Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Будущее » Однажды, в студёную зимнюю пору...


Однажды, в студёную зимнюю пору...

Сообщений 1 страница 29 из 29

1

Время действия:
Место действия: Земля, Альпы. Гнездовье ПаукоМедведей.
Действующие лица: Сигррлин "Игла" Лиуону, Йи Дэи Дамхан, Драэрт.

https://sun9-22.userapi.com/c855620/v855620940/166c91/WhiN9YuVbtY.jpg

+1

2

Шелест позёмки, свист ледяного ветра в колючих сосновых ветвях, лёгкое поскрипывание мачт стволов… тишь, благодать, красота.
Жалобно звякнул воздух, вспоротый молниеносным движением вскинутого и тут же опущенного топора, глухой удар по деревянной чурке, раскалывающий её ровнёхонько пополам, и ещё парочка стуков – от, собственно, падения заготовок на землю, рядом с уже основательной горой таких же.
Х-х-ха! – удальской выдох, сопровождающий действие, был исторгнут Медведицей с истинным наслаждением. Литые напряжённые мускулы перекатывались под бледной кожей – дуэнде, как всегда, занималась своим любимым (как оказалось) делом в старой безрукавке и драных, видавших виды, штанах-карго, оставшихся, видать, с флотской службы. Щепки, летящие в стороны и впивающиеся в плечи, мелкие льдинки – всё это, кажется, не причиняло ей никакого неудобства. Медведица была увлечена до предела и с маниакальным энтузиазмом крошила очередную партию дров, предусмотрительно заказанных Пауком. Она была признательна своему консорту за внимательность к её развлечениям, но ни за что не призналась бы в этом вслух – много чести!
К тому же, сейчас она была на него зла.
Ещё чего удумал! Посмел даже ей угрожать!
Глухой удар возвестил о том, что топор прорубил чурку и глубоко воткнулся в толстенную подставку. Снова.
С ворчанием, Медведица упёрлась ногой рядом с лезвием, покрепче ухватилась двумя руками за рукоять и с гиканьем выдернула орудие труда.
Дурацкая заточка… – проворчала она себе под нос – разумеется, зря. Она прекрасно знала, что была исключительно несправедлива к земным приспособлениям, и, конечно же, понимала, что её собственные топоры совершенно не подходили для такой простецкой работы. Что совершенно не мешало ей гундеть. Принесли же черти Паука!
А сейчас, видишь ли, с дочкой захотел побыть! Соскучился!
Медведица машинально оглянулась, безошибочно находя взглядом окна детской. Дрожь легчайшего марева не была помехой дуэнде – тем более, что она-то точно знала о наличии силового барьера. Сама устанавливала! Впрочем, в том и был просчёт – по следу внеземных технологий Паук и вычислил… нет, конечно, совсем не потому, что она не придумала ничего лучше, как забуриться с отпрыском в его дом.
Вероятно, потому что уже привыкла считать его собственной «берлогой», безопасной и уютной, насколько это вообще было возможно.
Мускулистые плечи поникли, когда вместе с очередным выдохом, отмеченным облачком пара, из Медведицы вышла и злость. Гнев был слишком иррациональным, потому и сбежала на улицу, не желая продолжать разговор с мужем. Коробило, что, в целом, он был прав – но и она ведь тоже! Просто он совершенно не желал воспринимать её аргументы!
Точнее, может, он бы и прислушался – Паук, всё же, был достаточно умным мужиком, – если бы она их удосужилась озвучить. Но с какой стати?! Как она сказала – так и будет! У этого ребёнка будет вся возможная опека и безопасность, какую сможет обеспечить слияние всех доступных технологий всех миров. Она будет расти в любви, обожании, и станет достойной наследницей! Что, вообще, не понравилось этому кретину?!
С глухим рычанием Игла развернулась и плавным, но мощным замахом, воткнула топор в подставку – до самого обуха.
Подобные эмоциональные качели выбешивали её до последних пределов. Мысли дёргались в разные стороны, покой и почти что чувство вины сменялись яростью. Она честно пыталась обратиться к Дару дуэнде и разобраться – что не так с физической формой, но за многие годы этот навык почти полностью истёрся из памяти, за ненадобностью.
Рыжеволосая женщина понуро стояла, глядя на гору наколотых дров. Собирать их в дровяник решительно не хотелось. Идти в дом… тоже. Несмотря на то, что там находилась и дочь, к которой её тянуло прямо-таки магнитом. Но в глубине души Игла понимала, что с Пауком дитя в полной безопасности – так что позволяла себе подобный раздрай.

+6

3

В этот раз он приземлился головой вниз. Вроде бы выбрал по экранам плотное однородное поле, перепроверил радаром, аккуратно [как дурак] пролетел ажно три раза сбоку, сел аккуратненько, выдохнул, и всё равно удивился, словно в первый раз, когда под птерокаром прогнулось то, что он посчитал за твердую поверхность (привет, ошибка измерений радаров), ухнуло, скрипнуло, скрежетнуло и просело. Теперь верный друг лежал, подрагивая, башкой вниз в том, что оказалось не торчащими из снега кустиками, а заметёнными снегом по самые макушки елочками. Из смеси сугроба, немедленно схватившегося обратно в лёд снега, растопленного было горячим пузиком псевдоживого корабля, поломанных сучьев, обломанных веток и каких-то совсем не гостеприимных камней.
Ящер поежился, рассматривая из ближайшего сугроба сложившуюся ситуацию – для того, чтобы вылупиться из этой снежной скорлупы, нужен был чан с кипятком, которого у него не было, костер, которого у него не было, топор, котрого у него не было и мозги, которых... А, нет, этих немного было. А вот энергетических ресурсов не очень – он, честно говоря, и сел так высоко, чтобы дать птерокару зарядиться от жаркого в горах солнышка. Теперь же и этот план отменялся. Хорошо еще, что Аэ был существом запасливым скаредом и барахольщиком и, пока внутренние помещения «Летучей Драконы» не переполнялись, хранил там на память всякое: антиванский фарфор тонкой выделки [самую чуточку треснутый], свернутые в трубку и полные восточных жучков [и колорита] ковры, любимый силовой гамак, водные лыжи, бухту уроборических верёвок, пригодных для полноценного лазания, старый холодильник с водным охлаждением, надувной мяч, запасную камеру от какого-то колесного средства, набор медных отмычек, полный короб проводов и всякие другие неизменно ценные вещи. Разумеется, ничего снегоступного в этой коллекции пока ещё не было, но, судя по обстоятельствам, должно было немедленно завестись. Вот, например, те две большие крышки от давно опустевших бочек... Ящер примерился к ним, осторожно превозмогая собственную сокровищницу в их сторону и с сожалением их отложил – для того, чтоб ими шагать, они весили, пожалуй, многовато. Спустя еще примерно полчаса выбор его решительно остановился на водных лыжах. В конце концов снег, это тоже своеобразная вода, просто комковатая немного. Итак: топор, кипяток, огонь. Можно не все сразу, а по очереди. И точно не здесь, наверху, а скорее где пониже.
Чуткое ухо недодуэндэ вроде бы уловило ритмичные звуки где-то внизу и теперь, рассекая на лыжах преимущественно сверху вниз, Ящер считал, что, пожалуй, даже рулит в примерно ту сторону. Ну, кроме тех моментов, когда его «вниз» было слишком уж вниз и на выдохе он издавал ЗВУКИ!
В конце концов, храбрость никогда не прописывалась исключительно тихой и беззвучной.
Зато можно считать, что я вежлив и предупреждаю о своем прибытии, – ещё успел подумать Ящер, сваливаясь ещё немного вниз вместе с небольшой снежной лавиной.
А как, интересно, я буду тормозить? – не успел подумать Стрекозел, выезжая на какой-то почти ровный, но не очень длинный кусок поверхности.
Ыыыы?

+6

4

Чуткий слух дуэнде издалека уловил те самые изменения в правильной картине шумов горного леса. Этим, в общем-то, и нравилось обиталище Паука Игле – тишиной и прекрасной слышимостью на многие мили вокруг. Впрочем, горы же создавали и причудливую обманку рокотом далёких лавин, обвалов и сходов.
Но услышать и оценить приближение снежного ската непосредственно к их жилищу – Медведица смогла без труда. И это насторожило её максимально, поскольку Паук задолго озаботился тем, чтобы их жилище находилось в полной безопасности и им не угрожало однажды поутру найти себя запертыми в снежной тюрьме.
Впрочем, развернувшись лицом к опасности – как и было положено встречать ту – Игла всё равно, как в замедленной съёмке, наблюдала процесс «нисхождения» очень, очень странного лыжника, который то ли убегал от скромной лавины, то ли…
Это было не важно. Двуногое, прямоходящее (сейчас – очень условно), лишённое перьев, вторгалось на территорию ПаукоМедведей. На территорию логова Сигррлин, где, в данный момент, находилось нечто, невероятно ценное – куда ценнее супругов дуэнде вместе взятых.
И у Медведицы с подобными вторженцами был короткий разговор.
Иди сюда… – поудобнее перехватила рукоять топора, который невесть когда успела выдернуть из подставки. В жёлто-зелёных глазах плескались азарт и ярость – давненько Медведице не доводилось рубить что-то, кроме дров! Двуногое, лишённое перьев – подойдёт.
Ветер донёс тихое и сдавленное «ы-ы-ы» – вопреки законам физики, должным уносить звуки далеко за спину лыжника, вместе со снегом. Впрочем, одновременно с этим, Игла осознала и то, что незадачливый гость движется, всё же, не прямо в дом, а чуть вбок, и делает это как-то…
Кстати, а где его палки?
Игла плавно выпрямилась, перетекая из позы «бэттера» в более свободную, с закинутым на плечо топором. Тёмная мешковатая одежда, странной формы лыжи, отсутствие палок и вообще хоть какого-то горнолыжного снаряжения… что?
Мысль Медведицы забуксовала.
Лыжи гостя – нет.
Пологий скат чуть в стороне от дома был коварным и не самым безопасным. Хотя бы потому, что завершался вскорости живописным обрывом – укреплённым, понятное дело, от осыпания – но лыжника это вряд ли спасёт.
Первая мысль «туда тебе и дорога» была продумана, но сметена в сторону. Порыв порубить лыжника в мелкий фарш также успешно забылся.
Ногу на пятку! Поставь ногу! На! Пятку!!! – сложив ладони рупором, прокричала «гостю» Медведица. Гортанный низкий голос с рычащими нотками был явно заточен под выкрикивание команд во время боя – особенно когда откажут внутренние системы связи, так что бороться с нисходящим потоком снега она могла без труда. Таков был её скромный вклад в спасение незнакомого человека, а уж воспользуется он им, или нет – его дело.

+7

5

Но ведь если я выстрелю, шарик испортится!?

