Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Будущее » Когда воздух пахнет ванилью


Когда воздух пахнет ванилью

Сообщений 1 страница 30 из 74

1

Время действия: 2010 г., 10 декабря, 18:00-19:00.
Место действия: Приют, Дом Возрождения, кабинет физиотерапевта 
Действующие лица: Хадзилев Ереханов, Джой Френсис Ли.

По привычке озираясь, Хадзи крался якобы невидимой и неслышимой тенью по коридору одного из корпусов Приюта, периодически спотыкаясь об аккуратно расстеленные резиновые половички и сметая краем широкого кинематографического плаща растения в кадках. Но вовремя успевал их вернуть в исходное положение. Покуда он шел из корпуса, где располагалась палата его друга Реймонда Скиннера, кожаные брюки так пригрело щедрое, будто еще осеннее солнышко, что казах почувствовал себя рок-звездой, как минимум, Леди Гагой. Спор о ее половой принадлежности все еще периодически разгорался, так что в этом сравнении Хадзи не видел ничего для себя зазорного.
  Только не до глупостей ему сейчас было. В душе боролись два прямо-таки противоположных предчувствия. Одно сладко томилось в груди и отзывалось теплом в животе, будь прокляты эти тесные брюки. Другое заставляло оглядываться в поисках нордического профиля своего заклятого идейного противника – доктора Штейнвальда.
Находился странный казах в этом дурдоме санаторного типа сейчас (опять!) совершенно несанкционированно, но на законных правах быть здесь ему хотелось еще меньше. Черноглазой змейкой он юркнул в открытую дверь служебного входа корпуса клиники, носившей звучное название «Дом Возрождения», вздрогнул, когда за ним защелкнулся дверной замок, и тут же забыл, зачем его сюда вообще понесло. Теперь он плутал по лабиринту коридоров в надежде, что никаких чудовищ ему не встретится. Ни в белых халатах, ни в пунцовых пижамках, ни в черных шапочках с желтым логотипом «М», ни в треуголках, сложенных из фольги. Все сомневался, хотя Рэй с расстановкой объяснил ему, что в этой клинике оказывают лечение не психам (им было дословно сказано: «Не только психам»), а людям с нормальными физиологическими проблемами, к числу которых относился и остеохондроз, который начал мучить казаха на двадцать восьмом году жизни. Вчера Хадзи как-то пожаловался на ломоту в плечах и пояснице. Рэй упомянул о местных чудотворцах и очереди к ним.
После длительного, по всей видимости, блуждания он почти сдался и готов был самостоятельно нажать на красную кнопку вызова врача, только не нашел и ее. Зашел Хадзи уже так далеко, что никакой врач ему был помочь ни в состоянии. Смутное подозрение этого гнало его дальше по коридорам и этажам, пока он не наткнулся на дверь с искомой табличкой «Кабинет физиотерапевта».
Хадзи стукнул костяшками пальцев по идеально белой двери и не стал ждать, когда ему разрешат войти. Секундой позже он вспомнил, что только в России дверь открывают сразу после стука, чтобы успеть застать находящегося внутри человека на месте преступления.

+3

2

Если хочешь что-то хорошо спрятать – прячь на самом видном месте. Именно по такому принципу куратор по медицине, лирианец-Библиотекарь, бывший Связной и просто лапочка Джой Френсис с красноречивой фамилией Ли, коротал дни, занимаясь всякого рода оздоровительной мелочью, как и положено врачу, в собственном физиотерапевтическом кабинете, милостиво выделенном директором Приюта. Пациенты, разумеется, даже не подозревали, что над их потрепанными разного рода недугами организмами «колдует» пришелец. Согласитесь, странно было бы видеть, как представитель высшей расы греет ваше воспалившееся колено магнитной лампой. Так что «спрятавшись» подобным образом, вышеупомянутый «китаец русского происхождения родом из Владивостока», как сам поведал в весьма недалеком прошлом одному забавному уфологу, нынче пытался составить более-менее нормальный график работы кабинета на ближайшую неделю.
Именно за столь «занимательным» ритуалом доктора застал стук, от коего «русский китаец» вздрогнул и перевел взгляд на дверь. В проеме образовалось нечто напоминающее слегка растрепанного землянина  мужского пола. Во-первых, инопланетян лирианец опознает по энергетическому фону, а во-вторых, только местные входят в помещение не дождавшись разрешения на вход.
Даже не совсем так – местные русские.
Об этой привычке Джой был наслышан и навиден, и вообще знаком, не зря же отметил ранее специально – «родом из Владивостока». Не сумев отказать себе в удовольствии проверить догадку, медик поинтересовался на чистом русском без акцента:
Добрый вечер, чем могу помочь?

Отредактировано Джой Френсис Ли (09-09-2011 23:41:44)

+4

3

На случай внезапного наличия пациента у Хадзи уже была заготовлена каменная физиономия и отрепетированное замечание: «И не в таком виде видели...». Но никого в кабинете не оказалось, даже врача он обнаружил только по намеку на движение, когда тот повернул голову и заговорил.
Раз никого не оказалось, Хадзи сделал решительный шаг вперед, шустро прикрыл за собой дверь и еще придавил ее спиной, чтобы не было сквозняка, и дождался знакомого щелчка. Это не придало ему спокойствия и уверенности в своих силах, но внушило надежду: сразу не выгонят, только через дверь! И лишь после этого маневра до него дошло, ЧТО, а главное, КАК сказал ему доктор. Моментально стало интересно, ПОЧЕМУ? Но с воплями «Земляк!» бросаться с объятьями было просто некультурно, живущие в Европе образованные люди так не поступают. Кроме того, он по-прежнему стоял в дверях.
А... – Хадзи моргнул, глядючи в раскосые глаза доктора, словно в свое отражение, растеряв весь свой запас заготовленных фраз на английском.
Мне?.. Я... – он посмотрел на вооруженного ручкой врача китайского облика и уверенно заключил уже по-русски: – Да! Только вы и никто иной!
Хадзи сделал решительный шаг вперед, и… услышал противный звук. Что-то крепко держало его и не отпускало от дверей.
Я сейчас, – казах выкинул руку в предупреждающем жесте, взмахнув тонкой кистью. – Секундочку! – и, повернувшись к двери, он схватился за полу своего длинного плаща, высвобождая его из дверного захвата.
С первой попытки не удалось. Тогда Хадзи уперся одной ногой в дверь, второй снова потянул на себя плащ. Кожа крепко засела, трещала, но не вытягивалась.
Ну что за день такой начался... Извините, я сейчас! – Ереханов отпустил плащ и резко, словно пытался подловить, снова дернул его на себя. Сшита модельная шмотка была не в Подмосковье соотечественниками врача, а в самом граде-Париже, поэтому на эту провокацию не поддалась. Хадзи только поскользнулся на гладком полу кабинета и въехал в закрытую дверь каблуками не менее модных туфлей уже в образе тарана.
Невольно успокоившись, на схватку понадобилось немало энергии, казах уже из горизонтального положения взглянул на доктора.
Видите ли, у меня проблемы. Со здоровьем.

