Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Блокнотные листы » Стремительный штурманский домкрат


Стремительный штурманский домкрат

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Автор: Лекс
Персонажи: Неро Дини, ОЖП, ОМП (последние два - в энном количестве).
Дисклаймер: действия с персонажем Неро Дини согласованы с игроком Эдвином МакБэйном. Используется авторский мир, построенный на основе "Черной Книги Арды".
Примечание: пишется чисто по приколу, события происходят после фанфика, написанного по мотивам ЧКА. Этот же персонаж (Сашенька) принимает участие в серии "Человек Хэ". Стеб, издевательство над здравым смыслом и штурманом (немножко).

Описание:
Не успела отгреметь Битва за Хэлгор, как Сашеньке, только-только смирившейся со всей произошедшей хтонью, сообщают - в уцелевших помещениях замка, используемых вместо лазарета, найден абсолютно незнакомый человек, не понимающий ни одного из языков Арты.
А штурману Неро Дини светит изучение божественных (и в прямом, и в переносном смысле) обязанностей и попытки вернуться домой. Ну хотя бы на Латону. Или даже, черт побери, на Землю - но в нормальный и родной мир, а не эту... фантасмагорию.

http://forumuploads.ru/uploads/000d/ad/95/775/t153255.jpg

[AVA]https://sun9-6.userapi.com/c858424/v858424040/1eec3c/owtPje5EBqQ.jpg[/AVA][NIC]Саша[/NIC][STA]не от мира сего[/STA][SGN]В волосах твоих насмерть запуталась тьма
И скользит за тобой по пятам, по пятам...
Так легко и уверенно сходят с ума
Под привычно сбоящий сердечный тамтам.[/SGN]

Отредактировано Александра Некрасова (11-06-2020 22:39:03)

0

2

1. О проблемах коммуникации

Ладонь на спине, коснувшаяся крыльев, была шире, чем я могла бы представить — Рийт, решивший в этот раз не изменять привычному облику, свился за моим плечом огромным обсидиановым телом, покрытым теплой чешуей. С ним было уютно, как только может быть уютно в присутствии существа, которое знает тебя наизусть от момента рождения до последнего хрипа. Рыжий, устроившийся поблизости, смотрел немного насмешливо и так привычно-тепло, что после этих месяцев в «нормальном» мире хотелось просто закрыть глаза и прижаться лбом к плечу, понимая, что эти месяцы позади, и я смогла выполнить свою задачу.

Слушай, а тебе не кажется, что все-таки делать из Хэлгора филиал Лориэна — это не самая лучшая идея? — судя по лицу Морхэллена, он имел в виду что-то вполне определенное. Я, согретая теплом чужих рук, только лениво наклонила голову, вслушиваясь в то, как с еле различимым шелестом движется змеиный низ тела Рийта и как напевает что-то один из майар Эсте, сидящий в соседней комнате.

Филиал Лориэна, филиал Лориэна… а что, пострадавших в последней битве тащить в Валинор? Пусть окочурятся во время перелета, потому что Мелиан истощена до предела и Тропу не откроет даже при всем желании, а значит — тащить прямо на крыльях? Через океан… нет, Рыжий явно с ума сошел.

Радость моя, а ты подумал о том, что у нас три десятка тяжелораненых, шесть майар-целителей и полностью выдохшиеся Валар? — шевелиться и выползать из своеобразного кокона, который сформировал вокруг меня Змей, было лень. В конце концов, да, я тоже участвовала и в Битве за Хэлгор, и в том, как Рийт возносил новых богов Арты, и во всем остальном, и спать хотелось — просто невероятно. Спать, поесть что-нибудь кроме прародителя лембаса и пережаренного до подошвы мяса (ну, оно хотя бы не дергалось и иногда даже было соленым!), а еще и пообщаться с кем-нибудь из целителей, потому что сообщенное Мелькором «ты будешь мамой» меня не очень-то радовало.

Не растить же детей в холодном замке, где обогрев идет только саламандрами и, мать их, огненными майар, а в роли нянек-учителей — пристукнутые на всю голову эльфятки и их не менее пристукнутый создатель, а еще внезапно повзрослевший из-за войн Ортхэннер и проживший со мной на Земле Морхэллен… просто великолепно, да, Саш, идеальный набор для воспитания полноценных и адекватных личностей!

А сейчас хорошо еще, что под развалинами остались хоть какие-то удобства, которые мы сейчас активно разгребаем, пытаясь сделать вид, что спать под крыльями — это тепло и удобно, а камень вместо подушки — вообще верх мечтаний. Это мне еще хорошо и тепло, свои крылья вызвала — и заворачивайся, как в спальник, они ж почти не чувствуют ничего из-за количества перьев, а у остальных вон Эонвэ и Королек в роли одеялок на пять-шесть часов, пока те сами отсыпаются.

«Саша!» — и единственный луч света в этом темном царстве, который загружен едва ли не больше, чем мы все вместе взятые.

«Да, Светозар?»

«Тут… странный человек. Не из наших. Не Эллери… и не знает ни один язык. Смотрит, не говорит, не понимает, что мы говорим… Но похоже на твою музыку. Посмотришь?»

…так, черт побери, я же одна уходила. Намо не мог никого захватить, я в квартире одна была, Морхэллен не в счет. И что за хтонь творится, а?

Саш-ш-ша… — теплая тяжесть, сменившая ладонь, оказалась головой Рийта, окончательно обернувшегося змеем. Сухой язык коснулся щеки, легко пробежался до шеи, ободряюще засвистел-зашипел в выстывающем воздухе закатной Лаан Гэлломэ. Хорошо, что после «апгрейда» остальные майар понимали его — мне не приходилось работать то ли переводчиком, то ли почтовой совой в стиле «А Змей сказал, что…», и не надо было передавать по глухому телефону все сказанное.

Задолбало это все — сил моих нет…

…надо было выбираться и идти к целителям. Какой там еще странный человек? Что, Друзь собственной персоной? Или Влад, который недавно в сердцах сказанул, что в другой мир бы ему исчезнуть, лишь бы Ирка цела-здорова была? Или кто еще из нашей некогда бешеной компашки?

Вылезла — и тут же ощутила, чем опасны закаты в не особо отапливаемых каменных развалинах; от ближайшей стены тянуло ощутимым холодом, а касаться пола босыми ногами было, мягко говоря, неприятно, но тратить силу на то, чтобы начаровать себе обувь, было неохота. В конце концов, я тут недавно повышена до майэ или не я? Не замерзну, если уж на то пошло, даже в сугробе в минус тридцать, но противно будет, это да.

Шагнула вперед, морщась от мерзко-колючего холодка под пальцами и острой каменной крошки, прислушалась к тихому голосу одной из целительниц вдалеке, и, прищурившись на секунду, нырнула в переплетение коридоров, вспоминая, где проходы были расчищены. Так, тут налево, тут обойти завал, тут вниз на уровень — и можно не по лестнице, спасибо крыльям! — и опять налево. Нормальные герои всегда идут в обход, и…

«Зар?» — коснулась сознания Светозара легким толчком, получая в ответ ощущение направления. Ну да, тут вместо светильников сидели те же саламандры, давая скорее общие очертания, чем нормальный и полноценный свет, а над отдельно взятыми пациентами, которым нужно было более сильное освещение, висели светлячки Эсте, изображая хирургические лампы в огороженных зонах.

Кажется, в процессе я оттоптала кому-то крылья, прошлась по минимум одной косе и точно задела локтем целительницу в сиреневых одеждах — офигеть, что, в их рядах еще и менталисты были, раз Ирмо присоединился?

