Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Маскарад душ » Средневековая Европа


Средневековая Европа

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Город в Средневековой Европе Приюта - это не макет города какой-то определенной страны, а просто собирательный образ. Узкие улицы с булыжной мостовой, большая городская площадь с позорным столбом, где совершаются казни. Неподалеку за городом расположено рыцарское ристалище для турниров.За городом раскинулись обширные леса, где зачастую проходят королевские охоты.

http://s39.radikal.ru/i085/1103/2d/fef22c3ce50d.jpg

0

2

Киркегад почувствовал, как химия включилась в кровоток. Реальность дрогнула, свет люминесцентных ламп стал менее ярким, на секунду он ослеп, а когда тьма рассеялась...

Доктор Киркегард оказался посреди средневекового приема, в каменной зале, с гардинами, портьерами и нелепой мазней на стенах, обрамленной тяжелыми рамами. Все вокруг было цветным и вполне реалистичным.
- Это явно не моя "марионеточная"...
Он оглядел себя, на нем был такой же дурацкий наряд, как и на окружающих.
- В чужой монастырь со своим уставом не ходят, - с легкой тоской подумал Адольф.
Как и бывает в обычном сне, чувство иррациональности почти отсутствовало, но и с пониманием происходящего возникали проблемы, ибо это была работа чужого подсознания.
Киркегард огляделся вокруг, и, не привлекая внимания, отошел к дальней стене зала, чтобы понаблюдать. О времени беспокоится не стоило, но отсутствие четкого плана действий немного раздражало.
Маскарад...
Неплохая метафора для подсознания: все совсем не то, чем кажется на первый взгляд.
- Маскарад или дурдом, по сути не принципиально.
Мимо продифелировала дама, в маске, "штукатурке" и с какой-то ерундой в волосах. Она слегка поклонилась и он поклонился в ответ.
- И кто же из них настоящий?
Под "настоящим" доктор имел ввиду своего пациента. Он еще раз оглядел себя - теперь уже в отражении мутноватого зеркала и усилием воли изменил цвет своей одежды на темно-синий. Знакомые Киркегарду приемы работали и здесь.
- Господин министр, вот вы где...
- Судя по всему, это он мне... министр чего, хотел бы я знать.
Киркегард изобразил на лице нечто среднее между скукой и презрением.
- Я вас внимательно слушаю.
Сперва пропустив полившийся на него поток сознания мимо ушей, Киркерагд решил его присечь:
- Не слова о делах, давайте лучше выпьем за здоровье короля, любезный.

Отредактировано Адольф Киркегард (11-04-2011 13:49:55)

+1

3

Сегодня Адам решил наплевать на все и на всех и развлечься, что называется, по полной. Решению этому предшествовало вчерашняя неудача на личном фронте, над чем теперь подсмеивался принц. Хотя, признаться, подсмеивался необидно, просто шутливо. Однако карлик был в том состоянии, когда, по его же словам, "был зол, потому как весна играла в крови". Маскарад, который устраивал его величество король, был как раз кстати. Вчера после бурной попойки после обсуждения «поражения» горбуна, Адам и принц поспорили о том, что на балу шут сможет «подцепить» кого-то, кого приметит, буквально за пять минут. Теперь же, бродя по залу, карлик был похож на охотника, выслеживающего дичь. И, как говорится, на ловца сейчас бежал зверь. Карлик обнаружил рассеянно оглядывающегося по сторонам человека. Мужчина это был или женщина в мужском костюме – пока оставалось неизвестным. К тому же, лицо скрывала маска. В отличие от многих, сам Адам не надел никакого карнавального костюма. Просто по той причине, что его горбатую очень низкорослую фигурку и «приплясывающую» хромающую походку знали во дворце все. Он ограничился только черным бархатным камзолом и такими же штанами, и ярко-алой полумаской, не скрывающей даже, а подчеркивающей черты миловидного лица.
Может, какой-нибудь приезжий провинциал? Тогда это было бы забавно. Провинция всегда отличается простотой нравов и непосредственностью.
Оглядевшись, Адам узрел среди прохаживающихся по залу принца в костюме древнегреческого бога Аполлона. Поймав взгляд приятеля, коротко глянул на потенциальную «жертву», еле заметно кивнул. Ряженый Аполлон ответил соглашающимся кивком.
Прихрамывая, Адам направился к «провинциалу», однако заметил, что к тому обратился кто-то из придворных. И все же придворный шут не был намерен отступать.
[AVA]http://s2.uploads.ru/yMLBV.jpg[/AVA]

