Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Дом Озарений » Кабинет директора


Кабинет директора

Сообщений 1 страница 30 из 77

1

http://savepic.ru/2009355.jpg

0

2

оос: у дверей кабинета ===)

На память Салливан никогда не жаловался - в его профессии без этого никак. С пространственным мышлением тоже проблем не имел, поэтому с первого раза прекрасно запомнил и понял по рассказам медсестрички, где находится кабинет директора.
Этот корпус, похоже, не относился к числу служебных или охраняемых, как отделение для "буйных", к примеру, но тем не менее агент подмечал наметанным глазом, да и просто это чувствовалось - тут за всем следят очень пристально, и здесь едва ли разрешает вот так запросто гулять где-то кроме основных коридоров.
Директора на месте не оказалось, но это Роба не удивило. Занимая начальственную должность в такой большой клинике, небось за столом штаны не попросиживаешь. И все же, хотелось если не встретиться, то хотя бы договориться о встрече, дать о себе знать.
Сам кабинет был заперт, но около него находился столик секретарши. Ну, или это была не секретарша, а очередная девушка из персонала, выполняющая ее обязанности.
Роб заговорил с ней, и первые минуты беседы заняла ничего не значащая болтовня. Это у Салливана получалось уже автоматически - настраивать людей благосклонно по отношению к себе. Только потом он перешел к сути вопроса, объяснив, что хотел бы переговорить с директором. Как он и думал, доктор в данный момент был занят, но девушка клятвенно пообещала известить его. Для этого было достаточно оставить имя и фамилию - а дальше либо сами найдут, либо в номер позвонят, либо по громкой связи в конце концов объявят.
Поболтав с девушкой еще немного, Салливан удалился. Не сидеть же под дверями, это время можно и с большей пользой потратить.

===) на просторы клиники

+1

3

Комната охраны

Скрипнула дверца шкафа, доктор снял с полки плед, встряхнул его, разворачивая, накинул на плечи, как плащ, закутался плотно, щекоча шею бахромой, поёжился, ибо успел продрогнуть в одной рубашке на осеннем холодке, который появился в воздухе к вечеру. Закрыл шкаф, и наконец-то устроился в директорском кресле, вновь порадовавшись возможности сесть в него… а вернее – просто сесть и восстановить дыхание.     
Это только герои голливудских боевиков могут резво и бодро бегать полфильма с проникающим ранением в какую-нибудь жизненно важную область бренного организма. Макс к числу подобных суперменов не относился, в роду его людей-икс не водилось (во всяком случае, до появления на свет Хеймо), так что директор быстро понял – просто пройти пешком тот маршрут, который запросто преодолевался каждый божий день, сегодня весьма затруднительно, и потому, как мог, экономил силы: на эскалаторе доехал на верхние уровни Скального, не раз поблагодарив проектировщиков и строителей за установку этого самого эскалатора. Потом, не торопясь, дошёл до выхода из встроенного в гору корпуса, постоял, держась за бок и отдыхая, прошагал немного по дорожке, очень кстати увидел электрокар – такие часто используют на полях для гольфа, а на территориях Приюта они ездят повсеместно – махнул рукой знакомому водиле (а кого же Штейнвальд на вверенных ему землях не знал в лицо и по имени?..), и уже через минуту, виновато улыбнувшись, устроился на сиденье рядом с ним. Так-то! – получается, до Дома Озарений почти что на машинке подкатили. Дойти до кабинета уже было не так тяжело, да ещё повезло – секретарша как раз куда-то отлучилась, не пришлось объяснять свой странный вид. 
Максимилиан убрал под стол ноги в больших не по размеру шлёпанцах, высвободил руку из-под пледа и потянулся к кнопке интеркома:
- Элеттра, красавица моя, не в службу, а в дружбу – не принесёшь ли мне очень горячего чаю с мёдом и лимоном? Это из личных нужд… - его итальянский был безупречен, но на пару секунд доктор задумался, собираясь с мыслями, припоминая все не сделанные с утра дела, - А из служебных мне нужен распечатанный список всех пациентов, поступивших сегодня. Да, и кажется, мне нужно принять кого-то на работу? Значит, синьора Христо ко мне. И… - Макс листнул бумаги на столе, - синьору Шилаш тоже пригласи.              
Одышка успокаивалась вроде, боль утихала. Так что визит к хирургу и рентген можно было отложить... ненадолго.

0

4

Саманта Шилаш идет за невысоким санитаром и размышляет:

Забавно наблюдать за тем, каким субъективным может быть течение времени. За те несколько минут пока меня вели к м-ру Штейнвальду я успела: подумать о сотне мелочей, восхитится мебелью и отделкой внутренних помещений лечебницы, получить удовольствие от лучей солнышка, бъющих в лицо, несолько раз разувериться в будущем, несколько раз воскресить надежду и прийти-таки к цели.

Мужчина подводит ее к двери, что-то бурчит и уходит. Пол укрыт мягко и надежно. Она почти не слышит звука его шагов и немного но пугается. Вернее - робеет. Но страх сейчас роскошь, пора действовать.
Она делает глубокий вдох-выдох и стучит в дверь.

Отредактировано Саманта (27-02-2011 22:16:53)

