Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Глава 4.1. Две капли сверху » Сезон 4.1. Серия 37. Блики лунного света


Сезон 4.1. Серия 37. Блики лунного света

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Время действия: 2446 г, 1 октября.
Место действия: каппа-квадрант, планета Орнэллиа,
Действующие лица: Джеймс Гордон (Кристиан МакКензи), Неро Дини (Эдвин МакБэйн).

https://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/546460.jpg

0

2

В глотке застрял какой-то скулящий звук. Интересно, подумал Джим, это связано с тем, что вокруг этих… троллей изменяется состав воздуха? Или потому, что он – не человек, как и остальные пока что выжившие?
Если не позволять эмоциям брать верх, то он сможет выбраться. Сможет. Потому что закрыться чужими ощущениями уже не выйдет. Мертвые не умеют быть ne ki'ne, и мысли рассыпаются в клочки. Обломки. Осколки.
Это ощущение – не-своих не-чужих мыслей, впившихся в сознание – не давало ему покоя. Почему-то оно заставляло двигаться, сбрасывать с себя оцепенение. Оно не давало провалиться глубже, туда, где медленно-медленно поднималось что-то неясное.
Нужно было продержаться до рассвета. Эти твари боялись света. Вылезли только после заката, когда вся группа оказалась внизу. А еще – так и не заработала связь. Рив, самый младший из них, успел даже проверить, что это не единичная аномалия – на высоте до шести километров связи с космосом не было вообще, а потом у переделанного на скорую руку антиграва отказало питание. Это тоже могли быть они. В конце концов, полуэнергетические сущности могли и не такое сотворить. Они же так и не успели даже установить контакт. Да и могли ли…
Вместо имени, раньше откликавшегося легко и мягко, снова вырвался скулеж, такой, как издают иногда сехлаты, если им больно. Ему было больно? Может быть. Этого слова не существовало больше в его понимании, не было, не могло быть. Больно – это когда ты чувствуешь. Больно – это когда ты понимаешь, что такое «боль» и как ее ощущать.
А сейчас было только как-то странно. Как будто после падения, когда ты уже разодрал кожу до мяса или сломал кость, а боли еще нет, есть только сократившаяся диафрагма и ее предощущение – тяжелое и одновременно с этим неимоверно легкое. Как ветер перед грозой – теплый, неощутимый на коже и почти ласковый, но обещающий дождь и град.

– Слушай, в тебе вообще хоть что-нибудь есть нормально-вулканское? – кто-то за спиной из компашки постарше смеется и почти что тычет пальцем в его спину, но Джим выворачивается, вскидывая прикрытые третьим веком глаза, и улыбается – широко-широко.
– Есть, – как говорил дедушка, лучше казаться придурком, чем огребать люлей. И это работает, хотя некорректная формулировка заставляет второго дедушку показывать взглядом все, что он думает. – Чувство юмора!
На этой фразе он всегда становится абсолютно серьезен. Как раз для контраста, чтобы не подумали, что он говорит правду. Юмор вулканца – это как щедрость ференга, думают все. И абсолютно зря; если бы кто-нибудь знал, как умеет иногда шутить дедуля Спок!..
Луч переноса заливает его светом. Кто-то, кажется, и правда смеется – но Джим не успевает заметить, кто именно.

Спустя всего пару лет от выступающей зеленой крови чешется кожа. Джим усмехается, прижимая уши к голове (рефлекторное движение, оставшееся от диких предков), слизывает с костяшек кисло-соленую смесь. Андорианец с разбитыми губами и носом не поднимается, но его подхалимы могут быть опасны. Джим это знает, и поэтому – не поворачивается к ним спиной, пока те не утаскивают своего главаря подальше.
Джим не возвращается домой, пока не заживают кулаки. Не стоит расстраивать адмирала Кирка тем, что его правнук не может держать себя в руках. Лучше уж пропасть на пару дней, пока те не подживут, а он сам не перестанет быть похожим на «абсолютно неспособного держать себя в руках ребенка», который «ведет себя хуже, чем не получившие минимальной социализации детеныши высокоорганизованных животных, не обладающих признаками интеллекта». Короче говоря, психованный щенок… таких, кажется, принято выводить из породы. Если проще – усыплять.
Он улыбается и поудобнее устраивается на мягком, старом плаще. который стащил когда-то из дома, и не просыпается, когда адмирал Кирк накрывает его сверху специально прихваченным одеялом.
[NIC]Джеймс Счн Т'Гай[/NIC][STA]говорят, все проходит,
кроме одиночества[/STA][SGN]Понимаешь, любая сказка – она всегда о любви, даже если кажется, что о смерти. Просто законы – справедливы, хотя и злы.
Тот, кто горяч – никогда не сможет согреться. Это неправда, что драконы умирают от старости или стрелы. Они умирают от любви, что не помещается в сердце...[/SGN][AVA]https://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/656/273998.png[/AVA]