+1

4

Глючное вино не имело вкуса и запаха, как впрочем и все остальное, что было к лучшему, учитывая особенности "декораций". Маска на лице не раздражала, потому что доктор ее не чувствовал, просто знал, что она есть. Из пустого любопытства он снова отвернулся к зеркалу, спиной к залу, и сдвинул маску вбок. Его собеседник, по какой-то причине считающий, что его слушают, продолжал говорить.
К слову сказать, во сне и галлюцинациях Адольф видел обоими глазами.
Нет, его совсем не удивило то, что из зеркала на него смотрел незнакомый мужчина, смуглый, черноволосый с аккуратно постриженной бородкой.
- Странная внешность... для министра.
И тут Киркегард увидел Его, к нему через весь зал целенаправленно ковылял карлик.
- А вот кажется и "настоящий"... что теперь?
Киркегард вообще был плохо знаком с этикетом, тем более с этикетом придворным. Карлик обменялся взглядам с кем-то из толпы, и неумолимо приближался.
- Нужно избавится от этого человека, срочно.
Он придвинулся к придворному вплотную, чуть не стукнувшись о него головой.
- ... мой сын всегда хотел служить монарху. Весь мой род...
- Это прекрасно, но не могли бы вы оставить меня сейчас. Вы же не хотите показаться навязчивым?
Адольф говорил, как обычно - спокойно и уверенно, и, как обычно, это сработало.
Собеседник стушевался, поклонился и отошел, в мгновение смешавшись с пестрой толпой.

+1

5

Адам узнал отходившего от «провинциала» человека. Тоже дворянчик из предместий, желающий устроить на службу короля своего высокомерного, не умеющего держать себя в руках и эгоистичного, но, надо признать, весьма целеустремленного отпрыска. Карлик сомневался, что молодой человек получит место при дворе, и это радовало горбуна. Адам уже успел  познакомиться с юным «деревенским», и, хотя признавал, что тот и в самом деле весьма начитан и неплохо воспитан, однако проникся к «Цветочку»-Флауэрсу скрытой неприязнью. А неприязнь скрытая непременно переросла бы потом в открытый конфликт, в этом «Плясунишка» не сомневался. Впрочем, сейчас его интересовал вовсе не попытки виконта Флауэрса-старшего пробить дорогу наследнику, а тот, второй провинциал. Вероятно – он был каким-нибудь соседом Флауэрса или просто тот почувствовал себя вполне уютно рядом с недворцовым дворянином. Впрочем, разговор мужчин довольно быстро закончился, причем Флауэрс, отходя, был явно растерян.
Ай да провинциал. Что ж он сказал такого этому настырному типу? – в сознании Адама взыграло любопытство. Поэтому он чуть ускорил шаг. Подхватив у проходившего мимо слуги бокал с вином, остановился как раз напротив заинтересовавшего карлика мужчины.
- Вечер добрый, любезный господин. – Низкий поклон горбуна был преисполнен вежливого величия, а улыбка располагала к дружескому общению. – Позвольте узнать – что Вы сказали такого страшного виконту, что он припустил от Вас, как еретик от инквизитора? Представляете – он даже чуть не сбил меня! – с комичным возмущением. – Для того чтобы восстановить свое пошатнувшееся душевное равновесие, я вынужден был прибегнуть к испытанному лекарству.
Карлик демонстративно покачал в руке бокал с рубиново-красным вином.
- А, поскольку Вы в какой-то мере являетесь виновником того, что это самое равновесие пошатнулось, в наказание я обязую Вас рассказать о беседе Вашей с виконтом. Или... придумать что-нибудь другое? – веселая улыбка, говорящая о несерьезности угрозы наказания, скользнула по аккуратно очерченным тонким губам Адама, а из-под маски блеснул лукавый огонек темно-серых глаз.
[AVA]http://s2.uploads.ru/yMLBV.jpg[/AVA]

