щелчки приходилось сдерживать, чтобы речь звучала мягче и спокойнее, но так, имитируя обычный разговор, она могла ходить хоть всю смену – только потом болели привычные к постоянной работе мышцы на скулах, но это можно было и пережить.[NIC]Лиро[/NIC]

Отредактировано Эржебет (05-12-2019 07:25:28)

+6

14

Кофе с шоколадом? Оригинально! – с одобрением принюхался к чашке Неро, аккуратным глотком пробуя «напиток здорового образа жизни» и деловито закладывая в него все взятые в пригоршню куски сахара – сперва один, а потом и ещё три, покачав налитую всё-таки не до краёв густую жидкость – ложечки же не было, помешать. А теперь можно попробовать снова и совсем одобрительно хмыкнуть: – О, надо же… а мне нравится.
Ему действительно понравилось – он вообще любил эксперименты в кулинарии, и почему-то именно кофе это касалось особенно. С апельсином, с перцем, с баджорским семицветным чепушником? Да за милую душу и со всем нашим удовольствием, дайте ещё.
Вдруг возникшие бортики койки тоже вызвали прямо-таки горячий штурманский одобрямс: боже, неужели кого-то осенила светлая и простейшая в своей гениальности мысль – модернизировать одну из биокроватей под нужды тех, у кого тела… ну, скажем так, нестандартные, с неполной управляемостью и нарушенной центровкой? Да чтоб он был здоров, право слово.
О! – округлил Дини глаза и губы – в том самом повторённом «о!», выныривая из горизонтали вместе с ложем величаво и плавно, будто кит, и уже в полусидячем положении нашаривая под подушкой пульт свободной от чашки рукой. – Вот за это большое человеческое спасибо, так гораздо удобнее… Лиро.
Пока она опять колдовала у репликатора, навигатор на каждом мелком блаженном глотке думал – не отставить ли чашку, всё-таки сперва же позавтракать лучше… наверно, а потом уж кофе? Расходился корианский дождь в окне, которое на самом деле никуда не выходило, в этом «нигде» с неба текло уже струйно. Примерно так, как действительно, скорей всего, и было сейчас в Монте-Фьоре, если смотреть из той комнаты, что поначалу была детской для первенца семьи Дини. Если не подует ветер, разнося обложное ненастье, скоро ливень хлынет, а потом наберет ровную силу, побулькивая и пуская по дорожным лужам пузыри.     
Не дождетесь, – спокойно ответил Неро очередным незабвенным «От Зайчика» и подул в кофейную чашку. – Овсянку я люблю, и, да, мне говорили, что я извращенец, можно не повторяться. Ах, ну да… про мелкие предпочтения же нет нигде… а, кстати, почему? Ведь по тем же последним заказам узнать можно на раз-два, если задаться целью. – Белоснежная чашка всё же приземлилась донцем на колено – больше-то поставить некуда – грея сквозь одеяло. – Что же до желания спорить… а зачем? Причины и смысла уже нет, мы всё выяснили. Сделаем вид, что мне дали увольнительную на пару дней, и я решил провести их в лености, праздности, неге, роскоши и хорошей компании… самого себя, если вы не захоти... если ты не захочешь мне эту компанию составить.
Что там было про обаяние? Овсянке не оставил шансов – она будет сражена так или иначе.

[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://forumuploads.ru/uploads/000d/ad/95/2/16473.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.
Внешний вид: униформа навигатора Звёздного флота Федерации. На коленях иногда неуставной плед.
С собой: коляска инвалидная http://s7.uploads.ru/t/CKJje.jpg

[/SGN]

+5

15

Судя по запаху – перебившему все-таки вонь ароматизаторов и на несколько секунд успокоившему обоняние запаху шоколада – Неро не был против ни мокачино, ни, как он сам успел заявить, того, что репликатор гордо именовал «Каша овсяная с джемом». Вспомнился стакан с кровью, оставленный на столе; чертов метаболизм – опять хотелось есть, как и всегда, когда Лиро отходила больше, чем на полчаса, не набив предварительно желудок ни мясом, ни кровью (или тем, что ее вполне успешно имитировало).
Ты не будешь против, если я тоже немного перекушу? Не тебя, конечно, хотя слухи такие ходят по кораблю – тебя перекусывать опасно... да и людей есть невкусно, говорят, – еще несколько дополнительных команд – добавить в джем основной комплекс витаминов на сутки, убрать неприятный для людей железистый привкус – и вултур снова повернулась на месте, окидывая взглядом пациента. Тот был в меру спокоен, в меру уравновешен и достаточно благодушен, чтобы можно было начать вторую часть переговоров. – И еще кое-что, Нерино... это, надеюсь, будут неплохие выходные для тебя, но, к сожалению, придется все-таки побыть не только – как ты тогда выразился? «Подопытным трибблом»? Не только трибблом.
Она вздохнула, вспоминая пометки в карте – ну кто, кто додумался, что туда надо прописывать только отношение к процедурам, а не общие психоэмоциональные реакции? Не подавать же эйфоретики в воздух каждые пять минут, их и так не рекомендовалось использовать на психически стабильных пациентах! И разумеется, никаких подавителей эмоций, никакой подобной дряни – один раз показали, что потом может сделать с собой такой вот «триббл», если ему как следует проехаться по мозгам химией, а потом прекратить воздействие слишком резко. На плавный и мягкий сначала ввод, а затем вывод из наркотического опьянения – причем аэрозольный, поскольку иголки по отношению к Неро были под абсолютным запретом – времени попросту не было. Доктор МакКей такое вряд ли одобрит, а провернутая с заметным трудом операция «заполучи штурмана Дини для проверки гипотез» явно стоила больше, чем неудачной попытки «торможения». Значит – только добровольно и с полным информированным согласием, и начать стоит с самого спокойного и мягкого, разумеется, в модифицированной версии.
Она шагнула к двери, быстро дошла до своего стола, вернулась обратно уже со стаканом. Трубочка, вставленная в практически герметичную крышку, уже успела неприятно застыть в сворачивающейся крови, но это все еще можно было пить.
Я вижу заметки доктора МакКея, но я бы предложила тебе проверить некоторые теории на себе. Несмотря на то, что к кораблю я приписана, как медик широкого профиля, диплом которого у меня, собственно, и имеется, я, как и говорила ранее, отношусь к категории, не имеющей корректного названия. Мы... ставим опыты на трибблах. Иногда – живых, – правильнее было бы сказать «чаще всего еще живых», но Лиро предпочитала все-таки быть оптимистичнее хотя бы в таких моментах. Мало ли, какими могли быть остальные «трибблы». – Начнем с физио?
Репликатор снова пискнул, сигнализируя о готовности – на этот раз каши. Выдвинувшийся из стенки рядом с изголовьем небольшой поднос (вообще-то для препаратов и инструментов, но успешно служивший и обеденным столиком тоже) принял на себя глубокую тарелку, приборы и салфетки, ровно четыре штуки, как приучали на занятиях по этикету.[NIC]Лиро[/NIC]

Отредактировано Эржебет (05-12-2019 07:25:23)