Отредактировано Кристиан МакКензи (03-04-2021 03:26:36)

+5

3

https://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/613/915740.jpg

Х-холодно… холодно-холодно-холодно. Боже, как же холодно! – навигатор на узком белом диване, в очередной раз согнул и разогнул коченеющие пальцы – больше движений он себе не позволял, чтоб не отдавать окружающей минусовой температуре ни единой лишней калории. Совет «подвигайся – согреешься» тут явно не годился, восполнять потери тепла было нечем, жесткое и скользкое сиденье он едва-едва собой нагрел, стараясь даже локтем не коснуться ненароком серого мрамора громадной столешницы,
Сцепить пальцы в замок и подышать в ладони тоже было нерационально, хуже – наверняка было ошибкой, но… потерял контроль над собой. Даже его человеческая половина плохо переносила холод, что уж говорить о вулканской. Лучше бы был ранен, право – от боли можно отстраниться, это относительно нетрудно, но от холода не отстранишься – некуда, он везде, он вокруг, он объемлет стылой тьмой и выжирает любой ресурс, высасывает, как… как вот эти ночные твари без дыхания.   
Контроль, самоконтроль – да когда он был проблемой? Разве что в таком глубоком младенчестве, что это забылось и ближайшими родственниками, даже родителями, которые помнят о своём дитятке и самую неважную мелочь. И все же – вот, опять дышит в ладони; тело само решило, что ему лучше. Может, не такая уж и глупость – утверждение, что тело мудрее разума? Людей оно, во всяком случае, спасало.
А вулканцев – губило, – мёрзлая тишина теперь не нарушалась даже хриплым дыханием раненых.
Так что вернее использовать сейчас – принципы которой из рас? Что убережёт здесь и сейчас – рассудок или инстинкты?.. Вечная дихотомия, с которой люди, однако, справляются лучше, чутко балансируя на своих извечных качелях и не отказываясь от одного инструмента из двух, пусть и владея обоими не в совершенстве.   
Неро, сидящий с безупречно прямой спиной – не от собственной безупречности, если по правде, а просто, чтоб не прикасаться к ледяной спинке – ещё раз окинул зал взглядом из-под полуопущенных век; глазам тоже было холодно, ресницы посеребрил иней.
Искали колонии – нашли колонию, не вулканскую, к сожалению, совершенно не вулканскую. Хотя очевидна принадлежность к древней, изысканной, великолепной культуре. Наверняка гуманоидной, тут всё сделано человеческими руками и для людей, как бы они себя ни называли. Чем он был, этот промороженный годами, а то и веками зал? Холлом какого-то административного здания, атриумом, залом совета? Золото, мрамор, высокие гулкие своды… интересно, эти ледяные деревья… Белые Древа практически, и тоже наследие былой цивилизации – они изначально сделаны из белого стекла под лёд, или всё-таки были фонтанами и замерзли?
Кто же ответит… некому. Живых, кроме них самих, жалкой кучки спустившихся с неба, не осталось, трикодеры не оспоришь. Долго ли они будут живыми– ни один трикодер не определит, потому что жизненные ресурсы каждого можно вычислить и просчитать, но фактор внезапных нападений никто со счетов не сбрасывал, – Неро спрятал пальцы под мышки. Мысль о том, что Джеймса тоже нет уже среди живых, замораживала желудок.
По-прежнему было тихо. Если группа Интара не вернется из разведки соседних помещений – шансов выжить станет на треть меньше. 