+1

5

Истинное сокровище, – думал, поглядывая на свою секретаршу, Максимилиан, прихлёбывавший крепкий, вкуснейший, обжигающий, душистый чай с приятной лимонной кислинкой. – Просто чудо, а не девушка.
Увидев, в каком виде явился директор, приносившая чай и документы Элеттра по-итальянски экспрессивно всплеснула руками, воскликнула «Mamma mia!», и унеслась, чтобы появится через минуту (директор даже список поступивших в Приют просмотреть до конца не успел), неся пузатенький бокал с коньяком. Ещё через полминуты Штейнвальд имел полное представление о том, как именно эта милая синьорина уговаривала свою слабоумную бабушку принять лекарство. Простужаться и болеть пневмонией – чем ему во всех красочных подробностях пригрозили – Максу нисколько не улыбалось, и поспешно проглоченный коньяк ласково и властно согрел желудок… и не только. Так что через пару минут после того, как и чай был допит, прогревшийся до печёнок доктор выпутался из ненужного больше пледа, и его тоже отдал Элеттре вместе с пустым коньячным бокалом, чашкой с остатками заварки и вымоченной лимонной корочкой. Жить сразу стало лучше, жить стало веселее. Захотелось даже приступить к труду и обороне, и Макс вновь взялся за список, решив, что сперва, пожалуй – трудовые свершения, а до обороны очередь дойдёт, когда и если его дом нынче вечером всё же посетит главный куратор. При условии, конечно, что его не съел сантехник Чингачгук.
По ассоциации Штейнвальд вспомнил утренний разговор с Безымянным, обвёл грифелем острозаточенного карандаша одну из фамилий в списке, и задумался.
Кто из наших мозгоправов и душеведов максимально быстро и с минимальными потерями в плане психологическом уговорит господина писателя снова лечь на операционный стол? – директор прищурился, машинально постукивая по передним зубам плоским кончиком карандаша, – Дело тонкое, деликатное… И лучше поручить его женщине, на мужчин-врачей шотландец, и правда, реагирует нервно. Нужен кто-то, вызывающий безусловное доверие. – Максимилиан сверился со списком персонала и довольно улыбнулся: Кимберли, ну конечно! А если ещё подключить Ребекку, никуда наш бравый штурман не денется, две эти дамы кого хочешь и на что угодно заставят согласиться.
Одна из проблем была почти решена, ибо хорошее начало - половина дела, особенно при правильном подборе фигурантов, и Штейнвальд, взглянув на кабинетные часы, погрузился в чтение досье потенциального сотрудника женского пола, успев прочесть первую страницу до стука в дверь.

0

6

---Кафетерий

Всегда отличающийся пунктуальностью, Маркус был удивлен тем, что за ним кого-то послали. Судя по часам, которые не могли отставать просто по определению в связи с тем, что юрист частенько проверял их точность, обеденный перерыв заканчивался еще минут через пятнадцать, но с другой стороны – выйти пораньше это нисколько не плохо, тем более, что подобная спешка могла быть вызвана только наличием какого-либо дела. Не столь условного, как трудовые будни, наполненные прочтением, перепрочтеньем, изучением и прочей работой над сотней, может даже тысячей-другой самых различных бумажек, представляющих собой по большей части крайне нудные договора ни о чем конкретном, договора клиентов и так далее. С другой стороны там попадались и интересные записи – кадровые, а так же судебные прецеденты прошлых лет.  Идеал интереса – возникновение каких-либо правоотношений, связанных с последующим судом сейчас. С точки зрения Марка, конечно, ведь для «Приюта» это немного больше геморроя и трудностей.
Молча кивнув пришедшему за ним, Христо направился в указанном, а точнее показываемом направлении, хотя на полпути уже опознал дорогу. Все это время, которое заняло перемещение, он размышлял о своем интересе к судам. Дело было в том, что он оканчивал институт действительно по схожей специальности, но работать приходилось в основном в другом профиле, а также и иных отраслях права. Тем самым право, связанное с медицинской деятельностью, хоть и было тематикой дипломной работы, в дальнейшей карьере не пригождалось. Хотелось наконец проявить себя и в выбранной сфере, доказать себе что вполне способен с этим справляться на том же уровне, как и с делами Административного, Трудового и Гражданского характера, которые попадались прежде в практике.
У самой двери молодой человек, благодарно кивнул санитару, также адресуя приветственную улыбку секретарше. Взгляд мгновенно сосредоточился на девушке, стучавшей в дверь кабинета. Скорей всего, его вызов связан именно с ней. Сейчас Христо был готов ручаться – новая сотрудница. Приблизившись к ней протянул руку для приветственного рукопожатия. Ох, уж эти манеры.
- Добрый день, Леди. Вы, я так понимаю, к господину Штейнвальду по схожему с моим обстоятельству? –
Уклончивая формулировка, однако, позволит легко проверить верность своих выводов. После этих слов Маркус приоткрыл слегка дверь кабинета, не постучав, так как это за него уже сделала девушка, а повторный стук вызовет лишь раздражение у любого человека. Уже обращаясь к присутствующим в кабинете, но не заглядывая туда, продолжил. – Вашей аудиенции ожидает прекрасная женщина, господин директор, кроме того, я по вашей просьбе прибыл.
Сербские корпоративные нормы вытравливались с трудом, особенно за отсутствием предписаний в уставе «Приюта» об обратных действиях. Представляться на родине было положено самому, как и оповещать о своем прибытие, не напрягая лишний раз секретаря, если тебя вызвали. Не вызванные передавали информацию через этих милых девушек с утомительной профессией. А представить даму вперед было не только условием сохранения очереди, но и хорошего этикета.

+1

7

В тот самый миг, как дверь распахнулась, уютную тишину директорского кабинета вместе с докладом о прибытии, озвученным штатным юристом Приюта, нарушила переливчатая трель телефонного звонка. Максимилиан, поднявший глаза от документов, чертыхнулся про себя.
- Отлично, Маркус, Вы точны как всегда. 
Директор кивнул, показывая, что видит пришедших и приветствует их, тепло, но бегло улыбнулся, показал глазами на замершую на входе женщину, делая приглашающий жест левой рукой – мол, усадите даму, Маркус, будьте другом… и кавалером получше меня, заботами и контактами обременённого и на части от великого множества дел разрывающегося. Сам доктор потянулся вперёд в кресле, отчего бок опять полоснуло опоясывающей болью, в то время как правая его рука сорвала телефонную трубку с рычага:
- Да, Штейнвальд слушает, - директор замолчал, действительно внимательно слушая короткие и четкие фразы сообщения, а по его окончанию чуть нахмурился озабоченно. - Хорошо, - начал Макс по-английски, но, узнав голос одного из детских психологов Центра, мгновенно перешёл на родной немецкий, собственно, даже не заметив этого, мягко и внятно произнося слова ответа Радеку.
Посчитав, что вопрос временно исчерпан, Штейнвальд аккуратно положил трубку и одарил радушной улыбкой ожидающих подчинённых – настоящих и будущих:
- Прошу прощения, дела-дела. Господин Христо, мадам Шилаш, садитесь, пожалуйста, - Макс устроился в кресле как можно удобнее, что оказалось делом непростым, правда, кроме самого директора об этом никто бы и не подумал, ещё раз обворожительно улыбнулся (ибо улыбок начальства никогда не бывает слишком много), и, обращаясь к юристу, подтвердил почти серьёзно, - Вы абсолютно правы, Маркус, женщину настолько прекрасную грешно томить ожиданием, поэтому приступим непосредственно к вопросу трудоустройства.