Если бы Аэ знал, что ему, пусть мысленно, отказали сейчас в перьях, он бы всерьез обиделся.
К счастью, ничего этакого он не уловил, напротив, ему показалось, что его вроде как пригласили, ну, скажем, завернуть на огонек и всё такое.
А еще у милой женщины, которую он проезжал на скорости практически свободного падения, точно был топор. Ящер видел этот топор, как наяву, до малейшей детали, и видел даже крепкую руку на этом топоре, и возжелал.
Топор, естественно, он все же был кое-как, но воспитан.
Ещё немного – и пришлось тормозить. Более всего Аэ любил тормозить в сено, силовой барьер и толстых американцев, с незначительным отставанием шли клумбы разного рода, надутые газом шары и стопки тканей. Также годились полотнища, батуты, натянутые поперек веревки, кони и их всадники, груды песка и чаны с жидкостями. Камни и жёсткие деревья занимали в списке примерно предпоследнее место, но выбирать особенно было не из чего. Камни, деревья и снег. О, снег!
Ящер даже услышал совет, данный в повелительном наклонении, завалился было на пятку, прослушал обещание сделать хрусть от соответствующей коленки, и понял, что если вдруг послушается совета, то вторая нога из-под него уедет и шлепнется он... Правильно, прямо на хвост. Это было невозможно. Немыслимо! Ни один Летающий Ящер бы никогда!
Стрекозёл не успел как следует возмутиться, но пятую точку решительно отклячил назад, – хвост, он превыше всего, даже если и воображаемый.
Крылья-рукава горе-лыжника распахнулись, будто он пытался так как-то перекошенно взлететь, хлопнули надувшимся парусом, и почти паривший было над снегом Ящер воткнулся ртом прямо в сугроб, пропахивая себе лицом и в целом носом спасительную тормозную колею.
Звуки, какие бы там они ни были, основательно вколотило в него обратно чуть не до желудка, да и вообще ощущение было таким, будто снегом нашпиговало насквозь. Судя по колеям, образованным открытым ртом и раскинутыми руками, здесь приземлялся не то чтоб один небольшой Ящер, а цельный дракон. Трехголовый. Без шасси. Из груды тряпья бодро торчал вверх воображаемый зеленый и чешуйчатый хвост, практически ощутимый любым существом, хоть немного склонным к эмпатии.
ТОПО... Р!!

+6

6

«Гость» послушно попробовал было воспользоваться её советом, но, очевидно, что-то пошло не так, и он завалился носом вперёд. Ну, тоже вариант, хотя, когда Игла прикинула скорость передвижения субъекта и оценила длину траншеи, пропаханной им в застывшем снежном насте – предположила, что от лица у гостя не осталось ничего. Стёрлось.
Лавина, которую он ненароком спустил, оказалась поймана деревьями и кустами, которые каким-то чудом пролетели мимо лыжника. Так что, условно, ему повезло, что он не оказался погребён под снегом – а то если начать раскапывать, то можно ненароком и лопатой перерубить болезного…
Лопаты у Медведицы не было, но топор был в руке, когда она, ничуть не переживая за первоначальный эффект, направилась к неудачнику.
Или везунчику, это как посмотреть. Крови или кусков тела, потерянных по дороге, было не видать. Стало быть, обошлось без открытых переломов! Ну вообще красавчик!
Вблизи «недоразумение» выглядело ещё более комично – правда, Игле стало не до смеха – взрыхлённый снег надёжно топил её ноги по самые бёдра, и за каждый шаг приходилось буквально бороться. Так что перед гостем предстала, в итоге, запыхавшаяся массивная рыжая бабища, использующая топор на длинной ручке, скорее, как трость.
Уф-ф… ну здравствуй, хвостатик, - невесть почему назвала его так Медведица – никакого хвоста вблизи не наблюдалось, правда, поза, в которой замер гость, и из которой пытался что-то вещать, выглядела отчаянно странно. Собственно, она выглядела так, будто расхристанное недоразумение как раз-таки и оберегает хвост, но ведь его-то не было и быть не могло!
Вещать выходило плохо, поскольку звуку необходимо было преодолеть знатную преграду в виде набившегося вовнутрь снега. Но незваный гость был упорен.
А ещё её страшно смущали ядовито-зелёного цвета лыжи. Благодаря Пауку она уже успела немного познакомиться с местным развлечением – горными лыжами, и вот эти совершенно на них не походили. Впрочем, Игла не была достаточно искушена, чтобы отличить водные приспособления от горных, да ей это было и не нужно – зато она точно знала, что в комплекте идёт кое-что ещё...
Ты что, палки потерял? – поинтересовалась дуэнде сочувственно.

+5

7

Я не прростужусь! – попыталась маленькая девочка остановить родителя в процессе натягивания на неё зимнего комбинезона. – Я смотрри, в носочках и с длинным ррукавом!
Маленькая Ольги, и правда, совершенно не боялась холодов. Да, в принципе, это бесстрашное создание четырёх с хвостиком лет от роду мало чего боялось (кроме гаснущей улыбки на лице отца и яростного материнского рыка).
А я и не говорю, что простудишься. Так, ручки сюда... ну вот зачем тебе это в рукаве?.. – Йи вытянул зажатую в кулачке пушистую зелёную, с голографическим блеском, гирлянду.
Чтоб крррасиво! – как и все, только-только освоившие пррравильное звучание РРРРРРР, Ольгрейна Дамхан Лиуону с удовольствием повторяла, повторряла и повторрряла этот звук.
Так в рукаве же никто не увидит. Хочешь, повяжем на шею вместе с шарфом?
Хочу без шарррфа!
Тогда оставим дома.
Ладно... давай... – смирилась девочка с неизбежным.
Много времени сборы всё равно не заняли, и очень скоро папа с дочкой выбрались во двор аккуратного домика.
В воздухе висела снежная пыль. Неудивительно, ведь только что прокатилась лавина. Странная, которую ничто не предвещало... кроме подрагивания «паутины мира».
Чужак рядом.
Ещё одно живое существо.
Где будем маму искать?
Там! — уверенно потащила Ольги на ту сторону дома. – Тут! Мама! Мама! Там сугрроб, не дррова!..

Отредактировано Йи Дэи Дамхан (10-01-2020 23:37:26)

+5

8

Нет! Их, вон, полный леф...
Да, ответил. Правда, сперва полежал на снегу, распластавшись в тонкую плёнку, а потом, наплевав на приличия, покопался во рту руками, горстью вычерпывая снег. Но сказал же! Почти членораздельно. А потом еще ухватился за челюсть и нос, чтобы хрусть! Потому что если заживет вот так, наперекосяк, потом же на себя в зеркало без содрогания не глянешь, не то чтоб располагающе выглядеть, или...
К тому же палок вокруг и впрямь был полный лес, только вот они Аэ совершенно низачем не сдались – в отличии от Хозяйки Стрекозел опыта катания на не-водных лыжах не имел, да и вообще в такие погоды старался не забираться. То ли дело тропики. Влажно. Жарко. Солнышко светит. Вокруг фрукты висят. Крокодильчики плавают... Ну, и лыжи водные, конечно. Так что палки лишние, а вот тросик... Аэ очень аккуратно приподнимает голову, оглядываясь назад, за кляксу раскоряченного по снегу абаса и понимает, что, в общем, и без тросика вполне смог.
Ты где? – собирает он все же вопрос из «Ты кто?» и «я где?» .
Большой, словно странное облако, знак вопроса начинает летать по кругу вокруг полупогребенной в снегу головы, указывая на некоторую растрепанность чувств приземлившегося.

+6

9

Игла была озадачена отповедью заснеженного товарища – но куда сильнее её впечатлила процедура вправления… лица. Без тени боли или неудобства, мужчина взял и сделал пару точных «хрусей», да так привычно и сноровисто, будто ему приходилось такое вытворять по пять раз на дню. Необычно, что тут скажешь.
А необычное – совсем не обязательно значит «беспомощное». Скорее, очень даже наоборот.
Топор шоркнул по снегу, взмывая и легко укладываясь на плечо – с такого-то ракурса всяко бить сподручнее, чем снизу-вверх. Женщина стояла над поверженным лавиной лыжником и непонимающе щурилась. Странный он. Странно выглядел, странно пах – хотя здесь и сейчас ей обоняние начисто почему-то отбивал снег. Чистый, прозрачный… и этот… этот тоже казался «чистым и прозрачным». Непонимающим. «Затупленная», она, всё же, улавливала отголоски его эмоций, но не спешила доверять первому впечатлению.
Ты что, слепой? – «лыжник» смотрит то ли на неё, то ли мимо – так что вопрос, вероятно, уместен. Впрочем, вдруг он головой ударился? Точнее – он совершенно однозначно ударился, вопрос – насколько критично?
Ма-ма! – ветер в спину несёт с собой, кроме снежинок, звонкий чистый голосок, и внутри у Медведицы всё переворачивается. Не вовремя!
Женщина леденеет бело-пламенной статуей, длинные грубые пальцы сжимаются на рукояти топора. Ей нет нужды поворачиваться назад – дочь и мужа она чует. Это – свои. А вот это – чужак. Вторженец.
Никаких лишних движений, увижу оружие – убью сразу, понял? – как обычно – груба и порывиста, под влиянием эмоций – ведь что может быть сильнее и страшнее материнского инстинкта? Только материнский инстинкт той, кому на роду проклятием было запрещено иметь детей когда-либо в жизни и предназначалось уйти в забвении.
Давай кратко и по существу – кто такой, откуда, зачем сюда припёрся? – вопрос отрывисты, лающие – голос под стать внешности, хриплый и рычащий.

+5

10

Паук придерживал за шарфик – и за мишуру! – рвущееся в бой на помощь маме дитятко и всматривался в «сугроб».
Медведица, редко когда замечавшая всегда готовые приласкать её восемь дополнительных лап родного мужа, вряд ли могла оценить шикарный изумрудный хвост, вызывающий писк восторга у Ольгрейны.
Хвост устало и болезненно подрагивал над сугробом.
Он как мои глазки! Он как моя мишуррра! пищала, подпрыгивая и размахивая всеми лапками девочка.
Ей так хотелось подойти поближе и поймать дымчатую загогулину, что порхала, как бабочка летом, вокруг сугроба с чужаком.
Какой он крррасииивыыый! Мама, мама! Уберрри топоррр! Он же не дрррова!..
В данный конкретный момент то существо, с которым вступила в диалог Сигррлин, не казалось Йи несущим близкую и явную угрозу.
Ну да и он сам редко когда мог показаться особо опасным... вот хоть сейчас. Заботливый папочка с маленькой дочкой, тысячи таких на этой планете. Но...
Но паутина всегда дрожит на грани, за гранью реальности. Паутина, лечение, паутина, защита своим, паутина, увечья врагам: кто-нибудь в здравом уме и трезвой памяти поверит, что стильная такая дублёнка с меховыми отворотами и деревянными пуговицами на папе скрывает в себе и под собой целый арсенал оружия, от метательных ножей в рукавах до небольшого обреза под полой.
Йи заговорил самым добродушным из доступных голосов, настоящий такой хозяин дома, в который постучался в буран заледеневший путник:
Леди! Может, пусть, сначала выберется из сугроба?..

+5

11

Alms for an ex-leper (c) M. P.