«Лориэн!!!» — и нет ответа. А сообщить? Я, как дура, мотаюсь между Мелькором, Рийтом и Эру, сплю по два часа в сутки — и зачем Сашеньке что-то говорить, Сашенька и сама догадается, да-да! — «Либо ты мне ответишь, либо я с тобой не разговариваю!»

И устало донеслось еле слышное — «Отстань».

Офигеть. Меня еще и послали… ладно, подождем, не проблема, где у нас там этот странный человек?

Ой, — на этом мой словарный запас начал резко кончаться. — Привет, а ты кто вообще? О, ты меня слышишь? Понимаешь язык, на котором я говорю?

Надо будет поблагодарить Рийта за тот великолепный подарок, которым в свое время стал талант говорить на родном для собеседника языке — точнее, говорила-то я на русском, а слышать он должен был родной. И наоборот, говорил, например, Морхэллен на валарине или ах’энн, а я слышала русский, прямо благословение ролевика!

Человек в одежде, напоминавшей какую-то странную униформу, лежал — и вполне себе мирно лежал, не трогая ни закрепленное на одежде непонятное оружие — прямо на проходе, на расстоянии одной койки от «полевого штаба», где я даже без света могла разобрать свечение крыльев Эонвэ, злой голос Ортхэннера и спокойные интонации Светозара, судя по звучанию, спавшего еще до Битвы. Еще и Мелькор, похоже, был там же — обсуждали, кажется, восстановление замка и поселения вокруг, чтобы можно было спокойно вернуть Эллери в их нормальную среду обитания, а то эти эльфятки явно не умели жить сами по себе.

Мягко скользнули вверх «шторки», которыми отгораживали освещенные зоны, а рядом с койкой нарисовался один сиреневенький, абсолютно незнакомый на мордочку, Лориэновский майа.

Боится… не нас, себя. Боится этого места… потерян? И больно, — серебряный перезвон голоса прозвучал легко и мягко. — Он тебя понимает, успокой человека… мы устали, а он не умеет закрываться, — и худощавая фигура, закутанная в ткань по самые ушки, выскользнула обратно, успев подбросить с ладони шарик, похожий на пушистую голову одуванчика.

Бело-голубой свет, заливший небольшой закуток, резанул по глазам едва ли не сильнее, чем солнечный свет после темной полуночи, и я, привычно потянувшись к нему мыслью, чуть сжала кулак — свет притух, резкими тенями вычерчивая чужое лицо.

Мне сказали, что понимаешь. Извини, что не пришла раньше — Зар забегался, а остальные заняты… ты же не из этого мира, да? Не из Арты? — звеневший на грани слышимости диссонанс резанул слух, когда от моего иномирного собеседника шибануло по нервам такой паникой, что странно, как сюда еще не сбежались все сиреневенькие, но в руки он себя взял очень быстро. То ли опыт хороший, то ли психика стабильная.

Нет, — а вот взгляд был острый и очень цепкий, и это мне чем-то напомнило Ортхэннера, когда я только увидела его после перехода. Так смотрят те, кто знают слово «дисциплина» и хорошо представляют, что такое оружие и как с ним обращаться. — Где я нахожусь?

О. Понимаешь… извини, что на «ты», привычнее как-то. Можно? — я опустилась на колени у правого плеча, пытаясь прислушаться к его звучанию, и все четче понимая, что звучания — не было. — Извини, я не представилась. Я Саша.

Когда мне говорили, что вовремя поставленное аванирэ спасает от многих проблем, я не верила. Ну, придется поверить — по нервам, на этот раз уже моим, а не майаровским, прошило еще одной волной паники, на этот раз уже более тихой, за ней рухнуло одиночество, потом что-то еще, очень трудно формулируемое, но зато отчетливо различимое в других эмоциях, а потом, когда волны, которые почему-то четко ассоциировались с прибоем, чуть затухли, на самом дне океана медленно, но верно начала наливаться чернотой какая-то очень, даже очень-очень нехорошая волна.

Неро Армандо Дини. Почему я не на «Страже»? Это же опасно, вы все… — опять — паника, да черт побери, что за… я же не Ирмо, я не умею мысли читать без разрешения!!!

«Зар!!!» — когда меня самым краешком коснулась черная волна, пригвоздившая этого Неро-как-там-его к тому, что должно было быть койкой, я взвыла, понимая, что мой болевой порог оказался как-то слабоват. — «Зар, твою бога душу мать!!! На мой зов, быстро, любого целителя!!!»

Черт, черт, черт… сейчас помощь будет, подожди немного, я не умею вытягивать… — на заднем фоне удивленно-зло заворчал кто-то из майар, отодвигая меня чуть в сторону и вытягивая длинные, мохнатые, когтистые лапы над грудью и тазом, а затем ворчание стало рыком, очень малоцензурным. Я разобрала только «придурок», «позвать» и «Эсте», а затем остались только пробелы и термины, в которых я разбиралась… ну, на уровне биологии десятого класса максимум.

А майа стоял, не двигаясь с места, и только перебирал что-то лапами в воздухе, словно наматывая на кисти невидимую нить. Черная волна, накрывшая Неро, медленно истаивала… медленно, слишком медленно!

Дернулась рука, на которой я успела различить странный браслет, глухо щелкнула то ли пряжка, то ли просто застежка — и чернота мгновенно начала растворяться. Препарат? Потом спрошу, сейчас надо решить, звать второго целителя или…

«Не зови, справился,» — полузвериный рык в голове смешался с переливчатым, тихим воем. Ушел он, собственно, так же незаметно, как и явился, я даже спасибо сказать не успела, дура… — «Но больше так не делай. Не лезь, где не умеешь, зови сразу».

Ага, запомню. Чернота — зовем врача…

…извини. Да, ты не на «Страже», что бы это ни значило, ты в мире под названием Арта, на планете с тем же названием, — и только тут до меня дошло, что я не просто дура, я полная идиотка. Абсолютная. Вон, доказательство в полуметре стоит, белое такое, красивое. Естественно, он не из Арты… не делают в Арте колясок. Даже слова нужного нет ни в одном из их языков. Да, Саша. Ты беспросветное тупло, которое, к тому же, еще и думать разучилось, кажется.

Ну, а херли думать, да? Прыгать надо? И осанвэ лучше не трогать вообще, хрен знает, как оно отзовется.

Мозгов-то нету.

…Неро?..[AVA]https://sun9-6.userapi.com/c858424/v858424040/1eec3c/owtPje5EBqQ.jpg[/AVA][NIC]Саша[/NIC][STA]не от мира сего[/STA][SGN]В волосах твоих насмерть запуталась тьма
И скользит за тобой по пятам, по пятам...
Так легко и уверенно сходят с ума
Под привычно сбоящий сердечный тамтам.[/SGN]

+2

3

2. О тонких костях

Мне до безумия хотелось закрыть глаза и ни-че-го не решать. В конце концов, мне двадцать, мать его, два года, я несколько месяцев провела на Земле в состоянии дичайшего эмоционального истощения, не успела толком восстановиться — и вот, здрасьте, заказывали адекватного мужика, так держите, и пофигу, что перед употреблением его еще надо привести в такой вид, чтоб окружающие не шарахались.

Что значит — «в мире»? Как меня сюда перенесли? — попытался дернуться. Упорный… уважаю, однако. Я уже после отголоска того, чем его скрутило, лежала бы аккуратной такой полудохлой тушкой, даже не думая о попытках изобразить что-то живое, а этот — вполне себе мимикрирует под активно существующее.