0

8

Макс лишь самую малость польстил даме – она ему действительно понравилась с первого взгляда, эдакая милая пышечка, уютная и домашняя. Больные таким женщинам обычно доверяют, это на уровне инстинкта. Идеальная внешность для воспитательницы детсада или детского врача… да и врача вообще. При таких рекомендациях в резюме, как у миссис Шилаш, можно было не растекаться долгими внушениями о том, как сложно и важно работать в заведении, не пугать супервысокими и сложными критериями оценивания её благородной деятельности, а ограничиться просто милой беседой (на то и со-беседование!), быстренько сунуть на подпись типовой контракт, который уже был готов к распечатке на директорском компе, и похлопав по полненькому плечику, отправить в отделение с двумя напутственными словами: «Работай, милая».
У неё, наверное, руки ласковые… - с этой мыслью Штейнвальд хотел самолично попросить даму пройти и присесть, но успел только открыть рот… и схватить трубку вновь затрезвонившего телефона.
- Да? Штейнвальд слу… Что? Прибыл? – лицо директора посуровело, - Да, понял. Операционная и нейрохирургическая бригада будет готова через десять минут. Моё присутствие необходимо? - слабая надежда на отрицательный ответ почти не проявилась в интонации. – Замечательно.
Истинное облегчение в последнем слове Максимилиан и не скрывал.
Проклятье, - указательным пальцем левой руки директор коротко прижал и отпустил рычаг телефонного аппарата, зажав трубку в правой руке. – Опять нам подчищать за этими скотами из военного ведомства… если что, они же будут чисты, аки ангелы небесные, а мы – в дерьме по самые уши.
- Ещё минуту, прошу прощения, - сказал он, коротко улыбнувшись присутствующим. И в трубку, бегло: - Элеттра, срочно свяжи меня с Итоном Барберри.
Ожидая, он поднял глаза на юриста и претендентку:
- Ещё раз извините, но вы не могли бы обождать в приёмной?
Дождался, пока выйдут, пока закроют за собой дверь, и лишь тогда произнёс в трубку, начиная разговор.
Закончив же его, снова нажал на рычаг и после - кнопку селектора:
- Элеттра, пригласите сеньору Шилаш и юриста. 

0

9

Однако замешкались сотруднички. - Максимилиан, поёрзав, сел удобно, бок болел, но терпимо. - Видать, так работа нужна миссис Шилаш, что я её дождаться не могу... а с Маркусом-то чего? Всегда же был пунктуален. Распустил я подчинённых совсем.    
Пока ждал их, успел переместить файлы в компе, отмечая досье назначенных к специалистам пациентов.
Удовлетворённо и быстро улыбнулся, подумав, что отдав вести Адольфу Киркегарду того приехавшего с писателем дерзкого юношу, Ренье, поступил правильно. Адольф - отличный специалист, и несомненно, обратит дерзость и неуступчивость парня во благо ему же... как хороший единоборец - просто перенаправит силу противника, так что тот сам упадёт к ногам победителя... как спелый плод. А результат, достигнутый в борьбе, всегда ценнее и крепче.
А сегодня мне ещё Безымянного дома принимать... - вспомнил директор. - И, чёрт возьми, препарат!..
Он снова сорвал трубку с телефонного аппарата, лихорадочно набирая номер.

0

10

>>> Кабинет психиатра (Доктор Адольф Киркегард)

Не дождавшись пока ему предложат войти,
- ...все же это не его личная спальня.
Киркегард вошел сам.
- Добрый вечер, доктор Штейнвальд. Я по делу.
- И нифига не извините, что так поздно.
- У меня появились некоторые мысли по поводу моего пациента Рауля Ренье, помните такого? Я уверен, что помните. Так вот, мне будет нужна Лаборатория Гипноза на завтра, и чтоб никто не мешал, еще мне нужен транквилизатор, мышечный релаксант, и что-нибудь на основе псилоцибина или мескалина. Я подозреваю наличие у пациента параллельной личности, которую он либо скрывает, либо не осознает в качестве реактивного образования.
Говорил он все это с напором, только что медкартой перед носом не размахивал.

- И только не спрашивайте, как я до этого дошел. Мне сон приснился, меня проглючило, это все звучит как-то не научно, совсем не научно.
- Я собираюсь ввести его в состояние гипнотического транса, а затем в качестве «ведущего» контролировать его галлюцинацию. Что я хочу получить в итоге…
Киркегард, речь которого скорее походила на поток сознания, чем на медицинское предложение, заткнулся на пару секунд.

- Честно? – Он посмотрел на Максимилиана Штейнвальда своими ярко-голубыми горящими глазищами. – Я еще и сам не знаю, уверен, что пойму это в процессе, но ухудшить его состояние это не должно. Всю ответственность за проведение нестандартного психиатрического эксперимента беру на себя.
Вот тут он уже заткнулся окончательно и ждал реакции директора клиники.

Отредактировано Адольф Киркегард (18-03-2011 13:39:04)

+1

11

Только успел Макс положить трубку, как стук в дверь повторился, а дверь открылась. Место ожидаемой (и давненько уже ожидаемой, кстати) пары югославов, на пороге стоял один человек… но зато какой! Доктор Киркегард, Великий и Ужасный, собственной персоной. Хотя сказать «стоял» было бы неверным, потому как он уж летел, словно пожелтевшая газета, гонимая по асфальту ветром (именно такие ассоциации у директора почему-то вызвал вид неопрятного как обычно Адольфа). При этом «газета» ещё громко и напористо тарахтела, со скоростью пулемёта строча словами.
Он даже поздоровался, - отметил Штейнвальд, у которого от напора вслух выраженных идей и маниакального сверканья ярко-голубых Кикегардовых очей ум зашёл за разум уже на второй фразе с окончанием «помните такого?». В ответ на неё директор кивнул, и на все предложения и требования своего «очень ценного сотрудника» продолжал кивать, как фарфоровый китайский болванчик, почти машинально. Что поделать, даже психиатры с многолетним стажем иногда входят в эдакий ментальный ступор, если психическая нагрузка превышает ПДК. Максимилиану сегодня здорово досталось, и распухающий «наплечный котелок» доктора Штейнвальда не то чтобы совсем не варил, но… варил с запозданием.
Поэтому когда поток слов прекратился, Макс перестал кивать и коротко ответил:
- Решили тоже опробовать этот метод? Не имею ни малейших возражений, Адольф. Он, несомненно, перспективен, а уж насколько эффективен!.. – Штейнвальд слегка развёл руками, мол, куда там! - Напишите запрос на препараты, я его немедленно подпишу.
Случай Ренье был непростым, очень непростым, если полгода обычного, классического, психотерапевтического лечения заметного результата не дали. Следовало переходить к мерам, если и не крайним (для любой другой клиники), то решительным. Что касается исполнителя этих мер, Максимилиан безусловно доверял Киркегарду как специалисту.