+4

16

За окном… то ли в счастливое прошлое, то ли в сказку о родине шуршал ливень, тускло отсвечивающая крыша виднелась за деревьями – мелкая мокрая черепица блестела, как отлакированная, даже в скупом свете дождливого дня. Дом деда и бабки после их смерти продали, в нём давным-давно поселились чужие люди. Кривоватая же яблоня, пересаженная из их сада, до сих пор стояла перед окном спальни Неро, как привет, подарок любящих предков, и потому была особенно дорога. В доме Дини её считали «семейным деревом». Неважно, что уже не каждый год на ней поспевали маленькие, с крапчатым румянцем яблочки, медового цвета, полупрозрачные, так что темнели коричневые семечки сквозь кожуру и нежную мякоть. А какой из них получался джем!..
Да кушайте на здоровье, – самым светским тоном дозволил навигатор, снова переходя на «вы», не из-за того, что снова понадобилась дистанция, а единственно за-ради светскости той самой. – Вдвоём всё делать интереснее. А если бы я верил слухам... всем слухам... – он отмахнулся пультом, прежде чем легко бросить тот на одеяло рядом с собой – бортики и ему не дали бы упасть.
Нектар с кофейно-шоколадным вкусом остывал, отдавая тепло колену, допить его с удовольствием штурману мешало то, что Лиро присматривалась чересчур внимательно и несколько раз шевельнула челюстями, словно хотела что-то сказать, но не знала, с чего приступить к теме, разумеется, не роз и музыки струй, перед разговором о хорошем так не мнутся.
Что? – Неро опять напрягся, опасаясь новых неприятностей. – Что ещё?
Он глотал мокачино, не поднимая ресниц, слушая вступительную фразу, а пояснительную подхватил с полуслова и даже интонационно – поголовно отсыпанная корианцам музыкальность так у него проявлялась:
…но и подопытным? – он облизнул коричневую полоску с губ, усмехнулся, качнув головой, не выпуская из пальцев ручки уже пустой чашки, похлопал её донцем по колену, провожая взглядом Лиро к стакану, откинулся затылком на поднятое почти под прямым углом кроватное изголовье, пробормотал, как когда-то: – Ну кто бы сомневался, собственно. Я не настолько наивен и не надеялся, что мне устроили внеплановый отпуск за мои же красивые глаза, – это звучало уже чётко, донце чашки хлопнуло теперь по ладони – только так навигатор выразил лёгкую досаду. – Хотя бы потому, что это не медотсек пятой палубы, где меня лечили бы все-таки больше из человеколюбия, чем на пользу науке. – Неро наконец посмотрел прямо в глаза вултурианке – тоже ничего себе так красивые: – Лиро, мне-то не объясняйте, кто и что, я по рукам таких «медиков без корректного названия» почти пять лет кочую, и уже знаю, что написано мелким шрифтом в контракте с ЗФ в конце раздела о медицинском обслуживании. Я же просил не повторяться? – но вздох получился глубоким и слишком нерадостным. – Не видать мне ни лености, ни праздности, да и увольнительная как-то под сомнением теперь. – Штурман поставил чашку на подставленный столик и вздохнул снова, почти робко: – Может, хоть сегодня я просто отдохну и высплюсь, без развлекалова?

[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://forumuploads.ru/uploads/000d/ad/95/2/16473.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.
Внешний вид: униформа навигатора Звёздного флота Федерации. На коленях иногда неуставной плед.
С собой: коляска инвалидная http://s7.uploads.ru/t/CKJje.jpg

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (28-11-2019 03:52:07)

+4

17

Что и требовалось доказать. Но ведь не отказался, просто попытался уйти от темы, а в той короткой инструкции, которой ее все-таки снабдили перед тем, как оборвать связь с коротким «Теперь – сама», ни слова про подобное не было. Отлично, и что теперь? Нахохлившийся, как та самая пташка, Неро не выказывал особого восторга от ожидаемых нескольких дней изучения его бренного тела, а Лиро только вспомнила, что травмирование, даже минимальное, было недопустимо – следовательно, кровь... да. Вместо крови на генетический анализ можно взять волосы, биохимию она и на запах разберет, а сканирование отклонений от имеющегося генома? Нет, и так понятно, что сам штурман – да еще и в целом да разумном виде – это уже отклонение, но, сколопендровым ж хвостом, ей необходимы были эти исследования. Короткий запрос боссу – это не срочно, ответит, когда поймет, что это сообщение игнорировать точно не стоит – и отложить падд в сторону. Хорошо еще, что этот, мелкий, можно и в кармане таскать, благо, форма отлично модифицируется при наличии должного умения.
Глаза у тебя и правда красивые, мне нравится цвет – как земные моря. На Тчти-тоу они серые, – спокойно согласилась вултур со всем сказанным сразу. – А что до отпуска... надо ли мне перечислять, какие именно признаки твоего состояния потребовали помещения тебя под, как там выразился твой предшественник, надзор?
Хвост чуть изогнулся, показывая интонации Лиро, щелкание клыков почти не разбивало речь на фрагменты – только голос и изредка постукивание в тех местах, где не хватало интонаций стандарта. Вот и сейчас на попытку Неро то ли пожаловаться, то ли просто констатировать факт она разве что качнула кончиком хвоста туда-сюда, как делали земные звери.
Капитан Гордон, – и падд коротко пискнул, сигнализируя о начале записи очередного сообщения уже известному адресату. – Время пребывания лейтенант-коммандера Дини в медотсеке увеличено на двое стандартных суток, прошу учесть это при изменении расписания смен. Конец записи, – она потерла висок, сосредотачиваясь на текущем моменте. – Отдохнуть и выспаться. И можно – «без развлекалова», на двое суток.
Надо было сказать что-то еще, но что? Чуть закружилась голова, когда Лиро слишком сильно сдавила уже переносицу, вспоминая, что еще должно было быть сказано.
Чуть не забыла, Нерино. Мне не нужно прохождение полного курса всех процедур, только реакция твоего тела на каждую из них. Можешь переставить в любом порядке, если хочешь, список я дам.
Вот теперь – точно все.
[NIC]Лиро[/NIC]

+4

18

А, – смущённо отмахнулся Дини от комплимента, и поставил чашку на поднос, закончив использовать её не по назначению – как предмет для «занять руки» и «выразить эмоции», – ну не только же на Земле моря синие, знаешь ли. Скорее, редко где они другого цвета… Если, конечно, они из воды, – уточнил он по неистребимому навигаторскому занудству, вздохнул, взглянул укоризненно – почти всерьёз: – Жёлтый мне не идёт, согласись. Если уж так хотелось сделать из меня птичку певчую, – он фыркнул над собой же – в конце концов, вчера за ужином он вдруг засолировал совершенно добровольно, – могла бы под цвет глаз пижаму устроить – зря я, что ли, про голубую канарейку голосил.
Свои вокальные опыты Неро никогда-то всерьёз не принимал, а уж теперь – тем более. Какое там корианское бельканто от него – и вообще говорить смешно, а уж во вчерашнем полу-убитом состоянии...
А может, она имела в виду, что жёлтый – это цвет навигаторов? – столь же неистребима был в Неро привычка думать хорошо о людях… по фигу, сколько у них зубов и есть ли хвост. – И пилотов, угу! – как раз в момент, когда вултурианка произнесла два волшебных слова – «Капитан Гордон» перед глазами поерзавшего плечами по подушке штурмана опять вспыхнула давешняя картинка – красноносый рыжий клоун в вырвиглазно-жёлтом комбезе а-ля галифе. – Магия, однако! – фыркнул Неро, не сдержавшись, даже не мысленно. – И кста-а-а-ати…
Фу ты, господи, – практически растекаясь спиной по поднятому кроватному изголовью, поморщился он, слегка раздосадованный тем, что доктор околовсяческих наук чуть не сбила его с такой перспективной в плане приколов мысли. – Давайте уже ваш список. Я на всё согласный, только давайте не с йоги какой-нибудь начнём, а с чего полегче. Кама, конечно, с ýтра, но лучше не с сегодняшнего, ладно?
Просьба в насмешливом взгляде была самой настоящей, как и благодарность. Сам старший навигатор о целых двух днях отдыха не просто не попросил – не подумал бы. Даже, пожалуй, протестовал бы и возмущался… в другое время, не сегодня. 
Дини не мог не сдаться своей псевдопротивнице. Человек, у которого что-то долго и сильно болит, согласится на всё. Тем более, ничего предосудительного делать не требовалось – ни выдавать тайн, ни предавать своих. Что его удерживало? – только гордость и страх показаться несостоятельным, но гордость против боли не устоит. На короткий период, возможно, и даже очень возможно – терпел же он пытки. Но бесконечная пытка, которая не прекращается четыре года – это слишком. Неро не мог не капитулировать. Потому что знал – здесь могут помочь, пусть ненадолго, но избавить его от боли.
Сегодня он сдался.
Иначе быть не могло.
Кста-а-ати, – всё-таки прищурился он, на удивление быстро найдя приемлемую позу – вот что анальгетик животворящий делает! – Почему из троих с «признаками состояния» горестное птичкино «пик-пик-пик» под надзором изображаю только я? Ладно джаффа – они все железные, а наш особенно, но Джеймс-то? Неужели купились на его способность и полумёртвым изображать попрыгунчика?
Так хорошо было полулежать, кто бы знал… Неро будто бы кротко взирал на вултурианку, ожидая ответов, списков, процедур… сна до вечера больше всего ожидая.   
Я сдался, – но Лиро не телепат, и этого мысленного признания не прочтёт. – Чтобы отдохнуть от боли, и нужно-то всего ничего – признаться в своей слабости. Сегодня силы кончились, и никакие моральные предрассудки не сдержали. Ведь нельзя сказать, будто я не доверял лично докторше. Вообще-то, не её конкретно я старался обмануть, не Винтер, не Боунса, скорее уж, судьбу. Но нельзя терпеть вечно.