+2

6

- Виконт, значит... а я министр. Надо бы имя себе придумать...
Киркегард поклонился в знак приветствия, и мысленно начал перебирать весь наличный фактаж о карликах. Его оказалось немного... Обрывочные познания истории утверждали, что сильным мира сего нравилось держать при дворе различных уродцев, охотничьих собак и шутов.
- Какое положение занимает здесь он? Судя по манере себя вести, довольно высокое.
У психотерапевта карлики почему-то ассоциировались с детьми, и теперь ему предоставлялась возможность это исправить.
Он поднял бокал и качнул им в сторону нового собеседника, как бы соглашаясь.
- Что же, я расскажу. Говорил в основном виконт, я не слушал. Сказал, что превращу его в жабу, если не отстанет. Как видите, он ретировался, люди так легковерны.
Киркегард улыбнулся:
- Я не часто выхожу в свет и кроме своей компании не могу ничего предложить. Полагаю, вы ориентируетесь здесь гораздо лучше меня.
- Еще бы, ведь это твоя галлюцинация, Рауль. Мне же остается только действовать в русле событий.
Киркегард был намного выше, а ему очень не хотелось смотреть сверху вниз, но наклониться или присесть на корточки не позволял здравый смысл, в качестве аналога этикета. Следовало найти такое пространственное положение, чтобы снивелировать разницу в росте.
- Если честно, мне бы хотелось оказаться в более тихом месте, я не привычен к такому количеству людей в столь пестрых нарядах.

+1

7

Речь о колдовстве Адама не напугала. Сам карлик не верил ни во что подобное, хотя и видел не раз, как на главной городской площади жгли женщин и мужчин, обвиненных в том, что они продали душу дьяволу в обмен на способность творить «чудеса». Горбун всегда считал, что чудеса – настоящие, а не просто фокусы, способен творить только лишь Создатель. Остальное же все – ересь, выдумки. Однако сейчас он притворно-тревожно огляделся по сторонам так, что крохотные серебристые наконечники завязок плаща стукнулись друг о друга и издали легкий звон. Впрочем, в шуме, который создавался благодаря гулу голосов, шагов, лаю собак и звону бокалов, стук двух серебристых конусов можно было различить, только находясь впритык к карлику.
- Вы, любезный господин, видимо, прибыли издалека. Хотите добрый совет? Не распространяйтесь о своем умении. Ну, конечно же – если Вам дорога Ваша жизнь. Если же нет, то советую подыскать для Ваших откровенных исповедей любого монаха. Жаль -  его преосвященство епископ не почтил сегодняшний вечер.
Все это было произнесено весьма и весьма обеспокоенным, но все же насмешливым тоном. Таким же, каким было и выражение лица карлика, скрытого, все же, под маской. Затем Адам оглядел мужчину с тем же приторным опасением, словно раздумывая – стоит ли и дальше вести разговор со «столь опасным» человеком. Разумеется, сдавать позиции карлик не намеревался. Во-первых, он не был трусом, а во-вторых, его заинтересовал этот мужчина. Что-то в нем было странное. Ощущалась некая напряженность, скованность. Ее можно было, конечно, принять за робость провинциала, казавшегося впервые не только в столице, но и при дворе короля, однако… Голос мужчины был смутно знаком горбуну. Адам пытался уловить интонацию и оттенки голоса, чтобы понять – кто скрывается под маской. Однако в гуле маскарада это было сделать непросто.
- Вы правы, любезный господин, здесь слишком шумно. Мы не расслышим друг друга. - Многозначительная улыбка скользнула по тонким губам. – Если Вы желаете, мы можем продолжить наше общение там, где нам не помешают.
Еще раз оглядевшись, Адам направился в сторону. Он еще не знал – как будет вести себя дальше и что воспоследует за предварительной беседой, но был полон решимости не выпускать «улов». Сейчас он был отчего-то уверен, что мужчина последует за ним. Ведь, если бы тот не хотел продолжения общения, сказал бы об этом сразу – открыто и прямо, либо завуалировано. Но, кажется, и карлик чем-то заинтересовал таинственного незнакомца. Это льстило юноше-уродцу. Проходя мимо одной из колонн, заметил стоящего неподалеку замаскированного принца. Еле заметно кивнул.
Проведя своего неожиданного собеседника – через зал и анфиладу в небольшую крытую веранду, карлик удобно расположился на мягкой низкой софе. Сделал приглашающий жест. И снова ни намека на продолжение развитии событий. Все на сплошной импровизации.
[AVA]http://s2.uploads.ru/yMLBV.jpg[/AVA]