И ведь не сдать никому, у целителей нагрузка такая, что скоро спать будут на ходу, а сдергивать Королька или кого-то из некогда выдернутых из Валинора майар совесть не даст — они вон почти полным составом или тут лежат в роли пациентов, или в остатках поселения Эллери Ахэ, или вообще в Валиноре зализывают раны, как могут. Да и… человек из, кажется, технического мира, попадающий в мир магический — это была не та ситуация, где можно было бы надеяться, что мол, сейчас быстренько адаптируется и все. Ни языков, ни минимального знания, кого, что и куда (у меня хотя бы книжечка была!), ни, черт побери, иммунитета к местным болячкам.

А вопрос «как перенесли» меня и саму интересовал не меньше. Непробиваемая фигня, закрывавшая Арту от остальных миров, вроде как была снята, но какого черта и, главное, кто именно озаботился подобным? Кто-то из Старших? Как же неприятно ощущать себя маленькой, тупенькой и очень-очень наивной дурочкой…

Понятия не имею… и при чем тут «опасно»? Ты заразный, что ли? — почти сами собой мурлыкнулись несколько ноток, отозвавшиеся спокойным переливом. Да нет, не заразный. И, что самое интересное, иммунка рабочая почти полностью, судя по тому, как светится.

Как же мне не хватало возможности попросту залезть в его голову и…

…на этой мысли я, поймавшая себя на искреннем сожалении об отсутствии такой возможности, не то чтобы удивилась — скорее, просто царапнуло то, как спокойно я думала про подобное. Когда-то я сказала бы, что это поставит меня на один уровень с тем, кого когда-то звали Манвэ. Когда-то — что личность неприкосновенна. Но как было бы проще, имей я возможность считать с него хотя бы то, что Ирмо обозвал в свое время «языковой матрицей» — или наоборот, «залить» ему хоть тот же ах’энн, на котором почти все местные треплются без проблем…

Неро снова заговорил, и вот тут я поняла, в чем проблема общения вслух. Если при осанвэ непонятные слова можно было выцепить и как-то получить образы, поясняющие, что именно имелось в виду, то вслух… ага, переспрашивать, мол, извини, а что значит — «мутагенно прогнозируемые казуальные проявления, возникающие при скарификации гистоса любого генеза»? Окей, ладно, скарификация… это как-то связано с той жуткой штукой, которой пальцы тыкали, чтобы кровь взять. Ска-ри-фи…

…дошло не сразу.

Повреждения чего? А, ладно, не суть разница на самом-то деле.

При любом повреждении чего-то-там проявляется… мутация?

А можно то же самое, но как для дуры? — с тихим вздохом я дотянулась сознанием до Зара и Ортхэннера, рявкнув, чтобы рыжик-младший не устраивал мне уже куда более сдержанную, но все еще вполне различимую истерику.

«Ребят, у нас проблема,» — и, пока меня не успели послать с «да у нас всегда проблемы!», перекинула — очень сжато — то, что успела понять из предыдущих слов нашего невольного гостя.

…я опасен для окружающих. Любое существо из тех десяти даже безопасников уложит, не глядя, а здесь… — судя по всему, Неро успел рассмотреть, как выглядел лазарет и кто там в основном находился. — …а здесь это будет… бойня.

Аванирэ, на этот раз поднятое так, чтобы перехлестнуть его могли только майар, смело, как будто его и не было, а выражение лица мужчины почти не изменилось. И вот с одной стороны — уважаю дважды, такой самоконтроль среди эльфяток и прочих пришибленных на головушку — редкость, а с другой… да сколько же можно, а? Нет, я все понимаю, ответственность и так далее, и это даже хорошо, но вот так вот балансировать на грани панической атаки — не лучшее развлечение поверх стресса.

Прости, Ирмо. Я обещала, что не полезу в чужие мозги, еще после того, как Зара вытащила и сама оказалась на грани смерти, но тут… обоим будет легче и спокойнее. Как минимум — мне, потому что чуют полужопицы, Неро тут не на пять минут и даже не на десять.

Щиты снова опустились, вздымаясь где-то чуть в отдалении, чтобы не задело майар в сиреневом, которым и без этого несладко, а я, открывшись настолько сильно, насколько могла, одним матерным, емким и громким словом рыкнула куда-то в сторону Лориэна.

Ртутно-тягучее прикосновение уставшего почти до изнеможения Ирмо принесло легкую прохладу и что-то, что ощущалось ветром над водой, который затер подступающие волны, оставляя только рябь на поверхности и неясное предчувствие очередных проблем, тронувшее сердце изнутри. Растаял он так же мягко, как и появился, напоследок очень недовольно шикнув на меня смутным образом, состоявшим в основном из желания спать, усталости и «хотя-бы-раз-не-трогай-валу-дай-отдохнуть-хоть-немножко», а еще — запаха альфиринов, которые только недавно перестали буйным цветом перекрывать незабвенники в его Садах.

Отразившееся на пару секунд в синющих глазах удивление я заметила не то чтобы сразу — мне и самой тоже хотелось заснуть прямо тут, можно на каменном полу (крылья на что дадены?), хотя бы на пару суток, но то, как быстро сгладилось и оно, стало еще одним плюсиком в копилку отношения к гостю. Хоть один адекватный человек тут нашелся, и пофигу, что из другого мира!

Извини, это было необходимо. Ты не закрываешься, а тут почти все эмпато-телепаты, и сейчас без щитов, поэтому я попросила притушить твои эмоции, — максимально четко и понятно. — А… ты же знаешь, да, что такое телепатия?..

Приподнявшийся на локтях Неро посмотрел на меня так, что мне на секунду захотелось куда-нибудь деться, мол, кто не знает-то, но вместо этого надо было срочно придумать, откуда надыбать подушку и как присобачить изголовье к тому, что больше напоминало носилки на подставочке. Про комфортность я вообще старалась не задумываться — те, кто мог спать на ровном участке пола, предпочитали это и делать, и единственным плюсом этих чертовых коек было сочетание их мобильности, ради которой кто-то из воздушников выложился до капли, и очень хорошей фиксации бессознательных тел. А то ладно безобидные и относительно человекоподобные типа Рыжего и того же Лаурэхина, но вот как прикажете фиксировать существо, больше похожее на птицу, чем на человека?

Ne durneje parovoza, — а вот эту фразу он точно произнес на чуть искаженном русском, потому что по ушам аж резануло неправильными гласными. — Как мне связаться с ближайшей базой Звездного Флота?

А вот на этом у меня осталось только нецензурное. Совсем нецензурное, потому что незамеченная сначала серебристая фигурка на левой стороне груди, украшенная двумя неровными овалами, плюс синяя униформа, плюс база Звездного Флота. Смеялась бы, если бы не хотелось найти инициатора этого дурдома и что-нибудь ему оборвать, прокрутить и запихнуть — нет, правда, СтарТрек? Ладно я как-то приняла, что Арта — это не моя поехавшая на фоне прочитанного крыша, но СтарТрек?

Хотя… а чем, собственно, мир Кирка и Пикара отличался от Арты? Ну, кроме того, что в одном летали на драконах, а в другом — на огромных космических кораблях?

Да ничем, по сути. Только вот принять, что миров много, и среди них спокойно живут и здравствуют те, которые я по телику смотрела, было, мягко говоря, сложновато, несмотря на мое успешное существование в книжном, дурацком и абсолютно нелогичном.

Неро, как бы сказать-то… — взгляд мужчины стал острее и внимательнее. — Понимаешь ли… я вообще не знаю, есть ли они здесь и сейчас.