+4

4

Ответ на заданный вопрос всплыл сам собой, вернее, последовавший спектакль одного актера для одного зрителя расставил несколько вполне жирных точек над «Ё». На подвижном лице молодого мужчины кружил калейдоскоп выражений, сменяющих друг друга со скоростью «Сапсана», слетевшего с тормозов где-то в монгольской степи.
Да! Только вы и никто иной!
В кои-то веки человек изволил произнести нечто членораздельное и более-менее понятное... хоть и нелогичное. И, видимо, это далеко не последний нелогичный поступок столь неожиданно свалившегося на рыжую голову пациента. Разворачивающаяся пред янтарными (маскиро-о-овка!) очами «русского китайца» сценка была столь комична, что доктору Ли стоило немалых трудов удерживать морду лица кирпичом: неэтично же откровенно ржать над пришедшим за помощью человеком, пусть и таким странным.
«Да Вам, батенька, к психиатру надо, а не к физиотерапевту. Кстати, надо будет выписать направление», – как-то отрешенно, мимоходом, громко топая, прошествовала вполне правильная мысля... и скрылась за поворотом, оставляя лирианца наедине с любопытством и объектом исследования пациентом. 
Ну что за день такой начался... Извините, я сейчас!
Благо икона стиля отвернулась, пытаясь победить неуступчивую дверь, и Френсис смог, уткнувшись в свой шарф, тихонечко похихикать. 
Видите ли, у меня проблемы. Со здоровьем.
Да неужели? – физиотерапевт удивленно вскинул бровь, вовремя успев вернуть фейсу выражение а-ля «тут каждый день безумные казахи ломают двери». Лишь теперь поднявшись со своего места, обошел живописно прилегшую «отдохнуть» изящную фигуру, и распахнул несчастную дверь, незаслуженно получившую крайне жестокое обращение, высвобождая дорогую шмотку. Закрыв, для верности, а то мало ли что, кабинет, Ли подал черноглазому гостю руку, дабы помочь подняться. Подогрев пола в лечебном корпусе предусмотрен не везде.
На что жалуетесь?

Отредактировано Джой Френсис Ли (10-09-2011 18:44:15)

+3

5

Хадзи почувствовал, как внутренний жар из живота распределяется по всему телу, вскоре и лицо пылало, как от стыда. Даже спрятаться в этом кабинете было негде, ретироваться тоже было бы не по-мужски, да и не получилось бы. Хозяин кабинета, поднявший его с пола, встал ровненько на пути к спасению. Оставалось только продолжать сгорать со стыда. Краска добралась и до ушей. Длинные черные волосы с утра как раз были затянуты в хвост.
На что жалуетесь? – врач остался паранормально спокоен.
Обычно Хадзи вызывал своим искрометным поведением либо громкий смех, либо глухое раздражение. На монголоидном лице же не отразилось ничего, кроме вполне профессионального любопытства. По крайней мере, именно так показалось Хадзи. Поэтому он живо уткнулся взглядом в пол, соображая, что после произошедшего конфуза жаловаться должен, прежде всего, на собственную дурость. Но тогда он не к тому специалисту пришел. Поэтому казах поднял руку и похлопал себя по загривку:
Плечи болят. И спина... тоже. У меня, по-видимому, астео... астро... – Хадзи путался в этом слове, не успев еще выучить медицинское наименование своей напасти, поэтому выпалил так, как говорила его бабушка: – страхондроз...
  И не поднимая головы, сквозь густые и длинные ресницы бросил взгляд на доктора.

Отредактировано Хадзилев Ереханов (11-09-2011 16:37:53)

+2

6

Нежданный «гость» медленно, но верно приобретал облик аленького цветочка, во всяком случае, пунцового – так точно. Неудивительно – устроить такое шоу, а теперь пытаться как-то выкрутиться… Лучшее из всего, что можно сделать в этом случае – спокойно объяснить в чем суть жалобы на прохудившееся здоровье, ибо темнить после такого феерического явления иконы стиля народу в лице одного доктора, было бы на редкость глупо.
Плечи болят. И спина... тоже. У меня, по-видимому, астео... астро... страхондроз...
«Пациент скорее жив, чем мертв, это не может не радовать», – мягко улыбнулся доктор Ли, выслушивая старательную попытку выговорить название болезни.
Остеохондроз, – кивнул Джой, поняв, к чему клонит странный мужчина. – Прошу сюда, – он указал на одну из кушеток, – мне нужно осмотреть Ваш позвоночник.
Пройдя к шкафчику, Френсис достал из упаковки пару хирургических перчаток, методично надевая их. Хоть пришельцу человеческие болезни до лампады, в смысле – какого-либо воздействия на его организм они не имеют, но образ врача требует определенного поведения.

+2

7

Доктор понял все верно. Позвоночник Хадзи действительно побаливал, только он сейчас как будто вошел в ступор и даже пошел на попятный. Никакой боли после падения казах не чувствовал. Но на негнущихся ногах послушно прошел к указанной койке, следуя не сколько направлению руки доктора, сколько народной мудрости: назвался груздем, полезай в кузов.
  Он задумчиво провел ладонью по койке. Разумеется, матрасик не был и отдаленно похож на перинку. Тем не менее, казах скинул плащ, бросил его на спинку первого попавшегося стула. Уж после валяния на полу ничем страшным подобное обращение плащу не грозило.
Простите, доктор... - Хадзи молниеносно обернулся к врачу и застал его за процессом надевания перчаток. Это напомнило ему кое-что неприятное из своего прошло, но он мужественно повел плечами. – У меня вылетело из головы ваше имя... И откуда вы знаете русский язык? – все-таки говорили они сейчас именно на русском, таком родном и таком... часто встречающемся на территории этого отдельно взятого пансионата.
Вы учились в Москве? – внешность доктора также навела казаха на мысль: а не встретил ли он здесь соотечественника, мысль дикую, потому как на казаха рыжий доктор был не похож …и вовсе не цветом волос и поведением. – Или стажировались? Вы прекрасно владеете русским языком...
Ожидая, Хадзи прошелся до окошка, чтобы выяснить, в какой части Приюта находится. После долгих блужданий по коридору он чувствовал себя, как космонавт, вылезший из центрифуги. Собственно, Рэй примерно так описывал ему это состояние. Пол и потолок, а в его случае – право и лево как-то произвольно поменялись местами. От этого он чувствовал себя еще более неуверенно. А еще медицинский халат наводил его на какие-то нелечебные мысли, поэтому, глядя на доктора, он непроизвольно утыкался взглядом в его шарфик.

