Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Глава 4.1. Две капли сверху » Сезон 4.1. Серия 23. Где сидит фазан


Сезон 4.1. Серия 23. Где сидит фазан

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Время действия: 2447 г., 1 октября, 12:00-00:00.
Место действия: ОФП, Кора, Монте-Фьоре, дом семьи Дини.
Действующие лица: Неро Дини (Эдвин\Эдвард МакБэйн), Джеймс Гордон (Кристиан МакКензи),

http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/771188.jpg

0

2

ведение согласовано.

Интересно, как он умудрился вляпаться в такую неведомую хрень? Ладно, в штурмана Неро Дини он вляпался еще какое-то время назад, и, если говорить честно, еще при получении его в качестве одного из офицеров – но тогда все было тихо, спокойно и адекватно, и никакой подобной срани не предполагалось; ладно, в отношения с этим самым штурманом он вляпался тоже – какое-то время назад, причем, как думал до какого-то момента, вполне удачно вляпался… но вляпаться, чтоб их всех разорвало и прихлопнуло, в полноценный, нормальный визит в семейство Дини?
Это было абсолютное фиаско. Или, как предпочитал выражаться капитан Гордон, ебаный пиздец.
Неебаный пиздец, он же Неро Дини, весело скалился и сверкал глазами так, как будто собирался в тир, стрелять глазками наповал ради плюшевых мишек сомнительной наружности. На самом деле от штурмана в подобном настроении обычно разбегались не только срочные дела, но и почти весь экипаж – кроме бесстрашных Барони, которым все было побоку, не менее бесстрашного Боунса (которому надо было этот самый синеглазый пиздец регулярно наблюдать) и капитана, которому в принципе было наплевать на все происходящее, но сейчас… черт побери, сейчас капитан был в панике.
Паника эта, к слову сказать, не поддавалась рациональному контролю от слова «совсем». То есть капитан Гордон, Джеймс, мать его за ногу, Арчибальд, тридцативосьмилетний мужик, офицер Звездного Флота, потомок легендарного Кирка…
…трясся, как беленький кроличий хвостик.
Внутри, разумеется. Снаружи было лицо лица, над которым уже успел вдоволь назлоехидничать Неро, свежереплицированная форма, выцарапанная из рук Йодид даже в парадном варианте, и попытка не дать себе сбежать куда подальше.
А ведь все начиналось так гладко… свободное время, отставшее наконец-то Адмиралтейство, которое честно верило, что Джим обязательно исправится, вернет «каяблик» и будет выполнять все команды… возможность нормально прокатиться по квадранту «с огоньком» и два десятка ящиков с какими-то-там эдемскими мухоморами в качестве благодарности от некоей Степановны, которые довершали картину, оказались на диво пользительны – почти весь экипаж вштырило так, что «каяблик» в итоге блестел от межобшивочного пространства до последнего винтика в днище шаттлов.
А еще вштырило Неро Дини. Вштырило так, что все трассы рано или поздно сходились на Коре, образовывая пятимерное сердечко, причем анатомически точное и относившееся явно то ли к вулканской расе, то ли к ромуланской, поскольку рисовались трассы нежно-зеленым цветом. Неро звал это «Матрицей» и требовал называть его Морфеусом, а также выдать ему красную и синюю таблетки и пришить ему белые кроличьи ушки. Часики на цепочке он откуда-то добыл сам, и, то и дело подвякивая, мол, он жу-у-утко опаздывает, дрифтовал по коридорам от медотсека до столовой.
Собственно, от Коры отвертеться не вышло – корианцы, дружным скопом рванувшиеся к своим семействам, умудрились устроить на борту такой цирк, как будто «Страж» ходил под зелено-голубым флагом самой Коры, обладая при этом полным экипажем этих самых корианцев, несмотря на то, что таковых было меньше десятка. Это как с котиками или песиками – заводишь вроде бы одного, а потом бегает их под ногами штук пять-шесть, и все одинаковые…
– Неро, скажи, пожалуйста…
– Пожалуйста!
…скажи, пожалуйста, какого хрена я тут делаю?
После того, как его смерили оценивающим взглядом, явно показывавшим, что именно господин штурман думает об интеллектуальных способностях своего капитана, последовал вполне логичный ответ.
– Стоишь.
На лице лица медленно вырисовывалось желание тихонько придушить одного очень умного навигатора и закопать где-нибудь на плодородных корианских грядках. Он как раз недавно слышал, что трупы хорошо удобряют почву…[NIC]Джеймс Гордон[/NIC][STA]дважды паразит[/STA]
[AVA]https://sun9-60.userapi.com/k6aDB3VjkJHluFVOLz22uAVn6j7XnP9EFCNJOw/pKMUkKys56M.jpg[/AVA][SGN]Выходят в бой, где бесполезен меч, где толку нет от кулака и пики[/SGN]