[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://forumuploads.ru/uploads/000d/ad/95/2/16473.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.
Внешний вид: униформа навигатора Звёздного флота Федерации. На коленях иногда неуставной плед.
С собой: коляска инвалидная http://s7.uploads.ru/t/CKJje.jpg

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (02-01-2020 04:22:28)

+4

19

Синяя? Лиро, конечно, запросила перевод той песенки, которую услышала вчера, но переводчик на стандарт дал другое значение – «грустная птичка», что, впрочем, тоже было недалеко от истины, и это было забавно. Вдвойне забавно было то, что сами оттенки синих тонов она учила только в Академии – и тот, который пришел ей сейчас в голову, был не столько «голубым», сколько небом на Земле после заката, когда красный тон Солнца уже не сглаживал холодную и глубокую синеву.
Я, к сожалению, не сильна в цветах, – она улыбнулась, чуть щурясь, словно бы прикидывая каждый цвет к Неро. – Скажешь, какой именно – поменяем... Индиго, ультрамарин, кобальт?
А в голове всплывали, словно вспугнутые рыбешки с серого морского дна, воспоминания – ИИТИР, сердитый на третьей уже пересдаче лектор, огромное количество материала, которое, конечно, не сравнится с профильными предметами, но все-таки необходимое к зубрежке, чертов билет «Отличия культур джаффа и ранней Земли», так и не выученный «Традиционные обычая орионцев»...
...и словно вспышка – мягкие, почти не связанные строки.
...быть в стороне, быть вечно в конце строки,
веря, что не достоин стоять в начале,
зная свой долг... точнее, определив,
что им должно являться – и в арсенале
разве что холод внутренний сохранив...
– то, что повторила она их не про себя, а вслух, Лиро поняла только через несколько секунд тишины. – Прости, вспомнилось. Это из земного, мы учили в Академии. И нет, никакой йоги – а то завернешься так, что ни один йог не распутает. Как насчет прогрева? Доктор МакКей не указал реакции, можно попробовать. Обещаю, никаких жутких свершений не буду требовать, только проверю кое-какие данные.
Потому что почти все остальное есть, и волосы можно аккуратно снять, как только останутся на воротнике несколько выпавших, и анализатор спокойно сожрет – еще  бы не сожрал, он же на все биологические элементы рассчитан, медотсек все-таки, а не просто пяток коек и хвостато-клыкастое впридачу!
Что же до капитана, то его здоровье пока вне опасности. Устал, немного требуется корректировка питания, но не смертельно. Насчет тебя я получила четкий приказ и следую ему примерно так же, как ты обычно следуешь своим. Не до конца и осторожно, – потому что в приказе значилось еще и «не выпускать, пока не станет похож на человека, а не на поганку бледную», что противоречило принципу хотя бы относительной добровольности лечения. Разумеется, подопытные трибблы со второго по четвертого тоже подписывали добровольное согласие, но вот с Неро следовало быть осторожнее – это было в указаниях, полученных при переводе. – Тем не менее, тебе и правда стоит отдохнуть. У меня ты задержишься на пять или шесть дней, в зависимости от того, сколько времени мне понадобится. Расписание можешь составить сам либо доверишь это мне. Гарантировать увлекательные аттракционы не буду, хотя и без неприятных событий постараемся обойтись.
И, несмотря на улыбку, в голове свербела последняя строка – в отличие от первых, выпавших из памяти уже давно, эта почему-то никак не хотела забываться, всверливаясь в разум каждым словом, каждым очертанием буквы.
...только взгляни, как ловко тебя сломали, – почти шепотом, заканчивая странный стих с Земли, кажется, двадцать первого века, за триста лет до ее рождения. Почему-то он казался удивительно подходящим.
[NIC]Лиро[/NIC]

+5

20

Каждый из оттенков синего, названный Лиро, был… привлекательным. По своему, иначе. Разве что на «ультрамарин» Дини среагировал беглой, еле заметной улыбкой: мол, да-да, птица цвета ультрамарин, конечно, аллегория удачи и счастья – вот это прям, как есть, про меня, и вообще, где я, а где «волна светлей лазури». Где-где… всё там же, где лил сейчас шелестящий дождь в ненастоящем окне, где к вечеру над крошечным патриархальным городком возле морского утёса взойдут две луны – большая и маленькая, голубая и жёлтая, Менада и Фавн.
Кобальт – это респектабельно и элегантно, – пробормотал навигатор так задумчиво, словно и впрямь представлял себя в нательном-спальном этого цвета, словно и веки приопустил для того, чтоб отчетливее, без помех видеть воображаемую картинку. – Индиго… это просто красиво и мне пойдёт.
Пойдёт, он точно знал – у матери, от которой Неро и унаследовал цвет глаз, было любимое лёгкое пальто, ещё когда он был маленьким, и оно делало Кору Дини потрясающе красивой молодой женщиной. И тогда память у старшего сына её была цепкой и схватывала навсегда – картинка яркого дня, солнечного, но холодного и ветреного встала перед внутренним зрением удивительно живо. Весело хлопающее полами мамино пальто в талию и море, мимо которого они шли, было одного цвета, как раз индиго. Штурман вздохнул глубже, ощутив ту самую осеннюю свежесть на губах, со сладко-терпким привкусом палой листвы и яблок, резко выдохнул – батюшки, да он же почти задремал, и это было практически началом сновидения!..
Видимо, он устал сильнее, чем мог бы себе позволить, раз выпадал из реальности, проваливался в полудрёму на полуслове, снова, несмотря на то, что проспал всю ночь.
И он точно устал сильнее, чем посмел бы признаться.
Медленно моргнув, Неро даже не сразу понял – то ритмичное, что проговаривает вултурианка – стихи, честь по чести, и рифма присутствует, смысл же, заключённый в «правильно подобранных словах»… – от него лицо корианца утратило расслабленную безмятежность отпускника, посуровело и словно бы замкнулось – не так уж радует, когда вот так вот… внутренний мир считывают безо всякого трикодера, но с такой же точностью, как с ним, показывающим всё, безжалостно и на просвет.                         
Они, пожалуй, оба чересчур ударились в обмен культурными кодами. Слишком много напели и надекламировали, слишком много для ровных рабочих отношений врача и пациента. Не удержали дистанцию, это уже личное пошло, и давно – может быть, ещё вчера вечером, когда он запел про растроенную голубую канарейку.
Сам виноват.
Ну да, это что-то насчет того, чтобы прогреть внутренний холод? – усмешка Дини тоже не была тёплой, вот уж точно. – Мне всё равно, с какой процедуры начинать, я просто соглашусь со всем списком. Вы же учитываете риски, я думаю.
Улыбаться расхотелось совсем, бог знает почему, штурман ощутил себя уязвлённым – вултурианский волчок, пусть и не совсем серенький, за бочок всё-таки чувствительно цапнул. Неро снова нащупал пульт от койки,  держа его ладонью, коснулся указательным пальцем нужной кнопки, отчего изголовье медленно, очень медленно поехало вниз. Вдруг едким интересом обожгло – показывают ли тесты, что со входом в аномалию болеть стало сильнее – и позвоночник, и всё, что ему, так сказать, сопутствует? Объективно это, или субъективно?
У меня, знаете ли, тоже ничего смертельного со здоровьем пока, – уточняюще проворчал навигатор, почти незаметно опускаясь в горизонталь. – Пять-шесть дней – это несерьёзно, кто меня отпу… я сам себя на столько не отпущу. Сегодня – отдых, завтра – все ваши увеселения начнем... вернее, их основной массив.
Последняя фраза Лиро, отставшая, заплутавшая строчка стиха, беспощадно правдивая, словно рентгеновский снимок, попала точно в цель: брови Неро сошлись, а линия рта стала жёсткой – его действительно сломали на редкость умело. Изобретательно и ювелирно.   