[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]Живой душе пускай рассудок служит[/STA]
[AVA]https://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/613/984654.jpg [/AVA]
[SGN]И на короткий миг предстали,
Всего земного лишены,
В их совершенстве, идеале,
Какими быть они должны.[/SGN]

Отредактировано Эдвин МакБэйн (17-04-2021 03:13:29)

+2

4

Что такое «большой зал»? Это когда на’ви совершенно теряется неприметной гибкой скутигерой на стеночке. Так, как в старом земном фильме хобля… вобля… гоблянды в Умории. Кажется, так. Или нет? Не давался ему стандарт, никак, половину звуков речевой аппарат отказывался воспроизводить, а слуховой – распознавать разницу.
Впрочем, и обратный процесс имел место быть. С вулканским было чуть легче, и «коса» помогала.
Интар осторожно подкрутил пальцем кисточку на ее конце. Завернутая туже, она лучше улавливала вибрации местных обитателей. Это было важно, пока они не нашли укрытие, возможность передать сигнал. А в идеале – еще и собрать туда всех попавших на эту, Эйвой забытую планетенку.
Он нервно зашипел. Непрррравильно, вкрай непррррравильно, – когти на пальцах чуть удлинились, зрачки вытянулись в узкую полоску, а уши почти прижались к голове. Вот там, в углу – дверь. Небольшая.
Брысь к двери, – тихим шепотом в их сторону.
На руке есть переговорник, но он отключен, эти существа тянутся на любую энергию, тянутся как горганзкие электрические «медузоиды». Энсины выскользнули и метнулись туда, куда стрелкой указал сине-полосатый хвост, на секунду отцепившийся от колонны. А еще через секунду и сам на’ви приземлился на все четыре лапы, метнувшись тенью. Пока все тихо, надо проверить эти норки. Низкие. Вот в зале – колонны, а дверка – на гуманоидов, ему – на  четвереньках, с его-то ростом.
Лапы убрауууул! – резко и коротко, с молниеносной реакцией перехватить руку молоденького энсина, почти срываясь на «мяуканье» – так называли ксенолингвисты переливы их языка. – У меня очень ограниченная аптечка. Отойдите в сторону.
Док, но если вы… А как же раненые? Вы – единственный медик на вылазке…
Он знал это и сам. Незачем подражать «Его Логичности» капитану и повторять очевидное. Знал – и все же не мог, не имел права поступить иначе. Это пусть вулканцы выверяют по процентам. Ему хватало ощущений, всем существом, всей кожей, до кончика «косы».
Он и в этот экипаж попал случайно, только потому, что кто-то из Адмиралтейства фыркнул при капитане «вот, тоже СМО остроухий», а Джеймс Счн Т'Гай схватил папку с личным делом быстрее, чем она упала на пол.
Потому что забыл – не только у вулканцев острые уши. Забыл ли? Или это было тонко рассчитанной стратегией? Уин’тааар, или Интар, как его называла вся команда, «синяк-абориген», СМО, сейчас был одним из старших офицеров на вылазке. И одним из «своих» на корабле. Хотя бы потому, что молча взять любого и унести в медотсек, трехметровому на’ви было легче. А рот пригрозить зажать кисточкой на конце «косы». Со всеми вытекающими последствиями.
Дверь открылась. Еще один коридор. Темный.
Вернемся, – Интар перехватил покрепче найденный модуль «химической грелки». Там, в конце коридора, есть шанс найти еще кого-то. Но вернется он один, только вот подтвердит разрешение, еще раз осмотрит раненых. И снова – разнюхивать. Ноздри легонько втянули воздух, а кончик «косы» заострился в ожидании.
Назад они пробирались уже чуть спокойнее, перед условленным местом Интар просвистел пару нот из старой терранской песенки о какой-то яйцекладущей летающей особи, решившей попробовать алкоголь в определенном районе мегаполиса. Все равно на большее его бы не хватило. А так – свои же не применили фазеры, на энергетический всплеск которых тоже явились бы местные обитатели.
Раненые – по строгой очереди. Включить грелку – она химическая, только тепловая энергия, на нее нет реакции.
Неро… – легкое касание «кисточкой», в иных обстоятельствах он бы не позволил себе такого, но сейчас и трикодеры были под запретом. – У меня есть еще таблетки. Давай хотя бы одну дозу. Я вернусь, там коридор, надо искать.
Не срываться на переливы нервного мяуканья – ксенолингвист услышит.
[NIC]Интар[/NIC]
[STA]Нет права тебе оглянуться назад[/STA]
[AVA]https://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/725/813503.jpg[/AVA]