Отредактировано Кристиан МакКензи (05-08-2020 17:17:14)

+4

3

Каждый корианец в душе немножечко хоббит, а каждый корианец из северных относительно областей планеты, или, как вариант, с предками из этих областей – хоббит очень даже не немножко. Со всеми, вероятно, каноничными хоббитскими привычками вроде некоторой обособленности родовых нор или любви к цветным жилетам, огородничеству и грибам. Последняя соперничала только с пристрастием к пасте, винам и сыру, а потому надо ли пояснять, почему имел такой ажиотаж транзит некоей Степановны, бабушки хоть и не ПалАндреича, но тоже русской и совершенно отбитой на всю повязанную платком голову, отдарившейся стражевским «ребяткам» за провоз её груза эдемских-отборных мухоморов гомерической взяткой в несколько ящиков? «Ребятки» заценили, и последствиями боевая старушка точно была бы довольна: теперь они у с наиполнейшим правом могли считаться берсерками – опосля-то чудо-грибков.
Вштырило – особенно корианцев, естественно, как природных гриболюбов – знатно, и не только в смысле отважности, которая и в обычном-то состоянии экипажа плавала где-то рядом с отметкой «безрассудство». Плавала возле и иногда заплывала за… за отметку, в смысле. Теперь же некоторые норовили и пределы рассудка покинуть, причем даже самые стойкие – тот же «единственный настоящий вулканец» Дини, от которого таких фокусов с домашним-подручным косплеем Белого кролика (в цветном, однако, жилете, вот откуда уши-то растут!) и Морфеуса, как и внезапной любви к таблеткам; медики корабельные просто офигели дружно от его требований. Вот что животворящие мухоморы с людями делают!
Однако… храбрость тоже по-разному проявляется, а безрассудство бывает десятикратно, двадцатикратно просчитанным – вот как та же Матрица трасс приятно-зелёного цвета, хоть и в виде сердец. Ну а чего ещё ожидать от начальника навигаторской службы, рождённого в Валентинов день и в день душевнобольных? Как говорится – не розовые, и то слава богу. А что все они, трассы эти, так или иначе замыкаются на Коре, так тому даже почти правдивое объяснение есть – не один Неро родом оттуда, подчиненные штурмана тоже с «планеты боевых сеялок», ведь так? И неважно, какой он там по счёту, пятый или седьмой, неважно даже, что под другим звёздным пологом. Бесполезно противиться зову природы, особенно когда он так многоголос и зычен (слава корианскому бельканто, даже неогранённому обучением!) в просьбах об увольнительных домой, а потому самому безумному космокрейсеру Федерации просто не миновать было корианской орбиты, как и посадки чуть позже.
