Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Будущее » Монмартр


Монмартр

Сообщений 1 страница 22 из 22

1

Время действия: 2010 г., 3 октября.
Место действия: Франция, Париж, Монмартр.
Действующие лица: Тильман Шнайдер, Бранд Эстер.

http://s7.uploads.ru/odRAa.jpg

0

2

[5 ноября, 12:00]

Перелет прошел комфортабельно. Большего сказать было нельзя, поскольку Тильман мало что запомнил из этих трех часов, что ему удалось побывать в небе. Иначе говоря, мсье Шнайдер банально проспал все путешествие. Самолет был небольшим, уютным - напоминал отцовскую машину, на заднем сидении которой Тильман любил ездить в детстве. Он был располагающим к себе, вызывал доверие, чувство беззаботности и глубокого умиротворения. Это вам не огромные "Боинги" и иже с ними, где полно людей. Самых разных людей, порой не совсем того характера, который хочется видеть на соседнем сидении.
Тиль в оцепенении смотрел на дисплей своего телефона, на котором рождалось сообщение жене. Его взгляд словно запутался в двадцати семи буквах коротенького текста, растеряв среди них остальные мысли на счет того, о чем написать еще. Абсолютно ясно, что это не сообщение жене. Женам такие SMS не пишут, потому что сообщения от мужа должны быть успокаивающими и понятными, а сухой язык отчетов на эту роль совершенно не годился. Итак, что мы имеем?
Перелет прошел комфортабельно...
Тильман, секунду поколебавшись, стер сообщение и провел пальцем по сенсорному дисплею, словно нащупывая нить, за которую можно ухватиться. Его мысли все еще вертелись вокруг состоявшегося четверть часа назад разговора. Мысленно он все еще был за столиком кафе под открытым небом, посреди площади набережной Сены. Эфирный Тиль заново говорил под пестрым зонтом, игнорируя чашку латте и пепельницу, в то время, как в реальном времени Тиль настоящий сидел в своем номере на кровати и писал SMS жене.
Долетел хорошо. Всю дорогу спал.
Слова, возникшие в белом поле, все еще были суховаты, однако это уже больше походило на обычное текстовое сообщение, но не на вырезку из протокола. Команданте хотел еще что-то написать, тем более, что он поселился в одном из самых живописных уголков Парижа. Но Команданте не давала покоя небольшая кожаная сумка с пакетом бумаг, которые он получил сегодня. Ему не давал покоя весь этот разговор, что-то насторожило и продолжало настойчиво тыкаться где-то из глубин сознания, но охватить это неясное нечто Тиль не мог. Вдобавок снова начиналась мигрень, отвлекая еще больше, чем шум с улицы и мысли о встрече.
Отложив телефон на кровать, Тильман встал и подошел к ночному столику. На нем возле светильника стояла баночка с его таблетками, на путеводителе по городу, рядом с французским разговорником и книжкой, которую Тиль купил в аэропорту. Команданте вытряхнул на ладонь капсулу и забросил ее в рот, запив водой из графина.
Пока неприятная пульсация над глазами будет утихать под воздействием ацетилсалициновой кислоты, Тиль решил, что наберется вдохновения. Тем более, что веселый шум стаек туристов, что текли узкой извилистой улочкой прямо под окнами гостиницы, привлекал внимание. Тиль выглянул из окна, прищурив глаза от яркого света дня. Из булочной напротив доносились сладкие запахи, вызывая желание спуститься вниз и купить парочку кексов. Тильман слышал, что французская выпечка не уступает знаменитым венским булочкам, а он за два дня пребывания в столице Франции, так этого и не проверил. Вообще, неплохо было бы привезти их домой, жена с дочерью будут в восторге, да еще и Макс в шутку просил привезти чего-нибудь "эдакого".
"Только не сувениры. Я знаю, как ты не любишь возиться с хрупкими фигурками, да и ставить мне их, в общем-то, некуда уже".
Тильман был готов поспорить, что Штейнвальд не любил вопросы "Что тебе привезти?" не меньше, чем он сам.
Снова усевшись на кровати, Тиль взял в руки телефон, и добавил уже более уверенно и вдохновенно: "Не волнуйся, со мной все хорошо. Я закончил свои дела, завтра вылетаю домой. Люблю тебя".
Удовлетворившись написанным, Тиль отправил сообщение. Как раз в этот момент в дверь постучали.

Отредактировано Тильман Шнайдер (21-03-2012 16:15:05)

+4

3

Сначала – звонок директора и короткий разговор с ним. Объект, время, место, суть задания. Объекту Бранд не удивился, Бранд уже давно отучил себя удивляться в тех случаях, когда это было связано с работой. День на подготовку. Короткое сообщение сестренке – «Париж, работа». Как всегда, никаких сроков, Костлявая не любит, когда ей назначают сроки, хотя сама частенько этим балуется с легкой подачи врачей… Париж! Это порадовало. В этом городе Бранд чувствовал себя как рыба в воде. Потом был быстрый перелет на зафрахтованном Приютом (а быть может – ему принадлежащем) небольшом самолете, рассчитанном максимум на пятнадцать пассажиров. Аэропорт Ле Бурже. Конспиративная квартира в двух кварталах от апартаментов объекта.
Потом очень осторожное и очень аккуратное наружное наблюдение. Все-таки «приказ об увольнении» нужно было передать не кому-нибудь, а бывшему начальнику охраны. Фотографии, очень много фотографий, пусть – снятых всего лишь цифровой мыльницей. Бранд знал, кого попросить о фотосъемке, кто сделает это так, что мистер Шнайдер не догадается – его пасут. Полные первые сутки его пребывания в Париже были потрачены чистильщиком на сбор дополнительной информации (досье, предоставленное Штейнвальдом, так же было тщательнейшим образом изучено: характер, привычки). Целые сутки ушли на то, чтобы максимально полно ответить на один вопрос – «Wer ist Herr Schneider?» и чем он занимается в течении дня.
То, что объект не имел своего транспорта и жил на Монмартре, вносило в план его устранения существенные коррективы. Во-первых, выяснилось, что отработать цель из снайперского оружия не получится – есть удобные точки, но нет к ним доступа. Пистолет с глушителем – не вариант использовать его средь бела дня в толпе народа. Не в духе Эстета. Духовая трубка и отравленный дротик, или просто отравленная иголка? Тоже отпадает. Бранд не стал бы рисковать и сокращать дистанцию. Даже учитывая, что он собирался изменить внешность, была немаленькая вероятность быть узнанным.
Выход из ситуации, однако, был найден. И был он простым. Во-первых, Бранд не рисковал быть увиденным и узнанным. Во-вторых – даже в случае провала он вообще ничем не рисковал. Приняв для себя решение, он свернул фотографии на экране нетбука, зашел в скайп и отправил вызов человеку, который мог помочь со взрывчаткой. Бранд уже когда направлялся в Париж, учел что может работать по этой схеме и прихватил с собой кроме оружия (восемнадцатый Глок с возможностью установки глушителя и винтовку – ВСС) чип с пультом радиоуправления. Оставалось лишь настроить чип настроить на ту же частоту, ну а кондер заряжать надо уже непосредственно перед монтажом устройства. Осталось наведаться на ближайшую заправку, где заправляют дизельным топливом, и в маркет – за бутылочкой хорошего французского вина. Не для себя – презент для господина Штейнвальда.