Ты что, слепой?
Уже нет, – честно ответило нечто-в-снегу, отплевав, наконец, весь снег до конца. Жизнь сразу стала приятнее, теплее [внутри], мокрее [снаружи] и красочнее в радиусе ближайших нескольких метров. По крайней мере если эта снежная женщина опустит топор ему прямо на голову, красками окрестности точно заиграют. Наверное именно это заставило Ящера прикусить язык и не сказать честное «Понял, не увидишь», в ответ на прямую угрозу. Всё же, как бы сильно он ни упал [головой в том числе], реальные угрозы от кажущихся Аэ примерно отделять умел. Так что ничего такого провокативного он не сказал, только неспешным движением поднял обе изукрашенных драными рукавами руки с расписными пальцами вверх, демонстрацией мирных намерений, древней, как само понятие оружия.
Понял, – сообщил гость нетрадиционной окраски...
И практически мгновенно ушел под снег с головою, когда хлипкая снежная корка, на которой он держался распластавшись, прогнулась и провалилась под острыми тощими коленями.
Теперь над поверхностью снегов виднелся только самый край головного убора пришельца, напоминающий намотанное на шляпу полотенце примерно пятиметровой длины, и, для тех, кто видит, самый кончик от кончика хвоста. Аэ не знал еще толком, что именно ему нравится меньше – топор на плече дамы, или наличие где-то за ней детского голоска, звонкого как колокольчик. Да еще голоска, который, похоже, видит что-то не совсем то, что нужно, потому что Аэ, конечно, считал себя красивым, как всякий закаленный в боях с суровой реальностью павлин, но после таких торможений все же льстить себе был не склонен – целым и «красивым» у него оставался разве что бережно сохраняемый хвост.
Интересно, это её детеныш, или дама просто психопатка?
Не такой уж и летучий уже, Ящер тихонько шмыгнул носом и решил признаваться честно:
Меня зовут Аэ, я на вас мимосверху упал. Извините. Я не хотел, но тяготение, понимаете... Тащщщит вниз, как ни юли.
Не самую удачную форму своего ответа он понял почти сразу, даже до того, как гадские своевольничающие слова успели целиком выскочить изо рта, так что был готов при малейшем движении мигом юркнуть в дальние глубины сугроба. Как последняя ящерица.

Отредактировано Драэрт (11-01-2020 15:09:35)

+6

12

Игла задрожала внутри – не позволив тому просочиться наружу хоть как-то. Дочь… доченька. Малышка спешила к ней, спешила к незваному гостю, а Медведица никак не могла позволить себе в присутствии дочери уничтожить то, что понравилось той.
«– Надо было сразу его мочить… а ещё лучше – скинуть с горы. Под снегом бы не заметила...» – запоздало-досадливо подумала Рыжая, но теперь-то что. Всё, поздно. Ольги узрела новую забаву для себя, и всё, что могла сделать Медведица – покориться.
Конечно, моя хор-р-рошая, – проворковала она, внезапно, совершенно другим голосом – нежным и ласковым, тем более, что «гость», вроде как, проявил достаточное благоразумие и понимание её приказа. Стало быть, башку не стряхнул окончательно.
Но в ту секунду, как Игла хотела протянуть руку, чтобы поднять страдальца из снега – тот ухнул куда-то вниз, минимум, на метр!
Йи, назад! – рявкнула она мужу, справедливо полагая, что тот догадается забрать и любопытную малышку – что, если каверны под снегом располагались не только в районе «лыжника» и, соответственно, Иглы?
Она, на самом деле, замерла, пристально оглядывая снег под собой – чуть иначе, чем было доступно обычным двуногим тут, в поисках полостей. Таковых, к её удивлению, не нашлось – значит, просто там, ниже, снег не слежался достаточно, и, потревоженный цветастым чучелом, просел.
«Чучело», от которого остался один мокрый тюрбан, затараторило, отвечая, очевидно, на поставленный ею вопрос – это Иглой отмечено было с одобрением. И сбивчивость его нисколько её не смутила – тяготение, оно и понятно. Сверху-вниз, гравитация – бессердечная сука.
Как ни крути, – машинально поправила она, осторожно опуская топор вниз. Сделала шаг вперёд, протягивая раскрытую ладонь.
Хватайся. Только осторожно, – приказала Медведица, поглядывая под ноги, которыми зарывалась в снег уверенно, но намного, намного глубже, чем этот горе-лыжник. Впрочем, он даже с виду казался ей значительно более щуплым и хилым, чем тот же Йи. А она была крупнее и тяжелее мужа.
Будем тебя спасать, мимо-летун.

+6

13

Ситуация близилась к логическому завершению.
Супруга проявляла чудеса выдержки – хоть Йи даже начал переживать, что, заслышав колокольчик голоса дочки, Медведица на месте ликвидирует потенциальную угрозу в виде случайного гостя.
Но нет, сдержалась.
Аэ. Аэ. На поверхности памяти уже всплыли три варианта носителей такого имени, но Йи был уверен, ни его давний местный пациент-азиат, ни бабушкин ухажёр, ни молоденький Зимородок не могли оказаться здесь, на Земле, в Альпах.
Этот, незнакомый, разговаривал как-то странно.
Уиииии!!! – восторженно завизжала Ольгрейна, когда от обладателя красивого хвоста на поверхности сугроба остался только крохотный кусочек хвостика.
О, Йи тоже умел падать мимосверху. И набрасывать паутину вточкуснизу: если потревоженный вознёй снег решит, что и так уже пролежал тут непозволительно долго, надо быть готовым тормозить начало новой лавины.
Ольги, лапка, а давай играть в Спасателей? – быстро проговорил Йи, двумя руками переставляя дочку поближе к дому. – Я буду Бернард, а ты мисс Бьянка, ты попросишь меня спасти леди и ящерку, я буду спасать, а ты в меня верить?..
Игррать! Давай! – запрыгала на месте Ольги. – Давай! Спасай! Я веррю!.. Я задеррржу Медузу, если она к вам полезет!..
Девочка принимала воинственные позы с плакатов с супергероями, и у Йи была, пожалуй, почти целая минута, чтобы помочь жене вытащить мимосверху свалившегося на их головы Аэ.
Прыжок, шаг, ещё, всё. Йи дотянулся до плеча супруги, заранее приняв наиболее устойчивую позу:
Тяни сильнее, я держу. Глубже не провалимся.
Тяни, Берррнарррд! Берррнарррд! Я в тебя верррю!.. – сурово пищала мисс Бьянка.

+7

14

Некоторое сожаление, прямо-таки расходящееся волнами от суровой дамы с топором Аэ трактует совершенно однозначно:
Я больше не буду!
Идеальная словоформа для всех случаев сожаления о не-сделанном с ним чем угодно.
Честное упадническое!
Внутренний ящер в нём замирает от внезапных резких звуков и смены диспозиции, но в целом Аэ настроен скорее оптимистично – руку всё ещё дают, топором по голове все ещё не дают, убить тоже вроде не обещают и даже не хотят, хотя... Он, аккуратно замотав обратно при приближении самца все те части лица, которым положено в таких случаях быть замотанными, осторожно выглядывает из-за сугробной кромки и в преувеличенном немного опасении округляет старательно подведенные чорным глаза:
Ай-ай, – достаточно громко думает Ящер вовне, – какие вы слишком большие и сильные, намного больше одной маленькой ящерки.
Главное в таких внешних, почти избыточных мыслях – честность, и Летучий честно пугается, не допуская в своих эмоциях ни капли фальши. Впрочем, для освежения эмоциональной картины ему достаточно снова посмотреть на топор.
Он даже немного подается назад, когда вот этих, опасных, становится ровно вдвое больше на том расстоянии, что уже точно считается небезопасным, неторопливо моргает пару раз, а потом все же плавно протягивает сухую тощую ладонь навстречу этому совершенно неприличному жесту.
Хватаюсь, – честно сообщает он, мягко-мягко оплетая цепкими сухими пальцами протянутую ладонь, – только не дергайте меня, как корнеплод, будьте так добры?
Весит он не сильно больше той самой пресловутой репки, поэтому снег под ним не сильно сдвигается в стороны и вниз, разве что немного приминается, а все слои немного рваной теперь одежды мешают как следует рассмотреть, что же там куда опирается теперь, когда он стоит.
Аэ, очень приятно, – пожимает он чужую руку, – а вы – Леди? Значит, вы – Бернард?
По его смутным, немного перемешанным представлениям о вежливости именно сейчас стоило бы обменяться именами и прочими формальными залогами взаимоуважения – просто потому, что отсутствие движения снега Ящер чутко чует, а попытки «спасать» себя вдвоем искренне воспринимает элементом театральности, как вот те позы, что юная дева принимает чуть дальше.

+6

15

Медведица моргнула, когда найдёныш, внезапно быстрым и слегка высоким голосом – в точности как Ольги! – выпалил про «не буду!». Ещё и честное слово приплёл, правда, какое-то странное, но она уже поняла, что у гостя были какие-то проблемы с подбором слов, так что поправлять не стала.
За спиной же творилась сложнейшая и страшная операция по удержанию мелкой на безопасном расстоянии – с чем, справедливости ради, успешно справлялся Йи.
Вообще, Игла с ревностью отмечала, что у супруга намного легче получалось справиться с дочкой, хотя и решительно не могла понять – почему. Она же всё ещё разрешала! Ну, кроме того, что могло ей навредить (а вредило почти всё). Так ведь это же от заботы! Она бы никогда не простила себе, что с доченькой что-то случится по её недосмотру или попустительству. Но с каждым месяцем становилось всё сложнее, и Медведица не могла не отметить, что это сопряжено с активным периодом болтовни мелкой. Это её пугало, потому что дуэнде совершенно не понимала, что и как отвечать ребёнку, задающему прямые, честные и наивные вопросы.
А Йи – знал. Чёртов Паук.
Злость полыхнула и тут же погасла, когда лёгкие птичьи пальцы легли на её широкую ладонь. Предупреждение прозвучало вовремя, тем более, что и супруг тут же присоединился к операции, и Медведица самую малость расслабилась, отпустив изрядную долю напряжения, когда поняла намёк Паука – «держит». Славно. Значит, можно не вышвыривать гостя из снега на десяток метров к дому. Хотя могла бы, да – это Игла поняла сразу, как только осторожно потянула его на себя, делая скользящие движения ногами в снегу, аккуратно трамбуя тот под пятки – для устойчивости.
Он был поразительно лёгким. Строго говоря, большую часть веса, вероятно, на нём сейчас составляла мокрая одежда. Тощий, сухощавый… простудится, как пить дать.
Позади верещала Ольги, подбадривая папу и маму… точнее, нет. Маму, оказывается, тоже спасал папа!
«– Ну, погоди, засранец… герой-спасатель!» – прорычала она мысленно, словно в диковинном танце отступая от «опасного» места ещё на несколько шагов и оказываясь на относительно крепкой поверхности. После чего – за руку, как держала — вздёрнула незнакомца над снегом, мягко перехватив его за запястье.
Боже, щепочка. Ей даже руку не пришлось напрягать особо – правда, мускулы вздулись, особенно чётко обозначившись вокруг причудливого браслета на плече. Одного из двух. Впрочем, местные жители воспринимали это вполне как причудливое украшение, но, разумеется, не как инопланетную технологию, которая уже давно перестала быть «костылём», и превратилась в грозное оружие.
А гость, видимо, воодушевлённый спасением, уже пытается жать ей руку – запоздало, Медведица вспоминает про этот обычай. Тоже – местный. И аккуратно сжимает пальцы в ответ.
Ну, Аэ… с прибытием, – кривовато улыбается, хотя и видно по ней, что она каким-то чудом умудряется не заработать косоглазие, стараясь одновременно смотреть на гостя и себе за спину, где отплясывает Ольги.
Леди? Нет, я… – хмурится быстро, покосившись на супруга. – Игла.
Звучит нелепо, грубо и абсолютно неподходяще – особенно сейчас.
Он… – замялась, потому что имя супруга звучало странно. А хотя… учитывая, что незнакомец представился как «Аэ», вряд ли на его слух именование нормального дуэнде-Паука звучало необычно.
Йи. И Ольги, – добавила она с короткой паузой, когда рядом послышалось сосредоточенно-восторженное спасение малышки, что была явно счастлива завершением операции. Машинально, Медведица вытянула «лапу» в сторону, преграждая мелкой путь, что явно намеревалась напасть на свою новую «великую любовь».
- Вам нужна помощь? - любезно поинтересовалась она, проявляя просто-таки чудеса вежливости и выдержки — на удивление мужу. - Медикаменты, инструменты, карта?
Ма-ма! – раздельно, но не потому, что ей было сложно сказать целиком, а из-за укоризненных интонаций. – Это же гость! И такой кр-р-расивый! Ему нужно пр-р-редложить чаю с р-р-рулетом!
С жёлто-зелёных глазах Медведицы — абсолютно таких же, как у малышки, отразилось тихое страдание. И покорность судьбе.
В самом деле, где мои манеры… – пальцы крепче сжались на рукояти топора – абсолютно бессознательно. – Обогреть, высушить, помочь. Принципы гостеприимности. Аэ, вы не откажетесь присоединиться к нам за обедом?
Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! Соглашайтесь! – прыгала на месте девочка, вцепившись обеими ладошками в руку матери, используя ту, скорее, как подставку, и мало воспринимая, как барьер.