+2

8

Простите, доктор...
Рок-звезда казахского происхождения прямо-таки засыпала лирианца вопросами «что да как, почем и сколько?». Впрочем, пришелец только улыбнулся, продолжая разматывать нить своей легенды, с ходу придуманной еще для Курта.
Будьте добры вернуться на место и снять свитер. У меня не настолько чуткие пальцы, чтобы прощупать Ваши позвонки сквозь ткань.
Попросил совершенно будничным тоном. Хотя это ведь и было вполне обычное занятие для доктора Ли. Подойдя к койке, он спокойно ожидал, пока пациент избавится от своего черного облачения, чтобы можно было преступить к тому, зачем все тут сегодня собрались – осмотру и диагностике.
На двери, с которой у Вас имеется тесное знакомство, написано – «Джой Френсис Ли». Мое имя, во всяком случае, с утра им было, – улыбнулся рыжий. – Москва – это большая деревня, – хмыкнул Библиотекарь с выражением истинного петербуржца.
«Люблю тебя, Петра творенье,
Люблю твой строгой, стройный вид,
Невы державное теченье,
Береговой ее гранит,
Твоих оград узор чугунный,
Твоих задумчивых ночей
Прозрачный сумрак, блеск безлунный,
Когда я в комнате моей
Пишу, читаю без лампады,
И ясны спящие громады
Пустынных улиц, и светла
Адмиралтейская игла,
И не пуская тьму ночную
На золотые небеса,
Одна заря сменить другую
Спешит, дав ночи полчаса»,
– продекламировал Джой по памяти, слегка прикрыв хищно-янтарные глаза, словно припоминая строфы. – Вот там я и учился, – вновь мягко улыбнулся хитрожульный бывший Связной, – а чтобы Вас не смущал мой разрез глаз... родом я из Владивостока. Вот такие дикие прыжки по глобусу бывшего СССР.

Отредактировано Джой Френсис Ли (11-09-2011 17:14:17)

+3

9

На прочитанные стихи Хадзи лишь похлопал ресницами, вызываемый ими ветерок мигом сдул со щек румянец. Уж что-то, а разрез глаз казаха не смущал, скорее пренебрежение к Москве. Питерец из Владивостока его заинтересовал, да так, что, прислушавшись к стихам, Хадзи забросил попытку уяснить, куда выходят окна корпуса, просто расслабился и начал, по обыкновению, трепаться:
Ага, круто получилось. Меня вот в Москву отец запихнул в универ. А в Питере я был... А эта дверь... да... – казах почесал в затылке, ероша свою шевелюру, отчего хвост сполз куда-то набок. – Я прочитал, и мне говорили ваше имя. Да. Только так все внезапно вышло... – не найдя себе никаких оправданий, он широко улыбнулся: – Да, герр Ли, уже раздеваюсь...
Поддев свитер, он медленно стянул его с себя, ибо умудрился запутаться в рукавах. И тут же почувствовал себя истинно русской матрешкой: под свитером имелась в наличии еще и черная майка-борцовка. Хадзи не особенно любил носить крупновязаные вещи на голое тело.
Ее тоже? – он в раздумьях потянул за лямку, взглянул на молочно-белые перчатки доктора, и вытащил края майки из-за пояса брюк. Острые локти и черные волосы взметнулись вверх, и он избавился от майки. Все вещи сложил шаткой стопочкой на стул. – Достаточно?
И снова посмотрел на чуткие пальцы доктора:
Ложиться, да? А ботинки снимать?
Несмотря на весь свой опыт, он каждый раз терялся в кабинете врача, чувствуя себя ребенком, которому нужно все наиподробнейше объяснять, чтобы хотя бы половину из объяснений и наставлений он запомнил.

+2

10

Легенда работала как часы, пациент явно расслабился, что в принципе очень на руку, поскольку психическое напряжение передается мышцам, а состояние «бревна» для обнаружения недуга – самая большая помеха. Процесс раздевания сопровождался сбивчивым, но явно свободным и привычным потоком речи. Доктору Ли оставалось только изображать внимательного слушателя, меланхолично наблюдая за долгоиграющим недостриптизом в исполнении бойкого и, что уж тут кривить душой, довольно симпатичного «гостя».
Достаточно? Ложиться, да? А ботинки снимать?
Да, пока достаточно, – спокойно и мягко отозвался внеземной «последователь Авиценны». – Сядьте по возможности прямо и расслабьтесь.
Пальцы в тонких белых перчатках аккуратно, но вполне ощутимо принялись исследовать основание черепа. Логично, что начинать нужно с начала, то есть сверху, что, собственно, и было сделано. Джой предположил, что у казаха может быть искривление позвоночника, поэтому и попросил сидеть «по возможности прямо».
Мое имя Вы уже знаете, может, и сами представитесь? – поинтересовался Джой, неспешно спускаясь касаниями по шее пациента, ища подушечками пальцев ту самую проблему, однако достаточно мягко, чтобы не причинить боли.