+6

4

- Faire la chambre, monsieur Schneider, - донеслось из-за двери сразу же после деликатного стука. Тиль увидел едва заметную тень, маячущую под дверью и сразу же вспомнил, где лежит картонная табличка "Priere de ne pas deranger", которую он безуспешно искал целое утро. Как назло, он вспомнил об этом только тогда, когда его уже побеспокоили. Тильман выдохнул. Ему никуда не хотелось сейчас идти и он был готов попросить горничную повременить с уборкой, сославшись на свое плохое самочувствие и потребность остаться в номере и принять таблетки. Но сквозь открытое окно с улицы, вместе с шумом улочки, в номер забирались соблазнительные запахи из булочной напротив, и Тиль решил, что раз уже ему приходится ненадолго покинуть номер, лучше покориться судьбе и заодно купить сувениры всем домашним и что-то Максу. Мучительно пытаясь припомнить хотя бы пару коротеньких фраз на французском, Тиль заметался по комнате в поисках рубашки. Пиджак-то вот он, висит себе преспокойно на спинке стула, рядом со столом и дорожной сумкой на колесиках.
Ну уж нет, дружище, в этот раз я не собираюсь тебе помогать. Придется искать самому, сегодня я не при делах. Я простой пиджак и храню твои рубашки, ЕСЛИ ты их положишь рядом со мной. Но я не обязан их ИСКАТЬ, так что прости - выпутывайся сам.
Тиль корил себя за то, что в этот раз не повесил рубашку под пиджак, как делал это всегда и везде, но сейчас ее там не было, а за дверью стояла терпеливая француженка с тележкой чистящих средств и ждала, пока немецкий остолоп соизволит открыть ей дверь.
- Minute! Attendez une seconde! - на исковерканном языке Гюго крикнул Тиль, заглядывая в гардероб, но там висели пустующие плечики, за исключением одного, где мирно покоился его кардиган и сменный костюм, который он одевал вчера на переговоры, но, увы, воротник рубашки от него выглядел неприглядно, как то бывает после ношения в жаркий день. - А-ам.. Черт! Je ne suis pas habillеe.
С той стороны послышалось приглушенное "Оу..." и спустя несколько секунд "Excusez-moi, monsieur. Je viens plus tard?".
- Non... non, - его рука достала немного мятую на рукавах и спине, но в целом нормального вида рубашку для прогулок, без нагрудных карманов и с округлыми вырезами по боках для ношения навыпуск. - A l'instant.
За дверью стояла хрупкая женщина средних лет в опрятном строгом черно-белом платьице, не имеющем ничего общего с теми вульгарными нарядами, которые надевают любительницы ролевых игры. Тиль чуть виновато улыбнулся и галантно отступил в сторону, держа в руке за спиной разговорник французского, заложенный на разделе "О гостиницах" большим пальцем.
- Mille pardons de vous avoir fait attendre, - произнес Тильман, следя за своей дикцией, хотя все равно пришлось сознаться, что получилось паршиво. Оставалось надеяться, что его старания будут заметны и окажутся оцененными.
- Il est normal, - улыбнулась женщина, вкатывая в номер свою тележку.
Тильман взял свой бежевый кардиган и выскользнул в коридор, прикрыв за собой дверь. В его номере теперь властвовала горничная, и Тиль решил, что раз в его крохотном государстве из 50 квадратных метров случилась замена власти, лучше уж ему хорошенько погулять по городу, и вернуться поздним вечером, когда он снова обретет полномочия на широкую кровать и ванну.
Лифт мелодично звякнул и дверцы разошлись, пропуская туриста из Швейцарии внутрь.

Отредактировано Тильман Шнайдер (21-03-2012 18:11:34)

+3

5

Сразу после возвращения в квартиру, заперев за собой дверь, Бранд вновь включил нетбук, активируя популярную программу – мессенджер, прибавив звука, Эстет направился на кухню, разбирать покупки.  Бутылка  дорогого вина, пакет молока, багет, газета. На полу в пластиковой канистре, дожидалась своей очереди горючка. Из комнаты мяукнуло, в правом нижнем углу экрана всплыл стикер «курьер будет у Вас через три минуты. Встречайте». И действительно, через  три минуты и двадцать секунд в дверь постучал молодой человек в униформе одной из известных транспортных компаний.
- Будьте любезны.
Пришлось даже расписаться. Курьер был липовый, бланк чистый, а вместо росписи Бранд поставил смайлик, но любой житель этого дома, случайно или неслучайно ставший свидетелем этой сценки, ничего не заподозрил быт. Полученный киллером сверток мог быть чем угодно, например, внутри могла оказаться эксклюзивная рубашка.
Наскоро перекусив багетом и запив его молоком (просто проделав дыру в емкости), Бранд решительно очистив от посторонних предметов кухонный стол, принялся за снаряжение посылки для господина Шнайдера. Распечатав бутылку с вином, содержимое чистильщик вылил в раковину. Пробку отложил в сторонку – она еще должна была послужить. Пустую бутыль Бранд тщательно прополоскал. И тоже отставил в сторонку. Коктейль «Летучий Немец» он собирался замешать в отдельной таре, состав был такой – на девяносто семь процентов горючки три процента взрывчатки.
«Хм, взрывчатки хватит не на одну такую бутылочку…»
На кухне Бранд работал в перчатках, причем в два слоя – иначе через какое-то время проступает папиллярный узор. Тщательно перемешав содержимое в пластиковом ведерке и закрыв крышку, Бранд принялся за пробку. В ней предстояло сделать выемку под чип.
Спустя некоторое время, когда протертая от отпечатков пальцев и полностью снаряженная бутылочка, была упакована в бумажный пакет, Бранд получил еще одно сообщение на нетбук. Пистолет с глушителем был заряжен, обернут в газету и уложен в пакет одного из обувных бутиков Парижа, так что рукоять пистолета была спрятана за ручками.
«Объект покинул номер».
И отправил столь же короткое сообщение:
«Продолжай наблюдение».
Из шкафа было извлечено просторное драповое пальто и аккуратно разложено на кровати. Около получаса ушло на то, чтобы побриться. Еще час – чтобы сделать накладки на нос, водрузить на голову резиновую «лысину», закрыть линии перехода тональным кремом. Итак, спустя некоторое время из квартиры, в которой остановился Бранд Эстер, вышел лысый как колено, чисто выбритый горбоносый мужчина в драповом пальто, темно-серой рубашке, черных брюках и туфлях. В одной руке он нес пакет бумажный, а в другой - нарядный, наподобие тех, с которыми мадам и мсье возвращаются из похода по магазинам. Глаза этого субъекта было невозможно рассмотреть за очками тишэйдами, а кисти рук были скрыты мягкой кожей перчаток. Мсье собирался воспользоваться услугами такси и сделать сюрприз одному своему доброму знакомому. Пульт находился в левом кармане пальто.