Отредактировано Сигррлин "Игла" Лиуону (12-01-2020 14:14:37)

+7

16

Беря свою леди обеими ладонями за плечи – напряжённые, чуть подрагивающие от резко сменяющих одна другую эмоций – Йи, как мог, делился в этом прикосновении покоем и силой.
Силой.
Покоем.
По-ко-ем!
Ну же! Леди Медведица! Ты молодец, ты умница, ты чувствуешь дуэнде в нашем незваном госте и ведёшь себя, как пристало хозяйке рода, не по форме, не официально, всё правильно, всё, так и надо...
Не выпуская из рук плечи Сигррлин, чуть склониться к дочке, заодно подробнее осматривая гостя.
Здесь, на Земле, так старательно прятали лица туареги. Ремонтировал Йи как-то одному такому мозги, было дело... год вычищали больные клетки из мозжечка, чтоб не случилось рецидива – и ещё полтора продолжали держать прикованным к кровати, убеждали, что вовсе необязательно убивать всех нейрохирургов, медбратьев и психиатров, которым довелось видеть больного мужчину с открытым лицом.
Помогло внушению то, что доктор Бернхард Вальтер на глазах убеждённого религиозного фанатика обернулся демоном-пауком и немножко подчистил память бедолаги.
Ухватив взгляд дочки, Йи улыбнулся ей:
Мисс Бьянка! – для малышки это всё ещё игра. – Мисс Бьянка, вы же леди, кхм? Покажите нам, как пройти в ваш дом!
Ольгрейна продолжала прыгать, как маленький мячик, но уже по направлению к дому и с очень серьёзными, несмотря на нескрываемый восторг, интонациями звала за собой:
Прррошу! За мной! Прроходим!..

+5

17

Игла, очень приятно, – повторяет спасенный и даже почти не вверх тормашками, Ящер, привстает немного на цыпочки, округляя подведенные глаза, чтобы выразительно, но невесомо рассмотреть юную леди. Нет, это точно именно её детёныш, Аэ  почуял это больше, чем заметил и даже больше, чем заметил сжавшиеся на рукояти топора пальцы.
Очень рад, Ольги, мисс Бьянка, мэм, добрый вечер, господин Йи. Вы одновременно и Йи, и Бернард, верно?
Все так же, на цыпочках, плавным и обманчиво медленным танцевальным движением он разворачивается к мужчине, разглядывая его спокойно и внимательно. Да, разглядывая, отвечая на то же тем же, и совершенно непроизвольно топорща по спине «гребень» – да, делаясь немного больше, чем есть, колючее и несъедобнее на вид, примечая взглядом все, включая лапки [и усики], но не делая теперь ни одного лишнего жеста. Вижу-не вижу – не скажу!
Медикаменты – нет, спасибо. Карта нет. Спасибо. Кипяток и топор, если вам не жалко – я верну. У меня там, наверху застрял... Застряло... – как перевести на этот местный язык слово «птерокар» Аэ не знает и показывает просто, на пальцах, сцепляя ладони и делая ими невнятно-летающие движения, словно бы показывая летучую мышь. За макушкой незваного гостя сворачивается в многослойную фигуру сложный образ полета, падения, дыхания, охоты, красного, ребристого, летучего, полого, машущего крыльями, пышущего огнем, сворачивающегося в яйцо и снова пробуждающегося, пляшущего в пламени, разумного, яростного, голодного, спящего, тощего. Всё сразу, без перетекания одного в другое – всего одновременно.
И рррулет, конечно, тоже, благодарю.
Аэ не готов прыгать вверх и вниз, но если нужно – готов, а значит, внимательно смотрит на то, как за детенышем последуют взрослые. Подпрыгивая? Скача на одной ноге? Он готов соблюдать местные традиции, закрывая ли лицо или резво изображая мяч.
К счастью, прыгать, похоже, было не так уж нужно – по крайней мере, никто из взрослых не прыгал по дороге в большой [Аэ позволил себе округлить глаза в удивлении] дом. Много этажей. Много окон. Много комнат.
Впрочем, именно комнат гость, похоже, не опасается, как и защитных систем и полей, которые словно и не замечает, поглощенный тем, чтобы собрать и привести в порядок свою рванину, долженствующую волей обстоятельств изображать теперь парадный гостевой наряд.
А вы прямо тут живёте все сразу?

+4

18

Удивительное дело – гость Аэ ведёт себя ровно, как подобает порядочному и разумному пришлому, пусть даже и незваному. Он спокоен, кроток, отвечает по существу. Внимателен и вежлив. Можно сделать скидку на его ошарашенность, вот только…
Вот только Игла видит ту самую плавность, свойственную либо утончённым танцорам, либо смертоносным убийцам. Опыта и разума ей хватает, чтобы сделать вывод, что убийца не станет этого демонстрировать. Конечно, всегда есть вариант вложенных ложных посылов, чтобы запутать жертву, но та же практика намекала, что все эти «вложенности» хороши только для дешёвых бульварных романов. Нормальные живые себя так не ведут. Они стремятся к простоте.
Медведица не понимала, что такой ясностью и последовательностью мышления она, в первую и главную очередь, обязана исподвольным действиям мужа. Впрочем, как показала практика – он и не ждал понимания или даже благодарности. Просто делал то, что было дОлжно делать консорту, и не жаловался на свою вспыльчивую благоверную.
Попробовал бы.
Гребень и образы – всё идёт почти мимо женщины, что следует за скачущей малышкой. Только смутное ощущение чего-то непонятного, мельтещащего и почти сбивающего с толку, но она легко отметает это бессознательным своим обращением в камень. Сейчас нужно незаметно деактивировать защитное поле, чтобы не вызвать лишних вопросов у чужака, но, благо, это делается дистанционно. Ольги – «свой», понятное дело, барьер её пропускает без проблем (за что, вероятно, спасибо Пауку – Игла-то настраивала силовое поле так, чтобы оно истошно орало, попробуй Ольги покинуть пределы безопасного «гнезда»). За ней идёт Медведица, беспечно перекатывая топор на широком плече из стороны в сторону, так что острая кромка лезвия чуть ерошит красно-рыжие волосы. Следом – гость, и замыкает шествие Йи, самую малость превращая это в подобие конвоя.
Всё будет, Аэ. Топор, кипяток – зачем бы ни понадобился. Если потребуется – починим ваш летательный аппарат, ну или поможем добраться до мастерской, коль своих рук не хватит, – успокаивающим тоном говорит Медведица, даже не думая о том, откуда взялось знание того, что этот смуглый говорил о планере или чём-то подобном.
Но сначала – согреться и обсушиться. Простуда – штука коварная, – рассеянно замечает, никак не обращая внимания, что её слова и её же внешний вид довольно странно вяжутся друг с другом.
Выход во двор перед домом, беззвучный мысленный вздох – гость за барьером, внутри. Последний раз напрягается загривок Медведицы, но, под радостный писк Ольги, шерсть укладывается назад, в покой.
Прямо тут, конечно. Где же ещё жить? – она озадачивается в который раз построению вопроса, понимая, как гулко звенит в ней пустая, остывшая уже злоба – по привычке. Эти игры в слова никогда не были ей понятны. Никогда она в них не была сильна.
Пр-р-роходим! – взвивается голосок дочери, что нетерпеливо топает ножкой уже на пороге, распахивая двери перед гостем и прыгая то в коридор, то обратно.
Ольги, милая… – беспомощно заикается Медведица, пытаясь попросить дочь не мельтешить, но стоит мелкой взглянуть на неё – все слова застревают в глотке, и рыжая глупо улыбается.
Ма-ам? – вопросительно уточняет девочка, но дуэнде только молча мотает головой – мол, всё хорошо. Задерживается у крыльца, несколько раз обстукивая ботинки – тяжёлые, флотские – о специальную приступку, сбивая снег, и только после этого заходит в дом, топор, правда, оставляя снаружи, у самой двери. Довольно небрежно, если не знать, что пара «дубинок» на бёдрах, больше похожих на причудливое «укрепление швов» – настоящие топоры, оружие, с которым Медведица не расстаётся никогда.
Садитесь к огню, – внутри – тепло, в которое окунаешься словно в горячий источник. Нежное, обволакивающее, полное роскошных ароматов – домашняя пища, запах горящих в камине дров, камень и кожа, дерево полов и шерсть накидок… Паук знал толк в уюте, или же, приглашая сюда супругу, озаботился тем, чтобы сделать уголок максимально привлекательным для неё. Упомянутый огонь потрескивал в камине, расположенном в комнате по левую руку от входа – огромная, по людским меркам, гостиная, полная всего остро необходимого для комфортной жизни… и, теперь, всевозможных детских игрушек, в количестве, превышающим все разумные меры. Куклы, звери, техника, оружие, электронные планшеты и настоящая бумага, световые перья и обычные карандаши, краски… все эти предметы буквально наводнили дом, и ступать следовало крайне осторожно, внимательно глядя под ноги.
Бездумно, без мысли о том, что тут, на Земле, так было не принято – именно Йи Медведица предоставляла возможность сейчас обеспечить еду и чай. Ольги, понятное дело, будет виться рядом с Аэ, а ей – надлежало продолжать охранять дочь. Однако, какой же, всё же, интерес у малышни к этому чужаку! Игла ощутила болезненный укол ревности. То, что малышка просто рада увидеть новое лицо и познать нечто свеженькое – она, увы, додуматься не могла.