И, не найдя выхода адекватнее, я с тяжелым шелестом перьев развернула свои крылья, сворачивая одно так, чтобы оно изобразило из себя подобие подушки. Ну кто ж виноват, что единственные две использовались по прямому назначению для кого-то из особо тяжело травмированных, а колдовать подушки мне в голову не пришло? Я, в конце концов, не хранилище всех песен мира, и сделать то, чего не могу, я не могу. Логично, да?

Почти сразу захотелось есть, точнее, жрать; в последнее время материализация крыльев из их полупризрачного состояния отнимала все больше сил, и кажется, скоро мне придется выбрать — либо я ношу их постоянно, тем самым делая себе королевскую осанку (а чего вы хотели от двадцати с лихером килограммов на спине на постоянку?), либо воплощаю в самые-самые критические моменты (и потенциально забываю, как ими пользоваться, тоже мало приятного). Жрать поблизости был только Неро, которого, похоже, нельзя было ни погрызть, ни понадкусывать, да камни, и этот выбор был примерно так же прекрасен, как и мои попытки развернуть второе крыло так, чтобы оно не мешалось. А вы пытались в зоне, сравнимой с балконом обычной хрущевки, разместить среднестатистическую кровать-«однушку», себя рядом с этой кроватью и перьевое живое полотнище в два с половиной метра длиной? Нет? Ну так очень советую, незабываемые ощущения, а мягкая на вид «ширма», за которой скрывается все остальное пространство, до определенного момента ощущается не сильно приятнее каменной стены.

Я понятия не имею, как тебя сюда забросило, откуда и из когда. Это — не совсем тот мир, который ты знаешь, и… — так и захотелось добавить — «И не факт, что у тебя есть хоть какой-то шанс вернуться!», но я вспомнила, как смотрела на Эонвэ, сжимая его короткий кинжал у себя в руках.

Если меня притянула Земля, то может ли его притянуть… как он там сказал, «Страж»? Или, как альтернатива, после убийства мы останемся наедине с неведомой мутирующей фигней, потенциально поедающей Сашек на завтрак, а прочих майар на обед и ужин. Нет, спасибо, Унголианты мне хватит, ее ведь до сих пор не нашли.

…и? — по крылу словно лезвием полоснули. Тонкие косточки у самого кончика не выдержали, почти ощутимо разламываясь на осколки, и я, не удержав лицо, зашипела, почти инстинктивно пытаясь пересобрать его так, чтобы нагрузка приходилась на более толстые кости «пясти».

Дура, твою мать! Вес взрослого человека — на фаланги, которые камень-то удержат с трудом. И ведь не оторвать никого от дела, прибьют и правы будут, и плевать, что я тут вроде как почти-жена одного из правителей мира. Самадуравиновата, как — прямо вот одним словом — иногда говорила моя подруга, справедливо отказывая в просьбе дать списать перед самым началом урока.

Иш-ш-ш… — все-таки не сдержалась, неосознанно дергая плечом, словно это могло помочь отстраниться от медленно расползающейся боли. Нет, стыдно не было. В конце концов, я — не железная, и перелом, на который все еще давит что-то довольно ощутимое — это не ушибленный пальчик, а тонкие, полупрозрачные косточки фаланг крыла устойчивы к ветру из-за магии, а не из-за своей прочности. Летать я по всем законам физики не могу.

И, как назло, ни одной мелодии в голове, чтобы хоть обезболить как-то. И ни одной — на заживление, и либо сейчас их убирать и надеяться, что в нематериальном виде кости восстановятся сами, либо ждать, пока само срастется. А глаза у Неро темнеют, внимательный, гад, заметил… И вслух ничего не сказать, а то матом же выйдет, а матом не надо, мат люди не любят.

И может выйти так, что ты не сможешь вернуться. Мы попробуем, я тоже… не из этого мира, — выдохнуть, вдохнуть. Это не в глазах темнеет, это просто свет тусклее стал. Не отрубаться же из-за такой мелочи?

«Саша, твою мать, ты во что вляпалась?!» — и Морхэллен орет где-то на грани слышимости. И в ушах звенит подозрительно. И вообще… хорошо, что я на коленях стою, можно вывернуть второе крыло и в пол опереться, чтобы если и отключусь — то не дернуться особо.

«Все в порядке,» — и глушу к черту собственное осанвэ. Рыжий, сволочь такая, догадливый, продолжу фонить — прибежит и будет еще веселее. Как там учила Эсте? Вдохнуть, задержать дыхание, выдохнуть. Вдохнуть, задержать дыхание…

…Неро чуть двинулся, и перелом, вроде бы притихший, словно шарахнули молотом. Тяжелым, с оттяжкой… я успела разве что «кулак» сложить, чтобы спрятать сломанные фаланги внутри, и вдохнуть, чтобы не заскулить на выдохе.

Так вот как ощущалось то, о чем говорил Эонвэ… сломанные крылья. И мне еще повезло, это срастется быстро, а ему же у основания ломали. И взгляд у Неро пристальный такой… Да не думай ты, черт побери!

Лучше скажи, чем ты занимаешься на корабле обычно… черт знает, на кой тебя притянуло, — а у меня голос такой, что впору эльфяток пугать. Не думала, что он может так омерзительно скрипеть. — А то у нас вон, вакантные божественные места имеются…
[AVA]https://sun9-6.userapi.com/c858424/v858424040/1eec3c/owtPje5EBqQ.jpg[/AVA][NIC]Саша[/NIC][STA]не от мира сего[/STA][SGN]В волосах твоих насмерть запуталась тьма
И скользит за тобой по пятам, по пятам...
Так легко и уверенно сходят с ума
Под привычно сбоящий сердечный тамтам.[/SGN]

+3

4

3. О звездах

От желания побиться головой о стенку — вдруг отвлечет от медленно наливающегося болью крыла! — до абсолютно такого же порыва, отразившегося в глазах Неро, прошла максимум секунда. Может, две.

В смысле — божественные? — промелькнувший интерес был вполне понятен, и я подняла взгляд, стараясь не морщиться при каждом движении плеч. Дышать, зафиксировав их положение, было очень и очень неудобно, и дематериализовывать крылья сейчас, не зная, что с этими переломами будет, когда я снова призову их, я не рисковала. К тому же через пару дней можно будет и целителя отвлечь, когда у них посвободнее будет… — Навигаторы мы. Курс проложить, карты звездные соста… ты как-то странно смотришь.

А я что. А я ничего. А я наконец-то вспомнила, как Эсте учила от боли отстраняться, заметила, как же прекрасен мир без выламывания костей и заодно припомнила, что роль Варды, чтоб ей до конца ее существования звездочки икались, до сих пор вакантна.

Звездочки. Зве-е-ездочки… как он там сказал? Дословно если? Звездный навигатор… ну, фигня вопрос, осталось только Змея дозваться, чтобы силы дал… а вот объяснять буду все сама, похоже.

В прямом смысле. Боги этого мира, — ну не смотри ты так, а! — были… понижены в должности, если можно так выразиться, — и все-таки множественные переломы ощущались даже через полупрозрачность отстранения, которое позволяло не шипеть на вдохе-выдохе, но не блокировало боль полностью.

Как-то сразу вспоминались сады, в которых я не так давно провела несколько незабываемых недель, вытаскивая оттуда в Хэлгор раненых майар. Ну, для меня это было недавно, для местных прошло почти сорок лет, но я сильно сомневаюсь, что те же незабвенники Эсте все-таки выкорчевала, как грозилась при мне не раз, или что Ирмо все-таки отказался от ацеласа, который он ради эксперимента пытался улучшать для получения более выраженных целебных свойств.