[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://forumuploads.ru/uploads/000d/ad/95/2/16473.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.
Внешний вид: униформа навигатора Звёздного флота Федерации. На коленях иногда неуставной плед.
С собой: коляска инвалидная http://s7.uploads.ru/t/CKJje.jpg

[/SGN]

+5

21

Число процессированных псевдогенов в среднем по выборке вышло меньше, чем предковых функциональных генов. Это и зацепило Ча Римму в отчёте младшего лаборанта: до энсина он не дорос методологическими средствами, используемыми в работах. Ретропсевдогенов, согласно данным из фундаментальных исследований землян, должно было быть больше. Однозначно. Итак, сообщить энсины об ошибке – это раз...
Или он брал в выборку экипаж «Стража»?
Разжаловать и в Академию на доучивание. И в одном случае, и в другом. Наука растяп не жалует... А имя науке на этом корабле – Ча Римма.
По коридору стучали сапоги, как механические: Римма думала. Пассивно думала, но и то было хорошо, потому что на этом корабле думать, кажется, умели только соммардване (одна штука) и вулканцы (несколько штук). Да и те не всегда и не все. На Второго полагаться было нельзя, Первого приходилось проверять на вменяемость в присутствии капитана... Единственным абсолютно достойным доверия вулканцем был корианец Дини.
Не хотелось страдать ксенофобией и евгеникой, но теперь Римма понимала, зачем выращивали её.
Жаль, что в лабораториях вместо клонов или, на худой конец, ЭмИксов были... Ну, например, кадет Маджо.
Доброго дня, кадет. Допроверьте отчёт с восьмого абзаца.
«Доброго дня». Хорошо, Римма. «Доброго дня» – это дань культурной традиции Земли и ее колоний, вулканской щепетильности в построении фраз и бетазедской обманчивой кротости. Это почти привычка, но за неё всё ещё нужно себя хвалить. Каждый раз. Поощрение – лучший метод самовоспитания.
В медотсеке было покойно, как полагается. Даже дышалось легко: не было коридорного сабантуйства и расслабленности кают, не мелькали красные и желтые молодчики с лицами, не омраченными интеллектом.
Врач готовила оборудование для работы, пациент наблюдал в соответствующей позе. Восхитительно. Восхитительно спокойно.
Обследование на каком этапе? – Римма обошла пациента и встала сбоку, разглядывая аппаратуру: что-то из стандартного набора не годилось в этом случае, всё ли заменили? – Кадет, верните падд. Сбросьте на свой. Пожалуйста. Благодарю, кадет, заберите падд. Доброго дня, Лиро. Доброго дня, мистер Дини. Мне нужно много вашего времени и немного потожировых выделений. Вас не затруднит?
В конце концов, должно же её исследование что-то приобрести от пациента в медотсеке. Например, презентационный и анализный набор клеток из разных тканей. Этому анализу ДНК из Гейдельберга давно не хватает точности и свежего взгляда.

[NIC]Ча Римма[/NIC] [AVA]http://forumuploads.ru/uploads/000d/ad/95/2/24292.jpg[/AVA]

Отредактировано Римма Гельцшир (02-01-2020 18:13:30)

+4

22

Юнона до сих пор не верила своему счастью. Ее взяли! Несмотря на молодость, неопытность, ets., для нее нашлось место на звездолете, в самой настоящей исследовательской экспедиции! Не зря она с детства грезила полетами между звезд, предвкушая знакомство с самыми разнообразными формами жизни! Не зря ее манила калейдоскопная карусель живых микроорганизмов, толпившихся в причудливом танце под стеклом микроскопа.
Всё же ксенобиология была истинным ее предназначением. Высчитывание цепочек аллелей, отслеживание ДНК-транспоназ, многократное повторение щелочных гидролизов РНК для выделения нужного гена и моделирование тест-организмов по заданным генетическим характеристикам – все казалось Юноне увлекательной игрой, в которой вместо деталек конструктора используются мельчайшие фрагменты ДНК.
С самого детства ей хотелось докопаться до самой сути этого чуда – жизни. Понять, как соединение обычных аминокислот вдруг в какой-то момент обретает способность дышать, двигаться, создавать подобные себе организмы. И поняв, найти способ исправить ошибки, неизбежно возникающие при каждой новой «сборке»; довести до совершенства каждый живой организм, встроить его в сложную систему биоса так, чтобы привести всю огромную систему жизни к незыблемой и вечной гармонии!
Да-да, Юна была из той самой породы детей, которые раз за разом, вновь и вновь будут пытаться сложить из разрозненных льдинок слово «Вечность» ровно до тех пор, пока не добьются успеха. И еще она была мечтательницей и идеалисткой – именно так ее называла мама, когда девочка делилась с ней своими размышлениями и мечтами.
И вот ей удалось еще на шаг приблизиться к исполнению своей заветной мечты о гармонично сбалансированной Живой Вселенной!
Наконец Маджо путешествует в открытом космосе, в оборудованной по последнему слову техники лаборатории, руководит которой ее кумир – доктор Ча Римма!
Вернее, доктор Ча-Ам Римма, именно так, с неизменным благоговением, Юнона обращается к своей начальнице. Для нее соммардванка – легенда, образец для подражания, личность, не смирившаяся с превратностями своей судьбы, но сумевшая одолеть ее и подчинить себе.
Именно поэтому взгляд девушки лучится неподдельным восхищением при каждом взгляде на «профессоршу». Впрочем, остальные сотрудники научной лаборатории, вызывали у юной корианки не меньшее уважение своими заслугами и опытом. Как и специалисты-практики, работавшие в медотсеках... Да что уж там скрывать? Юне нравился весь экипаж звездолёта!
Как раньше нравились и все кадеты Академии, учившиеся вместе с ней, а ещё раньше – все соседские дети, жившие в их колонии. С кем бы жизнь ни сводила Юну, все ей казались удивительными, восхитительными личностями, достойными дружбы и уважения. И в силу ещё слишком юного возраста энсина, у нее пока не было случая убедиться в обманчивости собственных ощущений. Поэтому, со свойственной юности самонадеянностью, она искренне считала весь экипаж «Стража» своими друзьями. И даже штурмана Дини, с которым за все время полета они обменялись от силы парой десятков слов, Юнона уверенно считала своим другом – ну а что, земляки же!
На самом деле космонавигатора правильнее было бы назвать любимым подопытным кроликом мисс Маджо – ведь именно «особенности» его организма были главным предметом ее исследования. Врачи и ученые должны были найти способ если не излечить Дини, то хотя бы найти способ поддерживать стабильность его человеческого облика. Крепкий орешек и трудная задача даже для таких корифеев, как Ча-Ам Римма, доктор Лиро и доктор МакКей.
Но именно сложность, нетривиальность задачи, захватив все внимание Юноны, превратили для нее полет в один увлекательный квест с непредсказуемой концовкой.
Каждый новый день мог принести им или долгожданную победу, или окончательное поражение. Каждый новый день приносил с собой новые неожиданности, проблемы или праздники, о которых девушка раньше и слыхом не слыхивала. И живя в таких условиях, когда приятные и не очень сюрпризы нескончаемой чередой сменяют друг друга, постепенно привыкаешь к этому, и тебя уже мало что способно удивить... разве что здоровяк-штурман в пушистой пижамке канареечного цвета, встречающий тебя на твоем рабочем месте.
Увидев Неро в таком наряде рядом с доктором Лиро, Юнона застыла на месте, выпучив глаза и еле сдерживаясь, чтобы вопреки всем приличиям, не расхохотаться. К счастью, ее спасла от конфуза вовремя вошедшая следом Ча Римма, чей оклик дал возможность девушке сдержать первый порыв, и, взяв себя в руки, срочно заняться поручением наставницы.
Доброго дня, доктор Ча-Ам Римма! – вежливо откликнулась она на приветствие. – Да, сейчас все сделаю.
И, не желая казаться невежливой, Юни, направляясь к информационной стойке, поспешила приветствовать остальных присутствующих:
Добрый день, доктор Лиро! Добрый день, штурман!
Парой касаний к панели девушка открыла файлы для проверки, углубилась в сухие строки описания генных хитросплетений, тщательно проверяя расчеты, нашла ошибку, исправила, пересчитала все заново и отправила результаты на планшет начальницы:
Вот, все готово, Ча-Ам Римма, ошибка была чисто математическая, я исправила. Какие будут дальнейшие распоряжения?
[NIC]Юнона Маджо[/NIC] [AVA]https://sun9-71.userapi.com/c855232/v855232269/1cc9e9/IWcH42LY4tc.jpg[/AVA]

Отредактировано Юлия Звягинцева (14-01-2020 00:14:10)

