Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Глава 3. Капал прошлогодний дождь » Сезон 3. Серия 1. Ночь коротка, цель далека


Сезон 3. Серия 1. Ночь коротка, цель далека

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Время действия: 1997 г., 24 мая. 14:00-22:00.
Место действия: Россия, г Шарья (Костромская область), горбольница. 
Действующие лица: Александр Бондарчук (Эдвин МакБэйн), Махди (Михаил) Галиуллин (Кит Харингтон), Валерий Шубин (Джереми Самптер), Данила Зуев (Стеван Марич), Ольга Новикова (Йента Бейн),

https://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/35893.jpg

+1

2

Белизна завораживала. Она мягко колыхалась, струилась и перетекала, как туман, как матовый тонкий шёлк под ветром. Но ветра не было, вообще ничего не было, кроме тишины и белизны – впереди и позади, справа и слева, сверху и снизу. Времени тоже не существовало до того, как оказалось, томительно ожидаемого и оттого особенно внезапного мига, когда чистейше белое ничто кисельно заколыхалось сильнее, начало рассеиваться, оседая прохладной влагой на коже – на лице, на тыльной стороне кистей.
Подушечки пальцев холодило сильнее – они прикасались к дереву… к флейте. И ветер, пусть легкий, но ветер теперь шевелил действительно шёлк – длинные очень широкие рукава, как ни странно, совершенно не мешали, как и длинные волосы, собранные в высокий хвост, и всё равно доходившие до пояса. Ими тоже играл ветер – ненавязчиво, ласково.
Туман редел, его прорезал нос узкой лёгкой лодки. Она скользила по серой воде, оттого вес собственного тела ещё чувствовался слабо. Спокойная и тяжелая, как непотревоженная ртуть, река несла суденышко очень медленно и плавно, без плеска, скольжение больше походило на полёт, парение над почти зеркальной гладью.
Губам тоже стало холодно – они прижались к жаждущему человеческого дыхания дульцу, и одновременно с первым родившимся звуком, особенно звонким во влажном воздухе, в туманной дымке впереди заалел твердый парус большого корабля.
Ещё несколько нежных серебряных нот рассыпалось под белым, облачным небом, и стал слышен тихий шелест шёлка, шуршание прибрежного тростника и... безутешно-усталый плач. Старая женщина, стоявшая на коленях в маленькой джонке позади изящно вывернувшей на стремнину лодки, закрыла лицо руками, мужчина с перевязанной уже окровавленной тряпицей рукой пытался заслонить её собой, а с борта корабля снова целились лучники.
Бамбуковая флейта выдохнула последний звук, опрятно спряталась в широком рукаве, а потом с лодочки-долблёнки, легкой, как высохший стручок, раздался голос, негромкий и мягкий, дородному воеводе у фальшборта было отчётливо слышно каждое внятное слово:
– Вы нарушили границы союза, прошу вас покинуть их мирно. Эти люди находятся под нашей защитой, и вы не смеете причинить им вред.
Чернели голые ветви деревьев, высунутые в туман у берегов, чернели пряди волос у бледного лица, тонкий белый шёлк одеяния флейтиста полоскал осмелевший ветер, поплёскивали мелкие волны, тростник шелестел, у воеводы краснели от гнева пухлые щёки, натянутые тетивы луков замерли готовыми зазвенеть струнами. Сейчас у стрелков устанут руки, и…

