Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Глава 4.1. Две капли сверху » Сезон 4.1. Серия 3. На темном небе всполохи и звезды


Сезон 4.1. Серия 3. На темном небе всполохи и звезды

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Время действия: 2447 г., 15 марта, 00:00-04:00.
Место действия: «Страж», звездолёт класса «Бесстрашный» (USS Guardian NCC-74741).
Действующие лица: Джеймс Гордон (Кристиан МакКензи), Неро Дини (Эдвин МакБэйн),

http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/66611.jpg

0

2

Джим немного устало потер переносицу, вглядываясь в полупрозрачные отчеты. Да, называется, угони корабль, который знаешь до последней переборки, а потом обнаружь, что с экипажем в два раза меньше, чем положено по загрузке, с этим самым кораблем очень сложно справиться. Нет, вполне возможно – не развалились же до сих пор на куски, но сложно.
Еще и чтение морали… хорошо, что Первый все-таки смирился с тем, что у них полностью ебнутый капитан. Когда этот самый капитан появился на мостике с демонстративно так, на пару сантиметров привынутом из кобуры фазером, наглой рожей и фразой «Господа, вы все захвачены в плен, а я ворую корабль у Федерации, кому не нравится – пройдите обратно на стыковочную площадку», кажется, охренел даже вечно невозмутимый Кайтано.
Ага. Забитый старшими офицерами мостик, поднятые вверх в не менее демонстративном жесте сдачи ладони и насмешливые рожи этих самых офицеров… кажется, даже «вулканятки», как их обзывали за глаза, проявили чуть больше эмоций, чем им по расе положено. Спокойно сдались, расселись по местам, обтекая все-таки немного удивленного этим Джима и в ответ на «И что, никто из вас не покидает корабль?» только послали… чипидрисов ловить и не мешаться, пока умные люди и нелюди делом заняты.
Боунс на вопрос, не собирается ли он спокойно провести дальнейшую жизнь, вообще пригрозил, что заставит пройти полное психиатрическое освидетельствование – мол, какого хрена, капитан, я же не сошел с корабля, так хер ли спрашивать.
А теперь… ну, теперь предстояло весело и дружно поводить за нос Адмиралтейство, настучать по шапке тем, кто настучит на них и улепетывать то ли в свежеоткрытый каппа-квадрант, то ли еще куда подальше. Буквы-то еще не закончились, как и неизведанные дали, в которых мало ли какая хрень может водиться…

Когда перед ним спокойно и немного надменно выкладывают тонкие листы пластбумаги с какими-то личными делами, Гордон разве что холодно выдыхает:
– Что это?
– Выбирай новый экипаж, – отвечают ему.
Рука тянется к столу. Коммандер-СБ, лейтенанты-пилоты, все с серьезными незнакомыми лицами, все – чужие. Джим вспоминает – своим он приказал оставаться на корабле, заблокировав системы связи.
«А что будет, если угнать «Страж?» – мелькает в голове. – «И на фронтир… Или обратно к той планете, как ее, Фрея?».
Он поднимает глаза. Лицо адмирала – каменный истукан острова Пасхи – отстраненное и словно высеченное из упрямого гранита — не меняется ни на йоту, когда Джим демонстративно достает из кармана зажигалку, а пластбумага плавится и чадит у него в руках.
– Мой экипаж устраивает меня больше, чем любой другой, – вежливая улыбка на застывшем лице Гордона, наверное, смотрится жутко. – У капитана корабля есть право голоса, которое позволяет отказаться от замены личного состава. Устав, часть третья, пункт двадцать восемь дробь четыре.
Валерис сейчас оценил бы, что он вспомнил чертов Устав, если бы не сидел на «Страже», как и все остальные.
Капитан имеет право… Имеет право.
Ему говорят что-то о непригодности каждого второго – Джим отбивает это отчетами из медотсека («Боунс, твою мать, мне все равно, как ты сделаешь эти отчеты, но те, кто захочет, должны оказаться пригодны к службе!»); его убеждают, что на других кораблях его экипажу будет лучше – а Гордон вспоминает дурацкие и абсолютно невозможные ситуации вроде Неро верхом на Лиро или Эрнере, вроде полотенца Анки, которым она гоняет с кухни ранними утрами, вроде шоколадных конфет у Яси, Валериса, Сонака – после смены, коробочки без подписей…
…это его экипаж. Его корабль, вросший под кожу царапинами от острых углов в каюте, раскрывшийся фиолетовыми лепестками синяков от кресла после перегрузок, знакомый до последнего технического закоулка между слоями обшивки.
Джим разворачивается через левое плечо, и, печатая шаг, выходит наружу.
«Как дела, капитан?» – коммуникатор оживает голосом Первого.
«Готовьте корабль. Через час улетаем».
Гордон почти не спрашивает, кто решил остаться. Наберут на любой базе, где есть найдутся желающие. И когда он видит старших офицеров – всех, до единого – он коротко кивает им и проходит к креслу, отдавая команду к переходу в варп.
Сердце корабля бьется справа в его ребрах, почти попадая в ритм человеческого.

…стоило пойти и пожрать. Первый раз, конечно, за двое суток – на сладком кофе тоже можно жить, но от вида и запаха стимулятора уже ощутимо подташнивало, и капитан понимал, что рано или поздно организм возьмет свое, и его мало того, что вырубит на ближайшей подходящей поверхности, так еще и после пробуждения мутить будет, как после тренировки в центрифуге. Точнее, после серии тренировок, когда проверяют на устойчивость к перегрузкам.
Сколько он там выдержал максимум? Двадцать три единицы, кажется. Потерял сознание на шестом заходе, когда попытались дотянуть до двадцати пяти, но зачет поставили уже на десяти, а дальше – просто тестировали выносливость.
Блевалось потом дальше, чем виделось, еще дня два. Или три. Нет, два с половиной, потом он как-то умудрился влить в себя тот самый, не единожды проклятый не-вулканцами на зачетах по вулканской культуре суп.
Да. Поесть, выпить еще чего-нибудь стимулирующего, но не кофе, и разобрать отчеты навигаторов и пилотов – что-то в системе, кажется, шло не так, но дергать оставшихся немногочисленных инженеров и техников почем зря не хотелось.
[NIC]Джеймс Гордон[/NIC][STA]дважды паразит[/STA]
[AVA]http://sg.uploads.ru/51hM7.jpg[/AVA][SGN]Выходят в бой, где бесполезен меч, где толку нет от кулака и пики[/SGN]

Отредактировано Кристиан МакКензи (13-06-2020 20:04:48)