+5

23

— Доброго дня, Ча-Ам Римма, — чуть наклонила голову, помня, что демонстративная вежливость, не несущая смысла, не приветствовалась коллегой. — Доброго дня, мисс Маджо. Если вас интересует работа с мистером Дини, прошу учесть, что сегодняшние сутки до полуночи выделены под стабилизацию физиологического и психологического состояния.
Кончик хвоста нырнул в дезраствор, несколько секунд — салфетка, которая тут же улетела в утилизатор — и аккуратные, почти незаметные прикосновения к запястьям и шее Неро. Пульс не сильно участился, давление в пределах личной нормы, температура поднялась на доли градуса; хотя да, это был прием пищи, у теплокровных — особенно тех, которые близки к землянам по виду — это норма.
— Если вы собираетесь дополнить его карту, — отступив чуть в сторону, но все еще оставаясь так, чтобы в случае необходимости дотянуться и одним движением перекинуть Неро за спину (чертовы инстинкты, заставлявшие воспринимать людей как собственных детей!), Лиро окинула взглядом собственное рабочее пространство. — То советую использовать неинвазивные методы. Впрочем, вам это должно быть известно, как и факторы риска при любом травмирующем воздействии.
А если перевести сказанное из жестких формулировок в обычные слова — «коллега, не пугайте пациента и не пилите ножиком, и последнее сами знаете, почему». Запах Неро не изменился — ожидал подобного? Ну, при наличии на корабле ксенобиологов, скорее было бы странно, если бы такое не произошло. Тем более — соммардванка, влюбленная в свое дело, и не менее влюбленная кадет после Академии. Еще бы МакКея сюда — и вчетвером они точно залечат Неро до того, что тот своими ногами сбежит, лишь бы им больше не попадаться на пути.
Но шутки шутками, пустой кровавый стакан в утилизатор, а первичные наблюдения — в журнал. Точнее, в падд, еще точнее, в карту, открытую уже давно на создании новой записи.
— Двадцатое февраля, сорок шестой. Пациент еще жив, но пока что непонятно, рад он этому или нет, — с тихим смешком Лиро начала надиктовывать сначала свое излюбленное введение, потом — текущие показатели (сверившись ради интереса с трикодером, который показал разве что разницу в частоте пульса на две единицы в минуту и на пару миллиметров нижнего давления), потом — предполагаемый курс «тестовых процедур», каждая из которых отличалась от предыдущей. Разумеется, чтобы заметить общий эффект, нужен курс — везде, кроме эвтаназии — но банально отметить разницу состояния «до» и «после» можно было уже после первого же воздействия да хоть тех же ароматических… нет, это стоит вычеркнуть, вот стоит отметка МакКея об отсутствии результата… ладно, значит, начать с температурных воздействий. Сколько там рекомендовано людям? Не выше пятидесяти градусов?
Нерино, не смотри на меня так. Своих пациентов я на растерзание отдаю только тогда, когда никто, кроме патанатома, их в принципе больше не увидит — и то предпочитаю делать это лично, — наконец выдохнула вултур. — Назвалась спасителем — так спасай, если вызвалась. Доктор Римма, я бы предложила еще волосы и роговой слой ногтей или эпителия, но если интересуют живые клетки, то именно волосы, но вы сами знаете это лучше меня… О, еще чуть не забыла! Неро, — наклонилась и почти заговорщицки протянула тихо-тихо на самое ухо:
— Неро, заказать новую пижаму или перекрасить эту? И — кобальт или все же тебе больше нравится индиго? Я вспомнила цвета, не бойся, не перепутаю.
Выпрямилась — вся такая строгая, ответственная, прямо профессор Лэр перед экзаменом. И еле сдержала улыбку, вспоминая тот самый экзамен.[NIC]Лиро[/NIC]

Отредактировано Эржебет (20-01-2020 18:14:17)

+5

24

А ведь Неро, как бы ни встопорщило его внутренне нечаянными стихами вултурианки, действительно надеялся нынче отсыпаться… ровно две минуты, пока не открылась дверь и в палату не вошла… Батюшки светы, да неужто скромного (пусть старшего и не шибко обычного) навигатора почтила своим визитом сама Царица наук? Нет, не госпожа Математика, как можно было бы подумать, скорее уж – госпожа Ксенобиология, которую на «Страже» воплощала Ча Римма. И вот уж точно, соммардванке для этого хватало и величия, и строгости вида – того и другого, ей-богу, достало бы на нескольких адмиралов… от двух до пяти навскидку. Диво ли, что офицер Дини в её присутствии попытался лечь поофициальнее? Ну, не совсем, конечно, навытяжку, он всё же пока не труп, но…
Доброго дня, Ча-Ам Римма.
Эка, как у них с Лиро в унисон получилось, на два голоса, но одинаково вежливо и с одной и той же интонацией, вот что значит натренированный музыкальный слух. А у Юноны фраза почтительнее и потому длиннее, в ту же мелодию не уложилась – это штурман успел отметить. И ещё одну вещь заметить успел – юная землячка блеснула глазами-вишнями, и лишь усилием воли – спасибо, девочка! – перевела внимание в свою рабочую сферу, не захихикала вслух, углядев его милейшего окраса пижамку. Нет, честное навигаторское, Неро её не винил бы, даже не сдержись она, расхохотавшись – он бы и сам в голос от такого зрелища, не удержал бы лица. Вот сейчас удержал, да так, что сам мистер Аш`рак позавидовал бы, пожалуй – спокойная совершенно, безмятежная морда, только взгляд на защебетавшую деловито Лиро перевёл укоризненный: вот видите, доктор, какое позорище, как вы обрушили моё много лет нарабатываемое реноме?
Пожалуйста-пожалуйста, мисс Ча-Ам, – штурман на мгновение опустил ресницы, что вполне сошло за поклон. – Сейчас меня ещё подогреют… до полной готовности, так сказать, пропотею – и берите выделений, сколько хотите. Боюсь, всё моё время сейчас принадлежит не мне, – добавил он мягко, пожав плечами, – и, к сожалению, здесь вы вправе отнимать его у меня в нужных вам количествах.
Любезность, констатация факта, или завуалированное, но всё-таки отчётливое недовольство тем, что так сложилось? А вот поди пойми.
Слушать в очередной раз пересказ своих «особенностей» и мер по их не-пробуждению было скучно до зевоты, тоскливо даже, потому мысли таяли, завивались причудливыми прядями горьковатого дыма. Вдруг подумалось, что вот так же бесстрастно, озвучив дату сперва, Лиро будет надиктовывать результаты его вскрытия. Или ей не доверят и Боунс будет проводить его лично?.. – Неро даже глянул на вултурианку – почти с интересом, эдак оценивающе. И хмыкнул на её «не смотри на меня так», повёл плечом:
Назвался груздем – полезай в пузо, как говорил мой первый капитан. Ну вот так, да – пациент жив чисто из вредности и, видимо, на пользу науке и всем прогрессивным силам ойкумены. Ради них я даже триббла изображаю, говорю же, так что уж канарейкой тем более побуду… сегодня. А в кобальте буду спать – солидно и респектабельно, не думая о Федерации. Не возражаете, дамы? – корианских мужчин галантности учат с малолетства, а бровь, выгнутая вроде бы иронично – это так… тоже личные особенности, но мимики. Имеют же они право быть?               

[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://forumuploads.ru/uploads/000d/ad/95/2/16473.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.
Внешний вид: униформа навигатора Звёздного флота Федерации. На коленях иногда неуставной плед.
С собой: коляска инвалидная http://s7.uploads.ru/t/CKJje.jpg

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (22-01-2020 18:13:12)

+5

25

Дамы не возражают, – отозвалась, усмехнувшись, Римма, благопожелательно дёргая атрофированными ручками под форменкой. – Лекцию по поводу вашей нетактичности прочитаю вам после, штурман Дини.
Бросив на Неро короткий предупредительный, Ча Римма подняла взгляд и проткнула им стекло прямо до своего мнимого изображения.
В медотсеке везде было стекло, именно это раздражало так сильно: невозможно было нигде не оставить отпечатка пальца прямо по чистому.
Или отпечатка хвоста, как доктор Лиpo. Нужно будет проверить его стерильность в рамках лабораторного эксперимента. Чисто из научного любопытства: насколько тщательно можно отмыть хвост у псевдогуманоида-рептилии? Есть ведь штаммы, латентные к почти всем методам очистки...
Да, волосы возьму. И слюну. Кадет Маджо, два набора для взятия соскобов со слизистых с учетом гуманоидности и специфики пациента, пожалуйста. Нет, полноценных набора, кадет, я и сама могу взять ватные палочки. Никогда не используйте их при работе с фиксианцами, у семидесяти процентов представителей расы аллергия на хлопок. Это к слову. Штурман, откройте рот, скажите гласную. Меня устроит любая. Спасибо.
Человеческие слюни – странный предмет, – в очередной раз бесцельно подумала Римма, глядя на просвет на совершенно прозрачную жидкость. – Ферментов мало, катализаторов и того меньше. Не ядовито, почти вода, формирует пищевой комок... И зачем-то обладает бактерицидными свойствами. Неньютоновская жидкость. Удивителен и фантастичен гуманоидный организм! Насколько же им удобно болеть, не закашливая всё вокруг пищеварительными соками, страшно представить... А постоянная влажность горла – разве это не чудо? И сухие ушные раковины. О.
Кадет, я ошиблась: три набора для соскобов.
Кадет Маджо же поймёт, что имеется в виду? Она ведь гуманоид, значит, вероятно, правило «не упоминать в речи выделение назального, ушного и клоа... анального отверстий» она понимает сама, не так ли? Она ещё может подумать про слизистую полости рта, но слюну только что собрала и упаковала сама Римма, так что понять, что эпителий... Или не понять, что эпителий? Понять или не понять?
Ча Римма вопросительно взглянула на пациента: не слишком ли она вообще переборщила с замалчиванием неловких тем? С этим все еще случались казусы. Маджо – сообразительная барышня, но вдруг. Вдруг – он, по законам Флота, всегда приключается очень несвоевременно и внезапно.
Штурман Неро Дини, почти идеальный по характеру пациент в забавном одеянии, очень успокаивал. Очертаниями лица из-за волосяного покрова он походил на мальков до начала пубертатной сепарации, а сознательностью не походил. Это было логично. Взрослая особь не должна походить на малька.
Неро Дини выглядел... Мило. Как детёныш. А в случае мутации он стал бы похож на пищу. Это было бы занимательно, но вряд ли те, кто ставил над ним эксперименты, размышляли о связи Неро Дини с соммардванами.
И роговой слой тоже сейчас возьмём. Спасибо за ценное наблюдение, доктор Лиро.