Отредактировано Бранд Эстер (22-03-2012 16:21:19)

+4

6

Тиль сидел а одним из столиков снаружи кафе, во второй раз за два дня в Париже оказавшись под большим зонтом. Только этот был не пестрым, а белым с логотипом чешского пива, которое сейчас исходило пеной прям перед Тилем. Команданте занимал себя тем, что просто сидел, смотрел как вокруг ходят люди, прислушивался к обрывкам разговоров на разных языках Европы и рисовал узоры на запотевшем стекле высокого бокала с той же эмблемой, что и на зонте. На часах было только пол-второго, до вечера, именно столько наш Команданте намеревался гулять по городу, было еще море времени и пить свое пиво он не спешил. Тем более мысли о работе наконец оставили его, позволив расслабиться и окончательно интегрироваться в Общество Туристов-Со-Всего-Мира, которые сновали вокруг, фотографировались, как вот те беззаботные веселые азиаты, и наслаждались отдыхом, как вот тот мужчина с узкими глазами и в песочного цвета свитере, покупающий своей дочери рожок мороженого.
Рассевшись в удобном пластиковом кресле, Тильман не без сожаления думал о Штейнвальде, как обычно сидящим в своем кабинете по уши в работе, делая перерыв лишь чтобы пройтись территорией, чтобы пообщаться с пациентами и съесть свой обед. Трудно было сказать характер ли Максимилиана заставлял его проводить на работе большую часть всего своего времени, или Тиль просто плохо убеждал. На деле Команданте не раз пытался вытащить друга хотя бы на рыбалку к озеру Винтерхолд. Если верить брошюрам лесничества Монте-Верди, там во время сезона прекраснейшая форель. Тиль давно припас удочки, они стояли у него в гараже вместе со свернутой в рулон надувной лодкой и рюкзаком со снаряжением. Все это он заготовил еще прошлой осенью, собираясь вытащить Макса из-за стола, но тогда случилась та скверная история с пропавшим пациентом, найденным в горах и было уже не до рыбалки. Которую Тиль, кстати, не очень любил - предпочитал более активный отдых, но зная Макса и его любовь к неспешному созерцанию прекрасного - посиделки с удочками посреди озера были прекрасным вариантом развеять профессора.
Тиль глотнул пива и засмотрелся на хорошенькую официантку-француженку, принесшую вазочку мороженого мужчине в песочном свитере и его дочке. Ему тоже захотелось что-нибудь заказать.

+3

7

…Еще сидя в такси, Бранд отправил короткое сообщение осведомителю и получил столь же исчерпывающее сообщение с точными координатами места, где наблюдатель приостановил слежку.
«Пьет пиво. Значит, информация подтверждается – обьект воспользуется либо такси, либо общественным транспортом. Также нельзя отметать  такой вариант, как пешая прогулка. также нужно быть готовым к тому, что операция затянется не на один день» ,- Эстет с рассеянным видом любовался городом, сидя на заднем сиденье в такси. – «Ну что ж, в крайнем случае буду импровизировать. Главное – отработать цель аккуратно. Не столь важно – сегодня, завтра или послезавтра. День-два роли не сыграют».
Достигнув места назначения, Бранд расплатился с таксистом и неспешно направился к одному из зонтов-навесов, под которыми так уютно расположилась маленькая сувенирная лавочка. Бранд, с одной стороны, создавал видимость интереса к предлагаемым товарам, с другой – следил за Шнайдером, расслабленно потягивающим пиво.
«Алкоголь? Замечательно! Внимание притупится, время реакции увеличится… Мне, быть может, будет чуточку проще», - слоняясь между торговых рядов (и даже купив маленькую фигурку Эйфелевой Башни для отвода глаз), Бранд не выпускал «обьект» из поля зрения. Эстет сейчас мог произвести впечатление человека влюбленного и нетерпеливо ожидающего рандеву. Сувенир, бережно сжимаемая бутылка вина в бумажном пакете, праздничный пакет из модного бутика, общий импозантный вид… Вроде бы неплохая легенда...
Итак, Бранд сократил расстояние до Тильмана, оставаясь, между тем, в десяти шагах за его спиной и более того, почти спиной к нему, ориентируясь по отражению в витрине. В отражении, к сожалению, герр Шнайдер был виден лишь наполовину - левую, из-за прочих посетителей, частично закрывавших обзор. Но это было вполне достаточно для слежки.

+4

8

- А votre service, monsieur, - хорошенькая официантка мило улыбнулась Тильману, подойдя к его столику. Она элегантно, как и подобает утонченной француженке, держала в руках блокнотик и Команданте засмотрелся на ее изящные пальчики. Тонкие женские пальчики, ровно, как и большие глаза - были его слабостью, вызывая тихое мужское восхищение женственностью особы, обладающей ими. Он не мог терпеть женщин с большими руками и толстыми пальцами; это мужские руки, созданные для работы, для войны или просто чтобы отвесить хулигану оплеуху. Женщине такие лапы ни к чему, а вот больше глаза... Рациональную подоплеку этой слабости Тиль не вывел, да и не старался очень, просто ему нравились красивые выразительные глаза. Еще тоненькие лодыжки?
- Oh... - Тиль уже было разогнался, чтоб ловко щелкнуть какой-нибудь французкой галантностью, почерпнутой из разговорника за бокалом пива, но вдруг споткнулся еще на старте, и из его уст вырвалось только "Oh..."
- Vous еtes belle, - выпалил Тильман и тут же прибавил, подсмотренное только что в какой-то афише, окруженной красивыми романтическими вензелями и кучкой детей среднего школьного возраста, преимущественно девочками. - La Belle au bois dormant.
Девушка звонко засмеялась, прикрыв красивые ровные зубки своей изящной ладошкой. Тильман осторожно расслабился и улыбнулся в ответ, чтобы она его не раскусила. Команданте ненавидел такие моменты. Но он старался выглядеть молодцом, а во Франции, скорее всего, умели ценить обходительность, на каком бы языке она не звучала.
Когда девушка отсмеялась и чинно извинилась, сдерживая смех, она снова поинтересовалась чего желает мьсе.
- Glace а la crеme, s'il vous plait.
Она снова улыбнулась, Тиль был готов держать пари, что эта улыбка была бонусом, не оговоренным в ее трудовом контракте. Когда хотел, Команданте мог быть очень милым и харизматичным. В работе приходилось быть суровым, страшным, но все равно харизматичным, но эта харизма была как направленный в лоб пистолет - она повлияет на объект в любом случае, хоть и не самым приятным образом. Мимо Тиля пронесся какой-то мальчик, топая ножками, как маленький гиппопотам. Забрав его бокал, в котором оставалось больше половины, девушка оставила Команданте без занятия, и он начал просматривать пластиковую табличку в подставке, рекламирующую фирменные блюда этого кафе. В списке было заказанное им мороженное. Команданте решил отойти и выкурить сигару на специальной площадке за кафе, где стояли такие же столики зоны для курящих. Он нарочно выбрал столик именно здесь, так как планировал удержаться от второй сигары, ведь до вечера было еще далеко. Но сегодня решил, что может расслабиться полностью и позволить себе три. Жена осталась за Альпами, так почему бы и нет?
Внезапно раздался громкий хлопок и звон стекла. Хлюпнула вода и ботинки Команданте залило холодным. Окружающим, как и самому Команданте, первое время показалось, что прозвучал выстрел, но зеленоватые осколки "Мадам Клико", откатившееся ведерко и лежащий в пенистой луже официант успокоили Тиля, но разозлили маму бегающего между столами мальчика.
- Простите, сэр, Вы мне не поможете?
Тильман увидел перед собой того самого мужчину в песочного цвета свитере, похожего на кардиган самого Команданте. Англичанин виновато развел руками и чуть улыбнулся.
- Побудете с моей дочерью пару минут, пока я схожу за новым мороженым для нее? Она еще маленькая и боится, когда много незнакомцев вокруг. - только сейчас Тиль увидел еще и осколки вазочки в белой кляксе на земле. - Сара, я сейчас вернусь, только куплю новый пломбир. Этот мистер посидит с тобой, будь послушной.
- Не беспокойтесь. - ответил Тиль на своем чистейшем английском, даже подражая британскому акценту, который ему нравился. - Идите скорее, пока снова не образовалась очередь.