+7

3

Вторая подряд вахта – уже в астронометрической, подошла к концу аккурат к восьми вечера, когда был назначен то ли очередной, то ли внеочередной, поди разберись, медосмотр старшего штурмана. Неро ещё не обсчитал периодичность наступления этих личных «дней Хэ», но сильно подозревал, что часы приема у МакКея для него именно выбраны были с нехитрым расчётом – вымотается, дескать, и вдруг да согласится на то, будто бы вскользь уже однажды сделанное в конце всей малоприятной осмотровой мутоты и, разумеется, совершенно невинное предложение «старого сельского доктора», как Лео любил себя называть: «Так ты переночуй здесь, в медотсеке. Поешь, выспись, отдохни хорошенько в нормальных условиях, я пока тебя понаблюдаю, а утром с чистой совестью выпущу». Ну да, ну да, а то неясно, что если врачебная совесть Боунса засвербит, случится наутро почти ожидаемый сюрприз – «А вас, Дини, я попрошу остаться».
Немалая ирония состояла в том, что расчет этот, хоть и нехитрый, мог, нет, должен был рано или поздно оправдаться. Пока от столь щедрого предложения начальник штурманской службы вежливо уклонился, и наверняка ещё не раз уклониться сможет, но… браслета при нагрузке выше штатной хватает всего на сутки, а не на неделю, как год назад, и это при том, что Леонард ищёт (и каким-то чудом находит) новые и всё более мощные обезболивающие. Да он целый арсенал их уже наработал за время этой эпичной миссии «Стража», благодаря одному Дини. Играть которому с суровым доктором в салки-догонялки, конечно, весело, однако это процесс не бесконечный – просто потому, что природу, будь она трижды неладна, долго обманывать не получится, а выйти из строя без передышек на минимальное восстановление – проще простого. А это ударит по всем, навигаторов на корабле сейчас и так на одного меньше, чем положено, искать вот надо кого-то вместо Ливи...
Так что забить на назначенный визит в царство доктора МакКея Неро не мог, риск пройти проверку и быть отпущенным был меньше, чем вероятность разгневать СМО и лечащего врача неявкой, а значит – загреметь туда же, но всерьёз и надолго.
И все бы ничего, в конце концов, подумаешь, одним медосмотром больше – не привыкать стать, но... через час, в девять, в лифт к как раз ехавшим куда-то «корианским близнецам» вкатился коллега и начальник… вроде бы такой же, как всегда – «спокойный, как удав», сказали бы знающие его чуть хуже, но землякам, выросшим на той же планете, несколько больше было известно о градациях осветления монтефьорского загара с течением времени, так что бледность Неро (интересную, естественно, но расспрашивать бесполезно, если сам не сказал) они отметили. И заметили, как за ужином Дини вяло ковырял вилкой лазанью (нормальную даже на их пристрастный вкус!), как бегло, с опозданием и невпопад ухмыльнулся на шутку Рикардо – губами только, улыбка до глаз не дошла, как коротко поблагодарил Анку за почти нетронутую еду, как спешно укатил к себе каюту, влив в себя молоко...
…вот лучше бы он к Боунсу опоздал, а, ну честное слово… ну получил бы втык, извинился, искренне стыдясь, ну перетерпел бы более пристрастное обхаживание и доктора, и Доктора, зато... зато не лежал бы сейчас, пялясь в почти не видимый в зеленоватом полумраке каюты потолок, морщась и мрачнея с каждой секундой всё сильнее, хотя сильнее уже некуда.

…А кто у нас следующий, доктор? – Джиджи Лагор, молоденький гладкокожий оварри, похожий на большую резиновую игрушку в форме медика, заслоняя рабочий стол СМО, стоял спиной к коридорчику медчасти, когда Дини приостановился возле стоящих там стеллажей, чтобы не мешать чужому разговору, невольно его слыша – дверь-то была открыта.
– Неро, он уже должен отужинать, – Боунс что-то писал и не поднимал взгляда. – Приготовьте палату на всякий случай.
– Мы его оставляем на ночь? – помощник чуть вскинул блестящую тёмно-голубым голову. – Простите, сэр, но я вообще не понимаю, как он допущен к службе. Я смотрел записи за весь год – отрицательная динамика очевидна, и если она сохранится, он скоро не сможет исполнять свои должностные обязанности, а корабль – все же не хоспис, мы не можем себе позволить…
– Заткнись, – рыкнул Леонард, продолжая строчить. – Офицер Лагор, ваше мнение тут никому не интересно. Выполняйте указания, пока свои обязанности неудовлетворительно исполняете вы.

[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://sd.uploads.ru/xtiF8.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.
Внешний вид: униформа навигатора Звёздного флота Федерации. На коленях иногда неуставной плед.
С собой: коляска инвалидная http://s7.uploads.ru/t/CKJje.jpg

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (18-06-2020 03:26:12)

+6

4

За едой хотелось рухнуть и заснуть прямо вот носом в тарелку, и плевать, что так он скорее задохнется, чем выспится. Впрочем, фраза «в гробу отосплюсь» вполне себе описывала настроение Джима – нет, чес-слово, сейчас надо было набить желудок чем-нибудь съедобным, завалиться спать и послать все к черту хотя бы до следующей смены. В конце концов, Валерис уже был оповещен о том, что капитан искренне желает выспаться, и то, что до этого капитан провел больше пятидесяти часов на мостике и в комнате готовности, немного этого самого капитана извиняло.
Очередной отчет, который заставил падд провибрировать аж до самого края стола и рухнуть на пол, казалось, забивал гвозди в уже хорошо так проперфорированный предыдущими пятьюдесятью тремя череп; немного замедленно-резкие движения Неро он заметил только к тому моменту, когда господин старший навигатор уже разворачивался в сторону лифтов, а у него самого оставалась еще почти треть минимально необходимого для поддержания себя в адекватном виде рациона на тарелке.
Что оставалось? Перекинуться парой фраз с Сонаком, больше похожим на памятник самому себе, быстро-быстро дожевать собственный «корм капитаний, сбалансированный, один порций», подобрать с пола вибрирующий еще двумя отчетами падд, скинуть последние четыре на проверку и подпись Валерису, рвануть, пытаясь вписаться во все проемы и не собрать собой косяки, почти к собственной каюте.
Вот с последним были небольшие проблемы. Как ревнивая девушка, «Страж» очень не любил, когда к нему относились хоть сколько-нибудь небрежно, и закрывать глаза, проходя поворот, точно не стоило; через несколько часов на плече расцветут несколько прекрасных следов от переборки, в которую Джим очень неудачно шатнулся, а прищемленные дверью лифта пальцы очень ноюще намекали, что родной уже корабль стоит обиходить несколько чаще, чем раз в два-три месяца.
– Монтефьорским корианцам земное «Ку-ку!», – стукнув костяшками в дверь, Гордон зевнул, подавив немного мявкающий звук выдоха. – Слушай, почему отчет от медиков содержит рекомендации не только по тому, что закупить, но и по тому, кого «выкинуть нахрен в космос без скафандра, раз уж на станцию ссадить нельзя, за неподобающее отношение к начальству и пациентам»? Не, к Боунсу я не пойду, он страшный и с гипо.
На очередную вибрацию он только раздраженно фыркнул, замечая, как же жалко это фырк прозвучал тут, в полупустом коридоре офицерской палубы. Нет, в следующий раз такой «подвиг» он будет совершать только в том случае, если на кону будет стоять экипаж или корабль, который переживет еще пару недель без дополнительного укрепления обшивки, а если и не переживет, то это явно забота Мультитула, от которого пришел отчет, явно говоривший о мнении главинженера относительно знаний капитана в кораблестроении.
А еще надо подумать, куда им смываться дальше. В пространстве Федерации им, конечно, грозят максимум патрульные корабли, которые их по варп-конфигурации могут засечь, но это только на входе-выходе, а в более-менее спокойном космосе подальше от сердца ОФП – хоть залетайся. Только вот осторожнее надо быть, лататься негде уже, ни одна верфь не возьмет кроме пиратских, а пираты хотят денежек… которых у экипажа, как водится в Федерации, не так уж и много. Даже не так. Денежек относительно много, но хватит их, если посчитать все эти оклады и выплаты, максимум на две-три крупные починки, а потом – лапу сосать или к тем же пиратам наниматься.
– Неро, я открою дверь, если ты не сильно против. Если ты сильно против, переведи фазер в парализующий режим, этому кораблю пока еще нужен капитан!
А в отсутствие возможности нормально проработать настрой экипажа чья это забота? Кто должен улаживать конфликты и приводить своих подопечных в приличный вид? Нет, СМО – это понятно, психологи – тоже… но капитан – первее всего.
Экипаж превыше корабля… и капитана.
[NIC]Джеймс Гордон[/NIC][STA]дважды паразит[/STA]
[AVA]http://sg.uploads.ru/51hM7.jpg[/AVA][SGN]Выходят в бой, где бесполезен меч, где толку нет от кулака и пики[/SGN]