[NIC]Ча Римма[/NIC]  [AVA]http://forumuploads.ru/uploads/000d/ad/95/2/24292.jpg[/AVA]

Отредактировано Римма Гельцшир (23-01-2020 00:08:01)

+5

26

А в спину:
– Какая трагедия, девочка – красавица… И такое, на нее же и не посмотрят. Ну посмотрят, но рта бы не раскрывать. А протезирование? Что, совсем никак? Жалко, такая лапочка, блондиночка. Наполовину вулканка? Да быть этого не может, они блондинами не бывают. Жалко так…
Другую бы захлестнуло этой жалостью, придавило липкой опекой медиков, приучило бы считать себя неполноценной, требовать заботы и внимания. Ясеньяра просто улыбалась, жалея врачей в ответ. Ее жизнь была наполнена такими событиями, о которых большинство ровесников не смели и мечтать, стоило только умело избежать процедур и сбежать. За пределами медотсека, за пределами больниц и обследований лежал мир, бесконечный и сверкающий. Неотразимый в своей красоте космос, увлекательные станции, меняющийся калейдоскоп рас, языков, обычаев и планет – да как тут жалеть себя, когда запоминаешь новые слова, узнаешь по неуловимой музыке акцента родной сектор или страну, видишь новые станции, новые корабли, касаешься пультов управления или тренажеров в отсеках.
И логика никуда не девается, но она так органично вливается в красоту Вселенной, помогает гармонично выстраивать все, что есть, запоминать, видеть порядок в хаосе и точность математических формул в поэзии и рисунках.
Пусть на космос смотрит взгляд гетерохромных глаз – Т’ках предельно спокойна и счастлива. А жалость… Жалость оставьте себе, как и…

...как и вот эту строчку на падде. Приказ об обязательном медосмотре в соответствии с уставными нормами, определенными порядком функционирования медотсека на кораблях ЗФ. Третий. Первые два успешно удалось избежать по вполне обоснованным внешними обстоятельствами причинам: подменяла в другую смену и неполадки с системами навигации,когда требовалось присутствие всех пилотов для одновременной отладки и по шаттлам, и по мостику. А сейчас вариантов отказа не было, смена только что закончилась, до сна – еще четыре часа. Сослаться на недомогание в высшей степени нелогично, занятость проверить можно легко по графику.
Придется идти. Снова осмотр, сочувственные взгляды, вопросы, жалость. Вздохнув, Ясеньяра села за стол, доставая несколько «многоразовых листочков» – андорианский картон, надписи на котором выцветали ровно за сутки. И снова привычный набор: «Заикаюсь не всегда, только когда разговариваю», «Нет, спасибо, не мешает», «Импланты невозможны из-за зоны поражения», «Подробности получения увечья в личном деле, доступ медикам по стандартному коду», «Да, и с едой проблемы», «Нет, камбуз не предупрежден, не стоит, спасибо».
Сунув «набор» в кармашек форменки, Яся тщательно причесалась, умылась еще раз, хотя в душе была сразу после окончания смены, и посмотрела на косметику. Не к медикам, не в этот раз. Тем более, что и пользовалась ей в очень ограниченном количестве – этому учила мама, а дипкорпус Вулкана отличался строжайшим регламентом и высоким уровнем профессионализма во всем, что касалось внешности. Так что нарисовать на себе лицо энсин могла и в темноте, безошибочно и любой строгости.
В приказе – полученном трое стандартных суток назад, ну не смогла она договориться ни с кем, или дозаикаться, вернее сказать – указывалось и время, и непосредственное отделение медотсека. Наверное, поэтому Ясеньяре показалось странным, что дверь приоткрыта и оттуда доносятся голоса. Консилиум? Маловероятно, зачем из-за одного члена экипажа собирать…
Хотя нет. Все логично. Медики заняты, и заняты штурманом Дини. Неро всегда вызывал странные ассоциации с… с рыцарем. Именно тем самым, из легенд и старых стихов.

Смотрит девочка в окно на балконе –
Едет рыцарь на крылатом драконе.
Тихо плачет позабытая кошка.
Все красиво…
Только грустно… немножко…

Среди присутствующих Т’Ках сразу же заметила вултура, лейтенанта Лиро, тут же настороженно и внимательно взглянувшую на полувулканку. Что же, если здесь не до нее – тем лучше. И наличие вултура только поможет – как раз с ней Яся могла без труда объясниться.
Прошу прощения, если я не вовремя, – как можно точнее выдержать переливы и высоту звуков. – Выберите другое время и отправьте мне сообщение, когда это будет допустимо для вас. Не буду отвлекать или торопить.
Штурман тоже знает этот язык? Иначе чем объяснить иронию во взгляде? На «Страже» давно пора негласно открывать свой орден «Скрывающихся от врачей». С капитаном во главе. А негласно – чтобы медики не обижались, они хорошие. Пока где-то в столовой или по кораблю. И без гипо. 

[NIC]Ясеньяра Т'Ках[/NIC]
[AVA]http://forumuploads.ru/uploads/000d/ad/95/770/51422.jpg[/AVA]
[STA]весенним рассветом или зимним закатом[/STA]

+5

27

Ать-два, ать-два, левой-правой, стоп! Разворот! Ать-два, ать-два...
Так Анка когда-то играла в СБ посреди сахской пустыни. У нее даже халджина была красная, как у СБ, и любимая коряга, похожая по форме на древний мазер. Сейчас таким, конечно, никто не пользуется.
Шагать по коридорам «Стража» в красной форменке было разом и огорчительно, и хорошо. Особенно подбадривал запах выпечки и свежего молока из лукошка.
Как там в сказке было? Пошла девочка в алой сесире с зеканом и водичкой к бабушке через пустыню, встретила вука... А говорила мама, не надо срезать через дюны! Шла бы себе и шла по нормальной дороге, дура, никакого инстинкта самосохранения нет.
О. Яся!
Ну хоть один нормальный человек! Объяснить, конечно, не объяснит, чего это вместо ужина-обеда-завтрака по медотсекам половину всех смен распихали, но поулыбается. Хорошая девочка, душевная. Племяшка, чай: вулканцы – они нлианцам дальние родственники.
Кушать хочешь? В медотсеке домучили? На пирожок. С вареньем!
Варенье. Пенки. Пенки от варенья... Уй, откуда же это было?
Господа наиглавнейшие стражевские врачи...
Здравствуйте-здравствуйте, это я, – Анка бодро протиснулась внутрь медотсека, выставляя грозно вперёд бороду в стерильном кухонном чехольчике и оттирая Ясю от двери: авось успеет сбежать. – Привет, Юна. Лиро, вук мой, ты чего мне штурмана кушать не пускаешь? Вот, я тут еды принесла, раз такое дело, он уже второй раз за день кушать не придёт. Дини, ну сейчас-то понятно, а утром что у тебя в колёсах застряло, что... А.
Анка вспомнила, что с «утра» – то есть до двенадцати – дежурил Оливейра, и вообще она как бы не должна знать, кто там на завтраке был, а кого не было...
Короче, – сурово продолжила она, плюхая на тумбочку термос молока, суп – трава одна, чего он там, – котлеты, пирожки с вишней и ириску. – Молоко тёплое, тебе холодное вредно. Суп сейчас съешь, эти со своими исследованиями обождут, не морить же тебя голодом в месте, где лечить должны. Котлеты вкусные, сама лепила. Ириску за хорошее поведение, пирожки на третье, компота нет...
И тихой сапой, косясь из-за двух чехлов – для бороды и волос, снизу и сверху – на Неро, Анка запихнула маленький пакетик с двумя пирожками в тумбочку. А то отберут же наверняка эскулапы, а мальчик... штурманчик хоть погрызёт тайком, когда отстанут все. И молочком запьёт.
И ему можно лактозу! – превентивно фыркнула Анка в сторону Ча Риммы, уже начинающей нехорошо коситься на термос совершенно жутким рыбьим взглядом.