+5

19

Я... – он мог и не делать этой паузы, уже мысленно просчитав все варианты представления имени.
Объяснять незнакомцу, назвавшемуся просто Аэ и старательно косящему под человека, что его имя – Йи Дэи Дамхан, из клана Пауков, а, простите, Дамхан Лиуону, и клан Медведей, на Земле известен как Бернхард Вальтер, а Бернард – игровое имя для дочки, которая вовсе не мисс Бьянка... как-то слишком уж долго. И... глупо. Да, именно так.
Я одновременно Йи и Бернхард, – улыбнулся Дамхан после паузы.
В точности так же, как улыбался своим подопечным в Приюте: пришить новые ножки? Да, конечно! Именно для этого я скрываю ото всех своё настоящее имя – Айболит! (С появлением Ольгрейны Йи в совершенстве изучал всю попадающуюся на глаза детскую литературу, ненавязчиво превращая дочку в полиглота).
Пёстрый «мячик» в шарфике с мишурой уверенно попрыгал к дому.
А дочку-то пора учить не только основам самообороны, но и правилам поведения в обществе! Показать, как ходят леди, и плевать, что это не у Медведей девочек учат спокойно носить на голове книги, держа осанку.
Одевать Ольгрейну на прогулку и раздевать после было святой обязанностью папы. Эта процедура, долгая, слезливая и громкая с обеих сторон в исполнении Иглы и её дочки, занимала считанные секунды, если за дело брался один папа Паук. Ап! И глазастая мелочь, уже без шарфа, шапочки, сапог и комбинезона, в попугайно-пёстром спортивном костюмчике летит в комнату, чтоб найти всё то, что нужно срочно сунуть в нос новому дяде...
...и пора напомнить разбалованной малютке, что, вообще-то, для игрушек есть коробки, для бумаги есть другие коробки, и вообще, порядок в жизни никому ещё не мешал.

В доме Йи первым делом, разумеется, уже раздев дочку, предложил гостю сухие меховые домашние угги, показав, где можно оставить промокшую обувь, уточнил заодно:
Пожелаете в душ, обращайтесь ко мне, подберу подходящий халат, у меня где-то был как раз цвета индиго, тёплый, махровый... можно будет переждать в нём, пока постираем и поремонтируем вашу одежду. Если, конечно, ваши убеждения позволяют принимать от чужаков подобного рода помощь.
Дядя Аэ! Дядя Аэ! Посмотррри! Я пирррат! У меня ойбля! Нет, са-бля! И я могу завязать глаз и быть одноглазым пиррратом! И хррромать! Как одноногая! – Ольгрейна, конечно, успела найти свою любимую новую игрушку и совала её в нос гостю.
Леди, уже удивившая мужа спокойствием, продолжала удивлять. Уверенная, радушная хозяйка... только казалась такой.
И ведь нет больше повода держать её за плечи!
Хм. Они же муж и жена. И не на официальном приёме, а у себя дома.
Йи по пути на кухню вроде бы мимоходом обнял Сигррлин, не целуя в шею, а шепча тихонько:
У меня там подготовлены рулька в пиве и окорок в фольге, что погреть на гарнир, макароны или картошку?..
Каждое слово – как рука помощи. Как напоминание: я держу тебя.

+5

20

– А мне, пожалуй, новые штаны, – сказал Снусмумрик. – Только они не должны выглядеть слишком новыми.
Да-да, конечно, Аэ сейчас «косил» под человека, а хвосты и гребни получались у него чисто случайно, от непривычки к сдержанности и общего вахлаческого расслабизма Ящерицы в его лице. Точно-точно. В целом Ящер был скорее противником межрасовой мимикрии, не стремясь, как правило, выдать себя за местного (во многом из-за неправильного для местных оттенка кожи), и, раз уж за своего выходить не получалось, старался приобретать образ наиболее комфортный и, чего греха таить, наиболее от обычности удаленный. Это за нормального человека сойти сложно, а за ненормального куда как проще выходит.
Сейчас, правда, всё в один тощий силует отлично утрамбовалось – и хвост, и гребень, и слишком уж откровенный сен-образ, и даже изрисованные части тела как-то незаметно втянулись поглубже в капустные наслоения разноцветных тканей.
Хватит-хватит, – торопливо участвует он в разговоре, отвергая с наскоку помощь всяких гипотетических мастерских, – только топор, кипяток и немного солнышка для еды.
Аэ не тяготится конвоем и послушно пр-р-роходит, притормаживая там, где все принимаются раздеваться до первого свитера: хозяйка снимает на входе топор, обтряхивает ботинки, хозяин (он же хозяин, верно?) – раздевает совсем еще маленькую леди, а Аэ, решившись, снимает промокшие насквозь сапожки и верхнюю, самую рваную теперь из своих накидок. Предложенных жарких и теплых сапог он аккуратно избегает, предпочитая остаться и вовсе босиком – проще отладить свою терморегуляцию, чем пытаться договориться с чужой и слишком теплой на вид обувью. Мыться он тоже не хочет, считая, что торможение в сугробе в достаточной мере ошкурило его лицо от налипших пластов грязи, если они там почему-то были.
Позволяют, благодарю вас. С удовольствием и неизбывным счастьем приму от вас в помощь иголку и нитку, – торжественно обещает гость, и сразу испуганнно всплескивает руками в широченных рукавах оставшихся при нем одежд:
Пираты, ах! – он обращается к хозяевам полным трагизма голосом и произносит: – простите, вынужден отказаться от огня, сейчас меня будут пограблять и убивать.
Он оборачивается к обладательнице са-бли и делает опасливый и очень маленький шаг от нее, готовясь дать неспешного дёру от грозной (и возможно одноглазой) воительницы.
Леди пир-рат, не тычьте в меня своей са-блёй, иначе я как бы умру и не смогу указать вам ключ к карте острова сокровищ! А он где-то тут! Выпал из моего кармана, когда я вас испугался. Наверное, закатился под те горы книжек. Идёмте же его искать!
Во всем этом гостеприимстве Аэ видел ровно одну проблему, решить которую он пока что не знал, как. Впрочем, она не была проблемой безотлагательной, скорее острой. А еще внутренний глас недорассудка показывал лицу неклассической национальности, что решать эту острую проблему лучше через хозяина этого дома. Вот только как до него... приватно добраться?

Отредактировано Драэрт (15-01-2020 14:17:43)

+5

21

Мелкая схватила игрушечное оружие – что, несомненно, погрело душу Иглы, хотя  на более глубоком уровне вызвало и лёгкое беспокойство. Про пиратов, в общем-то, именно она рассказывала Ольги – своеобразные мемуары, местами сглаженные (почти везде), превращённые в интригующие повести. Медведица этого совершенно не осознавала, но, хотя бы, увлекать малышку историями у неё получалось вполне сносно – девочка буквально впитывала все «сказки» и просила больше.
Но кто бы мог подумать, что именно про пиратов её заденет сильнее всего? Адаптированных под местные реалии прошлых веков, хе-хе…
...и немного солнышка для еды.
«– Солнышко для еды – это как? Фотосинтез, что ли? Чудной он, всё же...» – немного напряглась Медведица. Скрестив руки под грудью, плечом опёрлась о дверной косяк, наблюдая за рычащей малявкой, и почти против воли улыбалась. Ну и ладно, ну и пускай играет с гостем. Сколько тому гостю осталось…
А? – глянула она через плечо на мужа, что, как всегда, подкрался незаметно, уверенно и спокойно вплетая шаги в её мысли. Впрочем, она не была бы дуэнде, если б не могла извлечь из памяти то, что, на первый взгляд, прошло мимо её сознания. Именно потому, сладко зажмурившись при упоминании заготовленного мяса, она уверенно кивнула. – Картошку грей. К рульке она – самое то.
Пиво местное ей нравилось. Не всё, конечно, но встречались отдельные сорта, которые, несмотря на полную свою бесполезность в качестве хмельного напитка, очень радовали её качеством вкуса. Блюда, приготовленные Пауком – неизменно радовали дуэнде тем, что были невероятно вкусны и калорийны. Ей – самое то.
Дочке он тоже что-то готовил отдельное – Игла не задавалась этим вопросом. Вот когда наступит момент потащить её на крокодилью рыбалку – там она и подключится. Всему научит, всё покажет…
«– Ну кто ж так саблю-то держит!» – досадливо подумалось Медведице, когда Ольги, обеими ладошками вцепившись в рукоять, пыталась выколоть глаз смуглокожему Аэ. Аэ реагирует потрясающе органично, мгновенно и непостижимо для рыжей подхватывая игру Ольги и включаясь в неё.
Точнее, он её направляет! Ольги-то была ещё мала, чтобы проявлять достаточную агрессию и начинать гостя «пограблять и убивать» – нет, скорее всего, эта участь ждала десяток разномастных и разнокалиберных мягких игрушек, а гостю предлагалось занять роль сообщника и подельника. Но если ему хочется быть жертвой…
Игла самую малость сузила глаза, наблюдая за Ольгрейной. Интересный поворот. «Живой» жертвы у неё ещё не было – себя Медведица, само собой, таковой не считала.
Впрочем, Аэ очень быстро переключил её на поиск «ключа и карты сокровищ», что очень хорошо вписывалось в концепцию местных пиратов, так что Ольги с радостным визгом ринулась в сторону указанной кучи книг.
Умр-р-ри, пр-регр-р-рада! – восторженно завопила она, нанося несколько размашистых ударов саблей по ни в чём не повинным сборникам сказок и учебникам. Читать ей было скучно, но на этом настаивал Йи – так что Игла с затаённым удовольствием наблюдала, как при помощи «орудия убийства» дочь расправляется с «кладезем знаний». Воплощённое противостояние родителей, можно сказать!
И, всё же, как у этих двоих мужиков так ловко получалось справляться с малышкой?! Ну вот как этот хмырь, впервые в жизни увидевший Ольги, сумел настолько легко и изящно встроиться в её игру? У Иглы это в голове никак не укладывалось – она панически боялась как-либо навредить дочери, и потому большую часть подвижных игр отвергала, хотя и настаивала на физических упражнениях. Просто не догадывалась, что и это можно сделать игрой…
Леди Ольгрейна-пират, ваш пленник сейчас сбежит, – лениво подала она голос, отметив короткий взгляд Аэ в сторону кухни, где хозяйничал Паук. – Я бы на вашем месте уделила пристальное внимание сохранности информатора, а также – выяснила истинность полученных сведений. Быть может, это – не что иное, как хитрая манипуляция, чтобы отвлечь вас?
...Игла была очень, очень плоха в играх с детьми.