+7

5

Джеймс, ну какой фазер? – в голосе из-за двери не было ни гнева, ни сварливости, ни даже раздражения, только бесконечная усталость. Дини и впрямь чувствовал себя таким вымотанным, словно отсидел не две, а все шесть смен подряд, что, впрочем, нисколько не позволяло встречать гостя, лёжа пластом. – Рози, открой, – велел он искину жилых палуб. Капитанский код не потребовался бы по-любому – дверь штурмана вообще не запиралась, Гордон, что, не знал?.. Однако пока он дотопал до «спальной зоны» в каюте старшего навигатора, тот как раз успел приподняться на локте и потереть саднившие, видимо, так и не отдохнувшие пока глаза. – Фазер… откуда бы он у меня. Что я, краснорубашечник, что ли – с оружием под подушкой спать? Вы меня с джаффой не перепутали, капитан?
Ворчать было хорошо… ворчать было лучше всего сейчас, ворчать, бухтеть и насмешничать, уж точно лучше, чем отвечать на вопросы об отчёте медиков. Но не отвечать на них теперь, когда командир корабля буквально стоял над душой, стало невозможно.
Чёрт возьми, Джим, – Неро поморщился, – ну, если хочешь… то есть, если считаешь нужным – действительно, высади меня на первой же базе или на первый встреченный корабль до неё, слова не скажу, ты вправе, – во время этих тягучих реплик он кое-как сел. – Я вообще не понимаю, если честно, почему ты меня оста…
Штурман осёкся, и, глядя на Гордона снизу вверх, ошарашенно мигнул. Чего-чего? Какое это «отношение к пациентам»?..
Так, погоди, – тихо и насторожённо снова заговорил навигатор, не отрывая взгляда от лица Джима. – Это не обо мне, что ли, страшный Боунс там понанаписал? – он глубоко и медленно вдохнул-выдохнул – вдруг, но ожидаемо резануло по спине – и, спрятав руки под одеяло, натянул его до плеч, словно вдруг замёрз, хотя в каюте было очень тепло. – М-да, вот уж правда, корианское ку-ку.
Неро ошибался – нежно-жёлтая пижама ему шла, по закону цветового контраста подчеркивая тёмную синеву глаз, сейчас растерянных и… тоскливых?
Сядь, пожалуйста, – попросил он Джеймса вполголоса и чуток подвинулся к стене, обозначая, что можно устроиться и на почтенной кровати совсем рядом, если капитану вздумается для пущей неформальности. Разговор-то, судя по всему, предстоял долгий и непростой, но, кажется, от него обоим уже не отвертеться. Напортачил он, эх, навигатор, подвела и интуиция, и умение воспринимать информацию точно. – Сядь, не маячь, нам, похоже, надо поговорить. 
Может, оно и к лучшему, решить уже этот вопрос – и... настроение, вроде бы, подходящее сейчас у обоих. Ночь – вообще время откровенности, а уж не первая бессонная – тем более.
Если речь о жалобе на Лагора, так он же прав, мы оба это знаем… мы все это знаем, – иногда «вежливый кролик» Неро умел говорить прямо и бесстрашно. – Я слабое звено, Джим. Я всегда им был, но сейчас это недопустимо, наш статус изменился, ситуация изменилась, поэтому... «Страж» не может позволить себе меня. Ты ведь это хотел сказать? – взгляд Дини смягчился, он даже улыбнулся слегка. 

[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/613/56571.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.
Внешний вид: униформа навигатора Звёздного флота Федерации. На коленях иногда неуставной плед.
С собой: коляска инвалидная http://s7.uploads.ru/t/CKJje.jpg

[/SGN]