[NIC]Анка[/NIC]
[STA]СБ в нлианской шкурке[/STA]
[AVA]https://sun9-54.userapi.com/c855132/v855132179/143c29/57FmGDnf5Bg.jpg[/AVA]

+7

28

«Стабилизация физического и психологического состояния штурмана Дини? Для этого одних суток мало, а в идеале вообще нужен... фазер. Мгновенная стабилизация с бессрочно пролонгированным эффектом!» – еле удержавшись от смеха, подумала девушка. Даже недолгого срока ее знакомства с навигатором было достаточно, чтобы понять – идеальная «стабилизация» штурмана была возможна лишь при его полном исцелении, ну или хотя бы при возвращении парню способности полноценного самостоятельного передвижения. Без этого пытаться «умиротворить» Неро было столь же бесполезно, как и пытаться успокоить дикого тигра, злым роком загнанного в тесную клетку, где он едва может выпрямиться в полный рост.
Можно, конечно, просто усыпить разъяренного хищника, чтобы на короткий срок добиться его «спокойствия», но даже одурманенный транквилизаторами, разум зверя все равно будет мечтать о воле, рваться в родные просторы свободной жизни. Вот и у «корианского котика», как бы он ни пытался демонстрировать бесшабашность, остроумие и легкомыслие, как бы ни старался дурацкими выходками замаскировать копившийся внутри гнев, в глубине глаз то и дело вспыхивали искры обиды на свою судьбу, превратившую отважного удальца и искателя приключений в нелепый обломок человека, обреченный вечно притягивать к себе жадный интерес ученых, не как к личности, а как к «интересному объекту изучения».
Юнона, будучи землячкой Неро, прекрасно понимала, насколько подобное положение невыносимо для гордости любого из ее соотечественников, а уж для столь горячей натуры, как у их навигатора – и подавно! Впрочем, надо отдать должное потрясающей выдержке мужчины – маскировал он бушевавшие в нем страсти преотлично, не хуже вулканцев подавляя собственные эмоции.
Эх, если бы не эти треклятые «генетические модификации» не дававшие нормально даже собрать необходимый материал для исследований, Юна давно уже нашла бы способ восстановить разрушенные пути передачи нейроимпульсов у Дини! Как говорилось в той древней корианской считалочке про врача: «Я пришью ему новые ножки, он опять побежит по дорожке!».
Подогретое шуткой штурмана о готовности изобразить триббла ради научной пользы, воображение мгновенно нарисовало картину, как множество навигаторов, количество которых с каждой минутой увеличивается в геометрической прогрессии, в канареечного цвета пижамках, семенящей мелкой походкой разбегаются от невозмутимого шефа СБ, пытающегося собирать неротрибблов огромным сачком. Юни так и прыснула со смеху от уморительности этой картины! И тут же замолкла под тяжелым взглядом Ча-Ам Риммы. Смутившись от неловкости ситуации, энсин спешно бросилась выполнять распоряжение руководительницы, и впопыхах чуть было не спутала набор для сбора биоматериала с обычными ватными палочками. Прокол, который девушка считала неприемлемым для себя даже во времена учебы в Академии!     
Не желая еще больше выставить себя на посмешище, Юна не стала уточнять подробности о «третьем наборе». Впрочем, догадаться было не так уж и сложно, хоть верная догадка и окрасила щеки девушки дополнительным румянцем (впрочем мало заметным для окружающих, благодаря природной смуглости кожи корианки, доставшейся ей от испанских предков). В тот момент, когда передав Ча-Ам Римме необходимые «инструменты», Юна взамен забрала образцы слюны штурмана для изучения, двери медотсека неожиданно открылись, впустив боязливо озиравшуюся по сторонам... Ясеньяру!
Ее появление взволновало корианку, уже успевшую заметить, как тщательно Яся всегда обходила медотсек десятой дорогой. Причины такой нелюбви к врачам Юне были не особо понятны, поскольку сама Яся не спешила откровенничать, а мисс Маджо считала бестактным лезть к человеку с подобными расспросами, едва познакомившись. Ясно было только одно: Ясеньяра в медотсеке – явление супернеординарное! Неужели она пришла «сдаваться медикам» из-за каких-то серьезных проблем со здоровьем? Юна приветственно махнула Ясе рукой, языком жестов спросила: «Как дела? Все в порядке?».
Впрочем, она не была уверена, что Яся заметила ее махание руками, потому что, во-первых, внимание блондинки сразу приковала к себе доктор Лиро. А во-вторых, почти сразу из-за ее спины в помещение ворвалась Анка, тут же заслонив собой Ясю и устраивая баррикады и заслоны из продуктов вокруг штурмана.
Продукты! В медотсеке! Во время забора биоматериала у пациента, когда стерильность окружающей среды играет первостепенную роль! Даже такому желторотому ксенобиологу, как Юне, было понятно, что за подобное нарушение Ча Римма никого не пощадит! И чтобы не попасться начальнице под горячую руку, энсин поспешила вернуться с образцами на свое рабочее место.
Загрузив подготовленный материал в анализатор, девушка запустила программу определения митохондриальной ДНК, немного скорректировав процесс. Результаты этого анализа помогут узнать «изначальный» геном Дини, а значит, легче будет определять, где и как его впоследствии изменили. Аппарат слегка гудел и потрескивал, ряд за рядом выводя на монитор цепочки обнаруженных последовательностей.
Корианка вполглаза смотрела на монитор, вполуха прислушиваясь к шуму в медотсеке. Наверное, у медиков сейчас настоящее сражение с не в меру сердобольной Анкой! Но отличная звукоизоляция в лаборатории не дает расслышать подробности. Взгляд мисс Маджо вновь концентрируется на бегущих строчках, и... она не верит своим глазам!
«Нет, такого не может быть! Как?! Здесь явно какая-то ошибка!»
Дождавшись окончания анализа, Юна готовит новую порцию материала, более тщательно, чем в прошлый раз, соблюдая все меры стерильности. Вновь запускает программу... и опять аппарат показывает ей невозможное!
«Неужели я была недостаточно аккуратна и... испортила образец?» – она холодеет от одной лишь мысли о таком. Нет, она же все делала, как в инструкции, как ее учили!
«Быть может, аппарат неисправен?» – в глубине души она надеется на это. Но даже, если все дело лишь в технике, она все равно обязана доложить наставнице. Хотя... возможно, она просто перепутала, с кем не бывает?
Аккуратно убрав остатки биоматериала штурмана, Юна вскрывает еще один набор для взятия соскобов, и берет образец слюны у себя. Запускает образец в аппарат, ждет... Нет, никакой ошибки, она все верно помнила, на мониторе появилась та же последовательность. На ватных ногах энсин Маджо возвращается в медотсек:
Ча-Ам Римма, кажется, с анализом возникли проблемы! Взгляните, пожалуйста!
Она вместе с соммардванкой подходит к монитору и указывает на короткий участок последовательности:
Вот! Если верить полученным результатам, получается, что у нас с мистером Дини есть общие гены – то есть, мы с ним якобы родственники по материнской линии. А это абсолютно исключено! Я дважды провела анализ, и оба раза получила тот же результат...
Энсин виновато смотрит на наставницу, ожидая ответа.
[NIC]Юнона Маджо[/NIC] [AVA]https://sun9-71.userapi.com/c855232/v855232269/1cc9e9/IWcH42LY4tc.jpg[/AVA]