Отредактировано Тильман Шнайдер (03-04-2012 10:25:24)

+2

9

Спустя какое-то время официантка и на него обратила внимание. Бритоголовый господин посетовал на то, что точность – вежливость королей, а его избранница всего лишь продавец в магазине косметики и парфюмерии. Заказ был весьма скромным – стакан апельсинового сока, парочка круассанов с вишневым вареньем. Сейчас джентльмен тщетно пытался сосредоточить свое внимание на газете.
Бранду же газета была неинтересна вовсе. Лишь вскользь касаясь взглядом строк, он следил за объектом.
Вот раздался хлопок, звук был немного похож на выстрел, и джентльмен испуганно оглянулся, закрыв газетенку и развернувшись, неловко облокотился правой рукой на покатую спинку пластикового стула. И с облегчением выдохнул, убедившись, что это всего лишь бутылка.
Бранд повел себя иначе. Отложив газету, кистью левой руки он скользнул к пакету… но убедившись, что хлопок – всего лишь звук, сопровождающий безвозвратное разрушение емкости, некогда наполненной жидкостью, лишь поправил лямки нервным жестом незадачливого Дон Жуана, чья возлюбленная все никак не появится. Уже после того, как убедился, что оранжевый рейтинг ситуации был присвоен несвоевременно.
Приняв заказ, расплатиться с официанткой, обаятельно улыбнувшись из-под сдвинутых на нос очков, вызвать улыбку безобидным комплиментом, оставить хорошие чаевые, явно задержаться взглядом на аппетитной попе… Все это «джентльмен». Бранд в тоже время оставался сосредоточенным и собранным, готовым к любому развитию ситуации. Безучастным к окружающему его тихому, обыденному, в общем-то, веселью.

+3

10

- Так значит ты Сара, верно? - минуты тянулись, словно гуттаперчевые, хотя на деле вряд ли их прошло больше двух. Тиль просто испытывал неловкость, сидя с чужим ребенком, словно мумие, это могло бы показаться странным, но его и вправду заботило, что о нем мог подумать ребенок. Сидящий напротив него английский ребенок с пронзительным взглядом больших, голубовато-зеленых глаз. Тиль почти не помнил себя в таком возрасте, однако же где-то на задворках его памяти все еще сохранились полузатертые отпечатки каких-то людей, которые врезались в память много лет назад. Скорее не люди, а то восприятие их, которое он видел, ка он их понимал. И эта девочка когда-то вырастет, станет девушкой, женщиной и где-то в ее памяти запечатлится образ мужчины, который после будет ассоциироваться с угрюмыми молчунами, или еще кем-то. Ребенок смотрел на него своими удивительными глазами, после чего кивнула и протянула ему руку.
- Сара. - представилась она с серьезным выражением лица, словно Тиль сидел на встрече с мэром города. Команданте улыбнулся и осторожно пожал протянутую ладошку.
- Тиль. Меня так зовут.
Она словно потеряла к нему интерес, узнав имя. Девочка принялась глазеть по сторонам, сложив ручки на столе, и время от времени шевеля маленькими пальчиками, словно над чем-то старательно размышляя. Тильман почувствовал, что перемещается обратно во времени на семь лет назад и снова сидит со своей дочерью, ожидая, пока жена вернется. Сара удивительно напоминала Тильману собственную дочь. Наверное, некоторые люди рождаются взрослыми и в итоге лишаются способности понимать тех, кто младше и меньше в размерах. Должно быть, пока тело маленькое, больше энергии потребляет мозг и поэтому дети подчас умнее и проницательнее взрослых, а с ростом тела мозг отходит на второй план.
Команданте улыбнулся.
- Почему ты улыбаешься?
- А?
Тиль взглянул на девочку, что так бесцеремонно вырвала его из мыслей. Она снова смотрела на него своим по-детски глубоким и проникающим взглядом.
- Почему я улыбаюсь... - Тиль замялся, не зная что ответить, потому что возвращаясь к этой теории снова, он уже не находил ее смешной. - Ну-у... люди счастливые вокруг, все отдыхают. Теплая погода. Почему бы и не улыбаться? Не плакать же нам.
Сара снова посмотрела куда-то за его плечо, и чуть подумав, сказала:
- Вон тот человек не улыбается. Просто смотрит по сторонам и не улыбается, наверное, ему не весело, как остальным. Я тоже не улыбаюсь.
Тиль оглянулся назад, проследив, куда она смотрит и наткнулся взглядом на лысого мужчину в пальто. Он понял, почему девочка первым делом обратила внимание на него - дети тоньше чувствуют несоответствие фону, выделяя то, что при просмотре смазывается в глазах взрослого, видевшего много странного и непривычного. Человек, несмотря на теплую погоду, сидел в пальто. В своих черных очках и при блестящей лысине этот мужчина очень напоминал Фестера из семейки Адамсов. Тиль некоторое время рассматривал его. Ему не понравился вид этого парня, может это просто отразилось поведение этого странного ребенка, но Тиль ощутил смешанное чувство подозрения и опасения, которое возникает при виде странно одетых людей. Словно они повесили на грудь табличку с предупреждением. Но по роду деятельности, Тиль часто испытывал подобные подозрения, поэтому лишь пожал плечами и отвернулся от него.
- А ты почему не улыбаешься? Я думал маленькие девочки, вроде тебя, не грустят без причин. Сейчас папа принесет мороженое. Я люблю мороженое, оно всегда улучшает мое настроение.
- И я люблю. Только я не грущу, мистер Тиль, просто не происхоит ничего веселого. - ребенок пожал плечиками и сделал неопределенный жест ручками, словно в подтверждение своих слов. - Просто мороженого еще нет. Вот когда оно будет, я и повеселею.
Команданте засмеялся, почувствовав глубочайшее расположение к этому логически последовательному дитю.

+3

11

Бранд действительно не улыбался… то есть – не улыбался постоянно. Девочка могла упустить тот момент, когда он весело подмигнул официантке, которая принесла счет. И это было неудивительно, потому что в тот момент Бранд был обращен к ребенку спиной. Кто-то мог бы подумать, что Бранд действительно не вписывается в общую картину. Тяжелое пальто… черные очки. Увы! Осенью очень переменчивая погода. Сейчас солнечно,  а спустя каких-нибудь два-три часа, небо может затянуть облаками и пойдет противный дождь. Что касается черных очков… есть люди, у которых глаза быстро устают от солнечного света.
Чистильщик, к сожалению, не был ни телепатом, ни эмпатом, и ни при каких обстоятельствах не смог бы уловить мысли и эмоции господина Шнайдера. Эстет мог следить за своей мишенью в отражении витрины, но – исключая возможность прочитать что-то в лице Тильмана. Это, впрочем, было и не нужно.
- Становится жарковато, – озадаченно пробубнил Эстет. Приподнялся и осторожно снял пальто, бережно уложив на соседний стул. Потом, вспомнив, что нужно позвонить, полез во внутренний карман за коммуникатором. – Сколько можно её ждать. Ох уж эти женщины…
В голосе было больше легкой досады, чем настоящего раздражения. Эту пару секунд, пока «искал» телефон, убийца даже не следил за Тильманом.  За «красную кнопку» в кармане пальто можно было быть спокойным: случайное нажатие было полностью исключено, кроме того – не зная, где именно в складках одежды находится пульт, нащупать его было бы проблематично. А за всеми другими своими вещами (пакетом с "вином" и "просто пакетом") Бранд пристально следил.
- Здравствуй, солнышко… - «трубку поднял» автоответчик, но это было неважно. И что абонент на месяц уехал в Ниццу, тоже неважно. Начитку на автоответчик произвела одна милая француженка, и вот это имело гораздо большее значение. Случайный прохожий смог бы услышать мягкий невнятный щебет, – Да… Я все еще надеюсь на нашу встречу, милая. Очень скучаю, жду.
Лицо джентльмена озарило самой настоящей улыбкой, и, «повинуясь эмоциям», он немного поерзал на стуле, машинально повернувшись, словно эта мазель могла быть рядом, или, может быть, в поисках официантки. Но это вряд ли, потому что сок в стакане еще был.
Вздохнув и с сожалением закончив вызов, Бранд быстро набрал короткое смс.
«О не торопится. 15 минут и сменяемся».
Отправив сообщение, Бранд вернулся к соку и газете. Периодически «постреливая» взглядом поверх очков. Рассеянная улыбка, гуляла на его губах. Кто знает, что именно было ее причиной - может быть, скорое свидание, а может, забавная заметка в газете.