Перед другой посадкой – в трогательно жёлтенький двухместный шаттл-«Пчёлку» с уже проложенным курсом к окраине Монте-Фьоре – Неро, на диво удачно заехавший в лифт к братцам Барони, вскинул на них совершенно трезвые, тоскливые даже глаза:
Ребят, я понимаю, что попрошу о невозможном, что вы на это органически не способны, но… – вздох старшего навигатора Дини слился с шорохом турболифта, – всё-таки постарайтесь не трепать языками про нас с Гордоном, а? Я друга и капитана родителям представлять лечу, а остальное…
Ну ты ж сам говоришь, что просишь о невозможном, – Рикардо скроил самую постную рожу.
Мы же на это органически не способны, – ядовито-сладко подпел Фабио, пряча лукавый взгляд в ответ на новый вздох начальника, коллеги, земляка – да, мало того, соседа, вляпавшегося по самое не балуйся. – А даже если мы удержим рот на замке, думаешь, про репутацию Джимми-боя не знает даже наш городишка?
Ну, это смотря про какую, – под шелест раздвинувшихся лифтовых створок Дини задумчиво повёл плечом, на которое опустилась рука Рикардо, – если про геройскую – точно все наслышаны, а если про плейбойскую...
…только те, кто так или иначе связан со Звёздным флотом, – подхватил Фабио, похлопав ладонью по второму плечу Неро, – то есть каждый второй.
А чего ты, собственно, загоняешься, после Луиджи Аццуро в соседях? – уже без ехидства заметил Рики, вышагивая следом за коляской в коридор. – К нему же нормально относились.
Нормально, конечно, только… – ещё задумчивее Неро потер пальцами висок, хотя хотелось потереть поясницу. Но это нельзя, не сейчас, а браслетной пряжкой он щёлкнет потом, когда близнецы свалят тоже собираться домой.
…только теперь он везёт к родителям не невесту. Фигня же вопрос.
Да, кто бы сомневался, что он нервничал, подкатывая к знакомой до последней царапинки на краске домашней двери и целых пол-минуты дожидаясь, пока она откроется, после доклада общедомового искина. Потому с такой дурашливостью и улыбкой радостного придурка и отозвался «Пожалуйста!» на начатую только фразу Джеймса, и ответил совершенно логичным, формально правильным, но вулкански-неуместным «Стоишь» на дозвучавший вопрос, хотя капитан, разумеется, спрашивал не об этом. Добавить же что-то ещё, более… тёплое и успокаивающее он просто не успел – дверь-то открылась.
Нерино? – синьора Дини неверяще щурилась пару секунд, прежде чем шагнуть навстречу и обнять, нагнувшись, сидящего сына. – Приехал, господи!
Приехал, – почти шёпотом подтвердил он, с закрывшимися глазами обнимая припавшую к нему мать и просто неприлично млея от её губ и дыхания на макушке. – Я не один, мам, это капитан Гордон, Джим, он, представляешь, на Коре и не бывал толком. Погостит у нас, ладно? Пап, привет.