+1

8

- О тьма веков... - доктор чуть сжал губы, силясь сдержать улыбку, как же он забыл, что тут подобные шутки не актуальны.  Запугивание, интриги, инквизиция, домыслы и заблуждения. Нет, ничего не изменилось по сути, только форма выражения.
- Благодарю, за совет, я учту, - Адольф все же позволил себе улыбнуться под маской.
- Какая полезная штука, может, мне и в клинику надевать нечто подобное?
Суть мира не меняется, как не меняются и люди, живущие в нем. На этом и основывается приемственность всех наук о "душе".
Киркегард кивнул, давая понять, что полностью со свем согласен. Он заметил, как карлик снова переглянулся с кем-то в толпе.
- Не знай я, что это иллюзия, уже можно было бы начинать бояться...
Нет, не самого карлика, конечно, но его гипотетических друзей.
Киркегард был уверен в том, что как бы не преображалась личность Рауля, базовые черты останутся неизменными.
Он послушно проследовал за местной достопримечательностью через весь зал на закрытую веранду.
Когда уровень звукового давления внешнего мира существенно снизился, Адольф взохнул с облегчением, присаживаясь на диван.
Он сел рядом максимально близко, но не нарушая границ интимной зоны, размеры которой он уже предварительно прикинул.
Киркегард не был любопытен в том смысле, что его не интересовало то, из чего нельзя было извлечь информацию, но окружающаяя обстановка была... у доктора не было нужных эпитетов, чтобы описать это даже самому себе.
Она была... излишней, но Киркегарда мало помалу начинала затягивать эта игра, и он был готов подыграть.
- Возможно, это и не принято на костюмированном маскараде, но как мне к вам обращаться, любезный?

+1

9

Карлик неожиданно чуть изменился в лице, словно услышал что-то неприятное или это самое неприятное вспомнил. Уголки тонких губ, скрытых под маской, чуть дернулись, хотя бархатная ткань маски скрыла остальную гримасу – буде она проявилась на лице. Тонкие длинные пальцы крепко сжали ножку хрустального бокала. Но эта перемена в настроении была мимолетна – ненаблюдательный человек не обратил бы и внимания на нее.
- Первого человека на земле назвали Адамом. Я же имею честь быть первым человеком королевства  в какой-то степени. – С комической важностью карлик надул щеки, изображая свою значимость. – Посему, любезный, Вы можете называть меня так же. Со своей стороны позволю себе поинтересоваться Вашим именем, мой драгоценный господин инкогнито.
Он улыбнулся – весело и легко, словно давая понять, что называться истинным именем сейчас и здесь – на маскараде, где маски скрывают не только лица, но и, в какой-то степени, души, не обязательно.
Выслушав ответ, горбун снова приподнял бокал, будто салютуя. – Давайте выпьем за знакомство. Скажите – как Вам нравится здешняя обстановка и нынешнее развлечение? Вам здесь не скучно? Чем Вы, мой дорогой господин, предпочитаете развлекаться вообще?
За легкой светской болтовней Адам маскировал свой интерес и попытки узнать чуть больше о своем новом знакомом. Карлик прекрасно усвоил с ранней юности – если ты много знаешь, то можешь этим самым знанием значительно облегчить свою жизнь.
Горбун отпил пару маленьких глотков. Чуть поморщился, вздохнув.
- Отвратительный вкус. Сегодня виночерпий его величества превзошел самого себя по скверности услуг. Как бы ему не закончить сегодняшний вечер где-нибудь в тюремном подземелье. – В голосе не было ни капли сочувствия или настоящего беспокойства. Только легкое насмешливое сожаление.
- Кажется, мой дорогой господин, я немного отомстил Вам за мое любопытство тем, что угостил Вас скверным вином. Я ужасно скверный мальчишка. – Адам в притворном раскаянии сокрушенно вздохнул, опуская голову, однако успев бросить на собеседника короткий, полный лукавства, взгляд.
[AVA]http://s2.uploads.ru/yMLBV.jpg[/AVA]