По Феантури я даже, пожалуй, скучала — в те полгода, что были прожиты на Земле, я много раз думала о том, не было ли мое решение рвануть следом за исчезнувшим Курумо ошибкой. Да, Намо нашел бы его — рано или поздно, но нашел, если бы я обратилась к Рийту раньше и осмелилась выступить до Суда, просто заявив о себе в Маханаксар. Нашел бы, притащил в Арту, вернул ему нормальный облик, и не было бы…

…не думать про это. Нельзя изменить прошлое, как бы ни хотелось.

А я тут при чем? Боги какие-то… можно меня домой, а? Я даже на Латону соглашусь… — во взгляде «навигатора» медленно таяла мучительно расчленяемая мной надежда вернуться в нормальный, по его мнению, мир. Ну или проснуться, как этого в свое время желала я. — …или Землю, чтоб этой Гейдельбергской клинике икалось…

Разочаровывать человека не хотелось, но и оставлять бессмысленные иллюзии тоже не было ни малейшего желания. Сам же потом проклянет, как только силы получит, а так — хрена с два ему будет. Нет, проклинать он меня может сколько угодно, может хоть, как сама Варда, по всему телу заставить созвездия ранами проявляться, но это ж будет ненадолго. Ровно на пару часов, пока я не вспомню, как эту гадость сжечь нафиг… и я про проклятие, а не про Неро. Вот его я очень хорошо понимаю, и не хочу ему никаких лишних проблем.

Надо будет потом, как все это успокоится и Хэлгор перестанет быть похожим на полевой госпиталь, попросить Эсте приставить к нему кого-нибудь из целителей понезаметнее. А то если рядом будет маячить тушка типа Королька с его десятью метрами в размахе крыльев, то, чует мое сердце, звезды будут у Арты неспокойные — похуже метеоритных потоков, и это, к слову сказать, тоже понять несложно.

Ну… понимаешь ли, — очередное незаметное почти ерзание по крылу в очередной раз напомнило о том, что прочность костей — не бесконечная, и хорошо бы подумать было перед тем, как их ломать. — Понимаешь ли, я сама в свой родной мир вернулась только после смерти. Бог, который тут за эту самую смерть отвечает, мог бы успеть уловить мою душу и создать мне новое тело, если бы это не было сделано… опрометчиво и быстро. Тебя-то мы поймали бы, если бы не эта хрень с мутациями. А то получил бы новое тело — и никаких проблем. В конце концов, выхода было бы два. Или за пределы Арты, или к Намо, а у него хорошо, спокойно и вместо койки — груда меха, а потом просто из силы формируешь себе новое тело и все.

Ага. И все. Вон, одна уже допрыгалась — вместо нормального получила себе крылатое и неадекватное с периодическими переходами с голоса на мелодии, которые вообще-то на мир влияли, потому что музыка — основа Творения и вообще. Хотя голос у Неро был неплох, очень неплох, и в перспективе с такими вокальными данными можно было устроить любой переворот в мире… хороший такой, мощный, со сменами дня и ночи и прочего. Кстати, о дне и ночи.

Анора и Итиль до сих пор на горизонте не наблюдается, а смена суток — есть. Древа, значит, целы. Может, Феанора напрячь на предмет создания светил? Ну там, одну пару на небо и десяток — запасных? Мелькор все равно тут не будет устраивать сговор с Унголиантой, а так хоть запасец будет на всякий случай. На крайняк, создать еще и регуляторы светимости и будут вечные лампочки… так, куда-то меня уже понесло, и это вообще не относится к теме разговора.

То есть отсюда я не выберусь? — вычленять нужное он тоже умел. Молодец, что сказать, хороший навык… вот как бы вежливо-то ответить, а. Умный, зараза, сам догадался, и вот чего сейчас ему сказать? Вернуться-то вернешься, но вот хер знает, когда и с какой вероятностью?

А хрен знает, — я выдохнула, умудрившись при очередном полузаметном движении снова сдвинуть крыло — на этот раз уже в более-менее приемлемую позу, в которой вес уходил на кистевые косточки. Те уже выдерживали испытания и похлеще, чем сорок-пятьдесят килограммов непрямого давления, и можно было чуть расслабиться. — Может, выберешься. Может, нет… но, по крайней мере, мы будем искать выход.

«Рийт,» — очень спокойно потянувшись к Змею, я на несколько секунд выпала в астрал, пытаясь нормально сформулировать осанвэ. Это же не полноценная речь, в конце концов, а скорее, образы, больше схожие с полноценными… не знаю, как сказать. Картинами? Ощущениями? Да, я могла в осанвэ говорить словами — формируя их как звуки и суть каждого, но это, если честно, несколько непривычно было уже. То, что я привыкла воспринимать как зов, скорее было как раз потоком образов, очень слабо переводимых во что-то понятное для любого другого, кроме меня и тех, к кому они были обращены. — «Рийт, а я нам Варду нашла. Варда. Тьфу, бога звезд нового… помощь бы не помешала, честное слово!».

Вот вы когда-нибудь слышали, как звучит смех змей? Шипение, немного свиста, шелест чешуи… вот это вот все пришло в одном образе. Рийт ржал. Эта скотина попросту ржала, как полный и абсолютный гад.

И не он один, кстати, потому что Морхэллен, которому Рийт периодически наглющим образом транслировал наши с ним переговоры, тоже хохотал так, как будто я ему мышку в любимые штаны закинула и плясать заставила. Ну, по крайней мере, вот эти вот попытки устроить в моей голове мини-сашкотрясение я могла трактовать только таким образом.

«Скоро буду,» — и, судя по ощущениям, он и правда почти сразу же направился к нам.

Отлично. Хоть один адекватный человек (наг, Змей, да кто угодно, хоть ежик лысый!) будет поблизости и сможет мне нормально объяснить, вслух, даже с переводом для свежепопавших в эту прекрасную задницу, что случилось. Тем более что, кажется, он сможет дать понимание языка для Неро.

А я потом посмотрю, с какой рожей вменяемый человек будет слушать пассажи про «алый платок на ее плечах, как закат, упавший на луг, по которому катятся волны ветра с дальних морей». Это, кстати, мне на полном серьезе однажды один эльфик ответил на вопрос, мол, как узнать девушку, которая мне хотела отдать россыпь камушков на украшение заколок.

Как закат на лугу, ага. А просто «ищи красный платок» сказать — нет, мы же возвышенные, мы же прекрасные, мы же ди-и-ивные… дивнюки, блин. Ортхэннера вон отучила так выражаться, и то не сразу, а муж мой разлюбезный до сих пор стебется иногда, начиная выводить эти пляски вокруг столба, отлично зная, как я бешусь от этого.

…ша… Саша, ты меня слышишь? — ой. А вот привычке уходить в себя и не слышать ничего вокруг я верна, как никогда. Время идет, Сашка не меняется.

Слышу. Сейчас сюда один бог явится, ты это… не пугайся. Змей не боишься, да? — и смотрю искоса, снова сворачивая крыло. Сядет — сам, а подушек, как я уже говорила, нетути, так что учимся работать подручными средствами. Не камни же подставлять, в конце концов, а перья — мягонькие, много… если правильно складывать, то два моих крыла можно аккуратненько так смять в одну меня по объему, а я — не самая маленькая девочка.

И снова взгляд, как на полную идиотку. Ну а в этот раз я что сказанула-то? Ну помню я, что вселенная стартрека — это пропаганда толерантности, равенства и коммунизма, но не было у них там гигантских, мать их, говорящих змеюк! А кто-то вообще может быть серпентофобом.

Большая змея.