[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/27589.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.
Внешний вид: униформа навигатора Звёздного флота Федерации. На коленях иногда неуставной плед.
С собой: коляска инвалидная http://s7.uploads.ru/t/CKJje.jpg

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (08-12-2020 05:30:20)

+4

4

Из-за угла помахал та’алом призрак дедули Кирка, сжимавший во второй руке лазер, и Джим понял, что он вляпался. Призрак дедули Кирка появлялся редко – только когда подсознание намекало, что вот теперь от действий самого Джима не зависело ровным счетом ничего, и можно было хоть ритуальные танцы папуасов танцевать, хоть курожопить во все поля.
Откуда в его лексиконе взялось слово «курожопить», он, кстати, понятия не имел, но подозревал, что это как-то связано с Пашей Чеховым и бирюзовыми клушами, о которых он помнил только то, что они – внезапно! – были бирюзовыми; но рассуждать можно было долго, а вот вести себя надо было хоть немного адекватно, и, пропустив Неро, он и сам скользнул вперед, стараясь не впечатывать в пол каблуки форменной обуви. Ну не долбиться же на каждом шагу так, словно ты – потомок рода дятлов?
На секунду захотелось вскинуть пафосный та’ал, как это мог бы сделать какой-нибудь не менее пафосный вулканец, но Джим честно сдержался. Нет, он явно нервничал слишком сильно, потому что призрак дедули Кирка никак не желал исчезать, даже больше – он переоделся в дедулин халатик цвета высшего командного и начал жестами показывать, что именно сделает с непутевым отпрыском.
– Добрый день, – кивок оказался глубже, чем обычно, почти превратившись в поклон, которым их, как ни странно, учили целых два семестра в Академии, а рукопожатие было выверенным и аккуратным. – Джеймс… Джеймс Арчибальд Гордон, лучше просто Джим, – мазнул кончиками пальцев по плечу Неро, мол, все в порядке?
Хотя да, что могло пойти не так сейчас? Штурман его вон вообще пока представил только как капитана, видимо, пока что придется подождать… но не перед всей же улицей сообщать, мол, мама, вот это мой парень, внуков ты дождешься только от младшего сына, и то не факт, но мы будем надеяться.
Еще и парадная форма, чтоб ей. Мало того, что неудобная, так еще и натирает ровно там, где любой приличный мужчина чесаться явно не будет, и то ли это Вариц, добрая душа, устроила такое, то ли это привет аллергии, то ли просто психовать надо меньше, а думать – больше. Хотя чем больше думаешь, тем больше психуешь, а капитану вообще было думать вредно, если верить заверениям старшего офицерского, потому что все проблемы «Стража» начинались с того, что капитан, мол, подумал.
В этот раз капитан думал о куда более отвлеченных вещах. Ну там, например, какого черта он припер с собой колечки, чем его огреют, когда он предложит колечко, и сколько ж можно торчать на улице в такую злоебучую жару. В парадной закрытой форме. В жару.
Интересно, а та ядреная хренотень, которой его обрабатывали, как лошадь от мух, сможет не дать организму предательски продемонстрировать всю свою приспособленность к несколько более северным регионам? Или на Коре севера нет вообще? Один экватор, чтоб его?
– Рад познакомиться с вами, синьор, синьора, – почему-то фраза показалась до боли знакомой, а по ассоциации почему-то всплыла ленточка и почему-то обязательно синяя. Интересно, почему? – На Коре я, можно сказать, не был вообще, только на орбитальной станции как-то раз задержались немного, так что буду очень рад, если вы позволите воспользоваться вашим гостеприимством.
Фраза вышла – хоть иди сдавайся преподавателю по дипломатии и контактам на очередную пересдачу, потому что хуже, наверное, быть уже не могло. Или могло? Лечь на коврик, задрать рожу, вытянуть коробку с кольцом из кармана и демонстративно вякнуть «Неро, пошли взамуж»? Ага, тогда на роже останутся следы колесиков, и не единожды, и даже не дважды. Штурман, может быть, и был добрым, но вот легкая мстительность вроде как была свойственна почти всем знакомым Джима. Было ли это своеобразным везением или намеком мироздания, он не знал, да и не задумывался особо над этим вопросом.
[NIC]Джеймс Гордон[/NIC][STA]дважды паразит[/STA]
[AVA]https://sun9-60.userapi.com/k6aDB3VjkJHluFVOLz22uAVn6j7XnP9EFCNJOw/pKMUkKys56M.jpg[/AVA][SGN]Выходят в бой, где бесполезен меч, где толку нет от кулака и пики[/SGN]

+6

5

Я не должен был возвращаться.
Я не мог не вернуться.