+5

6

Джим иногда даже был послушным, адекватным и умным капитаном – в частности, именно в период невменяемости по причине недосыпа и недокорма, и потому даже сопротивляться особенно не стал, когда Неро и к себе его подпустил, хотя казалось, что хорошо, если у двери даст постоять спокойно, и на кровати чуть сдвинулся, обозначая вот это вот «сядь и не нависай». Сел, вспоминая, о чем же изначально-то шел поговорить.
Не о Лагоре же. И не о Боунсе-«гипо-в-жопу», который, конечно, страшный-страшный, а все равно свой, как и весь старший состав. И не о…
…на последних фразах рука вот просто сама потянулась и отвесила старшему навигатору Неро Армандо Дини ощутимый, хоть и сдержанный, подзатыльник. Как будто не по тридцать пять – и восемь – им, а восьмилетний Джимми воспитывает мелкого совсем, на три года младшего, приятеля.
– Штурман, а вас веслом по голове не били? – эта же рука опустилась на плечо, почти закрытое тканью, пока капитан, которому после первых двадцати суток море по колено и сам черт не брат, устраивался поудобнее лицом к лицу с собственным офицером. Можно же спокойно встать на колени, почти опускаясь на пятки, и держаться так, пока необходимо – в конце концов, для чего еще его регулярно терроризируют на голотренажерах до состояния нестояния?
И, пока этот самый офицер не успел ничего вякнуть, Джим – для завершенности, так сказать, действа – еще и обнял, наклоняясь поближе, так, чтобы не причинить неудобств. В голове было восхитительно пусто и звонко, как будто на эту самую голову надели кастрюлю и шибанули по ней со всей дури чем-нибудь тяжелым и металлическим.
– Во-первых, заведи привычку спать с фазером под подушкой, а то вдруг враг нападет, а ты тут красивенький лежишь… отгонять чем будешь, пылесосика натравишь? – наверное, не этого штурман ждал от почти-шепота на ухо. – Во-вторых, еще раз скажешь чушь – будешь со мной вместо Валериса отчеты разгребать и смены составлять, там такая комбинаторика, что тебе и не снилась. В-третьих… – капитан чуть отстранился, оказываясь настолько близко к лицу, чтобы для взгляда в глаза не надо было даже задумываться, оно выходило как-то само. – …наш статус, как ты верно заметил, изменился, и где еще я возьму преданного мне офицера с великолепными способностями? «Страж» не может позволить себе потерять тебя. И я – тоже.
Может быть, это и прозвучало глупо, но сказал Джим именно то, что хотел. Капитан – часть корабля, и экипаж тоже, но именно сейчас, когда Адмиралтейство благополучно признало, что теперь NCC-74741 является угнанным судном, приведение которого к любой из патрульных станций Федерации награждается, и скорее всего, довольно неплохой суммой… сейчас «Страж» не мог позволить себе потерять Неро Армандо Дини как навигатора, заменить которого было бы довольно проблематично.
А он сам успел привязаться к своим офицерам ровно настолько, чтобы послать нахрен Адмиралтейство с его претензиями и требованиями по замене экипажа. И желание настучать экипажу за подобные мысли по шее было вполне объяснимо и логично – тем более в данном случае.
– Боунс, чтобы ты знал, половину отчета объясняет, где именно он видел подобный «профессионализм», куда именно послать Лагора и почему он не согласен с подобным подходом к его личной, как он высказался, головной боли, – Джим снова обнял Неро, аккуратно и максимально бережно. – И я с ним, знаешь ли, согласен.
[NIC]Джеймс Гордон[/NIC][STA]дважды паразит[/STA]
[AVA]http://sg.uploads.ru/51hM7.jpg[/AVA][SGN]Выходят в бой, где бесполезен меч, где толку нет от кулака и пики[/SGN]

+8

7

Всякий раз изрядно удивляло, что им с Джеймсом… с Джимом Гордоном чуть ли не каждый день удавалось перескакивать с форм обращения – с «вы» на «ты» и зачастую обратно на протяжении одного речевого периода, в паре-тройке реплик буквально. По сравнению с этим внезапный подзатыльник удивил меньше – при всей неожиданности он показался странно ожидаемым. Нечто вроде дежа-вю – так происходит вдруг, но так и должно было случиться. И, нет, дело вовсе не в принципе «заслужил – огреби».
Веслом – нет, не били, – ответил штурман серьёзно, но, конечно, не без ехидства, – только капитанской дланью… теперь.
Он не успел озадаченно потереть пострадавший затылок, потому что… во-первых, потому что озадачился ещё пуще, а во-вторых, разрывать этим необязательным движением не менее внезапное объятие – совсем уж невежливо, некстати и... не хотелось. Чёрт возьми, и это действие капитана, по идее, непредсказуемое, воспринималось почему-то, как должное – что-то в духе «никогда такого не было – и вот опять». Чего вообще происходит-то?.. – лейтенант-коммандер заглянул в глаза старшего офицера спокойно, но пытливо до требовательности, не без приятного удивления обнаруживая, что радужка у капитана крыжовниково-зелёная, когда на неё так падает свет.
Зачем мне обзаводиться дурными привычками? – осведомился Дини на редкость беспечным тоном. – Фазер под подушкой с куда большей вероятностью навредит мне, а не гипотетическим врагам, потому как, если уж они до меня-красивого доберутся… ну ты понимаешь, кому надо будет бояться и чего, – взгляд остался спокойным, но в голос на мгновение влилась накопленная годами усталость… чтобы тут же пропасть, будто и не бывало. – И чем тебе не нравится пылесосик в качестве сторожевого питомца? Кому-то он очень даже метко попал в… ну ты помнишь, – штурман позволил себе беглую улыбку – не такая уж давняя сцена с чтением на мостике писем из дома встала перед глазами, как наяву.
Тогда они ещё были добропорядочным кораблём Федерации, думали, что она радостно встретит их возвращение... – однако брови Неро озабоченно сошлись не от этой горькой, но, в общем, бесплодной мысли, его куда больше волновал настоящий момент, а в нём Гордону наверняка неудобно было «стоять» на коленях, едва опираясь ими на край кровати, почти на весу.
Хочешь, я подскажу тебе неожиданный поворот для облегчения капитанской жизни, как полагается штурману? – уже по-настоящему, а не символически сдвигаясь к стене, чтобы дать Джиму больше места, легко хмыкнул Дини, не выпутываясь, тем не менее, из крепких, на диво бережных рук и тоже глядя в упор. В тёмно-синих глазах корианца сложно было не заметить насмешливых искр: – Вам уже необязательно писать половину отчетов, мистер Гордон, раз мы теперь пиратствуем и судно не подпадает под юрисдикцию Адмиралтейства и флота. Спорим, ты об этом не думал? – взгляд заблестел ярче и губы дрогнули в быстрой усмешке. Правда, погасло это всё так же мгновенно, и голос опять стал чуть гортанным – то ли для доверительности, то ли… нечаянно, от того, что горло сжалось. – Мне лестна твоя оценка моего профессионализма, но…
Что, собственно, «но», навигатор сразу вывалить не мог – знал, конечно, во всех аспектах и деталях, однако для их отображения даже понимающему собеседнику требовался тщательный подбор слов, а когда на тебя смотрят вот так... даже у того, кто любит лингвистику, случается некоторый затык. А потом и тема как-то сменилась, не совсем, конечно, и всё же...
Боунса мне больше всех жаль, – честно выдохнул Неро, качнув головой, – вот уж кому со мной не повезло с самого начала – ни вылечить, ни уморить, – штурман снова хмыкнул невесело и не выдержал наконец: – Слушай, Джим, на тебя даже смотреть неловко, ты либо на пол съедь, либо на кровать уже толком заберись. Последнее предпочтительнее, – откровенность в нынешней беседе зашкаливала… или штурман просто просчитал, что обниматься с Гордоном, нагибаясь к нему, будет куда неудобнее и чревато новой дозой обезболивающего, от которого и так, вон, башка уже варила так себе.
[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/613/56571.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.
Внешний вид: униформа навигатора Звёздного флота Федерации. На коленях иногда неуставной плед.
С собой: коляска инвалидная http://s7.uploads.ru/t/CKJje.jpg