+3

11

Хадзи сел, выпрямился и затих. Последнее давалось ему с трудом, он всегда был живчиком, если не сказать, егозой. За многочисленными и часто лишними действиями скрывались банальные смущения и неуверенность, да так удачно, что его постоянно принимали за наглеца. Хадзи с честными глазами возмущался, но не отнекивался, ибо по народной же пословице следовало, что наглость – это второе счастье. С первым счастьем у него периодически возникали проблемы, поэтому от второго он отказываться не желал. А вот выпрямился и расправил плечи Хадзи с удовольствием. Давние занятия танцами сказывались, а память у мышц была лучше, чем у их обладателя.
Вопрос застал его врасплох.
Хадзилев Ереханов... – подбородок и нос резко спикировали куда-то вниз.
Вот сейчас доктор наберет его имя в компьютере, и выяснится обман. А еще хуже будет, когда выясниться, что он уже тут наблюдался, и вскроются причины его появления здесь. Хадзи невольно передернуло, когда руки доктора коснулись его плеч.
«И как это доктора умудряются сохранять свои руки теплыми?» – подумал он, расслабляясь и пытаясь забить на грядущий конфуз.
Прислушиваясь к прикосновениям докторских пальцев, не только кожей, мышцами, но и ушами и обонянием, казах вдруг уловил подозрительно любимый аромат. Вопреки санитарно-гигиеническим нормам доктор перекусывал на рабочем месте, и не только перекусывал, а прямо-таки лакомился! Пахло определенно ванильным пирожным.
Это была мысль! Хадзи выгнулся в спине, будто большой кот. Еще по российским больницам он помнил о том, как нужно улещивать докторов. Натуральным продуктом, чем еще!
В смысле, конечно же, медом, вином и… не зря же барашка Взятка все еще паслась где-то на территории Приюта.

Отредактировано Хадзилев Ереханов (11-09-2011 19:36:59)

+2

12

Хадзилев Ереханов...
Пациент преобразился, из гордого казахского несгибаемого воина превращаясь в нашкодившего школьника. Резкая смена настроения была весьма странной.
Очень приятно познакомиться, – слегка кивнул доктор Ли. – Простите, возможно, это прозвучит крайне невежливо, но... у Вашего имени есть краткая форма?
То, что молодой мужчина дернулся от легкого касания чужих рук, пусть те и принадлежали врачу, было очень показательным. Джой предпочитал не копаться в головах без особой необходимости, поэтому подавил желание выяснить, чего же так боится этот человек. Однако черные, несмотря на рыжую шевелюру, брови слегка нахмурились. С этим человеком явно что-то не так, только что?
Размышления не мешали все также тщательно проверять уже плечевой сустав темноволосого. Отвлекло неуместное действие пациента, выгнувшегося под прикосновениями. Вскинув бровь, Френсис быстренько соображал, что не так или наоборот, слишком «так» сделал.
Ваниль! – улыбка затронула губы медика. Не испытывая особой любви к запаху медицинских препаратов, предпочел придать своему кабинету уюта приятными ароматами: цитрусовых, корицы, гвоздики, сейчас – ванили. Похоже, этот запах нравился странному человеку.
Онемение в пальцах рук бывает? Головная боль, хруст при повороте головы? Головокружения, потери сознания, шум в голове, шум в ушах, снижение зрения, двоение в глазах бывают? – кавай каваем, а работа не волк, в лес не убежит и сама не сделается.

+3

13

Друзья меня зовут Хадзи... А что, боитесь язык сломать? Пара часов проговаривания шепотом, и мое имя навсегда остается в подсознании... – вопрос, конечно, пациенту невежливым не показался, но он был настолько занят размышлениями о том, как скрыть свое прошлое, что выдал дежурную и вполне неудачную шутку.
А чем это у вас в кабинете так вкусно пахнет? – теперь Хадзи не скрывал, что активно принюхивается.
Он снова расправил плечи, направил нос по ветру и даже расслабленно поболтал свешенными с кушетки ногами. В конце концов, именно сейчас жизнь была прекрасна: вкусно пахло, его несчастную спину разминал доктор. Ну, конечно же, не разминал, а осматривал, но ощущения были похожими. Кроме того, доктор Ли не норовил нечаянно выпустить длинные наманикюренные ногти, как его дражайшая половина. Зато задавал вопросы.
Нет, пальцы не немели... – казах невольно покрутил головой, выясняя, что там с шеей, и за одним рассматривая кабинет, пытаясь найти хоть что-то, напоминающее зеркало. Но предательских стеклянных ниш, отражающих лицо доктора Ли, не обнаружилось. Голос же его был бесстрастен.
Голова изредка болит, совсем редко теперь. И не кружится почти, да. И ничего из перечисленного не замечал, ни шума, ни снижения зрения. Только плечи и спину тянет... И иногда шея не ворочается. В непогоду.
«Тянуть... а это идея», – Хадзи невольно расплылся в улыбке, сообразив, как не подпустить доктора к компьютеру, для его, казаха, опознания.

+2

14

Друзья меня зовут Хадзи... А что, боитесь язык сломать? Пара часов проговаривания шепотом, и мое имя навсегда остается в подсознании...
Слегка приподнятая бровь выказала удивление, но доктор Ли спокойно ответил:
Я запомню этот метод... и попрактикуюсь на досуге.
Разумеется, лирианец такой ересью заниматься не собирался, скорее, это была попытка поддержать диалог.
А чем это у вас в кабинете так вкусно пахнет?
Ли молча указал рукой в сторону стены у двери. Там висела маленькая еле-заметная коробочка – ароматизатор воздуха.
Предполагаю, Вы уже определили ваниль, – чуть улыбнулся пришелец, уже заканчивая с осмотром лопаток. Кивая ответам о симптомах, зацепился за замечание «совсем редко теперь».
А раньше часто болела и кружилась? – положив ладони на хрупкие плечи, Джой произнес, не меняя тембра голоса: – Обычно сведения о пациентах поступают ко мне, как минимум, за день до приема... О Вас никаких данных не приходило, я бы запомнил столь несвойственное этим местам имя. – Выдержав театральную паузу, пришелец вещал дальше: - От чего Вы бежите, Хадзи? Прошлого, будущего или самого себя?
Дав пациенту еще минуту на размышления, убрал руки с его плеч, изрекая:
Могу Вас заверить, это никакой не остеохондроз. Либо потянули, либо простудили. От воспаления могу выписать мазь и прогревание... хотя... вряд ли Вы будете на него ходить. А мазь можно приобрести в любой аптеке без рецепта. Можете одеваться.
Стянув перчатки, рыжий физиотерапевт отправил их в мусорку, и, подойдя к столу, что-то написал в блокноте, после чего вырвал листочек и передал его казаху.