Не мог не вдохнуть снова воздух Коры… считай, буквально – тот самый воздух, что таится в складках маминой блузки, в которую так просто и бездумно сейчас можно уткнуться лицом – в прогретую на палящем солнце ткань, в кожу матери у ключиц, пахнущую почти так же, как его собственная. Не мог не ощутить маминых рук у себя на щеках – нежно-прохладных, потому что щёки горели, и маминых губ – уже не на макушке, а на бровях и переносице, на ресницах, влажных и солоноватых, наверное, в эти секунды.
Я не должен был вернуться… – непроизвольным выдохом вырвавшись, фраза прозвучала иначе, не менее, а то и более правдиво, чем та, которую он твердил себе все эти годы. Но… такой правды родителям лучше не знать, поэтому приходится смущённо и растерянно улыбнуться, словно сам удивлён этим фактом… совершенно не соответствующим действительности, но капитан же не выдаст, капитан умный? – Совсем забыл язык с этим стандартом… Да и главное же, что вот он я, тут, живой, пусть и не очень целый, правда?
А ведь все это время, пока не оказался у этого крылечка, мнилось, что тема не-совсем-целости здесь, у дома, в котором, можно сказать, и родился, будет если и не запретна, то болезненна, но нет – сказалось так легко, что сам подивился. Будто о погоде – типа, ну сушь, ну дождя бы, так нету, что ж теперь. Конечно, любой Дини, так уж заведено, учится отшучиваться от подначек домашних же одновременно с тем, как учится говорить, но всё же…
Так твоя лучшая половина, вроде бы, вполне рабочая? – отец шагнул за спину, чтобы обнять, не теснясь, его ладони легли на плечи, съехали вперед, погладили по рукам. – А остальное неважно, голова же на месте, стало быть, от бескормицы не умрёшь – есть, чем есть. Обед, кстати, ждёт, вы вовремя.
Конечно, Джеймс… Джим, – это мама, как всегда сердечно и просто, – будьте как дома. Пойдёмте внутрь, там прохладнее, умоетесь, я вам попить налью холодненького с дороги. Вы пьёте лимонад, Джим?
Будь это не Гордон – налила бы, не спрашивая, а так… помнит, что капитан у сына аллергик, хотя и сказано-то об этом было вскользь в случайном разговоре, – у Неро дрогнули уголки губ. И дрогнули ещё раз, когда отец, выпустив его из кольца рук, обыденно, будто до этого так было тысячу раз, cнял со стены импровизированный, но на совесть сколоченный пандус – две доски-дюймовки, два бруска-перекладины. Значит, ждали его всё-таки? Каждый божий день ждали, с тех пор, как узнали, что жив.
А что покрепче Джим пьёт? Давай-ка, штурман, – от дуновения ли ветра шевельнулись чёрные, с заметной уже проседью кудри Джино Дини, или от того, что он спокойно кивнул на деревянный пологий трап от дорожки до площадки крыльца с парой всего-то ступенек, – не стой на солнцепеке, у нас сиесту не отменяли, удивительно, да?
Покажите Джиму, где можно умыться. А можно и прямо в душ, если захочется, – синьора Кора замыкала шествие, распоряжаясь беззаботно и легко – приятные гости, всего лишь приятные гости, которые не наделают хлопот. – Джино, уйми это диетически озабоченное чудовище, оно же не даст никому нормально отобедать.
Входная дверь с мягким щелчком закрылась за маленькой процессией, отсекая не только слишком яркий свет и жару, но и прошлое с некоторыми глупыми страхами, кажется.
Неро уже откровенно улыбнулся и подмигнул Гордону, вслед за матерью прихватывая из плетёного блюда на комоде в коридоре огромный, призывно жёлтый лимон. Рот наполнился слюной ещё до того, как навигатор прокусил ноздреватую шкурку – с лёгкой горчинкой и умопомрачительно душистую.                 

[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/27589.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.
Внешний вид: униформа навигатора Звёздного флота Федерации. На коленях иногда неуставной плед.
С собой: коляска инвалидная http://s7.uploads.ru/t/CKJje.jpg

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (08-12-2020 05:34:03)