+4

22

На фартуке, который уже привычно нацепил на себя Йи – не с целью уберечь одежду от загрязнений, но с целью заиметь сразу два кармана для половников, прихваток, ножей, щипцов и ложек – была напечатана почти трёхмерная дива чётких 110/50/110 в мини-бикини. Игла так забавно морщила нос и старалась не ржать, видя длинные косы консорта над почти живыми «буферами» шестого размера, что Йи раз за разом надевал полюбившийся леди фартучек.
Ольгрейна тоже всегда радостно хохотала, когда папа появлялся перед ней в таком виде. У неё, кстати, имелся свой детский фартук, тоже с принтом, но уже бодибилдера. Привлекаемая к помощи на кухне, малышка с удовольствием путалась у родителя под ногами, изображая демонстрацию мышц.
В этот раз задержалась поиграть с незнакомцем.
Надо бы подробнее разобраться, что за чудо принесло лавиной на головы семье Дамхан Лиуону.
Этот его хвост... этот знак вопроса вокруг головы... не всегда правильная и согласованная речь... Не туарег, вообще не человек, дуэнде? Хм... что-то, доселе не попадавшееся на глаза – Йи казалось, он запомнил бы такую экзотическую личность.
Можно было не напрягаться, вслушиваясь, что происходит в гостиной: все говорили достаточно громко, чтобы шкворчание разогреваемой картошки не заглушало голоса.
Вот незнакомец мечтает о солнышке для еды.
Вот дочка воюет с книжками. Молодец, правильно, маму надо радовать!
Вот леди, сама того не зная, сообщает Йи, что ему не показалось, а незванный гость, и правда, желает поговорить с ним, Пауком, без посторонних глаз и ушей...
Ещё раз перемешав картошку, Йи потащил рульку, тарелки, вилки и ножи в гостиную.
Игла? Разделишь на всех наш поздний завтрак?..
Должна же и хозяйка дома принять участие в подготовке трапезы.
Должен же гость получить возможность выразить желание переговоров теперь и ему, Йи.
Ну и, пока шкворчание с кухни не обрамил запах гари, можно помочь Ольги, незаметно подбросить под книжку ключик от одного из шкафов.
Ключ! Ключ! Мама! Смотр-р-ри! Пр-р-равда, ключ!!! Урррааа!!! – леди-пиррат поскакала скорее к маме, потеряв разом интерес и к дяде Аэ, и к папе. – Меня не обманули! Пошли, пошли скор-р-рей искать сокр-р-ровища!

+3

23

Вряд ли Аэ позиционировал себя прямо как жертва, скорее он совершенно не представлял себя соратником такой активной милой барышни, вот и мимимкрировал совершенно автоматически в то, что попроще, что само ложилось в строку и к чему легче было приспособиться. Даже без смены окраски, количества ног и числа рук и вытанцовывания познания системы троих незнакомцев в микродвижениях. В конгрессце концов его ещё никто тут не пытался обижать, верно?
Хотя нет,  вот сейчас обидно было, – он округляет затейливо подведенные глаза в адрес Иглы, и хорошо, что ехидную немного улыбку скрывает, как это тут называют, головное полотенце. Разве он манипулирует? Нет, правда? Он вот даже ключа не пожалел, того самого, который сейчас сам, раз уж нашелся иной ключ, сам собою, перебирая медными лапками, аккуратно заползает ему в карман – тяжёлого, медного, с какими-то совсем не европейского вида фигуркой хвостатого животного на головке, – а она вот так, вслух, говорит, что он – манипуляция. Гость вздохнул укоризненно, так, чтоб было видно сквозь капустные листы его одежды, и аккуратно попятился спиною к стене и повел носом, улавливая вкусный смешанный запах от запеченных и жареных кореньев и какого-то странного, неживого, мяса. Завтрак, значит. То есть у них тут, вероятно, утро.
Аэ оборачивается к хозяину этого гнезда и... прикрывает разрисованной рукою глаза прежде, чем успевает сообразить. Он совсем не приучен к одежде, которая показывает отсутствие одежды и, не будь ликом тёмен, сейчас бы смущённо алел. Начало фразы, это его «Послушайте, Йи...» сказанное, повисает в воздухе, пока сам Ящер анализирует увиденное и рискует посмотреть на обманку критически. Получается немного двусмысленное:
Послушайте, Йи,... Вам идёт.
О чем же он хотел спросить? Снег. Солнце. Топор. А...  – Аэ оглядывается на ребёнка, и спрашивать про то, куда бы ему раздеть оружие, передумывает, лучше спросить о насущном, а то если снег «растает», он останется без летака. А если тут не весна и снега привалит... Нет, прибавит? Нападает! – он будет искать свой летак очень долго.
Я благодарен за гостеприимство, но... А когда у вас здесь садится солнце? Сейчас же весна, верно? Снег должен... Таять? Какой бы ни был век, да?

Отредактировано Драэрт (25-01-2020 12:10:12)

+2

24

Игла оказалась рада обращению к ней супругу намного больше, чем планировала. Её беспокойство за дочь, за «логово», в которое «вторгся» чужак, ещё не утихший скандал из-за вторжения самого Йи – для одной, не самой стабильной Медведицы, этого было многовато. Но не дуэнде ли она? Сдерживать эмоции было высшей добродетелью, как вдалбливали в рыжую голову на протяжении большей части юности – правда, безуспешно, но кого это волнует?
Да, Йи, – коротко отозвалась, рублено почти и грубовато. Даже фартук сейчас не оказал магического воздействия на настроение Медведицы – подошла, перехватывая противень с пищей из рук супруга и с целеустремлённостью топора, летящего в чью-то голову, направилась к столу. Никаких объятий, поцелуев, типичного для «счастливых» лубочных семей мурчаний и ласковых обращений. Во-первых – не до того, а во-вторых… тут, в целом, было так заведено. Игла «нежности» эти понять затруднялась, а уж с появлением Ольги и вовсе чуралась – неприлично.
Ключ!!! – ликующий визг дочери заставил Медведицу сжать противень крепче, чтобы не уронить ненароком. Сердце в который раз зашлось от незапланированного выплеска адреналина, но уже слегка притупившиеся инстинкты напомнили, что этот звук – не сигнал тревоги и опасности, а яркая экспрессия.
Да, милая, – очень ровным тоном проговорила Игла, размышляя о том, какое же количество ящиков и тайников им придётся вскрыть – она-то не была в курсе, откуда взялся этот ключ! И что там должно быть за сокровище…
Тихая паника нарастала с каждой секундой, а женщина нарочито слегка тянула время.
Сейчас, маленькая, – в пальцах – нож, мелькающий с пугающей скоростью и точностью, словно у заправского шеф-повара. Йи сердится, когда она режет прямо на противне, но сейчас не до того. Тем более, что Игла приноровилась резать так, чтобы оставлять буквально по миллиметру до металла и не царапать тот…
Мама! Сокровище! – от возмущения, что сию секунду Медведица не ринулась следом за ней, Ольги аж перестала рычать – только вертелась у выхода из комнаты и таращилась на всех взрослых поочерёдно. На мать – укоризненно, на мужчин – вопросительно и явно в поисках поддержки, мол, как же так?!
Ты – моё сокровище, – откликнулась рыжая, запоздало смекнув, что, в принципе, ей достаточно просто шататься следом за мелочью по дому, пока та, исполненная энтузиазма, переворачивает его вверх дном.
Положив вилку и нож на поднос рядом, Игла вытерла руки о полотенце, принесённое Пауком и внимательно посмотрела на мужа.
Мы – идём на поиски клада. Полагаю, гостя стоит покормить – поиски могут затянуться.
Уи-и-и, искать! Побежали, мам!!! – с радостным визгом и топотом девочка умчалась по лестнице куда-то наверх. Медведица, подавив глубокий вздох, окинула крайне выразительным взглядом обоих мужчин – выражая почему-то угрозу, а затем последовала за дочкой.

+3

25

Йи не стал желать удачного похода Ольгрейне – она бы и не услышала, рычание и топот неслись уже с верхнего этажа – но перехватил Иглу на выходе:
– Ключ – от её собственного шкафчика, там её с ночи подарок ждёт, сразу не ешьте, возвращайтесь поесть для начала мяса... и, да, не подсказывай совсем скоро шкаф!
Паук старался лишний раз на эту тему не думать, но... почему-то именно в такие моменты накатывали воспоминания, всё больше про то, как Сигррлин постоянно пыталась с переменным успехом то от него сбежать, то его убить, хотя, собственно, повод – на взгляд Йи – появился только после той злосчастной казни.
Его серьёзно заботило то, что спустя столько времени, не лет, веков, он вдруг ощутил себя не просто любящим отцом.
Любящим мужем!
Сколько раз уже ловил себя за язык, едва не обращаясь к Игле «любимая», в последний миг заменял на «леди». И получалось странное, долгое, мягкое «ль» в начале слова...
Когда Аэ задумчиво сообщил Йи, что ему идёт фартук, Дамхан улыбнулся:
О, благодарю! Моя льледи любит, когда я использую его при готовке. Закат сегодня в седьмом часу, можно сказать, ещё не скоро. И мы расположены достаточно высоко, таяние снегов до нас доберётся ещё только через пару месяцев... как и в прошлом веке. Может быть, я мог бы оказать вам помощь – если вы не пешком добрались до наших мест и что-то случилось с доставившей вас техникой?

+2

26

И под солнцем тоже не тает? – Аэ округляет аккуратно подведенные глаза и как-то огорченно покачивает головою:
У вас ледниковый период, да?
Пришлец привстает на цыпочки и неуверенно разводит руки, показывая, после того, как уверяется, что обе леди, большая и маленькая, его не слышат.
Я, понимаете, прилетел. Вот.
На его Ящериный вкус все уже сказано предельно заговорщецким тоном, словно летать – большущий секрет. Два раза он просто моргает, сперва вдоль, а потом, забывшись, и поперек глаза, а потом все-таки поясняет:
Рамфоринх. Это мой... друг. Для полетов. Он совсем не умеет, когда холодно и нет солнца, а я уронился на нем прямо в снег, там наверху, и теперь там торчит один только лишь хвост, а весь – нет. Понимаете, весной, когда солнце светит сильно, они чаще выползают погреться, а мне очень нужно встретиться. Сейчас же весна?
Аэ, позабыв, что широко разговаривает руками, аккуратно ухватывает Йи за бретельку от фартука:
Мне очень нужно с ними встретиться, - сообщает он шёпотом, притянув скорее себя к собеседнику, чем того к себе, – с Альпийскими драконами.