[/SGN]

+4

8

«Страж» был обречен на эту спокойно-тоскливую улыбку, наверное, с самого начала. Был обречен, еще когда собирали на заводе его шпангоуты, когда перетягивали флорами металлические ребра, впервые вдохнувшие бесконечную пустоту космоса, когда ставили распорки бимсов и артериальные клапаны дверей-перегородок, когда ложилась бесконечным серебром краска, превращая его в изваяние, в колосса, который рано или поздно должен был пасть – он уже был обречен.
И когда золотой рапс касался ладоней маленького Джимми, когда черный от кончика носа до хвоста Штурман вел его домой через эту бесконечную даль, когда вырывались из-под рук кузнечики и летучие мыши, а мама смотрела неодобрительно и спокойно, Джимми тоже был обречен на эту же улыбку, почему-то с самого начала, как будто от начала и до конца вела одна непрерывная ниточка, перепутанная, с сотней узелков.
– Писать отчеты не надо, их читать надо, чтобы знать, что у нас сломается первым – терпение вторпома или ребризеры на шестой палубе… а составы смен при урезанном экипаже приходится переразбивать каждые пять дней, чтобы избежать конфликтов, – пояснив даже без обычной усмешки причину подобной занятости, Джим все-таки разжал руки, чтобы и правда – забраться на кровать нормально, каким-то шестым чувством понимая, что этот контакт сейчас нужен обоим. – Неро, мне напомнить, что твои показатели по тестам ни разу не опускались ниже девяноста пяти процентов? Даже для вулканцев с их искинами вместо мозгов допустимый результат – не ниже восьмидесяти, а твои дают мне полное право считать, что у меня все-таки один из лучших экипажей.
Улыбнулся, заставляя себя не отключаться на ходу. А в Академии получалось и спать по три часа, и на лекциях не засыпать, и по девчонкам-парням бегать, и снова – три часа на сон, потом теория, семинар, практика, тренажеры, пассии… Только на второй месяц такой жизни преподаватели начинали коситься, а поток медиков на общих лекциях спрашивать, как скоро он завещает себя науке. На борту «Стража» же завещать себя можно было только Боунсу, который за такое завещание мог и шею свернуть – исключительно ради того, чтобы потому вправить, настучать по ней и засунуть лечиться. На всякий пожарный, так сказать.
– А вместо моей морды можешь вон в окошко смотреть… пейзажи красивые, опять-таки, а на мою рожу ты еще успеешь насмотреться, если твой боевой пылесосик не решит мне ее подрихтовать за такое зверское обнимательное нападение на его обожа-а-аемого хозя-я-яина, – передразнив пиликнувшего что-то с пола Кью, Джим устроился поудобнее, понимая, что еще немного – и он отрубится либо на кровати, либо на полу, и разницы лично ему не будет никакой. Главное, чтобы не будили хотя бы пару часиков, а там после смены можно будет нормально отоспаться. – Если ты точно решил, что моему кораблю не повезло с навигатором, может, хотя бы оставишь мне право решить, повезло ли мне как капитану с одним из членов моего экипажа, а? А то ты все для себя решил, причем так, как будто у тебя шарик хрустальный где-то запрятан, прямо как у гадалок из голофильмов.
Гордон потянулся, хрустя так, как будто вместо суставов в него вставили десяток храповиков, которые проворачивались на своих местах, не менее хрустяще зевнул, даже не вывихнув челюсть, чему удивился сам, и притянул к себе Неро, утыкаясь носом в пахнущий чем-то то ли травяным, то ли лекарственным висок.
– Боунс сам выбрал свою участь, когда отказался покидать «Страж». Ему-то вряд ли что-то грозило, или ты думаешь, что и его тоже сюда в свое время сослали? Три года блядей собирали, да?
[NIC]Джеймс Гордон[/NIC][STA]дважды паразит[/STA]
[AVA]http://sg.uploads.ru/51hM7.jpg[/AVA][SGN]Выходят в бой, где бесполезен меч, где толку нет от кулака и пики[/SGN]

+5

9

А ведь на несколько секунд даже нормально стало – отступили тоска, вина, отвращение к себе... Как будто всё нормально и все нормальны – корабль, его штурман и капитан, полёт в очередное неизвестное куда-то. Ровно до этой вот улыбки Джеймса, от которой опять захотелось то ли удавиться, то ли немедленно заснуть, чтоб не просыпаться уже никогда. Неро тоже заметно посмурнел – и глаза погасли, и уголки губ, минуту всего назад дрожавшие в усмешке, напряжённо замерли и невольно опустились. И ведь не скажешь, что мистер Дини – человек настроения… да чего там, не скажешь, что ему вообще знакомо такое понятие – настроение, однако вот, словно потух разом.
Извини, – пробормотал он неловко, опуская взгляд. – Неудачно я пошутил, конечно. Можешь с полным правом сказать «дурак ты, штурман, и шутки у тебя дурацкие», это будет всего лишь правдой, – Неро слышно вздохнул, кивнул, не поднимая ресниц, поморщился: – Да знаю, что нехватка народу – проблема для нас даже бóльшая, чем износ оборудования. Технику, в конце концов, по деталям и узлам можно докупать постепенно и собирать на коленке, а с экипажем это сложнее намного. Хороших специалистов, в принципе, найти – не проблема, да где ж верных взять… такие нынче на вес ференгийской платины. – Новый вздох был ровнее, настолько, что Неро почти чисто напел старое-балладное: – «Встречайте нас, верные, мы вернулись домой».
Встречай своих воинов, мы вернулись домой, да-да, – теперь горько улыбнулся Дини, который – вот ведь ирония! – уверен был, что эта миссия станет для него дорогой в один конец, путём за грань.
Ну… – он смущённо хмыкнул и потер пальцем висок: – Я стараюсь быть продуктивным, – звучало совершенно по-вулкански, однако сказал Неро именно то, что думал, то, что соответствовало его реальности. – «Страж» – это же, по сути дела, всё, что у меня по-настоящему есть, ради чего стоит убиваться, если надо. Дом, потому что не считать же домом очередную богадельню.
Про то, что дом на Коре для него закрыт накрепко, навсегда – им самим и закрыт – и думать-то не хотелось, не то что говорить. Да и не требовалось, по большому счёту – Джимми-бой придурок иногда, но далеко-о-о не дурак.                       
Тем не менее отодвигаться, чтобы дать капитану место на своей чудо-лежанке, старший навигатор не перестал, наоборот – сместился почти к самой стене. Хотя кровати, слава богу, у офицеров по ширине были отнюдь не сиротские, вдвоём бы всяко устроились, даже они, не самые, в общем-то, мелкие мужчины, причём и не особо теснясь.
Чай, не модульная полка, – подумалось вдруг странное, забавное, пожалуй – с чего вдруг, когда такое было, с какого перепугу в голову пришло?
Да не видел я тех пейзажей, – отмахнулся Неро от джимовых слов, как от мухи, – я на них с рождения любуюсь. К тому же к твоей роже я тоже притерпелся, – обрадовал он капитана, – так что забирайся, не стой памятником самому себе, смотреть же жалко. – Зевал Гордон и впрямь душераздирающе, вот челюсть подрихтовать хотелось, даже пылесосиком. – И ничего я не решил, – огрызнулся он в кои-то веки, – а сомневаться вообще-то свойственно людям умным и совестливым, мог бы, между прочим, эти моральные терзания, которыми я маюсь раз в десять лет, не чаще, развеять и без упреков, – усталость брала своё, штурман начинал бурчать. – Падай, говорю, – это тоже звучало ворчливо, Неро мотнул головой указующе, – без гадального шара видно, что нам обоим надо поспать. Может, и я… – зевание – процесс чрезвычайно заразный, и Дини не удержался, – рядом с тобой усну всё-таки. Знаешь, сонная аура, все дела… – это он уже обнимающему капитану, типа, объяснял, почему-то ничуть не смущаясь самим фактом объятий. 
Ну а что – тепло и неожиданно удобно. И снова ощущение – так и должно быть, не впервые же, хотя когда, когда такое было?.. – не вспомнить, хоть убей.
А почему ты не допускаешь такой возможности, что Боунса тоже отобрали, как нежелательный чем-то элемент, который надо услать подальше? – вполголоса, не напрягая связок и с ленцой спросил Неро, рассеянно поглаживая кончиками пальцев обнимающую руку.       
[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/613/56571.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.
Внешний вид: униформа навигатора Звёздного флота Федерации. На коленях иногда неуставной плед.
С собой: коляска инвалидная http://s7.uploads.ru/t/CKJje.jpg