0

12

- Конечно, конечно, бумажки… - бланки он тоже с собой прихватил, и не присаживаясь, прямо на краешке стола директора, начал заполнять их своим истинно медицинским почерком со скоростью стенографистки.

- Хороший мужик, понятливый, и где-то я его уже видел, в смысле раньше, намного раньше. Может, на международной конференции, или на вручении наград за вклад во что-то там неинтересное… но точно видел. Да мало ли что и кого я видел, сейчас главное эксперимент.

- Вот, вроде все формальности соблюдены, - он даже достал из кармана личную печать, и смачно выдохнув на нее, проштамповал написанное.
Адольф сглотнул, потянулся было за сигаретой, но потом одумался и поискал глазами стул. Киркегард чувствовал, что ему надо присесть, он только что проснулся, но его нервная система пришла в бешеную активность и никак не хотела успокаиваться. Что поделаешь, маниакал, он и есть маниакал.
К счастью, стул обнаружился и доктор Киркегард без разрешения присел, положив обе ладони на колени, и уставился в пол. Медкарта и бумаги так и остались лежать на столе у директора.

+1

13

Письменно Великий и Ужасный Адольф застрочил тоже как бешеный пулемёт. Макс только головой покачал, глядючи на скоростное и эксцентричное оформление документов. Медсёстры, да и некоторые врачи помоложе шептались, что, мол, сам доктор Киркегард будет, пожалуй, поненормальнее некоторых пациентов Приюта, но… мало ли что болтают не самые умные люди, которые слишком легко судят других! Результаты его профессиональной деятельности демонстрировали совершенно противоположную картину: у пациентов доктора Киркегарда улучшение наступало не «в ряде случаев», но почти всегда. А ради таких высоких процентных показателей Максимилиан мог простить и гораздо бóльшие личные странности.
После того, как печать была вдохновенно приложена, к ответственной процедуре визирования приступил директор. Для порядка, уже взявши ручку, он пробежался глазами по списку препаратов. Вот уж чего-чего, а псилоцибина директору было не жаль, потому как вещество это имелось в избытке, что называется, ешь – не хочу. Зря, что ли, одна из самых обширных естественных пещер Скального бункера постоянно была засажена росшими сплошняком тонконогими грибочками?
- Миорелаксанты я вычеркну из списка, они не понадобятся. – Штейнвальд покосился на коллегу, тот явно нервничал. - Не волнуйтесь, Адольф, – голос ставившего свой драгоценный автограф доктора зарокотал тихо и успокоительно. – Этот метод только считается новым, на самом же деле он давно и неплохо обкатан. Вы сами поразитесь, насколько реальной будет иллюзия в комнате-симуляторе. Кстати, мне любопытно, какую из них Вы выбрали?

0

14

- Вы их не вычеркните! - абсолютно спокойно, не поднимая головы, чтобы просмотреть на Максимиллиана. Доктор не переживает, у него «приход»: интеллектуальный и не только.
- Медсестры и некоторые врачи… Нет, почти все…  Особенно медсестры. А директор нет, хотя несет он полную чушь.

- Его тело надо обездвижить полностью, как можно глубже, чтобы он не чувствовал тела. Тогда он легче выйдет из него.
- Миорелаксанты… Блокада защитных реакций на холод в виде мышечной дрожи и гипертонуса мышц при искусственной гипотермии, когда человека погружают в ванну со льдом.
Киркегард представил себе ванну со льдом.
- Кого бы я хотел туда поместить? Да, именно, ту врачиху, блондинку.

- Не знаю, как вы экспериментировали здесь до меня, мне не сообщили. Информацию о выборе конкретной иллюзии сообщить вам не могу, потому что она находится в процессе разработки.
- Если я вас правильно понял - Вы согласны.
Неожиданно Адольф выпрямился на стуле и посмотрел Директору в глаза.

- Вы слышали, как в России определяют вменяемость пациентов? - его голос изменил свой тембр. - Им предлагают удалить воду из чугунной ванны, где их обычно моют. Дополнительно предлагают алюминиевую кружку и алюминиевую ложку. Вы бы как поступили?

0

15

Вот ведь строптивец!..
- Что ж Вы раньше-то не сказали? - Штейнвальд прям-таки расстроился, его сильные пальцы смяли готовый документ, который бумажным мячиком скакнул в мусорную корзину, без промаха, трёхочковым броском - в университетской сборной по баскетболу Макс играл с удовольствием, - Хотите полностью обездвиженное тело - будет Вам таковое. Можете устраивать цыгночку с выходом. Я даю Вам карт-бланш, не угробьте только парнишку, он нам необходим.
Макс порылся в выдвинутом ящике своего по-настоящему директорского стола, вынул чистый бланк и быстро заполнил его новым, а точнее - старым, Адольфовым перечнем препаратов, после чего неторопливо завизировал его личной подписью и протянул листочек психиатру, дабы тот шмякнул по нему именной печатью. Почему-то Максимилиану показалось, что это доставит Адольфу чистую детскую радость. Самому бы Максу точно доставило. Он проверял.       
- Уж эти мне русские затейники, - покачал головой Макс, не отрывая взгляда от неодинаково синих глаз Киркегарда, - Чего только не придумают... Тест на IQ хорош, даже остроумен. Я бы как поступил? - переспросил Штейнвальд, снова качнул головой и расплылся в обаятельнейшей спокойной улыбке. - Я бы выдернул пробку из ванны. 

0

16

Киркегард поднялся, подошел к столу и достал печать. Выверенным точным движением поставил отпечаток. Снова зрительный контакт.
- Уверен, что поступаю правильно!
- Я верил в вас, доктор Штейнвальд, не зря же вы директор этой клиники, - каким-то скрипучим голосом произнес Адольф, и впервые на памяти Максимилиана рассмеялся. Почти беззвучно.
- Я выражаю вам свою признательность, - он протянул руку через стол.
У него длинные узловатые пальцы.
- Спасибо за понимание, коллега. Не стану более нас задерживать, пойду, поработаю.