+1

10

Киркегард представился Гарольдом - "простенько и со вкусом".
Адам Кадмон - начало начал, духовный первочеловек и в то же время первообраз для духовного и материального мира,
от чего-то вспомнилось доктору, но каббалу он упоминать не стал, дабы не вышло, как с жабой.
Первый. Первый после бога? Как-то раз он видел подобную татуировку на загривке молодого человека.
Киркегард внутренне усмехнулся:
- В каждой шутке лишь доля шутки. Гиперкомпенсация - вполне закономерно.
Карлик производил довольно неприятное впечатление, но доктор адекватно относился к "искривлениям" личности.
- Это не ко мне, я лечу патологию и не человеческие пороки. Видно решил, что иначе тут не выжить, и, скорее всего, он прав - с волками жить - по волчьи выть.
Киркерагд не собирался льстить нагло, но, как говорится - не подмажешь - не поедешь.
- Отчего же не выпить! В такой компании даже самое плохое вино станет амброзией, - он встречно отсалютовал и опустошил бокал, не боясь показаться некультурным.
- Я живу уединенно, и свободное время предпочитаю проводить за разговором, если найдется хороший собеседник, или за чтением книг, если таковой не находится.
Только неудавшиеся личности ищут прибежища в обществе... хотя, как показывает практика, человек во многом животное общественное.
- А что до виночерпия, не судите строго, каждый имеет право на ошибку.
- Отомстить за свое же любопытство - высший пилотаж в перекладывании вины на других, пусть даже в словесной формулировке. Ты несчастен и напуган, отсюда и злость.
- И эта ошибка, на мой взгляд, не должна стоить ему жизни. Я же здесь всем доволен и мне отнюдь не скучно.
Скучно доктору бывало только в тех случаях, когда заканчивалась информация для анализа, а тут ее было хоть отбавляй.

+2

11

- Увы, любезный господин Гарольд, я тут не отвечаю за наказания и помилования слуг. Я лишь могу попросить о милости для кого-то, но решать все же – это прерогатива Его королевского величества. Впрочем, надеюсь, Его величество сегодня в хорошем настроении, и виночерпию не грозит ничего особо страшного. – Коротким кивком Адам показал, что тему он закрывает. Затем посмотрел на собеседника внимательно – словно желая проникнуть  взглядом не только за ткань маски, но и за оболочку тела – в душу. Взгляд карлика, как и все его поведение, потеряли игривость и веселость, вернув истинный вид маленькому человечку – спокойный и задумчивый.
В общем-то – Адам умел носить любые маски не только на лице, но и на душе. Восторженный мечтательный романтик, равнодушный циник, притворно-заумный всезнайка – он менял эти самые маски с такой же кажущейся легкостью, как и своих любовниц и любовников, как иная красавица меняет платья. Порой ему казалось, что очередная маска уже настолько приросла к его сознанию, что содрать ее просто невозможно. Но приближалась необходимость в другой маске, и карлик снова менял свое поведение. Этому он научился с раннего детства, понимая, что только так он сможет выжить в том «осином гнезде» и «волчьем логове», коими являлся королевский двор. Только со своим лучшим другом – наследником престола горбун позволял себе быть собой. Веселье становилось искренним и чуть более спокойным, теряя некоторую болезненную резкость и язвительность, а серьезность и спокойствие становились непритворными. Именно это на короткий миг промелькнуло во взоре горбуна, когда он сейчас смотрел на собеседника, назвавшегося Гарольдом. Но только на миг. Ведь карлик не знал – стоит ли полностью доверяться тому, кто скрывается под маской. Поэтому Адам вновь напустил на себя притворную серьезность, смешанную в равной доле с легким кокетством.
- Вы весьма тонко льстите мне, любезный господин Гарольд, хотя вовсе меня не знаете. Это говорит о том, что я ошибся. Знаете – по Вашим словам о интересных собеседниках и книгах, да еще и вспомнив Ваши же слова про угрозу бедному виконту Флауэрсу, можно было бы и правда предположить в Вас любовь к чернокнижию. Но можете быть спокойны – по крайней мере, с моей стороны Вам не грозит разоблачение. А вот насчет виконта не уверен. 
Адам снова отпил пару глотков вина – не торопясь, смакуя вкус. Словно бы пытаясь то ли понять – прав ли он насчет скверного вкуса, то ли пытаясь притерпеться. Объяснять свою фразу про ошибку он не торопился. Если собеседнику будет интересно – он спросит, тем самым продолжив разговор, если же нет – тогда эта коротенькая фраза просто забудется, как ненужная.   
- Любопытно – как же Вы решились прийти сюда – где столько людей и шума, если любите уединение? – Карлик склонил голову набок, внимательно разглядывая мужчину. Очень странно – этот человек хоть и вызывал  довольно большой интерес своей таинственностью и какое-то притяжение, но желание очаровать для последующего интимного общения улетучилось. Но это было вовсе не катастрофично, не печально и не обидно. Хотя бы потому, что карлик и сам предпочитал именно общение.
И все же, как ни крути – юный возраст, «весна в крови» и общее состояние никуда не делись. Впрочем, сейчас это выражалось только в легком кокетстве поведения. Заходить ли дальше и начинать ли ухаживания, Адам еще не решил, предпочитая наблюдать за происходящим и действовать по наитию.
[AVA]http://s2.uploads.ru/yMLBV.jpg[/AVA]