…ну не должна так громко хлопать дверь больничной палаты! И ладно бы только она, так нет – ещё звякнула выпущенная из руки ложка одного из соседей по палате, что-то из тарелки хлебавшего, ну вот как тут не проснуться?.. А ведь так хорошо задремал в кои-то веки – законно, в тихий час. Температура пару дней, как спала, так сладко спалось! – ресницы не хотели размыкаться, подрагивали, как крылья вроде бы снившейся только что белоснежной бабочки, но дневной свет сквозь них просачивался всё равно. Да сейчас и ночи уже светлющие.
Чёрные усики бабочки, чёрные кривенькие тонкие цветоножки, окруженные венчиком безупречно-белых лепестков... – Саша вдохнул глубоко, на удивление, не закашлялся, шевельнул головой, стирая о застиранную казённую наволочку влагу с виска – испарина не сильная, просто от слабости. Даже поворачиваться на спину так лениво... но надо – вдруг к нему пришли. 
О, и впрямь к нему! И кто, вот уж сегодня и не ожидал ещё! – синие глаза блеснули радостью, но приподнимаясь на локте, Бондарчук пробурчал, глядя на курчавого невысокого мужчину в наброшенном на плечи белом халате и с пакетом, в котором угадывались традиционные апельсины:
Ну ты прямо удвоил результаты, поздравляю. Догадываешься, почему? – он примял собой и без того тощую подушку, садясь кое-как. – Кто хуже татарина? Незваный гость. А кто хуже незваного татарина?..

https://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/327042.jpg
[NIC]Александр Бондарчук[/NIC] [STA]Озверевшее время потянем…[/STA] [AVA]https://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/613/631122.jpg[/AVA] [SGN]Высота одиночества – не для слабых ребят.
Мозги взорваны строчками, в сердце пушки гремят,
И победа осознанна, да не радует слог,
Небо полное воздуха, а дышать тяжело.[/SGN]

+7

3

Притарабанил он апельсины авоськой, профессионально. Разлетались только так: один на регистрации улыбчивой бабке, два девчонкам на медсестринский пост, три штуки лечащему врачу, и ему же коробку зефира. Можно было бутылку, но тут уже принципы: нечего алкоголем травить отечественных врачей. Пускай лучше апельсины едят с зефиром.
Хуже – незваный татарин, которого твоим братом считают, – буркнул Миша, плюхая авоську на тумбочку. Хорошая тумбочка, капитальная. Только отделений внизу нет, носки стопкой валяются. Знаем, сам клал. – Со мной бабка с регистратуры здоровается.
Ух, выдохнул. Авоську выгрузил, ящик тумбочки бесцеремонно выдвинул, в лекарствах покопался. Так, это мазь, это не то, это пластырь. Таблетки заканчиваются, надо занести. В голове почему-то крутится пиелонефрит и лечение методом биостимулирования иммунитета, но это не то шаманство, не то приятное будущее. Всяко сейчас такое не практикуется.
Сань, ты куда инструкцию сунул? Сам достань. Я принёс апельсины, йогурт, смородины листики. Для чая. Мандарины – это не тебе, дай переложу. Короче, слушай, зашёл я к ТатьянАнатольне! Очень дельная тётка. Во-первых, я даже не знал, что кускус полезно есть, когда язык обжег. Во-вторых, мне теперь не нравится идея шефа.
Миша пожевал губу и присел на край кровати. Вот к чему-чему, а сидеть у больничных коек каждый раз заново привыкаешь. А тумбочка и правда хорошая, даже дверца есть: внутри – тряпки, сверху – ящичек, ещё сверху – крышка, на ней апельсины лежат. Правильная тумбочка, на такой хорошо полезные вещи раскладывать.
Совести нет. Я же этим двоим му...жикам факсы-то отправил. А там твоя морда и фамилия. И куда тебе с пневмонией в факсы и выборы, я вот чего не понимаю? Говорю, ТатьянНатольна, чего там у него, говорит, такое ещё лечить и лечить. Говорю, чем лечить-то ещё, что ты у нас на сохранении и так, как экспонат. Грит, тебе твой аугментин и вот это всё – всё, курс, – он еще покопался в пакете. – В общем, принес я тебе ингалятор, насадки вот тут доставаешь. Ты остатки не трогай же, я ещё у глава спрошу, какие биодобавки и чего. Не зря хоть помело брал, вот с ним и мандаринами к главврачу сбегаю, через полчасика у него обед кончается. Ты тут как вообще, живой?
[NIC]Миша Галиуллин[/NIC] [STA]Все не так уж плохо[/STA] [AVA]https://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/702/560400.jpg[/AVA] [SGN]Мы хотим видеть дальше,
Чем окна дома напротив,
Мы хотим жить,
Мы живучи, как кошки.
И вот мы пришли заявить о своих правах: «Да!».
Слышишь шелест плащей?
Это – мы...
[/SGN]