Киркегард что-то угукнул в ответ, и вылетел из кабинета на той же скорости, что и влетел, лишь мельком взглянув на вошедшую девушку.

>>> Кабинет психиатра (Доктор Адольф Киркегард)

Отредактировано Адольф Киркегард (22-03-2011 22:23:03)

0

17

Начало игры.
Кати сложно назвать грустным человеком. Ну очень сложно. Да что уж там, это было бы просто отвратительной и наглой клеветой. И все же, этот день отличался от остальных разительно. Настолько сияющей и довольной ее увидеть можно довольно редко. Еще бы! Наконец-то исполнится ее мечта. Стать медсестрой мисс Диккенс мечтала давно. Очень давно. Лет эдак с тринадцати.
Девушка летела по коридору, прижимая к себе заветную папку с договором. О разговоре, который ждал ее дома, Кати предпочла даже не думать. Это будет после. Это будет вечером. Ну вот.. Кажется, это та дверь. Девушка постучала, сделав глубокий вдох. Почему-то внезапно стало страшно, как перед экзаменом. Но несмотря ни на что, Катарина открыла дверь и заглянула внутрь.
- Герр Штейнвальд? Ох, извините...,- Кати никак не ожидала, что внутри будет кто-то еще. Волнение сыграло свою роль. Но, кажется, мужчина уже собирался уходить.
- Я не помешаю?- девушка виновато улыбнулась. Катарина ругала себя, на чем свет стоит. Хотелось провалиться сквозь землю, или убежать, или... А, к чертям все! Может Кайр и правда был прав? Может мое место за прилавком, а к больным меня подпускать нельзя? Да здравствует увеличение смертности!

+1

18

- Рад подтвердить свою репутацию человека вменяемого, - улыбнулся Макс, - Хотя бы директор должен быть таковым.
Смех Киркегарда его удивил, но удивил приятно. Штейнвальд с радостью пожал его суховатые пальцы с чуть припухшими суставами.
- Не смею задерживать, Адольф. Знаю, как важна подготовка к серьезной процедуре.
Макс снова опустился на сиденье, невольно поморщившись, под очередной стук в дверь.
Нет, сегодня кабинет директора определенно переживал нашествие красавиц, но не вместо милой пышечки-кандидатки влетела - другого слова не подберешь - очень худенькая девушка, растрепанная и прехорошенькая. Вид у неё был возбужденный… нет, кажется, даже счастливый. Максимилиан не сдержал удивления: уж больно редко его навещали с какой-нибудь радостью.
Девчушка, чем-то похожая на весеннего воробушка, весело поздоровалась, ойкнула, снова поздоровалась уже с Киркегардом, за которым быстренько закрылась дверь – этого опять как ветром вынесло.
Да кто это? – Штейнвальд заподозрил, что симпатичная девушка ошиблась дверью… коридором… зданием… или Макс ошибся в ней, в этой длинноногой красотке. Потому как беспричинное веселье, оно - признак, как ни крути.
- Здравствуйте, мадемуазель, - мягко улыбнувшись, поприветствовал вдруг закрасневшуюся от явного смущения незнакомку Штейнвальд, украдкой потирая бок, - Конечно, не помешаете. Вы ко мне? Чем обязан?   

0

19

Теплая улыбка директора тут же разрушила все сомнения. От былого смущения не осталось и следа. Девушка улыбнулась уже свободнее и легкой походкой подошла к столу мистера Штейнвальда.
- Здравствуйте, мистер Штейнвальд, - почему-то именно в этот момент Кати обратила внимание на жест мужчины. Наверное, годы жизни бок о бок с вертебрологом все-таки дали о себе знать. Мысли о том, что у директора проблемы со спиной сами собой полезли в голову, вытесняя более здравые. Ведь это мог быть даже банальный ушиб или неудобная поза.
- Я хотела бы работать у Вас медсестрой, - Катарина положила договор на стол. 
- Я училась в Берне, но практики, к сожалению, у меня немного,- от привычек было, увы, никуда не деться. Вот и сейчас Кати рассматривала директора, пытаясь составить о нем впечатление. Да, Кайр неоднократно рассказывал о мистере Штейнвальде, но все же хотелось составить свое мнение. И, надо сказать, пока что оно было совсем не плохим и даже совсем наоборот. Он располагал к себе и, что самое важное, не вызывал страха. Ведь это проблема очень многих управленцев. Вместо уважения к себе они провоцируют чувство страха, а тогда уже не жди от сотрудников хорошей работы. Ведь все мысли будут направлены не на нее, а на то, как бы угодить шефу.
Я не зря это ляпнула? Ладно, лучше правда. Кати легким движением поправила непослушную прядь волос, упавшую на лицо.

+1

20

Ох ты, господи. – Максимилиан повнимательнее посмотрел на подходящую к его столу девушку и понял, что, пожалуй, шабаш, пора заканчивать рабочий день: мозговые шарики окончательно закатились за ролики, раз он не узнал Катарину Диккенс. Нет, она, конечно, выросла, похорошела и всё такое, но не узнать в ней озорную длинноногую девчонку-сорванца, которая каждое лето носилась с мальчишками по деревне – это было уже началом маразма. Тем более, он, доктор, знал, что девушка недавно вернулась в Монте-Верди. Ещё бы Штейнвальду не знать – матушка его, фрау Хенелора все уши прожужжала, рассказывая о том, как пригожа и хозяйственна умница-разумница Кати, внучка её покойной приятельницы и соседки. Сам же Макс так рано уходил из дома и так поздно приходил, что видел девушку лишь мельком. Да что там, он и сына-то родного видел не так часто, как положено нормальном отцу.
- Здравствуй, Кати, - с искренним интересом, раз уж появилась такая возможность, рассматривая девушку вблизи, улыбнулся директор. – Работать? Работать – это замечательно! – он хотел ляпнуть что-нибудь многозначительно-поучительное, из марксистского наследия, типа «Кто не работает, тот не ест», но вовремя сдержался. – Что медсестрой – так это ещё лучше. Медсёстры нам всегда очень нужны. – Директор протянул руку за папкой, бок опять затянуло, так что дыхание перехватило. - Бернская школа медсестёр славится, я со многими из учившихся там работал, давно, ещё в интернатуре.
Он листнул папку, пробегая глазами документы. Кивнул.
- У тебя отличные рекомендации. А практика – дело наживное, поработаешь – будет практика, никаким другим путём она не образуется, - подбодрил он девушку, подписывая договор найма, подмигнул ей, отдавая бумаги. – Завтра можешь приступать к работе, девушки и женщины у нас хорошие, помогут на первых этапах.