+1

12

- Это хорошо, что вы способны осознавать свои ошибки.
- Упорствует в своей ереси и считает меня чернокнижником. Ладно же…
- Адам, вы напрасно пытаетесь меня запугать. Я не боюсь ни вас, ни кого-либо еще...

Неожиданно, он почувствовал себя словно в скафандре, окружающая реальность отодвинулась и поблекла. Поток его собственного подсознания пытался вырвать его из этой реальности, чтобы создать свою собственную.
Доктор точно знал, где хотел бы оказаться.
Киркегард откинулся на спинку, рука с бокалом застыла в немного неестественном положении.
Нужно найти или создать зацепку…

Ему вспомнился один из его пациентов, страдавший анимализмом. Тому казалось, что он превращается в различных животных. Изображал он их с большим искусством, врачи не смежных специальностей часто заходили посмотреть спектакль, своего рода маскарад, пациенту это нравилось. Лучше всего у него получалось изображать павлина.

Полгода ушло у Киркегарда на то, чтобы довести до его сознания весь абсурд происходящего и убедить поступить в театральное училище. Не сделала ли терапия его несчастным?

В уже начавшую плыть реальность его вернул резкий неприятный звук - посреди веранды, распустив хвост, стоял павлин альбинос.
Киркегард довольно хмыкнул и повернулся к карлику.
- Так в чем вы ошиблись, господин первый человек?