+3

27

(пост совместного с Драэрт авторства)

На автомате слушая, что происходит у Иглы и Ольгрейны, Йи вежливо улыбался странному гостю.
Пока ещё не тает, да... – странный гость. Очень странный гость. – Нет, в настоящий момент новый ледниковый период на Земле только в зачаточном состоянии, но мы в горах, здесь так положено, зимы долгие... Прилетели – о, как интересно... друг... для полётов...
Третье веко, моргающее поперёк глаза.
Ну всё.
Приехали.
И почему нет ощущения опасности?..
А знаете, я бы тоже не отказался с ними встретиться, – отзеркаливая заговорщицкие интонации, понизил голос Йи. – С ними, с Альпийскими драконами. Что-нибудь кроме солнца может помочь вашему другу для полётов? Чем его можно согреть?..
Ну да, такой, с крыльями...
Аэ терпеливо показывает, с какими именно крыльями, плавно поведя обеими ладонями и... замерев. Что-то было не так. Точнее нет, он, Аэ, что-то сделал не так и его Хозяин _среагировал_, будто бы он прямо тут, прилюдно, отбросил хвост. Ящер немного помедлил, а потом все же подался вперед, даже привстал на цыпочки:
Можно аккуратно развести вокруг него костер. Потом. Если он не вымерзнет обратно к тому моменту, как мы всё закончим с Драконами. Вы понимаете, они, наверное, греются ниже. Там, где уже вода отмерзлась обратно и солнце прямо греет.
Как интересно... – Йи опустил ресницы, пряча охотничий блеск в глазах.
Всё страньше и страньше, как говорили в одной местной книжке, которая не понравилась Йи ни в оригинале, ни в разных переводах. Но ситуация там описывалась примерно такая же.
Убийственно симпатичная.
Узор паутины в этой ситуации уже как-то сам собой проявился, оставалось только договориться с Сигррлин, чтоб посторожила странного гостя, пока Йи переправит Ольгрейну к бабушке. То есть, к её прабабушке...
А вы позволите отправиться вместе с вами на встречу с драконами?
Эээ... – честно протянул Ящер, немного подавшись, теперь уже назад, – а вам зачем? Вы же, кажется, вообще...
Длиннопалая ладонь изобразила условно-отрицательный жест, а сам Аэ наморщил скрытый тканью нос – зачем одним дуэндэ нужно встретить других дуэндэ, он представлял себе очень даже хорошо – чтоб от них и следа не осталось, но поделиться Драконами _в_этом_смысле_ был не вполне готов.
…не родственные. И, вроде, разумных не едите...
Йи развёл руками – и всеми лапками тоже:
Вы знаете, я здесь, – он обвёл рукой дом, подразумевая все окрестности, –   я здесь уже... кхм... достаточно давно живу. И мне почему-то ни разу не попадались никакие Альпийские драконы. Представляете? Вдруг они обо мне знают, а я о них – нет? Это как-то... не по-соседски.
А... Так вам по соседски интересно, – Ящер задумчиво моргнул вдоль, а потом даже немного сощурился, словно и впрямь давлением глазами стимулируя нервы к думанию.
Да, наверное, вы правы. Может быть, даже они с вами с большей радостью захотят... Да... Общаться. Прямо сейчас пойдем?
У-у, – со вздохом протянул Йи. – Вы торопитесь?..
Да нет, в общем, – Аэ, напротив, собрал всего себя строго в контурах одежды, не высовывая наружу и кончика носа, – не то чтоб совсем тороплюсь, просто если они успеют отогреться, придется изрядно побегать. Татцельврумы обычно встречаются поздно осенью и рано весной. Сейчас же рано весной?
Ага... сейчас рано весной, а мне надо перед походом отвезти дочку к бабушке... может быть, Ольги понравились бы татцельвурмы, – это слово было знакомым, но таким, как бы это помягче назвать, легендарным, что только вбитая в Йи бабушкой выдержка не позволила ни даже улыбнуться. – Только она ещё совсем маленькая, и я боюсь, знакомство Ольги с татцельвурмами может не понравиться моей льледи...
И татцельврумам, – понятливо покивал, забираясь поглубже в одежды, Ящер. Память подсказывала ему, что в детей Драконы обычно плевали ядовитой слюной, если верить рассказам. Вряд ли это понравится любой дуэндийской леди.
Я подожду, – согласился Аэ, и неторопливо поджал одну из имеющихся ног, левую, принимая позу углубленного ожидания.
Ну вот. Вопрос был решён. Оставалась самая малость: убедить Сигррлин, что её первоочередная задача – сохранить в целостности и стопроцентном здоровье этого интересного гостя, пока Йи будет переправлять Ольгрейну в безопасное место.
Ну да. И ещё – убедить Иглу, что поместье лэри клана Пауков и есть это самое безопасное место...

+3

28

Ольги носилась по второму этажу, переворачивая всё вверх дном. Причём, она не исследовала каждую комнату последовательно и целиком - нет, она носилась с топотом и рычанием по всем углам, что первыми приходили ей в голову. Медведица отметила, что самое очевидное решение - её шкафчик - девочка отвергла сразу.
"- Мы не ищем лёгких путей", - усмехнулась про себя рыжая, ни словом, ни жестом не подсказывая дочери.
- Сокррровище, где же ты? Где ты, вкусное моё сокрровище?! - изредка рычаще подвывала Ольгрейна, и тонкий детский голосок разносило по всему дому.
Вообще, было бы интересно узнать, как Ольги догадалась, что "сокровище" вкусное. Может, просто была голодна?
- Ма-ам, нужно поднять пол! - прервав её мысли, перед Иглой выросла запыхавшаяся девочка. Брови женщины поползли вверх.
- Зачем?
- Там сокррровище! - нахмурилась мелкая, постукивая пяткой нетерпеливо по тяжёлым деревянным доскам. Запоздало Игла вспомнила, что в одном из рассказов, что Ольги читала сама, главный герой умудрился сделать тайник под половицами. Хорошо, что она об этом вспомнила. Плохо, что требовалось "в порядке исключения вероятностей" сдирать доски.
- Э-э, милая, у тебя же ключ, - мягко напомнила дочери Медведица. - Ключ требует замка.
- А... - девочка уставилась на зажатый в кулачке ключик сосредоточенно и очень внимательно, а затем просияла. - А!
И с этими односложными возгласами помчалась в детскую - видимо, признав, наконец-то, форму ключа.
Гневный писк Ольгрейны, яростно воюющей с собственным шкафчиком, доносился из детской.
Йи, как он это умел в совершенстве, проявился из теней прямо перед Иглой.
- Ль-леди? - лёгкий поклон, официальный ровно настолько, чтобы не показаться безалаберно-рефлекторным. - Ль-леди, наш случайный гость предлагает нам...
Игла, прислушиваясь к возне Ольги, не вздрогнула даже при виде Йи. И это тоже отметила, как странный факт - можно было бы и засветить в глаз, чисто для профилактики. Но она его то ли почувствовала, то ли Духи вообще знают, какая связь у них образовалась - задумываться над этим решительно не хотелось.
Йи приглушил голос:
-...предлагает небольшое путешествие. Поиски альпийских драконов!
Тем более, когда он пришёл с таким заявлением.
-Драконы, - скептически, но очень тихо повторила Медведица - чтобы не услышала Ольгрейна. - Альпийские. Йи, ты его там что, одного оставил? Невменяемого? Это же Земля, какие тут драконы? Только комодские, разве что. Но они далеко. Вы там что, обдолбались на пару?
В зелёных глазах не было осуждения или неприязни - только лёгкая настороженность. Теперь ей приходилось распределять внимание аж на три фронта - визжащая Ольги, шуршание незнакомца в гостиной внизу и Йи - рядом.
- Ль-леди, - Йи раз за разом застревал на мягком "ль", словно не решаясь сказать какое-то другое слово. - Ль-леди, он там один, но я почему-то не чувствую от него опасности. Скажем так, прямой опасности. И не чувствую лжи... он сам верит в то, что говорит. Верит в татцельвурмов, которые живут где-то неподалёку от наших мест...
Игла посмотрела на Паука убийственно-серьёзным взглядом.
- Мне ли тебе рассказывать о безумцах-фанатиках, верящих в собственные иллюзии? Йи, то, что он верит в каких-то альпийских драконов - не значит, что они есть на самом деле! Это значит лишь то, что он в них верит - и, клянусь, если он скажет об этом при Ольги - я лично его выпотрошу и вздёрну за хвост!
Почему она сказала про хвост - Медведица не знала. Видимо, сказывалось остаточное восприятие иллюзий.
- Почему ты его не спровадил, пока Ольги отвлеклась? Она же теперь на нём повиснет намертво! - перевела дуэнде тему на другую, гораздо более насущную и важную, с её точки зрения.
Ольги, между тем, подарок успела найти - судя по шуршанию и тихому почавкиванию. Н-да. Обедать точно не будет. 
- Ольгрейна не повиснет намертво на нашем госте, если её сейчас переключить на другое. Мы можем предложить ей игру. Например, в Большое Пиратское Путешествие. И... пока ты последишь за нашим случайным гостем, я переправлю нашу дочь в безопасное место. А после мы вдвоём со спокойной совестью устроим Большое Альпийское Приключение себе... вспомни, когда ты последний раз отдыхала? А последняя "крокодиловая рыбалка"?..
Йи говорил так, чтобы не слышала Ольгрейна.
Медведица стушевалась... Йи коварно соблазнял, но дуэнде, принудительно переключившая себя на заботу о дочери (как она её понимала), очень сложно возвращалась в своё "нормальное" состояние.
- В безопасное... это куда? - насторожилась она, ела заметно дёрнув головой - отголоском нервного напряжения. - И как ты собрался её переправлять?
И тут Йи подошёл к той самой точке, когда надо быть особенно убедительным и спокойным - как бы на его слова ни реагировала его... супруга.
- На данный момент для нашей дочки я наиболее безопасным вижу родовое поместье лэри клана Пауков, Айри Дамхан. Паучьими тропами я за здешние сутки смогу переправить её туда и вернуться...
- Через твой труп! - прогремело на всё поместье - Медведица не успела сдержать рефлекторного рыка. Она до сих пор вздрагивала при воспоминаниях о своих редких - по пальцам одной руки пересчитать! - встречах с Айрэ Луноликой. И, уж конечно, даже близко не желала, чтобы её дочь знакомилась с "бабушкой". И вообще находилась там, в этом гнезде разврата и интриг. И вообще, это Сетх!
В зелёных глазах плескалась дикая смесь эмоций - ужас, паника, неприятие и враждебность, готовая вылиться в упомянутую угрозу.
Раздался топот - Ольги закономерно всполошилась и метнулась к родителям, дабы проверить - всё ли в порядке. Предсказуемо чумазое личико выражало любопытство и обеспокоенность - маленькая дуэнде хорошо, слишком хорошо ощущала эмоции.
Йи подхватил дочку на руки, прежде всего, для того, чтобы она не успела разобрать пылающие на лице мамы эмоции.
Смертоубийственные.
- О, маленькая леди доблестно сразила всех шоколадных врагов? - моментально переключился на доброжелательный тон Йи. - А мармеладных? Мармеладных чрвей ты тоже всех нашла и уничтожила? Я вот прямо отсюда вижу, что в твоей комнате они свили серьёзное такое гнездо, как раз там, где ты прятала книжки, которые не хотела читать... Ль-леди, извольте благословить своего верного юного пирата на новые свершения! - Йи тоже сделал "страшные глаза", явно показывая Игле, что надо взять себя в руки и не позориться перед малышкой.
- Па-па, - тоже раздельно, словно маленькому, заявила Ольги. - Почему мама р-рычит?
Это она проговорила громким шёпотом, пытаясь вывернуться из объятий Паука и посмотреть на Медведицу, которая и сама успела отвести взгляд в сторону и усилием воли придать лицу нейтральное выражение.
- Я... - сбивчиво начала было Игла, но смутилась. - Не рычу. Это игра, Ольги. Мы тоже немного... пираты. Но сейчас тебе стоит побыть нашим авангардом, и защитить владения от червячной напасти. Справишься?
Удивительное дело - нести такую чушь оказалось очень лёгким и действенным решением проблемы самоконтроля. Или это Ольги так на неё влияла?
- И прекрати вытирать рот о воротник отца, - всё же не удержалась от замечания рыжая, наблюдая за тем, как шея и ворот рубашки Паука покрываются сладко-коричневыми пятнами.
- Ма-ма! - теперь праведный гнев малышки обратился на родительницу. - Подумай сама! Ну для чего-то же маленьким ледям нужны папы!
Игла озадачилась подобным замечанием, переводя взгляд с мордашки дочери на Йи. Тот, судя по всему, не возражал - а, следовательно, потакал безобразиям!
- Папа нужен не для этого, - тут Медведица оказалась непреклонна. В её детстве подобное поведение считалось недопустимым. Она не видела, почему бы это должно быть меняться сейчас. - Умойся. И атакуй червей.
Неуловимо изменился тон, исподволь приобретая нотки, которые звучали в голосе Медведицы, командующей штурмовым отрядом.
На лице Ольгрейны отразились напряжённые размышления, очень быстро переплавившиеся в прочувствованный вопрос:
- Но для чего же тогда нужен папа?!..
Для Иглы всё ещё было новостью - не самой приятной, безусловно, - что Ольги начисто отказывалась подчиняться приказам. В такие моменты очень хотелось гаркнуть по-уставному и призвать малышку к порядку, но, к счастью, Медведица удерживалась от этого необдуманного шага.
"- Просто она воспринимает мир иначе. Последовательно. Спокойно, думай о хорошем..." - утихомиривала она себя. Паука она решила убить и закопать в горах.
- Для поддержки и воспитания молодняка в моменты, когда рядом отсутствует мама, - отчеканила она, всё ещё не понимая, как следует общаться с дочерью.
Ольги сосредоточенно переводила взгляд с мамы на папу. Снова на маму. И опять на папу.
- А почему вы не показывали молодняка мне? Вы его от меня пр-р-рячете?
- Ты - молодняк. Молодняк - это дети. Молодые. Маленькие. Как ты, - сдалась Игла, осознав, что быстрее и проще будет объяснить мелкой всё последовательно. Над трупом Паука, в свою очередь, было решено поглумиться.
Йи стоял - ну просто паинька паинькой, хоть и без труда считывал основные идеи супруги по ожогам на коже от её взглядов.
- Па-па! Ты слышал? - зашептала ещё громче, чем просто говорила бы в полный голос Ольгрейна. - Ты слышал?! Я - молодняк! А ты для поддер-р-ржки и воспитания меня!
- Угу, - согласился Йи. - Именно так, как и сказала мама. А теперь... беги на поиски мармеладных червей! Твоя леди тебя благословила на это свершение, так скорее же, в путь! - Йи широким жестом, прокручиваясь на пятке вокруг собственной оси, закружил-опустил на пол тут же заверещавшую от восторга малышку. - Бегом!..
Из леди просто фонтаном плескала энергия. Йи каждый раз с таким наслаждением следил за движениями её тела!
Когда так бугрились мышцы на её руках, он точно видел каждую клеточку, каждый синапс, обеспечивающий контакт со встроенными в саму ДНК Медведицы перчатками...
Теперь, когда дочка умотала воевать с любимым жевательным мармеладом, ничто не мешало вспомнить навыки вайтьеро и немного сместить градус накала ситуации.
В последние десять лет все попытки Сигррлин убить законного супруга заканчивались совершенно иными действиями...
Другое дело, что конкретно в данный момент, настолько взгребённую Иглу очень сложно было вовлечь в танец - в любой плоскости. Стоило Ольги скрыться с визгом в комнате, как Медведица уставилась на Паука с неприкрытой враждебностью во взгляде.
- Ещё раз. Что за чушь ты выдумал?
Вайтьеро - не всегда танец, но всегда соблазнение.
Вдох.
Выдох.
Жест.
Взгляд...
Леди, смотри на своего консорта, помни, что он способен тебе дать, и пусть ты сейчас кипишь в другой лаве, вспомни...