+5

5

https://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/388715.jpg

Здесь не могли зародиться эти твари. Энергетические формы развития биологических существ являлись допустимой вариацией, подтвержденной исследованиями доктора Джексона, но при этом разумные особи сохраняли свой разум и способность воспринимать упорядоченные сигналы. Здесь же не помогало ничего – после захода солнца, колючего, но все-таки согревающего, в этой темноте, озаренной только луной (или лунами, Джеймс как-то пропустил этот момент, когда холод рванулся сначала снаружи, а потом и изнутри сметающей все на своем пути волной), остался только экипаж, разделившийся для исследований. И твари.
Кажется, они не реагировали на слабое тепловое излучение, по крайней мере, не чувствовали его издалека, но сама их жизнедеятельность глушила сигналы транспортеров, передатчиков… почти всего оборудования, кроме экранированных и никак не связанных со внешним миром кроме канала ввода-вывода данных планшетов. Это успел сообщить ксенобиолог перед тем, как его сигнал прервался, а Джеймс ощутил краем сознания, как разум сородича затихает. Дед рассказывал – такое было однажды. Затухание.
Только тогда оно было громким, потому что разум был не один, и ощущалось гораздо сильнее.
– Найдено еще два артефакта, предположительно принадлежащих к культуре существ, создавших это поселение, – почти спокойный голос одного из ксенологов общей практики заставил заткнуться еще до того, как вулканец осознал, что этот скулеж означает не просто холод, а что-то кроме. Он, в принципе, вообще неплохо осознавал окружающее – например, легко мог сказать, что планшетка в его руках почему-то чуть погнута, словно ее сжимали в руках слишком сильно, а небольшая кучка костей в углу, до которых пока что не дошли цепкие руки главы научного отдела, явно принадлежит какой-то мелкой дикой тварюшке, издохшей прямо на своем гнезде. – Без соответствующего инструментария я не могу гарантировать точность оценки, однако по примерному подсчету, возраст артефактов превышает несколько сотен лет.
– Сенва…
– Если мы остановим всю деятельность, расчетное время поддержания жизни составит не более шести вулканских часов. Предположение, что мы не были атакованы до заката солнца, также содержит в себе предположение, что после рассвета мы сможем безопасно вернуться на корабль, однако…
Окончание не нужно было слышать. Ночь на этой широте длилась более двенадцати часов, из которых прошло менее трех. В таких условиях даже без логики хватило бы ума даже детенышу, чтобы понять, что до рассвета они не доживут.
От этой мысли где-то внутри проснулся страх. Слабый-слабый, почти неощутимый, задавленный холодом и невозможностью услышать кого-то, кто разделил бы его. Забрал. Развеял, как мог сделать только сонастроенный, k'hat'n'dlawa… он опять сбивался на вулканский. И на французский, когда, поднявшись с пола, выругался с чистым, ничуть не утраченным за годы стандарта и голика грассированием.
В воздухе, наверное, было холоднее. На полу – там, где он, казалось, все же отогрел кусочек белого аж до голубизны камня – холод не ощущался, задавленный тем, что шел изнутри.
Джеймс выдохнул, и кончики пальцев, до того прижатых к ледяному до онемения чувствительных подушечек полу, закололо – кровь возвращалась обратно в пережатые мозгом сосуды, отдавая тепло во внешнее пространство. Вместе с кровью медленно, постепенно приходила боль – прокрадывалась изнутри, выкручивая суставы и мышцы, но ее можно было пока что не замечать.
Раз невозможно было активно двигаться, тратя запасы внутренней энергии, накопленной телом для экстремального случая, нужно было вспомнить, что говорили лекции по выживанию. Сенва, молодой совсем, моложе даже его самого, не замечал, как его собственное тело начало сокращать мышцы, вырабатывая дополнительное тепло. Черт бы побрал Вулкан с его жаркими пустынями, где не могло быть длительных периодов мороза!..
– Всем назад! – приказ, короткий на вулканском, разлетелся двумя громыхающими слогами под сводами здания. – Назад!..
…черт бы побрал его, приказавшего спуск за два часа до заката. Впрочем, может, и заберет – если они не переживут эту ночь.[NIC]Джеймс Счн Т'Гай[/NIC][STA]говорят, все проходит,
кроме одиночества[/STA][SGN]Понимаешь, любая сказка – она всегда о любви, даже если кажется, что о смерти. Просто законы – справедливы, хотя и злы.
Тот, кто горяч – никогда не сможет согреться. Это неправда, что драконы умирают от старости или стрелы. Они умирают от любви, что не помещается в сердце...[/SGN][AVA]https://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/656/273998.png[/AVA]