+4

12

- Ты из Германии? - поинтересовалась Сара, вновь обратив на него свой детский взор. Девочка перестала глазеть по сторонам, пристально наблюдая за ним, словно была инспектором на допросе.
- Нет, я из Швейцарии. - ответил Тиль. - Это недалеко. Почему ты спрашиваешь?
Она уселась на стуле поудобнее.
- Ты похож на того мистера, который умер на пляже. Папа сказал, что у него что-то с головой, но я не запомнила что.
- Кто умер? - переспросил Команданте. - Это кто-то из знакомых твоего папы? Или твоих?
- Нет, это фильм. - серьезно ответил ребенок. - Мы смотрели с папой фильм и там этот мистер умер на пляже. Папа сказал, что его настоящее имя другое, такое же, как и у тебя. Его тоже Тиль зовут.
- Прямо так и сказал?
- Да. Говорит, это его любимый фильм. - девочка понизила голос, и после недолгого колебания доверительно произнесла. - Я плакала, когда он умер.
- Вот как. - Тильман смутно припоминал о каком фильме речь, но точно сказать не мог. Он тоже когда-то его смотрел и тоже остался под впечатлением, хотя и не плакал. - Ну это так только в кино. На самом деле тот мистер жив и здоров, как я вот. Даже больше, скажу тебе по секрету - это я был. Только никому не говори.
Впервые эта смышленная девочка улыбнулась при нем. Несмело, будто скривившись от попавшего в глаза ослнечного блика, но тем не менее улыбнулась и согласно кивнула, мотнув волосами. Команданте улыбнулся ей в ответ.
- Можно я папе расскажу? Он обрадуется.
- Скажи. Папе можно все говорить. - посоветовал Тильман, в душе жалея, что восемь лет назад не нашлось никого, кто сказал бы то же самое его дочери. - Даже нужно.
Они помолчали. Сидели себе, каждый думая о своем, пока не вернулся отец девочки с новым пломбиром в вазочке и чашкой кофе с круассаном для себя.
- Спасибо большое, что побыли с моей девочкой, сэр. Простите, я не представился - Сэм Фишер.
- Тильман Шнайдер. - пожал протянутую руку Команданте, с удивлением обнаружив силу рукопожатия этого интеллигентного с виду человека. Хотя интеллигентность не обязывает к физической слабости, но Тиль, как и прочее население планеты, в какой-то мере был приучен мыслить стереотипно.
- Пап, помнишь тот фильм, что мы с тобой смотрели? Про двоих друзей?
- Конечно.
- Помнишь того мистера, который умер на пляже? Вот же он!

Сэм слегка прищурился, всматриваясь в лицо Тиля. Тилю стало немного неловко оттого, что он соврал ребенку. Вернее, он-то пошутил, но Сэм может решить что его дочери соврали. Люди разные бывают.
- И правда, Вы похожи. Вам не говорили...
- Да. - деликатно оборвал его Команданте, жестом предлагая Сэму сесть за столик и выпить свой кофе. - Люди нас часто путают.
- Я еще заказал кофе для Вас, в знак благодарности, так что если вы...
- ...умирать я точно не собираюсь...
- ...не против присоединиться к нам...
Сэм засмеялся. В этот момент он чем-то напомнил ему Макса, очевидно, эти два парня сошлись бы между собой в два счета. Однако в нем было что-то нетипичное для него, помимо неожиданной силы в руках, даже во взгляде, было что-то твердое, отличное от добродушного взгляда Штейнвальда. Это не делало взгляд его нового знакомого злым или подчеркивало обманчивое обаяние его слов и жестов. Все дело было в том, что Штейнвальд никогда никого не бил. По крайней мере Тильман не видел и не слышал об этом. А тут чувствовалось, что Сэму это делать приходилось - причинять физическую боль. И он был способен проделать это еще раз. Как и сам Тильман.
Команданте поддержал Сэма, но был вынужден вежливо отказаться.
- Простите, Сэм, я сейчас не могу. Мне нужно выйти в уборную и попытаться отчистить брюки от пятен шампанского. Да и пломбиром окатило. - Команданте улыбнулся, показывая белые следы на ботинке и внизу штанины. - Так что... Но если вы еще будете здесь, то я с радостью с Вами поболтаю.
- Договорились, Тильман.
Команданте обошел их столик и отправился к уборным помещениям, размещенным внутри кафе.

+4

13

В окружающем гомоне было достаточно сложно понять, о чем Тильман Шнайдер вел беседу со своими новыми знакомыми. Потому Бранд не очень и старался, больше полагаясь на зрение. Отражение позволяло увидеть хоть и не все, но очень многое.
Рукопожатие, непринужденный смех.
«Странно, смеешься ты так, как будто совесть твоя чиста. Интересно, почему тебя мне заказали? Впрочем, это ложь. Мне не интересно, совсем. И дело даже не в том, что это непрофессионально – интересоваться мотивами заказчиками, просто мне действительно нет дела до твоих горестей и радостей. Нет и неприязни. Даже если бы для нее был повод. В самом деле, как можно ненавидеть объект?»
Оставался еще сок. Эстет наклонил стакан, позволив уже нагревшейся жидкости коснуться губ. Обозначил, но не сделал глоток. Сосредоточенно изучая газету. На самом деле, на пропитанных типографской краской страницах не было ровным счетом ничего интересного. Скандалы, интриги… все это проходило через сито сознания, не оставляя ровным счетом никакого следа.
Объект был намного интереснее: Тильман  показал собеседнику на низ штанов и ботинки.
«Забрызгало той кокнутой бутылкой шампанского? Как вариант».
Обьект встал и обошел столик. Эстет наблюдал.
«Пока что все совпадает: «WC» действительно в той стороне»
У Бранда было целых пять секунд, чтобы вспомнить планировку уборной в этом кафе. Все-таки на Монмартре Эстет бывал, и не только «по делу». В том числе в этом кафе. Схему помещений знал прекрасно.
«Два помещения. Первое – небольшой коридорчик с большим зеркалом. Второе – относительно большой зал (четыре на шесть шагов) с раковинами, писсуарами и кабинками. Первое от второго отделяет только проем. Дверь в коридор  не препятствие. Но до нее из большого зала нужно еще добежать. Черный ход скорее всего закрыт, продукцию в такое время не подвозят. Замок можно расстрелять».
Неосторожное движение рукой и стакан с соком опрокинут. Плевать, что на штаны ничего не попало – зацепило пальто.
- Какая досада, – пробурчал джентльмен, удрученно вздохнув. К сожалению, оставить здесь хоть что-то из своих вещей было решительно невозможно. Пришлось перебросить пальто через левую руку, повесить на нее нарядный пакет а в правую руку взять бумажный пакет с вином.
- Нельзя быть таким неуклюжим… Надо быстро отмыть этот дурацкий сок и успеть назад до ее прихода.
Увы! Быстро не получалось. Для того чтобы преодолеть это расстояние, сначала нужно было аккуратно обойти столики. Эстет бы легко с этим справился, но не джентльмен с подмоченным пальто. Герр Шнайдер, находясь в поле зрения, все же получил небольшую фору.