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (09-07-2020 22:14:14)

+4

10

– Штурман, ты идиот, – послушно «повторил» Джим, выслушавший все это с абсолютно покорной мордахой. Нет, наверное, где-то глубоко внутри он хотел и возмутиться, и что-то еще высказать, но это все уместилось в короткое «ты идиот». Откуда-то изнутри всплыло – «Джемма, ты дура!», но кто это говорил, он не смог бы сказать даже под пытками, настолько был искажен голос в этом странном то ли воспоминании, то ли вообще случайной игре фантазии.
Можно было сейчас начать разводить длинные политесы, можно было начать все эти речи, которые он умел говорить – в конце концов, и ораторскому искусству их тоже учили, потому что иногда приходится и с аборигенами общаться, и послов принимать, стоя навытяжку перед кем-нибудь, кто по рангу-то, может быть, и равен, а по сути — неизмеримо выше… можно было, в конце концов, воззвать к логике, которую некий лейтенант-коммандер Дини всегда на его памяти уважал превыше всего, или просто увести разговор в сторону.
Но это все не изменило бы ровным счетом ничего. Как говорил один друг, «ничего от слова нихуя», но высказаться вот так вот в присутствии Неро… Джим, может, и притворялся, причем весьма талантливо, идиотом, но таковым никогда не был, и помнить, какая обычно реакция у его офицера на, как выражался этот самый офицер, необоснованно экспрессивную обсценную лексику, он умел.
– Еще раз говорю тебе, дорогой мой глухой, как пень, астронавигатор. Ты нужен этому кораблю не меньше, а то и больше, чем тебе – корабль, – абсолютно спокойный тон не скрывал ни легкой, еле ощутимой усмешки в голосе, ни такого же легкого тепла. – И ты нужен его капитану, потому что, в конце концов, без тебя «Страж» уже не будет тем «Стражем», который я абсолютно нагло, не стесняясь никого и ничего, угнал от земной станции.
Даже приятно было вспомнить, как дрогнуло, открывая искаженную злобой рожу, лицо адмирала Мерайха, единственного, кто пробился через качественно так выставленную вулканцами (откуда только такие таланты открылись?) линию шифрования входящих частот. Хорошо еще, что только один попал на мостик, остальные-то оставляли сообщения, но только некоторые из них не несли в себе уже не единожды замеченного Джимом «сдай своих людей и будешь оправдан и свободен».
В ответ уходило только одно голофото – абсолютно неприличное, честно свистнутое как-то из архива медиков в Академии, но зато идеально описывавшее отношение капитана Гордона к подобным предложениям. Матерный отказ он все же не хотел записывать, мало ли кто зайдет в не самый удачный момент, а картинка была — загляденье!
Он немного повел плечом, чтобы Неро было удобнее, и неожиданно даже для себя самого вспомнил, как горел костер на крыше одного из корпусов Академии – в самой середине сентября, когда только-только начинались занятия у первого курса, а старшие уже вовсю грызли гранит науки, девчонка с инженерной параллели предложила забить на не особо и нужный общий семинар по древней культуре андорианцев. Они тогда славно повеселились, даже почти без выпивки и секса – просто в кои-то веки на несколько часов остались в темноте, озаренной рыжим и алым, и почему-то это запомнилось четче, чем пьянки и прочие «студенческие радости».
– Рози, переключи окно, будь добра. Земля, Канада, двести километров к западу от Батерст Инлет, июль, начало ночи, – голограмма мигнула, и, не получив запрета на изменение от основного хозяина помещения, изменилась – теперь там плыло зелено-рыже-розовое от уже почти закатившегося солнца поле, в котором даже так казалось, что можно навсегда потеряться. – Раз не хочешь смотреть так, будем смотреть на то, что я наблюдал почти все время до интерната… хотя сначала это все зеленое, потом цветет, потом собирается, а потом – бурые стебли до тех пор, пока не ляжет снег. Но мне кажется, тебе понравится такая ночь.
Он снова зевнул, уже так сладко и неумолимо-сонно, что на соревновании лучших зевальщиков точно получил бы главный приз. Но не засыпать же прямо так, на полуслове, которое рано или поздно завершит этот странный разговор.
– Допускаю. Но в списках не было должности главного медика. Только навигаторы, пилоты, безопасники… даже Морригана, кажется, хотели заменить. Или, может быть, Боунса должны были списать на какой-нибудь станции из тех, которые мы бы пролетали, — говорить вот так вот, в уютный висок, было странно легко. Это уже было? Или только должно было случиться?
«Джемма, пожалуйста, я тебя у-мо-ля-ю, не надо… не надо отваривать вместе разные виды пасты!» – снова резануло слух откуда-то то ли из-за границы сознания, то ли зеркала, которое, кажется, Джим видел где-то рядом. И словно в насмешку, в голове завертелись строчки, в которых, кажется, говорилось о них всех.
– Который год – тридцать три, но нет своего креста
(Не то, чтобы ты хотел — просто так повелось).
Видать, твой Иуда пьян, грудная клетка пуста,
И даже пуля в висок упорно летит насквозь…
[NIC]Джеймс Гордон[/NIC][STA]дважды паразит[/STA]
[AVA]http://sg.uploads.ru/51hM7.jpg[/AVA][SGN]Выходят в бой, где бесполезен меч, где толку нет от кулака и пики[/SGN]