И еще более выразительные глаза. Нет, честное слово, я рано или поздно повешу на грудь табличку «Одна я тут дура среди вас, умников» — и мне будет уже пофигу, а остальным, может быть, стыдно станет. Ну не читаю я мысли, не читаю! Да, могу в осанвэ, да, могу слышать чужие переговоры — но блин, это как сравнивать перехватчик радиосигнала и миелофон!

Нет, не боюсь, — и ресничками блымкает. Я тоже так могу, только реснички придется красить, у мужиков они по определению чернее и гуще.

А это — хорош-ш-шо…

…убью Змея когда-нибудь. Вот чисто из принципа доживу до такой же силы, найду его и прибью нахрен! Так же и инфаркт получить можно!

Вот представьте. Тишина, спокойствие, замкнутое помещение габаритов «два с половиной на три метра» (нет, не как гроб, гроб обычно поменьше, только разве что двойной!), причем ровно две трети занимает каменное лежбище, парящее в воздухе, а остальную треть — я и второе крылышко, и тут внезапно с противоположной стороны этого лежбища вырастает огромная, мать вашу, говорящая черная змеюка!

Нет, это я к таким фокусам более-менее привычная, а вот бедный Неро…

Ну ни фига ж себе! — и смотрит офигевше малек. Ага. Алиса, это пудинг…

Неро, это Змей. В этой ипостаси лучше так. Когда мужиком станет — Рийт… и нет, не ошибешься, его легко выделить. Змей, это Неро Дини, он не из этого мира, — и с нажимом, ощутимым таким, добавила ровно одно слово. — Тоже.

Виж-ш-шу, что тож-ш-ше… Пахнет противно, чуж-ш-шаком… — и черт, никогда не думала, что на змеиной чешуйчатой морде можно так выразить смесь неприязни и отвращения. — Олень… Чуж-ш-шак…

Тьфу, блин. То есть это еще и не Эру со Змеем, а кто-то из другого мира устроил развлечение «перекинь своего сотворенного в чужие владения и сделай вид, что ты ни при чем». А мне-то что делать?

Вот честное слово, рано или поздно я доберусь и до их сил тоже. Да, статус Змеиной Невесты хорош, но у меня уже есть огромнейшее желание набить морды на равных. Пока полноценно демиургом не стану — даже не полезу, но вот потом… потом да, на Эру у меня зуб хороший, на Змея тоже есть, на Паучиху, вот и еще одно существо подгадило, парнокопытная тварь. Могущественная, умная, но такая сволочная…

А что происходит-то? — соизволил отмереть Неро, переводя взгляд с меня на мелькающий в воздухе язык Змея. — Вы о чем шипели сейчас?

Отлично. Так и хотелось сказать — уважаемый незнакомый мне Олень! Вы — олень! Причем полный, абсолютный и неисправимый! Хоть бы знание языков дал, а. А то мне-то хорошо, у меня оно автоматом перестраивается на нужный, вот и при обращении к Рийту я, похоже, перешла на звуки подкипающего чайника со свистом и щелчками. И логично, что Неро не понял ни слова из сказанного.

Ну… создатель твоего мира — или тебя лично, хрен знает, чем именно этот Олень занимался, перекинул тебя сюда. На кой — понятия не имеем. Ни я, ни Змей — это вот этот вот змей, он же Рийт, когда в гуманоидном виде, — вздохнула я. — Слушай… есть предложение.

Предлож-ш-ши ему знание языка… точ-ш-шнее, всех языков, ты понимаеш-ш-шь… — качнулась из стороны в сторону змеячья башка, проследил за ней взглядом навигатор. — А то придется уч-ш-шить…

Табличка с подписью про дуру и умников обретала все более и более ощутимое воплощение. Еще немного — и ведь правда найду краски, тонкую деревяшечку и займусь прикладным творчеством. Или не тонкую, чтобы можно было прикладывать к голове тех, кто полезет дальше что-то выяснять?

Да, лучше не тонкую. При какой, интересно, силе удара сломается дощечка в сантиметр толщиной и сколько она будет весить?..

А еще вот этот вот Змей предлагает тебе чуть обновить прошивку и записать в мозг способность понимать любой язык, на котором говорят в этом мире без необходимости его учить. Но для этого ему надо будет тебе в голову залезть… не физически, а ментально, — желание побиться головой о стенку тоже никак не желало оставлять меня. Когда-нибудь, когда от меня ничего не будет зависеть, я это точно сделаю. Найду стену покрепче (все равно меня этим уже не взять), возьму выпивку и буду пить и бить, пить и бить… мечты, мечты.

Но кто ж мне даст, а.

И, судя по лицу Неро, голову его тоже лучше не трогать. Ни в прямом, ни в переносном смысле, то бишь, если вежливо выразиться, вообще не лезть, похоже, негативный опыт уже имеется, и не просто негативный, а абсолютно нехороший. И одно дело — когда я умудряюсь осанвить сквозь любой барьер и ответ слышать точно так же, а другое — когда полностью все читать. Это как раздеться в прямом эфире на городской площади… неприятное ощущение, если честно.

Лучше не стоит, — и глазюки аж заледенели, и лопатками дергает так, что я даже сквозь перья чувствую…

…и рукой оперся о небольшой кусочек махового пера, которое я ощущаю очень и очень хорошо. Ладно если сломает, вырастет новое, а если выдер…

Ай! — выдернул. И да, я не люблю боль. Одно дело — если надо что-то сделать важное и ради этого потерпеть, а другое — когда у тебя, судя по «приятности» ощущений, выдирают клок волос. Или крупное, хорошо закрепленное в крыле перышко… — Оставь на память, что ли. Я вон у Мелькора в свое время дернула одно, где-то у самого конца правого крыла все еще чернеет.

Да, я пафосно вживила себе единственное полностью черное перо в изумрудно-опаленные крылья. Красиво, няшненько, пафосненько, довольно-таки символично. В конце концов, Мелькору я даже благодарна отчасти — не вышвырнул нахрен прочь, подлечил, даже слушался иногда в тех моментах, которые были чем-то важны для него самого.

Руку Неро, кстати, попытался все-таки отдернуть. Тьфу, мать его, высокоморальный суслик нашелся… про случайный перелом узнает — вообще будет Ортхэннера косплеить с его сорокалетней давности поведением «глазки в пол, морда виноватая, на ковер нассал и признаваться стыдно»?

Извини, я не специально, — и оттаял почти сразу. Это издевательство какое-то, честное слово. Нельзя быть такой обаятельной мордахой с глазюками, ресницами и вообще… это нечестно. — Оно отрастет?

Отрастет. Говорю же, оставь на память, это не смертельно, — ага, и про перелом молчим. Точно будет вид виноватого котеночка, после которого не ругаться хочется, а убиться, потому что маленького обидела.

Маленького… а годиков ему интересно, сколько? Выглядит-то постарше меня, да и нашивочки на шее не энсина явно, так что не двадцать лет точно. Тридцать? Тридцать пять?

Реш-ш-шайте уж-ш-ше…[AVA]https://sun9-6.userapi.com/c858424/v858424040/1eec3c/owtPje5EBqQ.jpg[/AVA][NIC]Саша[/NIC][STA]не от мира сего[/STA][SGN]В волосах твоих насмерть запуталась тьма
И скользит за тобой по пятам, по пятам...
Так легко и уверенно сходят с ума
Под привычно сбоящий сердечный тамтам.[/SGN]

Отредактировано Александра Некрасова (14-06-2020 21:04:58)

+1

5

4. О мыслях

А на каком языке тут все разговаривают? Не узнаю мелодику лингвоартикуляции ни одного языка. Разделить могу, до тебя со мной на трех разных пытались говорить и еще на двух диалектах, и вы со змеем этим вообще на другом общаетесь, — и огонек такой загорелся во взгляде… нехороший.