+1

13

- У меня не было намерения пугать Вас, любезный господин Гарольд. – Адам покачал головой, словно подтверждая свои слова. Будто считал, что  именно так сможет больше убедить собеседника. – А уж грозить – тем более. Зачем? – Удивление в голосе звучало так же искренне, каким и было на самом деле.
Со стороны зала доносились звуки музыки, приглушенные голоса, взрывы смеха. Однако карлика занимали вовсе не развлечения придворной знати. Его отчего-то тянуло на разговор с этим собеседником. И не важно – о чем. Адам на минуту задумался о подобных своих ощущениях. Ведь прежде редко бывали случаи, когда он отступался от своих планов и менял их. Увы, ни до чего не додумался. Только лишь до того, что человек под маской и в самом деле был чернокнижником и привлекал внимание горбуна для какой-то своей цели. Но эта мысль была настолько нелепа и смешна, что Адам даже улыбнулся.
Вновь обратив свое внимание на собеседника и уже готовясь продолжит беседу, шут вдруг обнаружил, что лицо под маской стало нездорово-бледным, а рука сжала бокал как-то уж очень сильно – еще немного, и тонкий хрусталь просто треснет под пальцами. То ли мужчине стало дурно, как какой-то манерной девице при виде крохотного мышонка или паука, то ли замаскированный собеседник вошел в какой-то колдовской транс. Впрочем, последнее предположение было нелепо по сути своей. Поэтому скорее было верно первое. Но только карлик вознамерился спросить – что случилось, как ему снова помешали. Теперь присутствие постороннего существа.  Адам неодобрительно скосил глаза на вальяжно и бесцеремонно вошедшую в беседку птицу.
- Бестолковое создание. – Недовольно буркнул Адам. Покосился на собеседника. Того вроде уже «отпустило», и мужчина, кажется, с интересом смотрел на павлина. Даже, может быть, с большим интересом.
- Преглупейшая птица. – Адам хмыкнул. – Жаль, что шею свернуть нельзя. Любимая игрушка Ее Величества королевы. Хотя… живность не виновата в том, что ее используют как развлечение. Некоторые люди при дворе очень похожи на нее. Разница состоит лишь в том, эти люди осознают, что их используют, как игрушки. И кто-то даже пытается противостоять этому положению. А кого-то оно устраивает. Есть же и такие, кто, как и этот павлин, о своей роли игрушки не подозревают. Таким жить проще всего. – Тон карлика стал до крайности задумчивым. Затем Адам тряхнул головой, словно  отгоняя невеселые мысли и тут же сменил тему разговора. Ответил на вопрос, который, казалось, уже забыл.
- А ошибся я в том, любезный господин Гарольд, что посчитал Вас провинциалом. Вы уж простите мне эту ошибку. – По губам карлика скользнула веселая и чуть лукавая улыбка. Он всегда старался улыбаться. Когда ему было весело – это было естественно. Когда  его пытались вывести из себя насмешками – Адам улыбался и отвечал острыми насмешками. Когда его пытались задеть обидой – он улыбался и запоминал обидчика, чтобы потом поквитаться с ним. Когда ему было больно, страшно – он улыбался, показывая окружающим, что у него всегда и все в порядке и лучше всех. И снова - ни объяснения ни уточнения.
[AVA]http://s2.uploads.ru/yMLBV.jpg[/AVA]

+1

14

- Бестолковое создание...
Киркегард "обновил" у собеседника, затем налил себе.
- Нет, вы не ошиблись, меня действительно можно назвать провинциалом.
- Если это не синоним слова "дурак".
- Что если я поддержу эту личность и помогу Раулю стать таким? Что мы получим - еще одного несчастного лицемера, у которого все силы уходят на то, чтобы разыгрывать клоунаду, даже времени бояться не остается?
С другой стороны симптом я уберу, а дальше меня, вроде как, и не касается. Общаться с Раулем гораздо приятнее, но если я его "вылечу", общаться мне с ним больше ни придется.

Адольф задумался. Каждый раз, когда перед доктором вставали вопросы морали, он испытывал легкую тошноту. Мораль и нравственность изначально довольно скользкие понятия, находящиеся в нелинейной связи с определениями, именно во множественном числе, определениями душевного здоровья.
Невозможно убедить психопата в том, что он аморален, ибо он не считает себя таковым, потому что он болен. Нельзя наказать больную шизофренией мать за убийство малолетних детей...
- В любом случае мой гуманизм ограничен моим же интеллектом, - маски начинали потихоньку раздражать, причем гораздо больше на чужом лице, нежели на своем собственном. Киркегард не привык работать вслепую, для лучшего понимания ситуации ему нужно было воспринимать человека или пациента всеми органами чувств.
- Допустим, я чернокнижник, а чего здесь ждут от людей такой специальности? Может, сделать из павлина лягушку, для пущей понятности?
- Какова же ваша роль в этой пьесе, Адам?
- Хотел бы я знать, какова моя...