+5

6

https://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/614785.jpg

Ёжка-макарёжка! – прошептал Валера сипло и зло, подавляя инстинктивное желание прижаться спиной к ледяной во всех смыслах стене.
Что это за зверь такой, он никогда не видел. По рассказам отца, Ёжка была трубчатой, игольчатой, с многослойной бронёй. Такая броня сейчас бы пригодилась, как и просто многослойная одежда.
Он глубоко вздохнул и ещё раз ударил кулаком по погасшему фонарю. Разумеется, действия это не возымело.
Как там папа говорит?! «Можно починить всё что угодно с помощью кувалды и чьей-то матери». Где же эту всемогущую мать найти в этой дыре!
Стукнутый об стену фонарь наконец засветился, подтвердив данное утверждение. Луч фонаря затанцевал по стенам, при его слабом свете выхватываемые из тьмы предметы отбрасывали причудливые тени. Одна из таких теней напомнила Первому песчаную дюну, по которой карабкается наверх мамин сехлат Чутя, оступаясь и фыркая. На самом деле это был камень, на котором лежала какая-то ветошь. Теплое воспоминание не приносило тепла, разум всего лишь выдавал желаемое за действительное.
Руки сводило от холода, и каждый раз когда полувулканец терял концентрацию, корпус фонарика жалобно потрескивал под натиском сжимающихся пальцев. Как бы внутренне не хотелось крушить всё вокруг, этого нельзя делать. Выплеск эмоций отнимет силы, необходимые, чтобы выжить и вернуться к своим. Они должны быть живы, просто обязаны! И капитан… Джеймс не мог погибнуть. По древней терранской традиции капитан уходит на дно со своим кораблем когда тот тонет.
Пока мы ещё не «утонули».
Он опять обернулся, почувствовав на себе взгляд, но на этом месте никого не было. Чувства обманывали, постоянно казалось, что на него кто-то смотрит.
Шорох! Нет, не движение кого-либо рядом – наступил на какой-то мусор.
Валера замер посреди очередного коридора, прикрыл глаза, вслушиваясь в звенящую тишину.
Где-то там враги, и друзья, и просто сослуживцы. Надо выйти из этого чёртового лабиринта!
Спину неприятно покалывало, не от страха, от холода. А открывающаяся перспектива встретить утро окоченелой органической субстанцией радовала всё меньше.
Так и не услышав желанных отзвуков голосов, положившись на удачу, он свернул в проход, идущий налево. Всё убыстряя шаг и подсвечивая путь фонарём, Валера быстро уткнулся в глухой простенок. Это был очередной тупик. Темный, холодный, и очень раздражающий! Глядя на стену и сцепив обе руки перед собой, он решился на кажущийся неправильным, но почему-то столь любимый людьми шаг:
Блиать! Ёпана коть! – огласили вопли темноту лабиринта.
В ответ послышался радостный крик:
Сюда!
Первый с облегчением выдохнул и пошёл обратно к развилке.
[NIC] Валера[/NIC] [AVA]https://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/2/410540.jpg[/AVA] [STA]Не больной. Красивый![/STA]

Отредактировано Джереми Самптер (14-05-2021 05:36:54)