Отредактировано Кристиан МакКензи (10-07-2020 00:37:56)

+5

11

И когда они оба со стандарта на русский перешли? А вот не скажешь, с пропетой строки, наверное. Вообще-то ну очень подмывало огрызнуться ещё, буркнуть что-то вроде «сам глухой», «сам пень и в пень иди», будто не тридцать пять стукнуло, а всего пять, но Дини сдержался. То ли всё-таки вспомнил, что вправду ведь он взрослый и серьёзный астронавигатор, то ли похвала-не-похвала-а-упрёк капитана сердце согрела, то ли просто обуютился, лёжа в обнимку с – подумать только! – Гордоном, будто так и надо. Однако названные Рози геолокационные координаты для отображения ландшафта в псевдоокне пробудили любопытство настолько, что штурман всё-таки приподнял голову на мгновение – взглянуть хоть мельком, что за место.
А, ну хоть так эту твою Канаду увижу, – так же слегка Неро улыбнулся, одобрительно кивнув сразу и пейзажу, и Джиму. – Ты знаешь, что на Коре тоже рапс выращивают? Хотя что у нас только не растёт, – беспечно хмыкнул он, снова опуская затылок на твердоватую подушку. – Ты был на Коре когда-нибудь?
Полумрак в каюте изменил цвет, стал золотисто-лиловым, уютным, ночным, но по-северному светлым. Занятно, как они спят своим летом, канадцы эти? – на губах корианца осталась лёгкая улыбка, словно он забыл о ней, забыл её стереть, и глаза блестели мягко. Он снова погладил подушечками пальцев крепкое запястье капитана, благодарно – и за новый мир, родной для Джеймса, и за то, что тот сейчас был рядом. 
Мне понравится такая ночь, – с трудом, но удержавшись от повторения сладчайшего и протяжного джимова зевка, тихо и серьёзно подтвердил хозяин каюты. – Не барханы же какие, ну…
…со сношающимися роботами, которые копают альпийскую канавку и роют бассейн, – додумалось странное, наверное, уже из подступающего теплым приливом сна, и Неро моргнул, отгоняя его, пока совсем не слиплись ресницы. Образ оленей в песках испуганно стёрся их взмахом, и от вздоха навигатор не удержался – как же они вымотались-то, если сны уже в явь проникают. Не списанный никуда, слава богу, Боунс бы узнал – запер бы обоих на неделю в медотсеке, и никакая нехватка кадровых ресурсов его бы не остановила. Да ведь и правильно бы сделал, по-хорошему им бы в отпуск после тяжелой миссии, а не пахать в три раза больше.
Так, – выдохнул штурман, собираясь пресечь и серьёзные рассуждения о причинах попадания каждого на «Страж», и вечер серьёзной поэзии. Вдруг захотелось погладить Джима не только по руке, но и по щеке – лёгким длинным касанием с еле заметной задержкой, и Дини своему желанию последовал. – А давай капитана в ЦПАТЬ? – выдуманное маленьким Эльдино словечко звучало забавно-грозно, и сейчас всплыло из памяти, показавшись более подходящим. – ...это какая-то аббревиатура – точ-ч-чно, – вдруг выдал он тоном настолько ленивой «эврики», что воды из той самой, архимедовой ванны не выплеснулось бы совсем.
Центральное Потайное Агентство Телепузиков? – тоже сонно пробормотал Гордон.
Центральная Постель... эээ... – даже ксенолингвистам по второй специализации в подступающей дрёме слова подбирать нелегко.
У меня было менее прилично, – фыркнул Джеймс. – Слышь, ты... постель моя...
Штурман не преминул изобразить вулканскую бровь – лежали-то они в его почтенной кровати, не в капитанской, и таки вякнул, что слюна на язык принесла:
Центральная Постель Адмирала… ...а какой у нас адмирал на Т?.. – Неро нёс чепуху и не мог остановиться – спать всё же надо больше, самоконтроль иначе плывёт. – ...и щас меня убьют. За намеки, – гыгыкнул он, взглянув на капитана.
[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/613/56571.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.
Внешний вид: униформа навигатора Звёздного флота Федерации. На коленях иногда неуставной плед.
С собой: коляска инвалидная http://s7.uploads.ru/t/CKJje.jpg

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (19-11-2020 03:35:35)

+5

12

Мир наконец-то перестал выплясывать то ли самбу, то ли румбу, и успокоился, мерно качаясь вперед-назад с каждым ударом сердца. Это было уже куда лучше; по крайней мере, Джим теперь точно понимал, что горизонталь – это горизонталь, а не то, что ему сейчас показывает одурманенное бессонницей воображение, готовое радостно подвякнуть и в любой момент отдаться, так сказать, на волю судьбы.
– Мимо пролетали, когда еще даже старпомом у Тэриндэ не был. С «Прозерпины» нужно было забрать данные и передать их вместе с ученым на станцию у Альхибы, не помню уже, на какую именно… там, кажется, седьмая была тогда,  – говорить становилось лениво, как будто для того, чтобы произнести хоть звук, требовалось чуть ли не гору сдвинуть. – У нас ночи белые редко были, всего пять-шесть в году, а зимой – ночь по двадцать часов… полярный круг южнее, – Джим махнул рукой в воздухе, что должно было означать то ли «и фиг с ним», то ли «темно», то ли что-то еще. – И вообще. Зимой фонарики светятся, они разноцветные, чтобы дорогу было видно, хотя какой придурок попрется зимой в полярную ночь в Канаду?..
Почему-то захотелось рассмеяться, когда перед глазами возникла картинка Пашки в ярко-ярко-рыжем комбинезоне – такой мама надевала, если зимой уходила проверять что-то в поле, чтобы было видно издалека. Валерис в кислотной шапочке заставил и вовсе тихо захихикать, одновременно клянясь себе, что он не потащит вулканцев в подобный жуть; в конце концов, они же почти все из более-менее теплых регионов, на Вулкане вообще самый север и самый юг считаются необитаемыми.
«Дорогая синьора Гордон, если вам так нравится спать в рефрижераторе – можно хотя бы одеяло вашему несчастному навигатору? А то получите вместо навигатора – ледяной статуй!»… – и это тоже было где-то в самой глубине. Приснилось?
А уж версии про сокращения… чтобы вспомнить историю Федерации – и Адмиралтейство, многажды проклятое, в частности, лично капитану Джеймсу Арчибальду Гордону требовалось несколько больше, чем десяток секунд в полуспящем состоянии, но в голове вертелось два имени. Ромуланское и вулканское, и кому какая разница, что…
– Адмирала Террала,  – вздохнул он, наконец сводя в одну аккуратную кучку то, что помнил. Уже благополучно почивший вулканец явно не порадовался бы такому поминанию, но тут уже что поделать, оставалось только улыбнуться, подув на чересчур любопытно уставившегося Неро, и повторить: – Центральная постель адмирала Террала, офицер. А теперь признавайтесь, зачем вы у досточтимого адмирала уперли кроватку.
Удержаться, не сорвавшись на тихий смех, было нереально, хотя эта самая нереальность сочилась сейчас из всех щелей, протекая полупрозрачными искорками на самой границе видимости. На секунду ему даже показалось, что он видит клены – но не канадские, а другие, слышит, как бьется о каменный парапет река, и даже название всплыло в голове, Зальцах – клены из парка, что у самой реки, реки по имени Зальцах – но тут же исчезло.
А спать и правда хотелось. Кленовые листья, медленно багровеющие по самым прожилкам, пока по краям еще зеленели летние пятна, плавно и неторопливо укрывали сознание, путая мысли.
– Остаются только лица,
Остаются только взгляды,
Нерастраченные чувства,
Неотмеченные даты.
Остаются только мысли,
Незаконченные планы,
Неозвученные рифмы,
Незатянутые раны.
Ты уснешь и будешь помнить
Эту ночь и эти звезды…
Спи…