+1

15

То, что в руке у него снова оказался наполненный бокал, карлика несколько удивило. Он даже огляделся в поисках графина, откуда можно было бы налить вино. Но не обнаружил такового. Потому что прекрасно помнил, что не принес в беседку ничего, кроме бокала, а бокал уже опустошил. Это на какой-то миг отвлекло от разговора именно потому, что было необычным и «попахивало» то ли фокусом, то ли колдовством. Чем именно – карлик определить не мог. Впрочем, выяснять было сложно и не в настроение. Которое, кстати сказать, неуклонно ухудшалось именно от темы разговора. Впрочем, прерываться не хотелось. Беседа – как бы она ни была тягостна, затягивала и увлекала необычностью и неизвестностью поворотов. Адам растянул тонкие губы в улыбке, а затем рассмеялся.
- Ну, господин Гарольд, Вы удивляете меня все больше. То ведете себя как чернокнижник, а теперь желаете исповедать меня, словно священник. Кто же Вы сами-то на самом деле, а? Давайте договоримся – исповедь за исповедь. 
Открывать душу первому попавшемуся на маскараде не хотелось. Точнее – совсем не было никакого желания. Тем более – кто знает – как именно использовал бы замаскированный собеседник искренние слова? Так что говорить честно Адам не намеревался. Но и врать совсем уж откровенно не стоило. Оставался излюбленный и проверенный способ, который и был применен.
- Какова моя роль в пьесе? – Новая чуть лукавая и задумчивая улыбка, тронувшая уголки губ. – А какую именно пьесу Вы имеете в виду, мой любезный господин? Ведь каждый человек всегда играет множество ролей. Есть общие роли по жизни, есть для отдельных «спектаклей»: военный совет, бал, общение с простолюдинами, с любимыми и нелюбимыми родственниками, с врагами или друзьями. Каждый спектакль требует своей роли и своей маски. Так что даже в общей роли жизни приходится как-то лавировать и меняться. Кто-то назовет это лицемерием, кто-то – гибкостью. Но… Открою Вам тайну, любезный господин провинциал – чем ближе Вы находитесь ко двору, к королю – тем больше масок приходится носить и тем больше ролей нужно уметь играть. Так что актеры – это не только те, кто выступает за деньги, показывая сцены из жизни чуждых им людей, но и все, кто нас окружает.
Он сделал широкий жест рукой, отводя бокал в сторону и, словно случайно, выплескивая вино на пол. Несколько крупных капель попали на белоснежное оперенье павлина-альбиноса, и теперь казалось, что птица истекает кровью.
Адам обратил на это внимание и снова рассмеялся.
- Вот видите, господин Гарольд, теперь и у этой глупой птицы появилась новая маска. Хотя вряд ли теперь ее роль изменится.
[AVA]http://s2.uploads.ru/yMLBV.jpg[/AVA]

+1

16

Киркигард едва сдержал вздох. Он чувствовал неуместное раздражение от того, что не мог пробиться сквозь стену из мишуры, которой карлик упорно от него отгораживался. В этой псевдореальности было слишком много лишнего и отвлекающего, слишком непривычная для него обстановка и распределение ролей.
- Я, в конце концов, сначала врач, а потом уже наркоман и фокусник. Исповедь? Священник? Глупость какая-то...
А уж после сцены с павлином...
- Нет. Это явно не моя пьеса и играть в ней я более не намерен, с меня хватит.
От него здесь требовалось что-то еще, возможно, как раз то, чего он никак не мог сделать. Психотерапевт врачует и своей личностью в том числе, до для данного случая, сложно было представить кого-то, кто подходил бы меньше, чем Адольф. Часто, чтобы победить, нужно отступить и перегруппироваться, подумать еще, в конце концов. Время-то есть...
- Только хороший препарат зазря потратил.

- Вам бы поэмы писать, господин Адам. Так ведь можно и себя потерять, - куда-то в пространство прокоментировал психиатр последнюю тираду.
- Исповедь за исповедь? Впрочем, уже можно, - Адольфу уже давно хотелось это сказать. - Я психотерапевт, доктор Киркегард. А вас Адам, Первый человек, фактически не существует, и это не удивительно, вы как капуста без кочерыжки, если снять все слои останется только пустота. За сим попрощаемся! Раскланиваться не будем... - Адольф закрыл глаза и представил палату, где сейчас под капельницей находилось его тело.
- Хрустальный мир...

--> В гипотетическую лабораторию

0


Вы здесь » Приют странника » Маскарад душ » Средневековая Европа