+1

15

«Попрактикуется он на досуге», – Хадзи и так был готов сгореть от стыда за свой длинный язык, поэтому уцепился за возможность перевести куда-то взгляд, взметнул его из-под темных ресниц на ароматизатор. Все объяснилось так просто, значит, никаких меда, конфет, вина и барашка останется жив.
Да, я понял, что это ваниль... – фраза оборвалась, потому что мужские руки крепко расположились на его плечах.
Хадзи стиснул пальцы в кулаки и стиснул зубы, умудрившись членораздельно пробормотать ответ на прямой вопрос:
Пару лет назад... часто болела.
Голос доктора Ли ничуть не изменился, никакой опасности он вроде бы не почувствовал, а зря.
Обычно сведения о пациентах поступают ко мне как минимум за день до приема... О Вас никаких данных не приходило, я бы запомнил столь несвойственное этим местам имя. От чего Вы бежите, Хадзи? Прошлого, будущего или самого себя?
Неизвестно, что было хуже. Какой именно из всех вопросов.
«Бюрократы, у... Шайтан бы побрал местных эскулапов, которые вместо того, чтобы лечить тело, начинают копаться в мозгах. Вот и физиотерапевт туда же…» – Хадзи невольно замкнулся в себе.
К вам не приходило сведений обо мне... Странно... Мне казалось, я примечательная личность...
Он не хотел говорить правду, а ложь не признавал, вернее признавал настоящим искусством, к которому не имел способностей. Поэтому предпочел проигнорировать последние два вопроса. Казах пожалел, что вновь послушал совета Рей, проложившего ему маршрут по Приюту. Уж лучше бы смотался сразу, поболтав от души с ним и наплевав на больные плечи.
Выслушав диагноз, Хадзи почувствовал себя под взглядом доктора букашкой под наставленной на него лупой. На сомнения доктора казах просто-напросто обиделся:
«Как это я не буду ходить на прогревание? Я обязательный человек! Иногда. Но здесь точно не буду».
Получив же разрешение одеваться, он шмелем подскочил с койки, быстренько натянул свитер, невольно поерзал в нем, уж очень грубоватые нитки кололись, подхватил плащ и изящно вынул из пальцев доктора бумажку с названием мази, как он понял.
Спасибо, герр Ли. Я тогда пойду... – и сделал маленький танцевальный шажок назад, в сторону дверей, откуда еще удушливей пахло ванилью:
«От чего вы бежите, Хадзи?»
Вот ведь экстрасенс хренов...».
Вы меня обнадежили. Наверное, я все-таки простудился. Осень...

+2

16

Реакция человека на очевидное прикосновение, явно не медицинского назначения, окончательно убедила Библиотекаря в том, что казаху нужна вполне серьезная помощь врача-душемозговеда. Наверное, стоит выписать направление... Но не будет это существо посещать психолога, ибо не признает ни перед кем посторонним наличие проблемы.
К вам не приходило сведений обо мне... Странно... Мне казалось, я примечательная личность...
«У меня таких примечательных тут – вагон и маленькая тележка. Нашел кому лапшу на уши вешать», – мысленно фыркнул непримечательный лирианец.
Как только появилась возможность покинуть кабинет, темноглазый мужчина тут же поспешил откланяться и вообще убраться отсюда куда подальше – сильно же его цепанули вроде бы невинные слова.
Спасибо, герр Ли. Я тогда пойду... Вы меня обнадежили. Наверное, я все-таки простудился. Осень...
Опершись на стол, рыжий мягко улыбнулся, наблюдая это «шаг вперед – два назад».
Не за что, ведь Вас тут не бывало, – короткая и вполне информативная фраза, сопровожденная многозначительным взглядом янтарных глаз из-под полуопущенных ресниц. – И... Вы можете убежать от меня... или другого врача, но от себя сбежать невозможно. Хорошего дня.

+1

17

Вас тут не бывало...
Конечно, я человек-невидимка... – Хадзи сделал еще один шаг назад, не отводя глаз от внезапно пойманного взгляда.
Странно, казалось, что врач смотрит вовсе не на него, а на несуществующие документы.
Фиговый из меня конспиратор... – отстраненно подумал про себя Хадзи, касаясь размятыми докторскими умелыми ручками и еще совсем тепленькими лопатками холодной двери.
Да, меня тут не стояло... И не сидело... – он указал на койку и увидел забытую черную майку. Она сиротливо висела на одной лямке на спинке стула.
И от чего вы вообще решили, что я собираюсь сбежать? От того, что я пришел не по записи? Оттого, что я не ваш пациент? Или потому, что я не в состоянии заплатить за ваш бесценный прием? – казах воинственно забросил за плечи растрепавшиеся после всех раздеваний-одеваний волосы. Он в течение свой бестолковой жизни уяснил, что лучшей защитой является нападение. – Так вот, деньги никогда не были для меня проблемой! Меня убивает ваш формальный подход, – запустив руку за воротник, он нервно почесал шею, раздумывая, почему еще не ушел.
А потом вдруг решительно подошел к столу и зеркально повторил позу врача:
Не нужно на меня, как на психа, смотреть!

+2

18

Конечно, я человек-невидимка... Да, меня тут не стояло... И не сидело...
Уйти, сбежать, спрятаться, ведь его поймали за руку, скрыться, забиться в угол – подальше от угрозы... от возможной угрозы, или надуманной?
«Первая стадия пошла... Надеюсь, ты сейчас не сделаешь большую глупость, закрыв дверь с той стороны».
И от чего вы вообще решили, что я собираюсь сбежать?.. Меня убивает ваш формальный подход.
«Вторая стадия... быстро, однако. Может, и до третей дойдем, если ты перестанешь засыпать меня глупыми обвинениями по самые кончики ушей».
Не нужно на меня, как на психа смотреть!
А вот, наконец, одна из главных проблем. Весь этот поток слов – просто шелуха и мишура, скрывающие истинный страх... быть непонятым. Вполне обычный, кстати говоря, страх для многих разумных рас.
Тш-ш-ш, – доктор приложил палец к собственным губам, мягко глядя на молодого мужчину, отзеркалившего его позу, что свидетельствовало о налаживании контакта на психологическом уровне. Отзеркаливание – признак заинтересованности и метод ее показать. Самое то, что сейчас нужно. – Вы ведь сами знаете, что я прав, и у вас была шальная мысль слинять подальше от эскулапа, задающего неприятные вопросы. Далее, Вы в моем кабинете, значит, уже являетесь моим пациентом, де факто, а запись – это для отчетности. А про деньги... – рыжий покачал шевелюрой, – вообще при мне не говорите. Это дико раздражает. И последнее: я на Вас смотрю, как врач на пациента. Не меньше, но и не больше.