+3

7

Что рациональнее всего делать, если каждое движение – это безвозратная капля жизни, подарок хищной голодной тьме? Разумеется – не делать ничего. Не сдвигаться ни на сантиметр с угретого кое-как места на ледяном белом мраморе с недоверчиво, впервые за сотню лет, наверное, заиндевевшей позолотой изящной резьбы. Не шевелиться вообще, даже дышать неглубоко и как можно реже. Единственный способ хоть немного обмануть… кого? Природу? Судьбу? Себя?
На бледном лице навигатора жили одни глаза – они как раз обводили вроде бы бездумным взглядом тяжёлое даже на вид золото декора стен и колонн. От невозможности сменить позу, от естественного в холодной среде гипертонуса мышц нарастала боль – точно так же, по капле, по мучительной тягучей капле. Ее, как и вползающую холодом в сердце тревогу за капитана и близкого, какое-то время можно отгонять размышлениями – хотя бы теми, которым никогда не давалось ходу из-за их тщетности.
Любой, даже склонный к рефлексии и не слишком рассудочный индивид скажет: бессмысленно жалеть о том, что сделано не тобой, о том, чего ты сам не в силах изменить, какие бы негативные последствия оно не возымело. Можно, разве что, оценить горькую иронию: из всего многообразия генетического наследия вулканцев одному корианцу достался только нрав и, как выяснилось лишь недавно, наследственное заболевание, которое у людей давно побеждено. Но с потомками «зенокровых гоблинов» в этом плане всё намного сложнее… и даже бонуса в виде характерных внешних признаков – бровей там, заострённых ушных раковин – нет, человек, вроде бы, как человек. Как и мать, как и бабушка Эльза – в этой линии метисов доминантные, по идее, гены решительно отказались доминировать, объявили лежачую забастовку. Не прилети почтенный Эвех на Кору – искать вероятную дочь и прочих потомков, так и считалось бы всеми, что некоторым из фамилии Мори просто темперамента не доложили, с сероглазой блондинки Эльзы начиная. Ну так она северянка, что с неё взять? А тут вдруг оказалось, что «да у вас, поди, вулканцы в роду были» – шутка на ноль процентов, о чем раньше только врачи знали.
Неро медленно моргнул, на ресницах тоже начинал проступать иней, зато поясницу, кажется, обтекал лавовый пояс, ему спалить всё дотла не давали только мысли и... навыки kai'tan. И не видать бы их, как острых ушей, не начни прадед разыскивать полукровок по велению Совета: судьба бы сказала: klee-fah, рос бы себе Нерино Дини дальше на «планете боевых сеялок и сладких лимонов», не попал бы восьмилетним в специнтернат на Бан-Ти, не стал бы вулканцем не только по крови, но и ментально. А ещё один слой миндально-горьковатой иронии в том, что Джеймс Счн Т'Гай, самого легендарного Спока внук – куда более вулканец генетически, и куда меньше похожий на уроженца Т’Хаси характером – достался ему в капитаны. И в возлюбленные – тоже.
Приглушенный мелодичный свист, к счастью, прервал размышления и предотвратил новую волну тоскливого беспокойства, уже готовую хлестнуть фонтаном вязкой черной туши – Интар все-таки вернулся. Но Дини не шелохнулся – движения он, к сожалению, контролировал лучше, чем боль. Он даже головы не повернул, взглядом только повёл на возню с открытием двери: у на’ави другой обмен веществ, вот пусть СМО и подходит, он меньше потратит энергетически. На «кисточку» хвостовую тоже лишь покосился – разумно, трикодер «фонит» всё равно, ни к чему маячить врагу.
Да, но только одну дозу, – ответил Неро, едва шевельнув губами. – Капитан пока не вернулся, Первый тоже. Ждём.
От грелки даже на расстоянии шло манящее тепло – оно означало… да хотя бы один вдох поглубже, а то голова уже начала кружиться. Какое все-таки везение, что тепловой диапазон эти твари не улавливают, иначе выпили бы давно всех…
[NIC]Неро Дини[/NIC] [STA]Живой душе пускай рассудок служит[/STA]
[AVA]https://forumupload.ru/uploads/000d/ad/95/613/984654.jpg [/AVA]
[SGN]И на короткий миг предстали,
Всего земного лишены,
В их совершенстве, идеале,
Какими быть они должны.[/SGN]

+3

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » Приют странника » Глава 4.1. Две капли сверху » Сезон 4.1. Серия 37. Блики лунного света