+3

6

– Спасибо, синьора, – запах то ли апельсинов, то ли каких-то еще цитрусов щекотал ноздри, заставляя вспоминать о залитой солнцем Академии, где те цвели с апреля по сентябрь, а наливающиеся плоды срывали еще до того, как те дозреют, и прятали под кроватями, чтобы потом, когда такой же мягкой зимой соберутся выпить или просто поболтать, хвастаться, мол, смотрите, сколько в этом году было завязей на деревьях у третьего корпуса!.. – Я был бы вам очень признателен…
…а солнце на Коре было обжигающе-ярким, ярче, чем в Риверсайде, ярче, чем в Сан-Франциско, чем везде, где до этого бывал Джим. Оно словно смеялось – смотрите, как я могу! – и разбрасывало этот невозможный для него самого, но явно привычный для местных жар, и капитан даже задумался над тем, понравилось бы тут вулканцам, почти все из которых были из самых теплых регионов родной планеты. Ему же самому было невыносимо жарко – привычка к холоду благополучно не давала не только получать кайф, но и даже просто комфортно ощущать себя в этом климате.
Впрочем, следующий вопрос – про «что покрепче» – напомнил, что он, вообще-то, как приличный человек, пришел не с пустыми руками (и нет, отсутствие чего-то в этих самых руках ничуть этому не противоречило).
– Транспортерная, на мой сигнал оставленный багаж, на нулевую высоту, – еле слышную команду, отданную в дельту, в которой работал (в кои-то веки исправно!) малый переговорник, исполнили быстро и без особых проблем. Корзинка с выпивкой, в которой можно было угадать тот самый процент с выигрышей, благополучно периодически собираемый Гордоном с особо рьяных корабельных «букмекеров», нарисовалась под ногами, тихо звякнув бутылками после того, как была подхвачена в руки. Там же оказался и подложенный кем-то баронистым сыр, причем какой-то пафосный, в зеленую с синим прожилочку, очень напоминавшую следы какой-то болезни в венах.
А сделать вид, что оно тут – в руках – всегда и было, было проще простого, тем более несчастные пять бутылок сахского суккулентного октли (проще говоря, пива) и две бутылки сахской же текилы весили, мягко говоря, поменьше, чем собственные подчиненные, которых иногда и на руках таскать приходилось, особенно после злоупотребления текилой.
– Если вас не затруднит, можно ли воспользоваться вашим холодильником? – невинно уточнил Джим, поворачиваясь корзинкой в сторону хозяев. Ну правда, не пить же теплое пиво, а на «Страже» Анка шею бы свернула за засовывание корзинки в холодильник, где температура была не ровно плюс двенадцать целых и шестьдесят три сотых по Цельсию, что было оптимальным для хранения и употребления октли. Что уж говорить про сыр…
– Да, разумеется, – взмах рукой в сторону предполагаемой кухни был аккуратным и мягким, и очень знакомым по очертанию движения. – Только осторожно, Арно иногда слишком ревностно относится к своим… дополнительным обязанностям.
Мысль о том, кто такой «Арно», мелькнула ровно на секунду – как раз перед тем, как холодильник, видимо, спроектированный теми же учеными головами, что создавали сеялки вертикального взлета, мигнул камерой, расположенной у верха основной дверцы, и, наведя небольшое дуло на Джима, грозно поинтересовался:
– Сой! Ко иёт?!
Ответить Джим уже не успел. Параноидальный старый холодильник, верой и правдой служивший, как рассказывал Неро, уже больше полувека, семье Дини, справедливо решил, что ответа дожидаться необязательно, и каждый, кто идет к нему с целью открыть – потенциальный злобный клингон, который хочет похитить его содержимое и зверски надругаться.
И, в отличие от кристаллических мозгов, криопушка у него работала отлично – в этом Гордон убедился ровно через ту самую секунду, будучи вмороженным в лед на толщину пары десятков сантиметров, причем свободными остались только ребра и нос, видимо, чтобы не помер своей смертью, пока хозяева не решат, что с ним делать. И как же это было хорошо! Даже сквозь одежду лед приятно холодил кожу, спасая от перегрева, который даже внутри вроде бы вполне прохладного дома ощущался очень даже заметно.
– Хазя-я-яйн! Арно памал! Арно не убиб! Арно хаоший!..
…октли медленно охлаждался, на бутылке с текилой начинали проступать ледяные узоры. Джим искренне надеялся, что ему дадут побыть мороженой рыбкой еще хотя бы пару минуток – ну или выдадут ведерко льда с правом нырнуть туда и не выныривать, а еще – что блаженство в глазах не сильно заметят при размораживании капитана из глыбы.
[NIC]Джеймс Гордон[/NIC][STA]дважды паразит[/STA]
[AVA]https://sun9-60.userapi.com/k6aDB3VjkJHluFVOLz22uAVn6j7XnP9EFCNJOw/pKMUkKys56M.jpg[/AVA]
[SGN]Выходят в бой, где бесполезен меч, где толку нет от кулака и пики[/SGN]