+1

19

Ощущение, что он распялен под увеличивающим оком для пристального изучения, не проходило. Такое внимание к человеку, который не был даже записан на прием, выглядело не просто странно, а даже подозрительно, особенно для впечатлительного казаха.
Значит, смотрите как на пациента, не больше и не меньше? – Хадзи ехидно сощурился. – Знаете, доктор Ли, сколько раз я слышал такие слова? Столько, что...перестал верить… – говорил он уже тише, подчиняясь жесту доктора, но на его тон это не влияло, – Только моя шея и мои плечи не имеют никакого отношения к тем «неприятным вопросам», что вы задавали. Вы сами обратили мое внимание на то, что написано на двери кабинета – «физиотерапевт», ну так и занимайтесь своим делом, лечите тело и не лезьте в мою душу. Или у вас есть еще одна специализация? Хотя о чем я спрашиваю, здесь же все, от охранника на посту до самого завалящего пациента, мнят себя мозгоправами.
Хадзи независимо распрямился, двумя пальцами развернул бумажку, которую дал ему только что доктор, и невидяще уставился в нее.
Может быть, тогда уж сразу и начнете курс лечения, пока я тут? Или у вас есть какая-то особая терапия? Ну так действуйте, раз меня тут не было, никаких претензий не будет...
Ереханов посмотрел прямо в лицо доктору, чья рыжая шевелюра так не вязалась с его монголоидной внешностью, как черный шарф не вязался с белым медицинским халатом. Нервное возбуждение не дало отвлечься даже не странноватый вид доктора, поэтому казах снова сложил бумажку и сунул ее в карман брюк, решив прибрать, в крайнем случае, как улику.

+1

20

Значит, смотрите как на пациента, не больше и не меньше? Ну так действуйте, раз меня тут не было, никаких претензий не будет...
С улыбкой выслушав обличительно-обвинительную речь своего пациента, Джой слегка покачал головой и спокойно рассмеялся.
Мозгоправ – это не специальность, а стиль жизни. А по поводу Вашей болезни... с миозитом шутки плохи... Возвращайтесь обратно на кушетку и снимите свитер – будем лечить, – улыбнулся доктор, снова доставая перчатки, а из шкафчика с препаратами – прогревающую мазь.
«Опять ощетинился... ну что за бестолковое существо? Я ж тебе помочь хочу, так пользовался бы, пока Древний в настроении. Где ты еще такого мозго... веда найдешь».

+1

21

Хмыкнув по поводу «стиля жизни», Хадзи через секунду ошарашенно смотрел на предлагающего раздеться и вернуться на кушетку врача. Наивная попытка вывести человека из равновесия и добиться того, чтобы с позором изгнали из кабинета, а то и из санатория, у казаха не сработала. А Хадзи  надеялся, что так он избавится от необходимости выбирать.
Развернувшись и гордо прошествовав к койке, он первым делом наклонился к стулу, на котором висела забытая впопыхах майка. Пожалуй, именно она стала самой весомой причиной того, что он не захлопнул дверь в кабинет с той стороны. Не привык разбрасывать свои вещи. Как охарактеризовал бы его поведение Рэй: «Обычная казахская жадность». Хадзи имел на то свой взгляд, он считал, что периодами у него просыпается хозяйственный инстинкт. Вот и сейчас, нагнувшись к черной майке, он поправил сползшую со спинки стула лямку, возвращая ей симметричность.
Плащ вновь был свернут и уложен, наверх водружен черный свитер.
С мио... чем? – хоть врач и улыбнулся, Хадзи улыбке ни на грош не поверил. В конце концов, садисты тоже улыбаются. Уж очень доктор Ли оказался сговорчивым, снова натягивал перчатки, так быстро, как умеют только долго практикующие врачи.
Усевшись на койку, он вдруг признался:
У меня такое чувство, что я вас вынуждаю это делать. Не боитесь, что сейчас распахнется дверь и в кабинет ворвется внутренняя инспекция? Я ведь известный в Приюте взяточник...

0

22

»Не на того напал», – мысленно улыбнулся доктор, ведь он не привык оставлять дела на полдороге, так что методично размял пальцы.
С мио... чем?
Миозит – острое воспаление мышц, в Вашем случае – шейно-плечевого пояса. Опасен тем, что прогрессирует. То есть при переходе в хроническую стадию, боли будут нарастать и усиливаться, а подвижность – уменьшаться. Как я уже сказал – ничего хорошего, так что Вы удачно зашли.
Примостившись обратно на горизонтальную поверхность, пациент вдруг заявил свое беспокойство о ...самом Ли.
Это чувственная галлюцинация, – улыбнулся Френсис, – а бояться... боюсь я всего двух вещей, даже не боюсь, а опасаюсь, и инспекция в них не входит.
Выдавив мазь на кончики пальцев, подышал на субстанцию, чтобы не так холодно было. и принялся методичными, мягкими движениями втирать ее в шею «главного взяточника всея Приюта».

+1

23

Чувственная гал-л-люцинация, – протянул казах. – По-о-онятно.
Хотя ничего понятного он не видел, и вообще было непонятно, чем эта галлюцинация могла быть вызвана. Вновь обездвиженный хмырем в белом халате, у которого на все происходящее имелась одна единственная вежливая улыбочка, казах принялся по второму кругу рассматривать кабинет.
Почему-то в голову забрели мысли о взносах в фонд обязательного медицинского страхования, которые не имели вообще-то никакого отношения к этому, вполне частному санаторию, который выглядел круче, чем ведомственная клиника казахских вооруженных сил на его исторической родине. Конечно, обездвиженность и сиденье для любого другого (нормального) человека были совершенно разными понятиями, но Хадзи жил под девизом «Покой нам только снится» и сопутствующим ему лозунгом «Ни одного стула – без гвоздя», где под словом «стул» все-таки подразумевалась мебель.
Кстати, о снах: нынешней ночью бывший разведчик возвращался иногда туда, где к нему приходил светловолосый человек в белом халате, руки которого были теплы. Но все остальное, начиная от косметического ремонта и завершая картинным пейзажем за окном, было другое. Наблюдая за тем, как доктор размазывает выдавленную из тюбика массу, готовясь к сеансу лечения, Хадзи внутренне передернулся, но постарался сохранить лицо. Все-таки разговор с Рэем и вызванный им сон-воспоминание навеяли странное настроение. Пытаясь уговорить себя успокоиться, а сердце – унять сердцебиение, пациент невольно ссутулился под руками врача.