+3

14

Тиль остановился, пропуская пожилого мужчину, выходящего из уборной, и вошел внутрь. Прохладное светло-бежевое помещение встретило его запахом лимонных таблеток для писсуаров и светом неоновых ламп, тускло отражающихся в кафельной плитке на стенах и на полу. Вдоль всего ряда раковин тянулось одно длинное зеркало, точно такое же, почему-то, висело и над рядом писсуаров. Может быть такое, что французы любят рассматривать себя во время облегчения. Точно Команданте ответить не мог, да это его и не особо интересовало - простая диковинка в чужой стране, не более, чем повод вскользь упомянуть об этом за пивом, посмеяться и свернуть тему на футбол или выборы президента.
Тиль открыл кран и зачерпнул в ладонь воды. Пятна на брюках успели подсохнуть и отчищались плохо. Замшевые ботинки тоже было непросто сделать вновь чистыми, и Тиль понял, что застрял он здесь надолго. Вошел какой-то мужчина. В зеркале он увидел за своей спиной Тиля, занимающегося своими делами.
- Demandez au cuisine produit de lavage. - посоветовал он, моя руки в раковине рядом и наблюдая за действиями Тиля. Команданте не понял ни слова - разговорник остался лежать на столике Сэма - достойный повод, чтобы вернуться и таки распить по чашке кофе с булочкой - но сделал благодарное выражение лица и кивнул, давая понять, что спасибо. Француз улыбнулся в ответ и исчез за дверью, где его, в чистых штанах, в зале кафе должно быть ждала миленькая спутница из тех француженок, к которым принадлежала понравившаяся ему официантка.

Отредактировано Тильман Шнайдер (14-05-2012 11:46:26)

+2

15

Шаг за  шагом, все ближе к тому, чтобы поставить точку, а быть может, еще одну запятую.
Вот Тильман скрылся из виду в уборной. Навстречу вышел какой-то пожилой мужчина, Бранд неуклюже посторонился, остановился у самого входа, «запутавшись» в одежде и своих вещах. Со стороны все выглядело так, словно джентльмен просто поправлял покоящееся на локтевом сгибе пальто. Именно в этот момент он и выпростал пульт правой рукой, осторожно поставив бутылку на пол, и, когда вся процедура была закончена, схема выглядела так: плащ на сгибе левого локтя, «пакет из бутика» на левом запястье, пульт в левой руке и подарочек для Шнайдера в правой.
Шаги к выходу с той стороны. Кто-то, решивший свои маленькие проблемы и теперь беззаботно попирающий кафель жесткой подошвой туфель.
«Тильман?!»
Но это был не он. Некий мсье. Не имело значения. Человек, которого он сможет описать полиции, мало чем будет похож на того, кто вернется в Приют доложить о выполненной работе. Дождаться, пока мсье выйдет на улицу.
«Ну что ж, начнем».
Теперь счет шел не на секунды даже, на доли секунд. Перехватив бутыль, через пакет, за горло, осторожно, почти неслышно открыть дверь.  Много, целых две секунды. Увидеть объект. Распахнуть дверь. Секунда. Убедиться, что скольжению подарка по кафелю ничего не мешает. Полсекунды. Присесть и мощным толчком кисти отправить «снаряд» в цель. Бумажный пакет, обмятый со всех сторон до формы бутылки, начал свое движение к мишени. Чтобы оказаться у ног Тильмана или чуть дальше, ему понадобится еще полторы секунды. Но Бранд к такой точности не стремился – убойная сила у коктейля в бутылке такова, что «адресату» достаточно только находиться в помещении.
«Страйк одного кегля».
Закрыть за собой дверь.
«А вот сейчас будет весело».
Отшатнуться в сторону и зажать кнопку на пульте - практически одновременно.

+3

16

С пятнами на брюках еще удалось справиться - вместо белых клякс на сером твиде теперь темнели мокрые пятна, в разы больше чем следы от мороженого, но это было не страшно - на таком хорошем солнышке они высохнут быстро. Конечно, брюки уже были испорчены. Шерстяная ткань хорошо впитывает все, что на нее попадает, особенно масло и сахар из пломбира, которые выведет только хорошая стирка. Но пришлось смириться с этим. Следы останутся, это факт, но не будут так бросаться в глаза, как белые брызги, вызывающие смешки у морально раскрепощенных людей.
Вот с ботинками дело обстояло куда хуже. Вообще, Тиль всегда полагал, что замшевая обувь - выбор педантичных и уравновешенных людей. Приятная на ощупь и стильная бархатная поверхность таких ботинков требует тщательного ухода специальным кремом со специальной (конечно же!) щеткой. И она охотно вытирается, если неосторожно черкнуть носком о каменную ступеньку, оставляя непривлекательные лоснящиеся проплешины. И Тилю пришлось осторожно, руками, замывать пломбир, чтобы сохранить обувь в приличном виде.
Проводив добродушного француза взглядом, Тиль заметил в коридоре еще одного мужчину, переминавшегося на одном месте. За тот короткий промежуток времени, что дверь закрывалась, Команданте сумел рассмотреть человека в проем и признать в нем того самого Фестера, который привлек внимание дочки Сэма своей неулыбчивостью.
"Черт возьми, если бы меня заставили носить такой лапсердак, я бы тоже никогда больше не улыбался. И обрил себе голову, чтоб люди не узнали".
Дверь закрылась, но Тиль продолжал смотреть в ту сторону, забыв на мгновение об испачканных ботинках и теме выведения пятен с одежды. Все было проще некуда, поскольку Команданте всерьез представил себя в такой одежде и бритоголовым. Последнее в людях он, по неизвестным до сих пор причинам, не любил. Лысые вызывали ассоциации со скинхедами, панками и русскими братками. Команданте не любил все три категории. И в той или иной мере был склонен рассуждать стереотипно, на чем сказывалась его врожденная привычка взаимосвязывать между собой вещи и явления.
Когда дверь открылась снова, Тиль продолжал сидеть на одном колене, машинально растирая пятно на носке ботинка и глядя в ту сторону, поэтому периферийным зрением он заметил предмет, поехавший к нему гладким кафельным полом. Переведя взгляд на него, он увидел завернутую в бумагу бутылку и рука потянулась к ней раньше, чем этот жест был осознан.
В армии подобной теме был посвящен целый учебный курс. Сербские боевики имели скверную привычку забрасывать взрывпакеты или гранаты в окна казарм, когда там спали солдаты, и каждый знал, что если не выбросит посылку обратно или не ляжет на нее, то умрут все. Отрабатывая первый вариант на учениях, каждый, конечно же, боялся второго. Тиль был одним из таких солдат. После того, как подорвали соседнее отделение, его еще долго мучили кошмары.
Сейчас рефлекс, приобретенный много лет назад, сработал как часы. Рука Тильмана встретила опасную бутылку на пол-пути и вытолкнула обратно по направлению к закрывающейся двери. Тильман поскользнулся на гладком полу и упал на живот, так ударившись подбородком о кафель, что аж щелкнули зубы, отозвавшись болью. Неуклюже распластавшись, Команданте подобрал под себя ноги и успел откатиться прежде, чем горлышком бутылка глухо ударилась о закрывающуюся дверь, и повернувшись, проехалась вдоль нее вперед, к быстро сужающемуся проему. Ее горлышко застопорило дверь.
Последнее, о чем успел подумать Команданте, была мысль о том, что, может, кто-то уронил свое шампанское. Или это был неловко оформленный презент от симпатичной официантки, которая понравилась ему. И он понравился ей, такой симпатичный волевой швейцарец, забавно коверкающий ее родной язык. В состоянии рефлексов мозг всегда генерировал абсурдные вещи.
А потом грохнул взрыв.