0

21

С мальчиком все же возникли небольшие проблемы. Оставив ребенка временно в детском отделении и клятвенно заверив, что надолго малыш один не останется, торопливо забрал из кабинета всю документацию по пациенту Снегу и уже почти торопливо направился к кабинету начальства. Опаздывал бессовестно – минут на пять не меньше. И результат этого опоздания не замедлил сказаться. Постучав в дверь, услышал звучащие оттуда голоса. Один принадлежал самому Штейнвальду, другой же – женский – был незнаком. Это вызвало некоторую досаду, впрочем, больше на обстоятельства, которые задержали, но ни на кого конкретно. Когда голоса затихли, снова пару раз ударил костяшками пальцев в дверь. Очень надеясь при этом, что директор не слишком сильно упрекнет в опоздании и не даст «от ворот поворот».

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
ОФФ: Переход будет поставлен позже. Отыгрыш  предпринят из-за отсутствия основного партнера по игре.

Отредактировано Пауль Радек (26-03-2011 19:02:33)

0

22

Новый стук в дверь прервал наставления директора Кати.
Это ещё кто? – Макс уже кидаться на посетителей был готов. – Что за чёрт! Надумали-таки мои медики-юристы на службу наниматься, что ли? А я домой интересно, когда попаду? Я туда вообще попаду? У меня, между прочим, сегодня гости, приём на высшем, инопланетном уровне!
И бок болит.

Но вместо ожидаемой разнополой пары за дверью опять обнаружился одинокий мужчина. Нет, не Адольф, чего-то забывший и вернувшийся, а Пауль Радек.
Ему же через полчаса назначено было? – Максимилиан удивлённо посмотрел на детского психолога, потом на часы. – Ох ты, господи. Прошло уже полчаса. Кошмар. А мне ещё Безымянного встречать. Какой уж тут рентген... матушка разохается...
- Пауль, Вам тоже срочно нужна моя подпись? – директор сразу взял быка за рога, решив сегодня поставить личный рекорд по раздаче автографов за единицу времени. – Давайте поторопимся, меня дома ждут.

0

23

Судя по всему, пришел все же не вовремя. Доктор Штейнвальд был явно не в духе. Да и чисто внешне выглядело начальство не лучшим образом – уставшее и несколько… растрепанное? Краем глаза заметил в кабинете женскую фигуру. Впрочем, мысль о том, что Штейнвальд использует рабочее время и место в личных целях, мелькнула в голове и тут же была отброшена, как несостоятельная. Так или иначе – сейчас руководитель был в таком состоянии, что подписал бы любую бумагу, не особо вдумываясь в ее смысл. Упускать такую возможность было неразумно.
- Вы совершенно правы, герр Штейнвальд. Дело в том, что на лечение поступил мальчик с диагнозом ранний детский аутизм третьей степени. Я считаю целесообразным забрать его из детского отделения и поселить у себя. У меня будет возможность наблюдать за ребенком в условиях более естественных, чем больница. Нужна Ваша подпись на разрешении вывести ребенка с территории Приюта.
Протянул уже соответственно заполненную бумагу.
- И еще, герр Штейнвальд. Сегодня отделение поступил новый пациент. К сожалению, я слышал только его имя. Дэзире. Ни фамилии ни диагноз мне не известен. Весьма неординарно выглядящий ребенок. Подросток лет тринадцати с волосами, окрашенными в розовый цвет. Я попросил его прийти в мой кабинет, и мальчик согласился. Однако не пришел. И медсестра нигде не может его найти.
Вины за исчезновение подростка не было. Как, впрочем, не было и особого беспокойства. Просто доложил о факте. А вот о посещении кабинета куратором и о разговоре про будущий эксперимент решил умолчать.

+1

24

Во время речи детского психолога тёмные глаза Штейнвальда нехорошо так сверкнули. Очень нехорошо, если правду сказать. По этому проблеску любому, кто его заметил бы, становилось весьма понятно, что даже терпение директора психиатрической клиники, (а этому терпению по статусу полагалось быть бездоннее и безбрежнее Тихого океана), всё-таки готово иссякнуть. Бок болел, однако, на рентген-перевязку сегодня, видимо, приходилось забить, потому что дома ждали, предстояла «встреча без галстуков» с Безымянным, а это вам не шутка, как-никак!
Еле дождавшись, чтобы Радек закончил, Максимилиан глянул на него зверем. Это выглядело очень неожиданно и внушительно. Как если бы вальяжный каменный лев на входе в какой-нибудь банк, посольство или городскую резиденцию родовитого семейства вдруг ожил, чтобы басовито рявкнуть, коротко, но грозно.
- Пациент Снег? – снова сверкнув глазами, переспросил директор. - Аутист? Домой забрать? К вам? Я должен подписать разрешение? – бархатистый голос Штейнвальда, сыплющего вопросами, сейчас тоже как-то не по-хорошему зазвенел. – Где оно? Я подпишу. Я всё подпишу! – негромко воскликнул директор со злорадством и некоторым даже остервенением. – Где ручка? Где документ? Быстро! - он сам схватил то и это, моментально поставил росчерк. - У меня ещё дома дел невпроворот.         
Последнее сухое замечание предназначалось, несомненно, всем, и присутствующим в кабинете, и толпящимся за дверью, которую открыла верная Элеттра.
- Дамы и господа, на сегодня мой рабочий день закончен. – Максимилиан поднялся с кресла, - Прошу меня простить. Все прочие дела отложим и решим завтра. Пощадите рассудок директора.    
Он постарался смягчить категоричность слов улыбкой, но вышло не очень, нервы сдали.