Отредактировано Кит Харингтон (28-12-2020 13:09:02)

+2

4

– Валерий Саныч! Ну Валера! Дам я тебе отпуск, но чуть попозже. Смотайся в Каменск-Уральский, ты же хорошо разбираешься во всяких редкостях, к тому же родина твоя – каждый камушек в лицо знаешь. Да, это не курорт, но послушай: там местные близ старого карьера какой-то минерал необычный нашли...
Скептически разглядывая потолок, Валера скрестил руки на груди, сохраняя недовольный вид. Начальник аж носился по кабинету туда-сюда с горящими глазами, его энтузиазм можно было понять если там действительно что-то такое, то светит не только премия, но и мировая известность. Но как же хотелось в отпуск, на жаркий пляж с розовыми ракушками, красивыми девушками – с ароматным коктейлем в шезлонг, и лишь с боку на бок переворачиваться. Особенно, после командировки под Сеевку! В грязи по колено, в глуши беспробудной, с местными кретинами что приняли кварц за сокровища неведомые. И действительно, края родные, всё карьеры сверху донизу обхожены, что там ещё найти можно?
– Сергей Владимирович, там же местные, небось, не просыхают! Кварц или пирит нашли, да и обрадовались.
Начальник тяжело вздохнул:
– Не, Семёныч сам видел, он не пьёт... хотя это не точно. Минерал красивый, не на что не похожий. Очень прочный, обладает какими-то суперскими магнитными свойствами.
Инженер прищурился, подойдя поближе:
– А не радиоактивный? А то я ещё детей рожать собирался... когда-нибудь, а вы меня чуть ли не в урановые рудники заслать хотите!
Шеф заржал, як конь, и плюхнулся на стул:
– Валера! Ты чё, лично рожать собираешься? Через какое место?! Давай серьезно, двигай туда, осмотрись, а я ребят с оборудованием соберу и следом отправлю.
И с совершенно серьёзным видом добавил:
– Радиации нет, проверяли. Только, пожалуйста, не как в прошлый раз, хорошо?
Валера кивнул:
– Да я так, метафорически. Хорошо, в понедельник выезжаю.
Покинув кабинет начальника он подумал:
Ну да, нехорошо тогда получилось. Оборудование в болоте утопили, сами неделю пили, отравились грибами... привезли сувениры из стекла.
В понедельник, да. А пока надо бы с Данилой Сашу навестить. С чем он там в больничку загремел?

Сойдя с поезда и махнув вслед приятелю, рванувшему на поиски приключений, геолог глубоко вдохнул воздух, наполненый запахом солярки и цветущей сирени.
Кайф! Какие ароматы. А что мне надо? Сначала в гостиницу заселиться, потом пойдем Сашу навестить, думаю, Данила быстро нагуляется. Симпатичный городок, ещё бы пожрать чего-нибудь нормального.
Перехватив по дороге пару сочных чебуреков, Валера пошёл заселятся в гостиницу. Найти её оказалось совсем не трудно, на носившее одноименное с городом название здание безошибочно указывал каждый первый встречный. Хмурая женщина на ресепшене тут же напомнила ему: «совок жил, совок жив, совок будет жить!». Всем своим видом показывая, что делает величайшее одолжение одним своим присутствием, она стала выяснять:
Вы тут командировочный? Один жить будете? Смотрите, женщин в номер не водите! У нас тут приличное заведение.
Мымра – это было самое приличное из того, что Шубин о ней подумал, и, не сдержавшись, съязвил:
По делам, один. Ну да, зачем водить, они ко мне сами постучат с вашего ведома.
Оставив зеленеющую от злости мадам, он бодро потопал в номер.
Для удобства бытия лучше по разным номерам заселиться, тем паче свободных комнат полно.
Интересно, в этом гадюшнике меня клопы не съедят?
Придирчиво разглядывая видавшую виды кровать, Валера бросил рюкзак в уголок и подошёл к окну. Хоть один плюс тут точно есть – этот цветущий буйным цветом раскидистый куст сирени прямо под окном.