- Это не чушь, льледи. Подумай сама. Тебе не придётся даже встречаться с Айри Дамхан, - в тихом голосе Йи вибрировал призыв. - От тебя потребуется только одно, разрешить мне доставить нашу дочь Паутинными Путями к поместью моей бабушки. Поверь, для Ольгрейны, пока её рост не достигнет ста тридцати сантиметров, нет во всей вселенной более безопасного места, чем поместье лэри Дамхан!..
Игла вновь стушевалась, поскольку Йи был весьма искусен по части соблазнения. И сейчас он так легко перебил её недоверие и страх, что был почти суеверным, перед старейшей Паучихой...
- А с чего ты взял, что я боюсь с ней встретиться? - вызывающе вскинула она подбородок, не задумываясь о том, что сама же себя выдаёт со всеми потрохами. - Удовольствия мало! И не хочу, чтобы с нашей дочерью что-то там случилось. Ты с чего вообще взял эту дурь про сто тридцать сантиметров?
Йи ласково скользнул пальцами по шее Сигррлин. Возмутится - так он просто прядь волос убирал. Нет - можно ещё воротничок поправить...
- Так я и не говорил, что ты боишься мою бабушку... её даже я не боюсь... почти. Наверно. Просто мы живём в Альпах затворниками, ты так переживаешь за Ольгрейну, что мне показалось, сейчас ты опасаешься за то, что её чему-то не тому могут научить у Пауков. Так вот, повторюсь. До того, как рост ребёнка достигает ста тридцати сантиметров - ребёнок царь и бог, самое ценное, что есть у семьи. У Ольги будет лучшая еда, все игрушки, о каких она лишь подумает... а если она вдруг решит применить унаследованный от тебя взрывной характер к лэри Айри... как применяла к Чайкам... пожалуй, я буду даже рад.
Игла отстранилась - отчасти, чтобы показать, что настроена серьёзно. Отчасти - чтобы не сбиваться с мысли.
Но размышляла она серьёзно, хоть и довольно быстро.
Как бы не зубоскалила она, не огрызалась и не ерепенилась - Медведица знала, что Паук дочь обожает. До трясучки, гораздо сильнее, чем когда-либо любили саму Сигррлин. Он буквально боготворил маленькую Ольги, быть может - именно по той причине, что так было заведено в его Доме.
Значит, можно было смело исключать тот факт, что Паук хочет избавиться от малышки таким образом. Или как-то подавить саму Иглу.
Рыжая насупилась, смешно и знакомо наморщив нос, так что все веснушки собрались одним неопрятно-грязным пятном, а затем фыркнула.
- Избалуют её там.
- М... - задумался Йи. - Вот если бы я её предложил отдать к моей маме, там бы точно избаловали. Мама понятия не имеет, как растить детей, зато бабушка... о-о-о! Лэри Айри Луноликая Дамхан!.. Она знает толк не только в извращениях, но и в обозначении границ дозволенного маленьким царицам и богиням...
Игла вздохнула, как-то неуловимо обмякнув.
- Ладно... только учти, отвечаешь головой за неё. Убедись, что она хорошо устроилась, что ей ничего не грозит, что она будеь заниматься и тренироваться, - принялась нервно перечислять она.
Йи обнял леди - гладя бугрящиеся плечи, пробегая пальцами по нужным точкам, чтобы снять это зашкаливающее напряжение, чтобы дать понять: всё будет сделано именно так, как леди просит...
Ль-леди.
Даже мысленно ему сложно было легко и просто выговаривать это звание.
- Тогда сейчас давай пойдём к ней, похоже, черви подходят к концу... одену сам, а ты скажи, что нас позвала к себе прабабушка Айри, но у мамы с папой кое-какие дела на Земле, а ей поручена ответственная миссия сохранить в целости и сохранности Айри до той поры пока не прилетим мы...
- Она меня не слушает, - вздохнула Игла. - Я не представляю, как управлять этим ребёнком. Она не понимает субординации!
Возмущёние, сказанное шёпотом. но очень выразительным.
Йи взял в ладони лицо Иглы:
- Не понимает, да. Зато само слово ей очень понр-р-р-равится! Пойми ты. Ей сейчас не нужна никакая субординация. Ей нужна любовь. Моя. Твоя. Безоговорочная. Просто потому, что любовь. Но, вот увидишь, бабушка Айри подберёт ключик... объяснит, что такое уважение, для чего нужно послушание...причём Ольги даже не поймёт, что её чему-то учат!

+3

29

Где-то наверху творилось... Что-то. Что-то такое, про что даже любопытный нос Аэ на самом деле знать, кажется, не хотел, пусть сам он не был кошкой - ящерки тоже любопытны, но в меру.
Так что наверх он не совался.
Не любопытствовал.
И точно совсем не шуршал.
Он просто свился весь, вместе с одежной и головным полотенцем в разнузданное гнездо на верхней оконечности ноги, словно в свёрток, уложил прикрытую тканью скулу на подогнутое колено, свесил к полу расслабленно обе руки, сомкнул глаза и сладко зевнул. Запахи еды, которая временно или насовсем оказалась непригодна к заглатыванию в качестве подтверждения местного гостеприимства были нещадно отключены от раздражения соответствующих частей мозга, да и сам мозг в основном отключился тоже - глаза Ящера затянуло белёсой пленкой, а пульс и дыхание практически замерли: если там, наверху, диалог происходил между Хозяином и Хозяйкой, длиться он мог долго. Очень долго. Намного дольше, чем было бы разумно расходовать впустую энергию - полезнее было дремать. Стараться не слушать. И изо всех сил не интересоваться окружающими странными предметами, чтобы его, упаси кто-нибудь, не поняли правильно.
Потому что на самом деле Аэ было очень, очень, даже весьма любопытно, как тут живут такие... странные дуэндэ.
И, более того, зачем им альпийские драконы - отмазка про добрососедство перестала действовать примерно на третьем медленном ударе сердца, - в отсутствии активности слишком уж быстрого мозга Ящер теперь не верил в каждое чётное слово из сегодня услышанных - аналитическое что-то, сосредоточенное в основании хвоста и обычно неслышимое за громкими воплями внутренних голосов от окружающей повседневности указывало на то, что слова эти не то, чтоб совсем не были правдой, для любых дуэндэ это было бы, пожалуй, до оскорбительного грубо. Они не были той правдой, которой можно безопасно для себя верить.
Думать об этом было преждевременно, вместо того было лучше подумать о том, где именно они станут этих самых драконов искать и что он, Аэ, сделает, если и когда удастся их все же найти, ведь требования души, это одно, а слова, обычные слова, звуками через рот, - это совсем другое.

Стоит однако любому из двоих показаться в поле видимости, и он честно, вежливо моргнёт, чтобы очень акууратно переспросить:
- Уже?

+2


Вы здесь » Приют странника » Будущее » Однажды, в студёную зимнюю пору...