+2

25

Поведение директора подтверждало предположение, что появился в кабинете начальства не вовремя. Начальство это было весьма возбуждено, напоминая своими резкими движениями, тоном голоса и смыслом речи некоторых не особо, но все же беспокойных пациентов. Это, в какой-то степени, могло бы даже обеспокоить, но объяснения доктора Штейнвальда о делах поставило все на свои места.
Коротко глянув на часы, понял, что и на самом деле уже довольно поздно. А ведь нужно было еще предупредить прислугу, чтобы привели в порядок комнату, точнее – проконтролировать – выполнено ли это распоряжение.
Сунул руку в карман, и понял, что произошло необычное. Мобильный телефон либо остался в кабинете, либо вообще был потерян в парке. Так как в кармане его не обнаружилось. Однако просить директора позвонить из начальственного кабинета, означало навлечь на себя еще больший гнев Штейнвальда, чем уже было. Значит, нужно возвращаться в свой кабинет не только за ребенком, но и за средством связи.
Надеюсь, Матвей не решил поиграть с телефоном. – Мелькнула мысль. Хотя мальчик в основном все свое внимание отдавал коробке с пазлами, но, все же, была вероятность того, что внимание это будет переключено.
- Благодарю, герр Штейнвальд. – Коротко кивнул, получив заверенную подписью бумагу, способную, возможно, изменить жизнь и судьбу не только маленького Снега, но и судьбу многих детей, если впоследствии эксперимент, который был задуман, увенчается успехом. Про себя отметил, что на известие о пропаже другого пациента Штейнвальд внимания не обратил. Значит, либо уже знал об этом, либо не посчитал важным. Заострять внимание не стал. Коротко попрощавшись, вышел из кабинета, в мыслях планируя будущие действия.

=====>  Куда - не знаю.

0

26

Пожалуй, да нет, наверняка, впервые за время своего директорства Штейнвальд так бесцеремонно выпроваживал всех из своего кабинета. Элеттра смотрела на шефа сперва растерянно, а потом с искренней тревогой. К счастью, и Кати, и Пауль отнеслись с пониманием к тому эпохальному открытию, что директор клиники тоже человек, обремененный делами и семьей. Психолог вежливо поблагодарил и свалил, будущая медсестра хихикнула и упорхнула. Макс тоже улыбнулся почти счастливо, (должно быть, именно так улыбался его сын, отпущенный с уроков), но как раз в эту секунду затрезвонил служебный, внутренний телефон.
Вышедший из-за стола Макс оглянулся:
- О господи!..
Как это прозвучало – возмущенно или обречённо? И так, и эдак. До чего же просто было всего лишь поспешить, сделать несколько торопливых шагов, выйти из кабинета, и всё, и взятки гладки, директор не успел, проблемой займутся другие. Максимилиан сердцем (или мучительно ноющим боком) чувствовал, что трубку снимать не следует, во избежание. Однако, конечно, задержался и снял.
- Да, я слушаю, - голос Штейнвальда звучал почти спокойно. Минуту доктор слушал невидимого собеседника, всё сильнее мрачнея. - Это обязательно должен быть я? - за следующую минуту, пока на том конце телефонного провода говорили, Штейнвальд из мрачного стал угрюмым. - Нет, я не забыл. Сейчас буду.
Чёрт бы его драл, этого гада с вечной сигаретой во рту! – трубку на рычаг директор опустил с лязгом. – Каждый его звонок гарантирует неприятность, каждый!
- Элеттра, bella, - обратился он к секретарше, прикрывая за собой дверь кабинета, - Можешь быть свободна. Иди домой, детка.
А мне сегодня до дому не дойти, ей-богу. - Ускоряя шаг и чуть задыхаясь, Максимилиан покачал головой. - Хорошо хоть я кар не отпустил, стоит на газончике у входа, дожидается. До Дома Забвения, конечно, недалеко, но бок, чёрт возьми, болит, и одышка... 