Знаем мы такое, видели. Любопытство исследователя и естествоиспытателя, прямо как у Морхэллена с кузнецами, когда они очередной сплав мифрила получить пытаются, не взорвав ко всем чертям кузню и половину округи…

С тобой — на твоем… не знаю, родном или нет. Ты слышишь тот, который привык слышать. Эллери — остроухие, тощенькие — на ах’энн. Зар, скорее всего, использовал валарин — это… язык местных богов, а еще квэнья и его вариации типа синдарина и… не знаю, телерин, что ли? — вздохнув, я подняла глаза к Змею. Тот ехидно-ехидно пырился, не меняя своего положения, и это было пугающе. — А с вот этой вот черной мордой — на тше-рти-ткаше, это вообще из другого мира. Его здешние не понимают сами, так что Рийт предпочитает на ах’энн трепаться, но тебе это не поможет. И либо согласишься на легкий апгрейд мозга, либо придется учить хотя бы его. Самостоятельно. Вон, эльфики помогут, да и майар… полубогов в любой момент можно попросить. Невменяемых больше не осталось, а остальные либо скажут, к кому обратиться, либо объяснят… черт.

«Либо объяснят по осанвэ,» — хотела продолжить я, но поняла, что и это тоже бесполезно. Или нет? Если ему так не нравится идея влезания в голову, можно попробовать предложить именно осанвэ — в конце концов, сначала ставится аванирэ, и лишь потом учатся его опускать, чтобы потрепаться. Я тут одно такое пристукнутое на всю голову, что и через аванирэ прохожу, как будто и нет его, и с тем же пофигизмом перехватываю чужие разговоры.

Нет, еще может Ирмо. Намо — если брат поможет. Ниэнна — с тем же условием… Эстэ, кажется, тоже, как и Вайрэ — этим по должности положено, но там тоже помощь Лориэна не помешает. Я ж помню, как с ними общалась в свое время; в глазки так ласково посмотрят, ресничками хлопнут — и все. Что стояло аванирэ, что не стояло, проскользнули мимо ртутной струйкой и вышли так же.

Наверное, еще Эру и Рийт могут, им по должности положено…

«Ага, положено,» — о чем я и говорю. Влез, как тут и сидел, зараза такая.

Что объяснят? — интересно, а если я его аккуратно так вторым крылышком прижму обратно, чтоб не дергался, это поможет? Лапки-то чьи-то привычные уже тянутся в сторону коляски, но… плохая идея, очень плохая, разве что воздушников звать на предмет модификации, а то ездить по Хэлгору невозможно, ибо остатки пола — как после бомбежки, а ездить вокруг Хэлгора — это по земле и буеракам. Причем последних там явно больше, чем первых, тут же почти как ядерная война прошлась, только не фонит разве что, и то — спасибо Лаиллэ, которая эту дрянь вычищала, как могла.

Не «что», а «как», — абсолютно спокойно поправила я. — Объяснят по осанвэ. Это такая… телепатия, что ли. Передача образов мысленно. Тебе бы ее открыть нормально… а это тоже надо в сознание лезть. Но там ничего трогать не надо, только… если максимально упростить — один тумблер перещелкнуть. Физиологическое отличие людей, черт побери.

И на словах про физиологию опять морда кирпичом, в пальцах — ай! — перья шелестят, в глазах льдиночки. Он мне так все крылья пообщиплет, зараза такая, и ведь выпустить на вольные хлеба нельзя, меня когда в первый раз его черной волной цепануло, думала, помру нахрен. И ладно я помру — я-то возрожусь снова на Арте, но вот детей жалко, они-то пока ко мне привязаны, и такой перепад формы им будет не особо полезен.

…а если Неро помрет, он тоже монстрятинкой станет? Ой, мать моя эльфийская вдова…

Не думаю, что это будет необходимым воздействием в данных условиях, — да черт побери, что ж ему так по мозгам проплясали канкан, что он на минимальное воздействие зубы скалит, как варг на кошку? — Ранее мне неплохо жилось без этого… «осанвэ», и если это не необходимо — и сейчас проживу.

«В этой речке утром рано утонули два барана», холст, масло, Неро Дини. По взгляду вижу — переубеждать заманаюсь, а тут еще и Рийт нависает памятником самому себе.

И как мне с этим вот еще и доказывать, что принять силу тоже очень-очень надо? Помню, что ломать станет едва ли не хреновее, чем та волна, только не физически, а морально. Или душевно. Да, потом будет дичайшая эйфория на пару минут, которая эту боль перекроет, но сначала будет очень, очень плохо.

«Неро, прости, но тебе надо еще один сеансик пытки, чтобы у тебя был шанс дожить до того светлого момента, когда тебя отправят обратно», да-да. И он сразу же бросится мне на шею и подставит шею под ножик… самой смешно. А ведь это даже не пытка. Это переполнение силой, которое разрывает душу изнутри, заставляя ее терять те оболочки, которые тянут вниз. И это — да, я и на себе испытала, и на других видела не так и давно — безумно больно.

Рождаться вообще — больно. Всегда.

«Прости, зря дернула. Кажется, пока что только все сама,» — легкий образ сожаления, теплая-теплая волна благодарности, что откликнулся.

«Ничего страшного, малышка. Позови — услышу.»

Змеиная башка исчезла так же безмолвно и быстро, как и появилась. Вот что-что, а передвигаться максимально бесшумно Рийт умеет отлично, несмотря на все его габариты. Говорил, что это еще из совсем далекого прошлого привычка, когда прятаться приходилось постоянно, зато теперь кого угодно до инфаркта доведет.

Насколько необходимо в полностью незнакомом месте умение заговорить с кем-то на короткое время на его языке? — провокационный вопрос. — Или ты думаешь, что я тут не одна такая, кто шпрехает на чем угодно? Так что для выживания, причем твоего же — необходимо.

Какая морда, а. Какой навык держать себя в этом внутреннем доспехе… интересно, а он «врожденный» или воспитание такое? Если воспитание — то, черт побери, я в полном и абсолютном восхищении. Звучит, как будто звук притушили, убрав остроту верхних частот, но оставив мягкую густоту нижних, которая скрадывает все остальное. Красиво, блин, и не нарушает гармоники.

Переживу, — и вроде бы как спокойно сказано, а морозом по коже дерет — как от речи Намо. Не родня ли случаем? Бывает же, что одна душа надолго застревает где-то, пока другие проходят круги перерождений. — Не смертельно. Жестами объяснюсь, в конце концов.

И снова лапы к поручням тянет, которые тут сделаны, чтобы «стрижики» и прочие себе крылья не доломали окончательно о перегородку, пол и друг друга. А то под когти орлов летающие попали, а задуматься, что со сломанными крыльями будет очень грустно ползать по земле те полторы-две недели, пока они срастаются, не догадались, потому что про понятие «ходить» давно забыли. В воздухе оно, мягко говоря, не нужно, а над землей можно и птичкой или ветром летать, только вот сейчас сбросить облик уже нельзя.

Неро… во-первых, подожди немного, не торопись, тут ты передвигаться не сможешь, если антигравов, которые вроде уже должны были изобрести в твоем мире, не встроил. Тут вокруг война была. Колдоебины такие, что меня с крыльями закопать можно, — и еще десяток сверху положить, особенно в ту ямку, которая от второго герольда Манвэ осталась. — Во-вторых, если это сделаю я, а не кто-то еще, ты пустишь? Как в той легенде… руку в пасть волку. Ты в любой момент сможешь меня остановить. И серьезно, не полезу я в память или мышление, мне оно не надо.