И это он тоже помнил. Смутно, сквозь полусон-полуявь, помнил, что почему-то тогда, в не-случившемся, все пошло не по плану, и что-то случилось, чего не должно было случаться. Но сейчас все было тихо, Рози, умница, хоть и цифровая, притушила свечение окна, и по потолку медленно колыхались волны фиолетово-розового сияния.[NIC]Джеймс Гордон[/NIC][STA]дважды паразит[/STA]
[AVA]http://sg.uploads.ru/51hM7.jpg[/AVA][SGN]Выходят в бой, где бесполезен меч, где толку нет от кулака и пики[/SGN]

Отредактировано Кристиан МакКензи (10-07-2020 20:27:35)

+6

13

Увезу тебя… – «я в тундру» прям напрашивалось продолжением, зеркалилось, что ли, но ведь Джеймс заговорил про свою снежную родину с сиянием инея и фонариков уже после того, как Неро добормотал всё-таки более адекватное: – …на Кору.
Или Джим не говорил про то, как иней загорится на ресницах серебром? А откуда тогда?.. Там ещё что-то про самоцветы было… или не было? Нет, точно надо спать, мерещится уже всякое, снится наяву. Намерение похвальное (и про «спать» тоже!), но высказал его – и будет пока, обдумывать его детально лучше не сейчас – восприятие-то подплывает, как подмоченная акварель. Да тут ещё капитан про свою Канаду рассказывает самым сказочным тоном, очаровывает натурально, – штурман опять поморгал сонно, словно то самое серебро – звёздное, наверное – стряхивал, вздохнул глубоко, улыбнулся словно бы виновато: 
Фонарики – это красиво, уютно так, а на эту вашу avror’у borealis я в Эрланде, в госпитале насмотрелся, кажется, на всю жизнь. Жутенькое зрелище, и лица в это время у всех зелёные делаются… не как у орионцев, но похоже. Хотя величественно и завораживающе, да-а-а…
Как это протяжное на выдохе «да-а-а» опять не стало зевком – навигатор сам бы хотел узнать, ибо вот где чудо-то настоящее. А Гордон даже как-то рукой махал, одно слово – герой… геройский капитан, угу. – Пальцы штурмана успокоились на джимовой шее за ухом, не поглаживали уже, просто касались – тёплые и осторожные. Губы Джеймса шевелились, и на них было приятно смотреть, так близко Неро их и не видел никогда, наверное, чтоб вот прямо совсем рядом, подайся вперёд – и коснёшься своими. Или пальцем потрогать, прижать подушечкой указательного… но лучше не надо – слишком хорошо лежалось, лениво. В конце концов, нечасто они так оказываются – буквально на одной подушке вдвоём. То есть «нечасто» сейчас означает «никогда прежде», – поправил внутренний голос ксенолингвиста, а потом синие глаза с поволокой на секунду блеснули – на ту самую, когда губы тронула ухмылка:
О, Террал! Ну с ним-то постель делить – можно сказать, честь… и, нет, свою ему не отдам, не проси. Ни честь, ни постель, – в ответ на смех Джима улыбка навигатора стала совсем озорной, а морда, что странно – невинно-возмущённой: – Ничего я у него не упёр, у адмирала, вот не надо… ну разве что проект, а не саму кроватку, но это к Боунсу. Да и вообще, ты лучше моего знаешь, какими путями наш доблестный СМО этот шедевр медицинских технологий добыл и чем расплатился, я-то уже на всё готовенькое явился… и возлёг.
…или всё-таки спали вот так, рядышком? Даже ещё и не так, а в обнимку, а за спиной было окно и красная пустыня… Или нет, нет – Боунс от этой же напичканной датчиками и сенсорами кровати услышал двойное сердцебиение, и… Стоп, не было же такого. Точно ничего такого не было. – Дини приторможенно рассматривал лицо напротив, отмечая, что глаза у капитана зелёные, как у кота… странно, что не светятся. И кто тут котик, спрашивается?
А потом капитан запел, так тихо, что можно было бы смело сказать и «замурлыкал», но даже в этом sotto-sottovoce у него обнаружился весьма неплохой голос. Не улыбнуться снова, уже с закрытыми глазами, Неро не смог:
Тебе надо было бы учится пению, Джим, – сказал он, когда в песне кончились слова и затихла мелодия, – уж поверь корианцу. Хотя… это же никогда не поздно, – штурман сопнул и подался вперёд, перекладывая скользящую назад ладонь на капитанскую талию. – С певучестью у нас как раз хорошо, а вот со сказками… я делился, какую мне отец рассказывал в детстве, и я каждый раз ревел? – пробормотал он совсем сонно, утыкаясь прохладным лбом в капитанское плечо. – Страшная семейно-сельскохозяйственная сказка про горох… 
[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/613/56571.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.
Внешний вид: униформа навигатора Звёздного флота Федерации. На коленях иногда неуставной плед.
С собой: коляска инвалидная http://s7.uploads.ru/t/CKJje.jpg

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (19-11-2020 03:27:58)

+5

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » Приют странника » Глава 4.1. Две капли сверху » Сезон 4.1. Серия 3. На темном небе всполохи и звезды