+1

24

Несмотря на то, что лирианец обещал себе не «лезть в головы» без особой на то необходимости, сейчас он с трудом сдержал порыв узнать, что же, черт побери, вогнало его пациента в такой ужас, что этот парень, (а по сравнению с бывшим Связным Хадзи был просто ребенком) так дергается от невинных прикосновений?
Очень-очень мягко проведя ладонями по шее и плечам казаха, доктор Ли отнял руки от «рабочей поверхности».
Хадзи, я не могу работать, когда Вы так напряжены... и не могу работать не прикасаясь к Вам, увы, – Джой вздохнул и добавил тихо, – если хотите, можем завершить сеанс.
«Если ты так меня боишься... или не меня... Все равно тебе придется терпеть руки другого лечащего врача».

Отредактировано Джой Френсис Ли (15-09-2011 20:01:35)

0

25

Хадзи моментально выпрямился. Одна только мысль о том, что врач пытается избавиться от него, заставила поперечного казаха внутренне возмутиться: «Нет, теперь ты от меня не отделаешься!». Тем более, что мышцы шеи и плеч почувствовали намечающийся кайф и теперь не хотели, чтобы приятная процедура поглаживания и согревания обломилась в самом начале.
Простите, я просто не умею расслабляться... – раз доктор убрал руки, то Хадзи обернулся к нему, поджав одну ногу под себя для устойчивости. Растрепанные волосы тут же прошлись по помазанному месту и слиплись в клок.
Во всяком случае, мне, чтобы расслабиться, требуется время…
О том, что его лучше всего расслабляет не время, а градус, Хадзи промолчал. Доктор Ли хоть и из России, но на Западе, видимо, работает давно, наверное, уже обзавелся какими-нибудь местными стереотипами о русских, которыми здесь считают всех выходцев с территории Че-Че-Че-Пи, как сказал бы друг Арканджелли...
Я просто задумался... Этот вечный дэдлайн, ну вы понимаете? Даже на отдыхе покоя нет. Все мысли о работе... – он умоляюще взглянул снизу вверх. – Вы просто говорите о чем-нибудь, чтобы я отвлекся. Вот, расскажите, каких таких двух вещей боитесь... Раз уж упомянули... И продолжайте сеанс, пожалуйста...
Казах повел носом в воздухе и сделал глубокий вдох. Плечи расправились, грудь поднялась.
У вас тут тепло и пахнет хорошо... Сдобно... Я не буду больше дергаться, честное пионерское...

+2

26

Простите, я просто не умею расслабляться... Я не буду больше дергаться, честное пионерское...
Будем считать, что я вам поверил, – улыбнулся доктор Ли. – Волосы будут мешать.
Констатировав сей факт, Джой стащил перчатки и отправил в мусорку. Взяв со стола тонкий карандаш, доктор мягкими движениями свернул «гриву» Хадзи ракушкой, аккуратно закрепляя карандашом на затылке импровизированную прическу.
Так-то лучше, – менее, чем за час, уже третья пара перчаток обтянула руки врача. Выдавив еще прогревающей мази, принялся заботливо и бережно втирать ее в тонкую кожу своего пациента. – Хм-м, в моем кабинете водится лишь девяностоградусовое время, – Френис усмехнулся, вспоминая, как сам расслаблялся. Было бы глупо строить легенду о русском китайце из Владивостока, никогда не побывав в этом городе.
Не думаю, что сейчас уместно беседовать о моих опасениях, они навевают грусть и мрачность, – с шеей закончено, теперь правое плечо.

Отредактировано Джой Френсис Ли (16-09-2011 21:42:10)

+2

27

Хадзи вынужденно стерпел еще и перевоплощение врача в парикмахера. Раньше прикасаться к своей шевелюре он позволял только супруге.
Мне кажется, что в руках врача обычный карандаш может превратиться в настоящее оружие... А уж вы-то должны знать все болевые точки... Грусть и мрачность, мне это знакомо, – казах откликнулся эхом, мотнул головой из стороны в сторону, будто проверяя прическу на устойчивость к потрясениям.
Адреналин, выплеск которого во время сражения с дверью превратил его в шута горохового, постепенно растворился в крови, или с ним произошло что-то другое, что свойственно адреналину, ведь, как говорится, ничто не вечно под луной. Во всяком случае, теперь Хадзи был абсолютно спокоен. Если бы не докторские руки, разминающие его плечи и разогревающая мазь, начинающая действовать, он бы даже не ощущал того, что находится среди живых. Просто белокожая скульптурная композиция.
Я обещал жене завязать с девяностоградусным временем... Разве что восемьдесят девятью меня теперь можно... расслаблять... Но, наверное, этого и не потребуется теперь. – меланхолично откликнулся он. – Вы простите мою выходку... И то, что я наговорил...
Пациент невольно отклонился назад, подаваясь навстречу рукам врача, дарящим тепло и негу.
На самом деле, меня тут не должно было быть, ни одному нормальному человеку не захочется вспоминать, что со мной было. Вот и лечился я здесь не от клептомании... и взяткодатия... Но я, как мотылек, постоянно лечу на пламя. Знаю ведь, что сгорю...