Отредактировано Тильман Шнайдер (28-05-2012 15:21:03)

+3

17

Что-то пошло не так. Бранд понял это в момент нажатия кнопки.
«Дверь не закры…» - рефлекторно выдохнуть, широко раскрыв рот – почти успел.
Действительно, дверь не закрылась, остался зазор сантиметров пять шириной. Большая часть энергии взрыва ушла внутрь уборной, кафель срывало, зеркала трескались а кабинки корежило ударной волной. Пробку выдавило, дверь, до того как ее сорвало с петель и вынесло наружу, успела сыграть роль экрана, так что теперь Тильману было намного веселее, чем Бранду: заполнившие помещение раскаленные газы  дают почувствовать ценность жизни всеми фибрами души.
Впрочем, не следует думать, что стоящий снаружи чистильщик заскучал. Ни в коем случае! Ему тоже немного досталось от щедрот, да так, что на какое-то время Бранд ослеп и оглох. Уши терзал звук, похожий на многократно усиленный комариный писк. В глазах стояла непроглядная тьма, но в сознании на какой-то миг загорелась табличка
«Черный ход»
Это казалось очень важным. Еще более важно – как можно быстрее покинуть помещение.
«Как можно…»
Зачем-то, Бранд так и не смог вспомнить – зачем, он охлопал себя по карманам. Руки проделывали странные операции: какой-то небольшой предмет отправился в пакет, потом правая перехватила пакет, но как-то странно – верхний край большим пальцем был прижат к чему-то твердому и холодному, сдвинул какой-то рычажок, указательный, нырнув под кромку синтетической ткани с другой стороны, зачем-то лег на странную изогнутую скобу.
«Кажется, я стою на коленях…»
Что происходило снаружи – он не слышал, ни испуганных воплей, ни звука бьющейся посуды, ни хруста пластиковых стульев. Не знал Бранд и того, что происходит с объектом. Более того, в этот момент никакого объекта для него не существовало: темнота и противный писк в ушах.  Огромным усилием воли вздернув себя с колен, чистильщик качнулся в сторону черного хода. Два шага, потом пришлось опереться о стену.
«Где-то тут…»
Оторваться от стены,  сделать еще полтора шага, чтобы упасть на какие-то картонные коробки. Пальто очень мешало нащупывать выход, но оставить его было нельзя. В левую руку ткнулось что-то, похожее на дверную ручку. Бранд дернул на себя. Дверь не поддалась. Пришлось целых десять секунд тратить на поиски личинки замка. Потом ткнуть в нее тем тяжелым предметом, чтобы был в пакете, нажать на скобу. Из-за шума в голове ничего не было слышно, в глазах стояла какая-то муть, похожая на телевизионные помехи, наложенные поверх замыленного грязного стекла. Дернул за ручку еще раз. Нет результата, потом догадался толкнуть дверь и вывалился на улицу. Думать было все еще тяжело, зато было одно здравое желание – оказаться от этого места как можно дальше. Где-то в глубине мозга копошилась мысль, что зрение и слух скоро вернутся, может быть.
«Уходить… дворами…» - было что-то тревожное, оно никак не хотело оформиться в мысль. Что-то связанное с быстрым избавлением от лишних вещей. Но Бранд пока не мог вспомнить, что это за лишние вещи. Попытки думать вызывали сильную головную боль а неосторожное движение  головой – дикую тошноту и головокружение.
«Надо идти… Только осторожно... голова»
Сколько времени понадобится людям, чтобы прийти в себя и вызвать полицию, скорую и пожарных? Минуты шли, нужно было приходить в себя и сваливать отсюда.

Отредактировано Бранд Эстер (31-05-2012 13:41:20)

+5

18

Команданте в это время полз вдоль стены, под которую он откатился. Одной рукой прижимая изуродованный кардиган к лицу, который взрывной волной сорвало с плеч и побило острыми кусками плитки, второй - Тиль подгребал под себя куски облицовки, пыль и прочий мусор. Лицо горело. Это единственное, что он сейчас ощущал. Слух отняло напрочь, даже скрежет хлама, который он раздвигал своим телом, словно ледокол, доносился глухо и находился где-то за тысячи километров отсюда. В Северном Ледовитом океане. Поэтому и лицо пылало, оно ведь было килем ледокола. Его со всех сторон били ледяные волны и куски айсбергов.
Команданте, казалось, вырубился. Сознание в его голове болталось, словно флюгер в шторм. Каждый раз, задевая рукой шероховатую стену, Тиль ощущал дикую боль где-то в теле. Все тело болело, но очаг именно дикой боли был в каком-то конкретном месте, которое определить никак не удавалось, потому что все силы уходили на побег из разгромленного сортира. Когда пальцы ткнулись на конец стены, Тиль потратил последние силы, чтобы подтянуть свое изувеченное баротравмой тело к дверному проему и втащить его в задымленный коридор. В этом стокилометровом коридоре, где-то у дальнего его конца там, где бьет белый свет, что-то шебуршилось. Команданте отнял от лица обгорелую тряпку, некогда бывшую симпатичными бежевым свитером, и почувствовал своим пылающим лицом дуновение сквозняка. Жадно вдохнул этот свежий поток, вместе с изрядной долей гари, но это был его первый полноценный вдох с того момента, как Тиль вжался в стену. И он был прекрасен.
Команданте попытался встать, все так же цепляясь рукой за край дверного проема. Открыв глаза, он пожалел об этом, получив целое облако дыма и пыли в лицо, почувствовал, как известь и цементная пыль хрустит на зубах и попытался сплюнуть это, закашлявшись. Мимо кто-то прошел. Тиль надеялся, что человек поможет ему устоять, когда понял, что падает. Но мысли тормозили в его контуженной голове и Тиль подумал об этом уже после того, как ноги предательски разъехались и он оказался на полу, содрав ладонь. Когда в бок впилась какая-то балка, или что-то такое, Команданте осознал, что лежит. Где-то над ухом глухо бахнул хлопок. За много миллионов световых лет отсюда. Позади кто-то кричал, но Тиль не обернулся, потому что если он так резко и так радикально повернет голову, то точно больше не поднимется с пола. Крикуна было решено оставить на потом. На пару миллионов световых лет.
Тиль снова открыл слезящиеся глаза и увидел, что в конце тоннеля растворился, в льющемся оттуда свете, человек. Команданте неуклюже, все еще пытаясь подняться на ноги, полез за ним. Половину пути он проделал на четвереньках, словно упившийся в хлам.
Порожек черного хода был слишком высок, чтобы так просто перешагнуть его - с таким же успехом Команданте мог перешагнуть через Альпийский хребет. Запнувшись, Тиль упал на асфальт, но один его глаз снова отыскал маячившую впереди фигуру. Свежий воздух позволил Команданте сфокусировать этот глаз на лысом человеке,
"Хотя он вроде бы уже не был лысым..."
убегающем от кого-то или от чего-то. Второй глаз накрепко сковало подсыхающей кровью, залившей половину лица и Тиль не мог сказать точно, что видел кого-то, похожего на того Неулыбчивого Фестера, мелькнувшего за дверью за несколько секунд до взрыва. Может этот Фестер лежит где-то в том же коридоре, из которого Команданте только что выбрался, а может это он сейчас сверкает пятками. В любом случае узнать надо. Мысль об этом гвоздем засела в голове Тиля.
- Подожди! - вместо крика вырвался кашель, и его силы почти хватило, чтобы снова свалить Команданте с шатких ног, но все же с бешенно кружащейся головой совладать удалось, хоть это и стоило нечеловеческих усилий.