https://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/41385.jpg
[NIC]Валерий Шубин[/NIC]

Отредактировано Джереми Самптер (28-12-2020 03:17:58)

+4

5

Братом? – сашина бровь удивленно приподнялась. – Даже так? – «болезный» ещё раз окинул задумчивым взглядом товарища, плюхнувшегося на соседнюю койку и деловито разгружавшего приношения. – Насколько я знаю, «бабка из регистратуры» носит очки, – Бондарчук скребнул ногтями по заросшей скуле и уточнил: – ну, то есть надевает их иногда, – уточнять, что он сам увидел и пожилую женщину, и её очки на веревочке лишь недавно, однажды, и то мельком через стекло, когда выезжал к нотариусу пару дней назад, ведь не стоит? – Видимо, тебя она разглядывала невооруженным взглядом.
Как те звёздочки коньяка, которого ему, со всей очевидностью, ещё полгода не дождаться, пока будут «лечить и лечить». Одно хорошо – на сей раз цитрусовых, кажется, удастся избежать, апельсинами, что бесперебойно появлялись в его палате все эти полтора месяца, можно было накормить детсад средних размеров. Если бы их не раздавать ближним и дальним соседям, сестрам, нянечкам, внукам нянечек, а съесть в одно рыло – точно бы загнулся, но уже от язвы желудка.
Тебе не нравится решение шефа союза, потому что шеф – это я? – с прохладным интересом осведомился Саня и его бровь снова дрогнула, изогнувшись под другим немного углом, иронично. – Знаешь, иногда я и сам от себя не в восторге, вот хотя бы потому, что до сих пор тут валяюсь. Но ехать по-любому придётся, без этого ничего не выгорит, да и игра уже началась, – он равнодушно повёл плечом, чуть поморщился. – Да ладно тебе, ну пневмония, ну болел. Но не сдох же. Мне твоя Натольна сказала, что года два я точно проживу, да и другие пообещали, а дальше… – синие глаза блеснули живым, острым интересом: – Ты говорил, Гванца приезжал к тебе… и архиву лично, а Кабышев прислал подручного? Занятно, – лёгкую улыбку можно было и не прятать, да и фамилии больших шишек где-то на Урале здесь, в глухомани лесной, ничегошеньки не значили, мужикам-сопалатникам они до фени как раз. – Хотел бы я видеть лица обоих, когда они получили твой факс.
А ещё больше – когда пробили по базе, «кто таков Александр Кузьмич Бондарчук» и получили… вот уж точно – шиш с маслом. «Да никто!», как говорил почтальон из мультика про Простоквашино. Сын кузнеца, учился в восьмилетке… служил в Афгане. И все. А уж как дошёл-докатился до жизни такой, в теперешнем, то есть, положении – вот уж есть где фантазии разгуляться.
Вот и славно. Вот и пусть, посмотрим, кого она к чему приведёт, на меру, так сказать, развращённости. – Саша, наткнувшись ладонью на простыне на выкатившуюся из-под подушки костяную фигурку, зажал её в кулаке и привычным движением обернул вокруг пояса край жиденького больничного одеяла. Жара – жарой, но тут он все равно ничего не чувствует, пусть уж точно ноги будут в тепле. Да и нет уже жары после позавчерашней грозы, захолодало, ночью так и вовсе чуть не заморозок был, из окна сквозило. Хоть и май месяц, но не лето… да и летом-то иногда не лето, если на то пошло.
Не знаю я, где инструкция, может, и выбросили, – рассеянно ответил он Мише, и пояснил на укоризненный взгляд: – Ну что? Ну прочёл я её, запомнил, не вечно же хранить? А Натольна и так, без неё, дозировку знает и фармакологические свойства. Не бухти, а? – попросил Бондарчук, выпуская в колени на одеяло нэцке из горсти. – Вот за ингалятор спасибо, с ним будет попроще, наверное. – Саша взглянул на друга тепло: – Да живой я, живой. Тебе пульс дать послушать, восточный человек, чтоб ты по нему определил сто один недуг, который меня… не постиг? – взгляд стал откровенно насмешливым, как и улыбка. – Этому бабка-татарка тоже научила?
Протянутая действительно рука… всего лишь поставила на тумбочку костяную фигурку, но если бы в бедовую кудрявую голову и впрямь пришла мысль насчет сделанного предложения пощупать сердцебиение… не, ну конечно, никто никого не дразнил.
Ты да Ольга… с вами хоть на край света можно, никаких врачей в сопровождении не нужно, одних лекарств хватит.
https://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/327042.jpg
[NIC]Александр Бондарчук[/NIC] [STA]Озверевшее время потянем…[/STA] [AVA]https://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/613/631122.jpg[/AVA] [SGN]Высота одиночества – не для слабых ребят.
Мозги взорваны строчками, в сердце пушки гремят,
И победа осознанна, да не радует слог,
Небо полное воздуха, а дышать тяжело.[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (30-12-2020 00:55:55)