+5

7

http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/613/444833.jpg

Волшебное появление в руках капитана корзинки не стало ни загадкой (очень уж характерно и узнаваемо побрякиваа и побулькивала тара), ни сюрпризом – в конце концов, правило «в гости не являются с пустыми руками» до сих пор железно соблюдалось в любой глубинке, не только корианской, но и земной, а к ней Айову джимова детства (тоже до сих пор) вполне можно было отнести. Очевидно, не-пустые руки Гордона сейчас и держали то самое «чего покрепче», всё правильно, вот и синьор Джино заулыбался понимающе – мол, молоток, парень, наш человек, хоть и землянин. Не то чтобы это всё прошло совсем незамеченным штурманом «Стража», не то чтобы совсем мимо внимания – на коридорном развороте обернувшись на позвякивание из плетёнки, он мимолётно и рассеянно улыбнулся и Джеймсу, и отцу, но... Даже не стыдно было на это не отвлекаться – родители окажут гостю всё возможное гостеприимство и заботой окружат в ровно нужной степени, а Неро сейчас было не до того: он здоровался с домом.
Всё началось прямо с порога – о, каждый дом пахнет по-своему, и запах родного жилища, незабываемый и всё же, оказывается, чуть-чуть забытый, окутал блуждавшего так долго сына нежным шёлком кокона. Пряные травы, лимон, сыр, терпкая винная кислинка и старое дерево – Неро ласкающе коснулся дверного косяка, вдохнул глубоко, и двинулся дальше, держа в правой руке знаменитый корианский плод, который аж в поговорки вошёл, а левой ведя пальцами по крышке длинного низкого комода, того самого, где стояло блюдо из соломки, полное фруктов. Коляска ехала по плиточному полу ну о-очень медленно, и со стороны движение навигатора даже напоминало действие надменного проверяющего – хорошо ли протёрто, не останется ли на пальцевых подушечках серого налёта. Ерунда, конечно... да даже будь там пыль – это же та самая мягкая домашняя пыль, которая лишь ярче делает мечты о далёких странствиях и опасных приключениях... пока те не случатся наяву.
Надкусанный лимон уютно улегся в колени – ранкой на кожице вверх, чтоб не перепачкать соком белоснежные брюки; теперь штурман смотрел на стены, на скромные и знакомые каждым уголком рамки акварелей – бабушкиных и собственных, ещё не очень умелых. Ничего, практически, и не изменилось за столько лет… вот разве стёганое покрывало на кровати в спальне, мимо которой он проехал, незнакомое, новое.
Что ж... он все-таки вернулся, блудный сын, даже не на щите, что само по себе удивительно. Такого не могло быть, он сам этого не ожидал, но эти стены… они надеялись, это чувствовалось – бог знает, чем, нет такого органа. А ощущение – не исчезало. Неро так же неспешно и вдумчиво проехал весь первый этаж квартиры Дини, заглянул во все спальни и гостиную, вернулся к порогу и покатил снова тем же путём – вдруг что упустил, не заметил, не рассмотрел, потом же некогда будет, надо накрепко запомнить всё заново.
На звук открытой снова двери и шаги сзади рука среагировала раньше мозга – элегантное по-своему колёсное кресло затормозило от прикосновения к сенсору.
Неро, сынок, – негромко позвал мягкий мамин голос, и, прежде чем он успел обернуться, на плечи легли мягкие мамины руки, – тебе ведь тоже, наверное, нужно переодеться? Вы взяли с собой какую-то одежду?
Вопрос как вопрос, вроде бы, обычный, обыденный, но Неро пропустил вдох и на миг приопустил ресницы, не только оттого, что матушка обняла его так же, как отец несколькими минутами раньше – сзади, со спины, не оттого, что мамины губы коснулись виска, просто... второй смысл того, о чем она спрашивала, был так... так понятен. «Останетесь ли вы хоть на несколько дней, не улетите же прямо сегодня?» – вот что гласил подтекст.
Да, кажется, Джим... я не знаю, – честно ответил Неро, и торопливо добавил: – Я не знаю, взял ли он что-то из вещей, мам. Но у нас, кажется, один размер, подберём что-то из моего. Репликатор, в конце концов...
Раздавшийся с кухни механический голос и очень даже интонированное отцовское «Arnо, ma che diavolo?! Che ci fai di nuovo qui?!», не только оборвал фразу Неро на полуслове, но и заставило вздрогнуть обоих – и сына, и мать. А потом разомкнуть объятие, развернуться и спешно зашагать и покатить в очаг безобразиев, при виде которых старший навигатор «Стража» наконец-то позволил себе в полной мере проявить себя корианцем – закатить глаза и руками изобразить отнюдь не сдержанный общеупотребительный фейспалм:
Э, э, что тут вообще… кошмар! Капитана-то за что, он к нам со всей душой, а вы его как курёнка в лёд… – ещё один жест очень даже внятно выразил степень офигения Неро, изо всех сил старавшегося не расхохотаться. – Он хоть и хладнокровный у нас, но... разморозьте срочно!
Джино Дини, ероша кудри, выглядел смущённым, а вот Арно – ни капельки, он победно поводил криопушкой – дескать, ни крошки врагу.   
[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]«Хрустальный штурман»[/STA]
[AVA]http://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/27589.jpg[/AVA]
[SGN]