Отредактировано Тильман Шнайдер (31-05-2012 18:42:15)

+1

19

Предположить, что Бранд в его положении сможет себе позволить бег, было бы в высшей степени наивно. Когда он только вышел, то мог идти со скоростью осторожного канатоходца, под ногами которого разверзлась пропасть. К тому моменту, как мистер Тильман выбрался наружу, их разделяло целых четыре шага. Трудно сказать, много это или мало.
Зрение к пока еще лысому джентльмену возвращалось медленно и неохотно. Предметы окружающего мира постепенно проступали своими размытыми чертами. Трудно сказать, что заставило Бранда очень осторожно развернуться всем корпусом к двери, которой он так недавно воспользовался, но уж точно это был не хрип ползущего  безопасника: в ушах Бранда все еще стоял шум.
«Силуэт… движется… по земле…» - каждая из этих мыслей причиняла боль, словно на голову с размаху одели раскаленный шлем, – «Это… может быть…»
Думать было больно. Действовать тоже. В какой-то момент Бранд немного неудачно шагнул и мир снова закружился в хороводе, жестоко смазываясь. К счастью, это неприятное ощущение длилось недолго. Бранд успел преодолеть больше половины расстояния. В мозгу вновь крепло осознание цели. Жесткий императив, обуславливающий дальнейшие действия и в некоторой степени придающий сил. Пакет с сокрытым в нем пистолетом был все также надежно зажат в правой руке, а сама рука чуть отставлена за спину.
«…Шнайдер… живучий, с…ка», - еще шаг. – «Что ж Вы… а больничка… фрукты… я бы пришел, укольчик сделал… Ну что ж… пора с этим заканчивать…»
В мыслях даже мелькнуло что-то похожее на уважение: каким сверхчеловеком нужно быть, чтобы не только не отправиться из устроенного Брандом ада прямиком в реанимацию, а еще потратить последние усилия воли, чтобы выйти на свет.
Эстету нужно было приложить намного меньше сил, чтобы сократить расстояние от дула пистолета до левого виска Шнайдера до трех сантиметров. И нажать на курок. Да. Эта процедура сейчас по сложности равнялась стрельбе на тридцать метров по движущейся мишени, но Бранд являлся в этом профессионалом. Да, череп Начальника службы Безопасности Приюта сейчас представлялся неким овалом, с расплывающимися чертами глаз, рта, но это ничего не решало. Пистолет чихнул через ткань пакета свинцом в висок Шнайдера.
Теперь нужно было уходить, не убегать – бежать все еще было невозможно, а уходить – но быстро, в смысле скорым шагом, стараясь не вертеть головой и не давая боли сломить свою волю.
В дверях, по счастью, больше силуэтов не было. С момента взрыва прошло не столь много времени, как могло показаться Бранду. Потревоженное взрывом общество все еще предавалось панике и хаосу, с ней связанному. В помещение, где произошел взрыв, никто не решался войти. Двор, к счастью для Бранда, тоже был чист.

Отредактировано Бранд Эстер (03-06-2012 23:13:44)

+3

20

Команданте ничего не слышал. Кое-какие-то звуки снаружи доносились, но это были жалкие крохи, просочившиеся сквозь толстенный слой ваты, набитой ему в уши. Поэтому он даже не подозревал, что с другой стороны здания к кафе уже подъехало несколько машин полиции. Одна из них пронеслась всего в метрах тридцати от него, в конце проулка, образованного зданием кафе и трехэтажным жилым домом, вдоль стены которого сейчас брел оглушенный Тиль.
Он оперся ладонями на капот припаркованной машины, принадлежащей Неизвестно Кому и тут его стошнило. Стошнило много и мерзко, прямо на автомобиль, что очень сильно расстроит Неизвестно Кого, если тот решит сегодня прокатить свою даму по Елисейским полям. Вместо шикарных видов Триумфальной арки, сначала будет автомойка, а потом долго-долго извиняться перед женщиной за испорченный каким-то недоумком отдых. Француженки такого не прощают. У них крутой нрав.
Как только Тильман сообщил автомобилю все, что думает о Франции, взрывах и оливковом металлике, его ноги подкосились и он уселся прямо на гразный асфальт, больно ударившись затылком о крыло над передним колесом. От удара из глаз сыпанули искры щедрым пучком. Фестер уже мало интересовал Тиля, его и не было видно за автомобилем - только задымленный черный ход и неясные фигуры, маячившие там, внутри. И еще существовала отвратительная мешанина, расплескавшаяся по капоту автомобиля, тонкими струйками стекая на левую фару и хромированную решетку радиатора. Больше ничего.
Пуля, выпущенная в него, милостиво прошла выше его упавшей на грудь головы, свистнув прямо над затылком, и пробила мусорный бак. Перевернувшись, он высыпал на асфальт все свое содержимое, упакованное в пластиковые пакеты, один из которых был пробит и теперь издевался над Тилем миазмами из старых консервов, лука и остатков салата "Цезарь", который почему-то плохо разошелся. Но ему Команданте уже было нечего сказать. Автомобиль получил сполна.

Отредактировано Тильман Шнайдер (05-06-2012 15:30:33)

0

21

Оффтоп от игрока:
Герр Эстер, Вы нарушаете правила игры. Если посмотрите на последний пункт правил о ведении отыгрышей, то Вы все поймете. Поскольку убивать моего персонажа я Вам не разрешал, то прошу исправить Ваш предыдущий пост в соответствии с правилами игры.
Напоминаю, что изначально этот отыгрыш планировал ПОПЫТКУ убийства, но ни в коем случае не САМО убийство. А это две большие разницы. В общем, жду изменений.
Простите еще раз за оффтоп.

Отредактировано Тильман Шнайдер (12-06-2012 19:23:46)

-2

22

От игрока:
Эпизод предлагаю закрыть. Раз такое дело, значит никакого покушения не было. Бранд направится в Париж совсем по другим делам.
Персонаж Тильман Шнайдер будет  мной игнорироваться.
Игрок, который стоит за персонажем Тильманом Шнайдером, будет также игнорироваться.

Отредактировано Бранд Эстер (12-06-2012 21:06:55)

0


Вы здесь » Приют странника » Будущее » Монмартр