+5

29

Квики замёрз на шкафу и спрыгнул вниз, прямо на кровать Винтер. Та проснулась, выбранив косматого любимца. Не так уж приятно, если ты отдежурила вахту, а едва заснула, на тебя падает неплохо откормленное животное. На Флуне оно именовалось столь невообразимым сочетанием звуков, что люди предпочитали называть это существо просто «флунский хомяк». С настоящим хомяком его роднило лишь наличие объёмистых защёчных мешков и размеры. Маленький зверёк был популярен как домашнее животное – неприхотливое, добродушное и игривое. Желтоватый лохматенький баловень напоминал помесь муфты, морской свинки, спесивого пекинеса и шаловливой обезьянки. Квики на ворчание женщины внимания не обратил, свернулся кренделем, положил плоскую мордочку поверх своего куцего хвоста и засопел, подавая пример хозяйке.
В окне Хелен жило море. Длинные густо-зелёные волны с кружевными гребешками пены лениво облизывали призрачно-голубой прибрежный песок, мерцающий, словно подсвеченный экран. Слева, до самых сиявших неоном облаков, поднимались конические горы, изрезанные глубокими вертикальными складками. Острые края иззубренных вершин, когда-то извергавших то грязно-бурую, то кроваво-красную лаву, этим утром были облиты режущим светом голубого солнца Анерис. Ландшафт мира, которого больше нет, нет уже два десятка лет без малого. У неё не поднималась рука изменить вид на панели, хотя смотреть на навсегда потерянную родину временами было непереносимо тяжело. Убрать из окна вид родной планеты – значило признать, что этот мир исчез безвозвратно. Пусть он сохранится хотя бы здесь. В её глазах. В её памяти. В её сердце…

…Внизу, под обрывом оранжево-золотые волны оглаживают подножие коричнево-красного каменного кряжа. Открытая веранда двухэтажного коттеджа на небольшой скалистой террасе залита розовым светом вечерней зари. Плетёная качалка Хелен наклоняется вперёд, уютно поскрипывая, когда девушка тянется за прохладным лимонадом в высоком стакане тонкого стекла:
– У меня где-то с месяц назад уже конкретно началось весеннее обострение. Ночами мне снилась Дэйра – это первый признак того, что я шизанулась, – закидывая ногу на ногу, говорит она Янине – сидящей напротив за круглым столом полноватой девушке в купальнике с ядовито-яркими разводами. – Я здесь снова начала шить. Первый раз за год можно по-серьезному сесть за швейную машину и настряпать коротких юбок, а то только пододеяльники да простыни для госпиталя на Нимбусе. Надоело. Охота креатива, полёта творческой мысли и всё такое. Господи, что на меня нашло? В этом году всё будет в три раза короче и облегающее. У меня дома нашёлся кусок шайровой кожи, и из неё я сшила хулиганский наряд.
– Завтра покажешь? – густо накрашенные ресницы подружки дрожат от жадного любопытства, – Ужасно не терпится на него посмотреть! Креативщица из тебя – высший сорт.
– Ещё тётя мне принесла позавчера какую-то ужасную раскроенную кофту. Она с леопардовыми пятнами и я из её части уже сшила себе топ. С абсолютно открытой спиной. Ещё затарюсь шортиками и буду загорать сутками. Под обоими солнцами.
Другое кресло-качалка тоже покачивается и скрипит – нашаривая ногой пляжный шлёпанец, блондинка с глуповато-наивным взглядом голубых глаз восторженно хихикает и не видит, как за её спиной загорелая мужская рука кладёт на подоконник букетик лфун. Их длинные лепестки глубокого фиолетового цвета кажутся бархатистыми. Даже если бы не мелькнула под окном тёмно-русая голова, для Хелен не тайна – кто принёс цветы. Пять минут назад, готовя напитки на кухне, она заметила, как Энди начал подниматься по крутой тропинке, ведущей к Дому на Утёсе.
Приятельница недоумённо хлопает кукольными глазами на загадочную улыбку Хелен. Проследив за взглядом будущего доктора, грудастая Янка оборачивается, выскакивает из заходившего маятником кресла и невежливо хватая предназначенный не ей букет, ахает:
– Ой, смотри, Хелен, цветы! Как романтично!
– До соплей, – фыркает неведомо когда успевшая оказаться рядом гибкая студентка Академии ЗФ. Опираясь о раму, она слышит негромкий смех из сада…

Однако, поностальгировали – и хватит, – тряхнула головой мисс Винтер… нет, давно уже Миледи. Это прозвище дали ей, конечно, не здесь, не только на «Страже» водились умники… которых она, к сожалению, пережила.
Аккуратно растрепанная женская головка снова качнулась досадливо – что за мысли сегодня одолевали, что за печаль-тоска? Делом, матушка, делом надобно заняться! – густым баском строгого профессора Петрова-Васечкиина, преподававшего у них на курсе общую терапию, пошпынял внутренний голос, и женщина, гибко поднимаясь с кровати, где читала что-то, небрежно хлопнула ладонью по покрывалу, которое тут же развернулось, являя ее мимолетному взору идеально, без единой складочки заправленную постель. Ну а как же, ведь мисс Винтер – аккуратистка, спуску не дает никому, и себе тоже. Себе – в первую очередь, опозданий на смену это тоже касалось, поэтому доктор, напоследок взглянув на часы на дисплее, змейкой выскользнула из личной каюты. Как все-таки удачно, что она на той же палубе, что и медотсек, к которому доктор Винтер прикреплена. Буквально минута – до  рабочего места дойти.
А что это на нем сегодня за толпы? Самообладание Хелен и не шелохнулось, конечно, а вот красивые брови над прохладными серо-голубыми глазами чуть-чуть приподнялись, когда она увидела нечто, весьма похожее на народные корианско-нлианские гулянья с хороводами и снедью… с которых, к тому же, кое-кто вознамерился тихонько слинять.
Куда это ты, – аккуратно, но цепко подхватывая под локоток белокурую девушку-пилота, пропела Миледи и улыбнулась со всем коварством, однако лучики морщинок его снимали напрочь, – куда это ты, Ясенька? В кои-то веки зашла – и уже нас покидаешь?..
С остальными она поздороваться успеет, а вот не дать сбежать неуловимой вулканочке – задача как раз по ней, она же поставлена замечать то, что упускают другие.
[NIC]Хелен Винтер[/NIC]
[AVA]http://forumuploads.ru/uploads/000d/ad/95/39/870311.jpg[/AVA]
[STA]Цинизм. Любовь. Космос[/STA]

+4

30

Неро Дини для Этиты был загадкой с первой минуты ещё заочного знакомства.
В мыслях укладывалось, но с трудом, как можно сохранять такое жизнелюбие, когда у тебя не работает половина организма.
Самая важная, особенно, для мужчины, половина.
Самая важная для изысканий Этиты.
При очном знакомстве господин Дини за какие-то несколько минут диалога превратился в новую тему диссертации — оставалось определиться, какую именно.
Клинико-психологические особенности адаптации у людей, передвигающихся другим способом? Нарушения психической регуляции поведения у лиц с тяжёлыми нарушениями в работе опорно-двигательного аппарата? Психологические особенности гелотофобии (страха насмешки) у лиц, передвигающихся другим способом?
Или преневротические субдепрессивные состояния при эмоциональном выгорании в условиях долговременного нахождения в замкнутом пространстве: методология, психодиагностика, феноменология, психологическая помощь?..
Ох, сколько всего интересного, и это лишь малая часть, а Этита – одна! Ей как-то рассказывали древний анекдот про умную и красивую зверюшку, которая жаловалась: мне что теперь, разорваться?
Этита решительно поправила воротничок форменки: нет уж, никаких травм. Раз она и умная, и красивая, то надо проведать ещё одного такого же.
И не дать ему понять, что он – тема кандидатской! В конце концов, Этита же не планирует пока пройти тернистый путь от доцента до профессора...
Ключевое слово: «пока»?..
Путь до нынешнего места обитания Неро Дини оказался куда короче. Но...
Но такого аншлага, такого скопления прекрасных дам разного вида Этита даже предположить не могла!
Мысли в голове стремительно сплелись хитрым узором: чем неожиданнее ситуация, тем весомее могут выйти последствия, нужно только верным образом подхватить волну... и для начала понять, в каком направлении лучше двигаться.
Рада приветствовать! – как можно мелодичнее и громче объявила присутствующим Этита. – Госпожа Лиро... госпожа Маджо... – уважительные приветственные поклоны каждой, поимённое обращение занимали порядком времени, зато помогали оценить получше обстановку. – Госпожа Ча-Ан Римма... госпожа Т`Ках... – но совершенно не помогали вспоминать то, чего Этита сначала не знала, а после забыла.
Какая фамилия у Анки-нлианки?! Ну, была-не была:
Уважаемая Анка... госпожа Винтер... Дини! Как здорово, что все вы здесь сегодня собрались!

[NIC]Этита Хаас[/NIC] [AVA]http://forumuploads.ru/uploads/000d/ad/95/2/64255.jpg[/AVA]

Отредактировано Элеонора Рыткевич (09-08-2020 21:05:43)

+4

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » Приют странника » Глава 4. Четыреста капель валерьянки и салат! » Сезон 4. Серия 43. Семь Белоснежек и гном