Со щитом, а может быть, на щите

Космонавигатор. Да, в коляске, а что такого? Голова у него работает, руки на месте, а остальное… по космосу, в конце концов, не пешком путешествуют, и пути в нём прокладывают не пешие. Почему он в допотопной коляске, а не в экзоскелете? Почему вообще не вылечен, при высочайшем-то развитии медицины? Ну… есть нюансы. В результате «какой-то невнятной локальной космической войны» и плена у него вместо обычной последовательности генов в ДНК некая каша, в его генетическую цепочку вмонтированы фрагменты десяти различных видов ксенобиологических существ, и это отнюдь не безобидные зверушки. При малейшем повреждении, влекущим за собой усиленное деление клеток, наступит неконтролируемая мутация организма. Он человек лишь в пропорции один к десяти. Он человек лишь до первой царапины или серьёзного ушиба.
Внешний вид: униформа навигатора Звёздного флота Федерации. На коленях иногда неуставной плед.
С собой: коляска инвалидная http://s7.uploads.ru/t/CKJje.jpg

[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (08-12-2020 05:49:35)

+4

8

https://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/75877.jpg

Он мог, конечно, везти с собой какое-нибудь Кьянти или Барбареско.
Канистра, белая и полная до краев, приятно звенела, когда он ставил ее на тёплые камни. Пять литров. Белое, домашнее. «Компот». Лучшее на свете вино, и как можно сравнить с ним все эти бутылки с заводским штампом?
Белое домашнее гнала бабушка Летиция, калабрийка по матери: ее вино становилось слаще на воздухе и пахло так, что жасмин смущенно подсыхал, не выдержав конкуренции. На бесконечно желтом послеполуденном солнце вино недолго задерживалось в бокалах: один – и сиеста.
Один – и сиеста.
Здесь пахло домом. И закрывалось все по-домашнему: с одиннадцати до часа даже воду, наверное, негде купить... Лоренцо приглядывался, щурясь. Вывески. Маленькие, без подсветки, без лишних слов. Gelateria. Pizza. Vino e Birra... Нет, спасибо, у нас свое...
Каменная мостовая, каменный парапет, каменные стены домов – маленькие города, так похожие на микроволновки, и заканчивались одинаково. Он свернул наугад, вдохнул посвежевший воздух, нырнул в тень мохнатого южного хвойника и прошёл по тропке – buongiorno, senioro, va bene, la giornata è bellissima, certo – только для своих. Какой турист побредёт сюда, боясь сломать ногу о заборчик частной собственности, обозначенной только в памяти корианцев? Разве что итальянец. Разве что итальянец...
От тропинки идут короткие мостки. Лоренцо скинул ботинки, стянул носки – и да будут прокляты те, кто сделал их ношение правилом этикета. Доски, между которыми плескалась вода, мягко спружинили под весом канистры, а затем и Лори. Он свесил ноги с мостков, и вода подбежала потрогать и рассмотреть.
– Здравствуй, море мое родное, итальянское...
Так вы итальянец! Я-то думаю, –  улыбнулся пожилой сеньор с тропинки, перетаскивая на мостки свой столик и бутылку красного полусухого. – Все свои.
– Все свои.
Угощайтесь! Внучка из пригорода прислала, у брата мужа ее своя винодельня. Вы к нам с чем?..

Когда Лоренцо стучался в двери семьи Дини – с чуть початой канистрой белого и почти пустой местного красного – на ногах слегка поскрипывала морская соль. Из ботинок торчали голые щиколотки, но на Коре удивительнее то, что он вообще носит ботинки.
– Buongiorno! Я Лоренцо, Лоренцо Томмази, в гости к Неро Дини.

[NIC]Лоренцо Томмази[/NIC]
[STA]Свой среди своих[/STA]

+5

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » Приют странника » Глава 4.1. Две капли сверху » Сезон 4.1. Серия 23. Где сидит фазан