+1

28

Мне кажется, что в руках врача обычный карандаш может превратиться в настоящее оружие... А уж вы-то должны знать все болевые точки...
Резкая смена настроения пациента уже не удивила; этот человек весьма импульсивен и подвержен крайностям, что подтверждает психологическую уязвимость... Стадию возбуждения сменяет торможение.
Может, – согласился Джой, – но вы ведь знаете, что обладая умением причинить вред человеку, пользоваться этим навыком можно лишь в случае защиты собственной жизни и жизни окружающих.
Из последующей вполне спокойной и адекватной речи, Френсис получил не мало полезной информации о нежданном-негаданном пациенте:
1. С ним случилось что-то действительно плохое и, судя по тому, как этот молодой мужчина шарахнулся от прикосновений... доктор вполне догадался, что именно;
2. В наличии имеется супруга, так что глупостей казах не наделает и экстренной психологической помощи не понадобиться благодаря поддержке родного человека;
3. «Золотой середины» для вышеупомянутого казаха не существует, с этим надо поаккуратнее;
4.  Он уже здесь, а Приюте, «засветился».
Вы простите мою выходку... И то, что я наговорил...
Не стоит беспокоиться, – отозвался физиотерапевт, – мне доводилось видеть и слышать разное.
Извинения – большой плюс не в плане личной симпатии, а в плане адекватной реакции на происходящее, Хадзи «созрел» для беседы.
На самом деле меня тут не должно было быть... Знаю ведь, что сгорю...
Закончив процедуру, бывший Связной вновь положил руки на плечи Ереханову, то ли это был жест поддержки, то ли – часть ритуала завершения сеанса.
Знаете, Хадзи... наверное, я не скажу ничего нового для вас, но вот это «знаю, что сгорю» – банальное самовнушение. Самое грустное, что в глубине души вы желаете «сгореть». Это чувство вины за произошедшее с вами... Поверьте, в случившемся, что бы это ни было, нету вашей вины, ни капли и ни дюйма, – склонившись к самому ушку пациента, Древний тихо произнес: – Не надо быть судьей, обвиняемым и палачом в одном лице. Простите самого себя... или хотя бы попытайтесь это сделать...
Джой выпрямился, убирая руки, поскольку ему не понравилось поведение собственного сердца, гулко стукнувшего о ребра. Это, как минимум – неэтично.

Отредактировано Джой Френсис Ли (19-09-2011 13:46:37)

+1

29

Хадзи буквально переменился в лице, когда врач заговорил о самообороне. Уж лучше бы самозащиту с помощью карандашей, папок и степлеров преподавали повсеместно. На войне она не поможет, но вот в офисе можно кое-что кое-кому повредить, если понадобится.
Я вовсе не хотел сказать, что вы можете причинить вред... Нет, я о другом. О том, с каким спокойствием я отдал бы себя в руки такого человека, как вы, доктор Ли... – лицо Хадзи залила краска, он сам не понял, отчего больше смутился, от первой части своей речи или от второй.
Но сеанс был закончен, поэтому лицо было больше не спрятать. Доктор сейчас выйдет из-за спины. Вот и не зная, можно уже одеваться или еще не все, полуодетый казах продолжал пылать, как маков цвет, сидя на койке. Ему стало жарко. Может быть, дело было в действии мази, которая не только согревала мышцы, но и заставляла быстрее бежать кровь. А может, это аллергия на компонент мази. Или это и есть самое нормальное действие. А может быть, дело как раз в том, что сказал ему мудрый доктор: «Дело в самовнушении...».
Оставленный на какое-то время внутренний жар нашел-таки подкрепление извне. В медицине Хадзи разбирался слабо, в ванили чуть больше, поэтому он покосился в сторону освежающей коробочки на стене. Дверь находилась по-прежнему на месте.
Хадзи ненавидел себя в те моменты, когда он погружался в рефлексию. Доктор же, похоже, хотел от него именно этого, повторяя то, что ему уже говорил его лечащий врач несколько лет назад: «Поверьте, в случившемся... нету вашей вины, ни капли и не дюйма».
Хадзи привычно тряхнул шевелюрой, отрицая сказанное врачом:
«Ну ведь угораздило же меня родиться с такой смазливой внешностью. Или и тут родителей обвинять?!».
Но приблизившееся дыхание мужчины, превратившееся в предназначенный только ему шепот, заставило сердце испуганно замереть: «Не надо быть судьей, обвиняемым и палачом в одном лице. Простите самого себя... или хотя бы попытайтесь это сделать...»
Я так хочу это сделать... – слова неожиданно вылетели из него, как воздух от порвавшегося шарика. Но врач, исполнив роль крючка, уже отстранился.
Обретя самостоятельность, независимость и едва ли не самостийность, но насмерть перепуганный творящимся у него внутри беспределом чувств и эмоций, Хадзи принял самое привычное для кочевника решение:
«Бежать!»
Чуть сдвинувшись к краю койки, он не рассчитал, что брюки сшиты из кожи, а кожа для пущего блеска еще отлакирована. Так что растерянный казах мгновенно соскользнул на пол, торопясь продолжить знакомство с местным кафелем:
Помогите мне! Джой!

+1

30

Я вовсе не хотел сказать, что вы можете причинить вред... О том, с каким спокойствием я отдал бы себя в руки такого человека, как вы, доктор Ли...
Неожиданный комплимент вызвал у Джоя удивление, даже легкое недоумение, выразившееся слегка изогнутой бровью, хотя самолюбие бывшего Связного потешило. Ласковое слово и кошке приятно, не то что уже целый час распинающемуся лирианцу. Эмоциональный фон в комнате слегка сменился, отражая состояние казаха, осознавшего насколько двусмысленно сделанное заявление...и снова пульс библиотекаря решил тактично напомнить о своем присутствии и о том, что пациент весьма симпатичен. Однако сия попытка была подавлена в зародыше столь же безжалостно, как и первая. Джой – врач, к тому же сам сказал «не меньше, но и не больше», так что сидеть смирно и не делать лишних телодвижений. Пульсу не оставалось ничего иного, как обиженно послушаться приказа, возвращаясь к нормальному ритму.
А казах упрямо отказывался верить в трагическое совпадение, если заметить отметающее слова движение головы.
«Вот ведь... глупое создание, делать нечего, как помучить себя лишний раз, мазохист, что ль?»
Я так хочу это сделать...
Вот они, ключевые слова и истинное желание, случайно вырвавшееся из усталого и измученного сознания в обход разуму.
«Значит, еще не все потеряно...»
Френсис, ругающий себя за то, что переборщил с подчеркиванием своих слов, почувствовал панику Хадзи и остро резанувшую мысль о побеге. И даже не пытался бы остановить Ереханова. Во-первых, теперь он сам вернется рано или поздно, во-вторых, требует осторожности в обращении.
Помогите мне! Джой!
Время, казалось, притормозило свое течение, замедлившись в несколько раз, такое ощущение в экстремальной ситуации возникает у любого тренированного человека или нечеловека в нашем случае, так что доктор Ли успел обогнуть кушетку и поймать на лету стремящегося на свидание с полом «гостя».
Все в порядке? – спросил Джой тихо, хотя... этот представитель рода человеческого был слишком близко, чтобы можно было с уверенностью ответить на вопрос в утвердительной форме.
«Черт...»

+1


Вы здесь » Приют странника » Будущее » Когда воздух пахнет ванилью