+3

6

Ну, может, пятиюродным, седьмая вода на киселе, – возразил Миша, запустив пятерню в волосы. – Да мне слово «шеф» тоже не нравится, если честно. Погодь ты.
Два года он. Два – и против десять, которые вот так вот, по больницам в основном виделись. Вспоминается оно так. И познакомились незадолго до госпиталя, и потом... Каждый раз так. Говорит, два года. Все десять лет говорит.
Да запомнил я, думаешь, Кабышев или... – Миша фыркнул: несмешно получилось. – Да подручный, конечно. Новая морда, в телике не мелькал. Фомичев, Алексей Геннадьевич, семьдесят второго года рождения... Светленький такой.
Махди вздохнул-выдохнул: сиренью пахло и больничной кухней. Даже чуялось, что пюре и курицей, как в детском садике: из большой кастрюли, железной. Сирень была за всеми окнами, бедные местные астматики-аллергики...
И что мне, надо было и этого в архив пускать? Разбежались! – Миша весело хмыкнул. – Я тобой не тыкал. Тоже, говорю, большая шишка – в архив лезть. Они знают, что у нас по архиву проходит? Факс, не факс, а по факту: они меня держат за библиотекаря, Саш.
Катя над ним потешалась. Давно уже. Беззлобно так, как она умеет, даже радостно: суров, говорит, жених, в пыльных бумажках до ушей, а снизу борода до полу. Говорит, дедМороза будешь играть детям как? И при чем тут Дед Мороз... Не беременная же? Не, в мае б знала и сказала бы, если до Нового года...
Махди сгреб на минутку лицо в ладонь и встряхнулся. Работаем.
Ольку туда с собой, АлексанКузьмич? А как ты себе представляешь: Ольку – туда? Она ж у нас здорова, как корова – прости, Оленька...
Эта чудесная-чудесатая им засветится так, что бабка не горюй... На бабку, кстати, катить не надо. Миша прищурился, отслеживая траекторию движения Сашиной руки.
Полёт нормальный, пульс считать не придётся. Ты вот не надо на мою бабушку, она нас всех ещё поучит... – он все-таки улыбнулся и показательно подоткнул шефу одеяльце. – Ещё я тебе буду говорить, чего у тебя нет. Родильной горячки нет, зуб даю. Сам давай остальное, шеф же...
Не обиделся, нет, задумался. Посидел, повертел в руках бесконечные апельсины. Ими пахло приятней, чем столовой, не по-майски.
Восточный, западный... Погоди, вот посмотришь на лица, когда лично к ним заявишься. Похлеще факса будет, говорю ж.

[NIC]Миша Галиуллин[/NIC] [STA]Все не так уж плохо[/STA] [AVA]https://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/702/560400.jpg[/AVA] [SGN]Мы хотим видеть дальше,
Чем окна дома напротив,
Мы хотим жить,
Мы живучи, как кошки.
И вот мы пришли заявить о своих правах: «Да!».
Слышишь шелест плащей?
Это – мы...
[/SGN]

+3

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » Приют странника » Глава 3. Капал прошлогодний дождь » Сезон 3. Серия 1. Ночь коротка, цель далека