Дом Забвения, изолятор

0

27

>>> Дом пожилой пары Пафлик

Как оказалось, ехать до Приюта нужно было минут пятнадцать. За это время Хелен успела дожевать завтрак и покопаться в сумке, дабы быть в курсе, чего в ней собственно было. В ней совершенно случайно обнаружилась газета - Я же купила её вчера, как только приехала! - а в газете всякая лабудень и никакой интересной информации. Открытие нового детского отделения в местной больнице, рецепты тыквенных пирогов, как вырастить самую большую тыкву, программа передач, как связать оригинальный джемпер... Боже, это самое спокойное место на свете! Никаких грабежей, убийств и изнасилований! Судя по газетам, у них просто нет на это времени после того, как утром они выращивают самые большие тыквы, днём пекут из них пироги, а вечером вяжут оригинальные джемперы и смотрят телевизор. Интересно, а что по телевизору? Как завтра вырастить самый большой помидор и приготовить из него томатную пасту?
Хелен сунула газету в сумку и стала смотреть в окно. Утро было пасмурным, прохладным. Хелен взглянула на часы 07:42
- А почему мы так рано выехали? - Не, ну хороший вопрос конечно, учитывая, что уже выехали
- Мисс, вы должны получить некоторые инструкции, - невозмутимо ответил водитель, выкручивая руль вправо и поворачивая на более узкую дорогу, поднимающуюся в горы, - директор лично проводит инструктаж каждого работника.
- Оу... - все, что смогла ответить Рэйн, - Директор? Директор! Не люблю начальников...
Она заткнула уши любимой музыкой и постаралась расслабиться. На въезде водитель притормозил у пропускного пункта и показал удостоверение. Охранник кивнул, а затем выразительно посмотрел на заднее сидение, где сжавшись в комок, как больной воробей, сидела Хелен.
- Мисс Картер, новый психотерапевт. Директор в курсе её приезда. Пропуск получит сегодня вечером.
Психотерапевт слегка виновато улыбнулась, продолжая вжиматься в сидение под строгим взглядом человека в форме. Весь её вид говорил, мол, "Я тут вообще случайно мимо проходила, меня в машину сунули и велели быть врачом." Ненавижу начальство и людей в форме...
- Проезжайте, - ответил охранник и сделал знак рукой - ворота открылись и машина въехала во двор. Пока она ехала дальше, к зданию приюта, Хелен заметила, что территория буквально вылизана - ни соринки, ни листика, ни бумажки, даже трава на газоне по стойке "смирно" и одинакового размера. Более того, ещё два охранника, "прогуливающихся" по парку перед зданием.
Мдаа... Хорошо они тут устроились, чистенько, безопасно...
Машина остановилась.
- Счастливого дня, мисс Картер.
- Ой, это... да, спасибо, и вам, - девушка так глубоко ушла в свои мысли, что не сразу нашлась, что отвечать на пожелание водителя. Она неловко выбралась из машины в последний момент чуть не забыв плеер на заднем сидении. Машина отъехала, а девушка всё ещё стояла перед дверьми Приюта. Вернее, перед ступенями. В одной руке она держала сумку, с любопытно высовывающейся оттуда газетой, в другой плеер и наушники. Дом Гостеприимства? Надо бы поискать карту этого местечка...
- Доброе утро, мисс. Я могу вам чем-то помочь? - поинтересовалась одна из уборщиц, подметающих ступени.
- Здрасте. Ам... я новый врач, только что приехала...
- Пройдите на Ресепшн, вам там подскажут, куда дальше идти, - улыбнулась женщина.
Улыбчивая девушка на Ресепшн заверила Хелен, что директор знает о прибытии нового психотерапевта и она должна зайти к нему в кабинет. "Ресепшионистка" вежливо и доходчиво объяснила ей, как этот самый кабинет найти и что директора пока нет, но он скоро будет. Хелен кратко законспектировала её рассказ в блокнотик (как водится, зелёной ручкой) и отправилась по своей карте по неведомому краю, именуемому "Приют странника".
Повернув налево и направо, пройдя все нужные коридоры и двери (старательно их считая, разумеется) она вышла прямо к кабинету с красивой табличкой "Максимилиан Штейнвальд" и ниже "директор". И все. Никаких степеней и упоминания о заслугах перед отечественной наукой.
Он ценит себя не за то, что он директор, иначе бы его должность была написана выше, над именем и крупными буквами, да ещё с указанием заслуг, - словно уже приступая к работе оценила Хелен и села на диванчик перед дверью, - с самого утра все говорят мне, что "он уже в курсе". Самое интересное, что он о моём приезде в курсе, а я даже имени его не знаю. Точнее, забыла, ибо мне о нём что-то рассказывали, когда давали работу. Я забываю даже записать, чтоб не забыть! Ей Богу, надо купить диктофон... Вообще хорошо, что есть таблички. В современном бюрократическом мире настолько много разных кабинетов с разными дядьками и тётьками, что всех запомнить невозможно. Вот пошлют тебя в очередной кабинет, а ты даже и не знаешь, к кому. В большинстве случаев, все обитатели кабинетов похожи - они толстенькие (дядьки ещё и лысенькие), в костюмчиках и с надменным видом "я невозможно крут, я получил это тёпленькое место". Иногда кабинеты настолько малы, что непонятно, как толстячки туда помещаются. Возможно, их грузят через окно...

+3

28

Клиническая лаборатория

Путь к кабинету прошли тоже в молчании, но на сей раз оно было каким-то отчуждённым, колючим, настороженным. Всю недлинную и обычно приятную дорогу от Дома Возрождения до Дома Озарений Максимилиан шёл немного впереди, и будто всё время опасался, что спутник догонит и набросится. Впрочем, любое прикосновение, даже самое лёгкое и невинное, от Демиана сейчас трактовалось, как опасность, как чуть ли не угроза жизни. У Макса даже волоски на загривке топорщились, так он был встревожен, вздёрнут, но… если бы попросили объяснить, чем и отчего, директор бы не смог. Просто комплекс ощущений.
Дойдя до порога кабинета, Штейнвальд кивнул Эллетре – дескать, тут, явился, не запылился. И уступил, отступил в сторону, пропуская Андерса вперёд, чтобы тот вошёл в помещение первым и больше не оставался за спиной:
− Прошу, мистер Андерс. Вот мы и на месте.
Оказавшись за дверью, которую он самолично и закрыл, доктор возблагодарил ларов и пенатов Приюта, пообещал им и себе, что не покинет кресла до обеда, хоть трава не расти. Вот только позвонить надо… Плюхнувшись на сиденье, Макс первым делом снял трубку и сказал в неё деловито, но ласково:
− Элеттра, детка, свяжи меня с изолятором. – Помолчав секунду, ожидая соединения, и заговорил жёстче, − Микеле, там у меня пациент в изоляторе, проследите, чтобы он был обихожен. Я приду к нему через час примерно, скажите, если спросит.
Трубка была положена на рычаг, но совсем ненадолго, почти сразу же Максимилиан снова её поднял, чтобы сказать:
− Bella mia, что там ещё? У меня пациенты назначены? Я могу их принять сейчас.   

0

29

>>> Клиническая лаборатория

Демиан молча шел следом за директором по коридору, отмечая по пути дорогу, расположение кабинетов, установленные камеры, в том числе и скрытые. Просто ощущал их. Свернув в очередной коридор, он увидел выходящего им навстречу рыжеволосого мужчину в медицинском халате с бейджем сотрудника.
Скользнув взглядом по лицу парня, Марс с удивлением отметил, что этот день полон сюрпризов. Он явился сюда за Эллен, а, оказалось, нашел еще кое-кого.
"Через час, во дворе корпуса".
Мысленно передал он парню и пошел дальше, проходя за Штейнвальдом в кабинет. Его пропустили вперед, что говорило о том, что он все-таки вызывает опасения. Зеленые глаза внимательно заглянули в глаза землянина, что-то там поймав, и оборотень про себя усмехнулся. Он ощутил чужую сущность, но не стал сканировать глубже. Почему? Во-первых, не хотел обнаруживать свои способности читать глубже, во-вторых, пока это просто не требовалось.
Давая человеку возможность поговорить по телефону и заняться своими прямыми обязанностями, Демиан подошел к столу, касаясь тонкими пальцами, изучая пресс-папье.

+1

30

Частица Талека внаглую начала анализировать, не скрываясь даже нисколько. Единственное, что было скрыто - это то, что это, собственно, за сущность, какова ее сила и что помимо нее есть в Максе.
Она не проламывала барьеры оборотня или его щиты. Она просто демонстративно сканировала все, что можно просканировать без прямого урона защите Демиана. Это будто бы кто-то без утайки гладит вашу входную дверь. Касается ее дышит рядом.
В глазах Макса, может, из-за Древнего внутри, полыхнули недобрые огоньки.

Макс же стал замечать, что его внимательность и острота ощущений возросли.

0


Вы здесь » Приют странника » Дом Озарений » Кабинет директора