Угу. Офигеть как это должно успокоить человека, которому уже один раз вывернули мозг наизнанку, да? Но лучшего я все равно предложить не смогу. Рийт смог бы вообще незаметно проникнуть, Феантури и их супруги — тоже. Но потом мне же ему в глаза смотреть. Обещала не трогать разум — не трогаю, другим трогать тоже особо не даю.

А удобно его крыльями держать. И крылья — внезапно — достаточно сильные, чтобы вот так вот удерживать человека. Не ожидала, чес-слово, что они будут отличаться от остальных конечностей. Руками бы без опоры не удержала.

Когда Тюр положил руку в пасть Фенриру, он знал, что асы обманут волка. Не лучшее сравнение, — Неро усмехнулся, и я еще раз прокляла свою память. Легенду я помнила, разумеется, ровно до момента этого самого помещения руки в челюсти, и дальше была аккуратная такая лакуна, потому что на уроке древней истории мне показалось куда более интересной легенда про пророчество Вёльвы. Точнее, переложение переложения.

Мне моя рука еще нужна. Или крыло, смотря что выберешь. Руками ты вполне сможешь сломать сустав и оторвать кусок крыла, который не восстановится, — почти что девичью честь отдаю, черт побери. Крылышки мои таким вот образом только Мелькор и щупал, да еще Морхэллен, когда на вознесение новых валар смотрели. — Я не хочу причинить тебе никакого дискомфорта.

«Уважаемая жертва изнасилования! А можно я немножко, на полшишечки?», блин. Самой мерзко было, если честно, и никакого желания лезть в мозги Неро не было. А осанвэ, как ни странно, «изнутри» не подключается. Только, кхм, «снаружи». В моей башке в свое время похозяйничал Змей — заодно и сделал какую-то супермагию с языками, чтобы не было проблем с пониманием в обе стороны. Похоже, кстати, что на подобии осанвэ это и работает, потому что незнакомые слова я слышу так, как они есть, без «перевода», как и обратно — для любого из эльфиков слово «синхрофазотрон» прозвучит на русском.

А выбора у меня, как я понимаю, нет? — с очень спокойным вздохом Неро сжал в руке протянутое второе крыло, буквально на мгновение темнея лицом и тут же снова принимая по-королевски величавый вид. Даже взгляд поднял, в глаза мне уставился, как будто это понадобится для контакта… я же не вулканец там или кто-то еще, я майэ. Дурацкая и почти всесильная, но безумно ограниченная майэ. — Давай уже быстрее.

Выдохнула. Закрыла глаза, на секунду растворяясь в мире вокруг. Где-то близко и неимоверно далеко унисоном мурлыкали две еле различимые скрипки — мои дети, пока еще даже не пришедшие полноценно в этот мир; совсем рядом устало звенели цимбалы Королька и вечные тремоло флейты-пикколо Зара, так же медленно и сонно отвечало гудение тубы Ортхэннера.

Коснулась почти невесомо сознания Неро, прислушиваясь к его ответу.

Больше ведь страшно, чем на самом деле может быть плохо. Хотя да, он меня почти не знает, а предыдущий опыт подобного контакта был откровенно негативным, судя по реакции, и теперь мне надо незаметненько пробраться мимо осознанной части его сознания, спуститься ниже и активировать незаметную такую опцию «способность к осанвэ». Фактически, если в его мире люди создавались так же, как тут — все эрухини, то у него эта опция имеется, просто из-за слишком сильного влияния тела на душу (а не наоборот, как у майар и эльдар) неактивна.

Ответа не было, крыло не отрывали. Если не почувствовал — значит, и дальше не должен.

Если видеть мир переплетением музыки, легко найти кусочек, где тишина бьет по ушам. Найти, подобрать нужную мелодию, вплетая ее в основную канву — и мгновенно рвануться обратно, не касаясь больше ничего. Хотя было огромное, просто невероятное искушение поправить и диссонансы, и немного неестественные, волчьи звучания, и всю эту какофонию, плавно перерастающую в общий и слитный звук… но вот остаться без одного крыла мне хотелось еще больше.

«Неро?» — и образ — поднимающийся рассвет. — «Ты меня слышишь?»

В пальцах навигатора медленно заскрипели перья, сжимаемые плотнее. Молодец, Саша, расслабилась, полезла сразу в осанвэ, а не объяснила, что все, перестройка готова, можно не паниковать! Потеряешь крыло — сама себе дура будешь.

Эй, ты мне так и правда его оторвешь. Я все, говорю же, это простейшая и быстрая штука, — смотреть на мир вокруг после слепоты, когда зрение заменялось слухом, было непривычно и неудобно, потому что там, в другом уровне восприятия, я ощущала целостность мира и его взаимосвязи, а сейчас это все словно пристукнули пыльным мешком. — Мысли твои не читаю, связь по сути своей ближе всего к телепатическому «звонку», отклонять вызовы и уходить из зоны доступа учиться будешь?

Ткнулась в самые верхние слои сознания Неро ради интереса еще раз, даже не договорив до конца, и с огромнейшим удивлением обнаружила офигенное, мощнейшее, просто великолепное аванирэ, которое ломать было бы себе дороже, причем для кого угодно.

То есть — уже все? — немного недоверчиво уточнили в ответ. Мне так и захотелось съязвить, мол, нет, сейчас придет десяток девственниц, я принесу их в жертву и только пото-о-ом…

Угу. Кстати, была неправа, — я задумчиво ткнула пальцем в лоб не ожидавшего такой ужасной подлости Неро, и, как только на диво цепкие пальцы выпустили изрядно помятое крыло, добавила:
У тебя защита — которую обычно сознательно ставят и которую можно не ломать даже, потому что овощ получится в результате… короче, она как-то сама встала. Попробуй почувствовать, должно было что-то измениться в ощущениях. Немного мутноватое стекло перед глазами, шум в ушах… не знаю…

Нет, это и правда было странно. У эльфяток, насколько мне было известно, нормой считалось, что пока аванирэ не поднимешь сознательно — оно и не встанет. Ну там латиэ-открытость, мир любит нас, а мы любим папу Мелькора и дедушку Эру… а у Неро, как и у меня, первичной оказалась закрытость. Та, которую можно сломать, но невозможно вскрыть без повреждения внутреннего содержимого.

Как будто кто-то сейчас начнет говорить. Но… звука нет, — немного приторможенно и явно формулируя фразу так, чтобы она была максимально точной, сообщил Неро. — Но тебя я слышал.

А теперь попробуй молча мне что-нибудь сказать. Что угодно, аванирэ само уходит, когда надо, — особенно если оно встало не по неписанным правилам, а само по себе, случайно и внезапно.

«Саша?..»

«Я тебя слышу,» — и на этом программа-совсем-минимум на ближайшие полчаса выполнена. Чувствую себя так, словно меня пару раз прокрутили в стиральной машинке, отжали там же, а теперь еще и заботливо встряхнули, аки тряпочку, перед тем, как наконец-то отвалить и дать пару секунд нормальной тишины и покоя.

Если муж еще хоть раз заикнется, что ему скучно жить — я ему шею сверну и скажу, что так и было.

Докаркался.[AVA]https://sun9-6.userapi.com/c858424/v858424040/1eec3c/owtPje5EBqQ.jpg[/AVA][NIC]Саша[/NIC][STA]не от мира сего[/STA][SGN]В волосах твоих насмерть запуталась тьма
И скользит за тобой по пятам, по пятам...
Так легко и уверенно сходят с ума
Под привычно сбоящий сердечный тамтам.[/SGN]

+2


Вы здесь » Приют странника » Блокнотные листы » Стремительный штурманский домкрат